Текст книги "Естественный отбор 2. Старая война - лишь прелюдия к новой (СИ)"

Автор книги: Артем Петров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 37 страниц)

  Некоторые пантеры схватились с кровососами в ближнем бою. Мартин оказался прав. Но помочь им в интенсивной схватке стрельбой не получится. Сняв еще парочку чернокожих (вампиров или пантер, неясно), я начал перекатываться в сторону – мою позицию засекли.

  Мне удалось вовремя перевернуться на спину. Сверху навис вампир, готовившийся вонзить в меня нож. Вот тут-то я и пожалел, что не имею при себя быстрого и смертоносного оружия...

  Кровосос промахнулся, когда моя голова чуть отклонилась вправо. Небольшая струйка крови потекла по щеке. В ответ врагу в живот вонзился мой клинок. А после грудь один за другим начали пробивать выстрелы из пистолетов. Враг оказался живучим. Прострелы заживали почти мгновенно. Обоймы опустели, а он все еще был жив. Тогда я схватился за рукоятку ножа и провел вверх. Вампир уже снова занес смертоносное лезвие, но огненный шар в лицо отвлек его. Также удалось выбить телекинезом нож.

  Тогда тот просто сжал мою шею сильными руками так, что она тут же захрустела. Уже не помня себя с помутненным взором я довел нож до сердца и там провернул несколько раз. После вытащил, перерезал горло и вонзил врагу и вонзил в висок. Его кровь обильно заливало мое тело. Он пытался выпить крови, чтобы восстановить силы, но они иссякли раньше, и кровосос упал на меня.

  С трудом выбравшись, зажимая горло, кашляя, я посмотрел на поле битвы. Минометный расчет был уничтожен. Двух Элефантов подбил наш агент, но последний остался на ходу. А сам лугару лежал на песке с развороченным взрывом животом. Вся остальная битва меня пока мало заботило.

  Я подхватил винтовку и побежал вперед. Через два выстрела опустела обойма. Менять было некогда. Сделав перекат, я подхватил Калашников у мертвого пантеры, подстрелив парочку его сородичей по пути. А после сделал подкат по песку рядом с еле живым агентом, выхватывая из его рук гранатомет. Две оставшихся в обойме гранаты попали прямо в башню танка, и ту намертво заклинило с погнувшимся дулом. Экипаж пытался вылезти, но я прыгнул на несколько метров вперед и в высоту, в полете выдергивая чеку гранаты, которая полетела прямо в открывшийся люк. Новый взрыв, и солидный осколок танка снес одному из предателей – пантер полголовы.

  Тут меня окружили двое его собратьев в звероформе. При себе остались не перезаряженные пистолеты. Но они-то об этом не знали!

  Их секундное замешательство перед направленным оружием сыграло на руку. Нож вонзился одному прямо в сердце. А на второго я выпустил мощную огненную волну. Но оборотень перепрыгнул меня, сбив с ног. Но потом упал сам благодаря моим усилиям. Когти ударили наискось по моему лицу, оставив глубокие кровоточащие царапины. В ответ я схватил его руку и превратил плоть в тлеющие угли, после чего едва не оглох от свирепого рыка.

  Волна телекинеза разбросала нас по земле. Враг вытащил нож из собрата и швырнул в меня. Но новая волна, и подарок вернулся к нему вонзившись прямо в пасть.

  Позади трое вампиров разобрались со своей порцией врагов и ринулись на меня. Но тут же упали замертво под шквальным огнем. Пули летели рядом, едва не касаясь кожи.

  Это оказался Макаров со своим отрядом. Как я узнал потом, они уничтожили резерв, что находился в засаде. Иначе бы к нам просто зашли с тыла и просто-напросто бы уничтожили. Он и еще несколько десятков знающих свое дело оборотней-волков были весьма ценным приобретением...

  Битва закончилась. Немногие уцелевшие враги бежали прочь. Те, кто не мог, без разговоров получали пулю в лоб. Даже те, кто просили пощады.

  Мартин с другим лугару склонились над раненым собратом. Рана довольно тяжелая...

  – Ты ранен? – поинтересовался Макаров – На тебе живого места нет...

  – Это не моя кровь... – осторожно смахивая кровь с глубоких царапин, сказал я – Лучше вон нашему помоги...

  – Сочувствую – сказал он про раненого, но я тогда не сразу понял, что все так серьезно.

  А он понял сразу...

  Рукава и военные перчатки без пальцев обгорели от частого использования огня. Среди поля битвы с трудом удалось найти свою винтовку.

  – Хэнк... – тихо сказал Мартин, держа умирающего собрата за руку.

  Я ошибся – его внутренности под ребрами просто исчезли. Ничего не было до пояса, кроме надломившегося окровавленного позвоночника. От этого зрелища, вкупе с запахом гари, жженой плоти и крови, едва не стошнило, как раньше.

  – Прости... – инструктор достал пистолет и приставил ко лбу умирающего, который закрыл глаза, хрипло дыша.

  Последний выстрел эхом отозвался в пустыне, погрузившейся в тишину.

  – Прощай – грустный вздох – Идем дальше.

  Напоследок он сорвал его жетон.

  К нам сбоку подошел покрытый с ног до головы песком Хал в звероформе. Он возвышался над нами своим двухметровым ростом, а звериные зеленые глаза смотрели с печалью.

  – Мы потеряли не так много, как могло бы быть... Но все же немало. Мы вряд ли сможем провернуть еще одну такую же атаку.

  Быстро все же спеклась помощь. Теперь все зависит от успешных действий Армстронга.

  Тут подбежал Коффи, лишившийся в бою уха и принявший человеческий облик, и что-то сказал на другом языке лидеру.

  – Черт... – прорычал Хал.

  В одном из ангаров скрывались семьи предателей. Похоже, их не рискнули отправлять вампирам. Теперь несколько десятков женщин и детей со страхом смотрели на Хала.

  – Решать вам, но вряд ли их сыновья не захотят отомстить... – тихо посоветовал инструктор.

  Несколько чернокожих с автоматами уже встали в ряд. Но было видно, как они колебались.

  Хал медленно поднял два когтя вверх, и те прицелились в прикрывших своим телом детей женщин. Я не хотел на это смотреть, и медленно пошел прочь из ангара.

  Но, обернувшись, увидел, что лидер просто отменил приказ, и ушел со своими солдатами.

  – Он решил их пощадить – пояснил Мартин – Раз их отцы так сильно хотели остаться на этой земле, он не откажет их семьям в этом праве.

  – Не слишком милосердное решение – протянул я.

  – Да, не слишком...

  Вскоре удалось наладить связь с основным штабом. Армстронг оценил успех наших действий. Мартину и пантерам приказано удерживать базу и наладить поставку захваченных припасов на фронт. А я и Макаров с его людьми должны отправиться туда с первой же поставкой. Казалось бы, зачем припасы к оружию кровососов. Но у половины наших солдат уже давно в обороте оружие врагов.

  В качестве транспорта отлично подошли грузовики вампиров. А для поддержки пантер нашлись новый танк и пара бронетранспортеров.

  – Удачи – Мартин пожал мне руку, многозначительно посмотрев в глаза.

  Теперь наш разговор точно долго не вылетит из головы.

  В грузовике меня изредка пробирала дрожь. От холода и отходняка от мощного прилива адреналина. Но я старался не думать о той битве, об убитом собрата. А то так действительно можно свихнуться.

  Макаров, сидящий в грузовике за рулем, а я рядом на переднем сиденье, поделился сигаретой. Скоро уже будут сутки, как не было выкурено ни одной сигареты. Хорошо помогло отвлечься...

  Пара оборотней впереди на джипе проверили, что впереди мин нет, и грузовики проехали нормально. По новым рациям я пытался связаться с командованием, предупредить, что мы выехали. Но никто не отвечал.

  Через час ответил никто иной, как Коннорс.

  – Всем, кто меня слышит!.. не... двигайтесь на северо-запад... всех... перебили... отступаем... – связь прерывалась помехами, и он нас точно не слышал.

  – Черт, придется ехать в объезд... – Макаров посигналил машинам впереди и, высунув руку из окна, указал направление.

  В отличие от всяких неблагоразумных идиотов я был рад, что меня не послали с остальными агентами на фронт. Если им это нравится, то пусть ищут смерти.

  Теперь же мы направлялись в самое пекло. Но, казалось, этот вопрос лишь у меня вызывал отрицательные чувства.

  – Тебе и правда двадцать лет? – буднично поинтересовался Макаров.

  – Уже двадцать один. И что с того?

  Вздремнуть больше не получалось. Да и как уснуть после такой кровавой битвы? Перед глазами тела убитых, в ушах навечно застыли их предсмертные крики. Над нами изредка пролетали самолеты и вертолеты. Чьи? Сложно понять. Главное, что нас считали не стоящей ракет мишенью.

  – Ничего – сказал оборотень, высунув локоть из окна грузовика, держа руль одной рукой.

  – Только не начинай, как Мартин, очередной философский разговор... Уже голова болит – пожаловался я, глядя куда-то в сторону.

  – Мартина лучше слушать. Он один из немногих, кто видит ситуацию с десяти разных углов, видит внутри нас то, что мы, возможно, и сами не замечаем.

  – Ну а тебе сколько лет? Еще видеть не научился? – все-таки разговора не избежать.

  Макарова можно понять. Каждый сам искал способ отвлечься между битвами, чтобы не думать о смерти. Только я в этом необходимости не чувствовал...

  – Мне восемьдесят четыре. И это не то, чему всегда можно научиться за долгую жизнь. Это скорее дар...

  Наш разговор прервали залпы артиллерии. Один снарядов упал почти рядом. Как по команде все нажали на газ. Впереди показался перевалочный пункт вампиров. Наши уже хорошенько здесь поработали. Полно трупов и горящей бронетехники. К сожалению, с обеих сторон.

  – Загоните грузовики туда, в гаражи! – сигналя, кричал оборотень из окна.

  Ворота оказались открыты. Но успели лишь две из трех машин. Снаряд попал прямо в кузов. Кроме мощного взрыва начался фейрверк от взрывающихся патронов.

  Я выставил щит от осколков, но справа вспыхнула бочка с горючим. Последнее, что осталось в памяти – как я лечу сквозь караулку, сделанную из дерева, насквозь. А голова помнила холодный песок...

  Африка. Ботсвана. Пустыня Калахари. На подходе к храму. 16 мая. 2010 год.

  Казалось, что прошло не больше секунды, как вернулось сознание. Но я оказался совсем в другом месте. В небольшом скромном доме на деревянном полу. Болело все тело.

  С трудом поднявшись, я увидел, что перевязан окровавленными бинтами где только можно. Война закончилась? Мы победили?

  Тут послышался чей-то стон, сопровождающийся тяжелым дыханием. Каждое движение немного открывало бинты, что резало по раненой коже. На кровати лежал Коннорс. Все его тело покрылось испариной, глаза мутные, и все сопровождалось дрожью, короткая бородка и волосы взмокли. А справа сидел без сознания волк-оборотень из отряда Макарова. Его горло было крепко перевязано, а пальцы на руке отсутствовали.

  В комнату как раз вошел их командир оборотень.

  – Мы победили? – слабым голосом спросил я, с трудом садясь на свободный стул.

  – Еще нет – ответил тот.

  В его руке был стакан и ведро с чистой холодной водой. Он хотел напоить Курта, которого мучила жажда. Но тот просто отмахнулся, покрывая его матом.

  Тот не остался в долгу и выругался по-русски. Почему-то было приятно слышать родную речь.

  – Когда артиллерия перестала стрелять, я отправил грузовики дальше. До цели доехал один, и в общей сумме погибло пятеро моих ребят – Макаров вздохнул – По дороге они подхватили его – он кивнул на лугару – Весь его отряд был мертв, он просто шел вперед, потом полз, мучаясь от жары и судорог... Малярия проявила себя не вовремя.

  – Я предлагал ему лекарство... Он отказался... – с презрением я смотрел на собрата, который сам себя довел до всего этого.

  – Я бы никогда ничего бы от тебя не взял, ублюдок... – прошипел тот, отворачиваясь к стене.

  – Ваши войска завязли у последней линии обороны. Пантеры доставляют еще боеприпасы с базы, но туда скоро подберется резерв вампиров. И у тех, и у тех силы на исходе. К тому же на поле боя объявился лидер клана – продолжил свой рассказ Макаров – Мы в двух километрах от фронта. Здесь было неплохое место, чтобы укрыться.

  – Были приказы от командования?

  – Мои люди ушли туда час назад. Скоро узнаем.

  После молчание продолжилось с минуту, и Макаров вышел на улицу.

  Я смотрел в пол, изредка посматривая на Коннорса. Мои раны оказались несерьезными. Небольшие ожоги, сильные ушибы и перелом ребра, который уже почти зажил. Уцелевшие наручные часы показали, что прошли целые сутки. И такая же холодная ночь уже давно вступила в свои права. Раз ничего не кончено, придется воевать дальше. А Курт заработал себе больничный. Везучая тварь...

  – Торжествуешь, ублюдок? – лугару с трудом сел на кровать.

  – Нет. Просто презираю тебя – тихо ответил я – Если ты готов ради собственного идиотизма погубить общее дело. Ты отвратителен. Может, я и не лучший человек во всем мире, но несмотря на это, я гораздо лучше тебя...

  – Похоже, Мартин многое про меня рассказал – хрипло усмехнулся Курт – И как ведь сказал. Человек... Хочешь знать правду? Хочешь знать, почему я на самом деле тебя ненавижу? Я поведаю тебе, кто из нас лучше.

  – Хочу. Поведай мне! – ядовито сказал я, начав сдирать бинты с обнаженного торса.

  Коннорс долго собирался с мыслями, будто придумывал более ложную причину.

  – Когда мы первый раз встретились... Ты рассказал мне о смерти Волка... Я предполагал, что ты тварь, которая убила его, ударив в спину. Только Дитрих почему-то тебе поверил. Но приказ сверху был устроить твою жизнь... У меня не было выбора – Курт поднял глаза вверх, откинув голову, сжимая трясущимися руками колени.

  Все же он стойко выдерживал симптомы болезни. Даже мог бы заставить себя сражаться, если потребуется.

  – У меня не было выбора... – повторил лугару – Ты русский, из низшего слоя общества... Тебя нужно было определить на серьезную работу, где за тобой будут следить... Ты умел убивать, а это прекрасное качество. Поэтому я определил тебя в полицию... К Митчеллу. Моему племяннику – единственному, кому я мог доверять на сто процентов. По моим расчетам, ты бы еще долго ходил бы там в сержантах и никому бы не мешал – все, чего бы ты добился...

  Я слушал, не перебивая. Можно ли доверять всем словам? Ведь это может скатится в бред помутившегося сознания. Не знаю, пока лучше просто послушать дальше...

  – Но ты как-то умудрился привлечь себе внимание... Завел роман с дочкой Ладлоу... А тот решил нас шантажировать. Мы его не убрали по тихому сами, потому что такой союзник пригодится, и его единственное требование – чтобы ты отвалил от его дочери – было ничтожным... Но после доблестного капитана убили... Тебя забрали под стражу в качестве одного из подозреваемых. Тень пала на мою репутацию... – к Коннорса вернулся осмысленный взгляд, полный ненависти – Но дальше... Во время резни в Лос-Анджелесе... мой племянник... он пожертвовал собой. Ради тебя. Ради тебя, твари, которую он до конца не знал... Мне хотелось тогда убить тебя... Тогда около его могилы на кладбище я хотел пустить пулю тебе в лоб... Но сдержался. Тогда я сделал тебя моим личным агентом. Так тебя можно контролировать, раз не осталось никого, кому я сам могу доверять. И тут ты вновь в центре внимания. Убил одного из террористов, невесть как оказавшись в нужном месте...

  Я закончил с повязками и взял стакан воды с хлипкого стола, от которого отказался Курт. Но тому было плевать.

  – И тут Армстронг берет тебя под крыло, переводит в ФБР, ты потом становишься героем... И это не первая твоя медаль. А после карьера в ЦРУ. Не прошло и года, а ты добился того, чего я добивался пятнадцать лет... Мне стыдно называть тебя собратом. А теперь еще приходится называть коллегой... Это ужасно.

  Я осушил стакан воды. Не в силах больше сидеть, Курт лег на спину.

  – Я через неделю после нашего знакомства получил точные данные... Волк пожертвовал собой, чтобы спасти тебя... Поэтому я не убил тебя... В память о нем. Почему он тебя спас, когда мог сбежать от оборотней сам? Почему Митчелл спас тебе жизнь? Почему?! Ты можешь мне ответить?!

  Мне показалось, или из его глаза потекла слеза? Или же это пот?..

  Это вся причина? Он ненавидит меня за то, что его лучший друг и племянник пожертвовали ради меня жизнями? Проклятье... Я мог строить догадки о чем угодно, но только не об этом. Я "отнял" их у него, а мои успехи продолжают доказывают, что их жертвы были не напрасными.

  Раньше такого не было, но теперь внутри постепенно росло чувство вины... Нет, мне не жаль Коннорса. Жаль тех, кто сделал это ради меня. Я никогда не придавал большое значения их жертве. Наверное потому что не хотел этого, мне не давали выбор. Они просто это делали...

  – Я... – слова застревали в горле – Я не просил их этого делать, Курт – я впервые обратился к собрату по имени – Если бы они спросили... Хочу ли я этого... Я бы сказал нет. Я пытался вытащить Волка и Митчелла... Чтобы спасти их самому... Возможно, даже бы сам пожертвовал своей жизнью...

  Теперь лугару слушал, не перебивая. Непонятно, придал ли он моим словам значение или нет... На лице больше не отразилось ни одной эмоции.

  Я встал со стула. Каждый шаг давался тяжело. На улице был сильный ветер. Мы встали лагерем в небольшом городке. Вокруг сновали оборотни и редкие местные жители, оставшиеся в своих домах, несмотря на войну у них под носом. Да, это точно настоящая любовь к своей земле...

  Ветер становился сильнее. Но опять же до песчаной бури далеко. Как я узнал потом, такая же погода была много лет назад...

  Афганистан. Неподалеку от Герата. 15 июня. 1985 год.

  – Возьми чуть правее – прошептал Мартин, лежа рядом с Коннорсом в снайперском укрытии высоко в горах за камнями.

  Внизу была небольшая деревушка, которую заняли оборотни. Их солдаты не ждали нападения – острие атаки находилось на востоке вместе с новым супероружием. Туда же направился Маркус.

  Да, солдаты СССР неоднократно бомбили этот город, но это только играло на руку агентам ЦРУ. Нужно лишь отвлечь часть основных сил на этот город. Пусть думают, что против них выступают огромные силы.

  – Ветер слишком сильный... А мы слишком далеко от цели – продолжил инструктор, глядя в бинокль, играя роль наблюдателя.

  Лугару в принципе достаточно хорошо видят, но для такой точной снайперской стрельбы без этого подчас не обойтись.

  – Я уже пять лет не ваш ученик – огрызнулся Курт, но все же повернул винтовку куда было сказано.

  – Но сверхуспешных операций на твоем счету пока нет – напомнил Мартин – Результаты средненькие. Которых может достичь тупоголовый морпех, но никак не агент ЦРУ. Тебя и Волка взяли в программу, предполагая, что вы умеете не только убивать.

  – Ага, а Дитриха почему-то нет.

  – Дитрих хорош, но как командир на поле боя. Ему не хватает качеств, которые нужны агенту. Волк подходит идеально, а вот ты с большой натяжкой...

  – Меня это не подстегивает, и вы это прекрасно знаете – Коннорс оторвался от прицела.

  – Просто знай, что в этот раз ты не можешь свалить все на командование. Ты получаешь приказ, но действуешь практически сам... Приготовься!

  Вдалеке появился американский джип песчаного цвета. Армстронг будет лично руководить штурмом города. Этим должен был заняться Мальком, но он отправился биться с Маркусом, на котором помешался со времен их первой встречи, все больше и больше показывая неэффективность в командовании. Так скоро дойдет до того, что с него снимут погоны, если не хуже...

  – Что-то не так... – задумался Мартин, глядя куда-то совсем в другую сторону – Этот город первый на их линии фронта в этом секторе... И они просто готовы сдать его?

  Войска лугару двигались по небольшому каньону. Позиция хорошо простреливаемая, но сверху ехали танки – незаметно не подберешься.

  Город и так был уже хорошо разрушен бомбардировщиками, а эта армия за несколько дней могла полностью сравнять его с землей.

  – Что за черт?! – Курт поднял голову вверх, не веря тому, что верит в прицеле.

  Буквально из ниоткуда появилась целая армия оборотней. Сверху пролетели транспортные самолеты, сбрасывая десант и танки. С земли поднялись замаскировавшиеся солдаты, к которым бежало подкрепление из города. С большим количеством бронетехники.

  Они попали в ловушку! Кто-то знал, что они будут атаковать! Или Маркус догадался?!

  Именно эту армию они должны были отвлечь сюда, но их силы уже находились здесь!

  Армстронг вышел из своего джипы, что-то крича в рацию.

  Курт перестал целиться в солдата на вышке и глядя на разворачивающуюся бойню внизу, отбросил винтовку. Рядом стояло экспериментальное радиооборудование.

  – Что ты делаешь? – Мартин тоже покинул свою позицию.

  – Если мы свяжемся с бомбардировщиками СССР, скажем фальшивые координаты, то мы уничтожим врага... – Курт взволнованно крутил ручки настройки.

  Вызывать американские нельзя. Они, во-первых, слишком далеко, а во вторых в городе оборотни недавно понатыкали ПВО. По советским они не будут стрелять, пока не поймут, что произошло.

  – Ты с ума сошел?! Там же наши ребята!

  – Уж лучше так, чем их потери окажутся напрасны...

  – Там твой друг Волк!

  – Он бы меня понял...

  – Как старший агент, я приказываю!..

  – Приказывай в другом месте – отмахнулся Курт и начал говорить по-русски пароль и координаты.

  Мартин попытался броситься на Коннорса, но тот наставил на него пистолет.

  – У тебя нет на это полномочий!

  – Ни у кого рядом нет! А промедлим еще чуть, и от нашей армии все равно ничего не останется!

  – Они смогут отступить! Понесут потери, но уйдут! Оборотни не станут их преследовать!

  – ...требуется подтверждение – донеслось из приемника.

  Тогда лугару вырвал у собрата телекинезом пистолет, но тот послал мощную волну в ответ, сбрасывая инструктора со скалы.

  После вновь включил микрофон и дал подтверждение.

  – Прости меня... – Курт извинялся и перед Мартином, который упал вниз с горы, умело приземлившись, и перед Волком, который воевал внизу.

  И отвернулся, когда не заставившие себя долго ждать бомбардировщики бомбили и сбрасывали напалм на каньон и равнины перед городом. Сто лугару на двести оборотней – обмен вполне даже честный. Только вот в учебники военного дела такие операции стараются не вписывать...

  Через полчаса на его позицию пришел Армстронг. Мартин же побежал спасать тех, кто еще мог выжить.

  – Это ты вызвал авиаудар? – в его голове не звучала злоба.

  – Да... – севшим голосом, сидя на камне, сказал Коннорс.

  – Я уже был готов сам отдать об этом приказ. Ты правильно поступил, хоть и многие тебя возненавидят. Тебя представят за это к награде... – генерал повернулся и пошел обратно к своей машине – И еще. С этого дня ты работаешь на меня...

  Курт лишь отрешенно посмотрел ему вслед.

  Волка доставили в ту же ночь в полевой госпиталь. Осколки разворотили ему грудь, необгорелых участков кожи почти не осталось. Но доктора спасли ему жизнь...

  Коннорс сразу примчался сюда, как только узнал, что его друг жив. Они в последнее время не общались. После войны во Вьетнаме все пошли разными дорогами. Волка и Курта взяли на обучение в ЦРУ, а Дитрих пошел на повышение, служа под началом генерала Малькома, уже в звании майора командуя войсками.

  Общались редко. Но прошел слух, что у Волка какие-то проблемы с операциями – ведь он умудрился закончить обучение раньше Курта. Но узнать эту информацию нельзя – все засекречено.

  Лугару вошел в палатку, глядя на перебинтованное тело друга.

  Тот открыл уцелевший глаз, и посмотрел на Коннорса.

  – Зачем ты это сделал, Курт? – прохрипел Волк – Мы бы их удержали... Понесли потери, но отступили бы...

  – Армстронг бы сам отдал этот приказ. Оборотни вышли на открытое пространство – такой шанс нельзя упускать! – лугару не ждал такого.

  После слов генерала, что он герой, несмотря на убийство почти ста своих товарищей, было тяжело слышать. Особенно от него.

  – Но ты не колебался ни секунды, верно? – Мейсон отвел взгляд в сторону – Ты такой же, как и другие... Я стараюсь выполнять приказы, чтобы никто лишний не пострадал... А ты просто готов на все, чтобы вырвать победу... Любой ценой. Но рано или поздно ты не сможешь заплатить назначенную цену... Но все равно попытаешься. А я не хочу быть рядом в этот момент. Со всеми вами... Жертвовать солдатами можно, но тогда в этом не было необходимости... Ты и Дитрих бунтари. И вам плевать на чью-то жизнь... Мне – нет. Передай командованию, что я ухожу из ЦРУ. И вообще из вооруженных сил лугару.

  Курт стоял в растерянности. Он не понимал Волка. Еще неизвестно, отпустят ли его на волю.. Хотя, лугару редко слушал секретную информацию.

  – Армстронг ублюдок... Вы оба поладите, я уверен...

  Сказал Мэйсон вслед Коннорсу, когда тот, ничего не соображая, вышел из палатки.

  Африка. Ботсвана. Пустыня Калахари. На подходе к храму. 16 мая. 2010 год.

  В соседнем доме Макаров сделал импровизированную оружейную. Его люди готовились к новой битве.

  – На тебе лица нет... Все нормально? – голос оборотня был озабоченным.

  Но я лишь покачал головой. Нужно отвлечься. Война еще не выиграна, нужно завершить начатое.

  В кармане оказалась та ампула с лекарством от малярии. Разорвав упаковку, я воткнул шприц в шею. Ошибки Курта я не допущу. Вопрос в другом – поможет ли?

  – Мои ребята только что передали по рации, что вампиров зажали у самого храма...

  Храм... Никто так и не объяснил, зачем мы воюем за эту древность. Что она, черт возьми, нам даст?! Это не ресурсы, не завод по производству оружия и техники, и не крепость, которую можно использовать как плацдарм! Это всего лишь древность с древним мусором внутри.

  – И что? Мы пойдем туда? – я начал искать себе подходящее оружие и обмундирование взамен утерянного.

  – Да, генерал просит нас прибыть на место как можно скорее. На счету уже каждый солдат...

  Вот это плохо. Сколько же осталось от потрепанного батальона Армстронга?

  В качестве экипировки я взял неплохой вампирский бронежилет, одев поверх новой камуфляжной рубашки. В этот раз лучше себя не ограничивать – не тихая операция намечается. Четыре пистолета – два на поясе и два на груди. Три гранаты. Два ножа – в ножнах на бедрах. Небольшой пистолет внизу ближе к ступне. Автомат Калашникова с прицелом, и побольше патронов к нему. И каска. Хватит ходить с непокрытой головой.

  Другие солдаты вооружились почти также, только все же решили себя не перегружать, делая ставку на маневренность. Им оборотням, она может и пригодится.

  Через десять минут в комнату ввалился Курт. Выглядел он получше. Похоже, приступ прекратился. Никому ничего не сказав, он также начал собираться. Оборотни же смотрели на него настороженно.

  И тут собрат решил связаться со мной мысленно.

  "Между нами ничего не изменилось, Грей" – впервые за долгое время Коннорс обратился ко мне нормально, хотя бы по фамилии – "Того, что произошло не изменить, и простить я тебя не смогу. Надеюсь, тебе полегчало от правды..."

  Тут я заметил нотки издевки. Да, он снова прав. Мне не стало легче... Только хуже.

  Но лугару не говорил об этом не потому что заботился о моем душевном равновесии. Самому было неприятно обсуждать подобное...

  В этот раз мы двигались пешком – все уцелевшие машины находились на фронте. Бежать по холодной ночной пустыне было весьма приятно. Ветер вскоре стих, и перестал нагонять на нас песок. К сожалению, по дороге встречались не слишком приятные картины. Желая плюнуть на все и убежать прочь росло каждые сто метров.

  Убитые. Много убитых. После пережитого за последнее время это сильно подрывало боевой дух. Одно дело в Лос-Анджелесе. Все равно знаешь, что рано или поздно придет подкрепление. Ты на своей территории. Но здесь... Вокруг лишь смерть. Твои товарищи поиграли, так с какой стати выиграешь ты?

  В Техасе тоже все по другому. Врагов немного, ты знаешь каждого из них. И все равно ты на своей территории.

  И это не тайное проникновение к врагу, как в Москве. Там никто не знает, что ты здесь. И не собирается тебя убивать. Кроме разве что странный диких оборотней...

  К такому тяжелому испытанию не готовят нигде...

  Поэтому я старался чаще смотреть на небо, пусть и закрытое облаками. Но запах обгорелой плоти и запекшейся крови все равно напоминал о себе.

  А ведь если погибнешь в этой пустыне, то так и останешься тут гнить, пока тебя будут обгладывать гиены и прочие падальщики. Местные сдерут все экипировку, которую посчитают полезной, но не похоронят. В лучшем случае до США доберется только твой жетон.

  В полкилометре от основного лагеря нам встретился небольшой отряд разведчиков. Заодно им велели ждать нас. Тут на груди Макарова поверх бронежилета зашипела рация.

  – ...вампиры... наступают – это был голос Мартина – требуется... подкрепление... Хал мертв... Коффи за главного... мы отходим...

  – Где вы?! – оборотень крикнул в рацию.

  Но Мартин ничего не услышал.

  – Сэр, нам требуется ваша поддержка для штурма храма – сообщил лугару – разведчик.

  – Мы не можем их так просто оставить! Отобьем их у вампиров – они смогут помочь! – настаивал Макаров.

  – У нас нет на это времени – возразил Коннорс, кладя автомат на плечо.

  Я закрыл. Если начну настаивать, то может уговорю дать мне шанс. Но это может стоить победы. Но Хал не идиот, пусть и погиб. Он обезопасил свой вид... Нет, рисковать нельзя.

  – Мы должны идти дальше к Армстронгу. Хал и его люди знали на что шли. Как и Мартин.

  Оборотень вздохнул, но спорить не стал. А я же старался больше об этом не думать...

  Храм находился за высоким холмом. Стоило его увидеть, как сразу стало ясно, что это не обычная археологическая находка. В глубине большого карьера возвышалось строение, напоминающее некоторые современные небоскребы. Оно сделано из неизвестного материала, отливающегося синим цветом. Где-то я видел подобное... Точно! В том коридоре в шахте. Тот же странный материал. Но все же... Что эта находка дает? Сотни солдат проливали свою кровь ради... этого?

  Внизу по всему пути вглубь карьера также лежали трупы. Только здесь их было гораздо больше. А у самого храма на просторной площадке перед входом расположились остатки армии Армстронга. Теперь батальон представлял из себя вообще жалкое зрелище. Осталось человек двести, не больше. Еще десять танков, пять Хамви и один бронетранспортер.

  Хотя, из агентов ЦРУ выжили практически все. Не зря командование вкладывает в них деньги.

  Когда мы спустились, к нам подошло сразу пятеро из них.

  – Где Мартин? – спросила выбритая налысо девушка-лугару.

  Все – его ученики. Еще двадцать агентов посматривало на нас. Всех обучал, всех знает, как и они его. Что же сказать? Что бросил его на произвол судьбы?

  Макаров благоразумно молчал – сейчас им не хватало только слушать оборотня, который почти полгода назад шел против них. Коннорс тоже – его ненавидят. Ответ остается за мной...

  – Мартин отступил с базы снабжения с пантерами. Это все, что известно... Но дела у него идут плохо...

  Курт злорадно усмехнулся. А что еще от него ожидать?