Текст книги "Песня ветра (СИ)"

Автор книги: Анна Завгородняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

   – Увы! – я представила себе, как Мердок разводит руками. – Рад бы, но не могу.

   – Я знаю, – ответила девушка. – У вас мужчин, свои заботы!

    Я снова осторожно выглянула и увидела, что незнакомцы вполне подготовились атаковать желтоглазого, пока он распинался перед жеманной леди, от голоска которой у меня сводило зубы. Она была также искренна в своих словах, как голодная акула, проплывающая мимо истекающего в море потерпевшего кораблекрушение.

   «Ну, же, капитан, идите на борт, пока карета и охрана леди рядом!» – взмолилась я, но нет. Мердок распрощался с девушкой, упорно требовавшей называть ее впредь только по имени, а затем дождался, пока экипаж развернулся и направился прочь от пристани, проявив себя истинным джентльменом, что, по моему мнению, сейчас было весьма некстати. И я не ошиблась.

    Едва стук колес стих вдали, двое разбойников решили действовать. Выглянув снова я увидела, что один из мужчин стал продвигаться в сторону, явно намереваясь напасть на капитана, а потому не придумала ничего лучшего, чем открыть рот и закричать:

   – Берегись! – после чего села на корточки и зачем-то обхватила руками голову.

    То, что произошло после, случилось так быстро и молниеносно, что я лишь услышала жуткий грохот и звук, похожий на громкий хлопок, затем несколько секунд, показавшихся мне вечностью, раздавался шум борьбы, после чего кто-то истошно закричал. Что-то упало в воду, и снова раздался крик, после чего все стихло, а я задержала дыхание, опасаясь даже двинуться с места и понимая, что если в схватке победил не желтоглазый, то сейчас эти двое придут по мою душу и вряд ли с корабля успеют прийти мне на помощь.

    Когда на плечо опустилась чья-то рука, я дернулась, но не закричала, лишь еще плотнее зажмурила глаза, не желая видеть того, кто нашел меня.

   -Что ты здесь делаешь? – голос желтоглазого заставил мое сердце забиться с новой силой. Я открыла глаза и подняла взгляд, увидев, что капитан стоит надо мной склоненный и по-прежнему держит меня за плечо.

   – Ты что, оглохла? – его голос стал более раздраженным. – Я задал вопрос?

    Сглотнула и встала на ноги. Рука капитана упала вдоль тела, пока он рассматривал меня так, словно видел впервые.

   – Кажется, я велел кому-то не сходить с корабля! – сказал он.

    Бросив взгляд через плечо мужчины, увидела, что с «Сирены» к нам уже спешат Боунз и Золтан, а Марк стоит на палубе и держит в руках факел и огромную, совсем не по размеру детской руки, саблю.

   – Капитан? – закричал кок, но Мердок даже бровью не повел, продолжая впиваться в меня своими жуткими золотыми глазами, разгоревшимися от злости и негодования.

   – Между прочим, если бы не я, эти двое… – начала было говорить и тут же увидела тело, лежавшее на причале. Мне стало дурно, и я пошатнувшись, была вынуждена прислониться спиной к стене лавки.

   – Что с ним? – спросила еле слышно.

   – Этих двоих я почувствовал еще, когда находился в карете вместе с мисс Гамильтон! – сказал капитан.

   – Шерил! – зачем-то поправила его я. – Она просила вас называть ее именно так, по имени!

   – Ты совсем не дружишь с головой? – рявкнул Мердок и схватил меня за шиворот, словно нашкодившего щенка, встряхнул так, что от неожиданности я щелкнула зубами и попыталась вырваться.

   – Какого черта ушла с корабля? – прорычал он и отпустил меня так резко, что я едва не упала.

   – Капитан! – Золтан оказался рядом. Посмотрел сперва на желтоглазого, затем на меня и поспешил помочь мне оправить одежду, а затем подал руку.

   – Как вы смотрели за девчонкой, олухи! – резко произнес желтоглазый, и я увидела, как яростно он смотрит на своего помощника.

   – Пойдемте, Катарина! – шепнул мне Золтан.

   – Но я…

   – Вы после все мне объясните, – и почти потащил меня прочь от капитана.

    Уже поднимаясь по трапу я увидела, как с других кораблей на пристань спускаются любопытные. Проходя мимо кока заметила, что Боунз стоит на одном колене перед телом нападавшего и щупает его шею.

   – Вам не стоит смотреть на это, леди! – Золтан проводил меня до дверей в каюту и открыл их, пропуская вперед. Я не удержалась и оглянулась, но в свете огней, освещавших пристань, уже мало что было видно, да и слишком много людей сбежалось на шум. Мне оставалось только сидеть в каюте и ждать, когда придет капитан и всыплет мне за то, что посмела ослушаться его приказа. Наверное, он был прав, когда просил меня не уходить с корабля, но тогда я не смогла бы предупредить его об опасности и не встретила этого старика-мага, показавшегося мне приятным и чудным.

    Золтан закрыл дверь и ушел, оставив меня одну. Я села на кровать и стала ждать возвращения Мердока.

    Время тянулось утомительно долго, а желтоглазый так и не появился. Вот уже и забрезжил рассвет в окне, меня стало клонить в сон, но я продолжала отчаянно бороться с усталым телом, требовавшим отдых. Происшествие и то, чему она стала невольной свидетельницей, выбило меня из сил. Капитан убил нападавшего, но был вынужден сделать это, так как, судя по всему, убить хотели именно его. Я вспомнила светящийся холодным синим цветом нож в руке одного из нападавших и что-то неизвестное в кулаке второго… Определенно, с Мердоком приходили не просто поговорить и хорошо, что он оказался готов противостоять врагам.

    Я сдалась, когда на палубе раздались шаги. Никто не зашел в каюту, не потревожил меня. Судя по голосам, на «Сирену» вернулась команда, затем раздались какие-то крики, я расслышала голос Золтона, отдававший приказы, а затем просто прилегла…на одну минутку, чтобы немного вздремнуть и успокоить резавшие глаза. Веки налились тяжестью, и я незаметно провалилась в сон, а когда очнулась, ощутила, что корабль привычно покачивается на волнах, что могло означать только одно: «Сирена» вышла в море.

ГЛАВА 6.

    Весь день я провела в каюте, не показываясь на палубе, да и вряд ли смогла бы это сделать. Когда я попробовала дернуть ручку двери, чтобы открыть ее, то поняла, что меня попросту заперли и догадалась, что желтоглазый привел в действие свои угрозы, так что, скорее всего, придется мне до конца путешествия сидеть взаперти в этих стенах, а сколько оно еще продлиться, знал только капитан и морские боги, хранившие моряков.

    Когда пришло время обеда, вместо Марка в каюту пришел кто-то из пиратов. Мне оставили поднос с едой, состоявшей из куска хорошо прожареного мяса и свежих овощей, нарезаных крупно. Лепешка и стакан молока завершали мой обед, но я с удовольствием все съела, порадовавшись молоку и понимая, что это, скорее всего, купил Боунз.

    Время шло. Капитан все не появлялся, из чего я сделала выводы и весьма неутешительные: я наказана, и он решил игнорировать меня.

   «Придет!» – подумала с уверенностью, после некоторых раздумий. Ведь в его каюте остались все чистые вещи и карта, да и в одном из выдвижных ящичков после беглого осмотра я обнаружила судовой журнал, который капитан, как и каждый порядочный моряк, заполнял ежедневно.

   «Придет!» – повторилась и стала просто ждать.

    Уже ближе к закату двери загремели: кто-то снаружи открывал замок ключом, и я вскочила с кровати, вытянувшись в струнку, словно провинившийся нашкодивший ребенок. Я понимала, что была не права, но и капитан вел себя неприлично, когда накричал на меня, вместо того, чтобы поблагодарить за то, что предупредила его, рискуя жизнью, ведь эти разбойники могли и в меня чем-нибудь опасным пульнуть, а то и попросту подрезать за то, что предупредила желтоглазого.

    Сама того не замечая, затаила дыхание и дверь спустя пару секунд распахнулась. Высокая фигура Мердока застыла на пороге, но меня едва удостоили взглядом. Капитан прошел в каюту, прикрыв за собой двери и направился к столу.

    Я стояла не шевелясь и лишь следила за его действиями взглядом, надеясь, что этот чурбан обратит на меня внимание, хотя бы, заговорит со мной. Но капитан молчал, будто набрал в рот воды. Также молча опустился за стол и стал что-то выискивать на своей драгоценной карте. Между нами словно выросла стена. Если и раньше мы были не в самых дружественных отношениях, то теперь Мердок всем своим видом показывал, что не замечает меня, что я просто груз на его судне и не более того.

   – Кто это был? – спросила тихо и сама удивилась собственному вопросу, ведь собиралась спросить о других вещах. Но слово не воробей…

    Мердок ответил, не поднимая головы и не отрывая взгляда от карты, которая снова по его велению стала объемной и живой. Я увидела крошечную фигурку фрегата, рассекавшую магические волны, а следом за ней, на довольно приличном расстоянии, еще один корабль, в котором наугад узнала «Ла Туз».

   – Я бы хотела, чтобы вы поговорили со мной, капитан, – продолжила я, – дуться это так по-детски.

   – Я не дуюсь, – резко ответил он и соизволил посмотреть на меня. Его желтые глаза потемнели от негодования и сейчас стали почти такого же оттенка, как и глаза его отца… Глаза цвета осени, так любимые моей матерью.

   – Ты говоришь глупости, Катарина, – продолжил он, пока я рассматривала его лицо. – Я зол только по одной причине, что ты ослушалась моего приказания и спустилась в город не понимая, что можешь пострадать. Именно твои действия выглядят по-детски, – он откинулся на спинку стула и впился в меня взглядом, от которого захотелось попятиться и скрыться. Но я осталась стоять и даже чуть вздернула подбородок, показывая, что совсем не боюсь его…кажется, зря.

   – Еще одна такая твоя выходка и я забуду о том, что обещал Гарри доставить тебя в полном здравии, – сказал Мердок. – Никто не смеет подрывать мой авторитет на этом корабле, даже гости.

    Я попыталась сменить тему и снова повторила свой вопрос.

   – Но кто это был там…на причале вчера ночью?

    Капитан криво усмехнулся.

   – Тебе не стоит знать! – ответил он. – Это мои проблемы!

   – Вас вчера хотели убить!

   – Не в первый раз! – заметил капитан.

   – А я просто пыталась помочь! – вставила я фразу, надеясь, что Мердок проникнется моим порывом.

   – Я не нуждаюсь в твоей помощи! – слишком жестко сказал капитан. – Не лезь не в свое дело!

   – Грубиян! – возмутилась я. – Лучше бы, спасибо сказали! В следующий раз, будьте уверены, даже если вас станет поджидать толпа магов, я лучше язык проглочу, чем предупрежу.

    Капитан быстро взглянул на меня и неожиданно улыбнулся.

   – Как это похоже на Гарри. Ты точно дочь своего отца! – сказал он.

   – Я – дочь своей матери! – отрезала резко.

   – Ну хорошо, дочь своей матери, – передразнил меня Мердок, – ты посмела ослушаться моего приказа, а значит, до конца плаванья будешь сидеть в этой каюте и, даже если корабль пойдет ко дну, не посмеешь носа показать наружу!

    От подобного заявления моя челюсть упала вниз, а злые слова застыли на губах, так и не сорвавшись негодующим криком. Затем я взяла себя в руки и произнесла:

   – Вы не посмеете!

   – Для твоего же блага, Катарина! – ответил мужчина. – Но не переживай! Особо скучно тебе не будет, по вечерам сможешь ужинать в моем присутствии.

   – А как же работа на камбузе? – спросила с потаенной надеждой.

   – Забудь! – отрезал он и провел рукой над картой. Воздух пошел рябью, и она стала просто картой, без плывущего по магическим волнам фрегата и судна, сидевшего у «Сирены» на хвосте.

   – Хорошего вечера, мисс! – проговорил желтоглазый официально и вышел, закрыв за собой двери. Я ринулась было за ним, но когда попробовала открыть дверь, убедилась, что она заперта и, судя по всему, запечатана магией, так как я не слышала, чтобы ключ шумел в замочной скважине.

    Выругавшись так, как это делали моряки в таверне Портулака, я бросилась к кровати и села, скрестив на груди руки, мысленно проклиная капитана и свое собственное глупое желание прогуляться по причалу, стоившее мне свободы.

   «Неужели, действительно, запрет меня до конца путешествия?» – подумала я. Проклятый желтоглазый капитан. Вот не нравится он мне, как сразу увидела его лицо, полное самодовольства, так и поняла, что и впредь буду недолюбливать нахала. Отец, кто бы он ни был, нашел самого ужасного человека, который только мог оказаться в его окружении, чтобы вернуть меня в лоно семьи.

    Верный своему слову, капитан действительно запер меня в своей каюте и теперь, оказавшись в четырех стенах с возможностью лишь изредка перебрасываться парой-тройкой фраз с Марком, который приносил мне еду, я понимала, что Мердок их тех мужчин, которые слишком верны своему слову, даже если оно действует вопреки нормам приличия. Называть меня гостьей и запирать в каюте посередине моря, было верхом наглости…по крайней мере, так считала я, хотя, если признаться и, положа руку на сердце, в чем-то желтоглазый был прав. Я слишком необдуманно сошла на берег, обманула доверие людей, на которых он меня оставил, за что и Боунз и Золтан, со слов юнги, получили взбучку. Мне было неприятно и стыдно за то, что я подвела обоих мужчин, но внутри зрел протест против заточения.

    Три дня я молчала и терпела присутствие капитана, приходившего в каюту только спать и отмечать что-то в судовом журнале, а на исходе четвертых суток, решила заговорить во время ужина.

    Марк принес наполненные тарелки, расставил их на столе и привычно вышел, мы же с Мердоком сели друг против друга, чтобы приступить к молчаливой трапезе, только в этот раз я решила нарушить молчание и заговорила первая.

   – Может быть, вы все же перемените свое решение, сэр, и разрешите мне хотя бы помогать мистеру Боунзу? – спросила с надеждой в голосе.

    Мердок поднял глаза и отложил ложку.

   – Мне кажется, мы уже говорили на ту тему!

   – Я больше не могу сидеть в заточении! – вырвалось у меня. – Вы не имеете права!

   – Имею. Это мой корабль и моя команда. Когда прибудем к месту назначения, я передам тебя с рук на руки Гарри, пусть он примет ответственность, а пока ты на моем корабле, я отвечаю за твою жизнь.

    Я прищурила глаза, понимая, что с этим упрямцем не договориться, но что-то внутри меня протестовало и подговаривало пытаться снова и снова.

   – Пожалуйста! – произнесла, переступая через свою гордость.

   – Ммм? – взявшись было за рагу, капитан приподнял брови, посмотрел на меня так, словно я неожиданно заговорила на одному ему понятном языке.

   – Я больше не ослушаюсь ваших приказаний! – продолжила я.

    Капитан усмехнулся. Желтые глаза сверкнули.

   – Нет! – ответил он после минутного молчания, и его фраза разозлила меня. Неожиданно расхотелось унижаться и унижаться, и просить. Да и кто он такой, чтобы я его умоляла? Сперва похитил меня, увез против воли, затем сделал кухаркой, а в довершении запер в своей каюте, будто рабыню.

   – Гад! – буркнула я и капитан снова уставился на меня.

   – Спасибо! – ответил, а я для себя решила, что больше не стану унижаться и просить. Пусть все будет так, как будет. Ничего со мной не станется, если посижу взаперти. Если хочет привезти своему ненаглядному Гарри бледную поганку вместо дочери, пусть продолжает в том же духе. Нет, я не собиралась устраивать голодовку, просто без солнца и свежего воздуха чувствовала себя как после морской болезни.

   – Тебе осталось не так долго терпеть! – заметил капитан, после того, как расправился со своим ужином и отставил пустую тарелку.

    Я окинула его равнодушным взглядом и промолчала, давая понять, что разговаривать более не собираюсь. Капитана это, по-видимому, позабавило, мне же было все равно, что он там себе обо мне думает. Упрямый желтоглазый пират. Мердок посмотрел на меня, чуть прищурившись и явно над чем-то размышляя, затем неожиданно сказал:

   – Хорошо, Катарина. Я разрешу тебе прогулки, но всего один раз в день и под моим личным присмотром.

    Сперва хотела сказать что-то резкое и отказаться, но быстро передумала, понимая, что поступлю глупо теперь, когда он по какой-то причине передумал. Но и благодарить не спешила.

   – Может сейчас пройдемся по палубе перед сном? Ты можешь постоять на капитанском мостике!

    И откуда такая неожиданная доброта?

    Марк тихо постучал в двери и вошел, бросив взгляд сперва на капитана, затем на меня.

   – Спасибо! – обратилась я к мальчику, когда он собрал грязную посуду. Ответом мне была его улыбка, еще по-детски наивная и искренняя.

   – Если желаете… – намекнул мне капитан, поднимаясь из-за стола. Я не заставила просить себя дважды и спустя минуту вдыхала полной грудью соленый морской воздух и ощущала, как прохладный ветер треплет выбившиеся прядки волос.

   – Катарина! – позвал капитан и я последовала за ним на капитанский мостик, где продолжила наслаждаться свежим воздухом и опустившимися над морем сумерками с далекой алой полосой горизонта. С того самого дня так и повелось: капитан после ужина брал меня с собой на мостик, и я шла следом, понимая, что это унизительно, но хоть немного свободы, пусть и обманчивой. Днями же я продолжала находиться в заточении, скуки ради отмечая зарубками уходившие дни на одной из балок. А они тянулись невообразимо долго, словно смеялись надо мной. Все это время погода благоволила нам, и Марк в наши короткие встречи, не забывал упомянуть об этом.

   – Еще никогда наше путешествие не было таким спокойным, леди! – признавался он.

   – А когда мы прибудем к нашей цели? – спрашивала я.

    Мальчик пожимал плечами.

   – Если погода продержится такая же благоприятная, что уже через две недели…

    И мне оставалось только продолжать считать дни и наслаждаться короткими часами прогулок на капитанском мостике.

    Мердок делал вид, что не замечает меня. Деловито стоял на своем капитанском посту, вглядываясь в темноту перед носом фрегата, но чаще всего он брал в руки штурвал, направляя «Сирену» по волнам, а я смотрела на него и вспоминала того мужчину, в глазах которого плескалась осень. Мужчину, которого любила моя мать и который любил ее, вопреки всему. Так проходили дни, а затем, в одно прекрасное утро, едва проснувшись и умывшись, я услышала крик впередсмотрящего:

   – Земля! – и сердце мое подпрыгнуло словно мячик. Я рванула к зарубкам и пересчитала их, после чего улыбнулась, понимая, что «Сирена» прибыла на место и совсем скоро я увижу того человека, который называет себя моим отцом.

    Никогда не думала, что увижу подобное место. Впередсмотрящий кричал с марса (6): «Земля!», – я же разглядела сперва только очертание чего-то темного, напоминавшего берег, но, по мере приближения, превратившегося во что-то непонятное и непривычное глазу. Но удивилась только я. Пираты деловито передвигались по судну, подготавливая «Сирену» войти в гавань: убирали паруса, сматывали снасти. Капитан занял свое место у штурвала, а я встала на носу слева и смотрела вперед на берег, приобретавший все более четкие очертания.

    Стоило сказать сразу, что это оказался вовсе не берег. Я подозревала, что земля там, конечно, была, так как дома, возвышавшиеся над волнами, явно стояли на сваях. Возможно, здесь была отмель или какие-то подводные скалы поднялись на поверхность, позволив странному архитектору построить этот город состоящих из огромных домов, что, казалось, плыли над водой, будто дивные и немного жуткие, корабли.

    Я заметила, что капитан «Сирены» направил фрегат прямиком между высоких домов, где судно едва могло пройти, лавируя под навесными мостами. Дома поднимались вверх на несколько этажей и соединялись между собой веревочными лестницами и подобием таких же веревочных мостов. Подняв вверх голову, я видела людей, которые шагали прямо над нами, будто птицы, парящие в небе, и от этого зрелища было не по себе.

    Здания буквально подходили впритык к кораблю, и я поняла, насколько умело управляет судном капитан Мердок. Оглянувшись назад, заметила его, стоявшего на капитанском мостике. Крепкие руки лежат на штурвале, а золотой взгляд устремлен вперед, на нос судна, мимо меня, туда, где рассекает море его «Сирена».

   – Как вам наш город? – не без доли гордости спросил юнга.

   Я оглянулась и увидела, что Марк стоит рядом и смотрит вперед, на проплывавшие мимо дома, к которым казалось, можно было прикоснуться, лишь стоило протянуть руку.

   – Довольно интересен! – заявила я и не солгала.

   – Сейчас канал станет шире, и мы попадем в порт! – просветил меня юнга и мы стали ждать вместе. Он – невозмутимо спокойный и довольный оттого, что знает то, чего не знаю я. Я – в ожидании предстоящего зрелища.

    Марк не обманул. Скоро дома, словно по мановению чьей-то руки, разошлись плавно в стороны и корабль вышел в почти обычный порт. Огромная площадь на воде была заполнена различными судами. Здесь были и корветы, и шхуны, барки и шлюпки, на волнах качались рыбачьи лодки и мощные длинные галеры с косыми парусами. Высокие мачты тянулись к солнцу, словно деревья в лесу, а на причале, самом обычном, с копошащимися рыбаками и моряками, с ящиками грузов и тяжелыми тюками товаров, кипела жизнь, ничем не отличавшаяся от той, которую я наблюдала столько лет из окна таверны в Портулаке, с той единственной разницей, что здесь вместо простых торговцев и перевозчиков грузов, находились только морские разбойники.

    Я видела черные флаги, трепетавшие на ветру, с белыми смеющимися черепами и крестом из перекрещенных костей. А дальше, за периметром пристани, начинался сам город, здания которого ничем не отличались от тех, что выстроились вдоль канала, по которому плыл наш фрегат.

   – Нас должны встречать! – сообщил мне мальчик и помчался прочь, оставив меня одну смотреть на город и думать о том, что ждет меня в конце пути.

    Как оказалось, «Сирене» не хватило места у пристани, и капитан отдал приказ бросить якорь на небольшом отдалении. Пока пираты убирали паруса, я заметила большую лодку, отчалившую от причала и направившуюся в нашу сторону. Какое-то внутреннее чутье подсказало мне, что лодку отправили именно за мной и на ней должен находиться мой отец.

    От таких мыслей сердце забилось, словно сумасшедшее и я стала вглядываться в лица гребцов и троих мужчин, сидевших на скамейке и также в ответ смотревших на «Сирену». Я разочарованием поняла, что мужчины все слишком молоды, чтобы кто-то из них мог оказаться моим отцом и перевела взгляд, отыскивая Мердока.

    Желтоглазый оказался поблизости. Я увидела, как широкими шагами он приближается ко мне и попятилась назад, заметив выражение решимости на его лице. Золотые глаза странно сверкали и мне показалось, что капитан просто счастлив от того, что наше совместное путешествие подошло к концу.

   – Катарина! – он встал в шаге от меня. – Иди в каюту и собери свои вещи! – не попросил, а приказал, но я не собиралась спорить, понимая, что это бессмысленно. Только не здесь, не в городе пиратов, где он чувствует себя как рыба в воде.

   – И прошу поторопиться! – добавил мужчина, заметив, что я не двигаюсь с места.

   – Это за мной? – спросила, кивнув на приближающуюся лодку.

   – За нами! – уточнил Мердок и отчего-то ободренная этой фразой, я поспешила в каюту, чтобы взять то, что принадлежало именно мне. Уже оказавшись у дверей, опомнилась и оглянулась. Заметила, что с корабля сбросили веревочную лестницу и с лодки на борт поднялся первый из троих мужчин, которых я приметила пару минут назад.

   «У меня нет здесь вещей!» – подумала я, но все же вошла в каюту и взяла то единственное, что действительно принадлежало мне: сорочку, в которой пираты похитили меня из таверны.

    Смяв ее в руке, запихнула в карман и осторожно выглянула за дверь, заметив, что капитан стоит перед своими гостями и все четверо о чем-то говорят.

    Нерешительно шагнула вперед. «Сирена» и ее команда за плаванье стали мне почти хорошими знакомыми, в сравнении с теми тремя головорезами, которых, судя по всему, за мной отправил родитель. Сама того не замечая, оглянулась на желтоглазого капитана. Трусихой я не была, но отчего-то отчаянно захотелось, чтобы он отправился со мной, а то вдруг передумает!

    Не передумал. Даже помог спуститься вниз, пока меня страховали гребцы: ребята крепкие, но вида подозрительного. Вся команда фрегата провожала меня взглядами, кок свесился через борт и махнул рукой, странно сверкая своими необычными и совсем не человеческими глазами. Боцман пожелал удачи, а Марк крикнул:

   – Мы ведь еще увидимся, леди Катарина?

    Я ступила на дно лодки, подняла голову вверх и помахала пиратам «Сирены», дожидаясь, пока Мердок и посланные за мной мужчины, не спустятся вниз.

   – Скоро ты увидишь своего отца, – проговорил желтоглазый, оказавшись рядом. По веревочной лестнице он спустился так стремительно, словно прошел по трапу, буквально за несколько секунд, в то время, как мне понадобилось минут пять, да и ловили меня двое моряков, после чего усадили на скамью позади гребцов. Люди моего отца, как окрестила я мысленно этих троих, что сели на носу лодки, вели себя более чем равнодушно и, кажется, им было все равно, кто я и что я. Только Мердок прошел ко мне и присел рядом, словно оберегая.

    Оттолкнувшись веслами от борта фрегата, гребцы повернули ловко лодку, и мы поплыли к пристани, мимо многочисленных кораблей, качавшихся на волнах. Меж ними едва хватало места для широкой лодки, и я то и дело поглядывала на опасное соседство этих крепких гигантов, которых, казалось, качнет волна и зажмут между собой хлипкую лодку, да так, что треснет она и пойдет ко дну вместе со всеми, кто находится на ней. Только моряки держались спокойно. Весла погружались в воду и снова выныривали, разбрасывая брызги. Я посмотрела на Мердока: мужчина отвернулся, созерцая корабли по правую сторону лодки, и тогда я опустила глаза, всматриваясь в темную холодную воду и примечая, какая она грязная и мутная. На поверхности плавали бумага, какие-то очистки, то ли от картошки, то ли от земляной груши. Встретились мне и пустая коробка, плавающая на поверхности, почти расползшаяся и создававшая вид весьма непривлекательный.

   – Ужас! – не удержалась от комментария и тут же увидела усмешку Мердока.

   – В здешних водах лучше не купаться! – проговорил он.

   – Я уже заметила! – ответила быстро.

    Люди моего отца сидели впереди и кажется, не слушали наш разговор, но и сами при этом молчали, словно набрав воды в рот. А причал приближался с каждым гребком. Я уже могла разглядеть и железную лестницу, поднимавшуюся прямо из воды на деревянный настил, видела и каких-то мальчишек, с интересом наблюдавших за приближением лодки, были тут и мужчины, одетые в одежды разного покроя, явно снятые с чужого плеча, и какие-то слишком ярко накрашенные женщины с невероятно яркими волосами… но я не увидела никого, кто мог бы заставить мое сердце сказать: «Это он. Мой отец!».

   – Гарри ждет нас дома! – подтверждая мои мысли, сказал капитан «Сирены».

   – А это кто? – я кивнула и невежливо указала рукой на тройку мужчин впереди.

   – Помощники твоего отца! – ответил Мердок.

    Хотела было поделиться с капитаном своей догадкой о том, что мне здесь, кажется, не рады, но промолчала, решив, что не стоит болтать о своих соображениях тому, кому это не интересно.

    Но вот мы пристали к причалу. Лодка мягко толкнулась боком в деревянные сваи, после чего первые трое мужчин быстро вскарабкались по железной лестнице, повернулись ко мне, ожидая, когда последую за ними. Я встала со скамьи и прошла мимо моряков, продолжавших сидеть на своих местах. Капитан следовал за мной и именно он помог мне, подталкивая под попу, вскарабкаться наверх.

    Лестница оказалась неожиданно скользкой, и я вцепилась в поручни, продвигаясь медленно, но верно.

   -Мисс! – двое из мужчин, ожидавших нас с капитаном Мердоком наверху, протянули руки и почти затащили меня на пристань. Желтоглазый в пару секунд оказался за спиной, придавая мне какой-то обманчивой уверенности в себе. Зачем-то оглянулась назад и бросила взгляд на «Сирену», которая стояла всего в полусотне метров позади. Разглядела Марка и Боунза, глядящих нам во след. Там же нашелся и Золтан, запоздало поднявший на прощание вверх руку, и я махнула ему в ответ.

   – Идите за нами! – сказал третий мужчина, стоявший в нескольких шагах от лестницы. Затем он повернулся спиной и шагнул вперед. Нас с капитаном пустили следом, еще двое замыкали шествие, а я ощущала себя, словно в западне, в окружении этих пиратов. Отчего-то с силой забилось сердце, и я только теперь осознала, куда попала и что скоро увижу человека, подарившего мне жизнь.

    Пока плыли на корабле, конечный пункт нашего путешествия казался мне сказочным и зыбким, словно странный сон, от которого я должна проснуться. И вот только теперь приняв действительность, ощутила страх, забравшийся под кожу и вырвавшийся наружу в подёргивании рук и коленей.

   – Не бойся! – шепнул неожиданно Мердок и я бросила на него испуганный взгляд. Кажется, мужчина понял, в каком состоянии я сейчас нахожусь, как понял и то, что я до сих пор не осознавала действительности происходящего.

   – Я не боюсь, – солгала, вызвав усмешку мужчины.

   – И почему я тебе не верю! – проговорил он тихо.

    Мы продвигались по неожиданно оживленной пристани. Кажется, все здесь стояло на воде и над водой. Под ногами стучала пустота и плескались волны, по обе стороны каналов поднимались гнезда домов, именно гнезда. Налепленные друг на друга многочисленные этажи с веревочными и деревянными лестницами, соединяющими узкие улочки, тянувшиеся вдоль домов, разделенных морем, лодки и корабли у пристани, качающие верхушками мачт и над всей этой неожиданной серостью синее и яркое небо и грязное море, плескавшееся под ногами. Слишком разительный контраст!

    Этот город определенно мне не нравился, и я уже решила для себя, что каким бы не оказался этот Гарри, я воспользуюсь обещанием желтоглазого капитана, вернуть меня домой, на мой родной и такой тихий, чистый островок, за прилавок таверны капитана Уильяма. Нет, я конечно же, не останусь в Портулаке и вскоре покину и его, но не стану жить в городе подобном этому, где воздух воняет, а море неопределенного цвета, и уж совсем не такое лазурное, каким я привыкла его видеть.

    Шли мы довольно долго, или это просто мне так показалось? Навстречу текла толпа разномастных людей. Здесь были и мужчины, кожа которых черна, как ночь и пираты с тонкими косицами от затылка, с гладко выбритыми головами и раскосыми глазами. Были и женщины определенного нрава и поведения. Перед нами этом людское море расступалось, пропуская и провожая странными взглядами. Но дамы, как успела заметить я, бросали улыбки моему желтоглазому спутнику и так зазывно покачивали бедрами, что мне даже стало смешно и одновременно, противно. Хорошо хоть сам Мердок на таких размалеванных красоток в ярких платьях, явно с чужого плеча, внимание не обращал. Шагал так, словно и не было вокруг никого, как по палубе своего фрегата.