Текст книги "Песня ветра (СИ)"

Автор книги: Анна Завгородняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

   – Когда увидишь, сама догадаешься! – улыбнулся Гарри. – Главная проблема и загвоздка заключается в том, чтобы добраться до самой пещеры. Моря близ острова, населены жуткими тварями, а потому редкий корабль заплывает туда.

   – Я знаю, о чем он говорит, – сказал, обращаясь ко мне желтоглазый капитан. – Это ведь Мертвое море, не так ли?

   – Оно самое! – кивнул, соглашаясь, Гарри. – Ты прав, Бертон.

   – На моей памяти, еще никому не удавалось достигнуть острова Баггейна…

   – Твоя память тебя не подводит! – Гарри сверкнул глазами. – Но это единственный путь.

   – Почему же вы сами…. – проговорила с трудом, – сами не отправились туда? Столько ждали, пока приду я?

   – Разве я похож на сумасшедшего! – рассмеялся Гарри, но я поняла, что это не та причина, по которой отправляют именно меня. Должно быть что-то более важное и значимое, о чем он пока умолчал.

   – Хочешь вернуть себе свою жизнь и получить ответы на вопросы, – сказал пират, – отправляйся на остров Баггейн и найдешь все, что ищешь!

   …Голос Мердока заставил меня вздрогнуть. Моргнув, уставилась на его напряженное лицо.

   – Что с тобой? – спросил.

   – Вспомнила наш разговор с Гарри! – призналась.

   – Старый дьявол ничего тебе не рассказал толком, – ответил мужчина. Он положил руки на стол, а я отчего-то посмотрела на его длинные пальцы и вздохнула.

   – Он сказал, что проклятье постепенно изменит меня. Он снова постареет, но вместе с ним состарюсь и я.

   – Вряд ли лгал! – согласился капитан.

   – А у вас какая причина? – вызвалась я.

   – Что? – кажется, он не был готов рассказать о себе, только я не отступала.

   – Почему отправились со мной теперь? Вы потеряли свой корабль, а я догадываюсь, что значит для капитана потерять свое судно. А люди! Сколько погибло из вашей команды в том ужасном шторме? Любой другой уже отчаялся бы, а вы…

    Капитан посмотрел мне в глаза. Затем медленно поднялся из-за стола и прошелся взад-вперед, меряя шагами каюту. Корабль плыл по заданному курсу и Золтан, стоя у штурвала направлял его в нужном направлении. Я ощущала легкую качку, но Мердок, кажется, едва ли испытывал дискомфорт от этого.

   – Моя мать, – наконец, признался он.

   – Она жива? – уточнила я.

   – Жива!

    А я-то думала, что умерла. Да, именно так и полагала…неразделенная любовь. Ведь Джон Мердок, отец Бертона, любил Терезу. Или я ошибаюсь?

    Между нами было слишком много недоговоренностей.

   – Она жива и здравствует, если это только можно назвать подобным образом. Но она связалась не с тем, с кем стоило бы! – сказал мужчина. – Я назову ее имя, и ты все сразу поймешь, Катарина.

    Замерла в ожидании.

   – Эйми Мердок! – просто произнес он и я вздрогнула.

    Старая Эйми. Та, что прислуживала в доме Гарри. Та, которая сразу приняла меня «в штыки», которая едва не ненавидела меня, хотя, тут все понятно. Ведь, получается, я была дочерью разлучницы! Той, которая увела ее мужа!

    Как все запутано!

    В ожидании объяснения, уставилась на желтоглазого капитана. Он вздохнул.

   – Да, я понимаю твое удивление. Долго не решался сказать, только ты имеешь право знать!

   – По крайней мере, теперь я понимаю причину ее ненависти ко мне! – проговорила тихо.

   – Она связалась с Гарри сперва из мести. Мол, раз Тереза увела у нее мужа, то она отберет у нее Гарри.

   – Но она такая старая, – неуверенно сказала.

   – Еще бы! – отозвался капитан. – Ведь она была одной из первых, кого отвел Гарри на корабль. Решил омолодиться за ее счет и действительно, помогло, только ненадолго. Он постарел через несколько дней, вернувшись к тому состоянию, в каком ты застала его по прибытии. А мать, – Мердок сжал руки в кулаки, – впрочем, ты сама ее видела и все прекрасно понимаешь.

    Тут он был прав. Видела и понимаю… Только вот, не думала, что у Бертона подобная мать. Впрочем, винить ее за неприязнь в дочери соперницы тоже не могла.

   – Но мы отвлеклись, – сказал капитан после минутного молчания. – Путешествие будет непростым, и я надеюсь, что на острове нам удастся найти артефакт.

    Сама на это надеялась…правда, не знала толком что и где искать, но была надежда на корабль. Мне казалось, что мы с судном постепенно становимся единым целым. По крайней мере на борту «Песни Ветра» я чувствовала себя прежней и выглядела так, как и всегда: молодая и здоровая. Одна мысль мучила меня: как мне сойти на берег Баггейна, если вдалеке от брига я снова стану стареть? Сколько будет отведено мне времени на поиски, пока не свалюсь от усталости, седая и немощная?

    Кажется, мы с капитаном одновременно подумали об одном и том же, потому что он произнес:

   – Я буду рядом!

    Прозвучало так искренне, что мое сердце дрогнуло. Всего на долю секунды и Мердок поднял на меня взгляд. Наши глаза встретились, что-то мелькнуло между нами и меня неотвратимо потянуло к мужчине. Тело напряглось, приготовившись встать из-за стола и я, наверное, сделала бы это, если бы не резкий стук в двери, оповестивший о приходе Марка.

    Мальчик вошел, поглядывая на меня с кэпа, при этом странно ухмыляясь. Я стала подозревать, что этот чертенок решил поработать свахой и едва удержалась, чтобы не погрозить ему пальцем, давая понять таким образом, что догадываюсь о его намерении.

   – Мистер Боунз спрашивает, понравился ли вам ужин? – спросил Марк.

   – Очень! – как-то получилось, что сказали мы одновременно с капитаном и юнга удивленно раскрыл глаза, а затем улыбнулся.

   – Хорошо! – ответил. – Так ему и передам!

    Он собрал посуду и шагнул к двери. Капитан – за ним следом. Мне даже показалось, что Мердок попросту убегает от того, что почувствовал. Но, может быть, я приписывала ему чувства, которые испытывала сама?

    Тем не менее, Бертон ушел, а я осталась одна сидеть за пустым столом и размышлять о том, что ждет нас дальше и, признаюсь, воображение рисовало мне не самые радужные картины.

    А «Песня Ветра» тем временем летела по волнам. Ветер наполнял паруса и уносил нас все дальше от торговых путей, к таинственному острову, носившему название – Баггейн.

ГЛАВА 11.

    Погода сопутствовала нам, как и попутный ветер, наполнявший черные паруса брига. «Песня Ветра» почти полностью оправдывал свое название. Часто, стоя на палубе или поднимаясь на мостик к Мердоку, я слышала, как поет ветер в снастях, тонко, словно играет на неведомом мне инструменте.

    Корабль плыл по волнам, скользил, невероятно быстроходный. Конечно, он уступал в размерах фрегату желтоглазого капитана, но отличался маневренностью и легким ходом, что в нашем случае было только на руку.

    Несколько дней я почти наслаждалась покоем и тишиной. Иногда даже не верилось, что впереди нас могут ожидать трудности и опасности. Небо над головой было синим и таким ярким, что болели глаза. Солнце согревало, а море тянулось до горизонта насыщенным темным синим цветом, говорившим о его невероятной глубине.

    Я расслабилась. Позволила себе на некоторое время забыть о том, с какой целью мы плывем к неизвестному острову, да и найдем ли мы его. Не хотела думать о том, что возможно, наши поиски не увенчаются успехом и я навеки останусь привязанной к бригу.

    Капитан моего настроения не разделял. Казался собранным и с каждым днем становился все угрюмее и мрачнее.

    Как и прежде мы делили одну каюту. Наверное, это могло показаться неразумным и для девушки, позорным, только я меньше всего сейчас беспокоилась в своей чести, да и, признаться, Мердок ни разу не посягнул на нее. Более того, он даже не смотрел в мою сторону. Ложился на полу и засыпал, а я порой ворочалась под одеялом и то и дело поглядывала на мужчину, который как-то незаметно для меня самой, стал интересовать меня куда больше, чем я хотела. Кажется, теперь я понимала мать, которая любила Джона Мердока и вспоминая те далекие времена, оставшиеся в моей памяти, я снова и снова видела мужчину, приходившего в наш дом на закате, чтобы с рассветом покинуть его и вернуться вновь.

    Глядя на сына Джона Мердока я ощущала нечто странное, отчего мое сердце начинало волноваться и биться сильнее в груди.

    Но, как известно, все хорошее рано или поздно заканчивается и в одно утро, проснувшись и умывшись, я вышла на палубу и тут же поежилась от сильного порыва холодного ветра.

    Море изменилось. Исчезли яркие краски и на замену им пришли мрачные тучи и темные волнующиеся волны. Я нашла взглядом фигуру капитана: он по своему обычаю, стоял на мостике и рядом с ним находились Золтан и мистер Смит. Мужчины что-то обсуждали и при этом смотрели куда-то в сторону. Я проследила в направлении взоров и удивленно приподняла брови.

   «Неужели мы на месте?» – подумала я. Только это казалось невозможным. Слишком мало времени провели мы в пути.

    Я подошла к перилам и ухватившись за них руками, стала рассматривать густой туман, клубившийся в нескольких милях по правому борту корабля. Туман показался мне странным. Он поднимался, казалось, к самому небу плотной стеной. Что скрывалось за ним, я понятия не имела, а потому, недолго думая, направилась прямиком на капитанский мостик.

    Меня заметили и притихли. Мужчины поздоровались, и я ответила им натянутой улыбкой. Затем боцман оставил нас, а Золтан встал за штурвал, подмигнув привычно. Только сегодня было заметно, что помощник капитана напряжен, его дежурная улыбка, всегда широкая и искренняя, сейчас казалась искусственной и натянутой. Я поняла, что туман напугал не только меня одну, но и всю команду «Песни Ветра».

   – Что это? – спросила я, когда мы с Брентоном подошли к перилам.

    Мужчина посмотрел вдаль на клубы тумана, выпускавшего диковинные щупальца по волнам, словно пытаясь дотянутся к черному бригу.

   – Боюсь, что не могу дать ответ! – проговорил Мердок и покосился на меня. – А еще, я не знаю, что там, за этим туманом. Могу только полагать, что ничего хорошего.

    Об этом я догадывалась и без его слов, но промолчала, позволив желтоглазому высказаться. Но он молчал.

   – Это ведь Мертвое море? Мы прибыли к цели нашего путешествия?

    Капитан передернул плечами.

   – Не думаю. Это было бы слишком просто.

    Я устремила свой взгляд вдаль, понимая, что закончилось наше спокойное житье. А туман шевелился, словно живой, и, казалось, беззвучно говорил: «Путник, плыви мимо. Здесь тебе не рады. Здесь тебя ждет погибель!».

    Сглотнула, вздрогнув. Показалось, что воздух стал едва ли не ледяным.

   – Моряки, все, кто находится в трезвом уме, обходят это место стороной, – продолжил Мердок. – Многие знают о Мертвом море, но никто и никогда не осмеливался заплывать за стену тумана, а если такие смельчаки и находились, то история о них умалчивает, поскольку, на моей памяти, еще никто не возвращался из этих вод.

   – Но Гарри говорил, что там есть остров! – заметила я. – А, значит, кто-то все же побывал за туманом, раз ходят такие слухи.

    Желтоглазый посмотрел на меня.

   – Вот скоро мы это и проверим, – а затем повернулся к Золтану.

   – Полный вперед. Курс на туман!

    Я заметила, что Золтан с явной неохотой направил «Песню Ветра» в указанном направлении. Бриг полетел по волнам легко, словно птица и стена тумана стала быстро приближаться. Я же вцепилась в поручни и с нетерпением и замиранием сердца стала смотреть на высокую непроглядную, клубящуюся толщу, а Мердок тем временем крикнул вниз, обращаясь к боцману.

   – Приготовить оружие!

   «Это еще зачем? – удивилась я. Неужели, Бертон подозревает, что там нас ждет первая опасность? Мне казалось, что сам по себе туман представлял угрозу. Перед моими глазами воображение рисовало подводные рифы и сильные течения, только вот «Песня Ветра» был необычный кораблем. Такой обойдет подводные камни и обогнет опасные течения. Сколько раз уже получалось так, что бриг выходил из-под направляющей его руки, выбирая самостоятельно более легкий путь. Вот и сейчас, прикасаясь к поручням, я ощутила странное тепло, словно под моими руками было не дерево, а что-то живое.

   – Катарина! – голос Мердока вывел меня из задумчивого состояния.

   – А? – встряхнулась, приходя в себя.

   – Иди вниз и закройся в каюте, пока не позову! – велел мужчина.

   – Но… – начала было, только Бертон не дал мне закончить.

   – Без всяких: «Но!», – произнес и тон его голоса не оставлял мне выбора.

   «Неужели беспокоиться обо мне или переживает, что, если что-то пойдет не так, не сможет помочь своей матери?» – подумала я, но ослушаться не решилась. Сделала так, как велел и уже спускаясь на палубу с капитанского мостика, заметила, что бриг замедлил движение, приближаясь к линии тумана. На палубе собрались все моряки. Я заметила и Марка, поманила его за собой, но мальчишка лишь покачал головой, отказываясь. Конечно, ему не хотелось прятаться за женской юбкой, когда могло произойти что-то страшное и, одновременно, интересное. Только я рисковать жизнью ребенка не стала.

   – Подойди! – позвала, но получилось слишком в приказном тоне. Тем не менее, подействовало и мальчик не посмел ослушаться, как минутой ранее я – капитана.

   – Мне нужен кто-то, кто сможет защитить меня в случае чего! – сказала я.

    Марк прищурил глаза.

   – Не надо меня обманывать, леди! – произнес с почти взрослыми интонациями.

   – Но мне и правда страшно одной! – сказала я. Не помогло. Юнга упрямо замотал головой, но капитан заметил мои уловки и крикнул с высоты мостика:

   – Марк, отправляйся в каюту с мисс Фонтес. Я доверяю ее жизнь тебе! И это приказ!

    Тень легла на детские черты, но ослушаться самого капитана юнга не посмел.

    Мы вошли в каюту и закрыли двери, но неугомонный Марк почти сразу же бросился к иллюминатору и приник лицом к стеклу, вглядываясь в приближающуюся стену тумана.

   – Как вы думаете, что там? – спросил он, задав вопрос, который интересовал также и меня.

   – Не знаю, – ответила честно, а про себя помолилась за то, чтобы беспрепятственно доплыли к берегам Баггейна. Но то ли боги в этот день были глухи к мольбам, то ли молитвы не достигли их слуха из-за плотного тумана, но, когда мы проникли в его толщу, разрывая носом густые клубящиеся сгустки, наступила зловещая тишина, от которой по спине прошелся холодок.

    Кажется, я даже затаила дыхание и было слышно только море, плескавшееся о борт брига. «Песня Ветра» продолжала неумолимо двигаться вперед, но при этом кораблем никто не управлял, я был в этом уверена. Только черному кораблю не нужен был хозяин. Он сам выбирал дорогу, продвигаясь в тумане, словно нож в масле. Даже не знаю, что бы мы делали, находись сейчас на «Сирене»!

    Марк прильнул к стеклу так плотно, что расплющил нос.

   – Перестань! – попеняла я ему, но внезапно раздался странный звук, словно оторвался парус и захлопал на ветру, после чего мы услышали крик и в ту же самую минуту в окно, за которым находился юнга, что-то с силой ударилось.

    Это была огромная тварь, разглядеть которую я просто не успела. Лишь увидела овальное тело и длинную голову с клювом, внутри которого, как мне померещилось, таились острые мелкие зубы. Тварь была крылата, но лишена перьев. Она каким-то чудом вцепилась когтистыми лапами за обшивку и принялась долбить клювом стекло, при этом не переставая хлопать огромными крыльями.

    Кажется, я закричала. Кричал ли Марк, утверждать не стану, помню только, что ринулась к двери, ухватив мальчика за плечи, пока чудовищная птица, выбив стекло, стала протискиваться внутрь каюты, не обращая внимания на осколки, торчавшие из рамы.

   – Бежим! – закричала я, позабыв о том, что скорее всего на палубе сейчас не лучше. Я слышала крики отчаяния и ярости, звон стали и чей-то вой, словно плач раненого зверя. А птица тем временем уже протиснулась наполовину, угрожающе щелкая клыкастым клювом и цепляясь странными то ли пальцами, то ли крючьями за деревянные стены. Еще немного и она окажется полностью внутри и тогда спасения не будет.

    Выбирать не приходилось. Схватив Марка за руку, я открыла одним рывком двери и выскочила наружу, успев запереть дверь до того, как чудовищная птица ударилась в них всем телом.

   – Держи! – заорала Марку, пока возилась с засовом, чувствуя при этом, что корабль недоволен подобным захватом.

    Заперев двери, ринулись куда глаза глядят. Вокруг клубился туман, настолько густой, что протяни руку и вряд ли заметишь собственные пальцы. Но я прижимала Марка к себе, а он пытался высвободится, повторяя:

   – Это я должен защищать вас, леди, а не наоборот!

    Спорить было некогда. Я отчаянно искала укрытие от тварей, слушая шелест кожаных крыльев над головой. Иногда мне даже казалось, что одно из существ пролетело так низко, что коснулось моих волос. Как не закричала, сама не знаю, только в следующий момент зацепилась ногой за препятствие на палубе. Выругалась так, как неприлично ругаться молодой особе, а затем опустила глаза и завизжала, не успев подавить в себе вопль.

    Тело принадлежало одному из пиратов Мердока. Рядом с ним лежало и рассеченное крыло летучей твари: она оказалась еще огромнее той, которая забралась в каюту.

   – Ужас! – перешла на шепот.

   – Катарина! – плеча коснулась рука, а я подпрыгнула так высоко, что дала бы фору любому дельфину.

    – Вы напугали меня, – призналась дрожащим голосом.

   – Почему покинули каюту? – резко спросил он.

   – Жить захотелось! – не стала вдаваться в подробности, но капитан понял.

   – Держитесь меня! – велел нам с Марком. В тумане его фигура была едва различима, но капитан старался не вырываться вперед, пока вел нас с мальчиком за собой. Отовсюду, кажется, раздавались звуки борьбы, звучали проклятья и ругань, а корабль, несмотря ни на что, продолжал плыть вперед, словно спешил вынести нас из этого тумана, прочь от опасности.

   Когда впереди скрипнула дверь, Марк первым шмыгнул в коморку, следом за ним я. Мердок поддержал меня за локоть, когда пошатнулась на чем-то скользком и едва не упала. Рука мужчины задержалась на моей слишком долго, а затем отпустив, он произнес:

   – Не открывайте, пока не поймете, что все спокойно!

    Я не перечила, покорно шмыгнула в комнатушку без окон, а капитан поспешно закрыл двери. Спустя несколько секунд я услышала его чертыханье, а после что-то с силой ударилось в двери и мое сердце, кажется, пропустило удар.

   «Только не Бертон!» – подумала я, уже не удивляясь своему беспокойству за этого мужчину.

   «Признайся себе, Катарина, – подумала с волнением в сердце, – он ведь заинтересовал тебя…как мужчина?».

   «Вот еще!» – мысленно возмутилась.

    В двери снова ударились, а затем все стихло. Я стояла посередине каморки, слушая отголоски криков. Кричали реже и, кажется, пиратам удалось отбиться от туманных птиц, как окрестила их я «за глаза». Но прошло несколько минут, прежде чем двери распахнулись и на пороге возник Бертон.

    Сама того не ведая, шагнула к мужчине и обняла порывисто и сильно, пытаясь таким образом высказать свой страх за него.

   – Эй! – воскликнул Мердок. – Этак ты мне все ребра сломаешь!

    А мне стало неловко и, разжав руки, отпрянула назад. Мужчина проследил за мной взглядом, я же поспешно отвернулась, только теперь заметив, что туман стал рассеиваться и то тут, то там из него проглядывало солнце и небо, почти такое же яркое и синее, каким было раньше. За спиной на палубу выбрался и Марк.

    Когда последние следы тумана рассеялись, я прошлась по палубе, осматривая следы побоища. Никак иначе назвать произошедшее было невозможно. Мердок и Золтан стояли возле фок-мачты и были слишком мрачными, чтобы я не обратила на это внимания. Вокруг капитана и его помощника сгрудились моряки, а я с ужасом поняла, что после полосы тумана мы лишились двоих членов команды.

   «Что же будет дальше?» – подумала я, глядя на море, такое же синее, как и прежде. Ничто, кроме стены тумана, оставшейся за спиной, не напоминало о том, что мы вошли в воды Мертвого моря, а я и подумать не могла, что это будет самым началом наших испытаний.

    Еще одни сутки пути прошли в относительной безопасности. Я с дрожью вспоминала ужасный туман и не хотела даже думать о том, что возвращаться нам придется тем же путем.

   – Этот туман окружает остров, – сказал мне Мердок, – он служит своеобразным предупреждением, чтобы не совались куда не следует!

   – А вот мы сунулись! – заявила я.

    Желтоглазый смерил меня пронзительным взглядом и сказал:

   – У нас была причина.

   – У нас, да, – согласилась, – а вот у них, – и кивнула на людей Бертона, расположившихся на палубе. На это мужчина со вздохом сказал:

   – Мы – пираты, мисс Фонтес, – снова официально! – и наша, – он хмыкнул, – профессия подразумевает в себя риск. Каждый из нас знает на что идет. Мои ребята могли остаться в Оливе, но не сделали этого.

   «Мужчины! – подумала я. – Слишком мало ценят жизнь!» – но вслух ничего не ответила.

   Ближе к закату, стали сгущаться сумерки, которые оказались впоследствии дождевыми тучами. Ливень разразился неимоверной силы, но «Песня Ветра» упорно двигалась вперед.

    Ужин снова свел нас с капитаном и сидя друг против друга, я в первый раз испытала неловкость рядом с Бертоном. Что-то происходило между нами. Меня тянуло к капитану, как когда-то тянуло мою мать к его отцу. Что это было, еще одно проклятье, по которому все женщины фамилии Фонтес влюбляются в Мердоков? Или просто стечение обстоятельств? Какой-то животный магнетизм или оно…настоящее и светлое, о котором я еще даже не мечтала?

    Опустила глаза, уставившись на очередную порцию каши. Боунз не отличался разнообразием блюд, но я была рада и этой пище. Проглотила и съела бы еще, но не предложили. Молчание стало неловким.

   – Когда мы достигнем острова? – спросила спокойно.

    Капитан пожал плечами.

   – Понятия не имею. Как я уже говорил, никто еще не возвращался из Мертвого моря.

   – Тогда я, надеюсь, мы будем первыми! – выдавила натянутую улыбку.

   – Ты оптимистка, Катарина! – Мердок поймал мой взгляд. Секунда и я оказалась во власти синего взгляда, а широкая мужская ладонь потянулась через весь стол, чтобы прикоснуться к моей руке, осторожно взять в захват тонкие пальцы. Я же сидела, окаменев и все, что могла – это ждать дальнейшего развития событий, не спеша оттолкнуть капитана, но и не делая ответного шага.

   – Черт! – неожиданно выругался он, но моей руки не отпустил.

   – Что? – спросила спокойно, радуясь, что мужчина не слышит бешеного биения моего сердца. Услышал бы, сразу бы понял, что неспроста оно так волнуется. Удивительно еще, как лицо не залило краской? Я почти гордилась собой: ничем не выдавала чувств, может быть, зря.

   – Катарина, – проговорил Бертон.

    Кажется, мое лицо чуть втянулось в ожидании того, что он скажет после.

   – Твоя мать и мой отец, – он запнулся. – Кажется, теперь я понимаю его…

   «Неужели?» – мелькнула мысль, и я было открыла рот, чтобы ответить, как сильный удар сотряс корабль. Посуда на столе задребезжала. Тарелка капитана упала на пол, а у меня перевернулась кружка с чаем.

    Мердок отпустил мою руку и вскочил на ноги, рванул в двери, наказав мне на ходу не выходить из каюты.

   – Да что же такое? – услышала собственный голос.

   «Мертвое море!» – прозвучал ответ. Не зря же Бертон говорил, что оно не выпускает тех, кто попал к его сети. Вот и мы пропадем навсегда. Только по спине снова холодок.

   «Неужели вернулись летучие твари?» – первая мысль.

    Любопытство велело выглянуть за двери, благоразумие и приказ капитана твердило чтобы сидела и не высовывалась. Корабль снова подбросило и вместе с ним меня. На мгновение я даже лишилась опоры под ногами взлетев в воздух, чтобы после упасть на деревянный пол и больно удариться бедром.

   «Что же происходит?» – подумала я, бросилась к иллюминатору, выглянула наружу: осколки уже убрали, и кто-то из матросов должен был заколотить окно, но я была рада тому, что не успели.

    Высунувшись наружу, увидела, что море под кормой «Песни» бурлит, словно кипящая в котле вода. Белая пена окружила судно и там, под ней угадывалось нечто огромное, чему я не знала названия. Только после, когда увидела длинное щупальце, показавшееся из воды, испещренное присосками и поросшее моллюсками, будто только поднялось с самого дна моря, только тогда я поняла, кто находится перед нами.

   «Или, если быть точнее, – поправила саму себя, – под нами!».

    Об ормене (10) ходили слухи и легенды. Некоторые из них оказывались настолько жуткими, что по вечерам, женщины, собиравшиеся в таверне капитана Уилла, дрожали от ужаса и просили более не пугать их, а маленькие дети, если таковые присутствовали, начинали плакать. Я сама любила подобные истории, искренне надеясь, что они являются просто выдумкой. Только понимала, что море может таить в себе неведомое. Как много загадок скрывается под толщей воды, в темной глубине. Кто знает, какие страшные твари там обитают. Сейчас же мне казалось, что все эти монстры собрались возле Баггейна, чтобы не подпустить и близко к артефакту.

    Мои размышления промелькнули в голове за считанные секунды. Я успела увидеть, как одно из огромных щупалец поднимается и падает за стену каюты. Обзор мой был скуден, но и того, что я увидела хватило, чтобы сердце ушло в пятки. А чудовище продолжало оплетать своими щупальцами корабль. Толчки продолжались, и я отпрянула от окна, неловко зацепившись рукой за пропущенный осколок.

    На ладони алой нитью проступил порез. Я услышала сдавленные крики, доносившиеся из-за двери. Хотела пойти на помощь, только понимала, что толку от меня не так много. Что могу я, лишь помешать мужчинам, отвлечь их на мою защиту? Ну уж нет, буду сидеть здесь, как велели!

    И села бы, если б очередной толчок не покинул корабль в воздух. Вместе с ним подпрыгнула и я. На ногах не удержалась. Приземлилась неловко, подвернув колено и рухнула на пол. Снова. Облокотилась руками на палубу, позабыв о порезе и почти сразу же ощутила боль, создалось ощущение, что кровь впитывается в дерево пола.

    Я отняла руку, села на пятую точку, посмотрела на место, где только что находилась моя порезанная рука, но ни малейшего намека на кровь не заметила.

   – Что происходит? – проговорила.

    «Песня Ветра» неожиданно замерла и на мгновение наступила тишина, только от этой тишины стало еще страшнее.

   «Твоя кровь поможет!» – вдруг сказал кто-то совсем рядом. Я оглянулась, осмотрелась кругом, но конечно же, никого в каюте быть не могло, разве что, тень, мелькнувшая у разбитого окна.

    Показалось. От страха мерещится!

    «Песня Ветра» задрожала и произошло то, чего я опасалась: ормен оплел корабль и теперь медленно и неумолимо тянул его на дно. Я поняла это, когда море вокруг снова забурлило и бриг начал свое погружение. Кораблю, который появился передо мной из-под воды, такое было не страшно, но оставались люди…а люди не рыбы, под водой дышать не могут, да и вряд ли чудовище даст кому-то всплыть на поверхность!

    «Кровь – поможет!» – вспомнила я, или это призраки напомнили мне, зашептали в ухо.

    Рискнула. Опустила ладонь, прижав кровавой царапиной к полу и ощутила, как будто чьи-то холодные губы присосались к ране, стали тянуть кровь… Не знаю, сколько прошло времени, но корабль неожиданно перестал погружаться, напротив, выскользнул из волн, словно легкий буек, какими обычно моряки отмечают песчаные «банки» на море, места, где полно рыбы. Только в этот раз меня не подбросило. Осталась на полу, будто пригвожденная за руку. Услышала только, как с грохотом распахнулась дверь. Тяжелые шаги застучали по деревянным доскам, и кто-то схватил меня за плечи, с силой поднял, отрывая от палубы.

   – Катарина! – Мердок поставил меня на ноги, встряхнул.

   – Где ормен? – только и спросила я, ощущая, что проваливаюсь куда-то.

   – Держись! – крикнул мне мужчина и снова встряхнул. – Мы уже прибыли, я видел землю!

    Кажется, я потеряла слишком много крови. Теперь-то я точно была уверена в своей связи с кораблем. Странный бриг выбрал меня вместо Гарри? В чем была причина, в моей крови, или это что-то другое?

   – Черт! – выругался Мердок, подхватывая меня на руки, когда заскользила вдоль его тела, даже не пытаясь удержаться, и только теперь до меня дошел смысл его слов. Мы достигли своей цели. Оказались на острове, куда стремились. Оставалась самая малость: найти проклятый артефакт и вернуть себе прежнюю жизнь. А заодно и Гарри.

   «И Эйме!» – поняла я. И если перед матерью Бертона я испытывала отголосок стыда и раскаяния, хотя не могла отвечать за свою мать, то Гарри был мне совершенно равнодушен. Останься стариком, я бы и пальцем не пошевелила ради него. Он догадывался о моих чувствах, оттого и объединил нас, связав проклятьем более прочно, чем родственными узами.

   – Мы прибыли? – уточнила я, пока желтоглазый укладывал меня на кровать. Стало даже немного неловок оттого, что постоянно попадаю в неприятности, но мужчина, кажется, думал совсем не об этом. Он взял в руку мою порезанную ладонь и несколько долгих секунд смотрел на рану, которая удивительным образом начала медленно, но верно, затягиваться. А затем сделал то, отчего мое сердце снова пустилось в пляс, а щеки окрасились багровым румянцем.

    Он поцеловал мою ладошку и большего доказательства интереса мне и не требовалось.

    Мы потеряли время, пока я восстанавливала силы. Хвата Богам, морское чудовище не стало преследовать нас и, скорее всего, вернулось в свои глубины, чтобы поджидать других несчастных, рискнувших пройти стену тумана. Думается мне, такие были, иначе легендарный ормен давно покинул бы эти места.

    Мы остановились на приколе неподалеку от берега. Команда, да и сам капитан, опасались, как бы нам не повстречать очередную беду. Все путешествие, начиная от гибели «Сирены» и заканчивая вчерашним боем с орменом, было сплошной чередой неудач. Единственно, что меня радовало: чудовище не смогло утянуть никого из остатков команды с фрегата и это уже я приняла за добрый знак.

   – Итак, мы теперь твердо уверены, что «Песня Ветра» каким-то образом видит в тебе свою хозяйку! – заметил Мердок. Мы находились на палубе и Боунз то и дело присылал Марка с подносами: то салат, то кусок мяса, а то и просто чашку крепкого чаю.

   – Тебе нужно набираться сил, Катарина! – сказал он, снова называя меня по имени.

    А вот сейчас мы рассматривали остров, до которого оставалось всего ничего. Даже без слов желтоглазого капитана я понимала, что не продержусь долго на земле. Беспощадное проклятье может состарить меня раньше, чем мы найдем нужный нам тайник. А попробуй отыщи его в этих скалах?