Текст книги "Песня ветра (СИ)"
Автор книги: Анна Завгородняя
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)
ГЛАВА 13.
Давно остались за бортом берега зловещего острова, который едва не стал нашей могилой. Проплывая над местом, где на нас напал ормен, «Песня Ветра», словно осознавая опасность, обогнула его по широкой дуге, но, когда вошли в туман, благоразумно спрятались в трюме, благо бриг сумел сам пройти опасный участок и мы, наконец, вышли в открытое море, чистое и привычное глазу.
Прошло несколько дней с того момента, как мы за спиной остался Баггейн с его безлюдными пустынными скалами. Даже не верилось, что когда-то там могли жить люди!
Сидя в каюте, вертела в руках находку. На вид, простой сосуд, правда форма его была выполнена в крайне необычайном виде, а внутри, как мне показалось, плескалась вода или что-то жидкое.
«Что бы это могло быть?» – задумалась я.
День клонился на закат и когда в двери вежливо постучали, я ответило короткое: «Да!», – после чего в каюту вошел Марк.
– Ваш ужин! – сказал он.
– А Бертон? – удивилась. Капитан всегда ужинал со мной, составляя компанию и я привыкла видеть его рядом, а потому воззрилась на юнгу с удивлением.
– Он на капитанском мостике! – получила ответ и тут же встала, шагнув было к двери, но передумала и вернулась на свое место.
– Не пойдете за ним, леди? – хитро спросил мальчик.
– Зачем? – наигранно удивилась я. – Вдруг помешаю!
– Не помешаете! – сказал он уверенно, но я не повелась на его лукавую усмешку, вовремя вспомнив, что Марк у нас – начинающий сводник.
«А как же поцелуй?» – спросила сама себя.
«Это вышло случайно. В порыве радости!» – подумала резко.
– Приятного аппетита, леди! – проговорил мальчик и удалился, оставив меня наедине с собственными мыслями и желаниями.
Поела плохо. Кусок не лез в горло, а после лежала на кровати, ожидая возвращения капитана. Сама не могу понять, почему, но смотрела на двери, надеясь, что сейчас войдет и …
Даже вздрогнула, когда дверь, словно по заказу, отворилась. На пороге возник Мердок. Желтый хищный взгляд скользнул по мне, затем мужчина переступил порог и закрыл за собой двери.
– Еще не спишь? – спросил.
Я показала сосуд.
– Думаю, что заключено в нем! – призналась.
Капитан хмыкнул.
– Нам не стоит сразу же плыть к Гарри! – сказал он. – Есть одна женщина, которая может быть, сможет нам помочь и пролить свет на то, что заключено в артефакте.
– Хорошо! – кивнула. Я и сама не стремилась отдавать сосуд своему отцу, тем более, если есть возможность вернуть все вспять без его участия. О, с какой бы радостью я вернула Гарри его прежний немощный вид. Никогда не была жестокой, но он будил во мне все плохое и я совсем не стыдилась своих мыслей.
Отложив сосуд в сторону, посмотрела на капитана. Кажется, он много размышлял. Тревожная складка залегла меж бровей. Мне стало любопытно, о чем думает мужчина.
– Вас что-то тревожит? – спросила я.
Капитан стал стелить себе постель на полу. Раскладывая матрац, бросил на меня быстрый взгляд. Я глаз не отвела. Вспомнился наш единственный поцелуй там, в пещере, и щеки заалели.
– Я тоже не раз вспоминал об этом, – догадался Мердок. – Признаюсь, мне так стыдно, но я ничуть не жалею о том, сто произошло!
Как же! Стыдно ему! Лицо казалось довольным и при этом мужчина таинственно улыбался, глядя на меня, а затем вдруг сказал со всей серьезностью, вмиг потеряв напускную веселость.
– Ты нравишься мне, Катарина Фонтес.
– Что?
– Понравилась с того самого момента, когда мы впервые столкнулись в таверне, где ты работала у старика капитана, – он хмыкнул, – не помню его имя, то ли Билл, то ли Уилл…
– Уильям! – поправила.
– Не в имени дело! – мужчина подошел ко мне. Присел на самый край кровати. Я посмотрела на его лицо…глаза, губы. Все в этом мужчине притягивало меня и не удержалась. Сама потянулась к нему, ухватилась за ворот рубашки, дернула на себя. Мердок не заставил себя просить дважды. Горячие губы накрыли мой рот, раздвигая, властвуя. Он опрокинул меня на кровать, придавил всем телом, позволив рукам спустится к полушариям груди, чуть сжал, не решаясь на более откровенную ласку.
Внутри меня разгорался непонятный огонь. Соски затвердели под умелыми пальцами, а низ живота налился приятной тяжестью.
Мердок целовал меня с жадностью, сладко, до сумасшествия. Сладкие волны наслаждения от его рук, таких нежных и ласковых, пробегали по телу, концентрируясь там, где еще ни один мужчина на касался меня.
«Он будет первым! – сказала себе решительно. – Первым и единственным!» – тут же поправилась. Обхватила руками шею мужчины, прижимая к себе со всей силой, ощущая давление его затвердевшего органа внизу живота. И когда я уже была готова отдаться во власть сильных рук, капитан вдруг встал и, затравленно посмотрев на меня, отодвинулся.
– Между нами будет все не так. Не здесь и не сейчас!
Мои щеки покрылись краской. Наверное, еще никогда я не чувствовала себя так неловко.
Пальцы мужчины коснулись подбородка, чуть приподняли.
– Даже не сомневайся, мысленно я уже не раз овладел твоим телом, Катарина, но не хочу, чтобы между нами было все так обыденно. Я все сделаю правильно, как полагается!
Он говорил туманно, показалось мне. Неужели, это был намек на предложение? Но я даже и не думала о том, чтобы становится чьей-то женой!
«Не думала, так пора начать думать!» – мелькнула шальная мысль.
Капитан мне нравился. Более того, нравился настолько, что я едва не отдалась ему в этой каюте. Где мои приличия? Девичья честь! Что, в конце концов, он подумает обо мне? Еще решит, что я уже успела до него познать плотской страсти!
– Бертон! – протянула руку, дернула его за рукав. – У меня еще никого не было, если ты решил…
– Я знаю! – ответил он и наклонившись ко мне нежно поцеловал.
– Откуда? – только и удивилась я, а капитан лишь еще раз поцеловал меня и загадочно пояснил: – Оттуда!
Нашим планам не суждено было сбыться. Как всегда, решила вмешаться судьба в лице одного дряхлого старика, именовавшегося Гарри.
Утром одного из теплых солнечных дней, пока «Песня Ветра» летел над волнами, впередсмотрящий заметил несколько кораблей, плывущих нам на встречу. Это насторожило капитана и меня, как раз в тот самый миг оказавшуюся на капитанском мостике.
– Чем это нам грозит? – уточнила я.
– Их слишком много! – в руках у Бертона оказалась подзорная труба, а когда капитан навел ее на приближающееся судно, затем на следующее, с его губ сорвалось ругательство, от которого приличная девушка закрыла бы уши. Но я устояла и вовсе не потому, что была неприличной. Работа в таверне закалила мой «нежный» слух.
– Кто это? – спросил Золтан хмуро.
Мердок посмотрел на меня.
– Гарри! – ответил.
– Может, попытаемся уйти? – нашелся помощник, но желтоглазый только покачал головой.
– Все-равно, нагонит. Впереди идут его самые быстроходные суда!
– Что же нам делать? – спросила я.
– Торговаться! – ответил капитан. – У нас есть то, что нужно Гарри. Он не станет рисковать спасением от проклятья…
– Хорошо! – поняла я и спустилась вниз за артефактом. А вернувшись, надела его себе на шею, и мы стали ждать.
«Песня Ветра» не сменила курс и шла полным ходом навстречу с пиратской эскадрой. Я стояла на мостике рядом с Бертоном и думала о том, что рано стала радоваться жизни. Еще не закончились мои злоключения, да и закончатся ли, известно одним богам.
Время до встречи летело неумолимо. Вот уже видны первые корабли и нам сигналят остановиться, лечь в дрейф (11). Мердок отдает распоряжение и его люди пытаются совладать с кораблем и, на удивление, всегда непокорный бриг в этот раз слушается. Может быть, близкое присутствие хозяина влияет на него?
Гарри стоял на палубе и смотрел на нас. Было заметно, что ему тяжело дается такое испытание. Двое мужчин поддерживали старого пирата, встав за его спиной, а он смотрел только на меня, причем смотрел так пристально, что по спине прошел холодок.
Судно замедлило ход и расстояние между кораблями стало минимальным, словно при подготовке к абордажу (12).
Взгляд холодных глаз устремился на меня, а точнее на украшение, висевшее на моей шее.
– Значит, нашли! – крикнул он. Было заметно, как тяжело ему дается этот крик.
– Нашли! – ответил за меня Мердок.
– Я надеюсь, наш уговор в силе? – кажется, сейчас слова пирата предназначались не мне, а желтоглазому.
– В силе, если ты не решил обмануть нас!
По губам Гарри скользнула улыбка.
– Зачем мне это? Я сделаю все, как полагается, только верните корабль и отдайте амулет!
– Отдадим, но только все произойдет на «Песне Ветра», – продолжали перекрикиваться мужчины. На бриге воцарилось молчание. Затихли и люди Гарри, затем он сказал.
– Хорошо. И я даже буду так любезен и доставлю всех вас на Молл.
Мердок посмотрел на меня.
– Ты согласна? – спросил.
– Если он выполнит свое обещание и сделает все, что клялся, я отдам ему артефакт, – мне больше не хотелось приключений. Кажется, я была сыта ими по самое горло и, единственное, о чем просила, это возвращение к прежней жизни, которую раньше считала скучной и серой. Море больше не манило меня с прежней силой, ведь теперь я знала каким опасным оно бывает и что иногда наши мечты должны оставаться только мечтами, иначе из этого получаются крайне опасные приключения! А еще я понимала, что лучше бы не встречала своего отца.
Когда договоренности были соблюдены, корабли разошлись и на воду спустили шлюпку, в которую уселся Гарри и его головорезы, а спустя несколько минут отец поднимался на палубу черного корабля.
– Вот и свиделись! – сказал он, глядя на нас с Мердоком. – Твоя мать приплыла вместе со мной, так что я предупреждаю, если не вернусь назад, долго она не проживет!
Вздрогнув, посмотрела на капитана и заметила, как заходили желваки на его лице.
– Могу сказать в ответ, – процедил он, – если обманешь, с того света достану!
Гарри сипло рассмеялся. Сейчас передо мной снова стоял старик, дряхлый и немощный, но я-то помнила, каким он может быть!
Цепкий взгляд пирата вцепился в артефакт, а губы поплыли в оскале.
– Давайте пройдем в каюту, – предложил он. –Только мы трое и больше никого! – добавил уверенно.
– Хорошо! – согласился Мердок. И уже в каюте Гарри позволил себе слабину: едва переступив порог направился к столу. Уселся, вытянув ноги и уставился на нас, переводя дыхание.
– Что ж, – сказал он, – проведем ритуал!
– Что он даст? – спросила я, прикрыв ладонью артефакт.
– Вернет молодость всем тем, у кого я ее позаимствовал! – ответил мне отец. – А заодно и мне самому.
– А корабль? – зачем-то спросила я.
Глаза старика сверкнули.
– «Песня Ветра» принадлежит мне и только мне, Катарина, так что, не обольщайся на этот счет. Это я послал корабль к тебе, понимая, что на «Сирене» вам не достигнуть Баггейна! Так что, теперь я просто верну себе свое! – сказал и улыбнулся, а у меня на душе стало тяжело и гадко.
– Подойди ко мне, Катарина! – велел старик. – И протяни руку!
Покосилась на Мердока. Он кивнул, а я шагнула к отцу.
«Ты снова делаешь ошибку!» – забилось в сознании.
– Дай артефакт! – он взял левой рукой мою протянутую руку в свою, а правой потянулся к сосуду на шее. Ухватился так, будто хотел сорвать.
– Скажите, Гарри, – остановила его я, – что за статую мы видели там, в пещере?
– Что? – он сперва не понял, лишь посмотрел мне в глаза.
– У нее было ваше лицо, так, если бы вы были моложе! – продолжила я.
– Ах, да, – он усмехнулся, – конечно! Ведь с нее ты и сняла артефакт!
– Кто это был? – уточнила. – Ведь не вы?
Пират застыл.
– Габриэль Монтегю? – имя вырвалось само. Я даже не подумала о том, что произношу его, оно просто сорвалось с губ и полетело, похожее на бабочку, легкое и невесомое, но лицо Гарри изменилось.
– Откуда ты знаешь про Габриэля? – спросил мужчина резко.
– Встретила его однажды!
– Встретила? – брови пирата приподнялись. – Этого не может быть! – и тут же резкое: – Снимай артефакт. Давай уже покончим со всем этим и каждый получит то, чего заслуживает!
Мердок в долю секунды оказался рядом, перехватил руку Гарри, отвел ее от моей шеи. Я же спокойной сняла с груди сосуд и снова посмотрела на него: что заключалось внутри?
– Отдай! – потянулась жадная рука.
– Сперва – ритуал! – холодно сказал капитан затонувшей «Сирены».
– Нож! – согласно кивнул Гарри.
Мы снова стояли над столом в каюте «Песни Ветра», как и в прошлый раз. Отец поднял свою руку, принял нож от Бертона и полоснул острием по ладони, затем проделал это же со мной.
– Положи на стол! – велел. – Кровь должна впитаться в дерево. Я думаю, ты уже поняла, что этот корабль связал нас, теперь я отпускаю тебя и возвращаю назад проклятье.
С моей ладони капнула кровь. Упала на поверхность стола и тут же впиталась, будто и не было ее вовсе.
«Не надо!» – услышала я чей-то голос.
– Положи руку, вот так, как это сделал я! – приказал Гарри и опустил ладонь, прижал к дереву. Я посмотрела на лужицу, растекавшуюся под его пальцами и понимала, что в отличие от моей крови, его кровь не впитывается, словно сам корабль отвергает ее.
– Клади руку и давай мне артефакт! – приказал Гарри недовольно. – Чего ждешь, Катарина?
«Сосуд!» – прозвучало в моей голове, и я сделала то, что, наверное, не стоило. Попятилась назад и крепко ухватила сосуд окровавленной рукой, не замечая, что капли крови, падающие на пол, исчезают бесследно. Но Гарри видел это. Корабль не принимал его, не признавал и стоило задуматься: почему? Может быть, изначально, пират не был владельцем «Песни Ветра»? Кто-то стоял между ним и кораблем?
– Что ты делаешь, безумная? – вскричал он, когда увидел, как я открываю сосуд. На удивление плотно сидящая крышка поддалась легко и с легким щелчком откинулась назад, а я сжала руку и пролила несколько густых темных капель крови внутрь артефакта. Зачем? Сама не могу сказать. Голос, который до этой поры говорил со мной, не обманул в первый раз. Я верила ему. Было что-то в этом голосе теплое и близкое мне.
– Ах ты, маленькая стерва! – заорал Гарри и ринулся на меня. Мердок поспешил ему на перехват. Ударился всем телом, сбивая старого пирата с ног.
– Сдохните все! – заорал Гарри. – И ты, – обратился он к Бертону, – и твоя глупая мать.
Он поднял резко руку. С ладони продолжала капать кровь, падая на деревянный пол каюты и оставаясь на ней темными пятнами. Указал на меня и что-то произнес.
В грудь ударило, повалило на пол, оттолкнуло к стене и, не удержав в руках сосуд, я уронила его, отчаянно вскрикнув. Гарри ринулся в мою сторону, намереваясь подхватить артефакт, но сосуд, кувыркнувшись в воздухе, упал на пол. Раздался оглушительный треск, а затем что-то словно взорвалось, и я увидела, как по сосуду, куда я пролила свою кровь, пошли мелкие трещины.
– Нет! – закричал Гарри.
Странное свечение вырвалось изнутри. Похожее сперва на легкую дымку, оно постепенно приобретало форму, разрасталось, пока перед нашими глазами не приняло облик высокой человеческой фигуры, а затем стало наполнятся цветами и красками, обретало плоть и форму.
– Габриэль? – проговорила я.
Мужчина услышал свое имя, повернулся ко мне. Легкая улыбка тронула его губы, но тут же он посмотрел на Гарри, тяжело поднимавшегося на ноги. В глазах пирата сверкал страх, замешанный на гневе: опасное сочетание. А я смотрела на обоих мужчин и понимала, что не ошиблась в своих суждениях. Они были похожи, как две капли воды и, если при нашей первой встрече Габриэль показался мне старше, то сейчас мужчины сравнялись в возрасте.
– Вот я и вернулся, брат! – сказал Габриэль и шагнул к Гарри. Тот попятился, вскидывая руки. Попытался ударить противника воздушной волной, но господин Монтегю с легкостью уклонился, и, словно в отместку раскинул ладони в стороны.
– Катарина! – Мердок оказался рядом, помог подняться на ноги, прижал к себе, закрыл собой. А я выглядывала из-за его плеча, продолжая следить за происходящим, не совсем понимая, что вижу. Но здесь слишком сильно пахло магией, я бы даже сказала, воняло ею.
Корабль словно ожил. Если раньше это было судно, в котором я могла разглядеть сущность чего-то живого, то сейчас я ощущала его и понимала, что «Песня Ветра» злиться, потому что злился тот, кто являлся ее настоящим хозяином – Габриэль Монтегю. С замиранием сердца увидела, как разбираются доски под ногами у Гарри, а пират пятится назад, пытаясь уйти, но упирается в закрытую дверь спиной, тщетно пытаясь нащупать ручку, чтобы выбраться на палубу.
– Много лет назад твоя подлость стоила мне свободы! – продолжал господин Монтегю. – Ты отнял мою жизнь и мое имя. Забрал мою женщину и пытался обмануть дочь.
– Что он такое говорит? – шепнула я, но Мердок промолчал, лишь качнул головой. Он тоже был весь во внимании, впитывая слова призрака из артефакта, или уже не призрака?
– Не надо! – попросил Гарри. – Оставь меня, и я просто уйду. Я больше не буду тебе мешать…
– Один раз я уже послушал твои мольбы, и ты заключил меня, словно джина в сосуд.
– Отпусти! – взмолился пират. Я видела, что из глаз Гарри ушла ненависть, остался лишь страх, такой яркий, что под кожей пробежали мурашки.
– Нет! – твердо произнес господин Монтегю. На его губах расцвела жестокая улыбка. Я поняла, что мужчина рад избавлению и месть принесет ему облегчение.
Раздался оглушительный хлопок: Габриэль Монтегю свел вместе ладони, будто рукоплескал самому себе, но я продолжала со страхом смотреть на Гарри.
Корабль поглотил его. Черные доски оплели, словно ленты, утянули куда-то вниз. Мужчина кричал, но звук его голоса перешел в мычание, едва последняя черная лента оплела голову. Не выдержав, я закрыла глаза, ощущая сильные объятия капитана. Желтоглазый прижал меня к себе, полный намерения защищать до последнего, если вырвавшийся из артефакта маг вздумает напасть на нас. Даже понимая, что мы обречены, поскольку наши силы были ничтожны против силы господина Монтегю.
– Катарина! – услышала я и осторожно приоткрыла глаза. Сперва левый, затем правый.
Господин Габриэль Монтегю стоял перед нами на расстоянии пары шагов и смотрел только на меня, обходя вниманием желтоглазого капитана. Смотрел внимательно, будто видел впервые.
– Мы уже встречались! – напомнила я.
– Знаю! – кивнул мужчина.
– Кто вы такой? – спросил Бертон хмуро.
Монтегю наконец, обратил на него внимание.
– Мое имя Гарольд Монтегю, – представился он и кивнул, заметив наше удивление, – да, именно так. Человек, которого вы видели и знали, был моим братом близнецом, его звали Габриэль.
– Значит, – произнесла неловко, – это вы – мой отец?
– Я! – согласно сказал мужчина.
– Когда-то я был так глуп, что доверился своему брату, о чем впоследствии горько пожалел. Габриэль с помощью темных сил заманил меня в ловушку и запер в сосуде, запечатав его моей же кровью и открыть артефакт могла только моя собственная кровь или кровь моего наследника.
– Но как…. – начала было я.
– Хочешь спросить, как мне удалось тогда увидеться с тобой? – проговорил Монтегю. – Все просто. Этот корабль! – он развел руками, в которых таилась магическая сила, слишком опасная, как я уже могла убедиться.
– В «Песне Ветра» осталась частица меня и потому лишь изредка, когда силы Габриэля слабели, я мог вырваться на волю. Жалкие минуты и почти бессильный я, – мужчина вздохнул. – Мой брат был отвратительным магом, да и силы в нем было всего ничего. Проклиная меня и заточив в сосуд, он был так неловок на мое счастье, что напутал что-то в словах заклятья и сам оказался под действием проклятья. К тому же, он слишком поздно узнал, что я, словно предчувствуя беду, оставил для себя крошечную лазейку – этот корабль.
Гарольд любовно обвел взглядом каюту.
– «Песня Ветра» стала моим спасением и проклятием для брата. Чтобы обрести мои силы, ему было необходимо заключить ту часть меня, что жила в корабле, в сосуд и снова запечатать его. Если бы Габриэлю это удалось, я навсегда остался бы внутри артефакта уже не имея возможности выбраться наружу и стать прежним. А брат обрел бы силы, о которых мог только мечтать.
Его рассказ порождал еще больше вопросов.
– Но почему он не отправился на остров сам? – спросил Мердок, подозрительно поглядывая на моего новоявленного отца.
– Габриэль обманул сам себя. Хотел чужими руками сделать всю опасную работу. Он всегда слишком ценил собственную жизнь, чтобы рисковать ею.
Я вспомнила летучих тварей и монстра из глубины. Поежилась.
– А моя мать… – спросила.
– Тереза… – взгляд мужчины помутнел, словно он принялся вспоминать женщину, которая была моей матерью и, как оказалось, его женой.
– Я любил ее, и она любила меня, – ответил, – но догадываюсь, что, когда, скрываясь под моей личиной, вернулся вместо меня Габриэль, она поняла или почувствовала подмену, потому и сбежала. Я не знаю, что рассказывал тебе мой брат, но ты должна знать, что мы с Терезой любили друг друга.
«А как же Джон?» – подумала я. Получалось, что с Джоном мать сошлась уже после побега…Наверное, я никогда не узнаю правды. Могу только предполагать… Все, кто знал об этом давно мертвы.
Господин Монтегю, пират и разбойник, истинный хозяин и владелец черного брига, мой отец, посмотрел на меня пристально.
– Ты дашь мне шанс, дочь?
– Шанс? – удивилась я.
– Мы вернемся вместе в мой город. Я постараюсь стать таким отцом, какой должен быть у тебя и сделаю все, чтобы загладить все те годы, пока ты жила без меня!
Не знаю, почему, я посмотрела на Мердока, но вместо ответа, капитан лишь крепче прижал меня к себе. Во взгляде господина Монтегю мелькнула надежда. И я ответила:
– Может быть!
Хотела добавить слово: отец, – но поняла, что пока не могу называть Гарри так. Мне стоило еще осознать все, что случилось. Сильные объятия Мердока сказали мне больше слов, и я уверилась, что буду не одна, даже если не получится найти общий язык с человеком, называвшим себя моим отцом.
В двери каюты забарабанили. Напуганные звуками, которые раздавались из глубины помещения, это беспокоились о своем капитане команда «Сирены». Мердок шагнул к выходу, увлекая меня за собой. За нами отправился и новый Гарри Монтегю. И даже открывая двери, желтоглазый капитан ни на секунду не отпустил моей руки, а я отчего-то поняла, что нашла того, за кем буду как за каменной стеной. Как моя мать когда-то нашла для себя Джона Мердока.
«И глаза у него вовсе не желтые», – подумалось мне, пока переступала порог, выбираясь на палубу, залитую солнцем, под взглядами обеспокоенных пиратов, ставших мне друзьями. Вот Марк и кок, мистер Боунз. Вот и Аарон и рядом с ним Золтан с его веселой усмешкой, спрятанной во взгляде. А вот боцман, мистер Смит и остальные…
Я покосилась на своего капитана. Солнце отразилось в его взгляде.
«А глаза у него – цвета осени!» – поняла я и улыбка скользнула по губам. Мердок поймал мою улыбку и улыбнулся в ответ, словно понял что-то неуловимое, витавшее в воздухе.
