Текст книги "Записки адвоката. Магические казусы (СИ)"

Автор книги: Анна Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 27 страниц)

Точнее, можно четко определить, когда, где и при каких обстоятельствах должен быть зачат ребенок.

Коллеги Натальи с удовольствием взялись за заказ и выполнили его, вот только в итоге вместо желанного мальчика на свет появились девочки-близнецы.

Возмущенный отец, узнав о таком пополнении семейства, немедленно обратился к юристу, и вскоре дело поступило в суд. Он не хотел даже слушать о том, что в любой работе случаются ошибки и неточности, а намеревался строго наказать нерадивых магов, как было указано в иске, "Чтобы пресечь дальнейшее оказание ими некачественных услуг".

Фокус в том, что в первый раз ответчик (мой клиент) попросту не явился в суд, и в эту пятницу должно было состояться уже второе заседание.

Томаш Мнишек, хозяин фирмы "Альвёльва", славился своей безалаберностью и невнимательностью. Фирма до сих пор не обанкротилась лишь благодаря деловой хватке его супруги Варвары (которую он сам предпочитал именовать Барбарой, и постепенно эту манеру переняли все их знакомые).

Накануне заседания Барбара слегла с гриппом, а при температуре под сорок не очень-то интересуешься каким-то там гражданским делом. Томаш же попросту забыл о том, что должен явиться в суд, чем наверняка до крайности рассердил судью Дреггюсона. Для судьи-гнома неявка без уважительной причины в заседание – признак крайне наплевательского отношения к правосудию вообще и к судье в частности. Если, не мудрствуя лукаво, плюнуть судье в лицо, то последствия будут примерно такими же, как при игнорировании повестки.

Впрочем, заведомо несправедливое решение гном выносить не станет, так что шансы оставались. Вот только повернуть ситуацию в нашу пользу и без того было затруднительно.

Ситуация представлялась довольно простой: имелся договор с фирмой, согласно которого оказывались услуги, и факт рождения двух девочек вместо одного мальчика также был полностью подтвержден свидетельствами о рождении детей. У нас была лишь одна возможная позиция защиты, а именно можно было ссылаться на то, что потребитель не исполнил в точности всех условий обеспечения желаемого, обозначенных в письменной инструкции.

Но проблема в том, что наблюдателей со стороны фирмы при этом не было, и на случайных свидетелей надеяться не приходилось.

Господин Мнишек настаивал, что они все рассчитали правильно и несколько раз перепроверили, так что ошибка исключалась. Ума не приложу, что тут можно сделать!

Но хозяева фирмы решили побороться и заключили со мной договор о представлении их интересов в суде, хотя при этом я честно предупредила, что выигрыш сомнителен.

Больше у меня не было никаких дел на ближайшие пару дней, и до конца недели я была совершенно свободна.

Несколько дней я провела дома, категорически не желая даже покидать квартиру. Тоска с новой силой принялась терзать мое сердце, и я уже попросту не знала, как заставить себя собраться и прекратить переживать из-за пустяков.

Так продолжалось до четверга, десятого сентября, когда я дежурила в консультации.

Это дежурство, против ожиданий, выдалось довольно тихим. Пара консультаций, простенький иск о разводе – вот и вся моя "добыча" почти за целый день. Ничего примечательного не происходило, и вообще день оказался на редкость мирным, но лишь до четырех часов.

Если честно, я подумывала, не сбежать ли с работы пораньше – на сегодня было намечено свидание с Владимиром, а мне ведь еще хотелось привести себя в порядок. Однако усилием воли я заставила себя остаться на рабочем месте.

Стрелки настенных часов ползли так медленно, будто и им навевал дремоту дождь за окном. Я то и дело посматривала на циферблат, но минуты категорически не желали бежать веселее. Всегда так – время то отчаянно летит, снося все на своем пути, то вдруг почти замирает, растягиваясь бесконечными мгновениями. И кто выдумал, что время – линейная величина? Видимо, тот человек никогда не ждал завершения тяжелого рабочего дня и ни разу не молил про себя, чтобы ночь с любимым длилась хоть чуточку дольше...

Мои размышления прервал отчаянный стук в дверь.

Я встрепенулась, прекратив гипнотизировать взглядом часы, и обрадовалась – когда есть клиенты, то скоротать остаток рабочего дня много проще.

– Войдите! – громко разрешила я, и дверь распахнулась.

Однако моя радость сразу испарилась, когда я увидела, кто почтил меня визитом. Это была моя давнишняя клиентка, супруга сектанта.

– Здравствуйте, – несколько нервно произнесла она. – К вам можно?

– Конечно, – ответила я, лихорадочно раздумывая, что могло ее вновь привести ко мне.

Что-то мне подсказывало, что навряд ли речь пойдет о тонкостях развода.

– Слушаю вас, – выжидающе произнесла я.

Клиентка теперь выглядела получше, чем при нашей прошлой встрече, и была одета даже с некоторым шиком, однако затравленный взгляд никуда не делся. И она старательно не смотрела мне в глаза.

Ничего не могу с собой поделать, в первую очередь обращаю внимание даже не на лицо, а именно на глаза, и предпочитаю видеть взгляд собеседника. Женщина отводила взор, не позволяя уловить свои мысли, однако и без того было ясно, что она находилась в крайне взвинченном состоянии: дерганые жесты, нервная манера осматриваться по сторонам, будто сейчас кто-то выскочит и схватит ее.

– Скажите, а я могу не приходить в суд? – спросила она, старательно изучая пол.

– В связи с чем? – уточнила я. – Если речь идет о разводе...

– Какой развод? – нетерпеливо перебила она. – Моего мужа судят, за секту.

Конечно, мне пришлось сделать вид, что я впервые слышу обо всем этом. То и дело сбиваясь, клиентка поведала мне, что вскоре после того, как она подала на развод, начался сущий кошмар – прокуратура как-то вышла на секту и возбудила уголовное дело в отношении ее членов, и вот теперь дело передано в суд. В процессе судебного разбирательства потребовалось вызвать дополнительных свидетелей, в частности, мою клиентку, госпожу Ларину. Но она категорически не желала даже показываться в заседании, поскольку отчаянно боялась сектантов и переживала за жизнь и здоровье своих детей.

– Понимаете, если бы я одна была – сама бы на них донесла. Так им и надо, пусть бы за все заплатили! Но у меня дети... – из ее глаз полились слезы – крупные, непритворные слезы.

Мне было ее жаль, тем более, что в каком-то смысле именно я была виновата в ее нынешних проблемах. Конечно, я сделала это из благих побуждений, да и, в общем-то, ничуть не жалела – по крайней мере, новых злодеяний сектанты не совершат, а это уже немало. Однако это дело коснулось других людей, подставляя их под угрозу. Так стоила ли того пресловутая справедливость? Теперь я уже ни в чем не была уверена, но отыграть обратно не получится – что сделано, то сделано. Я свернула на эту дорогу, определив тем самым дальнейшие события: историю с Владимиром и рыдания женщины, которая пришла ко мне, как к своей последней надежде.

Что я могла ей сказать? Это только в фильмах ключевому свидетелю обвинения меняют документы, тайно перевозят в другой город, покупают там жилье и устраивают на работу. Нет, нечто подобное, пусть и в изрядно урезанном виде, есть и в нашем законодательстве, но на практике никто этим не занимается, ссылаясь на отсутствие механизма и финансовых средств. В действительности все проще и прозаичнее, и если уж влиятельные подсудимые пожелают свести счеты со свидетелями, то они могут сделать это без особого труда.

А явиться в заседание госпожа Ларина обязана, иначе может быть осуществлен привод – проще говоря, ее приведет под белы рученьки милиция. Все, что я могла предложить клиентке, это отказаться давать показания – в данном случае это было ее право.

Несколько придя в себя, женщина задала мне пару уточняющих вопросов, после чего поблагодарила за помощь и собралась уходить.

Уже на пороге она вдруг вспомнила и обернулась:

– Простите, я совсем забыла. Сколько с меня?

С этими словами она раскрыла сумку и достала кошелек.

– Ничего не нужно, – поспешно заверила я. – Эта консультация входит в стоимость ранее оплаченного вами пакета услуг.

Женщина посмотрела на меня с сомнением, но возражать не стала, коротко попрощалась и отправилась восвояси.

А я осталась наедине со своими сомнениями относительно правильности своего поступка. Интересно, чем закончится эта история?

По словам моей клиентки, дело о секте рассматривала судья Долженко, с которой я была в напряженных отношениях, из-за этого я не рискнула бы подходить к судье с просьбой разрешить мне присутствовать в процессе. К тому же огласки моей заинтересованности в деле совершенно не хотелось, разве что я могла сделать вид, будто праздно любопытствую. В этом как раз не было ничего сложного, достаточно подойти к секретарю судьи, чтобы уточнить один момент по гражданскому делу, в котором я участвовала, и как бы между прочим осведомиться о причинах такого столпотворения в коридоре. Поскольку дело было громкое и незаурядное, то секретарь тут же с охотой поделилась бы со мной всем, что ей известно, хотя вообще недолюбливала меня ничуть не меньше, чем сама судья Долженко.

Но безопаснее было бы попросить Виноградова разузнать обо всем.

Я настолько задумалась, что даже не заметила, как настал долгожданный конец рабочего дня. Спохватившись, я торопливо собралась, распахнула входную дверь и нос к носу столкнулась с Владимиром.

– Привет! – удивленно сказала я, – А что ты здесь делаешь?

– Забираю тебя с работы, – как само собой разумеющееся, пояснил Виноградов, после чего сделал шаг вперед и поцеловал меня.

Мы упоенно целовались на пороге, будто подростки в подъезде, и это было славно, будто маленькое хулиганство – не от злости, а от бесшабашного веселья.

Впрочем, окончательно переступать через приличия мне не хотелось, так что в конце концов я отстранилась:

– Давай я запру дверь, мы поедем домой и там продолжим?

Голос мой звучал так, будто я запыхалась, но я решила не обращать внимания на такие мелочи.

Владимир весело и даже несколько самодовольно улыбнулся:

– Это был только аванс. А вообще у нас другие планы на этот вечер.

– Да? – удивленно приподняла брови я, с трудом удерживаясь от желания прижаться к нему покрепче и продолжить начатое. Инстинкты, будь они неладны!

Виноградов осторожно скользнул пальцами под мои волосы – отчего мне немедленно захотелось замурлыкать – и уверил:

– Сначала ужин, потом театр, а потом уже все остальное.

Я бы предпочла остаться дома, и убеждена, что Владимир тоже, однако он придерживался мнения, что девушку нужно периодически выводить в свет, и на этот вечер была намечена обязательная программа.

Стыдно признаться, но я не слишком озабочена собственной культурой, по крайней мере, на спектакле последний раз была еще в школе. Но это не повод отказываться от интересного мероприятия, так что мы поехали прямиком ко мне.

Владимир смиренно ждал, пока я приведу себя в порядок и надену вечернее платье (даже не приставал, нахал!), после чего мы отправились ужинать, а потом в театр. Как раз давали одну из драм Шекспира, и я осталась под впечатлением от прекрасной постановки.

Домой мы добрались лишь часам к десяти вечера, а заснули и того позже, около двух.

Но выспаться этой ночью мне так и не удалось. Едва я стала проваливаться в сон, как Владимир принялся храпеть – не слишком громко, но заснуть рядом с ним было совершенно невозможно, в особенности, если учесть, что он имеет манеру крепко прижимать меня к себе даже во сне.

Сначала я пыталась не обращать внимания, потом начала пихать его в бок, после чего храп ненадолго прекращался – как раз до тех пор, когда я начинала засыпать, а потом снова возобновлялся.

В итоге утром я с трудом держала глаза открытыми – пяти часов сна мне в любом случае мало, а уж если учесть то, что поспать так и не удалось даже эти несчастные несколько часов, то я передвигалась как сомнамбула, с трудом ориентируясь в пространстве.

И ведь ничего не скажешь мужчине в упрек – разве он виноват, что храпит? Вовсе нет, а потому мне пришлось еще и делать вид, что я полностью довольна минувшей ночью и попросту не выспалась. Как назло, на работу нужно было успеть пораньше – заседание по делу "Альвёльвы" было назначено на девять утра.

Я раздумывала о том, как бы намекнуть мужчине, чтоб мы с ним встречались лишь накануне уик-энда, чтоб в случае надобности можно было выспаться днем. Хотя на этот раз встретиться в выходные мы не смогли бы никак – у Владимира как раз дежурство в прокуратуре.

Самое интересное, раньше он не храпел! Или я была просто настолько выжата, что вырубалась, не слыша ничего вокруг?

Хорошо еще, что на этот раз мы ночевали у меня, так что косметичка была в моем полном распоряжении.

Выпив пару чашек кофе, заботливо подсунутых мне Натом, я немного взбодрилась. Контрастный душ и капля мятного масла достаточно разбудили меня, чтобы я могла хотя бы внятно разговаривать, а макияж позволил скрыть следы бессонной ночи. Я уже не настолько молода, чтобы, даже не выспавшись, выглядеть краше майской розы, однако спасительная косметика позволяет это скрыть.

Бедный Виноградов, надеюсь, он не сильно перепугался, увидев поутру мое помятое и сонное лицо.

Но вел себя мужчина безукоризненно – заботливо поинтересовался, не забрать ли меня сегодня с работы, на что я ответила отрицательно. На этот день у меня было назначено единственное заседание, да и то на утро. Даже если учесть, что дело рассматривает судья-гном, все равно оно не должно было затянуться до вечера, когда Владимир сможет меня встретить.

К тому же отчаянно хотелось просто прийти домой и завалиться спать.

Я едва не застонала, вспомнив, что сегодня пятница. Нет, само по себе наступление выходных меня только радовало, но завтра у мамы День рождения, и я пообещала, что приеду и помогу с подготовкой. Обычно родители прекрасно справлялись со всякими мероприятиями и без меня, но в этом году у мамы юбилей, и кроме бытовых приготовлений вроде уборки и готовки, возникала еще куча проблем. Гостей ожидалось довольно много, так что они должны были прибывать в несколько этапов. В общем, нужна была моя поддержка, и я никак не могла уклониться от этого.

Ну, хоть выспаться до завтра успею, и то хорошо.

Утешая себя таким образом, я собиралась на работу. Несмотря на слоновью дозу стимуляторов, чувствовала я себя неважно, даже едва не забыла дома портфель с документами.

– Анна, подожди, – окликнул меня Виноградов, когда я пыталась надеть туфли.

– Что? – обернулась я с туфлей в руках.

Владимир стоял на расстоянии протянутой руки и внимательно смотрел на меня, будто что-то решая. Наконец он, видимо, определился:

– Вернись на минутку.

Я недоуменно пожала плечами, но послушно проследовала за мужчиной обратно в гостиную.

Владимир усадил меня на диван, опустился рядом и велел:

– Закрой глаза, пожалуйста.

Я повиновалась, хоть и не имела представления, зачем это ему понадобилось.

Он взял мою руку и принялся пальцем чертить на тыльной стороне ладони какие-то знаки, а потом осторожно дотронулся губами. От этого прикосновения меня будто прошибло слабым разрядом тока, я дернулась и инстинктивно попыталась вырвать руку, однако Владимир легко меня удержал.

Я открыла глаза, собираясь возмутиться, но Виноградов смотрел с такой заботой, что мне стало стыдно за те слова, которые едва не сорвались с губ.

К тому же я с удивлением ощутила, что в голове прояснилось, а в теле забурлила бесшабашная энергия. Будто не было никакой бессонной ночи, и, без всяких сомнений, эта бодрость возникла стараниями Владимира.

– Спасибо, – несколько растерянно поблагодарила я, размышляя о том, что я даже не подозревала о целительских способностях своего мужчины. Впрочем, мы встречаемся не так давно, чтобы все знать друг о друге.

– Не за что, – усмехнулся он и поцеловал меня. В итоге я едва не опоздала на работу, но оно того стоило.

В коридоре суда меня ждали клиенты. Когда я появилась, господин Мнишек как раз встревоженно посматривал на часы, видимо, беспокоясь по поводу моего отсутствия.

Неподалеку от них стояли несколько гномов – видимо, истцы и сочувствующие, но у меня не было времени их внимательнее рассмотреть.

Я едва успела поприветствовать господина и госпожу Мнишек, как секретарь пригласила нас проходить в зал.

Предварительная процедура была скучна и бесконечна, как обычно и случается у судей-гномов. Разъяснение прав, выяснение отводов, и так далее, и тому подобное заняли почти три четверти часа.

Все это время я проскучала, рисуя в блокноте невразумительные закорючки и борясь с желанием достать мобилку и начать писать смс-ки Владимиру.

Наконец "торжественная часть" закончилась, и мы приступили к допросу сторон. Первым пояснения давал истец – почтенный папаша теперь уже пятерых девочек.

Господин Теренс Вартассон рассказывал все обстоятельно и подробно, и такая манера разговора была явно по нраву судье.

У меня довольно развитое воображение, и потому мне приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не расхохотаться.

Истец поведал, что живет вместе с супругой, тещей и двумя незамужними сестрами жены. Кроме того, от брака у них родилось теперь уже пятеро девочек. Бедный гном, как он только с ума не сошел в этом женском царстве! Неудивительно, что ему так хотелось мальчика!

К тому же господин Теренс Вартассон оказался кузнецом из рода, который много поколений кряду занимается кузнечным делом. В наш технологический век доменные печи и станки практически вытеснили это благородное ремесло, однако редкие умельцы все еще ценились – коллекционные мечи и прочие подобные вещицы стоили дорого, а настоящих мастеров их изготовления осталось немного. Конечно, секреты такого мастерства дочкам не передашь – даже у гномок не такая стать, чтобы становиться кузнецом, да и традиции предписывали заниматься этим только мальчикам.

Гном так сильно желал рождения наследника, что обратился в "Альвёльву", где ему пообещали помочь. Выложив немаленькую сумму, истец получил заверения, что в нужном месте и в нужный момент он с женой непременно сможет зачать желанного мальчика. Надо ли говорить, как он был возмущен, получив вместо этого еще двух дочек!

Но это не самое уморительное этой истории.

Намного занимательнее было описание процесса, так сказать, получения наследника.

В чем-то я понимаю сотрудников "Альвёльвы", которые пишут инструкции клиентам, полные мистики и загадки. В стиле "на третьем перекрестке сверните направо, а потом у разбитого молнией дуба поверните налево" – ну какому клиенту понравится, если маг просто напишет, что следует явиться в такой-то город в удобное время? Нет, в этом деле без таинственности никак!

Во избежание казусов кроме инструкции фирма выдает еще и карту, где нужное место обведено кружочком, и даже указана его широта и долгота. Клиентам достаточно лишь следовать указаниям, на всякий случай сверяясь с картой, и прибыть в пункт назначения вовремя, остальное берет на себя фирма.

Итак, третьего сентября прошлого года супруги Вартассон отправились в заветное путешествие. С собой они взяли и тещу, уважаемую госпожу Тарлию Ларфенсон – то ли чтобы старушка развеялась, то и для контроля за процессом. Поехали они на машине, за рулем которой был сам истец.

Так вот, истцы умудрились инструкцию забыть дома, хорошо, хоть карту взяли.

К сожалению, это слишком поздно выяснилось – возвращаться, как известно, плохая примета, да и времени оставалось в обрез. К тому же указания, которые требовалось соблюдать, они примерно помнили, а на крайний случай оставалась карта.

Окрестности озера Хрустального они нашли без труда, вот только на последнем этапе получилась небольшая заминка: машина подъехала к развилке. Разрешить споры, куда дальше ехать, помог счастливый случай в виде местного жителя, который направлялся на рыбалку.

Он охотно подсказал, что нужно свернуть налево. Гномы так и поступили, и уже через несколько минут оказались на берегу прекрасного озера. Все бы ничего, но в комплекте к воде шли тучи комаров и камыши, а никакого жилья на берегу видно не было.

Но ведь они четко помнили, что все должно произойти, как сказано в инструкции "с первой звезды до полуночи над водой Хрустального озера", а уже была половина одиннадцатого вечера, и давно стемнело.

Тут как раз перед растерянными истцами вновь объявился тот самый дедок-рыбак, который как раз успел добраться до озера пешком.

Недолго думая, гном за приличную сумму арендовал у него лодку, и таким образом проблема была решена. Ничего не поделаешь, пришлось господину Вартассону браться за весла, усадив рядышком жену (хорошо, хоть без тещи). К сожалению, как раз в это время начался ливень.

В общем, вот там, в качающейся лодке, под струями дождя, несчастные супруги и зачали своего младенца. Романтика, что и говорить. Вот только героические усилия оказались напрасны – спустя положенный срок родились девочки-близняшки.

На этом истец закончил свою скорбную повесть.

Госпожа Вартассон полностью подтвердила слова мужа, добавив лишь от себя, что на память о той ночи у нее кроме беременности, остался еще и насморк, а также несколько синяков и заноз в неудобных местах – видимо, не так уж удобно заниматься сексом в таких условиях!

Потом мы принялись допрашивать моего клиента.

Как я ему и велела, владелец фирмы "Альвёльва" подробно объяснил суду, что на самом деле истцы должны были свернуть на развилке направо – там находилась симпатичная небольшая гостиница, где для них были забронированы номера класса "люкс". Отель располагался на сваях над озером, поскольку по весне там нередко бывают наводнения – вот вам и "над водой Хрустального озера", как это было обозначено в инструкции.

Да и вообще, подобные мелкие детали не имеют особенного значения – это лишь пыль в глаза клиентов фирмы. На самом деле точность до метра никто и никогда не соблюдает – это вообще нереально. Важно лишь, чтобы все произошло в окрестностях озера и в нужное время.

– Так почему же в таком случае родились девочки? – въедливо поинтересовался судья.

– Ума не приложу, – развел руками ответчик. – Я уверен, что мы все расчеты сделали верно, должен был родиться мальчик.

Искренне, но неубедительно. А что поделаешь? Если заявить, что истцы попросту нарушили инструкции и повернули не туда, то судья наверняка назначит экспертизу, которая должна будет определить, могло ли это повлиять на пол ребенка.

От мысли, что нужно проводить соответствующую экспертизу, следовательно, затягивать дело минимум на полгода, а то и больше, становилось уныло.

Мало того, что это недешевое удовольствие, так еще и времени занимает уйму.

Не говоря уж о том, что результаты будут явно не в нашу пользу. Все говорило о том, что сотрудники фирмы просто ошиблись, но так и не смогли обнаружить спорный момент.

Тем временем пригласили первого свидетеля, тещу истца.

Колоритная пожилая гномка – очевидно, она всю жизнь прожила в селе и так и не привыкла к городским условиям – торжественно поклялась говорить суду только правду, после чего охотно ответила на все вопросы.

Обстоятельства она описала так же, как ее дочь и зять, за исключением некоторых особенно интимных моментов, которых она попросту не видела.

Потом госпожа Тарлия Ларфессон долго и вдохновенно возмущалась, называя сотрудников "Альвёльвы" мошенниками и негодяями.

Закончила она свою речь словами:

– Девочки родились красавицы, конечно, но Теренс так хотел мальчика! Он же чуть не плакал, когда позвонил мне первого и сказал, что родились дочки. Да как так можно-то, а? Он так надеялся, уже и приданое младенцу готово было...

В это время я как раз просматривала документы, не желая слушать сентиментальные причитания свидетельницы. И тут мой взгляд чисто автоматически зацепился за дату на свидетельстве о рождении. "Второе июня" – черным по белому было указано там. Постойте, но ведь она только что сказала, что зять сообщил ей о рождении внучек уже первого июня!

– Уточните, пожалуйста, дату, когда истец вам позвонил и рассказал, что родились внучки! – настоятельно потребовала я, забыв даже спросить у судьи разрешения задать вопрос.

Судья Дреггюсон недовольно нахмурился, но ничего не сказал, предоставив свидетельнице отвечать на заданный вопрос.

– Так я ж уже сказала! – недоумевающе откликнулась она. – Первого числа это было, как сейчас помню.

– Но ведь в свидетельствах о рождении ваших внучек указано, что они появились на свет только второго июня! – заметила я, внимательно глядя на госпожу Ларфессон.

– Конечно! – ничуть не сомневаясь, подтвердила та, отвечая мне прямым взглядом. – Кто ж девчонок на нечетные числа записывает-то? Они ж тогда без пары останутся, есть такая верная примета. Мы вот всех девок на четные даты пишем – и ни одна незамужняя не осталась. У нас все так делают!

Все интереснее и интереснее!

– Скажите, а истицу, вашу дочь, вы по такому же принципу записали на четное число? – наудачу поинтересовалась я.

– Да, – засвидетельствовала та.

Я взглянула на клиента – его просто распирало от желания что-то сказать, боюсь, не совсем цензурное.

Я строгим взглядом призвала его к порядку и обратилась к судье:

– Ваша честь, разрешите дополнительный вопрос истице?

– Задавайте, – кивнул судья. Он даже подался вперед, чтобы не упустить ничего из сказанного.

– Скажите, – начала я. – Какую дату своего рождения вы сообщили ответчику?

Гномы лгут крайне редко, это вообще до крайности правдолюбивая раса, а потому истица ответила:

– По паспорту, двадцать второго октября.

В принципе, если б она начала запираться, то в канцелярии фирмы хранятся анкеты, собственноручно заполненные истцами – из них можно выяснить, какие данные истцы предоставили фирме-ответчику. Но так было еще проще.

– То есть вы скрыли от ответчика, что в действительности вы родились двадцать первого октября, а не двадцать второго?

– Я не знала, что это важно! – чуть ли не в слезах заявила истица.

Что тут можно сказать? В астрологии желательно знать время рождения с точностью вплоть до четырех минут, что уж говорить о целых сутках!

– У меня больше нет вопросов к истице, – улыбнулась я. – Позвольте вопрос ответчику? – и после соответствующего разрешения продолжила. – Скажите, господин Мнишек, могла ли неточность в указании даты рождения стать причиной ошибки?

– Конечно! – энергично подтвердил тот. – Для рождения мальчика пятый дом непременно должен быть в овне, а неправильная дата перемешала все расчеты! Это ведь совсем другое дело!

Больше вопросов у меня не было. В случае необходимости я была готова заявить ходатайство для проведения экспертизы, которая установит, была ли эта ошибка роковой.

Судья задумчиво изучил обеспокоенных истцов и возмущенного ответчика и определил:

– Я объявляю перерыв на тридцать минут. Советую вам за это время прийти к мировому соглашению.

Конечно, ему тоже совершенно не хотелось затягивать рассмотрение дела, тем более, что все уже было совершенно ясно. Да и намного проще утвердить мировое соглашение, чем писать решение.

Спустя пятнадцать минут мы пришли к договоренности: истцы признают, что рождение девочек целиком и полностью их вина, и публично извиняются перед облыжно обвиненными в некомпетентности сотрудниками "Альвёльвы", а те, в свою очередь, за полцены делают необходимые расчеты, чтоб при следующей попытке у супругов Вартассон наконец родился мальчик.

Обе стороны остались довольны таким вариантом, так что к завершению перерыва я уже подготовила текст мирового соглашения, которое судья с радостью утвердил.

Дело о наследнике, как я его в шутку прозвала, закончилось на удивление быстро и благополучно. Не зря ведь говорят, что на стороне честных магов всегда выступает Один! Иначе как чудом такой поворот событий никак нельзя было назвать.

Наталья и ее начальство были весьма довольны таким исходом спора и тут же предложили заехать к ним в офис и отпраздновать удачное завершение.

Если честно, ехать никуда не хотелось, но гадалка меня уговорила – вроде бы не следует обижать подругу, и пришлось согласиться, но с условием, что это не займет много времени. Клиенты тут же уверили, что мы только разопьем бутылочку вина, и ничего более.

Застолье, так сказать, в узком кругу – нетипичный финал судебного дела, что и говорить.

К тому же подвыпившая Наталья загорелась желанием мне погадать. Гадалка добыла из ящика стола руны и деловито приступила к ворожбе – прямо на столе с закусками.

С древних времен люди тщились заглянуть в грядущее: раскладывали карты, бросали руны, придумывали сотни примет. И все для того, чтобы хоть одним глазком подсмотреть, что же там, впереди.

Со страхом и надеждой мы следим, как ловкие пальцы гадалки тасуют засаленную колоду, как она с задумчивым видом всматривается в расклад и предрекает будущее. И замирает сердце от ощущения чуда...

Можно верить в гадание или относиться к нему скептически, но оно существует. Наверное, богам нравится давать нам подсказки и наблюдать, сумеем ли мы ими воспользоваться.

Вот и я с интересом следила за тем, как Наталья ловко выкладывает руны.

Гадалка внимательно всмотрелась в символы и внезапно широко улыбнулась:

– Сдается мне, милая моя, что скоро ты выйдешь замуж!

Она торжествующе указала на гебо, ингуз и дагаз, которые должны были ознаменовать мое будущее.

От неожиданности я поперхнулась шампанским:

– За кого?

– Откуда я знаю? – насмешливо ответила Наталья, пожимая плечами. – Ты слишком многое хочешь от рун, моя дорогая!

Я знала, что указать такие подробности руны не могли. Можно обратиться к картам и спросить, как выглядит мой жених, но гадалка этого не одобряла – без нужды выяснять детали не стоит, это само по себе может повлиять на судьбу и даже исковеркать ее. Так соблазнительно заглянуть в будущее, но далеко не всегда следует это делать!

Наталья тем временем задала еще пару вопросов рунам, а потом предложила:

– Хочешь, я на отношения с твоим милым погадаю?

Я решительно отказалась. Что нового могла мне поведать Наталья? Я и так знала о Владимире все, что мне нужно.

Ворожея не стала больше меня уговаривать, спрятала руны, и мы продолжили прерванный праздник.

В итоге я добралась домой лишь после обеда, не то, чтобы пьяная, но слегка навеселе. На самом деле я пью довольно редко и понемногу – раз в пару месяцев пару бокалов вина. Возможно, я бы позволяла себе и больше, но слишком много видела примеров, к чему приводит увлечение алкоголем.

Но уже через пару часов хмель окончательно выветрился из моей головы, и замечательно, поскольку в эту субботу мне не хватало только похмелья!

На трезвую голову я задумалась над сегодняшним предсказанием, пока не зная, как нему относиться.

Результат ворожбы меня, мягко говоря, удивил: я не собиралась замуж и не стремилась к этому. Если честно, мне совершенно не хотелось менять привольную холостую жизнь на кольцо на пальце и статус замужней дамы. Впрочем, ни одно предсказание не может решить за меня, как мне поступить и какой выбор сделать – свободу воли никто не отменял, пусть и в пределах, заданных судьбой.