Текст книги "Умри тихо, мой ангел"

Автор книги: Андреас Гётц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц)

6

Когда Саша вывел свой велосипед на тротуар, то только усилием воли подавил зевоту. Джой уже ждала его перед домом, нетерпеливо приплясывая на месте, как скаковая лошадь перед стартом.

– Чудесное доброе утро!

И откуда у нее берется столько энергии в такую рань?

– Ну как, готов к последнему раунду?

Лучше бы она не напоминала ему об этом. Последний учебный год, зубрежка перед экзаменами на аттестат зрелости – уже сейчас это наводило на него ужас.

– Как тебе удается быть в такой хорошей форме? – проворчал он. – Да еще к тому же в первый школьный день!

Джой пожала плечами.

– Не понимаю, что тебя гнетет! Солнце светит, птички поют, машины сигналят. И совсем немного школы.

Она не могла считать так всерьез. В конце концов, это он был отличником, а она второгодницей, которая только благодаря переходу в частную школу кое-как выбилась в троечницы.

– Ты действуешь мне на нервы, – сказал он, упорно стараясь скрыть улыбку, игравшую в уголках его рта.

Даже первый школьный день был не так уж и плох, если он начинался с Джой. Она снова выглядела сногсшибательно со своей высокой прической, в толстовке лимонно-желтого цвета и с поношенным рюкзаком, который украшала наклейка размером с ладонь с надписью: Girls United. Жаль, что их пути снова расходились уже на следующем перекрестке.

Тем не менее это было намного лучше, чем в одиночку проделывать этот путь в школу, как он вынужден был делать бесчисленное число дней в последние, да и вообще во все остальные годы. Определенно было бы ошибкой после разочарования из-за типа с кабриолетом полностью порвать с Джой. В любом случае дружба была лучше, чем вообще ничего. Кроме того, возможно, скоро он сам начнет встречаться с Натали. Правда, до сих пор они только перезванивались и лишь один-единственный раз встречались в кафе, но ведь они находились всего лишь в процессе знакомства. Натали уже начала постепенно открываться перед ним. Хотя многое из того, что она рассказывала ему о себе, состояло большей частью из намеков, но и он не был с ней до конца откровенен и не спешил излить ей душу. Саша слишком хорошо понимал, почему Натали хотела соблюдать в школе дистанцию, и его самого это вполне устраивало. Он знал, что не стоит попадать на язык к школьным сплетникам. Возможно, на следующей неделе они сделают еще один шаг навстречу друг другу, когда, наконец, вместе сходят в кино.

Немного взбодрившись, Саша вскочил в седло и нажал на педали. В течение минуты был слышен только скрип его цепи и дребезжание защитного кожуха, когда педаль задевала его. Все это время Джой критически поглядывала на его велик.

– Твоей цепи не помешали бы несколько капель масла, – сказала она наконец. – Да и механизм переключения передач ты должен заново отрегулировать. А тормоза у тебя вообще-то работают?

– Ты инспектор технического надзора или кто? Сегодня после обеда можешь проверить мой велик, я не возражаю.

– Отлично! Кстати, я беру десять евро в час.

– Но не с меня.

– Ах, так. И почему же?

Он широко улыбнулся.

– Потому что со своего лучшего друга денег не берут.

– И кто тебе это сказал?

– Что? Что ты не берешь денег со своего лучшего друга?

– Нет. Что ты мой лучший друг.

Саша молчал. Конечно, она хотела только подколоть его, сказал он себе. Но с другой стороны, она абсолютно права. Они были знакомы менее двух месяцев. Точнее говоря, всего лишь шесть недель. Так быстро не становятся лучшими друзьями, даже несмотря на взаимопонимание. И все-таки ее прямота неприятно уколола его самолюбие.

Неожиданно Джой ущипнула его за бок и крикнула:

– Не забывай нажимать на педали, лучший друг. Или я должна взять тебя на буксир?

– Не смеши меня! Посмотрим, кто будет первым на перекрестке!

Действительно это было – из ряда вон. Уже полчаса Саша ждал перед входом в кинотеатр «Синемакс Икс». Он забрал в кассе предварительно заказанные билеты, фильм начинался уже через минуту. Как ему показалось, он звонил Натали уже тысячу раз. Но всякий раз попадал только на автоответчик. В ответ ни звонка, ни эсэмэски, абсолютно ничего. Не случилось ли с ней чего-нибудь? Эта мысль всегда первой приходит ему в голову. Он сам постоянно предостерегал себя, внушал, что нельзя даже думать об этом, что надо отгонять подобные мысли, пока страх не перерос в панику и она не захлестнула его. «Такие вещи, конечно, случаются, – прозвучал в его голове голос Андроша, – но не так часто, как тебя заставляет думать твой горький опыт». Итак, никакого несчастного случая, никакого внезапного сердечного приступа, никакого убийства. Что остается? Ответ был настолько же прост, насколько и очевиден: Натали оставила его в дураках.

«Глупая корова», – разочарованно подумал он. Собственно говоря, у него не было ни малейшего желания сидеть одному в битком набитом зале, с единственным свободным местом рядом с собой; но с другой стороны, у него уже были билеты, и он хотел непременно посмотреть этот фильм. «Жду еще пять минут, – решил он, – и иду в зал».

Десять минут спустя он отправился в фойе. Примерно столько минут продолжались в «Синемакс Икс» рекламные ролики. Конечно, теперь он удостоится нервных взглядов тех людей, которым придется вставать со своих мест, пропуская его. Перед входом в зал № 4 он превратил один из двух билетов в конфетти и подбросил его вверх. Затем он направился к контролеру билетов.

Когда Саша вернулся домой, его матери еще не было дома. Впервые за последний год он был рад этому. И Джой он не хотел видеть, сегодня она могла сколько угодно шуметь на своем балконе, чтобы выманить его. Собственно говоря, а что ей-то было нужно от него? Сегодня он был не в том настроении. Он лишь надеялся, что она не переберется на их балкон, чтобы постучать в окно его комнаты. Хотя от нее можно было всего ожидать.

Его мать пришла домой поздно, и он ни одной секунды не беспокоился о ней и не боялся. И если его все-таки охватывало беспокойство, то он представлял себе, что она просто сидит за своим письменным столом в Управлении полиции Мюнхена и работает и что он сам как будто подходит к ее столу, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Доктор Андрош научил его этому приему, и он функционировал на удивление хорошо. «Когда ты что-то представляешь себе, твои чувства, – сказал он, – не очень сильно отличаются от того, что есть на самом деле». Сегодня Андрош мог бы гордиться им. Полный успех. Теперь его можно было оставлять в дураках, не опасаясь того, что он наложит в штаны.

Поскольку Саша лежал на кровати и слушал музыку через наушники, он заметил свою мать только тогда, когда она уже вошла в его комнату. Сделав знак рукой, она показала, что хочет поговорить с ним. Он вытащил наушники из ушей.

– Ты себя хорошо чувствуешь, дорогой?

– Конечно. Все отлично.

Она посмотрела на него своим внимательным взглядом, но не стала развивать эту тему. По-видимому, после напряженного рабочего дня, после всех этих расследований и допросов у нее не было желания вникать еще и в проблемы сына.

– Ты уже поужинал? – спросила она.

– Нет.

– Хочешь есть?

И да, и нет. Во всяком случае, сегодня у него не было желания изображать из себя повара. В конце концов, он ведь не нанимался.

– Эй! Я тебя о чем-то спросила.

– Да понял уже, я что-нибудь приготовлю для нас!

Он нервно вскочил с кровати.

– Я не это имела в виду. Я тоже могу что-нибудь приготовить. Или мы что-нибудь закажем. Мне захотелось из китайской кухни. Утку по-пекински или что-то в этом роде. А что заказать тебе?

– Мне без разницы.

– Ну, давай же, что ты хочешь?

– Без понятия. Что-нибудь из курятины.

Наконец она оставила его в покое. Он снова лег на кровать, вставил в уши наушники и включил музыку еще громче.

Полчаса спустя они молча набивали свои желудки китайской едой. В воздухе висел сладковатый аромат соевого соуса. Его мать взяла не утку по-пекински, а курицу и лапшу. Когда голод был утолен, она, как и ожидалось, снова начала его расспрашивать.

– Теперь скажи, наконец, что с тобой происходит. Я же вижу по твоему лицу, что что-то не в порядке. Ты влюбился?

Он смял бумажную салфетку, которую держал в руке.

– Чушь!

– Что же тогда? Неприятности в школе?

– Прекрати. Ничего подобного.

Ребром правой руки она вытерла соус с уголка рта. В этот момент он заметил это. Обручальное кольцо. Она его больше не носила. Он бросил свою вилку, или это вилка выпала у него из его рук, или произошло и то и другое, вскочил со своего места и бросился вон из кухни.

– А что теперь-то стряслось? – услышал он голос матери, а через несколько секунд – о, черт…

Он с силой захлопнул за собой дверь своей комнаты и повернул ключ в замке.

Действительно, сегодня был такой день, что хуже и быть не может. Такой день, когда тебя разочаровывали все, даже близкие тебе люди.

– Саша… открой… пожалуйста…

Она поскреблась в дверь.

Но он продолжал хранить молчание.

– Не будь же ребенком. Ты же всегда хотел повзрослеть. Тогда и веди себя по-взрослому. Позволь мне все объяснить.

«Да пошла ты…» – подумал он, надел наушники и врубил музыку на такую громкость, что у него заболели уши.

Где же была Джой, когда она так нужна?

По-видимому, в своей кровати, как и положено, ведь сейчас было два часа ночи.

Саша никак не мог заснуть. В голове роились разные мысли. Натали. Его мать. Его отец. Все это было, пожалуй, чересчур. К тому же жара. Для сентября было невыносимо жарко. Собственно говоря, он почти не пил пиво, тем более, если на следующий день ему предстояло идти в школу, но сейчас он взял бутылку пива из холодильника. Однако уже после первых глотков ему расхотелось пить.

Тут он услышал, как на соседнем балконе открылась дверь.

– Саша? – раздался шепот. Это была Джой.

– Ты тоже не можешь заснуть?

– Нет. Подожди, я иду к тебе.

Уже испытанным способом она перебралась к нему на балкон. На ней была только майка с короткими рукавами и шорты.

– Можно и мне пива?

– Возьми мое.

Они стояли молча напротив друг друга. Вообще-то Саша различал в темноте только ее силуэт. Но зато что за силуэт это был! Он невольно вспомнил песчаные дюны на фотографии в кабинете доктора Андроша. Точно такие же изгибы и округлости. Блин, подумал он, уже после двух глотков алкоголь ударил ему в голову. Тем не менее он сделал еще один глоток и протянул бутылку Джой. Она жадно припала к горлышку и с громким бульканьем начала пить, словно это было ей не впервой.

– Моя мать больше не носит свое обручальное кольцо.

– Ага. – Джой отрыгнула.

Они помолчали.

– Возможно, у нее уже есть любовник. Понятия не имею. Или она в поиске. Зачем же она тогда сняла свое кольцо? Странно, как быстро одного человека заменяют на другого. Просто так.

– Нет, так просто… это не работает.

– Ах, как ты можешь судить об этом?

– Могу, в некоторой степени. Видишь ли, у меня тоже был бойфренд. До недавнего времени. До прошлой недели, если быть точной. Я порвала с ним. У нас вдруг все разладилось. Но это было совсем непросто, можешь поверить мне на слово.

Джой отшила обладателя кабриолета, подумал он, это единственное светлое пятно в этом беспросветном дне, и это посреди ночи.

– Но это же совсем другое.

Немного подумав, Джой сказала:

– Может быть. Но это никогда не бывает просто.

– Возможно, для тебя. Но моя мать всегда добивалась своего. Только сейчас я до конца осознал это.

– Я считаю, это так круто. Будучи комиссаром полиции, она наверняка имеет дело с запутанными преступлениями.

– Вовсе нет! В основном она торчит в своем кабинете и сочиняет отчеты, или составляет протоколы допросов, или занимается еще какой-нибудь ерундой. Работа полицейского не такая уж и увлекательная. Совсем не такая, как по телевизору.

– Тем не менее я считаю ее интересной. Люди, с которыми общаешься. Стараешься проникнуть в их мысли. Разгадываешь запутанные загадки. И целый день бегаешь с пистолетом, это же должно быть классно. Я без ума от таких вещей.

– Ты смеешься надо мной, да?

– Совсем нет. – Джой приставила к его груди указательный палец, как ствол пистолета. – Руки на капот. Ты по уши в дерьме. Малдер, зачитайте ему его права.

Саша не смог удержаться от улыбки.

– Малдер – это персонаж из телесериала «Секретные материалы», который уже давно устарел, кроме того, это не настоящие криминальные фильмы.

– Умник. – Она убрала палец с его груди. – Извини. Ты хотел поговорить о своей матери, а я тут дурачусь.

– Честно говоря, это мне в тысячу раз приятнее.

– Тем не менее. – Джой положила руку на его предплечье. – Только не устраивай сразу истерику, я имею в виду – всего лишь из-за кольца.

Ее рука соскользнула вниз и оказалась в его руке, но прежде чем он это осознал, их руки снова разомкнулись, но так и осталось непонятно, кто кого отпустил.

– Мне пора.

И хотя Саша хотел, чтобы она еще побыла с ним, он сказал:

– Ясно. Увидимся завтра.

Она удалилась тем же самым путем, каким и пришла. Саша смотрел на свою ладонь, в которой все еще чувствовалось тепло ее невесомой руки. И хотя это было прекрасное чувство, но в то же время у него в груди возникла щемящая боль.

7

– Ты уже слышал, Шмидти?

Ян направился прямиком к Саше. Кажется, сегодня он не собирался отпускать одну из своих очередных шуточек. Его лицо было серьезным, как на похоронах.

– Что? – спросил Саша.

– Кто-то из нашей школы покончил с собой. – Заметив, что лицо Саши от удивления вытянулось, он ухмыльнулся: – Но, к сожалению, это не один из учителей.

Саша остановился. Он опять появился – панический страх.

– И кто же?

– Точно не знаю. По-моему, кто-то из 10-го «А».

10-й «А». Это же был класс Натали.

– Девушка?

– Думаю, да. Одна из тихонь. Ты случайно не сделал математику?

Натали! Первая мысль. Это была Натали!

Саша сбросил лямки рюкзака с плеч. Машинально расшнуровал его, сунул руку внутрь, вытащил тетрадь и протянул ее Яну.

– Эй, старик, что это с тобой? Да ты дрожишь, как наркоман, которого лишили очередной дозы.

Саша ничего не ответил и двинулся мимо Яна в направлении входа в школу. Сначала медленно, потом все быстрее. Как робот. Робот, охваченный паническим страхом.

Дверь классной комнаты 10-го «А» была закрыта. Три минуты до второго звонка. Да разве это имело какое-то значение? Саша остановился, сделал глубокий вдох. Его сердце колотилось как сумасшедшее. Приемы доктора Андроша больше не помогали, он слишком поздно вспомнил о них, когда круг страха уже сомкнулся. Он решительно распахнул дверь. Все должно было выглядеть так, словно он ошибся классной комнатой. Тишина, царившая в классе, напомнила ему тишину в помещении, в котором стоял гроб с телом его отца. Такая тишина царит, наверное, внутри ледяной глыбы. Фрау Байерле, по словам Натали крайне язвительная классная руководительница, стояла перед чистой доской и удивленно смотрела на него. Точно так же, как и остальные примерно двадцать пять пар глаз. Как ему показалось, некоторые из них были заплаканными.

– Да? – спросила фрау Байерле.

Саша знал, где примерно находилось место Натали. Находясь во дворе, он иногда видел ее. У окна, примерно третий ряд. Одно место там пустовало. Ее место.

– Извините, – пробормотал он и закрыл дверь.

И в этот момент раздался второй звонок.

Саша жал на педали изо всех сил. Он не обращал никакого внимания на красный свет светофоров. Дважды он чуть было не налетел на капот автомобилей. Скрип тормозов. Громкий рев клаксонов. Он слышал это, и только. Какое ему дело до всего этого? Он думал лишь об одном: только бы это снова не случилось. Это не должно было случиться снова!

И хотя он ни разу не был у Натали дома, но ему было известно, где она жила. Он свернул на ее улицу, дом номер семнадцать. Должен был находиться на левой стороне. Когда он увидел искомый номер над входом в дом, ему стало жутко. А что, если ты зря паникуешь и она просто прогуливает школу, подумал он. Это было бы крайне неприятно. Он оставил свой велосипед прямо у входа, так и не приковав его к стойке для велосипедов, поискал на панели домофона с кнопками дверных звонков фамилию Вагнер. Нашел ее. Нажал кнопку. Подождал.

– Поднимайся. Третий этаж, налево.

Женский голос, очень тихий, очень невнятный.

Натали? Или ее мать? По всей видимости, они кого-то ждали.

Прежде чем Саша успел что-то сказать, зажужжал механизм отпирания двери. Он нажал на дверь и вошел внутрь. Итак, он был здесь. На лестничной клетке, где стоял сильный запах пота. И чего же он хотел? Тот, кто бежит от страха, попадает прямиком ему в лапы. Ему в голову пришло это мудрое высказывание Андроша. Только сейчас он понял его истинный смысл. И сколько правды в нем было.

Ступенька за ступенькой он поднимался все выше и выше. На третьем этаже он повернул по коридору налево. Дверь одной из квартир была полуоткрыта. На табличке рядом с кнопкой звонка стояла фамилия Вагнер. Он распахнул дверь и вошел.

– Есть кто дома?

И вот она уже стояла перед ним – Натали.

С опухшими от слез глазами, бледная как мел, но – живая!

У него с души словно упал камень.

Какое же счастье!

Оно длилось секунд пять или десять. Но потом…

– Ах, это ты. – Она была явно разочарована. – А что тебе здесь надо?

– Я думал…

– Что?

– Эээ… В школе говорят… Якобы девушка из твоего класса… – Он скрестил и согнул пальцы. – А ты не пришла в школу…

– И ты сразу подумал обо мне?

Саша смущенно переминался с ноги на ногу.

– Просто я беспокоился…

Натали тяжело вздохнула.

– Алина, – прошептала она. – Это просто… ужасно… Это никак не укладывается у меня в голове… вообще никак…

Ее губы сжались, подбородок задрожал, глаза наполнились слезами. Но прежде чем слезы хлынули из ее глаз, она снова взяла себя в руки.

– Я даже не знал, что Алина в твоем классе, э… была в твоем классе.

– Только до февраля прошлого учебного года, потом родители забрали ее из нашей школы, так как она не справилась с программой.

– Ах, вот оно что.

– Давай поговорим об этом в другой раз, Саша. Сейчас я жду гостя.

Саша не сдвинулся с места. Почему она сказала гостя, а не моего дядю или подругу? Что она скрывала от него?

– Мне действительно жаль, что так получилось вчера, я имею в виду кино и прочее. Обычно я так себя не веду. Но я узнала об этом, о том, что случилось с Алиной, незадолго до того, как собиралась отправиться в кино, и просто ничего не могла делать, даже была не в состоянии позвонить. Я была просто в шоке. Ты понимаешь? Просто в шоке. Но сейчас тебе лучше уйти. Я тебе позвоню.

Говоря это, Натали постепенно оттесняла его к входной двери, которая все еще была открыта, а затем и на лестничную площадку.

– Спасибо, что зашел, Саша. Это очень любезно с твоей стороны.

Она чмокнула его в щеку и тотчас захлопнула дверь перед его носом.

Что это с ней происходило? Он невольно задался вопросом, был ли он героем или, скорее всего, полным идиотом.

Спускаясь вниз по лестнице, он услышал поспешные шаги. Когда он повернул на следующий лестничный марш, то увидел мужчину, спешащего вверх по лестнице. Мужчину, которого он хорошо знал. Доктора Андроша. Когда психотерапевт увидел его, то остановился как вкопанный. Значит, это и есть гость Натали, подумал Саша. С каких это пор инженеры человеческих душ посещают своих пациентов на дому?

Андрош первым справился с минутной растерянностью.

– Какая неожиданная встреча, – смущенно сказал он.

– В этом нет ничего неожиданного. Я был у Натали.

– Ах. Вы подружились? Почему ты никогда не упоминал об этом?

Саша пожал плечами.

– А разве я был обязан?

– Нет, конечно, нет. Как она себя чувствует?

– Во всяком случае, она не собиралась выбрасываться из окна.

– Хорошо. Это хорошо.

Андрош прошел мимо него, но потом снова остановился и, полуобернувшись к нему, спросил:

– Мы же увидимся в конце недели?

– Конечно. А Натали? Она теперь снова будет вашей пациенткой?

– Нет-нет. Это экстренный случай. Всего лишь исключение.

Сказав это, Андрош продолжил свой путь.

Что здесь, собственно говоря, происходит? Задавшись этим вопросом, Саша двинулся вниз.

На улице его ожидал следующий сюрприз: велосипед исчез.

8

Саша соскочил со своего велика и поставил его в стойку для парковки велосипедов. «Какой же идиот», – вполголоса выругался он, вспомнив о чокнутом пенсионере из дома Натали. Саша уже подумал, что его велик украли, когда этот странный тип появился с велосипедом в руках из въезда на задний двор и с самодовольной ухмылкой на лице спросил:

– Ты случайно не это ищешь?

Сначала Саша не знал что и думать. Только тогда, когда пенсионер показал на табличку на стене, он понял, что тот имел в виду.

– Можно было ожидать, – сказал тот, – что парни в твоем возрасте уже умеют читать. Здесь написано: «Прислонять велосипеды к стене запрещено».

Что, собственно говоря, возомнил о себе этот тип? Кроме того, Саша не прислонял свой велик к стене дома, а оставил его у стойки для велосипедов. Но поскольку у него не было желания спорить с этим засранцем, он, не говоря ни слова, забрал велосипед, сел на него и уехал.

Саша решил дождаться перемены, прежде чем отправиться в свой класс. Он совсем не беспокоился из-за того, что без разрешения прогулял урок. Он просто скажет Фельдкампу правду: что ездил к Натали, чтобы утешить ее из-за смерти Алины. Фельдкамп был нормальным учителем, он понимающе кивнет и заботливо поинтересуется, как себя чувствует Натали.

Саша снова подумал о встрече с Андрошем. Не собиралась ли Натали действительно что-то сделать с собой? Или она лишь хотела привлечь к себе внимание? Почему она так и не позвонила ему? Он бы сразу приехал к ней. В любое время дня и ночи. Но, по-видимому, для этого они еще не были знакомы достаточно близко. И это произойдет не так скоро, уж это он усвоил твердо. Натали представлялась ему чертовски твердым орешком.

Раздался звонок на перемену. Первые ученики выбежали во двор, некоторые из них сразу же удалились в неофициальное место для курения.

С Фельдкампом все прошло, как и ожидалось. У двери, ведущей в учительскую, он выслушал Сашины извинения, сочувственно кивая при этом каждые несколько секунд.

– Все хорошо, – сказал он в конце концов. – Но в следующий раз, если случится нечто подобное, ты не умчишься сломя голову прочь, а отпросишься у своего классного руководителя, да?

Саша поспешил выйти во двор. Следующим уроком была математика. Тем временем его тетрадь с домашним заданием наверняка побывала уже у половины класса. Он должен был позаботиться о том, чтобы как можно быстрей получить ее назад, а то окажется, что он единственный ученик в классе, не сделавший домашнее задание. Случайно подслушанная короткая перебранка заставила его резко остановиться.

– С самого начала было ясно, что Алина когда-нибудь закончит жизнь именно таким образом и что Натали так просто не переживет это. Я не удивлена.

– Что переживет?

Саша повернулся в ту сторону, откуда донеслись эти язвительные слова. Там стояли три девушки, окружившие четвертую, рыжеволосую, и с нетерпением ожидали разъяснения. Точно так же, как и Саша.

– Я узнала это от Лены, когда-то она была весьма близка с обеими, – продолжала рыжая. – Но только это строго между нами, ясно? Алина и Натали друг с дру… – Она заметила Сашу и запнулась на полуслове. – Эй, ты, – накинулась она на него, – тебя совсем не касается, о чем мы тут говорим.

Четыре подружки сгрудились еще теснее, рыжая понизила голос, чтобы Саша не мог ничего услышать, и не спускала с него глаз, пока он не ушел. Не следует обращать внимания на школьные сплетни, подумал он. И все-таки ему было неприятно при мысли, что эти девчонки, возможно, знали о Натали нечто такое, о чем он сам не имел даже понятия.

Минуты тянулись так медленно, словно расплавленный свинец. Домашние задания были уже давно сделаны. Все попытки убить время рисованием комиксов, игрой на гитаре или на игровой приставке закончились впустую. Почему Натали не звонила? Она же обещала. Или она снова кинула его? Он взял свой мобильник, отыскал в адресной книге номер ее телефона. Его палец завис над кнопкой вызова. «Нет», – сказал он себе и снова отложил телефон в сторону. Теперь определенно ход был за ней.

На что конкретно намекала рыжая на школьном дворе? Действительно ли она что-то знала или только важничала?

И вот наконец долгожданный звонок.

Однако на дисплее высветилось не Натали, а мама.

Он прикинул, стоит ли ему отвечать на звонок. Собственно говоря, у него не было большого желания разговаривать с матерью. Но с другой стороны, он не мог не ответить.

– Чего тебе?

– Привет, Саша. Я хотела только сказать, что приду сегодня поздно. Возможно, даже очень поздно. Поэтому не жди меня.

В то время как он ее слушал, его взгляд упал на фотографию, стоявшую на полке. Она была сделана шесть лет тому назад в тире. Она очень нравилась ему, так как на ней они все смотрели с таким неподдельным напряжением. Его отец держал ружье на изготовку, его мать стояла справа от него, а он сам слева. Затвор фотоаппарата сработал в тот момент, когда его отец попал точно в цель. Тогда он заплатил только за один выстрел.

– Алло? Саша? Ты еще там?

– Все ясно. Я не буду тебя ждать. Ты так долго будешь на работе?

– Конечно, а где же еще?

– Я просто спрашиваю.

– Ты уверен, что для тебя это не проблема? Тебе не о чем беспокоиться. Мне нужно лишь написать отчет и ознакомиться с накопившимися уголовными делами, я и так уже выбилась из графика.

«Понятия не имею, правда это или она лжет», – подумал он. Да и сейчас это было ему без разницы. По-видимому, постепенно привыкаешь к тому, что тебя все обманывают.

– Все нормально, – сказал он.

– А что касается другого дела… Мы еще поговорим об этом. Но не по телефону. Завтра вечером, хорошо?

– Если из-за меня, то не стоит.

– А вот из-за меня стоит.

Он фыркнул в телефон. За какого дурака она его держала? Что за представление она тут устраивала?

– Да ты и сама не веришь в это, – набросился он на нее.

Секунду в трубке было тихо, потом:

– Объясни, пожалуйста, что все это значит?

– Абсолютно ничего. Просто я не хочу больше выслушивать твои… враки.

Сказав это, он сам испугался. Еще никогда он не разговаривал со своей матерью таким тоном. Именно это испугало его. Но в то же самое время он почувствовал себя лучше. Сильным. Взрослым.

– А вот теперь, молодой человек, поумерь-ка свой пыл. – Ее с трудом сдерживаемый голос задрожал в его ухе. – Не смей разговаривать со мной таким тоном, ясно?

– Извини, – тотчас сказал он, – я не хотел тебя…

– Хорошо. Мы поговорим завтра.

После нескольких секунд тишины она сказала:

– Я тебя очень, очень люблю, Саша. Никогда не забывай об этом.

– Пока.

Он отключил связь.

Назвать ее лгуньей было, конечно, грубо. Пожалуй, даже слишком грубо. Но ведь она и не была откровенна с ним. Интересно, что сказал бы на это Андрош?

Не прошло и двух минут – он все еще держал мобильник в руке – раздался новый звонок. И на этот раз на дисплее высветилось Натали.

– Как ты поживаешь? – сразу же спросил он ее.

– Неплохо. Только вот чувствую себя какой-то оглушенной. Послушай, я хотела тебе сказать, что мы увидимся только завтра в школе. Сегодня моя мать меня никуда не выпускает, она категорически настаивает на том, чтобы я сидела дома. Это все из-за Алины.

– Из-за Алины?

– Ну, да, так как я же… Я лучше расскажу тебе об этом в другой раз, она и так уже странно поглядывает на меня.

Знаем мы этот другой раз, ухмыльнулся Саша, в то время как Натали продолжала:

– Кстати, мне очень приятно, что сегодня утром ты специально приходил сюда.

– Ах, это…

– Нет, правда. Ты на самом деле настоящее сокровище, Саша.

«Ну, а доктор Андрош, кто он для тебя?» – невольно подумал Саша, но ничего не сказал. Сейчас был не самый подходящий момент для мелочной ревности.

– Если тебе вдруг захочется с кем-нибудь поговорить и тому подобное, – сказал он, – просто позвони мне, да? Кстати, я посещаю также и на дому, – добавил он и тут же пожалел об этом, так как она могла это неправильно понять. Или правильно.

Однако она ответила только:

– Отлично. Спасибо.

– О’кей, тогда до завтра.

Она отключила связь.

Саша снова никак не мог заснуть. А если ему все же удавалось ненадолго задремать, то ему снились кошмары. Натали, его мать, Андрош, Джой – все являлись ему во сне в таких ужасных ситуациях, что потом ему хотелось побыстрее их забыть. Правда, не намного лучше было и бодрствовать, так как тогда он был вынужден постоянно думать обо всем этом. Если бы он хоть был уверен в том, чего же именно хотел от Натали. Был ли он влюблен в нее? Он всегда думал, что если по-настоящему влюбится, то тогда у него не будет никаких сомнений, все станет предельно ясно. На сто процентов. Это было как раз то, чего он и хотел. Но сейчас все развивалось совсем не так.

Если бы я был лет на пять старше, тогда Джой была бы на сто процентов моей девушкой. А Натали? Она была славной. Более чем славной. Она отлично выглядела, а ее скрытность делала ее жутко интересной и привлекательной. На семьдесят процентов. Как минимум. Но тут было еще это дело с ней и Андрошем, которое не давало ему покоя. Хотя, честно говоря, он мог бы быть совершенно спокоен в этом отношении. Так же, как он вынужден был признать, что Джой была, образно выражаясь, на один размер велика для него, и Натали когда-нибудь поймет, что нет смысла вешаться на типа, которому было столько же лет, сколько и ее родному отцу. И вот тогда-то и пробьет его час. Или нет? Из этого могло бы что-то получиться. Когда-нибудь. Почему бы и нет? И тогда стало бы легче и с Джой, больше никаких тайных чувств и желаний, они могли бы быть только друзьями, и все было бы хорошо.

Его мать пришла около двенадцати. Он слышал, как она вошла в прихожую, прошла на кухню, в ванную. У нее было подозрительно хорошее настроение, она даже тихонько напевала себе под нос. Совсем не похоже на то, что все это время она корпела над каким-то пыльным отчетом.

Он не мог больше оставаться в кровати. Когда он вышел в коридор, в гостиной заиграла стереоустановка. Какая-то нежная мелодия семидесятых годов. Дверь оказалась полуоткрытой. Его мать с бокалом красного вина в одной руке сидела на диване, положив ноги на подлокотники кресла. В другой руке она держала что-то, висевшее на цепочке. Приглядевшись, он понял, что это было ее обручальное кольцо.

Как раз в тот момент, когда он уже собирался отступить на шаг назад, она повернула голову и увидела его. Кольцо выскользнуло из ее руки и повисло на груди.

– О, боже, – сказала она после нескольких секунд испуга, – в первый момент я подумала… Ты становишься все больше похожим на него. У меня сердце разрывается, когда я смотрю на тебя. Иди сюда, посиди со мной минутку. Глоток вина?

И хотя с его шестнадцатого дня рождения ему официально разрешалось пить алкоголь, она еще никогда не предлагала ему вина или чего-то еще в этом роде. Он покачал головой и присел на диван рядом с ней.