Текст книги "Я тебя сломаю (СИ)"

Автор книги: Анастасия Князева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

Глава 54

Мирон

Вылетаю из квартиры. Не могу там находиться. Не могу видеть Алину. Такой… Задыхаюсь.

Мысли путаются. Порочь. Вскачь. Башку подрывает на мине. Разрывает до атомов. Чернота меня поглощает. Ее. Мертвая. Ледяная.

Ее запах стоит поперек горла. Жестко вспарывает трахею. Кромсает в мясо остро заточенным лезвием. Без пощады. Без жалости.

Я думал, что знаю, как выглядит ад. Столько раз проходил через мясорубку. Балансировал на грани. Играл не только своей, но и чужими жизнями. Дарил и отбирал. Давно позабыл про страх. Напрочь отвык от этого чувства.

И этим, видимо, разозлил судьбу. Наказание настигло. Жесткое. Жестокое. Худшая кара.

Огонь раскаленной лавой льется по венам, стреляет в голову, затмевая разум.

Слишком много всего. В самой глубине. Режет. Рвет. Разламывает на части.

Я уже ничего не соображаю. Подыхаю внутри. Как пьяный. Или под кайфом. Ничего не вижу перед собой.

– Сука! Сука! Сука! – рычу раненым медведем, размазывая кулак в стену. Осколки краски рассыпаются под пальцами, на поверхности выступают выбоины. Кроваво-красные капли.

Где?! Где мне ее искать?!

От собственного бессилия дохну. Подыхаю, думая об этом. От того, что не могу ничего изменить. Исправить.

Крошу чертову стену, заставляя подъезд содрогаться. Бью. Снова и снова. Просто врезаю кулаком. Молочу без остановки. Бездумно. Яростно. Просто знаю, что должен выплеснуть это. Выпустить. Иначе совсем предохранители снимет. Заклинет.

Где-то на фоне улавливаю недовольный гомон жильцов. Звуки открывающихся дверей. Смертники. Не понимают, что ко мне сейчас лучше не лезть. Удавлю. Всех.

– Мирон! – Голос Рустама пробивается сквозь гул в ушах. Он хватает меня за руку, выдергивая из кровавого транса, и резко разворачивает к себе. – Мирный! Хватит! – Замахивается и точным ударом в челюсть приводит меня в чувства. – Приди в себя! Я знаю, где ее искать.

Глохну.

Моргаю, окончательно включаясь. Мозг лихорадочно переваривает информацию, и за секунду в груди будто взрывается атомный реактор, снося к херам все внутренности.

– Что? – шатаясь, подлетаю к безопаснику. Сжимаю окровавленный кулак. – Ты… следил за ней?

– Всего лишь делал свою работу, – чеканит Рустам в своей привычной манере. – После истории с ноутбуком я понял, что одной охраны мало и немного поколдовал над ее кольцом.

– То есть, – скалюсь, – все это время…

– Нет. Когда мы ехали, датчик показывал этот адрес. Потом связь пропала. Видимо настройки сбились или еще какая-то херь, не знаю. Главное – сейчас сигнал есть, и я уже пробил это место. Поехали скорее!

Выходим из подъезда. Рустам снимает тачку с сигнализации и молча протягивает мне ствол. Без комментариев.

Беру оружие. Тяжелое, знакомое.

Предвкушаю, как выпущу обойму в ублюдка-Брагина. Но сначала… Сначала он ответит за все.

Образ сломленной, с выпотрошенной наизнанку душой, девушки стоит перед глазами. Не дает забыть.

Страшно представить, что этот маньяк с ней делал. С каким садистским удовольствием ломал ее психику, как довел до такого состояния. А что он может сделать с Ариной?! Что угодно…

Такие не убивают физически. Мучают. Играются. Пока не надоест – голос Алины звенит с новой силой. Пугают жертву. Изводят. Пытаясь сломить ее дух, лишить желания сопротивляться. Доводят до такого состояния, чтобы в нем – мать его, гребаном хозяине! – кукла видела Бога. Хозяина. Молила, упрашивала, делала все, что прикажет… А потом… отдает ее другим. За деньги. Информацию. Пропуск на новый уровень…

Блять, Гараев, остановись!

Приди в себя.

Давлю на виски. Сильно.

Нельзя об этом думать. Рано.

Хватаю с приборной панели телефон Рустама. Приближаю на максимум. Крохотная точка на карте увеличивается. Мигает красным.

Адрес незнакомый, на окраине родного городка Арины. Частный сектор. Рядом – лес и небольшое озеро. Идеальное место для логова маньяка…

Несколько километров мучений. Бесконечные звонки от мамы, Аделины, Захара. Отправляю всех на автоответчик – так надо. Поговорим, когда все закончится.

На подъезде к населенному пункту получаю свежие данные. Снимки со спутников, точное расположение окон, всех входов и выходов. Домовая книга.

Пазл складывается с невероятной скоростью. Его дом. Тот самый. Психопаты всегда возвращаются на место первого преступления. Связывают с ним момент эйфории – наивысшего кайфа, когда сделал это впервые. Воссоздают все: декорации, внешний вид жертвы, одежду. Доходят до того, что даже погоду для своих игр выбирают соответствующую.

Все как тогда... С ней.

Безопаснику докладывают, что все чисто. Снайпер на позиции. Можно начинать.

– Мирный, давай без глупостей. Мы просто зайдем и заберем ее, – слушаю Рустама вполуха.

Конечно мы ее заберем. Прямо сейчас. Но нужно действовать быстро.

– Брагина брать живым, – даю последнее указание и щелкаю предохранителем.

Гравий хрустит под колесами. Рустам вырубает фары и останавливает на углу улочки, чтобы не привлекать лишнего внимания. Работаем быстро и тихо. Все, как в старые-добрые.

Двухэтажный дом из красного кирпича. На вид постройке лет двадцать. Черный металлический забор. Высокий. С витиеватыми узорами. Ворота…

Выходим на улицу одновременно с началом штурма.

Люди в черном – лучшие из лучших. Я в них уверен. Они – во мне. Поэтому действуем слаженно.

Бросаю взгляд на часы. Двадцать один двенадцать.

Время будто замерло. Застыло в предвкушении…

Ускоряю шаг. Стараюсь отключиться. Перейти на автопилот. Представить, что это не личное, не моя жизнь висит на волоске. Рядовой случай. Без напряга.

Нет, такое не вырубается. Воздух чистый, а мне фонит. Запах крови. Боль. Гребаное воображение работает на максимум. Я вижу, как он привез сюда Арину. Отчетливо. Занес ее в дом. Моя девочка без сознания. В этом гребаном здании.

Он следил за ней все это время. Подкупил медбрата, чтобы вырубил Демьяна, хотел похитить прямо из клиники. Но план сорвался. Она сбежала. Сама. И все равно попалась…

Что-то вспыхивает. Царапает память. Кадр: отъезжающее такси, а следом – с заминкой в десять секунд – черный “седан”.

Я подхожу ближе. Изучаю место. Машина во дворе привлекает мое внимание.

Стал бы он рисковать в открытую? Зная, что и я, и Яковлев ведем на него охоту? До того обезумел?

Что-то не вяжется. Не пойму, что. Но… чую.

Мы что-то упустили…

Парни уже на территории. Отмашка – можно заходить.

Дальше как в тумане. Срываюсь на бег. Не чувствуя ног. Перед глазами – марево. В груди – огонь. Влетаю в ворота.

Единственное, что успеваю заметить – распахнутые настежь двери дома. В проеме мелькает чья-то фигура. Свой или нет разобрать не успеваю. Крик со спины отвлекает:

– Мирный, это ловушка!

Меня отбрасывает в сторону, припечатывает к земле чем-то тяжелым.

Удар.

В ушах звон. Мир на секунду гаснет.

А потом раздается взрыв.

Глава 55

Мирон

Огненный шар вздымается к небу, разрывая темноту ночи. Стекла выносит взрывной волной. А я, придавленный Рустамом, еще несколько секунд лежу без движений.

Вокруг кровавый туман из черного, густого дыма. Полыхающие языки пламени. Глаза заливает пеплом, тело ноет, будто по нему проехали катком, но адреналин перебивает все.

Оглядываюсь. От «седана» почти ничего не осталось. Хаос. Суета. Очень тихо, сквозь гул в башке, улавливаю чьи-то голоса, крики. Скоро здесь будут все службы города. А еще… взгляд врезается в измазанные пеплом стены дома… Арина!

Сердце бьется в горле, перекрывая дыхание. Вскакиваю и спотыкаюсь о что-то мягкое.

– Брат…

Рустам лежит ничком. С шумом втягивает воздух и переворачивается на спину, указывает на дом.

– Там… надо проверить.

Помогаю ему подняться и вместе бежим в дом. Машинально оцениваю потери.

Кто-то явно с нами играет. Очень тонко... С умом.

Кто-то очень влиятельный, кому под силу провернуть такую сложную схему. И кто точно в курсе моего конфликта с Брагиным. Эту тварь отметаю сразу, потому что не дорос он еще до таких игр. Слишком мелкая сошка. Скорее всего, он и сам не знал, что его машина заминирована. Его ли? Номера пробивать бессмысленно. Тот, кто за этим стоит уже все подчистил. Ставки выведены на максимум. Выше только смерть.

Жертв среди парней не вижу, но двое раненых. Их сейчас выведут. Увезут в нашу клинику. Потому что официально нас здесь не было. Негласный договор с властями. Мы не переходим черту, решаем свои вопросы тихо, без свидетелей, они – делают вид, что ничего не знают. До тех пор, пока кто-то не откроет охоту. Потому что при желании подставить можно всех. Меня в том числе…

Распахнутые двери.

Ничего больше не замечаю. Внутри – темнота, пахнет сыростью. Первое, что попадается на глаза – кольцо Арины, брошенное посреди комнаты. Еще одна подсказка... Элемент игры.

Жар охватывает все тело, заставляя действовать быстрее. Хватаю его, сжимая в кулак так, что белеют костяшки. Ладонь жжет, точно огонь трогаю.

– Рустам!

Безопасник уже рядом.

Мы одновременно оказываемся в гостиной. Разбитые окна, перевернутый стол. Здесь явно кто-то дрался. Или… имитировал драку. Рустам включает фонарик, и на полу отчетливо виднеются капли крови… Свежие.

Рыча и исторгая проклятия, несусь вверх по лестнице. Ног не чувствую.

Меня явно испытывают. Ясно же. Брагин – просто пешка. Арина – орудие. Мое слабое место. А все это – хорошо организованный спектакль для единственного зрителя. С самого начала – одна большая фальсификация…

Они знали про трекер в кольце. Знали, что я примчусь за Олененком, не раздумывая. Обо всем забуду. И пойду ради нее на. все. Вплоть до убийства.

И нет, это не фигура речи. Я не то, что убить, я сдохнуть ради нее готов. Собственный хребет вырвать. Живьем. Да как угодно. Лишь бы спасти, от зла защитить самое дорогое на свете.

Я жизнь за нее отдам. Все, что попросит. Черт, да я даже отказаться от нее готов. От возможности быть с ней. Сгнить в этом проклятом месте. Но только, чтобы моя Арина никогда не страдала, не узнавала того кошмара, что я ей причинил, не испытала всю ту боль. Только бы она была счастлива. Пускай и без меня. Пускай далеко. Не важно! Главное, чтобы она ЖИЛА. Полной, насыщенной жизнью. Добивалась своего. Ставила цели, мечтала. Просто была собой. Я все отдам ради этого. От всего откажусь: бизнес, власть, связи. Всё на кон поставлю. Ради нее. Ради моей женщины.

Толкаю одну из дверей второго этажа.

В нос ударяет знакомый металлический запах.

Тошнотворный. Перекрывающий все остальные…

Финальный аккорд пьесы.

Тело…

Баринов собственной персоной.

Точнее – трупак с кровавым месивом вместо головы.

– Блядь! – Рустам хватает меня за руку, не давая переступить порог детской. – Не двигайся! Ты же видишь, это подстава. Полиция будет здесь с минуты на минуту. Хочешь, чтобы тебя взяли с поличным?!

Друг оттаскивает меня в сторону.

– Вруби наконец голову! Им же только это и нужно – убрать тебя с дороги. Сломать. Хочешь, чтобы у них получилось? Так я не позволю! Ты не влезешь в это дерьмо, и не пытайся!

Меня будто молнией прошивает. Мощной. Насквозь.

– А что ты предлагаешь?! Бежать?! Как побитая собака?

– Я предлагаю тебе выиграть время, – Рустам на секунду замолкает. Думает о чем-то своем. Хмурится, а потом продолжает: – Если уйдем оба, охота продолжится. Ты же видишь – кто-то явно хочет от тебя избавиться. Все это, – он рисует в воздухе круг, – одна большая хитро спланированная ловушка. Наша главная задача – выяснить, кто за этим стоит. Ты сможешь это сделать, сидя в тюрьме?! А семья? Что будет с ними?

Каждое его слово точно выстрел из орудия – попадает четко в цель. Я не могу их бросить. Ни сейчас, ни когда-либо еще. Я поклялся на могиле отца.

Но подставить своего друга? Человека, который ради меня готов жизнь отдать?

– Послушай, – Рустам кладет руку мне на плечо, смотрит в глаза. – У нас мало времени. Надо действовать рационально. Если у ментов будет подозреваемый, они не смогут тебе ничего предъявить. Я скажу, что это я его грохнул – пусть доказывают, что это не так. Мне не впервой. А ты, – тычет в меня пальцем, – найди Арину! Она сейчас важнее всего.

Молчу. Смотрю на тело Брагина. На лужу крови, растекающуюся по паркету. И понимаю – Рустам прав. Нужно выиграть время. У нас нет другого выхода.

Спускаемся вниз, выходим через заднюю дверь. Вдали уже слышна сирена. У ворот толпятся зеваки. Вокруг царит паника.

Рустам толкает меня в сторону соседской калитки. Бросает ключи от машины.

– Бери и проваливай отсюда. Если что-то узнаю, сообщу тебе. Будь осторожен!

– Ты тоже.

Пожимаем руки, и я ухожу. Крадусь вдоль металлического забора, пока не дохожу до конца улицы. Прыгаю в машину и срываюсь с места. Глушу фары, чтобы не привлекать внимания и выезжаю из поселка незамеченным.

Первым делом звоню адвокату и вкратце обрисовываю ситуацию.

– Ты же понимаешь, что рано или поздно они переключатся на тебя?

– Более чем, – отвечаю спокойно. – Просто будь с ним рядом, не дай наломать дров. И… держи меня в курсе дела.

– Конечно.

Сбрасываю звонок и торможу на въезде в город, чтобы перевести дыхание. Устало потираю лицо.

Думай, Гараев, думай! Кому понадобилось тебя убирать?

Прокручиваю в памяти весь последний год. Всех, с кем хоть как-то пересекался. Упорно упорядочиваю, стараясь ничего не упустить. Кто из них способен на такое? Кто этот смертник?

Да и какой мотив? Должен же быть смысл! Деньги? Компания? Так у меня нет конкурентов. Дела веду чисто, никому дорогу не перехожу.

Нет… это что-то другое. Личное.

Понять бы только…

Телефон настойчиво вибрирует в кармане. Смотрю на экран – мама. В горле неприятно жжет. Как я ей скажу? Но и не говорить нельзя. Они и так скоро все узнают.

– Да, мам, я слушаю.

– Мирон, что происходит? – в ее голосе тревога. – Тут в новостях про тебя рассказывают. Говорят, наш Рустам кого-то убил… Это правда?

Блять, что за херь происходит?! С каких пор у нас журналисты так быстро работают? И часа не прошло, как они уже разнесли все по миру…

С шумом втягиваю в себя воздух и на мгновение прикрываю глаза. Гашу эмоции, насколько это возможно.

– Мирош…

– Не верьте ничему, что они говорят! Ты лучше меня знаешь, что Рустам на такое не способен. Адвокат уже занимается этим делом. И хватит смотреть всякую фигню! Я приеду и все вам объясню.

Сразу, как найду Арину…

Сбрасываю вызов и морщюсь словно от тупой боли. Где ты, Олененок? Жива ли… Что-то ломается в груди. Неприятно щелкает. Будто сердце с мясом вырывают. Как же было легко жить, зная, что все под контролем. А сейчас? Где она сейчас?

Глава 56

Арина

Вокруг что-то происходит. Ураган, а я – в эпицентре. Беспомощная кукла…

С трудом вычленяю звуки. Тяжелые шаги. Голоса...

Мне кажется, они ругаются. Спорят о чем-то своем, недоступном, непонятном мне. Я изо всех сил стараюсь вникнуть, поймать хоть одно слово, хоть что-то из их речей – впустую. Затуманенный препаратами мозг не реагирует. Только гул. Бесконечный. Монотонный. Он звучит у меня в голове. Оглушает.

Кто-то невидимый подхватывает меня на руки. Я не вижу, но чувствую каждой клеткой. Опасность. Страх. Внутри все пылает. Душа стонет от чужих прикосновений.

Не надо! Я не хочу! Не трогайте!

Вопит подсознание – единственная немая жертва развернувшейся трагедии.

Потому что тело не реагирует. Я пытаюсь закричать, но из горла вырывается лишь сдавленный стон. Жалкий. Ничтожный, как моя воля. Свинцовые веки слишком тяжелые. Туман густой. Обволакивающий. Я тону в нем. Задыхаюсь.

Меня куда-то несут и кидают на что-то мягкое. Грубо. Словно мешок. Что угодно. Но не человек. Не живое существо. Ничто…

Обрывки воспоминаний скачут хаотичным потоком. Лица людей. Смазанные. Недоступные.

Я вижу папу. Узнаю его. Тянусь неосознанно. Не телом, нет – оно не слушается. Душой. Каждой клеткой. А еще девочкой внутри. Той самой, невинной, маленькой... Папиной дочкой.

– Защити, – умоляю мысленно. – Не оставляй… Мне страшно. Я хочу домой…

Сердце сжимается, ноет. И эта боль – единственное, что реально. Она ломает. Ползет по венам. Вверх, вниз, во все стороны. Подчиняет. Я снова всхлипываю. На этот раз громче. Тяну к нему руки.

Пожалуйста, забери. Я не справляюсь…

Но папа не слышит. Улыбается грустно. От глаз к вискам тянутся лучики морщин. Он такой красивый… Мой герой. Защитник. Моя единственная семья.

– Я скучаю, – вырывается сквозь слезы. Я и на заметила, когда начала плакать. Щекам мокро. Горячие капли ползут вниз. На подбородок. Ниже. Пока не оседают на одежде темными пятнами.

– Знаю, моя девочка, – папа подходит вплотную. Ведет ладонью по моей щеке. Невесомо. Только воздух легонько колышется у кожи. – Знаю... Моя сильная, смелая Ариша… Ты справишься, найдешь выход. Просто надо немного подождать.

Он вдруг исчезает, и меня словно окатывает холодной волной. В груди пусто. Будто выдернули, оторвали и выбросили. Нечто важное. Дорогое… Мое.

Яркая вспышка ослепляет. Бьет по глазам, выжигая, убирая все. Образы, обрывки фраз, голоса. Прошлое сливается с настоящим, смешиваясь в единую реальность. Откуда-то, словно сквозь толщу воды, улавливаю голос Мирона. Он зовет меня. Ищет. Я узнаю знакомые вибрации. Сердце трепещет, бьется о грудную клетку. Потом выше, почти под горлом.

Я пытаюсь закричать. Позвать его. Вернуть… Но голос Мирона все дальше. Тише. Он не слышит… Уходит, не обернувшись.

Я снова одна. Здесь. Отрезанная от мира.

Вокруг тихо. Мертво. Как в склепе. И так же страшно. До дрожи.

Не знаю, сколько времени проходит. Сознание не проясняется, тело не реагирует. Я все так же не могу шевелиться. Не понимаю, где я, зачем. Образ Алины стоит перед глазами, не отпускает.

Ее злость. Чистая. Ничем не прикрытая ненависть.

Никогда не забуду, как она на меня смотрела. Словно я – источник всех ее бед. Проклятие, от которого она мечтает избавиться…

У нее получилось.

Пульс ускоряется и лупит по барабанным перепонкам. С силой втягиваю в себя воздух. Глубоко, насколько возможно. Выдыхаю.

Сквозь вату в голове слышу голос. Ее. Пытаюсь разобрать, но не выходит. Смысл теряется. Уплывает, не давая зацепиться.

Потом снова. По кругу.

Постепенно до меня долетают обрывки слов. Задержав дыхание, усилием воли заставляю себя успокоиться и прислушаться.

– Мы так не договаривались, – кричит Алина, громко хлопая дверью. – Ваш шеф мне обещал! Она останется здесь. Ни одна гнида вроде вас и пальцем до нее коснется, или клянусь, я всех вас расстреляю! Сдохну, но к ней не пущу!

– Ладно-ладно, – отвечает мужской голос. Низкий. Вибрирующий. Знакомый до чертиков. – Чего взбесилась? Не трону я ее. Обещал же. Хотя… я бы не прочь поразвлечься. В прошлый раз мы как-то неправильно начали…

Он смеется. Противный, грудной звук больно царапает слух. Это он. Тот самый. Второй…

Голос, который преследовал меня по ночам. Оживший кошмар... Здесь…

Он все ближе, как и шаги. От ужаса дыхание застревает в горле. Не сразу понимаю, что они уже рядом. Как? Снова по кругу. Обрывки фраз. Горячечный бред. Звук открывающейся двери.

Затем – провал. Долгий. Болезненный. На самое дно.

Оно засасывает. Обесточивает окончательно.

Меня больше нет.

– Прости…

Слышу, и слезы стекают по щекам. Градом.

– Прости, что так получилось.

Теплые руки накрывают мои – ледяные, бесчувственные. Горло обдает огнем. Горько. Хочется сплюнуть.

Замолчи! Не смей извиняться! Я не верю! Ничему, что ты скажешь.

Она не слышит. Не чувствует. Не осознает и слабой тени того, что я пережила.

Продолжает тихо:

– Я знаю, ты будешь меня ненавидеть. Ты имеешь на это полное право, но… у меня, правда, не было выбора. Он должен был получить по заслугам! Это все, чего я хотела, а ты… я уверена, у тебя все наладится. Ты хороший человек, Арина. Не то, что я… У меня все через одно место. Не как у людей. Ну и ладно, да? – громкий всхлип. Что-то на грани между смехом и надвигающейся истерикой. Пауза. Протяжный, тяжелый вздох. – Зато хоть у кого-то из нас будет нормальная жизнь. Прощай, сестренка… Ты больше никогда обо мне не услышишь. Всё будет так, как хотел наш отец.

И снова укол. На этот раз – в ногу.

Потом все умолкло. Словно кто-то выкрутил мир на минимум, убрал все звуки, всё, за что я цеплялась…

Только одно лицо перед глазами. Стальные глаза. Улыбка и руки, обнимающие так крепко, что тяжело дышать. А еще запах… Он все еще со мной. В каждом рваном вдохе, в биении сердца. Мой Мир... Я растворяюсь в нем без остатка…

Глава 57

Мирон

Ночь. Бесконечная. Черная. Ебучая ночь. Самая долгая в моей жизни. Сколько таких было? Не счесть. Но эта – худшая из всех.

Очередное смс от адвоката – Рустама не ведут на допрос, его к нему не пускают, официальных комментариев не дают. Все как по нотам, игра в одни ворота. Что ж, пора тоже включаться.

Заворачиваю на территорию жилого комплекса и паркуюсь у знакомой многоэтажки. Выхожу и двигаюсь в дом.

Кодовый замок, лифт, верхний этаж с панорамой на город. Эти апартаменты влетели мне в хорошую копейку, но тогда мне это казалось лучшим решением. Достойная плата за годы службы… Видимо, я ее переоценил.

Дана – единственная из моего окружения, у кого мог быть личный мотив. Уязвленная женская гордость: на что она способна? Особенно, когда в деле замешана другая.

В том, что она дома, сомнений нет. Машина у подъезда и свет в окнах сказала все за нее. Ждет. Знает, что приду. Умная девочка.

Черная входная дверь легко поддается, и в нос ударяет смесь из знакомого французского парфюма с острыми цитрусовыми нотками и кофе. Теплый свет в прихожей освещает дорогу до кухни.

Дана в белом шелковом пеньюаре стоит спиной. Босые загорелые ноги, осанка королевы и голова, задумчиво склоненная к плечу. Создается впечатлением, будто она не слышит меня. Ничего, что происходит вокруг. Но я-то знаю, что она ждала.

Не двигаюсь. Не нападаю. Даже не кричу. Хотя, видит бог, я на грани. Сам не знаю, на чем еще держусь.

Наблюдаю.

Кофемашина звуком оповещает готовность напитка, и только тогда Дана отмирает. Осторожно забирает с подставки стакан и медленно поворачивается ко мне. Мажет по лицу долгим, задумчивым взглядом и протягивает мне кофе.

– Крепкий, как ты любишь, – подходит ближе.

Смотрю на нее, и ничего в душе не ёкает. Да что блять душа, даже тело не реагирует. Никак. Она не Арина. Ощущаю это слишком остро. С шумом втягиваю в себя воздух, давлюсь им, как чем-то чужеродным.

Кислород как кипяток. Разъедает внутренности.

Я ловлю потухший взгляд Даны. Ее рука так и остается висеть в воздухе. Мелко дрожит, выдавая волнение. Несколько капель стекают по краям чашки, и бесшумно падают на белоснежный пол.

Молчит. Знает, зачем пришел и все равно тянет.

– Говори, – давлю взглядом. Второй раз в жизни вижу, как она бледнеет. Возможно в другой ситуации мне даже было бы жаль девчонку. Но не сегодня. Сейчас мне хочется одного – правды. – Я ведь все равно узнаю. Что ты сделала?

Сглатывает.

Вижу, как нервно дергается жилка на шее. Она на мгновение прикрывает глаза, пряча от меня свои эмоции. Меньше секунды. Ровно столько нужно, чтобы вернуть ту сильную, уверенную в себе Дану, к которой привыкли все.

Ставит остывающий стакан на стол и нервно сжимает пальцы в кулак. Опомнившись, разжимает вновь. Отходит в сторону и, скрестив на груди руки, прислоняется к кухонному островку. Она всегда так делает, когда волнуется – ищет физическую опору. Все, что может дать ощущение стабильности.

Несколько мгновений проносятся в напряженном ожидании. Она не двигается. Я не спускаю с нее глаз.

– Ты не должен был с ней связываться, – произносит отрешенно, будто обращаясь к себе. – Я говорила, это ничем хорошим не кончится… Странно, что в итоге пострадала только моя гордость, – усмехается грустно и отводит взгляд в сторону.

Только сейчас замечаю, что окна на кухне панорамные. Она смотрит вперед. На город, который отсюда кажется крохотной компьютерной симуляцией. Еще одной декорацией в этой запутанной многоходовке. Сколько их? Кажется, я начинаю понимать.

– Я просто хотела, чтобы ты понял, каково это, когда тебя используют, – ее рот дергается в судороге. Очередная попытка улыбнуться проваливается с треском. Дана вздыхает. – Как это больно… Тебе больно, Гараев? Ответь, у такого бесчувственного чудовища, как ты, есть сердце?

– Дан, брось это, – морщусь неприятно. – Тебе не идет.

– Конечно, – вспыхивает как спичка. – Мне идет только роль покорной куклы. Со мной можно только спать. Я же не Арина!

Имя Олененка из уст этой женщины действует на меня, как красная тряпка на быка.

– Дана! – рявкаю на нее. – Не смей.

И снова где-то внутри натягивается и рвется тонкая струна. Очередная. Душа загибается. Инстинктивно разминаю мышцы шеи, но дистанцию не нарушаю. Знаю – один неверный шаг, и все, я за себя не отвечаю.

Она тоже знает. Видит это по моему лицу. Читает в глазах. И все равно, как долбаный смертник, гнет свою шарманку. Не затыкается.

– Я не достойна, чтобы на мне жениться! Зато ей ты предложение сделал, с семьей познакомил… А чем я хуже?! Я ведь все для тебя делала, Гараев! Шлюхой была, помощницей, секретаршей. Я подстроила свою жизнь под тебя, а ты… выкинул меня, как ненужную вещь. Но ты все равно не сможешь на ней жениться, – смеется. Громко. С надрывом. На грани истерики.

Не выдерживаю. Шаг, и я уже рядом. Стискиваю хрупкие плечи, трясу.

– Приди в себя! Я ведь по-человечески спрашиваю, просто ответь – где она? Куда вы ее дели? Говори!

Пальцами буквально до костей впиваюсь. Где-то на задворках сознания разум подает слабый голос. Сплевываю ругательство и отпускаю. Отступаю на шаг.

Вдох-выдох, Гараев. Вдох… выдох. Ты с женщинами не воюешь. Вспомни. Это не в твоих правилах…

Помогает. Постепенно, желание убивать идет на спад, мозг возвращается к заводским установкам и сквозь завесу в башке я вдруг снова улавливаю голос Даны.

– Никуда, – признается нехотя. Поднимает голову, и на мгновение мне кажется, что это другой человек. Слабый. Выгоревший… Пустой. Она продолжает: – Твоя Арина в целости и сохранности там же, где и была. Ее никто не трогал. Ее даже никуда не забирали. Представляешь? Это была игра, Мирный! С первой же секунды и до конца. Я была в клинике, когда ты привез ее туда. Жала в соседнем отделении, чтобы рассказать о наших отношениях. Я должна была сделать так, чтобы она в тебе разочаровалась, незаметно подсунуть снотворное и вывезти ее из клиники. Но даже тут Арина умудрилась все изгадить – вспомнила, кто ты такой и сбежала. Благо, мы уже знали, куда она пойдет. Алина ждала ее у дома. Вырубила сестру и осталась ждать тебя. Что было дальше – ты знаешь.

– Знаю, – повторяю хрипло, переваривая весь этот детективный бред. Застываю в недоумении. Шестеренки в голове усиленно работают, заполняя недостающие детали пазла. Картинка вырисовывается прямо на глазах.

Кому под силу провернуть такую аферу в одни руки? Кому, кроме меня, была нужна голова Брагина? Кто может легко подмять под себя не только полицию, но и верхушки города? Создать настолько филигранную и одновременно безумную ловушку? Чтобы… что? Какая конечная цель? И почему он не вышел на меня напрямую?

Ответ падает на телефон в виде короткого смс. Номер скрыт, но по содержимому легко угадывается стиль Рустама. Значит, достал-таки мобилу. Выяснил…

Несколько коротких фраз. Сухо. Лаконично. Без эмоций.

“Я все решил. Забирай Арину и ни о чем не волнуйся. Я сам выйду на связь, когда придет время.”