290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Мятные пряники (СИ) » Текст книги (страница 7)
Мятные пряники (СИ)
  • Текст добавлен: 8 декабря 2019, 23:00

Текст книги "Мятные пряники (СИ)"


Автор книги: Анастасия Енодина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

9

Заслышав топот копыт, Ивар прильнул к окну и убедился, что всё в порядке, приехали «свои», и можно не скрываться. Вампир вышел в прихожую встречать вернувшихся друзей, и был крайне раздосадован, что они притащили с собой раненого. Могло показаться, что он просто не ожидал этого и не успел затаиться, и теперь был не рад тому, что о нём узнает лишний человек. Однако когда он начал говорить, стало ясно, что его раздражает не само присутствие человека, а лично человек.

– Зачем он тут? – холодно спросил недовольный Ивар, сверля взглядом чёрных глаз уставшего и потрёпанного Юрия, который в ответ лишь тяжело вздохнул.

– Привет… – слегка картавя, поприветствовал вампира спасённый, но тот никак не отреагировал на это приветствие, хотя гость смотрел на него доброжелательно.

Доктор сурово глянул на мужчину, которого поддерживал и которого столь недавно в очередной раз просил молчать. Но вампир ждал ответа, так что Юрий, в который раз тяжело вздохнув, поглядел на друга усталым взглядом. Ему не хотелось ничего объяснять и оправдываться, но всё же именно это он и сделал, сказав:

– Не видишь – ему нужна помощь! Не могли же мы его бросить!

Ивар недобро прищурился, заложив руки за спину и поморщившись, словно ему только что сказали что-то омерзительное.

– Бросают родственников и друзей, а этого картавого вы могли просто не подбирать! – прошипел вампир.

– Мы решили, что в противном случае нас могла бы мучить совесть… – посвятил в свои душевные терзания Тима, который смотрел на вампира так спокойно, что Ивар даже на миг замер от этого взгляда, столь не подходившего к данной ситуации.

Он даже не сразу нашёл, что ответить простодушному технологу.

– А могла бы и не мучить… – справедливо заметил Ивар, поразмыслив.

– Нам не захотелось проверять… – пожав плечами, ответствовал Тимофей.

– Тогда вы должны были хотя бы связать его! – Ивар сверкнул угольками своих глаз. – Я настаиваю на этом, Юрий! – он бросил гневный взгляд на друга, и тот сжал губы в тонкую линию от того, что сам был не рад тому, как всё получилось, и отчасти мнение вампира разделял.

– У нас не было с собой верёвок и было как-то не до этого… – попытался оправдаться Тима, хотя и не видел видимых причин, почему им стоило обездвижить этого человека, а доктор, справившись с собой, внимательно посмотрел на вампира:

– Прояви хоть немного чуткости: он ранен, его предали его товарищи, и среди них, как мы поняли, была его девушка. Я сам от него не в восторге, но…

Спасённый слушал их разговор, и высказался, обратившись к Доктору:

– Ты не обязан мне помогать.

Юрий посмотрел на говорившего, потом на вампира, потом снова на говорившего, после чего покачал головой и уверенно ответил:

– Тем не менее, пойдём, нужно обработать твои раны и наложить несколько швов, – он сказал об этом ровно и уверенно, поскольку решение было принято.

– Да, идите, – согласился Ивар, и лицо его украсила ехидная улыбочка. – А я пока схожу за Варей, она обрадуется, что вы вернулись! – он широко, теперь почему-то слегка коварно улыбнулся доктору и быстро вышел из комнаты.

Ивар долго не мог найти Варю, но нашёл на самом привычном месте – в кресле-качалке.

* * *

Я сидела в кресле, поджав ноги и слегка покачиваясь. Но здесь, в этой комнате, находилась лишь часть меня: разум и мысли мои витали где-то очень далеко отсюда, поэтому вошедшему Ивару пришлось подойти близко и выразительно произнести:

– Пойдём, Юра и Тима вернулись, надо кое-что тебе показать! – и только тогда я заметила его присутствие.

– Они нашли что-то важное? – встрепенулась я, мигом отвлекаясь от всех дум.

Хорошо бы, нашли! Хорошо бы, Путь! Я бы покинула здешние места и зажила прежней жизнью, а книги о приключениях, лежащие на полках дома, сожгла бы в печке на даче, на зимние праздники. Потому что в этих книгах – ложь. Сплошная. Даже межпространственные порталы не такая ложь, как приключения. И не такой обман.

Ивар смотрел на меня внимательно и с хитрецой в глубине своих чёрных, но совершенно не страшных глаз. Ну, что он опять задумал?

– Не знаю, нашли ли они что-то важное, но бесполезное точно нашли, да ещё и с собой приволокли, – недовольно хмыкнул он и нетерпеливо замахал руками, поторапливая меня, поскольку видел, что не тороплюсь сорваться с места и мчаться на встречу возвратившимся друзьям.

Я была не против, самой интересно, что там у них, так что с готовностью поднялась с кресла и последовала за вампиром. В отведённом для лечения людей крыле дома никого не обнаружилось, и Ивар повёл меня дальше. Я поглядывала на него нарочито недовольно, показывая, что лучше бы сперва выяснил, куда нам идти, а уж потом торопил меня. Но вампир делал вид, что моего наигранного негодования не замечает, и продолжал поиски.

– А вот и они, – Ивар открыл дверь небольшого, но всё-таки с виду просторного помещения, служившее кладовкой. Несмотря на своё предназначение, в комнате было уютно и находился старый диван, на котором и восседал связанный.

Я уставилась на его во все глаза, поскольку вроде как брать пленных в планы моих товарищей не входило, и откуда этот человек мог взяться, я понятия не имела. Он был довольно сильный на вид. Уж точно посильнее Тимы и Юрия вместе взятых: некрупный увалень технолог и стройный неэльф просто не могли сами пленить такого типа, в этом у меня сомнений не было.

Мужчина уставился на меня своими серыми глазами с лёгким любопытством, зато Ивар пытливо вглядывался в моё лицо, стараясь уловить реакцию. Пришлось поспешно отвернуться от вампира и смотреть на связанного искоса. Кажется, от него не укрылось наше с Иваром маленькое противостояние, поскольку уголки губ мужчины чуть приподнялись в подобии улыбки.

Он был странный. Я не знала, кто он и почему его посадили в кладовку, но вид у него не был бандитским: взгляд прямой и открытый, глаза ясные, лицо приятное. Нахмурившись от того, что мне не спешат ничего объяснять, я повернулась к стоящему подле меня Юрию и вопросительно приподняла брови. Но он этого не заметил, поскольку неотрывно и задумчиво глядел на руки пленника, которые тот положил себе на колени. Руки эти были перетянуты верёвкой на запястьях. Как мне потом рассказали, доктор сам их связал и ему это не нравилось, хотя спасённый сам настоял на этом, объяснив, что так будет спокойнее Ивару, а он не намерен причинять неудобство обитателям этого гостеприимного дома. И этот факт тоже доктору не нравился. Юрий и Тимофей стояли рядом со спасённым, и одновременно рядом со мной, только я находилась около самой двери и старалась, чтобы Ивар не видел моего лица.

– В чём дело-то вообще? Кто он и что здесь делает? – спросила я, наконец, переводя удивлённый взгляд с возвратившихся друзей на подозрительного незнакомца.

Юрий был не очень обрадован моим появлением, это я сразу почувствовала, но на вопрос ответил охотно:

– Он человек, с 7-го подпространства. Его товарищи, две женщины и один мужчина, бросили его умирать, а мы – нет, – он сказал это с некоторой долей гордости, но всё равно слова его прозвучали не пафосно.

– Да! – подтвердил Тимофей, который не поскупился на красивые слова: – Мы не бросаем раненых – наша принципиальная позиция! Хотя, в контексте вечности это не имеет никакого значения.

Я улыбнулась ему. Они молодцы, и видно, что спасение человека не оставило равнодушным даже моего флегматика. Только не ясно, отчего его спасли. Я постаралась сама догадаться, обратив свой взор на незнакомца. Некогда светлая футболка с длинным рукавом ныне грязная, в чёрных пятнах, как от копоти, чёрные полинявшие штаны на одной штанине закатаны по колено и голень перебинтована или загипсована, тёмные волосы не то жирные, не то влажные, не то в какой-то дряни… Принюхалась. Пахло дымом и немного потом. От кого из присутствующих – не разобрать. Тима с Юрием тоже выглядели так себе, тоже в чёрных полосах и пятнах, а у Тимы вся одежда вообще в разводах, словно его в ванной топить пытались. И Тима радостный такой, аж глаза сияют, что для него – редкость, а у Юрия, наоборот, взгляд потухший и тоскливый.

Допустим, от чего этого мужчину спасли – сейчас не суть, но подробностей хотелось. Например, для чего эти верёвки на его запястьях? Может, не было времени снять, а их привязал тот, от кого спасали этого человека? Вроде же мне ясно сказали, что незнакомца мои друзья спасли, но…

– Тогда почему он связан? – общая картина происходящего всё никак не складывалась в моём сознании.

Ивар хмыкнул, когда пауза затянулась и повторил вопрос:

– Да, так почему же?

Тима, я и Ивар уставились на Доктора. Тот сердился, насколько мог, и от этого на его скулах заиграли желваки. Но он не торопился с ответом.

Молчание нарушил раненый.

– Профессор, – обратился он к Юрию, и я невольно подумала о том, что некоторым людям идут их недостатки – человек слегка, но обворожительно картавил.

Вообще обожаю картавых людей. Они милые такие, в большинстве своём. Хотя этот, перепачканный и связанный, милым мне не показался.

– Я не профессор, я доктор! – поправил Юра несколько раздражённо, словно мужчина только что оскорбил его своим обращением.

– Да мне сейчас без разницы! – попытался продолжить спасённый, но доктор не дал ему сказать.

– Хватит, – Юрий постарался придать голосу строгую интонацию, но с непривычки у него ничего не получилось. – Тебе, Варвара, вообще лучше его не слушать!

Ну ничего себе! Ивар меня сюда привёл, показал мне нашего… ну вернее, Юриного, гостя, а теперь мне нельзя его слушать? Да при том, что он и не говорит-то толком ничего! Смотрю на него уже минут десять, а знаю о нём лишь то, что он картавит и его спасли мои друзья.

– Почему не слушать, мне ведь интересно? – наивно спросила я, и Юрий сказал правду, лишь потом спохватившись, что врать надо было, потому что его ответ вызвал у меня ещё большее любопытство по отношению к незнакомцу:

– Они мыслят иначе, и это неинтересно, – пояснил Юрий. – Он может убить нас, и при этом считать, что сделал нам одолжение, ведь жизнь полна лишений и утрат, а он нас от неё освободил!

– Кстати, в этом что-то есть! – встрял Тима, и Доктор метнул на него укоризненный взгляд.

– Не надо держать нас за дураков! – обиделся спасённый, откидывая связанными руками с лица прядь слипшихся волос.

– Можно подумать, вы за них не держите всех остальных! – небрежно бросил Ивар, явно испытывающий к раненому ещё большую неприязнь, чем Юрий.

Связанный покачал головой и приготовился что-то пояснить:

– Да, мы считаем ваши жизненные принципы абсурдными, а вас неадекватными, но мы не… – ему снова не дали высказаться.

На этот раз его перебил Доктор, и речь его была столь пламенной, что я мигом перестала смотреть на незнакомца и уставилась на загоревшиеся яростью голубые глаза:

– Ваши-то принципы – вообще в топку! Тебя бросили свои же, а ты утверждаешь, что они тебя любят! Ты хоть понимаешь, что вообще произошло? Понимаешь, что не мы должны были тащить тебя на себе из огня, а они? Понимаешь, что все мы могли там сгореть из-за того, что у вас какие-то принципы, согласно которым нельзя надеяться на удачу и везение? Но именно благодаря удаче ты сейчас жив! – он хотел презрительно сплюнуть, но передумал, уже спокойней добавив: – Не верил, что вы и вправду такие, пока тебя не встретил! – вздохнул он, и снова заметив меня, а о моём присутствии он, казалось, на время словно позабыл, сказал: – Уйди, пожалуйста!

Но теперь-то уж я уходить не собиралась. Назревал конфликт, и было интересно дослушать до конца, поскольку что-то мне подсказывало, что только так я смогу хоть что-то понять.

Однако про конфликт я погорячилась: серые стальные глаза незнакомца смотрели спокойно, словно это не к нему были обращены гневные речи хозяина дома.

– Уйди, Варя, – чуть тише попросил Юрий повторно, но ответить отказом я не успела.

– Нет, оставайся, – поддержал меня Ивар, поймав на себе неодобрительный взгляд доктора, лукаво улыбнулся и продолжил: – Тут самое интересное пошло, про то, как его бросили свои. А мне вот кстати интересно, тут говорят, что девушка твоя среди них была? – спросил он у человека с явным намерением поиздеваться.

– Была, если это важно, – спокойно выдержал взгляд чёрных глаз мужчина. – Но они меня не бросали!

– Ну да, просто умирать оставили? – саркастически продолжал вампир.

– Да. А по-вашему это одно и то же? – искренне удивился связанный.

– Вообще-то да. Это и есть одно и то же! – возмутилась я, но тут же осеклась под тяжёлым взглядом Юрия.

– Вы не умеете любить, – нагло заявил спасённый, обводя спокойным взглядом всех нас. – А мы умеем. И в той ситуации было самым правильным оставить меня именно по этой причине.

– Я назову это «парадокс любви»! – снова встрял Тима.

Я поглядела на технолога. Его вообще все эти разборки словно не касались. У него было прекрасное расположение духа, и потому от него было мало толку.

Я постаралась понять, что здесь творится. Наиболее вероятный ответ был очевиден:

– Он сумасшедший, да? – тихо спросила я у доктора, кивая на связанного.

– Да нет же! – воскликнул незнакомец, прекрасно меня расслышав и явно не согласившись с моим предположением, отчего пожелал попытаться всё растолковать: – Ну вот представьте себя на моём месте: вы бы хотели, чтобы ваши любимые рисковали собой? Вы бы оценили свою жизнь выше их жизней? Если они вам правда дороги – нет, вы бы не позволили им рисковать! И мои друзья и девушка, зная это, не стали возиться со мной, а ушли. Это правильно. Это намного разумнее, чем поступили вы: кинуться в пекло за незнакомым раненым человеком, который с вероятностью 35 % мог оказаться убийцей и вы бы стали его очередной жертвой, если бы не погибли вместе с ним!

Повисла долгая молчаливая пауза. Каждый обдумывал слова мужчины, а он глядел на меня. Вот почему именно на меня? Потому что я девушка и мне проще доказать свою позицию, запутав софистикой?

Первым нарушил молчание технолог, закончив обдумывать услышанное раньше других.

– Почему 35 %? – задумчиво переспросил Тима.

Я воззрилась на него, как на ненормального, ибо на этот раз он превзошёл себя! А я только начала видеть в нём нормального человека, способного мыслить, принимать решения, рисковать и радоваться победам!

– Что? Из всего бреда, что он сказал, тебя волнует только процент? – удивилась и возмутилась я, хотя раньше мне казалось, что Тимофей уже никогда не сможет удивить меня своими словами.

– Не только… – смутился технолог под моим негодующим взглядом. – Просто почему так много?

– Потому что исходя из теории… – начал было связанный, но Ивар вмешался:

– Я же говорил, он опасен! Поэтому и связан.

– Я не опасен! – запротестовал человек. – Я понимаю, что вы сделали мне добро. И хотя это было глупо, и вы сделали это исключительно из своих странных принципов, я при случае вас отблагодарю, как велят ваши традиции.

– Вот этого-то я и боюсь! – признался доктор. – То, что вы посчитаете благодарностью, может нам дорого обойтись!

– Хорошо, – покорно ответил мужчина, приподнимая руки с колен, будто бы желая защититься от наших нападок. – Могу всё забыть и при следующей встрече вести себя по обстоятельствам без поправки на то, что я вам обязан.

– Нет, такая формулировка мне вообще не нравится, – поморщился Юрий и глубоко задумался.

Ивар как-то хищно и задумчиво смотрел на незнакомца, и становилось понятно, что незнакомцем он был для всех, кроме него. Я наблюдала за ним украдкой, и видела, что он относится к гостю с холодным презрением и ярым желанием сделать ему побольнее своими словами, но пока ничего у него не выходило, и от этого он злился. Ивар даже сейчас был красив и приятен, хоть глаза его испепеляли связанного мужчину.

– Я нашёл выход! – радостно возвестил вампир. – Мы его продадим его товарищам!

Связанный устало закатил глаза: он чувствовал, что разговаривает с не самыми умными людьми.

– Ты же понимаешь, что ты не в доле, ты же его не спасал! – деловито заметил Тимофей.

– Я в доле: идея-то моя! – не согласился вампир. – И как ни посмотри – шикарная! И нам не надо бояться их благодарности – мы будем в расчете, и сплавим этого чудика, как и собирались. Ну, и нажива…так, приятным бонусом!

Ивар был доволен собой. Наверно, ему казалось, что он унизил пленника, напомнив, что нам он никто, но при этом его судьба в наших руках, и лишь от нас зависит, какой она будет. Я с укором посмотрела на вампира: превращать этого незнакомца в живой товар, даже в том смысле, в котором предлагал Ивар, мне казалось неправильным. Даже как-то жалко стало этого мужчину, и очень захотелось узнать, в чём же он так провинился, что мои добродушные Юрий и Ивар смотрят на него колючими взглядами, связали ему руки и посадили в кладовку.

Снова смотрела на его излишне долго. Он мой взгляд давно перехватил и тоже глядел на меня, открыто и уверенно, чуть наклонив голову. У него был замечательный нос: прямой, ровный, с чётким контуром, но при этом мясистый, крупный и выразительный. НЕ люблю я костлявые носы, а этим можно было бы любоваться.

А ещё у него был шрам на левой щеке, довольно заметный, хоть и застарелый. И как я его раньше не заметила, вроде сразу в глаза бросается!

– Так что, продаём? – спросил вампир весёлым голосом, словно он озвучивал этот вопрос на овощном рынке и имел в виду вовсе не человека.

Юрий покачал головой:

– Хочу, чтобы вы знали: это противоречит моим понятиям о бескорыстной помощи людям и взаимовыручке!.. – он посмотрел на мужчину со шрамом, а потом, проследив за его взглядом, устремлённом на меня, и убедившись в чём-то, уверенно сказал: – Так что цену надо назначить не завышенную. Но и не низкую, а то ещё оскорбятся, что мы жизнь их сородича недооценили.

Вампир довольно улыбнулся и деловито кивал ему, соглашаясь:

– Ну это понятно: низкая цена – вообще неинтересно, а если цена будет высока, они могут посчитать, что им выгоднее потратить эти средства на себя, а этот, – Ивар махнул рукой на спасённого, – ещё и радоваться за них будет, и за себя, что не обременил их поиском средств.

– Вы издеваетесь? – устало спросил связанный. – Мы не так ценим деньги, как вы. И мы не идиоты. Хотите выкуп – будет вам выкуп.

Кажется, его ничуть не расстроило, что с ним обойдутся, как с найденной вещью, которую возвращают за вознаграждение. Я отвернулась от него.

– Отлично! – потёр руки вампир.

Юрий, ещё немного поколебавшись, обратился к пленнику:

– Назови своё имя, и я пойду попробую уговорить эту пернатую бестолочь Нертось отнести твоим письмо.

– Лис… Лисмус, – представился связанный.

Имя вполне ему подходило, хоть этим он был обязан не цвету волос, ибо они были тёмно-русые, а своему носу, в меру длинному, но плавно расширяющемуся от переносицы к крыльям.

Ивар был доволен собой и своей идеей, но как позже выяснилось, довольство это было помножено на лёгкое предвкушение маленькой мести.

– О, если вы закончили, то можно я… – он замялся, потом глянул на меня и, лукаво подмигнув, сказал: – А вот и случай, я же говорил, что выдастся!

Я даже не успела припомнить, когда и что он говорил про случай, как Ивар стремительно преодолел несколько шагов до дивана, на котором сидел мужчина. Он оказался прямо перед ним, гаденько ухмыльнулся, глядя в глаза задравшему голову Лису, а после резко и с силой ударил связанного кулаком по лицу. Я вздрогнула от неожиданности и растерянно захлопала ресницами. Спасённый дернулся, откидываясь спиной на спинку дивана, и из прекрасного носа его потекла струйка крови, при виде которой вампир повёл свои ничем не примечательным носом, тут же обмяк и сполз бы на пол, но предусмотрительный Доктор подхватил его под руки. Я тупо смотрела широко распахнутыми глазами, не зная, что предпринять и чему из всего увиденного удивляться больше: поведению Ивара или тому, что кроме меня этому поведению, казалось, никто не удивился.

Тимофей метнулся куда-то в соседнюю комнату, быстро вернулся – принёс связанному тряпку, и, пытаясь остановить кровь, ободряюще сказал:

– Не переживай, в контексте вечности это всё такие пустяки!

– Я и не переживаю, – спокойно ответил Лисмус, принимая из рук технолога тряпку и пытаясь остановить кровь. – Ивар думает, что я это заслужил, и вы все его поймёте, если он вам объяснит. Но на самом деле всё не так, – голос его прозвучал гнусаво.

10

Я подошла к вампиру, который лежал на кровати, подложив руку под голову и закрыв глаза. Юрий сказал, что он оклемался, что всё нормально, и, когда пришло время обеда, попросил сходить за ним. Ивар услышал мои шаги, открыл глаза и лениво сел. Я спросила прямо:

– Ты не говорил, что боишься крови. Это и есть то, что ты не хотел рассказывать?

– У меня нет гематофобии, – категорично заявил он. – Я боюсь змей и вулканов, а крови я не боюсь. Просто мне от неё плохо, я сознание теряю от запаха и от вкуса… Ну и от вида тоже, но не так. Поэтому я никого не спасал и не убивал в своём измерении. И поэтому при мне обычно специальная прищепка, чтобы не чуять кровь и полотенце с мылом, чтобы не пускать её противнику.

Это было довольно странно, но, должно быть, печально, раз он так стремился вырваться из своего мира из-за этой своей губительной для вампиров особенности.

– Ты поэтому сбежал со своего измерения? – участливо спросила я, испытывая неожиданную жалость к несчастному мужчине, который несчастным совершенно не выглядел и, наверно, рассмеялся бы, если б расслышал жалостливые нотки в моём голосе.

– С такой патологией вампиры не выживают, – спокойно ответил он, не обратив внимания на проскользнувшую жалость. – Но я нашёл способ – я стал вором. В нашем подпространстве всем правит сила и ловкость. Но не хитрость. Так что я создал инновационный подход к получению желаемых вещиц: раньше, если нужное тебе было у того, кто сильней тебя, шансы заполучить это были минимальны, но появился я, и за умеренное вознаграждение всегда был готов что-нибудь для кого-нибудь умыкнуть. Я был неподражаем и богат!..Но в моей неподражаемости и крылся корень зла – меня было слишком легко вычислить. Я менял города, но, к сожалению, как бы много их не было в нашем подпространстве, их количество было конечным числом. В моём распоряжении оставалось всё меньше не посещённых городов, и городов, где бы я не наследил, так что я ни на минуту не прекращал попытки попасть в прореху. С двести пятнадцатого раза, как ты знаешь, у меня получилось. Тут я продолжил свою деятельность, но тут такие женщины…они все в восторге от меня! Поэтому, как только подвернулся случай, я постарался завязать с воровством и посвятить себя им, а заодно помочь Юрию нажиться на своей бескорыстной помощи людям, – он улыбнулся во все зубы. – Получилось ведь неплохо, верно? – он обвёл руками помещение, в котором они находились, намекая, что всё это плоды его труда.

– Слушай, да ты хитрый жук! – я посмотрела на него без осуждения, и вспомнила, зачем пришла: – Там на кухне еда остывает, пойдём?

– Надеюсь, вы не притащили туда Лисмуса? – имя своего недруга он произнёс с нескрываемым презрением.

– Когда я уходила за тобой, его там не было, – поделалась я своими наблюдениями. – Кстати, тебе не следовало его бить, он был беззащитен, – высказала своё мнение, пусть знает, что я не считаю такое поведение правильным.

– Беззащитен! – хмыкнул мой черноокий собеседник. – Именно поэтому и следовало. Хочешь знать, почему я так поступил? – осведомился вампир, явно готовый поведать какую-то историю, но я отрицательно покачала головой:

– Думаю, то, что ты мне расскажешь, лучше сперва услышать от самого Лиса. А уж потом узнать твою версию.

Он лукаво улыбнулся, и в его угольных глазах запрыгали чёртики:

– Если ты ещё не поняла, Юрий сделает всё возможное, чтобы вы не общались.

Как раз это я уже поняла. Сложно не понять, когда тебя прогоняют и не дают послушать, что говорит незнакомец, которого привели в дом и заперли в кладовке.

– Почему Юрий так не доверяет ему? Ты ведь должен знать? – спросила я, испытующе глядя на Ивара.

– Он не доверяет не только ему, а всем его сородичам. У него личный мотивчик… – он драматично замолк. – Интересно, да? – лукаво спросил вампир, довольный, что обладает информацией, которая любопытна мне.

– Вообще-то не очень, – честно ответила я, поскольку меня сплетни всегда мало интересовали. – Мне вот больше интересно, мне-то почему нельзя с Лисмусом разговаривать? – это и вправду больше меня занимало.

Вампир наигранно огляделся по сторонам и, убедившись, что мы одни в комнате, встал и приблизился ко мне. Подошёл почти вплотную, наклонился и заговорчески прошептал:

– Потому что ты можешь в него влюбиться…

Я толкнула его ладонями в грудь, но оттолкнуть вампира было не так-то просто. Он остался стоять на месте, склонив голову ко мне и глядя хитро и с издёвкой.

– Что?! – возмутилась я и отшатнулась от вампира, как от прокажённого.

Надо же такое сморозить! А главное: ну с чего мне влюбляться в него? Лиса я видела всего-то раз, и он выглядел совершенно не привлекательно. Да, лицо и ямочки на щеках вкупе с красивым носом могли бы меня сразить. Гипотетически. Но этого не было, как и не было никаких поводов думать, что эта влюблённость может со мной приключиться.

– Это не моё мнение, это так Юрий считает, – сразу сдал друга вампир, обошёл меня, открыл дверь и изящным движением руки пригласил меня пройти первой.

Я не собиралась выходить из комнаты. Выйти – значит закончить разговор. А заканчивать его было рано.

– А причины узнать можно? – осведомилась я, сложив руки на груди и строго поглядев на Ивара.

– Можно, – просто ответил мужчина, и посвятил меня в личную жизнь доктора, хотя вроде как я не столь давно говорила, что меня эти подробности не интересуют: – Он и сам однажды влюбился…в девушку с седьмого измерения. Вот, до сих пор забыть не может. Я не помню, с кем был месяц назад, а он три года – три! – забыть не может. Боится за тебя – вдруг и ты не устоишь перед соблазном переломать Лисмусу все… – он немного задумался. – Хорошо бы сказать «все кости»… но нет – все стереотипы и принципы.

Я только фыркнула в ответ. Ну и глупости говорил Ивар! Наверняка ждал, что я оправдаю его теорию о том, что скоро влюблюсь и не захочу возвращаться домой. Домой – туда, где у меня были мечты, друзья, любимая работа и прочее. И это ради Лисмуса, который сидит со связанными руками, в грязнющей одежде, немытый и с непонятными мыслями в голове. В такого влюбиться сложновато, будь я хоть самой влюбчивой натурой на свете.

В общем, подозрение Ивара сейчас казалось мне верхом абсурда.

* * *

Юрий усердно ковырял вилкой салат, зачем-то разделяя его составляющие на разные кучки. Он занимался этим бестолковым делом довольно-таки долго. Настолько долго, что мне хватило времени заметить эти его действия и украдкой следить за ним. Он был не в настроении, о чём свидетельствовала суровая морщина между нахмуренных бровей. Кажется, кроме меня никто не замечал этого, и Доктор, временами обводивший домочадцев унылым взглядом, тихонько вздыхал от того, что до него нет никому дела. Но потом он не выдержал подобного равнодушия к себе, недовольно воткнул вилку в кусок мяса, и сообщил:

– Да ну не могу я так!

Ивар глянул на него удивлённо, отрываясь от трапезы и откладывая столовые приборы:

– Что опять не так? Я заказывал это в лучшем трактире, не привередничай!

Доктор посмотрел на него взглядом, означающим «да что с тобой разговаривать», но пояснил:

– Пока мы тут пируем, Лисмус голодный и брошенный сидит себе один, и это неправильно!

“Ах, вот в чём дело!” – не знаю точно, но уверена, что мы с Иваром подумали именно так и одновременно. Потому что тут же многозначительно переглянулись, и я едва удержалась, чтобы не показать ему язык, а то больно нахальной сделалась его улыбка, пока он глядел на меня и о чём-то думал. Хотя, я догадываюсь, о чём.

Ну и ладно, пусть этот вампир думает, что хочет! Юрий – хозяин этого дома, и ему неспокойно на душе из-за того, как они поступили с Лисом.

– Да, он же не сделал нам ничего плохого. – поддержала я Доктора. – Мы его толком не знаем, но он мог бы поесть с нами по-человечески, ведь не враг какой-нибудь, – ну вот, теперь Юрий смотрит с прищуром, словно хочет разоблачить. Да было б в чём разоблачать! Я слегка улыбнулась ему: – Постараемся с ним разговаривать только о погоде… Надо пригласить его к нам, ведь ему, наверно, тоскливо… – следовало разжалобить и без того сомневающегося Юрия, чтобы он позвал Лиса и не мучился больше раздумьями.

– Ясное дело, ему тоскливо! – раздражённо сказал доктор. – У него всё еще болят раны, а тут мы ещё… И хотя мы правы, и общение с ним опасно, даже вредно, но мы же…хорошие…

Вампир снисходительно посмотрел на меня, но понял, что со мной говорить бесполезно и поглядел на Юрия:

– Вы драматизируете! Слушай, вы и так спасли ему жизнь, собираетесь подлечить и вернуть своим… Он должен быть вам благодарен!

– Особенно за то, что сидит связанный у нас в кладовке и принесёт нам немало денег, когда мы от него избавимся! – ехидно добавил Тима, который, не особо расстраивался по поводу Лиса, но и не горел желанием изолировать его.

– Кстати ты, Ивар, его ещё и ударил… – укоризненно добавил Юрий. – В конце концов, он же не причинит нам вреда, если мы пообедаем все вместе.

– Не причинит, – согласился вампир, недовольно барабаня пальцами по спинке стула, на которую он откинулся… – Но пусть ест ложкой, острые предметы ему не стоит доверять. Эти люди странные, уж мы-то с Юрой знаем… Так что поверьте, лучше не давать ему острых предметов, пока нам за него не заплатят…

Вздохнув, я сердито глянула на говорившего. Ну что он опять придумывает! Не станет же Лис за столом вскрывать себе вены вилкой! Да и вообще, глупости какие-то от этого вампира всё время слышу! И как с ним Доктор уживается?

– Это будет выглядеть странно, мы же едим с помощью вилок и ножей… Он может обидеться… – сказал Тима, задумчиво разглядывая свою вилку с насаженным на неё кусочком маринованного огурца.

– Значит, все поедим ложками! – решил Юрий, которого, судя по взгляду, этот разговор утомил.

Он хотел поскорее закончить с трапезой: пригласить Лиса, накормить и выставить в какую-нибудь комнату, чтобы тот не чувствовал себя пленником.

– Что? – возмутился Ивар. – Из-за вашей слабохарактерности я должен есть мясо ложкой?

– Ты же сам предложил не давать ему вилку и нож! – возмутилась в свою очередь я, хотя пока не знала, на чьей я стороне, но быть заодно с Иваром противило моей природе.

Все укоризненно посмотрели на вампира, и он нехотя сдался:

– Ладно. Поем руками. Надеюсь, никого это не смутит? – он почему-то посмотрел на меня, словно это я была здесь самой занудой и чистоплюйкой.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю