290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Мятные пряники (СИ) » Текст книги (страница 3)
Мятные пряники (СИ)
  • Текст добавлен: 8 декабря 2019, 23:00

Текст книги "Мятные пряники (СИ)"


Автор книги: Анастасия Енодина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц)

Когда лес закончился, хотя бы можно было спокойно ехать, уцепившись за борта. Но впереди, как я поглядела, лес начинался вновь, так что, пользуясь случаем, я подвинулась поближе к Юрию и тихо спросила:

– Как ты успел написать ему, что упал с коня? – меня действительно занимал этот вопрос.

– Я ничего ему не писал, – так же тихо ответил Юрий и усмехнулся: – Но есть один… – он вздохнул, глядя мне в глаза, и продолжил, – есть один человек, который знает – если Тафрак вернулся один – стоит отправиться на поиски меня…

Ответ меня устроил. Немного было жаль, что Юрий не маг, но всё равно, хотя бы объяснил, а не отмахнулся. Получив ответ, я передвинулась на своё прежнее место и спросила нормальным по громкости голосом:

– Ты говорил, что не любишь фэнтези, но почему тогда ты так похож на эльфа? – это был второй занимавший меня вопрос.

Я никогда в жизни не видела таких людей, и мне казалось, что если они всё же встречаются, то их цель – быть похожими на лесных жителей фэнтезийного мира, и иные причины просто не приходили мне в голову. Мужчины, как правило, не носят длинные волосы, а если носят, то собирают в хвост…

Он посмотрел на меня удивлённо, и я глупо улыбнулась ему: он был таким милым и обаятельным со своими бездонными глазищами и светлыми волосами, что было невозможно относиться к нему серьёзно.

– Кроме моей внешности тебя ничего не удивляет? – возмутился Юрий. – Не интересует, как жить дальше?

– Интересует, – призналась я. – Но хотелось бы всё по порядку… Для начала, узнать о тебе побольше… – я робко улыбнулась, чувствуя, что сказала совершенно не то, что мужчина рассчитывал услышать.

Я же в который раз оглядела его, задерживаясь взглядом на светлых прядях. У меня такие длинные никогда не получалось отрастить, так что вечно хожу с этим удлинённым каре, хотя, мне, вроде как, идёт. Я, одной рукой держась за борт, свободной провела по своим волосам. Доктор нахмурился, понимая, что я бессовестно любуюсь им, продолжая проводить аналогию с эльфами.

– Пожалуйста, – пожал плечами Юрий, показывая, что ему безразлична моя непоследовательность. – В девятке я был учёным в области квантовой физики, учёным-неудачником, если такая подробность моей деятельности тебя интересует. Здесь меня называют Доктором, потому что раньше я учился в медицинском и кое-какие навыки помощи людям имею. Моя внешность… – он выразительно посмотрел на девушку. – …меня полностью устраивает: у меня седые волосы – издержки профессии и того факта, что мне катастрофически не везло, а то, что я редко стригусь – издержки природной лени, к тому же волосы мои весьма послушные и не доставляют особых проблем при расчёсывании. Если тебя интересует отсутствие растительности на моем лице, – он провёл ладонью по чистому подбородку, – это происки моих соседей по общаге – лет семь назад эти чёртовы химики добавили какую-то дрянь в мою пену для бритья. По их мнению, это должно было быть забавно. Но к вопросу о моей природной лени: это было мне даже на руку, хотя я здорово навалял этим гадам тогда… – он увидел, что удивил меня последней фразой и, потупившись, признался: – Я бывал вспыльчив в юности.

Тимофей победоносно посмотрел на меня, и его светло-серые глаза озарились искренней радостью:

– Я же говорил, не бывает эльфов и прочих… – он не договорил, замечая мой тускнеющий слегка обиженный взгляд. От этого моего искреннего открытого взгляда ему вдруг стало жалко разрушать мои иллюзии. – Ну, по крайней мере не тут, правда? – спросил он у Юрия, и тот, поймав на себе мой взгляд, полный надежды, ответил нехотя, вздохнув:

– Может, эльфы и прочие существуют в других мирах, на других планетах… А может, в каком-то измерении они тоже есть, но слишком умны, чтобы попадать в другие. По правде говоря, я тут приметил, что только люди по глупости и коты из любопытства кидаются в прорехи измерений…

Я радушно улыбнулась своим спутникам: меня весьма тронуло их нежелание портить мой настрой и рушить мечты, за что я была им очень благодарна, поскольку, будучи чувствительной натурой, я бы непременно расстроилась, заяви эти двое категорично о невозможности существования волшебных рас, столь привлекавших меня.

От того, что Юрий поддержал Тиму в попытке не расстраивать меня, я окончательно убедилась, что он – друг.

Мы снова ехали по лесу, но он недолго мучил меня своими ветвями, от которых не всегда удавалось увернуться, и потом кони с телегой выехали на неровное холмистое поле. Где-то внизу, под холмом, я увидела озеро, похожее по форме на лист дуба. Юрий назвал его Дирлистом и пояснил, что оно его категорически не привлекает, поскольку вокруг нет леса и в помине, а пейзаж озера на фоне пустынных полей и холмов с редкими кривыми соснами ни капли не радует его глаза. Форма озера показалась мне смутно знакомой, но это и неудивительно, ведь по сути я находилась на своей родной планете. Возможно, в родном мире я бывала в этом месте и прежде, просто запамятовала. Да и, признаться, пока не произошло ровным счётом ничего, что бы дало мне ясно понять: я в чужом измерении.

Пока ехали по относительно нормальной дороге, я достала из кармана телефон. Сеть он поймать не мог. Но это тоже ничего не доказывало, ведь мы могли переместиться в глухую деревеньку, где народ живёт, как может. Этот вариант я не спешила исключать, но и обдумывать всерьёз не стала: мне хотелось чуда, и оно случилось. Потому что оказаться где бы то ни было в телеге с приятной компанией это всяко лучше, чем сидеть у монитора с открытыми чертежами.

Телега вновь въехала в лес, который оказался светлым и солнечным бором с высокими корабельными соснами, зелёные кроны которых очень живописно смотрелись на ярко-синем небе. И воздух здесь был просто чудесный: пахло смолой и сырым мхом. Наверно, здесь недавно прошёл дождь, иначе не было бы столь свежо, хотя следов дождя я не заметила. Наверно, солнце быстро высушила капли. А жаль, мне нравится смотреть, как они блестят на сосновых иголках в солнечных лучах.

Среди этого уютного леса, как выяснилось, и проживал Юрий. Дом доктора оказался бревенчатый, двухэтажный и очень внушительный по своим габаритам, хотя на фоне высоченных сосен он смотрелся довольно компактным. Телега остановилась, и все мы спрыгнули с неё по очереди. Юрий первым оказался на земле, и даже ловко придержал меня за талию, пока я спускалась. Может, он и правда никакой не эльф, но всё равно замечательный! Не такой, чтобы влюбиться в него, а просто очень милый, красивый и приятный.

Юрий рассчитался с кучером около ворот и повёл нас к дому. Тропинка от ворот до крыльца была выложена аккуратными древесными спилами и я шла, стараясь перепрыгивать через один. Наверно, я выглядела беспечной, поскольку доктор смотрел на меня хмуро: ему не нравилось, что меня ничуть не тяготит попадание в другое подпространство. А я вообще предпочитала не расстраиваться лишний раз из-за обстоятельств, изменить или противостоять которым была не в силах. Тем более, сейчас всё было очень даже и неплохо, да и погода, солнечная и тёплая, располагала к оптимизму.

Крыльцо имело резные поручни и четыре широкие деревянные ступени, на которых мне тут же захотелось посидеть. Я уже представила себя с чашкой чая, сидящей на верхней ступеньке и наблюдающей, как ночь опускается на землю расшитым звёздами плащом. Интересно, свет-то у них тут есть? Я оглядела дом, но на фасаде никаких проводов видно не было, да и столбов я не приметила, пока мы ехали. Наверно, всё-таки здесь жгут свечи или керосиновые лампы. Ну и хорошо, так даже романтичней!

Мы поднялись по ступеням, и Юрий принялся нашаривать ключи в карманах штанов. Я оперлась локтями на перила и вдохнула полной грудью, блаженно зажмурив глаза. Тревог не было. Возможно, это глупо, так доверять незнакомцем, но Юрию я верила, да к тому же со мной был Тима.

Замок щёлкнул, и скрипнула дверь. Я посмотрела на Доктора. Он, как и Тимофей, ждал, пока я осмотрюсь. Я подошла к нему.

– Ты один живёшь в этом здоровенном доме? – спросила я, останавливаясь около двери и глядя вверх, куда в небо высился этот добротный дом.

– Не совсем, – признался Юрий. – В этом доме еще живёт почти ручной кондор, я зову его Нертось, но он на это имя не откликается, а другого я пока не придумал; и ещё непутёвый тип по имени Ивар, мы познакомились, отбиваясь от пиратов, я позже его вам представлю. Кстати, если встретите его… – он замялся, подбирая слова, – мало ли…в общем, если он вас напугает, попросите… – он потёр подбородок, задумавшись, стоит ли говорить, но потом сказал: – … рассказать про Зелёного Кота.

Что-то не понравилась мне интонация, с которой это было сказано.

– Этот…Ивар что, опасен? – насторожилась я, хотя, вроде как, тот, кого можно попросить рассказать о Зелёном Коте, не должен был быть очень уж опасным.

– Нет, он мирный, – мягко улыбнулся Юрий, стараясь развеять мои тревоги. – Общение с ним вполне безопасно, но и крайне бесполезно. Даже не знаю, что сильней – безопасность общения с ним или бесполезность. У меня постоянно неприятности от него, но для остальных он, в общем-то, безвреден…

Описание Ивара весьма заинтриговало меня и я даже несколько минут думала о том, что было бы неплохо поглядеть на этого человека. Однако Доктор не спешил знакомить нас, и вообще не собирался организовывать досуг своих гостей, заявив, что мы можем чувствовать себя, как дома и начать обустраиваться в этом измерении с жизни в его доме. Это было весьма великодушно, учитывая, что мы его даже толком и не спасли. Но, кажется, он чувствовал себя виноватым: и за то, что мы, пойдя на его голос, оказались здесь, и за то, что мир этот не мог оправдать моих надежд. Но о последнем я на тот момент не знала, так что списала всё на его чувство вины за появление нас здесь.

Дом оказался поистине уютным и прекрасным, хотя в нём не чувствовалось женской руки. Всё было просто и не было ничего лишнего, по крайней мере, в тех комнатах, которые Юрий показал нам. Это было удивительно: уют был достигнут без всяких мелочей, которые обычно для этого используют. Казалось, просто здесь царил покой и добро, и именно от этого дом казался тёплым, светлым и дышалось в нём на редкость легко. А ещё стоял запах, который я привыкла ассоциировать с баней: запах древесины, из которой была сделана мебель, и из которой состояли все стены, перегородки и перекрытия. Да, в таком доме не мог жить плохой человек! Да-да, именно человек, поскольку сомневаюсь, что эльфы способны быть такими простыми, открытыми и искренними, каким показался мне он.

5

Тимофей, будучи бодрым и одолеваемым жаждой убедиться, что он переместился в иное подпространство, отправился в город осматриваться. Ему не терпелось точно удостовериться, что его не обманывают и не разыгрывают. Однако при том, что он желал узнать правду, настроение его оставалось ровным: он не расстроился бы при любом повороте событий, просто ему было важно понять, где он. Хотя, если честно, я сомневаюсь, что это было ему действительно важно и подозреваю, что он хотел выяснить всё это ради меня.

А я отказалась составлять ему компанию, поскольку города и городская жизнь меня занимали мало в своём измерении, а уж в чужом и подавно были безразличны. Но технолога я поддержала – даже при его спокойствии и непоколебимости стоило разведать обстановку, тем более, что Доктор отправился с ним, заявив, что ему как раз необходимо совершить покупки. Собственно, сам бы Тима, наверно, не пошёл, а тут как раз подвернулся случай. Ну и пусть сходят, мне мой приятель потом и расскажет всё, что увидел, а мне ни к чему портить впечатление. А то мало ли, что там в этих городах творится… Да и подустала я, признаться. На работу рано встаю, а тут ещё и такая встреча… И воздух сосновый с непривычки кружил голову. В общем, даже если б хотела отправится с мужчинами – не смогла бы физически. Дурное состояние: вроде и спать не завалишься, а вроде и бодрствовать тяжело.

Оставшись одна, я ничуть не смутилась. Дом, хоть и был чужим, ярко освещался светом, льющимся в большие чистые окна. Я нашла диван, стоящий напротив незажжённого камина и прилегла на него, но, как я и прогнозировала, сон не шёл. Полежав так с полчаса, я поднялась и решила побродить по дому, раз уж это не воспрещалось. Действительно: Юрий не оставлял никаких наставлений, даже не говорил что-то типа “можешь брать, что хочешь, ходить, где хочешь, но только не поднимайся на чердак и не заглядывай за запертую дверь”. А мог бы и сказать, хоть бы ради шутки, а то я начинала думать, что это измерение такое же, как наше, только у меня здесь нет родных и работы.

Я гуляла по дому, изучая все его закоулки. Ничего удивительного и интересного не попадалось. Ну, кроме кондора. Хотя экзотические домашние животные к чудесам и волшебству не относились, так что меня не особенно радовали. Кондор, которого было всё-таки довольно странно встретить в нормальном человеческом жилище, обнаружился чистящим свой клюв на спинке деревянного стула, которую охватывали его мощные лапки с недвусмысленного вида когтями. Почуяв моё присутствие, Нертось повернул голову влево, чтобы правый глаз мог хорошо рассмотреть гостью, но интереса я у него, видимо, не вызвала ни малейшего, и вскоре он продолжил прерванное занятие. Так как орнитолог из меня никакой, я прежде кондоров не видала. Вернее, может, и видала, да не особо запоминала, так что теперь могла разглядеть его во всех подробностях, раз он не собирался на меня набрасываться.

Птица была огромная и страшенная, причём как в прямом, так и в переносном смысле. В прямом, поскольку я не знала, агрессивен ли он, а в переносном, потому что видок у него был не самый красивый. Блестящие крупные чёрные перья контрастировали с белым пушистым воротничком, подчёркивающим лысость кожи головы, гребешка и шеи, причём на фоне этой кожи глаза казались злобными, маленькими и налитыми кровью. И только его клюв, длинный и изогнутый крючком на кончике, придавал ему вид добродушного ворчуна. Вообще, мне нравится, когда у существ выразительный нос, будь то нос человека, собаки или же клюв огромного кондора. Так что, можно считать, что он мне даже приглянулся, особенно учитывая, что стал меня игнорировать, а не пытаться напасть.

Я с любопытством понаблюдала за птицей, но не стала мешать, чувствуя холодное презрение, исходящее от пернатого создания, и отправилась дальше исследовать дом доктора.

Следующий одушевлённый обитатель этого дома встретился мне на чердаке, и эта была не самая приятная встреча в моей жизни. Неприятная и неожиданная. Я шла не спеша по чердачному помещению, уже привыкшая к тому, что в доме Доктора и взгляд-то задержать не на чем, не сразу заметила его. Его действительно было очень сложно разглядеть, поскольку на чердаке окна были небольшими, и потому царил полумрак, сперва не показавшийся мне зловещим. Таким он не казался мне ровно до тех пор, пока я не встретила там человека.

Заметив его, я невольно отшатнулась: он был прикован к стене, а голову уронил на грудь, так что было не видно его лица. Я нервно сглотнула, замерев и боясь пошевелиться: вдруг он не заметил меня и есть шанс по-тихому уйти. Тем более, возможно, он вообще был трупом, поскольку при таком освещении мне никак не удавалось разглядеть, дышит ли он. Поняв, что дыхание я не замечу в любом случае, а подходить не осмелюсь, я оглядела человека, пока была возможность. На его запястьях красовались толстые металлические оковы, и от них к кольцам в стене тянулись увесистые цепи. За счёт этого его руки были почти над головой, и он висел на них, отчего я подумала, что это, должно быть, очень неудобно, находиться в таком положении без возможности изменить его. Давно ли он здесь? И по какой причине? Жив он или нет, в принципе, значения не имело. По крайней мере, для меня в эту минуту уж точно. У добродушного Юрия с яркими голубыми пронзительными глазами на чердаке имелся прикованный к стене человек, а это не могло не пугать. Что я, в сущности, знала о Докторе? Что он похож на эльфа, у него прекрасная внешность и фигура, дома с ним проживает кондор… Кондор! И как я сразу не подумала! Ведь кондор – хищник, он питается падалью, а, значит, вполне может быть, что Юрий кормит своего питомца человечинкой. Меня передёрнуло от собственных догадок. Сходилось всё: и добродушие, и гостеприимство, и прикованный человек, на которого я продолжала таращиться испуганными глазами. А ведь Юрий куда-то увёз Тимофея… Технолог у нас не боец и прост, как три копейки, такого можно легко обдурить. Тем более, такому, как Доктор: ему со своим обаянием только и заманивать глупых попаданцев в своё логово. и вообще мне сразу всё показалось странным, и я даже подумала, что он специально заманил нас пройти через цех, чтобы мы попали в этот мир, где о нас никто не знает, и пошли на корм его кондору. почувствовав, что руки мои начинают дрожать, я поднесла ладонь ко рту, чтобы унять эмоции. Надо было срочно что-то делать. Для начала было бы неплохо определить, жив ли ещё несчастный пленник, но подходить к нему не хотелось. Вернее, если б знать, что он жив, я бы подошла, наверно, а так – нет. Ещё не хватало прикасаться к мертвецу… Брр… Нервно сглотнув, я постаралась мыслить трезво. Даже, если он жив, мне его не спасти: я оковы снять не смогу. Не знаю, как далеко расположен город, в который поехал Юрий, но он мог вернуться в любую минуту. Да и вообще, он мог в город и не ехать, а угрохать Тиму где-нибудь поблизости и теперь поджидать меня. Вряд ли бы он не догадался, что я найду здесь его пленника, или это не имело для него значения?

Бросать беспомощных на верную погибель – это нехорошо. Это стопроцентно плохой поступок, заслуживающий презрения к тому, кто его совершил. Но я была морально готова к позору и презрению к себе до конца жизни, поскольку знала: если этот человек жив и попросит не бросать его, я отказать не смогу, и мы пропадём вместе.

Лицо человека закрывали тёмные волосы, странно не взлохмаченные и даже аккуратно причёсанные, что сильно бросалось в глаза при виде этого унылого зрелища. Вообще, он был даже довольно прилично одет: тёмно-коричневая рубашка с закатанными по локоть рукавами, обнажающими загорелые руки, штаны, довольно чистые и не мятые и обувь, даже не пыльная. На труп он не был похож, если так подумать. Да и если призвать логику, то неясно, зачем приковывать труп… Если только он не умер недавно. Я отняла руку от лица и постаралась выровнять сбившееся дыхание. Бояться следует Юрия, а не этого человека. Да и искалеченным пленник не выглядел… Стройный, но не истощённый… Если он труп, то его, наверно, задушили…

Я, едва оправившись от оцепенения, охватившего меня от столь неожиданной встречи, хотела поскорей уйти, пока не поздно, но прикованный зашевелился, изрядно напугав меня. Он кивком откинул волосы с лица и посмотрел на меня невыносимо грустным взглядом угольно чёрных глаз. Следовало бежать со всех ног, пока он не начал говорить, а то точно убедит не оставлять его здесь. Я повернулась, готовясь к позорному бегству, но тут он подал голос, и я вновь остолбенела.

– Куда ты? Даже не поговоришь? – печально спросил он, словно я была единственным человеком, что повстречался ему, за долгие недели, и проблем, кроме как отсутствие собеседника, у него не было.

Я стояла в нерешительности и не знала, что и предпринять. Инстинкт самосохранения уговаривал уходить, но что-то не давало к нему прислушаться. Я молчала, а мысли в моей голове попытались пойти новыми тропами, прикидывая разные версии, не относящиеся к тому, что Доктор кормит кондора людьми. Разум, наконец сумевший пробиться сквозь панику и страх, отказывался верить, что приветливый обаятельный Юрий мог с кем-то жестоко обходиться, а то, как выглядел черноглазый мужчина подсказывало, что это довольно жестокое обращение даже, если допустить, что этот человек – негодяй и преступник. Можно было содержать его как-то погуманнее, как казалось девушке. Но, возможно, всё не так и плохо, и Юрий просто содержит этого человека тут до приезда каких-нибудь стражей. Это вероятно. Это бы тоже всё объяснило. прикинув, что при таком раскладе то, что меня не предупредили о наличии на чердаке пленника, тоже можно списать на то, что этот человек обездвижен и не опасен, и меня просто решили лишний раз не пугать. Подумав об этом, я утвердилась в решении остаться и поговорить со странным мужчиной, чтобы хоть что-то понять. В конце концов, он прикован, а от разговоров хуже точно не будет!

Надо вспомнить, что говорил Доктор и исходить из самой приятной теории: он – не злодей. Так, он предупреждал, что в его доме можно кого-то встретить и этот кто-то может напугать… В принципе, он мог просто утаить, что этот кто-то закован…

– Ты Ивар? – тихо спросила я, и человек утвердительно кивнул, внимательно глядя на меня своими угольно-чёрными тоскливыми глазами, от одного взгляда в которые моё сердце сжималось. – Юрий сказал, что общение с тобой в равной мере бесполезно и безопасно… – задумчиво припомнила я, и страх понемногу стал отступать, уступая место любопытству, кого держал тут Юрий.

Пленник прищурился, изучающе разглядывая меня.

– А рекомендации на случай, если я вырвусь и нападу давал? – взгляд человека начал меняться, и прежней тоски в неё уже не было, зато появился лукавый огонёк, мигом преобразивший не только его чёрные глаза, но и лицо, которое из измождённого превратилось в весьма обаятельное и хитрое.

Сказать-не сказать? Вроде на то рекомендации и были даны, чтобы озвучить их…

– Сказал, если что, попросить рассказать о Зелёном Коте… – нерешительно ответила я, с изумлением глядя на изменения в лице странного собеседника.

– О коте? – беззлобно хмыкнул человек. – Издевается, негодяй!

А дальше он сделал то, что заставило меня вскрикнуть от неожиданности и вновь вспыхнувшего страха: он легко и незаметно высвободил руки, отчего оковы звякнули, оставаясь болтаться на цепях. Он приподнял брови, не понимая моей реакции или же делая вид, что не поминая. Ивар двинулся ко мне, и я отошла от него на пару шагов назад, хоть и так стояла не слишком близко. Мужчина, сообразив, что действительно пугает меня, остановился на почтительном расстоянии, приветливо улыбаясь милой, не обнажающей зубы, улыбкой, но я смотрела на него во все глаза с нескрываемым ужасом, и именно этот ужас в серо-зелёном взгляде не давал Ивару подойти ближе. Пугать гостью Юрия ещё больше ему не хотелось. Он обернулся на свои оковы, а потом снова глянул на меня.

– Что-то не так? Прикованный я нравился тебе больше? – встревожено спросил он таким тоном, будто если бы я ответила «да», он бы незамедлительно вернулся к стене.

Голос его показался мне приятным, а чёрные глаза не пугали своим тёмным цветом. Наверно, это странно, но глаза его были довольно живые и отражали его чувства. Или мне так почудилось. Во всяком случае. в них плясали весёлые чёртики, это я могла сказать точно.

– Казался менее опасным… – призналась я, опуская взгляд в пол.

Он рассмеялся, подошёл всё-таки поближе, разглядывая меня, и дождался, пока я посмотрю в его лицо. Убедившись, что я уже не так страшусь его, он улыбнулся мне.

– А, Юрий что, не предупредил, что кровь я не пью, ведь я не совсем обычный вампир? – мило поинтересовался мужчина.

Я воззрилась на него ошарашено. Он что, шутит так? Что-то как-то не очень уместно шутить, когда тебя и без того боятся до полусмерти. Я бы хотела одарить его укоризненным взглядом, но никак не выходило, поскольку мне очень не нравилось то, что он сказал, и от этого становилось не по себе.

– Ты вампир? – удивлённо переспросила напуганная я, и уточнила, желая как можно скорее разобраться в ситуации: – Энергетический, что ли, раз кровь не пьёшь? – я опомнилась и быстро сложила руки в замок и уже было начала представлять себе Титаник с его шикарным оркестром, но собеседник успокоил:

– Да нет. Доктор что, не рассказывал обо мне? – тёмные густые брови его чуть нахмурились, показывая, что он не одобряет то, что Юрий не поставил девушку в известность об обитателе своего дома.

Кажется, он мирный. Даже если вампир и даже если пленник.

– Нет, он сказал, что представит нас позже. Рассказал только, что вы познакомились в какой-то потасовке с пиратами… – честно ответила я, с удовольствием замечая, что сердце моё начинало выравнивать своё биение, поскольку мужчина излучал приветливость и совершенно не предпринимал каких-либо враждебных действий.

– Пираты, пираты… – задумчиво протянул он, склонив голову на бок и всё ещё всматриваясь в моё лицо. – Да, было забавно! – вампир явно вспомнил что-то приятное и улыбнулся своим мыслям, обнажая ровные зубы и аккуратные клыки.

Точно вампир. Что ж, это не так и плохо, раз он предупредил, что не пьёт кровь… Да и вообще, раз тут есть вампиры, может, и эльф где-нибудь затесался, надо только поискать получше, поизучать здешних жителей…

– Он спас тебя тогда? – предположила я, поскольку про пиратов было интересно.

Не, не угадала. Вон как он на меня посмотрел: так, словно я сморозила наиполнейшую чушь.

– Он – меня? – вампир рассмеялся от столь нелепой версии. – Нет, конечно! В этом измерении равных мне по силе и ловкости нет! Это я помог Юрию. Ему повезло: в тот день прищепка и полотенце с мылом были при мне!

Да он издевается! С каждой его фразой он вызывает у меня новые вопросы, при этом не отвечая на ранее заданные!

– Что было при тебе? – ошарашено переспросила я, не улавливая прямой взаимосвязи между перечисленными предметами и спасением Юрия от пиратов. – В смысле, как вам помогли мыло с полотенцем и прищепка? – вампир чем больше говорил, тем больше запутывал меня и мне казалось, что он так играет и получает удовольствие от того, что сбивает меня с толку.

Или нет? Или он действительно просто говорит, что думает, не заботясь ни о том, чтобы запутать меня, ни о том, чтобы быть понятым мною. Кажется, всё-таки второе.

– А, это моё оружие! – беспечно махнул он рукой, и я заметила, что запястья его ничуть не покраснели от оков, словно и не было на его руках этих тяжёлых железяк и не висел он на них. – Без этих двух вещиц я не ввязываюсь в драки, – продолжал охотно пояснять странный собеседник. – Я стараюсь не бить по лицу, чтобы случайно не разбить никому нос, и всегда сражаюсь мокрым полотенцем с мылом – такое оружие не вызывает подозрений, размахнуться можно хорошо, и ещё имеет ряд преимуществ, потом поймёшь. А прищепка… – он замялся. – Думаю, будет случай рассказать, но не сейчас, – он лукаво глянул мне в глаза и подмигнул.

Не сейчас, так не сейчас. Есть у меня и поважнее вопросы, чем выяснение, зачем ему прищепка в бою.

– Так ты у Юрия не в плену? – уточнила на всякий случай я, хотя ответ был уже очевиден.

– Конечно, не в плену! – воскликнул Ивар, разводя руки в стороны и демонстрируя свою свободу. – Просто в этом измерении я единственный вампир, меня могут захотеть убить, а здесь я в безопасности, на полном обеспечении, а от меня требуется лишь повисеть немного в оковах, если ко мне зайдет какой-нибудь любопытный гость доктора типа тебя. Но такое случается нечасто: Нертось отпугивает всех – он иногда дикий и неуправляемый, или же просто хочет таким казаться и у него это блестяще получается! Я спас Юрия от пиратов, а он разрешил мне жить тут за его счёт. Как-то так, – обворожительная улыбка снова украсила красивое правильное лицо вампира, словно он заигрывал со мной или, по крайней мере, очень хотел понравиться своей новой знакомой.

– Погоди, но Юрий говорил, что только люди и коты настолько глупы, чтобы попадать в другие измерения… – иногда я могла быть дотошной и здорово цепляться к словам. – А ты вампир. Получается, ты попал сюда специально? – не то, чтобы этот вопрос сильно занимал меня, но услышать ответ было мне интересно, хотя бы, чтобы все обрывки разговоров сложились в цельную и ясную картину этого мира, который я всё равно считала иным миром, а не каким-то там подпространством.

– Да, можно сказать, что специально… – вопрос заставил Ивара задуматься. – Или нет. Не знаю, я покинул своё измерение специально, а попал сюда случайно, мог попасть в любое другое измерение, но попал сюда, и пока не жалею! – он отошёл от меня, расположился на небольшом диванчике и уставился на свою гостью, которая никуда присаживаться не намеревалась, пока не выяснит всё до конца.

Да, я обнаглела. Это мой природный недостаток: я быстро наглею, если ко мне хорошо относятся. Нет, я никогда не грублю, не хамлю и веду себя прилично, но всё-таки считаю наглостью лезть к людям с теми вопросами, которые волнуют меня, не заботясь о том, имею ли я право задавать их.

– В этом подпространстве тебе нет равных по силе и ловкости, а в своем измерении ты явно не процветал, раз сбежал оттуда. Так? – я понимала, что начинаю выпытывать, возможно, личную информацию, но вампир столь охотно отвечал на любые вопросы, что казалось, он не против подобных разговоров.

– Не совсем. Я там процветал и был крайне богат… Оборотни, вампиры, люди… – но почесал голову, взъерошив свои чёрные волосы, спадающие на лицо лоснящимися прядками. – Что там делать? У нас в основном либо убивают, либо спасают тех, кого кто-то не добил. Но мне всё это не по душе, ни разу никого так и не убил! – Ивар кривил душой, а потому старался выстраивать фразы так, чтобы потом были пути к отступлению, если вдруг девушка всё-таки узнает о нём больше и припомнит этот разговор. Из его слов оставалось неясно, не убивал ли он в своём подпространстве или вообще. Однако, о том, что убивать вампиру приходилось, я узнала намного позже и при обстоятельствах, не давших мне возможность обратить внимание на эту подробность его биографии.

Ну а пока я просто и наивно спросила:

– Ты слишком добрый, чтобы убивать?

– Наверно… – пожал плечами он. – Никогда не хотел быть добрым, это ужасно скучно. Но я хороший. Хорошим быть нетрудно – трудно не стать плохим, верно? – он всё-таки заигрывал со мной, в этом не оставалось сомнений, как и в том, что этот тип заигрывает со всеми девушками, что встречаются ему на жизненном пути.

– А почему тогда спасать тебе не по душе? – я немного утихомирилась, отыскала глазами стул, придвинула его ближе к дивану, на котором сидел Ивар, и уселась, чтобы оказаться на одном уровне с собеседником, а не смотреть на него сверху вниз, хоть самого его это ничуть не смущало, зато я чувствовала себя прямо каким-то сыщиком, устроившим допрос.

– Ну, спасать – это тоже не моё… – туманно ответил он. – И на это есть причина… и при случае ты поймёшь.

– Ты уходишь от темы, – я для убедительности скрестила руки на груди и повторила вопрос: – Почему ты покинул своё подпространство?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю