Текст книги "Служанка для князя тишины (СИ)"

Автор книги: Анастасия Цыплакот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Глава 25. Первый грохот раздался на рассвете

До самых сумерек Эштон и Клэр шли, не разговаривая. Она думала о том, какой из браслетов ей теперь придется носить, как после случившегося вести себя и почему раз за разом именно милорд приходит на выручку. Хотя и взбучка впоследствии идет в комплекте. Он думал о том же. Когда девушка ощутимо замедлилась, спотыкаясь на каждом шагу, вампир заговорил:

– Организуем привал здесь. Еще час и будет совсем темно. Я хотел проскочить разлом, но придется расположиться на ночлег около него.

Клэр согласно кивнула. Ей было все равно, где принять горизонтальное положение. Сказывалась обычная человеческая усталость. Выбрав место между большими валунами и высокими кустами, Эштон разжег костер, нарвал мягкой травы для подстилки и ушел, вернувшись через двадцать минут с тушкой в руках. Ловко открутил ей голову, содрал шкуру и выпотрошил внутренности. А затем, насадив на длинный кинжал, продержал без устали над огнем, пока мясо не покрылось золотистой корочкой.

– Горячо, – предупредил мужчина, подавая жареную крылопатку рабыне.

Поблагодарив, девушка осторожно откусила кусочек и замурчала от удовольствия. Мясо было нежное и сочное, а по вкусу напоминало курицу.

– Скажи честно, ты считаешь меня чудовищем? – неожиданно спросил князь.

– А почему я должна так думать? – удивилась Клэр, перестав жевать.

– Я на твоих глазах убил другого вампира.

– Это была месть. И я, наверное, шокирую вас, сказав, что он это заслужил. Люди тоже уничтожают друг друга не всегда по веским причинам. Иногда это делают потому, что им нравиться мучить и убивать. И такие поступки нечем оправдать. Я не считаю вас жестоким или бесчеловечным, и поэтому не захотела стирать воспоминания. Но вот мотивация некоторых ваших поступков для меня до сих пор непонятна. Вам, по сути, нет до меня дела, но вы все равно каждый раз спасаете мою зад…шкуру. Я вам не нужна даже как рабыня, но сама возможность избавиться от меня, отправив домой, вас разозлила.

– Ты настолько сильно не хочешь возвращаться в мой замок? – задал встречный вопрос Эштон.

– Пойти мне некуда. Домой вернуться не могу. Так что выбора у меня все равно нет.

– А если бы был?

– Но его нет. К чему эти пустые размышления? В любом случае буду рада увидеть Вергилия и Хаолла, – при упоминании о вампирах девушка улыбнулась и с удовольствием продолжила поедать крылопатку.

– Вы трое действительно крепко сдружились. А может, и мы с тобой могли бы стать друзьями? – с осторожностью высказал пожелание де Лоа.

От неожиданности Клэр перестала жевать и с трудом проглотила то, что с таким аппетитом отправила в рот пару секунд назад.

– Вы знатный лорд, а я – простая рабыня. Какая тут может быть дружба? Вот с Вером и Халом все гораздо проще.

– То есть ты считаешь, что разница в статусе – это не пересекаемая граница? – князь придвинулся ближе. – Так давай разрушим ее.

– Я не знаю, что на это ответить, милорд, – опешила рабыня.

– Понимаю. Просто расскажи о себе.

– Хорошо, – хитро прищурилась рабыня, – но если и вы поведаете свою историю.

– Договорились. С меня и начнем, ибо, несмотря на прожитые семь тысячелетий, мой рассказ не будет долгим. Мне было тридцать три года, когда в наше село пришел лорд Баттори. Никто не мог понять, зачем, ведь полгода назад он уже выбрал себе преемника. Оказалось, мужчина не смог пережить период жажды и свихнулся. Префекты вынесли решение ликвидировать несчастного, а князю разрешили выбрать другого наследника. Всем селянам в возрасте тридцати – тридцати пяти лет было велено выстроится на площади. Из пятнадцати претендентов лорд указал на меня. Мои родители зря молили оставить им единственного ребенка. Князь швырнул им откуп, а меня забрал в замок. Я практически плевал ему в лицо, угрожал, что не стану вампиром и покончу с собой. А он пригрозил, что в таком случае вырежет все мое родное село. – И что вы сделали? – очень тихо спросила Клэр, ошеломленная настолько, что бессознательно накрыла руку мужчины своей.

Эштон скользнул взглядом по хрупкой ладошке. Чужое тепло приятно согревало, делая воспоминания менее болезненными.

– Я сдался. Обратился, пережил период жажды и игнорировал лорда, как мог. Назло оставил свое человеческое имя, проводя много времени с родными людьми. А когда их не стало, стал понемногу замыкаться в себе. Обучаться у мастера отказался наотрез, и моим наставником назначили самого старшего вампира в клане. Со временем лорд де Лоа уснул в семейном склепе, а я занял место князя. И первое, что я сделал – уничтожил некогда сильный клан Баттори. Нет мастера – нет привязки. Я разогнал всех свободных вампиров, позволив остаться десятерым самым старым.

– Значит, вы с самого начала выбрали путь затворника?

– Да. Я ненавидел лорда, ненавидел вампиров и не хотел ни с кем общаться. Потом в моей жизни появилась Андрэ. А дальше ты и так знаешь, – решил поставить точку в своих воспоминаниях де Лоа. – А что насчет тебя? Какое у тебя было детство?

– Ну, – улыбнулась Клэр. – Думаю, я выиграю в соревновании на самый короткий рассказ о себе. От меня отказались при рождении, и детство я провела в детском доме, где и познакомилась с Дженис. Мы выросли, окончили университет, а потом на нее напал одержимый вампир и Бальво перенес нас сюда. А дальше вы тоже знаете.

– Мне жаль, что ты росла без родителей, – с сочувствием произнес князь и положил свободную руку поверх ладони девушки.

Клэр смущенно опустила глаза, а потом попросту уставилась на костер. Сидеть с милордом вот так близко, соприкасаясь руками, и вспоминать свое прошлое было неловко, но в тоже время волнующе и даже приятно. Если князь позволит, то они действительно смогут стать друзьями.

Грустные мысли снова привели к неловкому молчанию, и чтобы развеять их, Эштон стал вспоминать забавные случаи из своей вампирской жизни. Не менее яркими были и упоминания о проделках ее новых друзей: камердинера с управляющим. Согретая костром, плащом Бальво и вниманием князя, девушка беззаботно смеялась над историями, озаряя неприглядную каменистую местность своим звонким голосом.

– Ты устала, – серьезно заявил де Лоа, заметив, что рабыня все чаще клюет носом и пытается скрыть зевоту.

– Нет, – попыталась возразить девушка.

– Не спорь, ложись, – Эштон снял сюртук и сложив положил Клэр под голову.

– А вы? – засыпая, пробормотала рабыня.

– Мне не нужен сон, – прошептал князь уже уснувшей девушке с каштановыми волосами и удивительным янтарными глазами.

*

Первый грохот раздался на рассвете. Клэр вздрогнула и подскочила. Оглядевшись, отыскала взглядом милорда.

– Клэр, нужно уходить. Срочно! – приказал князь и ногой разметал остатки костра.

– Что случилось? – перекрикивая раскаты грома, спросила рабыня?

– Нет времени объяснять.

Небо потемнело, и ледяной дождь хлынул сплошной стеной. За спиной раздалось рычание.

– Беги к деревьям, – закричал де Лоа, вытаскивая длинный узкий кинжал.

Дважды просить не пришлось. Подхватив длинный подол платья, Клэр побежала, что было сил.

Эштон пластичными движениями двигался из стороны в сторону, отвлекая внимание монстров на себя. Они появлялись один за другим, большие и медленные, маленькие и юркие. Выбрав самое крупное чудовище с огромным телом, четырьмя мощными лапами, толстым хвостом и очень длинной шеей, лорд, высоко подпрыгнув, рассек клинком эту самую шею. Монстр заревел и упал замертво. За ним последовали еще пару непрошеных гостей поменьше.

Негромкий вскрик девушки заставил де Лоа обернуться. Одно из массивных чудовищ с лопухообразными наростами вдоль хребта и острыми шипами на толстом хвосте подбиралось к рабыне все ближе и ближе. Прижимаясь спиной к дереву, Клэр в последний момент увернулась и нырнула за спасительный толстый ствол. Князь без промедления швырнул в монстра свое единственное оружие. Клинок вошел в тело, но не причинил большого вреда зверюге, лишь разозлил, заставляя того неуклюже развернуться в сторону опасности. Хвост прошел по дуге, обвив дерево, за которым пряталась рабыня. Раненое чудовище с ревом понеслось обратно в сторону разлома. Клэр почувствовала, как ее что-то силой дернуло, опрокинуло на землю и потащило.

Рабыню с бешеной скоростью волочил за собой монстр, зацепившись шипованным хвостом за капюшон плаща. Ворот сдавил шею, не позволяя кричать, и все силы девушки уходили на борьбу с удушьем. Молния ежесекундно рассекала небо, дождь заливал глаза и рот, а образовавшаяся грязь обеспечивала беспрепятственное скольжение, не давая возможности сопротивляться. Лорд Баттори рванул наперерез, лавируя между несущимися навстречу чудовищами. Но даже его скорости не хватило догнать взбесившуюся тварь.

– Клэр!! – заорал Эштон, видя, как всего в десятке метров монстр исчез в разломе вместе с рабыней.

Сделав еще несколько шагов, де Лоа схватился за грудь и, осев на колени, согнулся пополам. Боль в грудной клетке не давала дышать. Жидкий огонь разливался по венам, ослабляя вампира с каждой секундой, а сердце билось о ребра так, что грозило пробить их. Завалившись на спину, последнее, что увидел Эштон, прежде чем провалиться в беспамятство, было склоненное над ним лицо гвардейца.

– Милорд! Милорд, вас укусили? – теребил бессознательное тело наемник Сиро.

*

Пробуждение было тяжелым. Тело по прежнему болело, дыхание сбивалось, а лоб был влажным от испарины. Князь, приложив усилие, сел. Оглядевшись, понял, он в своей комнате, в своей постели. Рядом на столике стоял заботливо приготовленный бокал блэсса. Сделав жадный глоток, де Лоа почувствовал тошноту и его тут же вывернуло. Хотелось снова лечь. Но князь заставил себя подняться на ноги, потер ладонью ноющую грудь и шатающейся походкой вышел из комнаты.

– Мастер! – позвал Хаолл, дежуривший у двери. – Как вы себя чувствуете? Не надо было вам вставать.

– Мне уже лучше, – хриплым голосом возразил Эштон и, держась одной рукой за стены, пошел по длинном коридору. Камердинер, тенью следуя за лордом, сопроводил его до библиотеки и вошел следом. Управляющий появился в ту же секунду. Не обращая внимания на слуг, князь прошел к дальнему стеллажу. Отодвинув несколько книг, открыл сейф, доставая на свет очень потрепанный древний фолиант.

– Милорд, есть новости о Клэр? И что вообще с вами случилось, – первым не выдержал Вергилий.

– Как я оказался в замке и сколько был без сознания? – задал свои вопросы князь, торопливо перелистывая страницы.

– Вас принесли гвардейцы вчера на рассвете, – как можно короче пояснил управляющий.

– Значит, мы потеряли сутки, – пробормотал де Лоа, пробежав глазами по часам, – Гвардейцы справились? Потерь нет?

– Все живы. Когда наемники прибыли разлом уже был закрыт. Им осталось только отловить бегающих монстров, – отчитался Вергилий и подойдя к столу, демонстративно со стуком положил свою ладонь на раскрытый фолиант. – Милорд, что с Клэр?

Лорд Баттори оторвался от книги:

– Девушка была у Абаддона, как я и подозревал. Мы с бароном Амелем освободили ее.

– И где она сейчас? – торопил Хаолл.

– Когда открылся разлом, мы случайно оказались рядом. Ее утащил монстр на ту сторону, – признался де Лоа, отодвигая руку Вергилия и снова ныряя в записи.

– Нет… как же так, мастер?! В следующий раз он откроется неизвестно когда. Это может случиться через месяцы, – простонал камердинер, а затем с рыком швырнул первую попавшуюся бутылку со спиртным об стену.

– Что вы намерены делать, милорд, – судя по голосу, управляющий тоже готов был вот-вот сорваться.

– Достать ее оттуда, не дожидаясь непогоды, – решительно выдал князь, победно глядя на вампиров.

– Это возможно? Чем мы можем помочь? – без лишних слов вызвался Хаолл.

– Попробуем открыть проход через разлом. Хотите помочь? Мне нужен барон Амель и баронесса фон Мецтли.

– Я приведу Амеля, – пообещал Вергилий.

– Я за баронессой, – взял другое направление камердинер.

Оставшись один, князь еще раз пробежал по тексту ритуала и устало откинулся в кресле:

– Я найду тебя, девочка, ты только продержись…

Глава 26. Мы все были когда-то людьми

Дикое желание пить и необычное чувство голода заставили князя тайком пробраться на кухню. Пока хозяйка котелочно-печного царства Наама отсутствовала, де Лоа позволил себе стащить несколько еще теплых пирожков с селеникой и запить обычной колодезной водой. Вкус простой, чистой воды показался мужчине божественным, впрочем, как и человеческая еда. А вот чего совсем не хотелось, так это крови. Даже одно воспоминание этого железного привкуса вызывало тошноту и отвращение. Насытившись, князь предпочел уйти с кухни незамеченным и вернулся в библиотеку.

В ожидание слуг и гостей он несколько раз прошелся по комнате, посмотрел в окно, походил среди стеллажей с книгами, касаясь пальцами корешков, но стрелки настенных часов упорно отказывались бежать быстрее. Они будто назло замедлили свой бег. Тогда лорд просто сел за стол и, положив голову на руки, закрыл глаза. Только так стало еще хуже. Мозг услужливо рисовал картинки: карие глаза Клэр, прищуренные от улыбки, ее звонкий смех от рассказов у костра, и как монстр, убегая, забирает с собой и девушку. А что если он не сможет проникнуть на ту сторону? Или опоздает? Она уже более суток совсем одна среди жутких существ. Тревожные мысли были прерваны первыми прибывшими.

Вергилий проводил Бальво в библиотеку и, не смотря на свое желание задержаться, все же оставил лордов вдвоем. Де Ассура принял из рук князя бокал кровавого напитка и развалился в кресле.

– Как будто и не расставались, Баттори, – хмыкнул барон. – Зачем я тебе снова понадобился? Да так срочно, что ты прислал за мной прислугу?

– Помоги спасти Клэр, – без предисловий заявил де Лоа.

– У меня дежавю? Сутки назад мы это уже сделали, – искренне удивился де Ассура.

– Монстр утащил ее в разлом.

– Великий Азазелло! Баттори, вас вообще можно оставлять одних? Стоит мне отвернуться, как девушка оказывается в беде.

– Я очень ценю твое чувство юмора, Амель, – устало произнес князь, скрестив руки и прислонившись к столу. – Но мне сейчас не до смеха.

– Это заметно. Ты плохо выглядишь.

– Со мной все в порядке, – отмахнулся Эштон.

Барон опустошил бокал и на предложение повторить отрицательно махнул головой:

– Расскажи подробнее, что там за разлом на твоей территории.

– В неопределенное время через энергетическую расщелину среди камней начинают появляться чудовища. Как и почему открывается проход или закрывается, мы не знаем, – вкратце обрисовал ситуацию лорд Баттори.

– Чудно! Девушка в мире непонятных существ, дверь открывается сама по себе, когда ей вздумается, и как ты собираешься ее вызволять?

Князь обошел стол и хлопнул рукой по старинной книге.

– Есть ритуал, который может проявить скрытый сгусток энергии. Возможно, я смогу пройти через него.

– Возможно, но не точно, – не стесняясь, ухмыльнулся барон. – Я смотрю, ты не только шутить умеешь, а еще и рисковый парень.

– Есть предложение получше? – предложил поучаствовать в мозговом штурме де Лоа.

Барон лишь снова помотал головой:

– В чем заключается мое участие?

– Ритуал может провести кто-то постарше пяти тысячелетий и достаточно опытный. А я доверяю только тебе.

– Спасибо, конечно, за доверие, – театрально приложил ладонь к своей груди Бальво. – И когда приступаем?

– Для ритуала мне также нужна "кровавая слеза".

– Дай угадаю. И ты не знаешь где ее достать? – с усмешкой откинулся в кресле лорд Амель.

– Не угадал. Знаю. И обладательница этого камня совсем не торопится появиться, – с тревогой посмотрел на часы де Лоа.

Разговор прервал стук в дверь, а затем просунулась голова Хаолла:

– Баронесса фон Мецтли.

Эштон нетерпеливо махнул рукой в приглашающем жесте и обратился к барону:

– Бальво, не оставишь меня с леди Маюки наедине?

– Надеюсь, ты достаточно красноречив, – подмигнул де Ассура и покинул библиотеку как раз в тот момент, когда в нее шагнула баронесса.

– Здравствуй, Эштон. Признаться я удивлена. Ты никогда сам не звал меня, – начала приветствие с укора леди Маюки.

– Рад тебя видеть, Милантэ, – галантно поцеловал руку Эштон и усадил вампиршу на диван. – Блэсс?

– Не откажусь, – кокетливо кивнула Милантэ. – И все таки почему ты обо мне вспомнил?

Князь наполнил бокал, передал в руки леди и, чуть склонившись к ней, опираясь одной рукой на спинку дивана, провел указательным пальцем свободной руки по шее баронессы, останавливаясь на кулоне:

– Мне нужен твой камень.

– Зачем тебе моя семейная реликвия? – с непониманием уставилась Милантэ на князя, прикрывая украшение рукой.

– Спасти кое-кого.

– И кого же?

Де Лоа отстранился:

– Девушку.

– Только не говори, что твою шпионку, – фыркнула баронесса.

– Ага, ту самую рабыню, – подтвердил Эштон.

– Зачем тебе это? Она же просто человек, – леди Маюки резко встала и прошлась по паре шагов туда-сюда.

– Милантэ, мы все были когда-то людьми. И она, как никто заслуживает жить.

– Прости, Эштон, но я не могу тебе помочь, – остановившись, высокомерно заявила вампирша.

– Почему? – напрягся князь, и из-за сурового взгляда между бровями образовалась морщинка.

– Ты просишь отдать камень, принадлежащий моему клану, – пожала плечами баронесса.

– Я верну, обещаю.

– Нет.

Милантэ отошла к окну и, глядя через стекло на цветущие кусты реамбрии, обняла себя руками. Тяжело вздохнув, Эштон неторопливо подошел к леди со спины и мягко положил руки ей на плечи.

– Ты же не такая, Милантэ, – погладив линии плеч, медленно пройдясь по рукам вниз-вверх, де Лоа уткнулся лбом ей в затылок. – Пожалуйста… Что ты хочешь взамен?

“Тебя!” – хотела выкрикнуть баронесса, но вместо, этого выбравшись из объятий, подошла к столу, расстегнула цепочку и, положив ее с кулоном на столешницу, молча, вышла из библиотеки. Эштон устало потер виски. Но, возвратившийся, Бальво не дал времени на хандру и самобичевание.

– Добыл? – словно не веря, спросил он.

Князь кивнул в сторону стола.

– Надеюсь, не продал свою душу дьяволице? – рассматривая камень, пошутил барон.

– Давай поторопимся, вторые сутки уже заканчиваются, – князю явно было не до шуток.

– Как скажешь, – протянул цепочку с кулоном де Ассура.

На выходе из библиотеки дорогу двум лордам преградили серьезный Вергилий и хмурый Хаолл.

– Мастер, вам не кажется, что это довольно жестоко держать нас в неведении? – упрекнул лорда камердинер.

– Что такое, де Лоа, – хохотнул барон, – хоть кто-то в твоем логове тебя слушается?

– Видишь ли, Амель, – ответил князь, теряя терпение, – мои вампиры имели неосторожность вкусить крови Клэр. Вот и вьются, как два каркающих вокроона вокруг девушки.

– А я думал вы уже большие мальчики, – не удержался от насмешки де Ассура.

– Ладно, – примирительно поднял руки лорд, видя, как наливаются кровью глаза его слуг. – Мы с Бальво попытаемся открыть разлом.

– Мы с вами, – тут же выступил вперед Вергилий.

– Нет, – отрезал де Лоа. – Только гвардейцы на случай, если полезут твари.

– Нечестно нас все время отстранять, – возразил Хаолл.

– Я вовсе не задвигаю вас в сторону, но вы нужны будете здесь. Я не знаю, когда вернусь, и вам придется скрывать мое отсутствие и вести дела, – совершенно серьезно сказал милорд и похлопал управляющего по плечу.

– Как долго? – задал последний вопрос Вергилий, повисший в воздухе без ответа. Никто из четверых до конца не понимал, получится ли вообще сотворить заклинание, а если да, то что дальше?

Пройдя мимо двух растерянных слуг, барон и князь спустились по лестнице и на улице к ним присоединились гвардейцы. Четыре наемных вампира следовали за лордами до самого разлома. Оставив охрану подальше под кронами деревьев, Эштон выбрал подходящий камень возле предполагаемых врат и положил на него кулон с рубином, а раскрытый на нужной странице фолиант всучил Бальво.

– Уже темнеет Амель, надо торопиться.

– А… – замялся барон, изучая текст заклинания, – Баттори, а ты точно ничего не забыл?

– Нет.

– Тут написано: окропить слезу кровью человека. Что-то я не вижу ни одного человека вокруг, – де Ассура в своей манере развел руками и покрутил головой по сторонам.

Князь, подойдя вплотную к вампиру, взял его ладонь и приложил к своей груди:

– Что ты чувствуешь? – совершенно серьезно спросил Эштон.

– Это твое сердце? – неуверенно произнес Бальво. – Но как?!

– Клэр запустила.

– Истинная… – с восхищением и долей зависти прошептал барон. – Ты никому ничего не сказал, да?

– Нет, – подтвердил де Лоа.

– А как же война с кланом Абаддона?

– Сейчас я могу думать только о Клэр, – слегка постучал по плечу Амеля Эштон, возвращая мысли и действия напарника к тому, зачем они пришли, – Есть чем сделать надрез? Мой клинок унес в своей бесполезной туше тот же монстр, что и Клэр.

Бальво проворно протянул небольшой нож с костяной ручкой:

– Оставь себе или собираешься на тварей с голыми руками? Способности вампира уже не те, не так ли, Баттори? Как давно ты мутируешь?

– Как Клэр исчезла в разломе. И вот что я скажу: обращаться в вампира и возвращать человечность одинаково паршивый процесс.

– Милорд, – позвал тихо подошедший наемник Сиро, – возьмите и мое оружие. Оно вам пригодится.

Гвардеец передал весь свой арсенал: длинный кинжал, тонкий меч и арбалет с дротиками.

– Спасибо, – поблагодарил князь наемника.

– А как ты собираешься вернуться? – взволнованно спросил Бальво.

– Я не знаю, – улыбаясь, пожал плечами де Лоа. – Буду искать способ уже на той стороне.

Затягивать процесс разговорами не имело смысла, и Эштон порезал ладонь. Несколько капель упали на кулон, отчего рубин засиял ярче. Каждая грань будто отражала солнечные блики. Барон фон Амель принялся зачитывать заклинание. Уже после нескольких строчек легкий ветерок сменился сильным порывистым ветром. Раздался первый раскат грома. Несмотря на потемневшее небо, ни одной капли так и не упало на землю. Наконец, случилось то, ради чего затевался ритуал. Пространство вокруг лорда Баттори стало искриться. Магические всполохи пронизывали не только воздух, но и камни, и стоящего в центре уже не вампира, но еще не человека. Легкий туман, поднимаясь от земли, таял, едва достигнув колен мужчины.

– Бальво, – крикнул князь, одновременно с громом, – верни кулон Милантэ. Я обещал!

– Пообещай и мне кое-что, – де Ассура отстегнул от пояса широкий одноручный меч и подкинул его лорду. – Верни мне его. Это реликвия моего клана. Сталь зачарована на убийство поднятой мертвечины. Может и против твоих тварей сгодится?

– Я думал кольцо с салпатитом, ваше родовое сокровище, – усмехнулся де Лоа.

– И оно тоже, – улыбнулся Бальво. – Найди ее, Эштон и возвращайтесь.

– Найду, – заверил князь и шагнул в плотный сгусток энергии между двумя высокими камнями.

В тот же момент молния ударила в проход, и все разом стихло. Словно не было ни грома, ни ураганного ветра. Даже небо прояснилось. Впрочем, следов князя тоже не было. Так же никто не ломился через разлом, угрожая сожрать каждого, кто встретиться на пути.