Текст книги "Служанка для князя тишины (СИ)"

Автор книги: Анастасия Цыплакот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

Глава 7. Тяжелая ночка

Князь угрюмо смотрел на приходящих в себя молодых вампиров. Избавившись от наваждения, глаза их постепенно становились яснее, а разум прояснялся, возвращая способность адекватно мыслить.

– Самаэль Аграт, Асмус Мортэ забирайте свой молодняк и проваливайте. Переговоры окончены, – безапелляционно заявил Баттори.

– Да брось, Эштон, неужели ты пожертвуешь сделкой ради какой-то человеческой девчонки? – отмахнулся Самаэль, лениво прислонившись к одной из колон.

– Молодежь просто немного развлеклась, не делай из этого трагедию, – поддержал Асмус своего древнего друга.

– Кем бы ни была эта девчонка, это моя собственность. А своей собственностью я привык распоряжаться сам и так, как мне угодно. Вон! – внешне князь казался спокойным, в действительности же внутри него зарождалась настоящая буря, грозящая снести две ненавистные головы. Асмус Мортэ князь Абаддон и Самаэль Аграт барон фон Хабори не вызывали у милорда Баттори ничего, кроме отвращения, но он уже был готов наступить себе на горло ради договора. Хотя сейчас действительно лучше прогнать этих двоих и остыть.

– Ты еще пожалеешь, что сорвал переговоры, – прошипел Асмус и испарился, забирая свой молодняк.

За ним следом убрался Самаэль со своим окружением. Впрочем, оставшиеся немногочисленные гости предпочли также резво покинуть замок. Все, кроме одного. Он терпеливо дождавшись, когда откланяется последний визитер, подошел к Эштону.

– Тяжелая ночка, а Баттори?

– Тебя это тоже касается, Амель, убирайся, – уже не сдерживаясь, выплеснул свое раздражение князь.

Бальво примирительно поднял вверх согнутые руки.

– Не кипятись, де Лоа. Пусть между нашими семьями имеются давние разногласия, но в этой ситуации я на твоей стороне. И, как ты мог заметить, я прибыл на переговоры один. Ну, разве что прихватил с собой свою леди, но она не в счет я полагаю.

– Чего же ты хочешь, де Ассура? Готов заключить сделку?

– И да и нет. Речь шла о четырехстороннем договоре. Иначе получается, что у нас двоих сговор против князя Абаддона и барона Хабори. Но я готов оказать поддержку и попробовать собрать всех снова.

– В таком случае я приглашаю тебя в пятницу вечером, – сдержанно предложил Эштон.

– Я буду к шести, – кивнул Бальво и исчез.

И только теперь князь, наконец, обратил внимание на своих слуг. Вергилий и Хаолл выглядели так, словно по ним прошелся отряд гвардейцев.

– Как она? – спросил лорд Баттори у своего управляющего.

– Она в своей комнате. Бедняжка перепугалась жутко.

Князь, не меняя угрюмого выражения лица, переместился к комнате рабыни и постучал в дверь.

– Клэр, открывай, все в порядке, – поспешил успокоить Вергилий.

Раздался щелчок замка, и дверь слегка приоткрылась. Увидев на пороге князя, удивленная девушка тут же распахнула ее настежь, отступив, давая возможность хозяину войти в комнату.

– Цела? – сухо спросил князь, не переступая порог.

Клэр неуверенно кивнула.

– Укусы есть? – продолжил допрос лорд.

На этот вопрос рабыня точно могла ответить “нет”, а потому довольно энергично помотала головой. Удовлетворившись ответами, Эштон развернулся и не сказав более ни слова, покинул общество слуг. Видя, что Вергилий и Хаолл, переглянувшись между собой, решили последовать за князем, да еще и без каких-либо объяснений, Клэр решительно схватила обоих мужчин за потрепанные рукава ливрей и потянула на себя, скомандовав.

– Стоять! В комнату, быстро!

Не смея отказать, смешно сказать какой-то рабыне, мужчины вошли внутрь и, предчувствуя долгий разговор, по-хозяйски расположились в креслах. Клэр предпочла устроиться на собственной кровати, забравшись на нее с ногами. Молчание затягивалось. Вампиры не хотели заговаривать первыми, а девушка просто не знала с чего начать. Ей хотелось сказать, как она рада, что они оба живы, но вместо этого смущенно протянула:

– Я… я…

– Смелее, Клэр. Я, конечно, могу подождать сотню-другую лет, пока ты сформулируешь свой первый вопрос, но, боюсь, ты помрешь чуточку раньше, – поддержал рабыню Хаолл, не изменяя своим привычкам.

– Князь насколько я понимаю, тоже… того… этого… – неуверенно начала рабыня. – Как у него получилось остановить других вампиров и почему они вообще стали нападать на меня? Не ожидала, что он вмешается… да еще и сюда пришел узнать как я. С чего вдруг такая забота? Ох, знали бы вы, как я испугалась и за себя, и за вас! – уже тараторила она вовсю.

– Знал бы я, что тебя так прорвет, не стал бы подбадривать, – улыбнулся камердинер, позволяя рабыне удовлетворить свое любопытство. – Как много вопросов. Давай по порядку. На тебя напали не просто вампиры, как я, Вергилий или князь, и не новообращенные, как твоя подруга Дженис. Это так сказать, молодняк.

– Молодые, это сколько лет? Не все из них выглядели юно, – прервала Клэр.

Хаолл раздраженно цокнул и закатил глаза.

– Это пара-тройка сотен лет не более. Не перебивай.

– Сколько? – неприлично вытаращилась девушка. – А вам сколько?

– Эта девчонка любого доведет, – проворчал Хаолл, шумно вздохнув. – Просил же не перебивай. Мне полторы тысячи лет, а Вергилий старше еще на пять сотен. Так вот, если позволишь, я продолжу.

Как завороженная Клэр с открытым ртом и выпученными глазами медленно покивала головой.

– Молодые тоже мало контролируют свои желания, и всё же они более разумные. Но причина их безумия, как я уже говорил, это ты. Ты не местная. Ты другая. Все в тебе другое. Манящее. Ты словно божественный напиток.

– Понятно, наркотик, – хмыкнула рабыня, невольно вспоминая небезызвестный фильм из своего мира.

– Верно, им просто снесло крышу, – решил поучаствовать в беседе Вергилий. – И если более старшие вампиры могут с этим справиться, то молодые нет. А вот твоей подруге новообращенной вообще чихать, чью кровь пить. У нее сейчас период жажды.

– Угу, – промычала Клэр. – С этим разобрались. Теперь Князь.

– Так как я являюсь камердинером милорда мне и рассказывать, – важно заявил Хаолл. – Князь: у нас из древних.

Чтобы не перебивать вредного вампира, Клэр тут же подняла руку, как на уроке.

– Опережая твой вопрос, поясню – ему семь тысяч лет. И закрой уже рот. Не прилично так удивляться, – притворно возмутился камердинер, открыто забавляясь реакцией рабыни.

Девушка смутилась, сомкнула губы, чуть поджав их, и на всякий случай скрестила руки, делая вид, что обиделась. Не купившись на слабую игру рабыни, Хаолл продолжил:

– То, что ты видела во время драки это древняя магия вампиров. Князь применил усмиряющую волну. Она требует высокого уровня владения магией в целом, а также большой концентрации энергии. Сила волны сдерживает более слабых вампиров, одинаково распределяя энергию на всех оказавшихся в доступном радиусе, но ослабляет самого создающего. Время и степень воздействия заклинания зависит от мощи вампира и количества, скажем так, недругов. Сама понимаешь, чем больше в круге вампиров, тем меньше они получают урона, тем сложнее их сдерживать и тем быстрее они оправятся. Поэтому решение о применении “Волны” должно быть хорошо продумано, особенно не самыми сильными вампирами.

– Ого, – не удержалась Клэр от восторженного высказывания, – ваш князь, видать, очень силен, раз решился на такой поступок. В холле было много того самого молодняка.

– Рад, что наш мастер тебя впечатлил, – перетянул одеяло на себя Вергилий. – А если тебя удивило, то, что милорд лично озаботился твоим состоянием, то в этом нет ничего странного. Во-первых, ты его собственность, а к своему имуществу у князя трепетно отношение, – рабыня, не сдержавшись, фыркнула, а управляющий совершенно серьезно продолжил. – Во-вторых, ему в замке не нужен ни девичий труп, ни новообращенный вампир. И я с ним согласен.

– Ясно, – вздохнула девушка, опершись спиной на спинку кровати, – теперь я знаю, как выглядит сумасшедший дом изнутри.

– У тебя странная привычка все время оскорблять других, – сделал замечание камердинер.

– А у тебя… – подалась вперед Клэр и осеклась. Она хотела нагрубить Хаоллу, но после того, что они для нее сделали, это было бы неправильно, совсем неправильно. Рабыня осмотрела мужчин и сникла. Вид у них был основательно потрепанный. Через изодранную одежду просвечивались бледные тела, лица и руки изрядно расцарапаны, а на глубоких ранах имелась уже засохшая кровь, но не привычная красная, а темная, почти черная. Но при этом оба выглядели безумно счастливыми, с идиотскими улыбками на лицах и светящимися глазами.

– Вам сильно досталось из-за меня. Спасибо, что не бросили и защищали ценой собственной жизни, – сочувственно произнесла девушка и всхлипнула.

– Эй, ты чего раскисла, птичка, – улыбнулся Хаолл, – вампиров не так легко убить. А это, – указал он на себя и свои руки, – заживет без следа дня через три-четыре. Регенерация у нас и так неплохая плюс кровь еще ускоряет этот процесс.

– Кровь? – встрепенулась рабыня. – Человеческая кровь? – и протянув руку, взволнованно предложила. – Вот. Моя же подойдет?

Вергилий мгновенно стер улыбку со своего лица.

– Убери руку и больше никогда не предлагай.

– Ну почему, – девушка непонимающе смотрела на вампиров. Ей и так было сложно решиться предложить себя, – считайте это моей благодарностью за спасенную жизнь.

– Ты не понимаешь, Клэр, – голос Хаолла стал отдавать хрипотцой, губы нервно подрагивали, а в глазах появился красный оттенок. – Если мы попробуем, не сможем остановиться. Или ты думаешь, что на нас твои чары не действуют?

Видя их мучения, рабыня не выдержала, встала с кровати и на негнущихся ногах подошла к мужчинам. Пульс и дыхание участились от волнения.

– Я не знаю, как так получилось, но вы оба стали мне по-особому дороги. Если вы боитесь вовремя не остановиться, то присмотрите друг за другом.

И снова протянутая рука, словно запретный сладкий плод, зависла всего в нескольких сантиметрах от вампиров. Мужчины плавно поднялись со своих мест. По их напряженным лицам и краснеющим глазам было видно, как тяжело им бороться с искушением.

Вергилий сглотнул, прикрыл глаза на мгновенье и отступил.

– Давай ты первый.

Хаолл кивнул. Сочувственно глядя в испуганные глаза рабыни, он взял двумя руками ее хрупкую ручку и рывком припал к запястью, беспощадно вонзая свои стремительно удлиняющиеся клыки. Из уст Клэр вырвался тихий стон. Боль, обжигая запястье, отдала в плечо, а на глазах непроизвольно выступили слезы. Мужчина жадно втягивал тягучую кровь девушки, торопливо совершая большие глотки. Вергилий терпеливо выждал положенное время и взял приятеля за плечи, слегка надавив.

– Все, Хаолл, отпускай.

Вампир угрожающе зарычал. Вергилий грубо дернул его за плечи, оторвав от руки рабыни. Клэр негромко вскрикнула. Клыки Хаолла малость порвали нежную кожу, отчего кровь побежала тоненькой струйкой по ладони. Камердинер со злостью развернулся к другу и враждебно зашипел. Вергилий, не долго думая, ударил его кулаком в челюсть.

– Приди в себя.

Почувствовав отрезвляющий удар, Хаолл слегка помотал головой из стороны в сторону и посмотрел на управляющего уже ясными глазами. Опомнившись, он повернулся к девушке и виновато спросил:

– В порядке?

Клэр смущенно улыбнулась и кивнула.

– Больно? – в глазах камердинера отражались в равной степени сожаление и благодарность.

– Немного, – призналась рабыня и развернулась к управляющему. – Твоя очередь, Вергилий.

Мужчина колебался чуть дольше своего друга, но искушение было слишком велико. Поддавшись желанию, он как можно аккуратнее прижал запястье Клэр, где уже сочилась кровь к своим губам. Но как только язык уловил вкус манящей жидкости, деликатность была отброшена. Он, как и Хаолл стал пить жадными глотками. Второй раз показался девушке менее болезненным или просто управляющий делал все осторожнее, нежели камердинер. Деликатнее он был или нет, но останавливаться тоже не хотел. Пришлось теперь уже Хаоллу взывать к голосу разума. Сначала уговорами, а потом и силой. Напившись крови, вампиры в первую очередь позаботились о Клэр. Обработав ранки заживляющей мазью и наложив повязку на запястье, мужчины принесли ей горячий травяной чай с большой тарелкой сладостей. Остаток ночи они провели все вместе в комнате рабыни за дружеской беседой, рассказывая о прошлой жизни, о своих предпочтениях, тем самым узнавая друг друга заново.

Глава 8. Быть вампиром – это предел мечтаний?

Утро было добрым! Действительно добрым. После ночных потрясений Клэр дали выходной. Девушка смогла отдохнуть и многое обдумать. А Вергилий с Хаоллом весь день ходили довольные, сияя, как праздничные лампочки. Благодаря регенерации и, конечно, первую очередь чудесной крови иномирянки от вчерашних ран не осталось ни следа. Эта сумасшедшая ночь многое изменила в отношениях девушки и вампиров. Ночь, которая сблизила их, сделав друзьями. Даже Астра с Наамой заметили эти перемены. С рабыней стали обращаться как с равной по положению. За исключением юридического статуса она обладала всеми правами и привилегиями рядовой служанки. Или может чуточку больше. Кроме оплаты, разумеется. Все же работать ей приходилось бесплатно. Наама смотрела на это снисходительно. По сути, к рабыне у нее не было никаких претензий. Ей даже нравилась эта чужая девчонка. А вот Астра была крайне недовольна. Она по-прежнему задирала нос, считая себя выше, но намеренно не вредила, опасаясь управляющего и камердинера.

Обеденные перекусы втроем и совместные ужины каждый день позволили перейти дружбе Клэр и вампиров на новый уровень. В общении появилась ненавязчивая тактильность, шутки стали пикантнее, а сами разговоры более доверительными. И такая идиллия между ними продолжалась ровно до пятницы. Той самой пятницы, когда в замке снова появился Бальво де Ассура барон фон Амель. Обсудив с князем все намеченные вопросы, он намеренно разыскал рабыню по имени Клэр Браун.

– Добрый вечер, Клэр.

– Добрый, милорд де Ассура. Не знала, что в замке гости.

– Я не совсем гость. В гости обычно зовут друзей или выгодных партнеров. А я скорее давний враг.

– Вы с князем враги? – удивилась девушка. – Зачем же он тогда вас позвал?

– Чтобы превратить из врага в союзника. Если говорить начистоту, наши кланы враждуют не одну тысячу лет, и уже никто не помнит причину.

– В таком случае, не лучше ли забыть прошлые обиды и начать все заново? Вот у вас нет конкретных претензий к князю, а у него к вам. Тогда зачем ссориться?

– А как-же семейные традиции? – улыбнулся Бальво. – Вот так взять и забыть? Не интересно, – и озорно подмигнул рабыне.

– "Ну и философия у этих вампиров", – усмехнулась про себя Клэр, а вслух спросила: – Вы старательно избегали встреч со мной, но сами же нашли меня. Зачем? Вас тоже манит моя кровь?

– Какая догадливая… – облизнулся Бальво и прищурился. – Но даже не надейся соблазнить меня, я эксперт в самоконтроле.

– Вы эксперт в хвастовстве, – засмеялась Клэр, поняв, что барон шутит.

– Я хотел убедиться, что ты не пострадала и не пополнила ряды вампиров. Тебе ведь это не нужно.

– Нет, не нужно, – согласилась Клэр. – Со мной все в порядке. Спасибо вам за заботу барон фон Амель.

– Давай на ты, – протянул руку Бальво.

– Вы барон, а я рабыня, – смутилась девушка.

– Однако ты не выбирала выражений, когда напала на меня с обвинениями неделю назад.

– Ну хорошо, давай на ты, – все еще робея, согласилась девушка, пожав протянутую руку. – Как поживает Дженис?

Бальво окинул взглядом Клэр и хмыкнул:

– Лучше чем ты.

– Береги ее, она все, что у меня есть.

– Обещаю.

– Мне нужно работать.

– Тогда я тебя больше не отвлекаю. Прощай, может, мы еще и увидимся когда-нибудь.

Бальво легко коснулся губами руки девушки, точно она не простая рабыня, а благородная леди, и покинул замок.

– Может, ты была права Джен и вампиры не такие плохие, как я думала, – тихо сказала Клэр сама себе, оставшись одна. – Я скучаю по тебе.

Вздохнув, она с грустью смотрела на то место, где еще несколько секунд назад стоял барон, изменивший их с Дженис жизни навсегда.

– Вздыхаешь по барону? – неожиданно раздавшийся голос Хаолла над самым ухом рабыни заставил ее вздрогнуть и обернуться.

– Ты напугал меня!

– Ты не ответила на мой вопрос, – проявил настойчивость камердинер.

Клэр, вытянув шею, выглянула из-за плеча одного вампира, убедиться, что второй тоже тут. Ну, конечно, где один, там и другой.

– Мне разве запрещено разговаривать с гостями? – тон камердинера не понравился девушке.

– На что ты надеешься, Клэр? Не будь такой наивной. Он барон, а ты рабыня. Или ты думаешь, он тебя выкупит у князя и подарит свободу? – больно бил по самолюбию вампир.

– Конечно, нет, как ты правильно заметил, я всего лишь рабыня. С чего бы мне надеяться на что-то хорошее, – девушка проглотила обиду и развернулась, чтобы уйти. Вергилий резво перегородил ей дорогу и ласково обратился:

– Не обижайся, Клэр. Я прошу прощения за недостойное поведение Хаолла.

– Зачем извиняться перед рабыней? – не шла на примирение девушка. Слезы поступали и сдерживать их становилось все труднее.

– Не плачь, – управляющий осторожно положил руки на плечи рабыни, бросив укоризненный взгляд на приятеля, – он на самом деле так не думает. Да, Хаолл?

Камердинер промолчал и, демонстративно отвернувшись, облокотился на стену.

Клэр посмотрела по очереди на мужчин. Один злится, другой расстроен…

– Вас задел мой разговор с бароном, потому что вы ревнуете! – неожиданно воскликнула девушка.

– Не выдумывай! – поспешно отреагировал Хаолл.

– Да, точно! – Клэр улыбнулась и победно сложила руки на груди.

– Да пойми ты, – взъерепенился камердинер, – вампиры не заключают брачные союзы с людьми. Ваше время для нас скоротечно.

– Значит надо стать вампиром! – заключила девушка. – Кто из вас меня обернет?

– Не обернет, а обратит. И никто. Ты сама не понимаешь, о чем просишь, – голос управляющего был тих, но тверд.

– Так объясните!

– Это в двух словах не расскажешь, – буркнул Хаолл.

– М-м-м… – промычала рабыня, – кажется, у меня только что образовался очень большой обеденный перерыв.

– Она всегда была такая наглая? – недовольно хмыкнул камердинер.

– С первого дня! – весело отозвался управляющий.

– Пфф… За мной! – фыркнув, скомандовала девушка, круто разворачиваясь на пятках.

– Куда? – одновременно осведомились озадаченные вампиры.

– В библиотеку, – бросила через плечо рабыня, решительно вышагивая по коридору в нужную сторону.

Мужчины недоверчиво переглянулись и потопали за ней, но скорее из любопытства, чем по иной причине. В библиотеке Клэр удобно устроилась в мягком кресле, всем видом показывая, что готова слушать.

– Забудь про барона Амеля, птичка. Не спрашивай почему. Просто поверь, – Хаолл беспокойно расхаживал перед рабыней взад-вперед, стараясь не смотреть ей в глаза. – Ты думаешь быть вампиром – это предел мечтаний? Ошибаешься. Неутолимая жажда, постоянный самоконтроль! Мало? Утомительно долгая, бесконечная жизнь, которую уже самому хочется прервать. Знаешь, что происходит с самыми древними представителями нашей расы? Они выбирают себе наследника рода и уходят на покой. Но не умирают. Нет. Впадают в вечный сон и лежат в своих семейных склепах.

– То есть вампира невозможно убить? – любопытство читалось в глазах рабыни, она впитывала информацию, как губка.

– Ну почему, возможно, – тихо отозвался Вергилий из угла. – Но далеко не все в нашем мире хотят стать кровососущими.

– А ты? Как ТЫ стал вампиром, Вергилий?

Управляющий замолчал и отвернулся.

– Давай лучше я расскажу тебе свою историю. Она не такая… печальная, – перевел на себя внимание камердинер. – Когда мне было двадцать шесть, я попал под груженую телегу. Это был последний день, когда я стоял на своих ногах. Позвоночник пострадал больше всего. Пролежал я года два или чуть дольше. А потом начались осложнения. Врач сказал, что мне от силы остался год, ну может полтора. Своей семьей я, увы, обзавестись не успел, и мы с родителями приняли непростое решение. Стать вампиром – единственный способ продлить жизнь и вместе с тем обрести здоровье. Осталось только найти того, кто станет моим мастером. Выбор пал на князя Абаддона. Мой близкий друг Коин поехал к нему просить за меня. А потом вернулся и отговорил обращаться к нему. Но предложил взамен другую кандидатуру.

– Князя Баттори? – догадалась Клэр.

– Да, – подтвердил Хаолл, – только он отказался. Если бы не Вергилий милорд ни за что бы меня не обратил. Я получается в долгу перед ним.

– Брось, Хэндрикс, ну какие долги, – смутился управляющий.

Хаолл тепло улыбнулся.

– Ты еще помнишь, как меня тогда звали.

– Если я правильно понимаю, ты, Хаолл, став вампиром, ушел служить милорду де Лоа? – рассказ камердинера увлек девушку настолько, что хотелось узнать о вампирах больше.

– Вообще тот, кто превращает человека в вампира, становить его Мастером. Удел новообращенного – служить своему Мастеру и подчиняться, пока тот не умрет или не уйдет на покой. Но князь не стремился расширять свой клан и потому предоставил мне выбор: пойти с ним или остаться одиночкой. Новообращенному тяжело в первые столетия и многому нужно учиться. Я пошел с Мастером. А вот моим обучением занимался Вергилий.

– Мне самому тогда было всего пять сотен, – с улыбкой вспомнил те далекие времена управляющий. – Я думаю, на сегодня хватит откровений.

– Подождите! – торопливо выпалила рабыня.

– Ну что еще, птичка? – изобразив страдальческое лицо, недовольно простонал камердинер.

Клэр решительно разместила руки на подлокотниках, ладонями вверх, обнажая запястья.

– Я предлагаю перемирие.

– Так не честно, ты манипулируешь своими…. прелестями, – выдохнул под конец фразы Хаолл.

– Нет, Клэр, не нужно этого делать, – поддержал Вергилий, – не искушай нас.

Девушка подалась чуть вперед:

– Я обещаю, никто, кроме вас, не познает вкус моей крови.

Хаолл, подойдя ближе, присел перед рабыней на корточки. Глаза его уже стали затягиваться поволокой, а в голосе появились нотки отчаяния.

– Что ты с нами делаешь, девочка…

Клэр ласково провела рукой по щеке одного вампира и потянулась свободной рукой к другому. Вергилий, более не сопротивляясь, приблизился, опускаясь на колено перед ней.

– Я вам доверяю, – уверенно произнесла девушка, глядя поочередно на мужчин у ее ног, и снова приглашающе расположила руки на подлокотниках кресла.

Вампиры, сдавшись, с наслаждением припали к запястьям рабыни, а Клэр сквозь стиснутые зубы, со стоном и шипение потянула в себя воздух. Вергилий, как всегда, был нежен и деликатен. Хаолл порывист и резок.

– Bon appetit, мальчики, – прошептала девушка, закрывая глаза, откинувшись в кресле. А пока кровь толчками тянулась по венам, в ее голове рождались не совсем добрые мысли. "Рабыня? Ну, уж нет. Я буду Госпожой. А для этого мне нужен князь! И, конечно, союзники."

Насытившись довольные вампиры, словно верные псы сидели у ног рабыни.

– Мне показалась, или она назвала нас мальчиками? – не открывая глаз, иронично промурлыкал Хаолл, положив голову на колени девушке.

– Я тоже отчетливо слышал, – лениво подтвердил Вергилий, удерживая маленькую ладошку в свой большой руке и слизывая скатывающиеся редкие капельки.

А Клэр молча улыбалась, теребя мягкие локоны на голове камердинера, лежащей на ее коленях.