Текст книги "Жена господина Ищейки (СИ)"

Автор книги: Алла Эрра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц)

22.

Но сразу к Марко я не пошла. Вначале немного освежилась после танцев, а потом переоделась в одно из доставленных слугами Вероники платьев. Решила надеть оранжевое. Такой позитивный цвет лучше всего подходит для поднятия настроения всяким смурным Ищейкам.

Такой вот свеженькой и «апельсиновой», и вошла в кабинет Марко, который что-то внимательно читает, сидя за столом. Или притворяется, что читает? Почему-то мне кажется, что именно так. Иначе бы не делал вид, будто сильно увлечён и поэтому не замечает меня.

– Вечер добрый, – не обращая внимание на «занятость» мужа, произнесла я, усаживаясь напротив.

– Добрый, – буркнул он, не отрываясь от книги.

– Люция мне наябедничала, что ты отказываешься есть. Это хорошо. Это мне очень выгодно.

– И в чём твоя выгода? – наконец-то обратил он на меня внимание.

– Заморишь себя голодом, и я стану вдовой, которой достанется не половина, а весь дом. Ты продолжай в том же духе, не останавливайся, – с лучезарной улыбкой пояснила я.

– Как понимаю, Анна, это был сарказм?

– Нет, это был ироничный упрёк. Три дня в засаде просидеть и после этого игнорировать нормальное питание, по-моему, глупость полнейшая.

– Я не голоден.

– Ага. А также весел, игрив и ничуточки не раздражён. Ничего не упустила?

– А с чего мне веселиться? – наконец не выдержал он. – Мы же договаривались, что ты ведёшь себя прилично, пока мы не получим развод! И что я вижу по приезде домой? Жёнушка опять ударилась в очередной загул, наплевав на все обещания!

Несмотря на эту вспышку гнева, я продолжила улыбаться. Но теперь выражение моего лица иного рода: с лёгкой укоризной во взгляде. Словно смотрю на дитя неразумное и даже злиться на него не могу.

– Марко, ты действительно сильно устал, раз у тебя мысли в голове перепутались. Во-первых, я ничего не обещала. Это ты в ультимативной форме объявил, что если я буду плохой девочкой, то лишишь меня половины дома при разводе. Во-вторых, даже тобой ни слова не было сказано, что я обязана сидеть взаперти. И в-третьих… Посмотри на меня внимательно. Я пьяна? Нет. Может, уже по всему Борено ходят слухи, что жена господина Ищейки подожгла магистрат, соблазнила бургомистра и между этими двумя событиями подралась с портовыми проститутками?

– Я слухами не интересуюсь.

– И очень зря. Для Ищейки они бывают иногда полезны. Но я бы очень хотела услышать от тебя извинения, так как ты мысленно уже обвинил меня в том, чего я не делала.

– Анна… А ты хоть раз передо мной за эти три года извинилась? Хочешь начать сейчас, когда всё кончено? – с горькой усмешкой произнёс муж.

– Законные претензии. Но между нашими поступками есть большая разница. Я столько наворотила, что даже если бы сейчас ползала у твоих ног, вымаливая прощения, то это ничего не дало. Ты бы не принял извинений. Ни умом, ни сердцем. А я твои приму, так как понимаю, почему такое недоверие ко мне. Могу лишь добавить, что сегодня была в «Жемчужине» вместе с уважаемыми в городе женщинами. Да, мы веселились, но даже близко не подходили к границам неприличия. Тебе нечего волноваться.

– Точно?

– Посмотри! – встала я и закружилась в своём новом платье. – Это подарок от Вероники Труччо. Я ей оказала небольшую услугу, в результате которой она смогла провернуть одно выгодное дело. Именно этот успех мы и отмечали.

– Тебе очень идёт, – невольно улыбнулся Марко и добавил уже потеплевшим голосом: – Ладно. Извини. Просто я давно уже привык, что ты возвращаешься с приключениями. И… Какого рода услугу ты оказала Труччо?

– Просто небольшая подсказка по одному модному вопросу. Лучше ты расскажи, как прошло в доме Аделины? Я же сгораю от любопытства! Извини, но этот порок в себе изжить не смогу, даже если всеми святыми поклянусь.

– Хорошо. Значит…

– Подожди! Давай обсудим это за ужином? Ну ты же ведь голодный? Признайся.

– Ну… Уговорила.

– Тогда я попрошу Люцию принести еду сюда.

– А почему не в столовую? – удивился Марко.

– А ты уверен, что словоохотливой служанке нужно знать про то, что Аделина теперь работает на тебя? – вопросом на вопрос ответила я.

– Понимаю, о чём ты. Анна… В последние несколько дней ты меня удивляешь.

– А уж я как удивляюсь. Каждый день с утра и до вечера, – ничуть не солгала я.

Люция, заговорщицки глядя на меня, накрыла в кабинете и быстро вышла. Я уверена, что опять в своей голове фантазирует о нашем с Марко жарком примирении, после которого и пойдут детишки. В принципе, мечты служанки мне нравятся, но пока до них далеко.

– Итак? – вопросительно посмотрела я на мужа, когда он немного утолил голод.

– Прошло всё отлично, Анна. Эти сволочи явились ночью. Тихо постучались в дом. Аделина сказала, что всё спокойно и велела срочно забирать товар. Кабан со своими пошёл к сеновалу… Шикарное место, скажу я тебе!

Представляешь, стог внутри был полый и с люком в земле, который вёл даже не в погреб, а в самое настоящее жилище. Всё обито деревом, есть вентиляция... Странно, что бандиты там не спрятались. Наверное, просто побоялись оказаться в ловушке, так как мы за ними по пятам следовали.

Повязали красавчиков быстро. Они во тьме даже не поняли, что уже в руках моих людей. Потом переправили душегубов в городскую тюрьму и там уже выбили признания не только по этому преступлению. Вот и весь рассказ.

– Прекрасно. А что эта самая Аделина?

– Как ты и сказала. Почувствовав, что может сохранить шкуру и свободу, за эти дни ожидания в засаде столько всего наговорила про тёмных личностей Борено, что стражникам работы надолго хватит. Но мне всё равно противно иметь дело с такими, как Аделина.

– Ну, так и работа у тебя противная, господин Ищейка. Был бы садовником, розы выращивал. А тут со всяким отребьем возиться приходится. Кстати, твои подручные не растрезвонят на весь Борено о том, что Аделина на тебя работает?

– Нет, – успокоил меня муж. – Я лично отбирал каждого несколько месяцев. Отряд небольшой, но из проверенных временем и делом людей. И пусть это прозвучит странно даже для меня самого, но хочу поблагодарить тебя, Анна, за помощь. Она оказалась неоценима в этом деле.

Да что там говорить… Ты практически всё и сделала. Мы же были руками у твоей головы. Так что я тебе вроде как должен за помощь. За поимку такой серьёзной банды будет дополнительное вознаграждение от магистрата. Думаю, золотых триста. Свою треть от суммы я отдаю тебе… вернее, отдам, как только оформим развод. Извини, но я не уверен, что, заполучив такие деньги, ты не сорвёшься и не наделаешь глупостей.

– Оставь это золото себе, – сразу сориентировалась я, решив, что сейчас очень хороший момент для отдачи долга другим способом. – Лучше окажи услугу и дай мне что-нибудь почитать из твоих книг. Желательно не любовные романы, а что-то из истории и географии. Я тут недавно поняла, что мир огромен, а я про него мало что знаю. И сразу так интересно стало!

– Книги и тебе?– округлил глаза Марко, явно находясь в шоке от такой просьбы. – Но… Но для чтения нужно хотя бы уметь читать! Ты же за всё время нашего знакомства и нескольких букв не выучила.

Так и знала. Эта ленивая дура безграмотной была. Вот ещё одна проблема на мою бедную голову. Нужно выкручиваться из создавшегося положения.

– Вот именно. Поэтому и хочу, чтобы ты дал мне ВОЗМОЖНОСТЬ читать свои книги, а не картинки рассматривать в них. Думаю, что моё обучение грамоте стоит ста золотых монет. И не кривись так, Марко! Обещаю быть прилежной ученицей.

– Меня настораживает резкая перемена в тебе, – недоверчиво произнёс Ищейка.

– Всё банальнее, чем ты себе надумал, – правильно поняла я его опасения. – Строить глазки и пытаться разжалобить не собираюсь. Просто после развода мне любые знания пригодятся, так как никто не прикроет своей широкой спиной. Но если тебе до такой степени противно возиться со мной, то тогда не отдавай обещанные сто золотых, а оплати мне хорошего учителя. Желательно нестарого и приятного внешне. От учёбы ведь нужно получать не только знания, но и удовольствие? Так?

Хитрость с маленькой провокацией удалась. Услышав такое, Марко, замерев, сжал кулаки и губы. Потом справился со своим гневом. Почти уверена, что и с ревностью тоже.

– Ладно. Хочешь быть грамотной? Завтра же и начнём. Но учти! Если будешь пытаться снова охмурить меня, то я… Я не знаю, что с тобой сделаю!

– Не знаешь, так и не угрожай, – равнодушно пожала я плечами. – Только и ты, очень прошу, сосредоточься на буквах, а не на моём декольте.

– Я не…

– Да перестань, Марко! За всё время разговора ты всего лишь пару раз посмотрел мне в глаза, зато от груди даже в этом целомудренном платье глаз не отводил.

– Мне просто неприятно смотреть тебе в глаза, – признался он. – Слишком сильно я им верил раньше. Теперь же вижу лишь одну подлость и насмешку надо мной.

– А моя грудь и попа тебя не смущают? На них, значит, можно пялиться? Если собрался разводиться, то делай это полностью, а не частями… Частями моего тела.

– Мне просто понравилось платье! – аж побагровел муженёк, услышав такие претензии.

– Уговорил. Больше при тебе его надевать не стану. Так что там насчёт учёбы? Когда начнём?

– Завтра, Анна. Всё завтра. А теперь оставь меня. Одного! Очень прошу.

– Да я и не навязываюсь, – как ни в чём не бывало произнесла я и… вышла из комнаты походкой от бедра.

Уже почти закрыв за собой дверь, услышала лёгкий стон и как что-то со звоном ударилось о стену. Скорее всего, это нож или вилка. Долго же продержался Марко! Другой бы намного раньше сорвался и от моих слов, и от груди. Да, я специально так села, чтобы её плотно обтянул тонкий материал домашнего платья. Маленькая провокация удалась! Я теперь уверена, что полного равнодушия ко мне муж не испытывает. И пусть пока что ещё больше ненавидит, чем любит, но это пока. В конце концов, лёгкой жизни я ему не обещала. Это мы ещё к учёбе не приступили!

23.

Давно я не видела такого разочарованного лица. И это было лицо Люции, с нетерпением дожидающейся, когда я выйду из кабинета Ищейки.

– Не томите, – молитвенно сложив руки, произнесла она. – Помирились с господином Марко хоть немножко?

– А я с ним и не ссорилась. У нас был чисто деловой разговор.

– Плохо, – вздохнула она и именно в этот момент выдала вселенскую грусть на лице.

– Но зато договорились, что он меня обучит грамоте.

– А вот это хорошо! – моментально расцвела служанка.

– Только сейчас его лучше не трогать. Пусть немного перебесится.

– Опять плохо…

– Зато Марко понравилось моё новое платье.

– Но это должно быть хорошо? – уже не зная, как реагировать на мою дозированную информацию, осторожно спросила Люция. – Или… плохо? Только платье понравилось, а остальное в вас нет?

– Тётушка! – рассмеялась я, обняв переживающую служанку. – Ну что ты заладила «плохо-хорошо»? Время покажет. Главное, что не поубивали друг друга и посуду не перебили… наверное.

– Как это «наверное»? Она либо цела, либо нет. А полубитой не бывает.

– Ага. Очень хорошее определение для нашего брака, – вздохнула я. – Вроде ещё замужем, а уже чужая для Марко. Пойми, Люция, что одним разговором или страстной ночью наши отношения не спасти. Нужно понять друг друга, заново научиться доверять. Быть может, не получится. Тогда вместе нам не быть.

Я не хочу давить на мужа, пытаясь навязать себя помимо его воли. Рассказывать, что вдруг сразу стала хорошей, как только он подал прошение о разводе. Да и не поверит он такому резкому преображению. Я бы тоже не поверила на месте Марко.

– А я вот верю! – неожиданно заявила Люция. – Нужно всегда верить только в хорошее, как бы тяжело ни было. Иначе сложно жить, всё время ожидая неприятностей. Они сами, без спроса являются. А вот хорошее привлечь к себе сложнее. Для этого ещё и постараться как следует надо.

Когда вся моя семья погибла, вы не представляете, как же мне удавиться хотелось. Но помог Дино. Глядя на него, я думала лишь о том, чтобы дать ума и надёжную опору пареньку. Подарить племяннику ту любовь, что осталась нерастраченной в моём сердце. И он мне отвечал тем же, приняв в свою душу, как родную мать. Если бы мы оба думали, что ничего хорошего в нашей жизни больше не случится, то сдались бы давно и загнулись либо в петле, либо нищими в подворотне. Так что нужно стараться верить в лучшее! В Бога, в себя, в близких людей!

Вот я вижу, что вы тоже стараетесь. Так измываетесь над своим телом каждые утро и вечер, что аж страшно смотреть на такие муки! Не пьёте, женщинам приличным помогли и подружились с ними. Грамотой теперь заинтересовались и хотите быть красивой. Значит, тоже верите, что всё будет хорошо. Иначе зачем всё это?

– Тётушка Люция, – тепло улыбнулась я. – Ты очень мудрая и сильная женщина. И абсолютно права: своё счастье нужно заслужить, а не ждать его, лениво почёсываясь. И это очень серьёзный душевный труд. Ну, а Марко… Хочешь, открою маленькую тайну? Только муж о ней не должен знать.

– Да я даже о ваших делах с Ванессой Грема и другими важными дамами ему не рассказала, – немного обиженно произнесла служанка. – Не дело слуг без разрешения в дела хозяйские лезть, хотя иногда и очень хочется.

– Извини. Я тебя поняла. Так вот, Марко мне очень нравится и приложу все свои силы, чтобы убедить его, что не такая и пропащая я жена. Хочу, чтобы он снова стал доверять мне и как женщине, и как верной подруге. Быть может, не сумею, и мы расстанемся. Но это будет его решение. Обидное, конечно. Только насильно мил не станешь. Лучше тогда разойтись, чем мучить друг друга якобы приличным на людях браком.

– Ох, госпожа Анна… – тяжко вздохнула женщина. – Чего ж вы раньше-то так удачно головой не заболели? Теперь вот исправлять прошлое приходится. Но если что, то всегда можете рассчитывать на помощь старой Люции. В доме, где царят мир да любовь, и слугам легче живётся.

– Я не заболела, а наоборот, выздоровела. И спасибо тебе, тётушка, за доверие. Всегда приятно знать, что не одна.

Утром за завтраком служанка мне поведала, что Марко ещё спозаранку умотал по своим делам и вернётся лишь к обеду. Жаль. Хотела побыстрее узнать, что у меня в плане умения читать, да и просто продолжить налаживать новые контакты с мужем. Но раз не судьба, то придётся немного потерпеть. Съезжу-ка я лучше к Веронике. Она обещала, что моё шикарное платье сегодня будет готово.

Труччо встретила меня улыбкой и быстро потащила на примерку. Как же долго я крутилась около зеркала! У Вероники и её швей просто золотые руки! А украшения Ванессы? Во всём этом великолепии нужно блистать на балах и королевских приёмах , а не ходить по улицам. Услышав мои восхищённые восклицания, довольная Вероника загадочно произнесла.

– Анна… Я тоже считаю, что это платье получилось не на каждый день. Или, быть может, просто на тебе так сидит, будто ты не простолюдинка, а знатная донна. Мне тут не спалось после того, как ты нашла наши украшения и поймала ворюг. У меня от волнения иногда фантазия бурлить начинает. Вот и той ночью так случилось. Набросала под впечатлением один эскизик… Очень смелый, необычный. Хочу его тебе показать.

Заинтригованная таким началом, я сразу согласилась оценить творческий порыв Вероники. Мы прошли в кабинет, заваленный изображениями платьев и лоскутами тканей.

– Вот! – показала она на рисунок, прикреплённый к мольберту. – Женщина Ищейка! Твой образ навеял.

Я внимательно рассмотрела изображение. Пышное коричневое платье, а поверх него жакет, чем-то напоминающий мундир Марко, только не чёрного, а жёлтого цвета. Что-то в этом есть. Во всяком случае, мне такое бы точно пошло.

– Ну как? – нетерпеливо спросила подруга, прервав сеанс раздумий.

– Вероника, это действительно очень необычно. Но… Есть несколько замечаний. Платье с мундиром сочетаются плохо. А если взять отдельно тёмно-синюю юбку с выделяющимся, но не очень широким ремешком? Убрать с неё все эти рюши и вышивку, тем самым придав некую строгость, и сделать чуть покороче, но в рамках приличия? И того же цвета сшить блузу?

– Нет, Анна. Ты будешь выглядеть словно старая вдова, а не молодая женщина, – моментально возразила мне опытная швея.

– Но можно же добавить белое жабо?

– Хочешь совместить строгость и праздничность?

– Примерно так.

– Ну… Быть может, – обтекаемо ответила Вероника. – Только тогда жёлтый жакет будет не к месту. Нужно менять цвет на малиновый. И всю вышивку тоже убирать. Оставить лишь золотую оторочку. И в сочетании с жабо массивный воротник стойкой сделает тебя немного сутулой, а такую изящную длинную шею скрывать – преступление. Значит, переносим его на блузу, а жакет делаем с лацканами… Подожди-ка!

Озарённая новой идеей, Труччо сорвала с мольберта старый рисунок и прикрепила чистый лист бумаги. Вооружившись грифелем, за несколько минут нарисовала новый наряд и застыла около него статуей, задумчиво кусая губы.

– Чего-то не хватает… Точно! Золотых пуговиц!

– Если хоть одна из них потеряется, то я очень расстроюсь, – честно призналась я.

– Не волнуйся. Они с виду будут только такими. Ещё не хватает маленьких погончиков на плечах и золотой вышивки ближе к обшлагам, которые стоит сделать под цвет блузы и юбки. Иначе пусто смотрится.

Несколькими молниеносными движениями Вероника нарисовала недостающие детали одежды. Потом критическим взглядом посмотрела на меня и удлинила жабо, одновременно сделав более открытую грудь на жакете.

– Вот теперь что-то вырисовывается, – задумчиво прошептала она.

– Ага… – в таком же тоне ответила я.

– Анна, не спугни настроение. Забирай платье и пока про меня забудь. Я сама о себе напомню, когда доведу до ума этот наряд.

– И сколько он будет стоить?

– Я ещё не уверена, что захочу его продать. Посмотрим. Всего хорошего.

В сопровождении девушки-служанки я покинула выпавшую из реальности Веронику. В экипаже направилась домой, бережно держа на коленях свою шикарную обновку, заботливо упакованную в холщовый чехол. А под мышкой шкатулку с украшениями от Ванессы Грема.

Не успела всё это великолепие разместить в своей комнате, как в неё ворвался взбешённый Марко.

– Анна! Прошу немедленно пройти в мой кабинет, – явно сдерживаясь, чтобы не начать орать, сквозь зубы процедил он.

Ни здрасьте тебе, ни вежливого стука в дверь. Какая муха его укусила? Неужели ещё какие-то делишки прошлой Анны вскрылись?

Вздохнув, отправилась следом за разозлённым чем-то мужем.

– А я ведь почти поверил тебе! – прорычал Марко, как только я плотно закрыла за собой дверь. – Дурак! Как есть дурак! Я всего-то отсутствовал в городе несколько дней, и что узнаю?!

– Что?– высоко подняв брови, поинтересовалась я как можно более спокойным голосом.

– За это время ты умудрилась влезть в какие-то тёмные дела с воровством! И задурила головы уважаемым женщинам!

– Никому я ничего не дурила.

– Не лги! Весь Борено судачит, что у жены Ищейки есть какой-то Дар! Словно у Истинной аристократки! И, мол, тем даром ты чувствуешь драгоценности, напуская колдовской туман, который одурманивает воров и заставляет их нести тебе украденное! А кто не несёт, на тех науськиваешь четырёх злобных демониц! Я не знаю, как ты умудрилась всё устроить, но это грязная игра! Лучше бы пила по притонам, чем так обманывать приличных людей, прикрываясь моим именем!

Опаньки… Слухи поползли по городу, искажая недавние события до неузнаваемости. Хотя, чему я удивляюсь, имея в подругах женщину, у которой язык без костей? Ну, Ванесса! Ну «удружила»!

24.

Сейчас передо мной стоит серьёзная дилемма: обороняться или наступать. В первом случае всё будет выглядеть так, словно я виновата и оправдываюсь, а во втором может привести к разрастанию скандала. Ни то ни другое мне не надо. Значит… Устраиваем цирк. И клоуном в нём буду не я.

– Марко, – с улыбочкой заявила расстроенному мужчине и села на стул, закинув ногу на ногу. – И чего ты так разозлился? Помнится, раньше не сильно нервничал по поводу того, что меня чуть ли не к ведьмам приписывали.

– Такого не было! И не надо улыбаться, когда мы говорим о серьёзных вещах!

– Ну как же? Или ты не слышал тех слухов, в которых я тебя опоила зельем приворотным? А ведь это серьёзное обвинение в колдовстве!

– Это не обвинение, а сплетни! Чушь полная, выдуманная неграмотными крестьянами! Не бывает волшебных зелий, амулетов приворота и опаивания жениха для покладистости собственной кровью. Вернее, бывают, только никакой пользы не приносят… Ну если только деньги шарлатанам, продающих подобные “любовные рецепты”.

– Так ты у меня ещё и кровь пил? Думала, что только зелья одни в ходу были, – удивилась я, услышав явное перечисление всех сплетен о семейной жизни Ищейки.

– Не знаю. Но не удивлюсь, если действительно подмешивала её в еду. Хотя… После такого должен был бы мучиться похмельем: ты же пропиталась вся дешёвым пойлом. Но не уводи разговор в сторону!

– А я и не увожу. То есть, слухам о зельях ты не веришь, а в то, что я “туманами-обманами” пользуюсь, поверил сразу. Браво, господин Ищейка! Я, кстати, тоже верила россказням о том, что ты умный человек. Сейчас поняла, что наговаривают на моего мужа злыдни всякие.

– Не ёрничай, Анна! Я не для этого тебя вызвал!

– Вызвал? – удивлённо подняла я брови вверх. – Дорогой Марко, а ты не перепутал меня со своими воинами, чтобы приказы раздавать? Если я пришла после твоей эмоциональной просьбы, то это не значит, что комнатной собачкой при тебе состою. Сбавь тон, пожалуйста. Впрочем, не обязательно, так как считаю, что разговор наш окончен. Общаться с дураком – самой дурой становиться.

– Я ещё и дурак? – уже не так резко, но всё равно раздражённо спросил мужчина.

– Конечно. Умный человек вначале разобрался бы в сути проблемы, опросил обвиняемую во всех грехах, как она сама видит происходящее. И лишь потом принял решение: вопить ослом на весь квартал или вместе посмеяться над недоразумением. Ты же сразу начал с осла. Всего хорошего, муж. Приятного тебе дня.

После этого встала и молча вышла из комнаты, так и не убрав улыбку со своего лица. Прикрыв дверь, услышала, как что-то опять ударилось о стену. Смотрю, у Марко это входит в традицию после посещения мной его кабинета. Дартс ему подарить, что ли, чтобы не портил вещи и дом?

Придя к себе, переоделась с помощью притихшей Люции в домашнее платье. Сегодня решила надеть бирюзовое. Не белое, конечно, но некоторую невинность моему образу придаёт.

– За что он на вас так кричал? – наконец-то не выдержала любопытная служанка. – Слов не разобрать было, но аж у конюшни слышала.

– Да сплетен новых обо мне насобирал в городе, вот и расстроился.

– Каких сплетен, госпожа Анна? – удивилась она. – Вы же себя прилично вели.

– Любую “приличность” можно по-разному преподнести. Я, оказывается, обманываю людей, обещая вернуть за деньги их украденные вещи с помощью колдовства или Дара.

– Не понимаю. Вы ж действительно вернули! Без обмана! И все знают, что законов божьих с людскими не нарушали.

– Все, кроме мужа.

– Я ему сейчас пойду и сама расскажу, как на самом деле…

– Не надо, – перебила я. – Пусть сам учится на своих ошибках, а не на блюдечке всё преподносят. Заодно и посмотрю, насколько Марко может справиться с собой без посторонней помощи. Муж-самодур мне не нужен. Быть может, действительно лучше развестись, чем жить с таким.

– Не наговаривайте на господина, – насупилась Люция. – Сами его довели за эти годы, а теперь нос воротите.

– Раз довёлся, значит, было чему доводиться. Вот ты со своим мужем ссорилась?

– А как же! Много посуды в сердцах перебили, но и мирились хорошо.

– Вот и нам не мешай.

– Поняла! – улыбнулась служанка, рассудив по-своему. – Страсть в нём разжигаете!

– Нет. Пока ещё лишь сырые дрова просушиваю. До огня ещё далеко.

На обед Марко не спустился. Плохой знак. Значит, сидит у себя привычным сычом и всякую фигню про меня думает. Накручивает себя эмоционально. Уж не перегнула ли я палку в нашем разговоре?

Оказывается, не перегнула. Вежливый стук в дверь заставил меня отвлечься от этих мыслей.

– Войдите, – как можно дружелюбнее произнесла я, понимая, что за посетитель явился.

Не ошиблась.

– Анна, прошу пройти ко мне в кабинет, – не глядя в глаза, произнёс Марко.

– Зачем?

– Я был неправ. Вернее, моё поведение было не слишком достойным, поэтому хочу принести извинения за него и действительно узнать, откуда взялись все эти городские пересуды.

– А почему этого нельзя сделать в моей комнате?

– Мне привычнее в кабинете.

– Опять только о себе думаете? Нет уж! Раз я сейчас пострадавшая сторона, то и разговор будем вести у меня.

– Хорошо, – легко согласился он, прошёл в комнату и сел на стул. – Расскажите то, что поможет мне понять происходящее.

Мой рассказ был долог и подробен. Начала я со знакомства с Ванессой Грема и поиска её “украденной” броши. Потом переключилась на трубочистов, не забыв упомянуть и ленивого капитана стражи. Решив, что не помешают и иные подробности из моей недавней личной жизни, поведала о зарождающейся дружбе со Стеллой, Вероникой, Мелани и, конечно, Ванессой.

Рассказала всё без утайки, не упомянув лишь сегодняшнее платье от Вероники Труччо. Марко пока не стоит знать о нём. Этот “выстрел” в голову и, надеюсь, в сердце мужа приберегу для удобного случая.

– Теперь действительно всё становится на свои места, – через несколько минут после моего рассказа произнёс Ищейка. – Старая Грема – личность известная. Хорошая женщина, но ей бы не ювелирные мастерские содержать, а императорским глашатаем служить. Вмиг бы по всей стране указы растрезвонила, не выходя из дома. К тому же рассеяна бывает. Вначале Ванесса что-то напутала, а потом и остальные при пересказе своих “сказок” добавили. Так ты, Анна, и стала чуть ли не Истинной аристократкой с непонятным Даром тумана.

В порядочности Труччо, Грема, Макуто и Россо у меня нет никаких сомнений. Если подобные дамы приняли тебя в свою компанию, то действительно, Анна, оправдываться тебе не за что. Ну а в том, что можешь интересно думать, сам недавно убедился на примере банды Кабана.

– Вот именно, – благодушно кивнула я, не выказывая своего превосходства над только что поверженным противником. – Единственное не поняла: откуда четыре демоницы взялись.

– А это уже не Ванесса постаралась, – впервые за сегодняшний день улыбнулся Марко. – Капитан стражи Эдмонт! Пьяница, лентяй и откровенный дурак! Четыре демоницы… А сколько у тебя новых подруг, с которыми ты трубочистов к стражникам доставила?

– Четыре… Точно! – рассмеялась я. – Надо будет им рассказать, кто они теперь такие!

– Лучше не надо, – покачал головой муж. – Тогда мне придётся расспрашивать душу Эдмонта в поисках убийц его тела. Не хочется хороших женщин потом на каторгу отправлять из-за этого идиота.

– Странно… Почему, раз все знают, что капитан не на своём месте, его не снимут с этого поста? Мог бы бургомистр…

– Бургомистр здесь ни при чём, – перебил меня Марко. – Стража следит не только за порядком, но и является императорской армией, защищающей во время войны город. Поэтому подчиняется не бургомистру, а армейским генералам, сидящим в столице. Вояки считают службу стражников позорной, поэтому и ссылают в неё всякое дерь… шваль. Пьяниц, дуралеев, нечистых на руку и прочих, которым опасаются доверять свои спины во время боя.

В приграничной полосе, естественно, не так. А вот в спокойных городах, как Борено, сплошь и рядом никчёмные людишки в форме. К тому же жалованье у стражников небольшое, если нет боевых действий, и платится из имперской казны, а не из городской… Кто будет стараться за деньги, какие и прислуга без риска получает?

– Так мало?

– Да, Анна. Ещё бесплатная форма, проживание и провизия прилагаются. Так что стража за порядком если и наблюдает, то больше со стороны. Но сейчас не о ней…

На пару секунд замолчав, Марко встал, одёрнул свой китель и громко, хорошо поставленным голосом произнёс.

– Анна! Я действительно осёл! И мне стыдно за это! Прошу меня простить за сегодняшний мерзкий инцидент в моём кабинете и за…

– Уже давно простила, – перебила я с улыбкой. – В конце концов, есть и моя толика вины, что раньше не рассказала тебе всё, а выжидала удобного случая.

– Нет, – грустно произнёс Ищейка. – Твоей вины нет. Сам виноват… В последние дни срываюсь на всех. Никогда так себя по-хамски не вёл, а тут словно бесы вселились. Голова постоянно забита чёрными мыслями. Стыдно сказать, но даже радуюсь очередному происшествию в городе. Хочется забыться в расследовании, а не думать о другом…

– О чём? – участливо спросила я, давая возможность выговориться мужчине.

– Неважно, Анна… Неважно. Я справлюсь со временем и снова стану не ослом, а Ищейкой.