Текст книги "Дружба, Inc"

Автор книги: Алиса Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)

– Да и все произошло так случайно. Сдал перевод, приехал к тебе на вечеринку, выпил виски, спросил себя, как жить дальше. Выпил еще, задумался, не вернуться ли обратная прошлое. Поднялся наверх и позвонил Pepe. Просто так, узнать, как дела. А он сразу предложил заняться рекламой его чемпионата…

Муж вынимает из кармана конверт и протягивает его мне.

– Ты ведь не думаешь, что я помогал ему бесплатно, верно? Две тысячи евро за неделю суеты, не так уж и плохо. Все, как много лет назад… Сделай техосмотр, купи себе то, что хотела. И кстати, может быть, ты что-нибудь съешь?

Муж знает, что у меня хороший аппетит. Но сейчас, как это ни удивительно, мне ничего не хочется. И не потому, что я много съела в японском ресторане. Все-таки японская еда скорее для глаз, чем для желудка. Просто не хочется и все. Но я соглашаюсь на десерт. Точнее, на блинчик, а десерт уже после. Исключительно чтобы не обидеть моего заботливого супруга.

Приятно получить на расходы такую сумму. Но я почему-то не хочу ничего себе покупать. Не проведи я инвентаризацию своего гардероба, я бы сейчас была счастлива. Но я провела. И оказалось, что у меня столько вещей, которые я еще ни разу не надевала! А сколько обуви! Хотя много вещей не бывает. Как и денег.

Но я не отказываюсь. Я убираю конверт в сумочку и говорю себе, что отложу эти деньги на тот случай, если муж не сможет сдать вовремя следующий перевод. А если даже не удержусь и потрачу что-то на себя, то совсем немного. Максимум двадцатую часть, на пару новых колготок. Ну, в крайнем случае четверть. Но уж никак не больше половины. Наверное.

– Теперь ты снова сядешь за перевод, правда, милый?

Муж молчит. И почему-то мне очень не нравится его молчание. А потом пожимает плечами.

Он не уверен, что будет и дальше заниматься переводами. Пока он помогал Pepe-сан, он снова пообщался и с другими своими старыми приятелями, у которых свои ассоциации, федерации и клубы. И все они были рады его появлению. Он даже побывал в той спортивной газете, в которой проработал несколько лет. И ему предложили вернуться, если он захочет.

Пока он не принял решение, но он думает. Он уверен, что я все равно не дам ему спокойно переводить. Что я и дальше буду таскать его в гости и звать гостей к нам. Для того чтобы переводить книгу в месяц, ему нужно умиротворение. А в таких условиях на одну книгу нужно уже два месяца. А это значит, что мы должны будем начать жить очень экономно.

– Ну и зачем это надо? – Муж допивает свое пиво, но не торопится заказывать новую бутылку. – К тому же мы ведь привыкли жить хорошо. А тут денег будет достаточно…

Да, я помню, как мы жили, когда он работал. У нас действительно было достаточно денег. Не миллионы и не сотни тысяч, но их вполне хватало на хорошую жизнь. А как приятно было их тратить! Покупать вещи в бутиках, не дожидаясь распродаж. Да вообще хватать все, что нравится. Даже то, что, может быть, совсем и не нужно.

Например, еще один набор посуды, с которой мы ели один раз, а потом убирали подальше. Или еще одну искусственную белую елку. Или сразу две пары одинаковых туфель или ботинок. Или набор жутко дорогих кремов, которые, кажется, до сих пор сохнут где-то в закромах.

Да мало ли на что можно потратить деньги, когда они есть? А ненужное потом отправить на дачу. Или подарить маме. Или кому-нибудь еще.

Но почему-то мне не хочется возвращаться в те времена. Мне больше нравится вспоминать то время, когда муж ушел с работы. Когда мы жили уже не так богато, но зато не тратили деньги на всякую ерунду. Или почти не тратили.

Зато мы были полностью счастливы. Мы наслаждались жизнью. Мы много гуляли, муж готовил потрясающе вкусные блюда, мы дегустировали разные вина и тела друг друга. И каждый день был праздничным.

– Если бы мы жили так, как раньше, без друзей. – Муж словно читает мои мысли. – А сейчас у нас все равно нет своей жизни. Мы не вдвоем, мы не гуляем, не наслаждаемся едой и вином. Так почему бы мне не вернуться? Я буду мотаться по своим делам, летать в командировки. Pepa в следующем месяце собирается в Японию, зовет с собой. Давно там не был.

– А я?

– А у тебя будут твои друзья и ребенок. Все равно я не могу больше жить так, как мы живем сейчас. И разводиться с тобой я тоже не хочу, потому что я тебя люблю. А это отличный выход из ситуации. Плюс хорошие деньги…

Мне становится неуютно. Мне стыдно перед мужем за мои подозрения. За то, что плохо о нем думала. Но дело не только в этом. То, что он говорит, очень разумно. Он вернется на работу, и у нас больше не будет конфликтов из-за друзей. Я смогу сколько угодно болтать по телефону. Я буду встречаться с кем хочу и когда хочу. А Игорь будет ездить со мной, если сможет.

У нас сразу появятся новые друзья. Новые старые, если точнее. Его снова будут регулярно приглашать в рестораны. Мы будем ходить на фуршеты и банкеты. Я буду покупать себе новые наряды. Наша жизнь станет еще насыщеннее и разнообразнее. Но почему-то меня это не радует.

Это странно, но я отчетливо понимаю, что я хочу другого. Мне не нужно много денег. Не нужны новые вещи. И даже новая обувь. И новые темные очки. И новые друзья. Я хочу, чтобы мы снова были вдвоем.

Я знаю, в чем причина. Еще несколько часов назад мне казалось, что я навсегда потеряла того восхитительного мужчину, который сейчас сидит напротив меня. А сейчас я обрела его заново. И я не хочу отпускать его от себя. Я хочу, чтобы мы с ним гуляли и болтали обо всякой ерунде.

Я хочу, чтобы мы обедали по часу или даже по два, запивая его кулинарные изыски продукцией виноделов Бордо. Чтобы на выходные мы отдавали ребенка и проводили их друг с другом. Чтобы мы заходили погреться в маленькую кофейню и я бы выпивала чашечку горячего шоколада. И обдумывала бы план потрясающе сексуального вечера. Который я устрою мужу, когда мы вернемся.

Я хочу, чтобы мы снова стали самыми близкими людьми на земле. Потому что сейчас, едва его не потеряв, я отчетливо понимаю, что, кроме Игоря, мне никто не нужен. Совсем.

Муж задумчиво курит. Он не торопится брать себе новую бутылку пива. Он не заказывает свой любимый виски. Мы просто сидим и разговариваем, как в старые добрые времена. Которые я очень хочу вернуть.

– Милый, а если я пообещаю тебе, что все будет как раньше? Не буду заставлять тебя ездить со мной? Сведу общение с друзьями до минимума?

– Разве это возможно?

Он шутит. Но в то же время не шутит. Он мне не верит. И я знаю, что у него есть для этого все основания.

– Это возможно, – произношу я неожиданно твердо. – Я обещаю. Я постараюсь. Правда…

Муж молчит и смотрит на меня. Кажется, он пытается понять, верю ли я сама в то, что говорю. Я верю. На сто процентов. Даже на тысячу. Наверное.

– Может быть…

Я расцветаю. Боже, как же я люблю своего мужа! Как же я рада, что мы наконец уладили все конфликты и между нами ничего больше не стоит!

– Только давай встретимся в пятницу с Олегом и Таней, ладно? Они хотели нас куда-то позвать, я толком не поняла. И мне неудобно перед ними за прошлую субботу.

На лице Игоря появляется кривая усмешка.

– Вот видишь…

Господи, зачем я это ляпнула? Зачем про них вспомнила? Но мне правда перед ними неудобно, и я уже пообещала с ними встретиться.

– Милый, это в последний раз, правда. А потом я что-нибудь придумаю. Договорились?

– И отметим втроем день рождения нашего ребенка?

Я была бы рада выкрикнуть «да». Но это невозможно. Я уже всех позвала. И я очень хочу, чтобы мой ребенок наконец обзавелся друзьями.

– Может быть, мы начнем новую жизнь с понедельника?

– А может быть, с первого ноября? – Слова мужа звучат скептически. – Или с Нового года…

У меня на глазах появляются слезы. Я люблю своего мужа больше всех на свете. Но я не могу отменить встречу с Олегом и Таней. Не могу обзвонить тех, кого звала на день рождения ребенка, и дать им отбой. То есть я могу, конечно, но одновременно не могу. Ну почему он не хочет меня понять?

Муж внезапно начинает мне рассказывать какую-то смешную историю. О том, как Вакера чуть не избил известного композитора в самолете, летевшем в Японию. О том, как они потерялись в токийском метро. О том, как жили в общественной бане, потому что не было денег на отель, и ночевали вместе с пьяными японцами, которым не хотелось идти домой. О том, как в этой самой бане они чуть не подрались с каким-то якудза, которому не понравилось, что русские моются рядом с японцами.

Я слушаю, я улыбаюсь, я смеюсь. Но на самом деле мне не до смеха. Я понимаю, что муж специально сменил тему. Что он мне не верит.

И что самое страшное, я понимаю, что на самом деле не верю самой себе…

14

– Анют, попробуй бараньи яички, я тебя прошу! Так люблю смотреть, как ты. ешь…

Я вежливо отказываюсь. Мне не нравится предлагаемый якобы деликатес. И это место мне тоже не нравится. Как и моему мужу.

Мы сидим в каком-то узбекском ресторанчике. Я не заглядывала в меню, но не думаю, что это дорогое заведение. Да и по публике этого не скажешь. Олег с Таней тем не менее наперебой уверяют нас, что здесь лучшая узбекская кухня в Москве. Уж они-то знают.

Не будь нашей последней встречи, я бы позволила себя уговорить. Но что-то изменилось с того злосчастного субботнего дня.

– Ну тогда, может, манты? А потом шашлычку?

Я, поколебавшись, киваю. В конце концов, я все же пришла сюда, так что не стоит их обижать. Муж традиционно заявляет, что ему надо худеть. И пиво он тоже не будет.

– На прошлой неделе пришлось пить три дня подряд. Теперь дал обет воздержания от алкоголя…

Игорь умеет отказываться. Олег не настаивает, он знает, что это бесполезно.

Странно, но, похоже, они совсем не обиделись на нас за последнюю встречу. Олег и Таня так же приветливы, как и раньше, снова звучат слова про лучших друзей. А вот я уже не могу относиться к ним как прежде. И за это мне перед ними стыдно. Если бы не этот стыд, нас бы сегодня здесь не было.

– Так это и есть то самое ночное заведение, которое вы хотели нам показать?

Мой муж обводит взглядом ресторанчик. Лично я отчетливо слышу то, чего он не сказал. Что это место совсем не заслуживает того, чтобы его кому-то показывать.

Олег почему-то переглядывается с Таней. А потом выпивает рюмку водки так поспешно, словно на дне ее кроется ответ на этот вопрос. А потом еще одну.

– Да вот надумали сегодня сходить расслабиться в одно местечко. Место – просто отпад, отвечаю. И недалеко от вас, кстати. Там раньше десяти делать нечего, а открыто до пяти утра. Бассейн, сауна, бар, все по высшему разряду. Я-то уж в этом разбираюсь…

Олег смотрит на меня. Я жду продолжения и молчу. И он тоже молчит. Странная ситуация.

– Лучший клуб Москвы, между прочим. – Таня приходит на выручку мужу. – «XXX». Не слышали, что ли? Да быть такого не может!

Вопреки Таниным представлениям такое все-таки возможно. Мы не слышали про клуб «XXX». И я также не слышала, чтобы в ночных клубах были бассейны и сауны. Хотя, возможно, это и интересно. Был бы повод обновить хотя бы один из купленных мной недавно купальников. Да и в сауне мне нравится, хотя я в ней бывала всего пару раз. Но все-таки это не повод отправляться в этот клуб.

– Звучит заманчиво…

На самом деле совсем не заманчиво. Это просто из вежливости.

– Я и говорю, что не пожалеете! – Таня, как всегда, предельно самоуверенна. – Это ж лучший свингер-клуб во всей стране. Выберешь себе какого-нибудь мужика, а Игорь с девочками развлечется. Нельзя же всю жизнь вдвоем трахаться…

Господи, опять эта тема! Ну почему надо было ее поднимать после такой неудачной субботней встречи? Кстати, судя по кокетливому тону, под одной из девочек Таня имеет в виду себя.

Да, я же совсем забыла вам рассказать, как мы в свое время познакомились с Олегом и Таней. Было это полтора года назад, когда муж только устроил меня на работу в газету и я была полна великих идей.

У желтой газеты темы соответствующие. И мое предложение написать объемную статью про свингеров вызвало у начальства неподдельный интерес. Не помню, почему у меня возникла именно такая идея, да и не суть важно.

Час спустя я разместила свое объявление на свингерском интернет-сайте (десять слов и никаких фото), а еще через полчаса уже получила первый отклик. И на следующий день потащила мужа на встречу.

Нет, это были не Олег и Таня, но юная парочка откуда-то с московских окраин. Опыта у них не было, было лишь желание как-то разнообразить семейную жизнь. Судя по тем взглядам, которые кидала на моего мужа девица, в супружеской постели ей было скучновато. Ее муж с опаской поглядывал на меня. Кажется, он боялся, что я изнасилую его прямо на Арбате, по которому мы прогуливались.

Беседу вела я, засыпая наших новых знакомых вопросами. Игорь абстрактно улыбался. Хотя не сомневаюсь, что от неграмотных речей наших новых знакомцев его корчило, как от проглоченной коробки с канцелярскими кнопками.

Вторая встреча была чуть полюбопытнее. Нам попалась довольно приятная пара с небольшим опытом свинга, легкая и контактная. Встречаться с ними еще раз мы не собирались, мне нужны были факты, а не секс. А вот третьими оказались Олег и Таня. После встречи с ними муж категорично заявил, что Бог любит троицу. А еще пару встреч он просто придумает, дабы не подвергать свою психику перегрузкам.

Они показались нам ужасными. Даже нет – ужасающими. Невероятно омерзительными, потрясающе отвратительными, несказанно кошмарными. Парочкой настоящих монстров.

Он был маленький, круглый, красный, заросший густой черной бородой. Когда мы зашли в одну из арбатских кофеен и он рухнул на жалобно заскрипевший стул, его синтетические брюки затрещали, застиранная рубашка напряглась, безвкусного цвета галстук улегся на стол, а клубный пиджак плохого качества тоскливо сверкнул неестественно яркими металлическими пуговицами.

Она лицом напоминала какую-то птицу (очень и очень большую). Абсолютно ненакрашенная, тонкогубая, с маленькими блестящими глазками, облаченная в нечто весьма обтягивающее. Телом она походила на растолстевшую героиню полотен Кустодиева (который противоестественно тяготел к женщинам-слонихам).

Только не думайте, что с тех пор они сильно изменились. Они точно такие же. Просто мы их по-другому воспринимаем.

Тогда же мы были в шоке. У меня даже вылетели из головы все заранее приготовленные вопросы. Но к счастью, мне и не нужно было говорить. За меня говорили они. Всего за полчаса мы узнали, что Олег и Таня являются одними из старейших свингеров Москвы и что через их постель прошло как минимум полгорода (может, поэтому у нее такой вид, словно она вот-вот развалится?). Что все женщины в восторге от потрясающих сексуальных способностей Олега, а все мужчины без ума от Тани. Что они едва не разбили как минимум сотню супружеских пар. И все в таком духе.

Это был потрясающий бред, и мне ужасно хотелось спросить, есть ли у них дома зеркало. Но они не замолкали ни на секунду, они рассказывали о своей неотразимости, и я даже развеселилась.

Расстались мы с ними, как и с предыдущими двумя парами. То есть пообещали с ними связаться в самое ближайшее время. Естественно, ни с кем связываться мы не собирались. И уж с ними тем более. Мы не сомневались, что отсутствие нашего звонка будет расценено всеми как то, что они нам не понравились. И звонков от них можно не опасаться.

Однако Олега и Таню мы недооценили. Они перезвонили уже через неделю. Неизменно корректный Игорь сообщил им, что мы случайно потеряли их телефон (и ужасно сокрушались, что встреча не состоялась). А теперь у нас возникла масса проблем самого разного рода. Но мы обязательно свяжемся с ними, как только их решим.

Вновь записанный телефонный номер вновь был безжалостно выкинут. Но еще через пару недель они снова нам позвонили. Муж деланно приветливым голосом уведомил их, что мы, к сожалению, покинули дружные ряды свингеров, поскольку я в положении. Но обязательно вернемся в строй уже на следующий день после того, как я благополучно разрешусь от бремени младенцем.

Тогда мы еще не знали, что Олег и Таня умеют говорить, но не умеют слушать. Иначе мы бы попали в неловкую ситуацию.

Еще через месяц на их звонок ответила я. Вы ведь помните, что я не ем сладкого? Ну или почти не ем? В связи с этим я совершенно забыла о том, что жду ребенка. И когда Таня спросила, чем же они нам так не понравились, мне стало неудобно. Все-таки я человек мягкий. И в ответ на приглашение приехать к ним в гости (просто пообщаться, ничего такого) ответила согласием. Муж был против, но женщина всегда найдет способ добиться своего, согласны?

Я уже готовилась рассказать наспех выдуманную и абсолютно неправдоподобную историю про ложную беременность и неграмотных гинекологов. Но к моему изумлению, Таня и Олег совсем не удивились, что у меня отсутствует живот. И даже не спрашивали, хочу я мальчика или девочку (хотя я никого не хотела, кроме своего мужа).

Предложение заняться сексом все-таки поступило (какое-то очень неуверенное и робкое), но на вежливый отказ они не обиделись. А когда в конце вечера Таня вышла на кухню, прилично выпивший Олег горячо и водочно начал шептать мне на ухо, что лично ему секс совсем не нужен. Что это Таня сексуально озабочена, а лично ему свингерство давно надоело. И вообще у него проблемы с эрекцией.

Он даже обрадовался, что я вовсе не настаиваю на том, чтобы он меня немедленно изнасиловал. Он сказал, что хотел бы просто с нами дружить. И чтобы мы почаще к ним приезжали. А пока мы с ним будем выпивать, Таня пусть соблазняет моего мужа. Все равно ни один мужчина перед ней не устоит.

Разумеется, последние его слова я сочла за юмор. Но это не имело никакого значения, мы ведь не собирались больше встречаться. Однако после небольшого перерыва за первой встречей последовала вторая, потом третья, а потом они стали происходить все чаще. Муж поначалу возражал против столь регулярного общения (и даже против нерегулярного), но я убедила его, что Олег и Таня – очень приятные люди. И общаться с ними легко и весело.

Тема свингерства, правда, до сих пор периодически поднимается. Но столь же быстро и опускается. И мне всякий раз кажется, что, заводя такие разговоры, Олег и Таня оказываются на чужой территории, на которой чувствуют себя неуверенно.

Конечно, это не мешает Тане при каждой встрече впиваться в моего мужа долгим поцелуем, а потом и в меня. Да и Олег не щадит мой макияж. Но он хотя бы использует свои руки лишь для того, чтобы держать в них вилку и рюмку. Таня же периодически пытается поглаживать нас с Игорем (она якобы бисексуальна, хотя, на мой взгляд, Таня и сексуальность – понятия несовместимые). Но это мелочи, на которые мы не обращаем внимания. И вот дернул же их черт заново начать этот разговор. Причем в самое неподходящее время.

Мне очень жаль, что все так получается. Мне не хочется их обижать, но они сами виноваты.

– Боюсь, что эта тема нас не интересует…

Игорь произносит это вежливо, но категорично. Я смотрю на него с благодарностью.

Таня не понимает. Она начинает доказывать нам, что каждый должен иметь право заниматься сексом с кем пожелает, а семья от этого становится только крепче. Мне очень хочется сообщить ей, что за первые восемнадцать лет жизни у меня было больше мужчин, чем у нее за ее якобы сорок пять. И что мой муж (вот развратный мерзавец!) до нашей встречи попробовал больше женщин, чем она видела. Но я сдерживаюсь (тем более что насчет мужа – это все же преувеличение. К счастью…).

– Таня, я уже все сказал. Полагаю, что тему пора закрывать…

Таня, естественно, не понимает. Я жду, что Игорь вот-вот скажет, что мы уходим. И это будет правильно. Хотя мне бы не хотелось рвать с ними отношения. Тем более рвать вот так.

– Да помолчи, Тань! – вовремя вмешивается Олег. – Ребят, да черт с ним, с сексом. Танька пусть там отрывается, а мы просто посидим, выпьем, поплаваем, в сауне погреемся. А ты, Анют, может, потом чего напишешь. Ты же журналист…

Олег жалобно мне улыбается. Теперь я понимаю, почему он так долго не говорил, куда именно они хотят нас пригласить. Он боялся отказа и боится его сейчас. Хотя ему ужасно хочется, чтобы мы согласились.

– Возможно, это было бы интересно…

Это я просто чтобы приободрить Олега. Не более того. Олег сразу оживляется:

– Там шоу-программа классная, всякие конкурсы, а ведущий вообще прикольный парень. Сауна супер и бассейн с подсветкой. А сексом пусть Танька занимается. Ей же только стоит раздеться и залезть в воду, как за ней тут же молодые парни начинают плавать…

– Взрослая женщина всегда интереснее…

Таня произносит это очень горделиво. Наверное, в этом клубе очень темно. Или там очень мало женщин и куча озабоченных мужчин.

– А сам-то не отрываешься, что ли? Как туда ни придем, в конце вечера его обязательно какая-нибудь молоденькая девочка утаскивает…

Олег ухмыляется с показным смущением. Странно. У меня, конечно, бывают провалы в памяти, но я точно помню, что он жаловался на проблемы с потенцией.

– Да, наверное, это интересно…

Мне на самом деле начинает казаться, что это интересно. Я представляю себе красивые интерьеры, темную воду, голые тела, изгибающиеся в страстных объятиях. И вдобавок об этом можно будет написать.

При этом в глубине души я понимаю, что писать мне ничего не надо. Что я просто убеждаю саму себя. Потому что мне жаль Олега и Таню. Хотя они меня и подвели.

Я поворачиваюсь к Игорю. Я хочу, чтобы наш отказ озвучил он. Ему проще это сделать.

– Что ж, если тебе любопытно, то я не против…

Я замираю от неожиданности. Я ждала совсем других слов. И я знаю, что он делает это для меня. Он единственный понимает, что мне не нужен этот клуб. Что мне просто не хочется обижать людей, которые нас туда позвали. Хотя они этого и заслуживают…

С улицы клуб «XXX» выглядит довольно убого. Никакой вывески, простая железная дверь в торце огромного старого дома. Развратники явно избегают рекламы.

За те десять с лишним лет, что мы с Игорем живем вместе, мы неоднократно проходили и проезжали мимо этого места. Это ведь совсем рядом с нами, минут пятнадцать пешком. Но я никогда не догадалась бы, что тут обосновалось такое продвинутое заведение.

Попасть внутрь оказывается не так-то просто. Мало того, что надо заранее записаться по телефону, так тебя еще и долго изучают в глазок и выпытывают, кто ты и куда. Потрясающая секретность. Прямо-таки масонская ложа (только вместо масонов тут озабоченные сатиры и страдающие от нимфомании нимфы).

Олег с Таней радостно приветствуют хозяйку, более-менее приятную девицу лет тридцати. Похоже, они здесь уже бывали, и не раз. Неужели они и в самом деле так порочны не только на словах? Я, признаться, заинтригована.

Вход стоит пятьдесят долларов с пары. Олег вручает хозяйке сто и наотрез отказывается взять у Игоря половину суммы. Игорь недоволен, он не любит бесплатные угощения, но в конце концов, пожимает плечами. И недоуменно смотрит на полотенце и тапки, которые протягивает ему хозяйка.

Мой муж фантастически брезглив. Я всегда высоко ценила эту его черту, а сейчас особенно. Это ведь он настоял на том, чтобы перед клубом мы заехали домой. Так что мы гордо отказываемся от местной униформы. У нас есть своя. Олег с Таней не так разборчивы.

Раздевалка тесная и безо всяких кабинок. Но у меня была бурная молодость, и к тому же мне нечего стыдиться. Муж, как человек, много занимавшийся спортом, тоже не стесняется раздеваться. Олег переминается с ноги на ногу, но все же начинает расстегивать брюки. Думаю, сейчас он рад, что заказал в ресторане двести граммов водки. Она явно придает ему смелости.

Таня, естественно, человек без комплексов. Игриво поглядывая на Игоря, она начинает разоблачаться. Я бы на ее месте сгорела со стыда. Из-под одежды выпадает огромная грудь и тяжело рушится на внушительных размеров дряблый живот. Олег в голом виде, конечно, тоже не Аполлон, и складки напрочь скрывают то, что принято называть мужским достоинством. Но к голым мужчинам я все-таки отношусь лучше, чем к голым женщинам. В данном случае, по крайней мере.

Олег с Таней торопливо обматываются в выданные им куски тряпок, которыми бы я побоялась мыть пол. Игорь запахивается в захваченную из дома черную простыню и становится похож на римского сенатора в тоге. Тапки с эмблемой Версаче только усиливают сходство. Нет, я в курсе, что ныне покойный Джанни в те времена еще не родился (хотя для Рима это явно большое упущение).

Сама я закутываюсь в большое черное полотенце. Все тот же Версаче, прошу любить и жаловать. Мы с мужем всегда должны сочетаться. Надеюсь лишь, что нас не примут за олигархов, решивших под покровом ночи отведать запретных плодов. Тапки, полотенце и оставшийся дома халат относятся к явно молодежному направлению «Версаче спорт» и были куплены в лучшие времена на каком-то сейле всего лишь за пару сотен у.е.

В клубе пока не очень-то людно. Развратники, видимо, задерживаются, скупая в окрестных аптеках презервативы и виагру. Мы проходим сквозь тесный барчик, в котором несколько пар уже вовсю прикладываются к горячительным напиткам. Олег сообщает, что они всегда сидят во втором зале, там просторнее и не так шумно. А в бар они приходят посмотреть шоу-программу.

Второй зальчик кажется еще более тесным. Мы рассаживаемся в одной из кабинок. Кабинки, впрочем, весьма условные (это просто полукруглые кожаные диванчики безо всяких перегородок). Муж кладет на стол сигареты, и я замечаю, что он вместо своей данхилловской зажигалки взял одноразовую. И хотя развратники представляются мне людьми весьма обеспеченными (ведь, по легенде, нет никого порочнее богемы), этот шаг кажется мне предусмотрительным.

– Ну чего – по пятьдесят граммов и поплескаться?

Муж упаковал в мою сумку свою любимую фляжку, но оставил ее в шкафчике в раздевалке. А я так и не отошла после Левиного дня рождения и потому отказываюсь от щедрого предложения заказать мне шампанского. От нечего делать наблюдаю за крайне убогой порносценой на экране телевизора. Такие постановки с грудастыми блондинками и мускулистыми жеребцами не казались мне порочными даже в шестнадцать лет.

В бассейне действительно красиво. Тут абсолютно темно, свет исходит лишь от расставленных на бортиках свечей. Правда, бассейн совсем небольшой, и я плохо представляю, как тут может плавать Таня с ее габаритами. Да еще и преследуемая молодыми людьми.

В какой-то момент мне начинает казаться, что Олег с Таней зазвали нас сюда не просто отдохнуть, но с вполне конкретной целью. Олег оказывается рядом со мной и как бы случайно проводит пальцами по моей попке, игриво мне улыбаясь. Я улыбаюсь ему в ответ и отрицательно качаю головой. Он с облегчением вздыхает (неужели он рассчитывал, что я тут же на него наброшусь?).

Таня тем временем тяжело и неспешно кружит вокруг моего мужа. Круги неуклонно сужаются, и наконец она подплывает к нему вплотную. Игорь со смехом советует ей покопить силы для молоденьких мальчиков.

– А у меня на всех сил хватит…

Похоже, она на старости лет совсем рехнулась. Я понимаю, что она не смотрится в зеркало. Или что оно у нее волшебное и показывает Таню только двадцатилетней. Хотя мне не верится, что в двадцать она была лучше, чем сейчас. Возможно, зеркало даже искажает ее формы и делает ее стройной, как тростинка. Но она же иногда моется, и неужели хотя бы на ощупь нельзя определить, что ее телеса далеки от совершенства? Или она слепо верит, что все мужчины любят пышных женщин (хотя некоторые и пытаются это скрывать)?

Пока дело не дошло до ненужных резкостей, я тороплюсь на помощь мужу и прижимаюсь к нему. Таня отплывает.

Я вдруг вспоминаю, как рассказывала Лене о том, что у нас с мужем потрясающий секс. Не помню, когда мы занимались им последний раз, но как же приятно прижаться голым телом к его телу! Да, я знаю, что это нескромно, но что поделать? Такая уж дуг обстановка.

Естественно, Олег с Таней все ломают. Плохо понимаю, что они там делают. Судя по всему, отрабатывают приемы подводного рукопашного боя. Шума от них очень много, и брызг тоже. Проходи мимо Петров-Водкин, он бы вместо «Купания красного коня» написал бы «Купание белого слона» (точнее, двух слонов).

– Классно потрахались! – заявляет Олег, вслед за нами вылезая из бассейна. – А вы чего, не успели?

У меня есть серьезные сомнения в том, что виденная нами сцена была половым актом. Она скорее напоминала нечто батальное. Трафальгарскую битву, к примеру. Или «врагу не сдается наш гордый «Варяг»«. Но им зачем-то надо, чтобы мы верили не своим глазам, а их словам.

В сауне выясняется, что Олег – великий специалист в области саун. Кто бы сомневался. Он нахлобучивает на голову жуткую войлочную шапку. И даже не задумывается, кто надевал ее до него. У меня бы от этой мысли сразу вылезли все волосы. У Олега они, похоже, более устойчивые. Он с энтузиазмом начинает лить на пол воду и подкручивать какие-то датчики. Воздух невыносимо раскаляется, и мы выходим.

На часах – почти двенадцать. Мы все вместе сидим в своей кабинке. Делать явно нечего. Игорь курит сигарету за сигаретой, Олег смакует водку, Таня прихлебывает выдохшееся шампанское. Парочек и компаний заметно прибавилось, но никакого разврата нет и в помине. Большинство сидит, болтает, курит и пьет. Кто-то прохаживается в голом виде, но ничего порочного в этом нет. Наверное, все еще впереди.

Таня не умолкая повествует о своих сексуальных подвигах в клубе и за его пределами. Не забыты и молоденькие девицы, которые в конце каждого вечера неизменно утаскивают Олега и используют его по полной программе. Не очень хорошо представляю, в каких целях можно использовать Олега (если ты не извращенец и не людоед). Наверное, вместо подушки. Но зачем, когда на подушке спать удобнее?

Чтобы немного от нее отдохнуть, мы одновременно отлучаемся якобы в туалет и снова оказываемся в бассейне. Тут уже людно, на поверхности дрейфует использованный презерватив. Перспектива тесного общения с чужими неродившимися детьми совсем не кажется мне заманчивой. С Таней и Олегом общаться как-то приятнее. Хотя и ненамного.

В зальчике с баром вот-вот начнется шоу-программа. Ведущий, заглянувший в наш зал, ищет потенциальных участников. Бестактная Таня тут же начинает громко орать, что желающие есть, и тычет пальцем в нас. Я чувствую себя дурой, Таня с Олегом довольно усмехаются. Я сообщаю ведущему, что мы подойдем попозже. Наверное.

– Ну чего вы как девственники?

Таня голосит на весь зал, заставляя оборачиваться сидящих рядом. Муж внимательно разглядывает Таню, и в его взгляде столько презрения, что я бы скончалась на месте. Этот взгляд говорит, что Таня дурно воспитана и что терпение моего мужа на исходе. Таня, разумеется, ничего не видит. Я этому очень рада.