![](/files/books/160/oblozhka-knigi-guvernantka-ponevole-ili-zele-sudby-si-375817.jpg)
Текст книги "Гувернантка поневоле, или Зелье Судьбы (СИ)"
Автор книги: Алена Ягинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)
На миг ей показалось, что в груди разлился жар, но тут же все прошло.
– Далее, согласно контракту, во время пребывания здесь вы полностью на моем содержании – как проживание, питание, так и все прочее. Вы составили список необходимого?
Анна вновь кивнула.
– Передадите его горничной. Оплата ваших услуг составит… – граф Сакккирел заглянул в листочек и озвучил сумму.
«Прилично! Хватит на первый взнос по ипотеке. Может не зря я здесь оказалась», – подумала Анна. Ее продолжало что-то неуловимл беспокоить, но Анна никак не мгла собрать свои мысли в кучу, все время отвлекалась на что-то мелкое и незначительное. Вот и собственная квартира была ее мечтой. Она распрощалась со старушкой-хозяйкой бабой Маней, у которой снимала комнату, когда отправилась в «Орленок» и переживала, что когда вернется, ей снова придется искать жилье. Замечтавшись о собственном жилье, она пропустила слова работодателя мимо ушей и очнулась, только услышав:
– Поэтому на руки вы денег получать не будете.
– Простите, уважаемый господин… – она задумалась, а как вообще обращаться к работодателю, ведь по имени-отчеству его никто не представил. Имя она знала со слов его братьев. Еще фамилию. И больше ничего. Контракт она подписала, не читая, не в том она была состоянии, да и братья ее торопили. Потом они забрали бумаги с собой, сказав, что старший брат должен его подписать. Собственно она думала, что ее пригласили сюда, чтобы отдать документы, ну, может выдать аванс, раз уж пообещали о ней позаботиться, зная, что у нее ничего нет из вещей. Вместо этого ей утром выдали очередной комплект белья из шелковой майки и шортиков и простое серое платье, и сказали ни о чем не беспокоится, мол, все решат в течение дня.
– Можете обращаться ко мне лорд Даниель Саккирел.
«Точно, в Европе же местами монархия и лорды имеются. Блин, невеста же его сказал, что она леди как ее там? А, неважно!»
– Уважаемый лорд Даниель Саккирел! – подавив вновь возникшее желание присесть с поклоном, начала Анна. – Поясните, пожалуйста, свою мысль, что я не буду получать на руки денег. Дело, в том, что у меня нет с собой банковской карточки… Да я и не уверена, что смогу снять безналичные деньги… А мне столько всего надо… Я думала, что смогу сходить и купить…
Анна еще пыталась что-то объяснить, но до нее уже отчетливо дошла мысль – она в чужой стране. Языка она не знает. Не было в их маленьком северном городке специалистов, вроде как бы и учила, но лишь формально. Для того, чтобы самой пройтись по магазинам ее «май нейм ис…» и «айам фром раша» явно недостаточно, и карта у нее осталась в «Орленке», и телефон. И будут ли они работать здесь? Что ей делать? Просить братьев проводить ее, а если они тоже титулованные? Вроде как неудобно. Анна растерялась и замолчала.
– Исса Анна, я повторяю – ваше обеспечение теперь моя забота. Вам нужно лишь передать горничной список требуемого. Далее – мы в горах, исса, связи здесь нет, как и остальных привычных вам благ. Потратить деньги вы просто не сможете, он поступят вам на счет, воспользуетесь ими по возвращению. Теперь о детях…
Граф дал короткую, можно сказать биографическую справку о своих детях – имя-возраст-предпочтения, Анна отстраненно подумала, что обычно отцы гораздо более многословны. Она слушала, кивала в нужных местах, но не могла вникнуть в суть, до нее наконец-то достучалась мысль о том, что она одна, совсем одна в незнакомой стране, среди чужих людей и случись с ней что, об этом, возможно, никто не узнает. И лорд этот точно криминалитет какой-то, потому и тело у него такое привлекательное. В смысле хорошо тренированное! Ну, там разборки всякие, может с мафией. Точно, мафиози! Или это в Сицилии? Саккирел – может он оттуда родом? А что, похож – такой вполне ничего себе темпераментный итальянец… Что за чушь в голову лезет!
Анна помотала головой, прогоняя глупости. О мужчинах нет смысла даже думать, кому она такая нужна? О Шотландии и Италии она почитает в книгах, а вот о детях ей надо знать как можно больше и прямо сейчас. Она открыла блокнот и приступила к расспросу с пристрастием. Граф Даниель удивленно посмотрел на блокнот, но все же стал отвечать на вопросы.
***
– Давно ждете? – спросила Анна своих подопечных, сидящих в беседке с леди Алессией и ее компаньонкой, после того как вежливо со всеми поздоровалась.
– Да уж немало, вы совсем забыли про детей. Я надеялась, что вы будете более ответственно относится к своим обязанностям, – леди будущая графиня сделала недовольное лицо и презрительно скривила губы.
«Оу, еще по сути никто, а уже нос дерет!» – подумала Анна, испытывая жгучее желание поставить ханжу на место. Но, увы-увы. Леди – возможно будущая хозяйка, а Анна всего лишь гувернантка, бесправное существо без денег и документов в чужой стране.
Анне стало грустно и одиноко.
– Прошу прощения, леди, меня задержал лорд Саккирел.
– Даниель? Что хотел от вас мой жених?
Леди невеста умудрилась так пренебрежительно выделить «вас» и так подчеркнуть «мой», что ее компаньонка недовольно кашлянула. Леди тут же исправилась и обворожительно оскалилась во весь рот.
Ее крокодилья улыбка Анну не обманула.
– Полагаю, что вы сможете спросить это у своего жениха, леди. – Сухо Анна и обратилась к детям, – у нас есть еще немного времени прогуляться? Вы покажете мне сад, я здесь совсем ничего не знаю? Может быть, мы встретим садового гнома, а я даже не представляю, как с ним правильно здороваться.
Леди Алессия с компаньонкой презрительно фыркнули, Тео посмотрел недоуменно, а Ванесса обрадовалась.
– Садового гнома? А кто это?
– Ну как же, садовые гномы – это такие крошечные человечки, бородатые и в красных колпачках, которые живут в садах, хранят его и помогают в садовых делах. Иногда с ними приключаются довольно интересные истории, – начала гувернантка увлекая детей за собой.
Анна шла по извилистым дорожкам сада, любовалась деревьями, больше похожими на тропические изогнутые лиана, и думала о том, что, видимо, дети попали в очередную волну борьбы с садовыми гномами, которые время от времени случаются в Европе, и поэтому не видели смешных скульптур.
– На юге водятся садовые гномы? – Ванесса шла рядом с Анной, стараясь не смотреть на брата.
– О, на моей родине у каждого в саду живет садовый гном. А кое-где – даже целые семейства!
Анна не врала – родом она была из небольшого поселка недалеко от полярного круга, и мода на садовых гномов ворвалась туда стремительно и неумолимо. Скульптуры гномов в итоге, действительно, поселились в каждом дворе.
Тео, как маг, слышал, что исса Анна говорит правду, и ему стало интересно. Он хоть и не особо хотел прогуливаться со свалившейся ему на голову гувернанткой, но сидеть с «леди невестой», смотреть, как она натянуто улыбается, косясь в окна отцовского кабинета, было еще невыносимей. Поэтому он шел позади, прислушивался к разговору, но вопросов не задавал.
– Ты расскажешь, какие с ними происходят истории? – Ванесса взяла гувернантку за руку и шла рядом, подпрыгивая от нетерпения, радуясь, что ее никто не одергивает – Тео не запрещает идти рядом с иссой, а сама исса не требует вести себя, как подобает “юной леди”.
– Конечно, но давай сначала вы мне немного расскажете о саде. Потом мы найдем какое-нибудь красивое место, и я расскажу вам историю про одного гнома.
Ванесса принялась рассказывать о саде, большинство названий звучало непонятно, но Анна списала это на то, что в России таких деревьев нет и дети, скорее всего, не знают, как они называются по-русски. А сад был сказочный: некоторые деревья казались исполинами, а некоторые, наоборот, выглядели карликами. Некоторые были идеально прямые и стремились вверх, подобно шпилям башен, другие причудливо извивались, создавая стволами затейливые решетки узоров. Они погуляли по саду, потом устроились на скамейке под раскидистой липой, которая своими опущенными ветвями создавала зеленый грот в глубине сада, и Анна начала рассказывать детям историю садового гнома из кинофильма «Амелия». Заминка вышла только со стюардессой, потому что внезапно Анна забыла, как звучит это слово. Бывает такое, вот крутится слово на языке, но никак не вспоминается. Анна пыталась подобрать объяснение слову, но девочка поняла по-своему:
– А, погонщица виверн! – сказала она.
«Ну, пусть будет погонщица виверн», – мысленно согласилась Анна, представив себе ситуацию воочию. Картинка ей так понравилась, что она с удовольствием оставшееся время до обеда рассказывала детям о путешествующих гномах.
«Жила–была одна девочка, мама ее умерла и она осталась с отцом. Отец так любил свою жену, что жизнь без нее показалась ему скучной и неинтересной. Тогда он заперся у себя в доме и никуда не выходил.
Его дочка выросла и стала жить самостоятельно, но часто приезжала к отцу в гости. Однажды она увидела, что ее отец «лечит» колено старому гному. Она спросила папу, откуда взялся гном. Оказалось, что ее мама не любила гномов, и много лет гном прожил в сарае, а сейчас человек вспомнил про него. Девушка поняла, что гном дорог ее отцу, и порадовалась за него. И вот однажды гном пропал.
Когда утром человек не нашел в саду гнома, он расстроился. Но потом очень удивился, когда однажды почтальон принес ему письмо, а в нем был снимок его гнома в другой стране. А потом еще и еще, каждый раз человеку приходили письма из разных, очень далеких стран, где побывал его гном.
Это было странно, потому что гномы никогда не покидали пределов своего сада. Тем более не могли путешествовать по всему миру.
Но однажды гном таким же таинственным образом оказался на месте.
Человек был озадачен. Ведь его гном, который не мог выйти из сада, объехал целый мир, а он – человек, который не связан ничем, за много лет ни разу не вышел из дома.
Тогда человек собрал чемоданы и тоже отправился путешествовать. Его дочка была рада, что отец наконец-то вышел в мир».
– А как гном путешествовал, если не мог уйти из сада? – озадаченно спросила Ванесса.
– Оказалось, что дочка сама ночью украла его и попросила свою знакомую, которая работала…, э.., занималась тем, что летала… на таких летающих… э…. Точно, она попросила знакомую погонщицу виверн взять гнома с собой и делать снимки в разных местах. Потому что дочка так и подумала, что ее отец удивится, что гном путешествует и тоже захочет выйти из дома. Она очень любила отца и переживала, что он запер себя дома.
– А почему гном не мог покинуть сад, он был привязан или заколдован? – Ванесса намерена разобраться в ситуации до конца.
– Все гномы привязаны к своими садам и не могут покидать их без разрешения хозяина, – объяснила Анна.
– Тогда это не гном, а барздук, – внезапно заметил Тео. Видя непонимающий взгляд гувернантки, пояснил, – бородатый дух, он привязан к дереву и не может далеко отходить.
– Ну, тогда его и украсть нельзя, – задумчиво заметила Ванесса, – или его вместе с деревом на вивернах возили?
«Девочка, определенно, фантазерка. Как и мальчик. Надо все-таки зайти в библиотеку, – думала Анна, провожая детей на обед. – Посмотрю, что за существа водятся в Шотландии, и сказки их надо почитать. Интересно, а книги-то у них на русском есть? Хотя, они же эмигранты, и дети хорошо так говорят, наверняка есть. Надо только разрешение спросить».
Глава 6. Детские шалости
День, на взгляд Анны, прошел продуктивно.
После обеда и до ужина они с Ванессой играли в гостиной, и девочка просила еще рассказать о гномах. Тео не играл, он задумчиво листал книгу, исподволь наблюдая за дамами, и из гостиной не уходил. Анна рассказала историю про Белоснежку, но заметила, что это уже не садовые гномы, а другие.
– Лесные духи? – Поинтересовался Тео, и они стали с сестрой на полном серьезе обсуждать, могли ли это быть лесные духи или какая-то другая нечисть. Причем, обсуждали так, будто знают, о чем речь – внешний вид, повадки, особенности проживания…
Анна вновь подумала, что это странно – дети так увлечены сказками, но история Белоснежки оказалась им незнакома. Слушая странные названия предполагаемых участников событий, Анна уверилась, что совершенно не знает шотландский фольклор.
Затем они вполне мирно поужинали. Джон и Нирт балагурили, леди невеста вяло жевала зелень, она явно была чем-то раздосадована и даже не пыталась задевать Анну. А может ей не хотелось снова вызвать недовольство графа. Сам граф Даниель тоже хмурился. Анна наблюдала за ним украдкой – граф ел как-то странно – он подносил руку к блюду, замирал так на миг, слегка поворачивая кисть с прибором, потом только подносил прибор ко рту. Анна бы предположила, что он смотрит на часы, но на запястье графа ничего не было. В общем, она тихо радовалась, что ужин, в отличии от обеда, прошел спокойно.
Потому что обед преподнес сюрприз. Все началось с того, что когда Анна с детьми спустились в столовую, леди Алессия заявила, что прислуге не место за столом. И, аргументируя тем, что она может на правах невесты распоряжаться здесь, велела Анне идти на кухню. Анна опешила от такой наглости, но стояла, вежливо улыбаясь, и ждала, когда леди-пока-еще-не-хозяйка закончит свою прочувствованную, эмоциональную, с повизгиванием речь. К счастью вошел граф и леди тут же замолчала, расплывшись в улыбке.
– Алессия, – спокойно сказал он, – я напомню, что ты у меня в гостях. Если тебя что-то не устраивает, ты в любой момент можешь покинуть замок, я прикажу заложить экипаж.
И граф тоже улыбнулся, широким жестом указывая на дверь. Леди притихла, лишь злобно зыркала на Анну, как будто та была источником всех ее неприятностей в этой жизни.
– Присаживайтесь сюда, исса Анна, – граф подошел и сам лично отодвинул девушке стул. – Здесь вам будет удобно поставить трость, – и он под возмущенным взглядом своей невесты переставил несколько тарелок. После чего прошел и сел на место.
В столовой царила абсолютная тишина, дети и компаньонка старательно делали вид, что ничего не произошло, а Алессия задыхалась от распирающего ее желания немедленно выставить наглую выскочку из замка. Затем леди чуточку успокоилась и начала третировать Анну фразами типа “Исса, как вам салат из руценшпилера? Ах, да, вы же такого, наверное, и не пробовали никогда. Откуда он в глухой южной провинции!” Анна смотрела на горстку шпината в тарелке, политого чем-то неприятно-коричневым вроде соевого соуса, смешанного с горчицей, и думала, что да, такого она не пробовала. И не собирается. Спорить с почти графиней желания не было, потому она ела быстро и молча. Леди, приняв молчание за капитуляцию, воодушевилась и собралась оторваться по-полной. На лице ее уже расцвела предвкушающая глумливая улыбочка, она открыла было рот, чтобы выплюнуть очередную гадость, но граф холодно и четко сказал:
– Еще одно слово, Алессия, и ты больше никогда не сядешь за этот стол. А сейчас покинь нас немедленно. Исса Кэт, вы можете остаться, – обратился он к компаньонке леди, отложил приборы и уставился на невесту. Та поерзала, но под тяжелым взглядом графа поднялась из-за стола и, задрав голову, вышла из столовой.
– Я приношу вам свои извинения, исса Анна, за неподобающее поведение моей гостьи, – сухо бросил граф Анне, не глядя на нее.
Анна промолчала. Да и что она могла сказать? Это же аристократы, графья всякие, а она кто? Простая девчонка из заснеженной северной деревни… Ну ладно, поселка. Сути-то это не меняет. Все-таки с детьми ей как-то спокойнее, чем с их родителями. Ванесса вон вообще милейший ребенок, такая любознательная и умненькая не по годам. А Тео… С Тео сложнее, но у него возраст такой, привыкнем, расположим, завоюем! И Анна, приободренная, отправилась в детскую, завоевывать расположение подопечных.
И все шло хорошо до самого позднего вечера. А когда Анна расслабилась, успокоилась и решила, что все не так уж плохо с ее неожиданной новой работой, начались сюрпризы.
Во-первых, вся ее ожежда, включае ее родные и любимые брюки и рубаху цвета хаки, оказалась испорчена. Когда Анна открыла шкаф ее передернуло от вида ползающих по вещам круглых серовато-коричневых жуков, чем-то похожих на колорадских. Она попыталась их стряхнуть, но они крепко держались всеми своими мохнатыми лапками и не желали покидать облюбованное место. После непродолжительной борьбы Анна одержала сокрушительную победу ценой испорченных туфель, которые покрылись слизью и стали прилипать к полу.
Анна скинула испорченную форменную обувь, что была предоставлены хозяевами дома, сняла чулки, с наслаждением сунула босые ноги в домашние туфли… И обнаружила листья – тоненькие, узкие, с зубчатым краем. Она вытряхнула находку и босиком пошлепала в туалетную комнату застирывать вещи в круглой каменной раковине. Но и здесь ее ждала неудача – слизь под водой не то, чтобы не отстирывалась, она растворялась, но почему-то вместе с волокнами ткани.
К тому же, хотя стоять босиком на каменном полу было довольно прохладно, Анна почувствовала, как начали гореть ступни и пальцы на ногах.
«Вот неугомонные детишки! Похоже, леди Алессия была права на их счет. Им явно не хватает дисциплины. И когда только успели? Весь день же вместе были!» – думала Анна, снимая платье и забираясь в каменную чашу побольше, над которой была установлена лейка душа. На всякий случай рассмотрев и понюхав баночки с ароматным мылом, Анна открыла воду.
Тео, поганец, рассчитал все верно – вода пошла синяя не сразу. Сначала теплая вода растворила стенки спрятанной в лейке капсулы с краской, и только потом пролилась на Анну щедрым синим потоком. Испуганная девушка сразу выскочила из-под душа, но потом, поразмыслив, принялась пропускать воду. Анна дождалась, чтобы та снова стала прозрачной, попыталась отмыться, но, увы, Тео не оставил ей шанса – краска въелась. Так, до конца не сумев оттереть краску, Анна, проверив полотенце и халат, что висели в ванной и не найдя в них признаков диверсии, двинулась в свою спальню.
В спальне Анна действовала очень осторожно – сначала проверила постель, заглянула во все углы и под кровать, убедилась, что больше сюрпризов не последует. Ненадолго задержалась перед зеркалом оценить свой новый вид – нежно-голубую кожу и волосы с синим отливом. “М-да, получилось что-то среднее между “Аватаром” и умертвием. А вот волосы красивые, интересный оттенок получился.” Она взялась за расческу и обнаружила еще один сюрприз – та довольно неаккуратно была измазана в клею. Анна покачала головой и пригладив волосы пальцами пошла исследовать разгромленную войной с жуками гостиную. Все было чисто, Анна немного расслабилась, но, прежде чем отправиться спать, решила закрыть дверь на засов, чтобы уж наверняка никаких сюрпризов.
Она решительно взялась за засов и… прилипла. Хорошо так, мгновенно и накрепко Она принялась дергать засов, руку и саму дверь. Все было бесполезно. Клей был реально супер. На шум появился хозяин замка, который возвращался от детей.
– Что с вами, исса Анна?
– Новый имидж и небольшие неприятности, – со всем возможным спокойствием ответила девушка.
– Понимаю. Вы решили напугать детей перед сном притворившись умертивием? – граф с любопытством рассматривал новый облик гувернантки – голубоватую кожу, темно-синии влажные волосы, вздернутый непокорно нос и глаза, с любопытством рассматривающие его в ответ.
Они стояли в полутемном коридоре, одна в шелковом халате, другой в мягких домашних брюках и расстегнутой рубашке, и молча разглядывали друг друга. Наконец, девушка не выдержала и подергала рукой.
– Ясно. Теодор! – крикнул граф в коридор.
– Отец? – виконт в пижаме спустя пару мгновений появился возле многострадальной двери.
– Ты не хочешь ничего объяснить? – Граф встал у двери, прикрывая собой Анну.
Но Тео, кажется, знал, что он мог там увидеть.
– Это не я! Я после завтрака был с леди Алессией.
– То есть ты точно знаешь, когда это было сделано, – граф устало вздохнул. – Неси растворитель, я знаю, что у тебя есть. И смыватель краски.
Тео ушел и вскоре вернулся с двумя пузырьками. Граф лично маленькой пипеткой капал жидкость на засов, пока не вернул Анне ее руку. Второй пузырек он протянул ей.
– Это поможет отмыть краску.
– Спасибо, – пробормотала Анна, взяв средство.
Лорд Саккирел сухо кивнул.
– Тео, ко мне в кабинет. Мы уже говорили о твоих шалостях, но я вижу, что разговор не имел эффекта, – скомандовал граф сыну.
Тео обреченно направился по коридору.
– Лорд Даниель Саккирел, можно вас буквально на пару слов. – Анна приглашающе распахнула дверь в свою комнату.
Брови графа удивленно взлетели вверх, но он сказал:
– Тео, иди к себе.
И Даниель шагнул в комнату девушки, старательно прикрыв за собой дверь. Не, ну вдруг это то, о чем он думал?
Но его надежды не оправлъдались.
– Лорд Даниель Саккирел, пожалуйста, не наказывайте детей, – выпалила гувернантка.
– Исса Анна, я понимаю, что вам хочется быть хорошей в глазах детей, но они не нуждаются в защите, – немного разочарованно протянул граф Саккирел.
Он не ждал заступничества. Гораздо больше его занимал халат Анны. Он был ей явно великоват и все время норовил распахнуться, девушка придерживала его на груди рукой, пока трясла злополучную дверь. А еще она стояла непозволительно близко, пока Даниель пальчик за пальчиком освобождал ее из плена дверной щеколды. Достаточно близко для того, чтобы заподозрить, что под шелковым халатом ничего больше нет.
– Хорошей? Нет, конечно! Я не о том сейчас! Видите ли, это скорее моя вина, что я не вызываю у них доверия. Все мы проходим разные стадии в отношениях. От интереса до симпатии, от отстраненности до готовности к сотрудничеству, по-разному бывает, вы же по себе это знаете. Поэтому неприятие и попытка проверить на прочность – они естественны для детей, которые не чувствуют за собой поддержки и уверенности. Нельзя за это наказывать.
Анна ходила по комнате и, убежденная в своей правоте, говорила горячо, отчаянно жестикулировала на ходу, заглядывала в глаза мужчины, пытаясь понять, уловил ли он суть. Конечно, Даниель уловил. Гувернантку.
Графа Даниеля Саккирел можно понять – он мужчина. Перед ним раскрасневшаяся исса так умоляюще на него смотрит. Еще и халат самым бессовестным образом приоткрывает то плечико, то ножку, дразня графа и волнуя кровь. А если вспомнить, что под ним ничего нет...
В общем, когда девушка в очередной раз оказалась поблизости, чтобы заглянуть ему в лицо, он перехватил ее за талию и подтянул к себе. Девушка сначала удивленно замерла, потом попыталась отодвинуться.
– Ну что же вы? – удерживая ее на месте и легонько поглаживая большими пальцами спину Анны, чтобы убедиться что под халатом ничего нет, спросил граф. – Вы же сами пригласили меня в свою спальню.
– Но только затем, чтобы поговорить о детях! – возмущенно воскликнула гувернантка.
– Неужели? – граф прищурился. – Вы ждали меня в коридоре в таком виде, чтобы поговорить о детях?
– В каком виде? – не поняла Анна, но потом оглядела себя и поняла, как все выглядит со стороны. – Простите, просто у меня не осталось другой одежды…
– Вы не первая гувернантка, что пытается пробраться в мою постель. Но знаете, на этот раз, я, пожалуй, не буду возражать. – Руки графа скользнули ниже.
– Прошу прощения, лорд Саккирел, – женщина неожиданно ловко выскользнула из его рук и отошла на безопасное, как она думала, расстояние, – за то, что невольно ввела вас в заблуждение. Мой облик действительно можно толковать не лучшим образом, но уверяю, я не планировала соблазнять вас и хотела лишь прояснить поведение детей. Но если вы не настроены на разговор, я прошу вас покинуть комнату.
Конечно, Даниель понимал, что гувернантка стала жертвой проказ его детей и соблазнения не планировала, но второй раз выскользнувшее из рук тело разбудило охотничий азарт. Ему захотелось вернуть женщину в объятия, потому как прижимать к себе гибкий стан ему понравилось, и сейчас граф ощущал некую пустоту.
Но он сделал вид, что ничего не произошло, и спросил нейтральным тоном:
– Так что не так с моими детьми?
«Они живут в выдуманном мире!» – хотелось сказать Анне, но она понимала, что делать этого не стоит.
– Я не очень хорошо пока знаю детей и мне не хочется делать каких-то выводов, – начала Анна. – Но, поверьте мне, большинство детей, когда встречают незнакомого им человека, вовсе не стремятся проникнуться к нему симпатией. Возможно, конечно, что это свойственно именно моей родине, но такое поведение вполне оправдано и закономерно. Ведь чужак может нести угрозу, не обязательно явную, но и скрытую.
Сейчас Анна почему-то вспомнила своего бывшего жениха, который вот также любил держать ее в объятиях. И снова боль от предательства разлилась в душе. Она с трудом взяла себя в руки и продолжила:
– Поэтому дети иногда ведут себя не так, как ожидают взрослые. Кто-то выжидает, кто-то плачет и старается спрятаться, а кто-то активно пытается избавится от угрозы.
– Вы что-то говорили про неуверенность детей, – заметил Даниель, которого пустые разглагольствования вовсе не интересовали.
– Дело в том, что чем увереннее ребенок, тем менее выражена будет реакция на незнакомого человека.
Даниель задумался. Что-то разумное в словах гувернантки было. Он знал, что сильные и уверенные бойцы встречают опасность лицом к лицу, могут спокойно выжидать первого шага противника и не теряют хладнокровия в бою. Получается, его дети – слабые?!
– Вы считаете, что мои дети неуверенные в себе слабаки?! – возмущение разлилось в воздухе.
Анна вздохнула («Ох, уж эти папаши!») и мягко сказала:
– Я сказала лишь, что дети не чувствуют себя в безопасности и их поведение естественно, все остальное придумали вы. А теперь позвольте мне все же лечь спать. И благодарю еще раз за то, что помогли мне. Добрых снов, лорд Саккирел.
– Добрых снов, исса Анна. По поводу одежды я все компенсирую.
Граф Даниель, расправив плечи, вышел из покоев гувернантки. Внешне он снова был сух и холоден, но внутри кипел. Мягкий тон не успокоил его, напротив, он был страшно зол – еще чего не хватало, она общается с ним, как будто он ребенок. Да он! Да его дети! Что именно он и его дети граф не успел придумать, поскольку дошел до своих апартаментов и в раздражении плеснул в бокал вина. Да кто она вообще такая, и что себе позволяет? Так отзываться о его детях. То ли дело предыдущая гувернантка – она только хвалили детей, несмотря на их проказы. И не лезла заступаться, наоборот, говорила, что дети должны нести за свои шалости справедливое наказание. А эта! Нет, определенно предыдущий вариант был лучше. Если бы она не пыталась склонить его к женитьбе на Алессии.
Даниель вспомнил, как днем он наблюдал картину, где Тео и Алессия мирно общаются в беседке. Он задумался. Тео не рискнул бы открыто вредить гувернантке, зная, что он под угрозой отправления в кадетский корпус. Тогда кто? Неужели на это решилась Ванесса? Но зачем? Может исса Анна права, и дети действительно пытаются предотвратить некую угрозу? Дети вообще более восприимчивы к тонким материям, может они чувствуют что-то, чего он пока не замечает?
Граф понемногу цедил вино и постепенно успокаивался. Ему пришло в голову, что надо внимательнее присмотреться к появленке, а вдруг она действительно затаившееся зло? Ведь не случайно он так странно отреагировал на ее близость – до сих пор не прошло желание снова ощутить ее в своих руках, прижать, закрыть от всего мира. Она такая тоненькая, хрупкая, а мир большой, чужой и опасный. А она про него совсем ничего не знает. Хорошо, что в ближайшее время исса будет скрыта от всего в этом поместье, оно самое безопасное и ей тут точно ничего не грозит.
Граф сам удивился, когда понял, что думает об Анне уже не с раздражением, а теплом. Странно – ничего не сделала, только появилась, а он уже готов о ней заботится. Не то что с Алессией – та вьется возле него уже столько времени, а раздражает все больше. Кстати, а ведь Алессия вполне может навредить девушке, если заподозрит к ней графский интерес! Решено – к появленке присматриваемся, а Алессию лучше ненавязчиво отослать. Осталось придумать, как.
И граф Даниель Саккирел, довольный своим решением, отправился спать.
***
– Тео, мне кажется, что мы поступаем не очень хорошо, – сказала Ванесса брату, встав в несусветную рань и пристраивая аквариум с жужеликами возле двери таким образом, чтобы он опрокинулся как только та откроется.
Жужелики были любимчиками Ванессы – мохнатые, ядовито-зеленого цвета с ярко-красными глазами пузатые гусеницы размером с два кулака. У них были очень красивые глаза – темно-вишневые, в обрамлении густых ярко-красных “ресничек”. Но все без исключения взрослые их активно недолюбливали. Может от того, что знали, что их щетинки могут вызывать зуд и сильную сыпь на коже. Но это же не всегда, а только когда жужеликам страшно! У Ванессы были тонкие зачарованные перчатки до локтей, в которых она возилась с этими удивительными существами – кормила свежими листьями, выводила гулять в сад, даже купала иногда. Впрочем, животные Ванессу не трогали, они благосклонно принимали ее ухаживания, поэтому на нее их случайные прикосновения никак не влияли.
– Ванесса, мы уже говорили об этом. Она собирается помогать Алессии женить нашего отца. Ты хочешь отправиться в пансион? Все, давай по кроватям, исса Анна скоро придет нас будить. – Тео, как всегда, все решил за них двоих и был непреклонен.
Ванесса тяжело вздохнула и отправилась в свою комнату. Она не считала, что ее брат прав, но новую мачеху и пансион она не хотела. Она еще помнила, как шипела не нее леди Лора, мама близнецов, каждый раз, стоило той только оказаться у нее на пути. Все считали ее милой, кроткой и слегка болезной, только Ванесса знала, что мачеха ночами оборачивается в огромную змею с капюшоном. Узнала случайно, отправившись ночью попить воды. Услышала странный звук, из любопытства пошла посмотреть, и увидела, как мачеха превращается. Ванесса тогда застыла на месте от ужаса, не имея сил ни закричать, ни пошевелиться. Между тем, страшная гадина подползла к девочке и прошипела ей прямо в лицо «иди к себе и все забудь». Ванесса как неживая пошла, легла, и тут же уснула. Наутро она ничего не вспомнила. А вот спустя несколько дней у нее начались кошмары, в которых ей снилось, как огромная змея приказывает ей все забыть. Она настолько отчетливо видела змею, что ей захотелось узнать, что же это за тварь такая. Собственно и увлечение Ванессы всякими зверями и домашний бестиарий начался с поиска информации об этой змее. От мачехи же девочка стала держаться подальше, что всех устраивало. Но тогда она не понимала, почему так происходит. Только после смерти мачехи, Ванесса снова увидела весь свой сон целиком.