Текст книги "Потерянные примархи. Книга I - Верные легионы (СИ)"

Автор книги: Алексей Фролов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

Это в руины опустились саркофаги с Титанами. Богомашины Умбра Ира пришли, дабы привести Адвекс-Морс Примус к повиновению по воле Аластара Кракова, которого во флоте давно уже звали не иначе как Разрушителем Миров.

***

Титан класса «Полководец» поддержал орудия Ордо Редуктор, оставшись посреди древнего города. Две «Гончие», едва покинув свои саркофаги, двинулись на помощь легионерам, которые бились подле руин по обе стороны от плацдарма Механикум.

Кайден Кар оставил смертных и тяжелораненых легионеров у позиций Кракова, которые доминус уже начал укреплять, возводя по периметру баррикады, генераторы щитов и турели. Всех, кто еще мог держать в руках оружие, Кар разделил на две группы. Одну возглавил сержант Талорг, вторую сам экзактатор. Они повели воинов вдоль руин, чтобы помочь братьям, которые спасли их жизни меньше получаса назад. Аластар усилил их отряды скитариям и Железноходульными баллистариями.

Когда Кайден и его воины добрались до места битвы по левую сторону от плацдарма, схватка уже затихала. Экзактатор успел убить лишь одного ксеноса, прежде чем столкнулся взглядом со своим названным братом. Аскелад, весь в крови и пепле, поднялся над горой обезображенных тел. Когда он увидел Кара, искренняя улыбка осветила его измученное лицо.

Они приветствовали друг друга, взявшись за предплечья, по старому обычаю их народа. Затем воины крепко обнялись.

– Мы слишком упрямы, чтобы умереть в этой дыре, правда? – Аскелад хохотнул и тут же закашлялся. Он сплюнул кровь и оперся на руку брата.

– Ты уж точно, – Кайден поддержал его, и они вместе двинулись обратно, к позициям Ордо Редуктор. – Наш отец?

– С другой стороны, – капитан Первого копья подтвердил догадку экзактатора. – Брат, что это за преисподняя?

– Не знаю, – Кар на мгновение задумался, потом лукаво посмотрел на своего старого друга. – Но я рад, что у нас есть собственный дьявол.

– О, даже не один! – в тон ему ответил Аскелад, и они тихо рассмеялись

Когда братья прошли в центр боевых порядков Редуктора, где Краков развернул мобильный штаб, Балор Келл уже вернулся и разговаривал с доминусом. Увидев Кайдена, он кивнул воину. На миг лицо примарха потеряло серьезное выражение, он почти улыбнулся. Но затем перевел взгляд на магоса и его черты вновь ожесточились. Кар отметил, что с левым глазом отца что-то не так. Было трудно представить, чтобы примарх Авангарда Терры получил ранение, с которым не справилась бы его физиология полубога.

– Солей здесь? – Келл не верил своим ушам, в третий раз переспрашивая Кракова. – Битва на орбите… она выиграна?

– Пока нет, но вероятность требуемого исхода более шестидесяти трех процентов, – отчеканил Аластар Краков. – Группа Люис, усиленная Пограничной станцией «Парка», стала для ксеносов непрогнозируемым фактором и сумела в первые минуты встречного боя нанести чужим катастрофический урон. Однако их самих преследовал еще один вражеский флот. По предварительной оценке, он на двадцать два процента меньше того, с которым столкнулись мы…

– Мой брат выиграет эту битву, – Балор задрал голову к небу, прищурившись на ярком солнце. Только один глаз среагировал на свет.

– Я уже дал справку, вероятность составляет… – начал Аластар.

– Ты не понял, магос, – Келл хмыкнул. – Я не спрашиваю. Я утверждаю.

Несколько секунд все стояли молча. Только орудия Осадных Уничтожителей продолжали грохотать, но уже значительно реже, чем в начале боя. Затем в груди доминуса что-то щелкнуло. От мимолетного дуновения ветра его плащ распахнулся и Кайден увидел, что в грудную клетку Механикума имплантированы три округлые колбы, заполненные амниотической жидкостью. В колбах, в окружении проводов и трубок с питательными смесями, плавали сморщенные человеческие мозги.

– Атмосферные мониторы показывают, что враг стягивает силы, – Аластар добавил несколько звуков на бинарике. Возможно – ругательство. Кайден и Аскелад обернулись, услышав, как громадные машины Ордо Редуктор меняют позиции и шевелят стволами, корректируя наводку.

– Когда ж это кончится, – капитан Первого копья перезарядил болтер. Прибытие Кракова решило проблему недостатка амуниции.

– Ты узнаешь первым, сын мой, – рыкнул Балор, снимая со спины «Гибельный».

Осадные Уничтожители дали залп. Одновременно с ними «Император» ударил из турболазеров. Горизонт снова превратился в сплошную стену огня. Пока все смотрели на пламя, пространство перед баррикадами Ордо Редуктор озарила телепортационна вспышка. Затем еще одна, и еще.

Когда колдовской свет рассеялся, легионеры и Механикум увидели, что на изрытой почве солончака стоят воины в алой броне с золотыми и серебряными узорами. Все они были великолепными гигантами, рожденными для войны. Но был среди них тот, кого создали ради чего-то большего. Когда этот исполин среди исполинов снял свой рогатый шлем, его умные зеленые глаза встретились с глазами Балора Келла, в которых бушевало ледяное пламя.

Братья молча двинулись навстречу друг другу. Слова были лишними. Потому что и они, и каждый из присутствовавших здесь воинов, и даже киборги Механикум – каждый отчетливо понял простую истину. Балор Келл и Солей Враск снова вместе. А значит – у чужих нет шансов.

Глава 6

Проблема двоевластия

Он сияет

Гончие идут

Солей Враск тяжело привалился к серой стене рухнувшей башни. Его тога была изорвана в клочья, доспех из алого превратился в грязно-зеленый. Керамит покрывали подпалины и микротрещины. Разбитый шлем лежал у ног примарха.

Он медленно моргнул и поднял взгляд к небу. «Прима Материя» и «Затмение Серендина» выскользнули из его расслабленных рук, с глухим грохотом свалившись в пыль.

Авл и Элифас синхронно дернулись в направлении отца, но тот едва заметно качнул головой. Он продолжал безвольно лежать на наклонной стене, глядя в безбрежную синеву, к которой со всех направлений тянулись черные жгуты смолистого дыма. Казалось, орудия Ордо Редуктор выжгли само пространство за пределами пятикилометрового круга с упавшим флагманом в центре.

– Это снова происходит, – прошептал Кельс. – Я смотрю на нашего отца и чувствую его боль. Она захлестывает, дробит сознание, калечит дух…

– Чтобы это понять, не нужно иметь титул Дитя Бездны, – слова Элифаса прозвучали громче, чем следовало. – Как долго это будет продолжаться? Что с ним? Что это за тайна, о которой он не говорит даже нам с тобой?

– Тише, брат, – Авл смотрел на Солея.

Бой закончился пять минут назад. Звезднорожденные истребили не меньше пяти тысяч псайкеров и несколько сотен ксеносов, включая их отвратительные орудия. Едва ли не половина ящеров числилась на счету Враска. Даже Балор подивился бы его холодной расчетливой ярости, если бы был здесь. Но повелитель Авангарда бился по другую сторону от «Гнева Нуаду».

За минувшие шесть часов два легиона при поддержке контингента Механикум превратили рухнувший корабль в неприступную крепость. Почти все бреши заблокировали бронелистами или заварили. Подходы, которые нельзя было прикрыть, заминировали, подготовив на подступах огневые мешки. Подрывники обрушили несколько зданий, чтобы усложнить продвижение противника через город.

Оперативный штаб организовали с северной стороны, в руинах, между ставкой Ордо Редуктор и палубой, где библиарий Авангарда Терры по имени Аудун собирал выживших своего легиона. Теперь палуба стала апотекарионом. Развернутые на ней орудия передислоцировали ближе к краю города для поддержки обороны Механикум.

Кроме этого района фундаментальные укрепления пришлось возводить с диаметрально противоположной стороны. В том месте корпус линкора едва не развалился пополам, оперативные группы Солярной Ауксилии до сих пор не могли справиться с пожарами внутри корабля. Залатать столь колоссальную пробоину было невозможно. Именно здесь половина Звезднорожденных сражалась последние два часа под командованием своего примарха. Вторая половина билась вместе с сынами Балора.

– Мы с тобой не знаем, потому что он сам не знает, – тихо заключил Кельс, внимательно посмотрев на брата. – Ты понимаешь, что это значит?

– Что все очень плохо! – Элифас ударил бронированным кулаком по обломку балюстрады и песчаник осыпался к его ногам желтоватым крошевом. – Возможно… это из-за его дара? – Мастер Первого Аркана взглянул на Библиария с надеждой. – Он вернул сегодня не меньше сотни воинов! И меня в их числе. Может…

– Может, – на удивление легко согласился Авл Кельс. – А может, нет.

– Как ты справляешься со своими эмоциями, брат? – Элифас едва не кричал. – Скажи!

– Никак! – прошипел в ответ Библиарий. Он внезапно шагнул к своему брату, ловко перехватил его в поясе и опрокинул на землю. Элифас, не ожидавший подобного, не успел среагировать.

Авл навис над Мастером Первого Аркана. Кончики их носов едва не соприкоснулись. Элифас попытал сбросить с себя другого космодесантника, но не преуспел.

– Думаешь, только тебе тяжело видеть нашего отца… таким? – Дитя Бездны говорил сквозь зубы, в его глазах плясало пурпурное пламя. – А теперь подумай вот о чем. Даже Алый Король не смог ему помочь.

Элифас перестал вырываться и умерил свой гнев. Он второй раз в жизни видел Авла таким. Библиарий поднялся и протянул ему руку. Мастер принял помощь.

– И все же как? – уже спокойнее спросил Мастер Первого Аркана. – Как тебе удается быть таким… спокойным?

– Я запретил себе думать об этом, – психическое пламя в глазах библиария улеглось. – Лишние мыли, они ни к чему. Они заставляют жалеть нашего отца. Но он – Солей Враск, Алхимик, Кристаллический лорд Мистилтейна, Покоритель Лутайры. Один из двадцати величайших героев галактики. Ты считаешь, он этого достоин, жалости?

– Ты прав, брат, – Элифас поджал губы и опустил глаза. – Прости мне мои эмоции.

– Нечего прощать, – Дитя Бездны коснулся плеча брата. – Просто цени каждый миг, пока находишься рядом с ним.

Когда Элифас снова посмотрел на Враска, примарх уже был собой. Его зеленые глаза лучились великой мудростью, на губах играла таинственная полуулыбка. Он сжимал в руках «Прима Материя» и «Затмение Середнида», готовый без промедления нести кару Императора бессчетным своим врагам.

– Вы закончили, сыновья мои? – Солей перевел взгляд с Элифаса на Авла. Но Мастеру Первого Аркана все равно казалось, что примарх продолжает смотреть на него. – Надеюсь, что да. Мы здесь еще не закончили.

Одновременно с его словами две «Гончие» Умбра Ира зашевелились по флангам от позиций легионеров. Стволы плазменных бластганов уткнулись в горизонт, турболазеры загудели, набирая заряд.

Это будет уже четвертый штурм. Все повторится снова. Богомашины испепелят артиллерию противника и большую часть арьергарда. Те, что прорвутся, попадут под шквальный огонь легионеров и Солярной Ауксилии, закрепившейся в городе у рваной раны в боку умирающего линкора. Враги будут гибнуть тысячами, и все равно некоторые воины Империума падут. Некоторых отец уже не сможет вернуть…

Балор Келл как-то пошутил, что будь у Враска более многочисленный легион, он со своим даром мог бы в одиночку покорить всю галактику. Простодушный повелитель Авангарда Терры не подумал о том, что Солей понял его слова по-своему. Ведь он не знал, каким страданием наполнялась грудь Алхимика, когда вставали лишь восемь из десяти его сыновей. Он имел силу, чтобы возвращать их. Но не имел сил, чтобы вернуть всех.

– Второй Аркан, на передовую, – воксировал примарх. – Ревнители остаются во втором эшелоне. Кейр Мун!

– Да, господин! – отозвался старый полковник, командовавший контингентом Ауксилии, который базировался на «Гневе Нуаду». Всех этих закаленных воинов Балор предоставил в распоряжение Солея на южной стороне флагмана. Всех, кто выжил.

– Как там ваши лазганы и мельты? – примарх уже двинулся к оборонительной линии, Элифас и Авл последовали за ним. Оба отметили, что обычно молчаливый примарх довольно часто обращался к ауксилариям между штурмами. Потому что понимал, насколько важен сейчас моральный дух смертных. А еще он понимал, что лучше всего этот дух поднимают стрекочущие рядом болтеры легионеров и речи того, в чьих венах течет кровь самого Императора.

– Готовы испарять ксеносов и предателей, господин! – отозвался полковник. Мун был хорошим командиром и одаренным тактиком. Он пришелся по душе Враску.

– Это именно то, что я хотел услышать, – примарх повел плечами, проходя сквозь р воинов, чтобы встать в первом ряду. – Позволишь мне и моим сыновьям помочь доблестной Ауксилии?

Кельс услышал, как смертные, засевшие в редутах и на крышах обвалившихся зданий, тихо рассмеялись.

– Почту за честь! – воксировал Кейр Мун. Он посмотрел на примарха и отсалютовал ему цепным мечом. Солей ответил глубоким кивком.

– Тогда за Империум и Императора, воины! – мощный баритон Солея Враска прокатился по руинам древнего города. – И помните. Смерти нет!

***

– Ты прав, брат, нужно суммировать данные, – Балор глубоко вздохнул и оперся на «Гибельный». По покрытому свежими шрамами лицу блуждала усталая улыбка. – Вот только никаких данных у нас нет.

Лидеры легионов, Ауксилии и Механикум собрались в оперативном штабе двадцать минут назад по инициативе Солея Враска. Одиннадцатый примарх настаивал на том, что нужно покинуть эту проклятую планету, пока есть возможность. Балор не соглашался.

– Мы знаем лишь, что эти ксеносы невероятно сильны. Онивладеют технологиями, которые значительно опережают имперские, – Келл говорил громко, отрывисто. – Их тела модифицированы биологически и аугметированы на каком-то непостижимом уровни. Они сами, каждый боец, каждое существо – они и есть оружие!

– Это уже кое-что, не так ли? – Враск прищурился, глядя на брата. Они стояли по периметру круглого металлического стола, вырезанного из гильзы для твердотельной пушки Титана. – Их сила заключается в этой необычной аугметике, которая, как сказал Генетор из команды Аластара, внедрена на стадии плода.

– Это так! – вмешался Генетор. Его звали Маркус Карфан, он происходил из мира-кузни Риза и считался одним из лучших в своем деле. Как магос оказался на Ковчеге Максима Тихона и как согласился работать с Ордо Редуктор, оставалось тайной за семью печатями.

– У меня здесь недостаточно оборудования, но их генотип совершенно уникален! – магос был на удивление слабо аугметирован для своего статуса. Его голова была полностью человеческой, не считая нескольких имплантов в районе горла, чтобы общаться на языках Кант Механикум. – Предварительные анализы показали, что локусы из гомологичных хромосом смоделированы при коньюгировании в процессе профазы. Я не могу определить происхождение, но хромосомные перестройки не свойственны…

– Я знал одного магоса на Терре, – с задумчивым видом перебил Балор. – Его звали Архан Лэнд. Он тоже любил много говорить.

– И… – Генетор потупился. – Что с ним стало?

– Да ничего, в общем, – Келл демонстративно зевнул. – Просто говорит он теперь значительно меньше. И реже.

Маркус мгновенно уловил намек.

– В общем, это не биороботы, как я думал в начале, – резюмировал он. – Это не созданные, а рожденные организмы. Их рост и развитие были спланированы буквально по секундам! Аугемтика действительно внедрялась на самых ранних стадиях, в дальнейшем самомодифицируясь параллельно биологической прогрессии носителя. Это дало уникальный уровень синергии. Полагаю, встреченный нами вид – продукт гениальной генетической селекции.

– Гениальной? – Солей дернул бровью, но его голос оставался спокойным. – Много ли гениальности в том, чтобы создать целый народ и использовать его как оружие?

– Я… – Карфан снова звучно сглотнул. – Я не уверен. Это лишь версия, – он бросил взгляд на одного примарха, потом на другого, и зачастил. – Возможно, они сами сделали это с собой. У меня тут в достатке образцов, но походное оборудование... Я бы отослал кое-что на Ковчег, если бы…

– Нет, – спокойно прервал его Враск. – Сюда больше никто не будет высаживаться.

Примархи обменились взглядами, которые им двоим сказали больше, чем тысячи непроизнесенных слов.

– С ящерами и этой сухопутной морской фауной ясно, – Солей задумался над аналогией, находя ее тревожной. – Их космические корабли, надо полагать, имеют схожее происхождение?

– Да, – Маркус закивал. – Я почти уверен, они не строятся, а выращиваются. Возможно, на каких-то орбитальных фермах. Они тоже, как сказал достопочтенный Балор Келл, сами по себе являются оружием. Но электричеством, конечно, не могут атаковать. Ведь в космосе…

– Магос, не считай нас за идиотов, настоятельно тебе рекомендую, – примарх II легиона недобро ухмыльнулся. – Лучше скажи, что насчет псайкеров? Ведь это люди?

Келл посмотрел на Аластара Кракова. Тот не шелохнулся, но, видимо, отдал ментальную команду Карфану, позволив тому ответить на вопрос.

– К сожалению, в этом вопросе мне также не хватает исследовательских мощностей, – магос мелко затрясся, но выдержал взгляд примарха. Увидев это, Аскелад оттопырил губу, а Кайден удивленно улыбнулся. – Это определенно потомки древних терран. Возможно даже, это первые колонисты, покинувшие Систему Сол еще до Золотого Века.

– Как вышло, что все они псайкеры? – Авлу Кельсу этот вопрос не давал покоя с самого начала.

– Нет приемлемого ответа, – вместо Маркуса заговорил Краков. – Корпус эксплораторов, прибывший со мной, уже провел первичное исследование руин. Оно ничего не дало. Если это действительно люди, они настолько отличаются от нас, что мы уже не можем считаться с ними одним видом.

– Это не обязательно их город, – пожал плечами Элифас.

– Теории бессмысленны, – отчеканил Краков. – Ни одна не даст статистически значимой вероятности истинности.

– Но их аугметика, – неожиданно заговорил Аскелад. – Смертных псайкеров я имею ввиду…

Погруженный в свои мысли, он не сразу понял, что сказал это вслух.

– Верно, верно! – подхватил Генетор с полусекундной задержкой, которая потребовалась Аластару, чтобы направить ему разрешительный мыслеобраз. – Ксеносы их контролируют, это бесспорно! Но неясно, почему тела смертных псайкеров в таком ужасном состоянии. Я изучил несколько трупов. Они голодали длительное время, организмы на грани.

– То есть они умрут и без нашей помощи, – Балор нахмурился.

– Это странно, – поддержал его Солей. – Ксеносы используют их как оружие. Но к оружию обычно относятся лучше. Иначе оно не сможет выполнять свои функции.

– А если это оружие активировали в момент нашего прибытия? – предположил Элифас.

– Так точно подгадали момент? – усомнился Кайден Карн, посмотрев на боевого брата из другого легиона. – Ведь их здесь сотни тысяч, может миллионы. Допустим, псайкеры спали в стазисе. Скольких ящеры пробудили?

– Похоже, всех, что были, – рыкнул Аскелад. – У нас нет ответов. Мы в тупике.

– Мой сын прав, – припечатал Балор, его глаза снова загорелись огнем, который Солей Враск любил и не любил одновременно. – Поэтому мы должны остаться на планете и больше узнать о противнике!

– У нас на орбите шестьсот шестьдесят один корабль, – Солей Враск покачал головой. – Это две трети от объединенного флота, который пришел в систему. Больше половины из оставшихся в строю судов сейчас ремонтируются, почти двадцать процентов не готовы вступить в бой немедленно.

Примарх XI легиона медленно обвел присутствующих взглядом. Он говорил размеренно, но в его словах ощущалась такая же сила, как в яростном рыке Балора.

– Мы уничтожили в сумме сорок восемь кораблей противника из двух отдельных флотов, – продолжил Солей, глядя теперь только на брата. – Не заблуждайтесь, при таком соотношении потерь это поражение, а не победа. Еще одного подобного столкновения мы можем не пережить.

– Ты предлагаешь отступать? – теперь настал черед Келла щуриться.

– Враг может появиться в любой момент, – Враск не отступал. – Наши системы обнаружения не видят ксеносов, если они этого не хотят. Представить, что у них будет не сорок восемь кораблей, а хотя бы сотня, одним флотом. Мы даже не успеем эвакуироваться.

– Но столько вопросов, брат, – Балор обошел импровизированный стол, чтобы приблизиться к Солею. – И эти псайкеры. Они ведь порабощены! Кто знает, может, есть способ их освободить?

– Мы и правда можем помочь им, – Солей Враск говорил искренне, без злобы или ярости. – Пустив болт в голову каждому. Ты ведь слышал Генетора, они нежизнеспособны.

Он коснулся руки брата и оба смягчились. Затем оба опустили глаза.

– Враг снова наступает, – аугметика в голове Аластара Кракова громко затрещала.

– С какого направления? – встрепенулся Келл.

– Со всех, – Аластар на мгновение замолчал, получая пакеты данных от средств наблюдения, установленных по периметру оборонительных позиций. – Но теперь они остановились. Точно на пределе досягаемости моих орудий. Отделилась небольшая группа. Направляются сюда. Уничтожить?

Краков с шипением гидравлики повернул голову сначала к одному примарху, потом к другому. Номинально объединенным флотом командовал Балор, но игнорировать мнение второго примарха магос не мог.

Повисла напряженная тишина. Воины двух легионов начали переглядываться. Все они понимали, что Солей Враск готов приказать орудиям Ордо Редуктор открыть огонь, а затем сразу же объявить общую эвакуацию. Но у Балора Келла было свое видение ситуации.

– Проблема двоевластия, – прошептал Элифас. Он надеялся, что только Авл Кельс услышал его. Кайден Кар по другую сторону стола улыбнулся так, будто подумал о том же. А может, прочел по губам.

– Нет, доминус, – наконец проговорил Солей. – Похоже, они хотят поговорить.

Примархи одновременно подняли глаза. И снова им хватило одного взаимного взгляда, чтобы все выразить без слов.

– Что ж, до этого момента говорило их оружие, – повелитель II легиона выпрямился и демонстративно забросил «Гибельный» на плечо. – Посмотрим, что скажут их языки!

– Надеюсь, у нас возникнут трудности перевода, – усмехнулся Аскелад. Примархи направились к баррикадам, и легионеры потянулись за ними.

***

Делегация ксеносов состояла из трех черных ящеров с аугметическими коронами. Их прислужники семенили позади на почтительном удалении в несколько десятков метров.

– Может, один из нас не пойдет? – уточнил Солей Враск. Он, Балор и Краков шли впереди, за ними двигалось по одному отделению экзактаторов и ревнителей, еще дальше грохотали танатары Редуктора.

– Орбитальное сканирование по-прежнему невозможно, но у меня двадцать четыре монитора в стратосфере, – проскрежетал магос-доминус, – и восемь «Защитников». Они нацелены на нас.

– Ты намекаешь, что если ксеносы решат дать залп артиллерией по зоне нашего рандеву, то мы уцелеем? – усмехнулся Келл.

– Их артиллерия будет аннигилирована моими Осадными Уничтожителями, едва приготовится стрелять, – оба примарха обратили внимание, что голос Редуктора все же не был лишен эмоций. Сейчас в нем слышалось что-то вроде гордости. – «Защитники» нужны для непредвиденных обстоятельств.

– И все же это тактически глупо, – Враск покачал головой. Его шлем еще не успели починить, так что он оставил его в оперативном штабе. Немигающий взгляд примарха сканировал ксеносов, точно авгурный комплекс. – Мы оставили за баррикадами своих капитанов. Хотя бы вам, Краков, тоже нужно было остаться.

Ему никто не ответил. Балор коротко усмехнулся в своей манере, а магос-доминус просто не хотел признавать, что любопытство в нем взяло верх над тактической необходимостью.

Они остановились одновременно с ксеносами на расстоянии десяти метров друг от друга. Балор не скрывал агрессии. Он снял со спины «Гибельный» и приготовился к броску. Меж оскаленных зубов просочилось низкое утробное рычание. Глядя на него, Солей отметил, что в такие минуты Келл особенно похож на Русса. Примарх II легиона часто говорил, что у него двадцать братьев, но лишь два друга.

– Подожди, брат, – Враск коснулся рукой предплечья Балора. Как всегда, его аура действовала на Келла успокаивающе. Тот немного расслабился. – Чего они хотят, Аластар?

– Если это их лидеры, я сейчас порву их в клочья и мы пойдем в наступление, – прорычал Келл.

– Авгуры и ауспексы не показывают рядом скрытых объектов, – отчитался магос. – Разве что…

– Вот именно, – кивнул Солей. Он первым увидел, что за спинами ящеров воздух искажается вовсе не от жара. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы это заметил примарх.

Там был кто-то еще, две массивные гуманоидные фигуры. Их поля преломления были значительно совершеннее, чем у мурен. Враск не сомневался, что даже зрение легионера не различило бы этих искажений.

– Неужто все-таки ловушка? – Балор поудобнее перехватил «Гибельный» и состроил гримасу, отчего изуродованный глаз совсем закрылся. Физиология примарха так и не справилась с раной, полевые апотекарии тоже не смогли помочь ему восстановить зрение. Это само по себе было нонсенсом, но Келл не переживал. Он вообще никогда не переживал насчет себя.

Враск пристально смотрел на ящеров. Те поняли, что имперцы знают о воинах, скрытых полями преломления. Солей чувствовал это, хотя не понимал как. Это не было похоже на ловушку. Однако…

Один из ящеров выступил вперед и указал длинной рукой с мощными стальными когтями сначала на Балора, затем на Солея.

– Поединок? – примарх Авангарда Терры сразу понял, в чем дело. Он помнил старые обычаи своей терранской родины. Иногда кланы выставляли по лучшему бойцу, и та сторона, чей воин брал верх, признавалась победившей в конфликте.

Ксенос опустил руку и повернул голову сначала в одну, затем в другую сторону. Скрытые преломляющими полями существа обошли ящеров. Через мгновение они явили себя, сбросив покровы высокотехнологичной невидимости. Келл при виде разоблаченных врагов снова зарычал, Краков разразился тирадой на лингва-технис. Сервочерепа магоса инстинктивно подлетели к ксеносам, но Аластар одернул их.

Эти создания принципиально отличались от ящеров. Они были выше, почти равнялись ростом Солею и незначительно уступали ему в ширине плеч. Их тела выглядели антропоморфно, за исключением выгнутых назад ног и голов, что были неотличимы от морд терранских рысей.

– Невероятно, – донеслось из воксмиттера Аластара Кракова. – Этот уникальный вид напоминает глубоко модифицированный гибрид Хомо и Линкс Линкс.

– Эти ничтожества столь высокомерны, что предлагают нам парный поединок, – процедил Балор Келл. – При других обстоятельствах я бы счел это стратегически разумным решением, желанием сохранить жизни воинов, как делали мои предки. Но не в случае с поганой рангдой!

Рыси смотрели прямо на примархов. Их стройные поджарые тела были закованы в многосегментные доспехи из полированного металла. На всех видимых частях матовый металл покрывала ветвистая резьба. Ксеносы не носили шлемов. Большие уши с кисточками были усеяны железными кольцами. У одной из рысей правый глаз пересекал страшный шрам, как у Балора Келла.

Внезапно рыси сделали шаг вперед и синхронно поклонились имперцам. Затем они медленно извлекли свое оружие. Первый ксенос продемонстрировал ножи-кастеты с длинными загнутыми когтями на рукоятках. Короткие парные клинки второго по форме напоминали два перекрещенных полумесяца с одной удлиненной стороной. Боевые элементы на оружии рысей медленно налились темным свечением.

Примархи переглянулись. Они знали, чем были вооружены их противники, но лишь потому, что однажды по счастливой случайности Джагатай показал им свою оружейную на «Буре мечей». Ни один из народов галактики, которые встречались Звезднорожденным и Авангарду Терры, не бился таким оружием. Считалось, что оно уникально для Чогориса.

– Полагаю, вы примите вызов, – интонация Аластара звучала скорее утвердительно, чем вопросительно. Доминус отошел назад, приказав конструктам занять позиции по флангам. Механизмы не сводили волкитов с черных ящеров. Сервочерепа продолжали кружить над ксеносами.

– Не вижу причин отказывать им, – Балор плотоядно облизнулся. – В принципе, я так и планировал. Сначала истребить эту уродскую делегацию, затем атаковать остальных. Или ты возражаешь, брат?

– Я не понимаю, зачем им это, – Солей внимательно осматривал рысей. Его сверхчеловеческие глаза уже нашли восемнадцать слабых точек в их доспехах. Это внушало уважение, потому что в легионерской броне типа Марк III уязвимых мест было двое больше.

– Есть данные о перегруппировках? – спросил он у Кракова, снимая со спины щит и меч. Глядя на действия брата, Келл снова ухмыльнулся.

– Никаких перемещений, – донеслось со стороны Редуктора. – Мы можем не засекать единичные цели, скрытые полями преломления, но основные типы войск отлично сканируются. В пределах авгурных диапазонов противник недвижим.

– Значит, это не отвлекающий маневр, – прошептал Солей. Он привык понимать противника. Понятный противник – побежденный противник. Но с этими ксеносами боевые догматы Звезднорожденных не работали. Ящеров не получалось просчитать. Теперь еще эти рыси…

– Мне ясны твои сомнения, брат, – Балор хорошо знал Враска и видел его неуверенность. – Из уважения к тебе, я закончу это быстро.

После этих слов Келл сорвал собственный шлем и отбросил его. Солей покачал головой. Одна из рысей кивнула примарху II легиона, другая – Солею. Парный поединок начался.

***

Враск медленно двинулся к противнику, выставив перед собой щит. Теоретически он имел преимущество, ведь у рыси щита не было, в обеих руках она держала оружие, опасное лишь в клинче. Однако по тому, как двигался ксенос, как уверенно и мягко переставлял он свои кошачьи ноги, как легко держал оружие в адаптивной позиции, Солей понимал, что этот поединок будет сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Рысь коротко кивнула ему и бросилась в атаку. Она перемещалась с чудовищной быстротой. Ножи-кастеты обрушились на щит шквалом ударов. Затем чужой молниеносно ушел в сторону, пытаясь зайти сбоку, но Солей тоже сместился и новая волна атак пришлась в щит. Силовое поле «Затмения Серендина» натужно взвыло.

Солей попытался перехватить инициативу. Он сделал шаг назад, разрывая дистанцию, но не стал занимать статичную позицию. Вместо этого он сразу оттолкнулся отставленной ногой, глубоко взрыв солончак, и вскинул щит над собой, выполнив точно выверенный укол в пах рыси. Та отпрыгнула, затем сама двинулась в контратаку, но Враск еще не закончил. Не опуская щита, чтобы прикрыть себя по верхней полусфере, он развил наступление и продолжил колоть вниз, целя в живот и ноги. Его удары были быстры, но ксенос довольно легко уходил от них.

Внезапно рысь вместо уворота шагнула вперед, одним ударом сбив клинок примарха, другим подбросив его щит еще выше. Чужой атаковал Враска ногой в живот, отчего керамит треснул, а тело Солея пронзила резкая обжигающая боль.

Ксенос продолжил удерживать щит и меч противника ножами-кастетами, что удавалось только за счет длинных изогнутых когтей, выходящих из рукояток этого странного оружия. Чужой снова ударил ногой, но в этот раз Солей сместился корпусом и атака прошла по касательной. Тем не менее, ее силы хватило, чтобы разорвать гибкое сочленение между керамитовыми пластинами, выкрашенными в алый.