Текст книги "Потерянные примархи. Книга I - Верные легионы (СИ)"

Автор книги: Алексей Фролов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Сноп стрекочущих молний ударил точно в центр груди Аскелада. Электро-атака не преследовала цель нанести ущерб, но она перегрузила силовой модуль доспеха, полностью отключив его и отбросив космодесантника на несколько метров. Однако капитан успел метнуть свое оружие. Одновременно с его губ сорвался нечленораздельный поток великолепной фоморской брани.

Когда экзактатор вскочил, ящер еще лежал на земле с развороченной грудиной. Брошенное копье пробило его насквозь, нанеся чудовищный урон. Любая другая тварь уже билась бы в агонии, но этот чужой намеревался продолжить схватку. Плоть по краям раны начала затягиваться, ксенос обхватил древко копья лапами, прикидывая, как его вытащить.

Но экзактатор не позволил этого. Подбежав к ящеру, он плашмя рухнул на него, выставив перед собой щит. Силовое поле на кромке тоже отключилось от перегрузки, но это не имело значения. Аскелад услышал, как ломаются кости ксеноса, и надавил сильнее.

– Альба гуно, рангда, – прошептал он в лицо врагу, выхватывая из магнитной планки на бедре тактический нож. В течение следующих двух секунд экзактатор превратил живот ящера в жуткую мешанину искромсаной плоти и вспоротых органов. Тот не мог ничего сделать, будучи прижат к палубе весом космодесантника.

Аскелад поднялся над поверженным врагом, широко расставив ноги. Он несколько раз ударил его кромкой щита, а затем прижал ее к шее ксеноса и надавил изо всех сил. С хрустом ломающихся позвонков и треском рвущейся плоти голова чужого отделилась от тела.

Капитан с яростью вырвал копье из груди ящера и вскинул над собой в жесте чемпиона. В следующее мгновение палуба наполнилась ревом тысяч глоток. В основном ревели легионеры, но среди них также обнаружилось несколько сотен смертных членов экипажа и два техножреца. Последние, впрочем, отреагировали весьма сдержано, лишь обменялись короткими ноосферными пакетами, выразив друг другу холодную благодарность за участие в совместной битве.

Аскелад опустил копье. Он чувствовал, как действие стимуляторов завершается, эндокринная система транс-организма переходит в штатный режим, а парный ритм сердец замедляется. Капитан окинул воинов взглядом, выискивая своего заместителя.

– Дэй, – он коснулся вокс-бусины на горжете.

– Мертв, – прошептал в ответ хриплый голос Аудуна.

– Значит, ты за него, – припечатал Аскелад. Вообще-то, по протоколу должность переходила к Айну, но сержанту экзактатор уже отвел другую роль. – Что со связью?

– Командный вокс работает только на ближней дистанции, – отозвался Иден, старший технодесантник Первого копья. – Мое отделение вместе с Механикум уже разворачивает стационарный усилитель. Похоже, наши исходящие передачи слышат, но отвечать нам не могут. Легионеры и смертные прибывают из других частей флагмана.

Аскелад ненавидел сражаться в шлеме. На Фоморе они шли в бой голые по пояс, как их предки со Старой Терры. Но сейчас ему нужна была вся тактическая информация, поэтому он снял шлем с бедра и надел его, зафиксировав магнитные замки на горжете.

Капитан несколько раз моргнул, изучая сводки. Затем ментальной командой переключился на общий экран со списком всех подразделений, что находились на развороченной палубе.

– Внутренний вокс корабля? – уточнил он, прищурившись.

– Отключен, – пояснил технодесантник. – Как и остальные инфраструктуры. Это больше не палубы, модули и отсеки, а дьявольский лабиринт из покореженного металла. Я удивлен, что кто-то выжил вблизи хребта флагмана. Те сегменты получили наибольший урон при падении.

«Гнев Нуаду». Гордость Авангарда Терры. Космический колосс, которого считали непобедимым.

– Тогда так, – Аскелад отмахнулся от печали, что коснулась его сердец. Не время. – Аудун, остаешься здесь с половиной людей. Возьми все Звериные роты. Со мной пойдут Первое и Третье копья. Вы здесь организуйте плацдарм. Усильте сигнал, разошлите разведкоманды внутрь корабля. Соберите всех, кто выжил. И готовьтесь к обороне, они снова придут.

– А ты? – Аудун заступил Аскеладу путь. Карие глаза друи встретились с синими линзами капитанского шлема.

Экзактатор отлично понимал сомнения псайкера, ведь его знали как умелого воина, но не лучшего командира. Что ж, никто не говорил, что будет просто…

– Мы пойдем вдоль корпуса корабля снаружи, – невозмутимо ответил воин, уняв свой гнев. – Там тоже есть выжившие, мы направим их к вам. Готовьтесь к приему тяжелораненых, расширьте апотекарион.

– Не много ли людей ты берешь с собой для спасательной операции? – друи склонил голову набок, демонстрируя, что ждет более подробных разъяснений.

При других обстоятельствах сомнения в приказах старшего по званию во время боевых действий можно было бы счесть саботажем. В истории Авангарда Терры такого не случалось, но на этот счет имелись вполне конкретные указания. А именно – болт в голову саботажника.

– Достаточно, – Аскелад оставался холоден. Он намеренно не переключился на личный канал, хотя видел запрос Аудуна. – Мы пойдем до кормовой надстройки. До мостика, где во время крушения находился наш отец.

Аудун выпрямился и несколько раз моргнул. Такого ответа он явно не ожидал.

– Ты слышал, что корабль едва проходим, – продолжил экзактатор. – И ты знаешь нашего отца. Мы все знаем. Вне зависимости от того, принял он наш сигнал или нет, Балор не будет оставаться на борту. Он выберется наружу и пойдет собирать выживших с десантных капсул. Учитывая, что на мостике с ним было всего сто экзактаторов, ему понадобится помощь.

Аскелад в упор смотрел на библиария, но периферийным зрением видел, как многие воины одобрительно кивают.

– Ты прав, он поступит так, – наконец согласился друи. Он шагнул к Аскеладу и коснулся его плеча. – Прости мне мои сомнения, капитан Первого копья.

– Ничего, – экзактатор тоже коснулся плеча Аудуна, принимая извинения. – Это не та война, к которой мы привыкли. Но мы адаптируемся. Как всегда. Организуй плацдарм, Аудун. Мы вернемся с Балором Келлом, и тогда нашу ярость будет не остановить.

***

– Омникс, их нужно подавить, прямо сейчас! – прокричал Кайден, продолжая стрелять из болтера. Боезапас подходил к концу, им срочно нужно было найти дроп-под с амуницией.

– Выполняю, – магос отдал команду по ноосферному каналу и конструкт развернулся. Он двинулся вперед на крейсерской скорости, раскаляя жерла волкитов докрасна. Сам Редуктор шел позади машины, частично прикрываясь ее мобильным силовым щитом.

– Арден, мы слева, зажмем их перекрестным огнем! – с этими словами Кар вскочил и бросился к тактической точке, которую мгновение назад разметил на ретинальном дисплее.

– Я прикрою, – не дожидаясь приказа ответил Лэйс. – Бейте вместе со мной!

Команду он отдал взводу ауксилариев, которых легионеры нашли пять минут назад у разбитой «Грозовой птицы». Воины Солярной Ауксилии вскинули лазганы и выстрелили через секунду после того, как фламиник послал в противника психическую молнию.

В этот раз было сложнее. Они уже дважды сталкивались с врагом, но впервые кроме человеческих псайкеров им противостояли ксеносы. Причем довольно много, и под прикрытием тяжелой артиллерии.

Артиллерия выглядела как огромные, размером со штурмовой имперский танк, морские звезды грязно-серого цвета. Звезды сочились зеленоватым ихором, периодически исторгая из себя что-то вроде шаровых молний, которые наносили колоссальный площадный урон, помимо того, что пережигали электронику в радиусе поражения.

А еще у ксеносов обнаружились сухопутные мешкороты, которые перемещались по земле благодаря жуткой аугментации, похожей на металлические крабьи лапки. Эти отвратительные существа плевались сгустками кислоты, которые каким-то немыслимым образом могли менять траекторию движения в полете. Кислота мгновенно прожигала керамит, в чем легионеры уже успели убедиться на примерах своих менее ловких товарищей.

План Кайдена удался. На плоском, как торс эльдарки, солончаке некуда было спрятаться, поэтому все маневры ограничивались молниеносными марш-бросками. Кар рассредоточил воинов, и врагу пришлось выбирать приоритетные цели. Но экзактатор распределил бойцов по центру и флангам таким образом, чтобы все они имели одинаковый потенциал урона. Это сбило ксеносов с толку и дало имперцам драгоценные секунды, чтобы группа Кайдена могла обогнуть атакующих псайкеров и ударить по артиллерии чужих.

Расстреляв последний магазин, экзактатор отбросил болтер и выхватил из-за спины копье со щитом. Воин схлестнулся с одним из ящеров, прикрывавших пару черных звезд. Они разменялись несколькими атаками и разошлись без значительных повреждений. Но затем на помощь Кайдену пришел Сол-Милитарис Ардена, и все закончилось быстро.

Вместе с подкреплением они добили второго ксеноса и разорвали в клочья черные звезды. Дальше настал черед мешкоротов, щиты которых оказались значительно прочнее. В этой схватке легионеры потеряли двух бойцов, а Арден лишился левой руки ниже запястья. Поле боя осталось за Авангардом Терры.

Кар отдал несколько коротких приказов, перегруппировывая силы. Они уже собрали больше сотни космодесантников и полтысячи смертных. К сожалению, не все из людей были ауксиларями, поэтому почти половину экзактатор не мог считать за полноценные боевые единицы.

– Еще сигнатуры, – передал Первый среди равных по общему воксу. – Сразу с двух направлений.

– Разделимся, – к нему подошел фламиник. – Расстояние между сигналами всего километр. Если одна группа встретит ожесточенное сопротивление, то сможет быстро отойти ко второй.

– А если обеим группам придется жарко? – будто невзначай спросил Арден Киран и все повернулись в его сторону. Воин пожал плечами.

– Врагов становится больше, они стягивают силы, – констатировал Кар, уже отдав когитатору доспеха ментальную команду, чтобы он разбил воинов на две равные части.

– Дробление контингента – целесообразный шаг, – к ним подбежал магос. В предыдущем бою Омникс Экспло-1 немало удивил легионеров, когда оказалось, что его на вид человеческие ноги могут трансформироваться в шесть металлических паучьих лап с адамантиевыми лезвиями на конце. На этих лапах Редуктор перемещался с невероятной скоростью, так что даже ящеры не успевали за ним. Зато его фузила очень даже успевала за ними.

– Ввиду ограничений, накладываемых фактором времени, разделение группы увеличит вероятность спасения выживших по указанным координатам на тридцать четыре процента, – Омникс несколько раз переступил ногами, искромсав белесую почву под собой.

– И даже без сотых? – уточнил Арден.

Секунду Редуктор молчал. Кайдену показалось, что акустические сенсоры шлема уловили скрип шестеренок в наполовину металлической голове магоса.

– Инсинуация классифицирована как шутка, – бесстрастно выдал Омникс. – Довольно банальная, надо сказать.

Воины, подключенные к общему каналу, разразились короткими смешками. Кайден позволил это мгновение легкомысленности, чтобы немного снять напряжение. Затем он разделил людей согласно рекомендациям когитатора и они двинулись в противоположных направлениях.

Группе Кара пришлось относительно легко. Они быстро добрались до «Громовой птицы», возле которой отделение легионеров и несколько ауксилариев отбивались от псайкеров. После боя оказалось, что транспортно-штурмовой челнок доверху набит патронами разного калибра и гранатами.

Но долго радоваться неожиданной находке воинам не пришлось. Группа Ансгара встретилась со значительными силами ксеносов, и Кайден спешно выдвинулся в их направлении.

Когда схватка иссякла, воины поймали прерывистое вокс сообщение, и направились к его источнику. Там обнаружились сразу две «Громовые птицы» и поврежденный дроп-под неподалеку.

В течение следующего часа Кайден двигался по четырехкилометровому периметру вокруг флагмана, собирая выживших. Теперь его соединение насчитывало уже пятьсот легионеров и больше двух тысяч смертных – членов экипажа флагмана и ауксилариев. Также они обнаружили несколько техножрецов Ордо Редуктор, двое из них имели собственные конструкты, как у Омникса. Кар поставил Экспо-1 командовать их отрядом.

– Учитывая расчеты, которые сделал магос, эти будут последними, – Ансгар Лэйс прокомментировал показания ауспексов брони, которые засекли сигнатуру на самой границе периметра.

Кайден согласно кивнул. Его собственные предположения совпали с пакетом данных, которые передал Омникс Экспо-1 десять минут назад. Механикум учел траекторию падения флагмана, расположение пусковых установок спасательных капсул и дроп-подов. По расчетам, выжило меньше трети тех, кто смог эвакуироваться. Но Кар не верил, что никого не осталось на самом корабле. Ведь в момент падения там находился Аскелад. И отец.

Отправляясь к последней сигнатуре, Кайден взял с собой магосов Редуктор и пять полных отделений, принадлежавших четырем разным копьям. Ансгар и Арден тоже пошли с ним. По координатам обнаружилась спасательная капсула, она была запечатана. Это говорило лишь об одном, но Кар все равно лично вскрыл ее и проверил тела.

Двадцать пять трупов. На лицах застыл непередаваемый ужас. Двое, кажется, молились. У одного в судорожно сжатых руках воин заметил маленькую книжку из дешевой переработанной бумаги. Экзактатор отогнул край обложки, чтобы прочесть название. «Лектицио...» Дальше буквы забрызгала кровь.

Подошедший Ансгар увидел то же, что Кайден. На миг в разуме псайкера вспыхнула картинка. Ничего конкретно, лишь смазанные образы. Луна древнего мира. Храм. Искра, которая расползается рокочущим пламенем по всей галактике…

– Кайден! – позвал Опустошитель. Экзактатор обернулся на голос.

– Посмотри на это, – Арден махнул рукой, и Кар уставился в указанном направлении.

Сначала он ничего не увидел. Поэтому задал линзам шлема максимальное увеличение и лишь тогда понял, что к дрожанию раскаленного воздуха прибавилось что-то еще. Воин попытался просканировать целевую зону.

– Сенсоры молчат, – Арден легко догадался, что сейчас делает Первый среди равных. Минуту назад он делал то же самое.

– Похоже на… – Кар продолжил всматриваться в волнение воздушных масс, пытаясь уловить в них закономерности. Внезапно его разум прострелило озарение.

– На землю! – проревел он в общий вокс-канал и первым рухнул на соленую почву, как подкошенный.

В следующее мгновение враг обнаружил себя.

Из пустоты прямо перед легионерами вылетело с полсотни шаровых молний и столько же кислотных «плевков». В маскировке больше не было необходимости, и когда ксеносы отключили поле преломления, оказалось, что перед имперцами развернулась целая армия.

Нет, это были не разрозненные отряды, с которыми они сталкивались раньше. Сейчас Кайден Кар видел перед собой полноценное боевое соединение с разными типами войск, выстроенные в четкие тактические порядки.

Впереди двигались человеческие псайкеры, тысячи чахлых ничтожных существ, которым предстояло сыграть роль пушечного мяса. За ними шли группы ящеров, возглавляемые более высокими особями с угольно-черной шкурой и аугметическими коронами на треугольных головах. В арьергарде двигались морские звезды и мешкороты.

Еще дальше экзактатор рассмотрел огромных черных спрутов и нечто совсем уж мерзкое, напоминавшее слизней. Слизни по своим размерам могли соперничать с Титанами класса «Налетчик». Они двигались очень медленно, по их шкуре то и дело пробегали ветвистые разряды электрической энергии.

– Если честно, я еще хотел повоевать, – Арден успел откомментировать ситуацию прежде, чем начался бой. Нет, не бой. Мясорубка.

Первыми атаковали слизни. Наросты на их тупых мордах, снабженные поблескивающей в свете слепящего солнца стальной аугметикой, исторгли мощные электрические волны. Эти волны прошли по баллистической траектории над позициями ксеносов и обрушились на имперские части, мгновенно уничтожив всю электронику в доспехах легионеров. У половины ауксилариев отказали лазганы.

Затем настал черед спрутов. В вершинах их отвратительных тел подобно бутонам оскверненных цветков раскрывались жуткие розовые пасти. Из этих пастей по высоким траекториям к позициям воинов Империума устремились черные маслянистые шары. Некоторые удалось сбить болтерами и тяжелыми стабберами. Те, что упали среди людей, лопнули, расплескав вокруг жидкость, напоминавшую прометий.

Жидкость имела резкий химический запах. Человек, на которого она попала, терял способность двигаться, его будто парализовывало каким-то ядом мгновенного действия. Даже легионеры не могли противостоять этой заразе.

После атаки спрутов в бой пошли псайкеры, а за ними – молчаливые ящеры. Кайден сумел рассмотреть, что между обычными ксеносами движутся еще какие-то существа, по-прежнему скрытые полями преломления.

Экзактатор обернулся на флагман. Там тоже должны быть выжившие. А еще там есть руины, в них можно укрыться. Тогда как здесь, посреди распятого на солнце солончака, у них нет ни единого шанса против такой армады.

Он сорвал шлем, набрал как можно больше воздуха в модифицированные легкие и проревел:

– Общее отступление! Передать приказ по цепочке! – он ненавидел себя за эти слова. Авангард Терры никогда не отступал. Но еще Авангард Терры не имел привычки умирать зазря. Особенно когда был шанс отойти, перегруппироваться и нанести ответный удар. Слабоумие и отвага – это про ребят Ферруса или Пертурабо. Но не про воинов Балора.

Первый среди равных посмотрел воинов рядом с собой. Арден и Ансгар поняли его без слов. Оба заняли устойчивые позиции и открыли огонь по псайкерам.

– Омникс! – позвал Кар. Редуктор вырос рядом с ним будто из-под земли. За его спиной маячили другие Механикум, которые уже готовили к бою свои конструкты.

– Предвосхищаю приказ, – глазные линзы Экспо-1 щелкнули, перенастраиваясь с горизонта на лицо экзактатора. Магос рывком передернул затвор фазо-плазменной фузилы. – Мы останемся с вами прикрывать отход основной группы.

– И даже вероятности не просчитаешь? – усмехнулся Арден Киран. Опустошитель тоже снял шлем и Кайден отметил, что лицо воина все покрыто жестокими шрамами. Его глаза были ярко-синими, как у примарха.

– Нечего просчитывать, – отрезал магос. – Даже существу с вашим коэффициентом интеллекта должно быть очевидно, что наш путь окончится здесь.

По наполовину железному лицу Механикум скользнуло подобие улыбки. Затем его линзы вновь затрещали, перенастраиваясь на противника. Он вскинул фузилу к плечу.

Арден тихонько хохотнул. Опустошителю пришлось снять Сол-Милитарис с плеча, чтобы стрелять вручную. Системы наведения доспеха больше не работали.

Конструкты Редуктор выдвинулись на позиции, поравнявшись с отделением легионеров, которые добровольно решили остаться с экзактатором. На самом деле, остаться хотели все, но Ансгар Лэйс накричал на остальных, прибавив к своему зычному голосу немного псионической энергии. Иначе космодесантники просто не послушались бы.

– Дадим нашим братьям как можно больше времени, – без лишнего пафоса резюмировал Кайден и открыл огонь. Внезапно он ощутил чужое присутствие в своем сознании.

– Уходи, – это был голос Лэйса. – Только ты сможешь довести остальных до флагмана, – он говорил спокойно. Его глубокий бас кристально-чисто звучал в мыслях Кара. Что никак не вязалось с реальным обликом псайкера – он стоял на соленой почве, широко расставив ноги, и с безудержной яростью на лице поливал подступающего противника фиолетовым психическим пламенем, которое срывалось с навершия его силового посоха рваными лоскутами. Затем он ударил посохом о землю и перед ним вспыхнула полусфера кинетического щита.

– Я не могу… – попытался возразить Кайден, но осекся, когда его разум наполнили образы. Он видел воинов – легионеров и смертных – разорванных на части когтистыми лапами ксеносов, испепеленных психическими молниями предателей. Они лежали в сотне метров от того места, где начались руины. Все погибли, никто не смог добраться до флагмана.

– Вот, что ждет их без тебя, я видел, – пояснил фламиник, и сердце Кайдена рухнуло в колодец без дна.

– Это правда? – он мысленно ответил псайкеру, даже не поняв, как это у него получилось.– Если я пойду, они…

– Выживут, – подтвердил Ансгар Лэйс. – Но тебе нужно идти прямо сейчас.

Неподалеку разорвалась шаровая молния и одного из легионеров отбросило прочь, как тряпичную куклу. Совсем рядом с экзактатором огненный шар взорвался на стальном корпусе конструкта, оторвав ему орудие.

– Но как же вы… – Первый среди равных опустил болтер и посмотрел на фламиника.

– Убирайся! – закричал Ансгар уже физическим голосом. – Уводи их! Времени нет!

Кайден просто кивнул и сорвался с места. Он не мог сомневаться в словах фламиника. Тот никогда не ошибался, ни на Фоморе, ни после Вознесения, когда легион бился уже не за Балора, а за все человечество.

Он не мог сомневаться, как не мог знать, что Лэйс солгал ему. Отступавшие воины добрались бы до флагмана в любом случае. Однако фламиник видел неясные образы ближайшего будущего, в которых Кайдену Кару придется переступить через себя и совершить нечто такое, чего ни один сын Балора Келла еще не делал. И никогда не сделает.

Кайден добежал до отступавших воинов. Он отдал несколько коротких приказов, чтобы люди ускорились и сменили формацию. Легионеры обступили смертных, не давая им рассыпаться. Некоторые космодесантники схватили по несколько членов экипажа на руки, потому что те двигались недопустимо медленно.

Удостоверившись, что его приказы исполнены, Кайден обернулся. В этот момент струя кислоты, выпущенная одним из мешкоротов, обрушилась на Ардена Кирана. Воин попробовал увернуться, но зона поражения оказалась слишком большой. Его накрыло с головой, и он рухнул на землю. Легионер начал кататься из стороны в сторону, его доспехи дымились, он тщетно пытался снять их. Сорвал наплечник, затем наруч. А потом внезапно затих и перестал шевелиться.

Спустя секунду лопнул кинетический щит Ансгара и фламиник сразу получил несколько прямых атак энергией Эмпиреев. Психический капюшон порвался и разлетелся мерцающими осколками пси-активных кристаллов. Доспехи мгновенно обуглились, посох оплавился. Воин тяжело упал на колени, выронив оружие из ослабевших рук. Но когда псайкеры приблизились, Лэйс внезапно поднял поникшую голову и с ревом извергающегося вулкана выплеснул из себя волну черно-фиолетового огня, который разошелся широким конусом, испепелив сотни врагов. Сам фламиник, вложив в последнюю атаку собственную сущность, обратился горстью пепла и керамитовой трухи, которая медленно опала на изломанную корку солончака.

Затем погиб Омникс Экспо-1. Магос Редуктор сумел аннигилировать из своей фузилы двух ксеносов, напрочь игнорируя псайкеров, с которыми отлично справлялись волкиты его конструкта. Третьим выстрелом Омникс уничтожил щит, прикрывавший черного ящера с короной. Он перезарядил фузилу, но не успел добить противника. Его с ног до головы обдало черной жидкостью, выпущенной спрутом, а затем в магоса врезалась шаровая молния, разметавшая тело адепта на равные объемы плоти и металла.

Кайден Кар этого уже не видел. Он отвернулся, когда пал кинетический щит Ансгара. Ему было слишком больно смотреть на смерть воинов, которых он не уберег…

Экзактатор взял себя в руки, усилием воли подавив эмоции. Ему нужна холодная голова, чтобы довести выживших до флагмана, где его ждут другие братья. Где его ждет отец. И там они встанут насмерть.

***

Аскелад воевал на сотнях миров во всех уголках галактики. Но таких городов он не встречал. Даже на планетах, исконно принадлежавших ксеносам. Сейчас этот город обращен в руины, но когда его колоссальные башни устремлялись к прозрачно-синим небесам, он, несомненно, был великолепен.

Пробираясь среди каменного крошева и обвалившихся арок, капитан Первого копья обратил внимание на кладку. Точнее – на ее отсутствие. Стены строений будто вырублены из цельного массива скалы идеальными росчерками мельты. Не выращены, как мерзкие дома эльдаров из психокости. А обработаны рукой выдающегося мастера, вроде примарха IV легиона.

Аскелад не имел обширных геологических познаний, но без труда различал сланец, песчаник, гранит и некоторые другие породы. Большинство строений, судя по их остовам, изначально имели круглую форму, а соединялись между собой надземными переходами. Снаружи они не имели никакого декора, но изнутри каждый квадратный сантиметр камня был покрыт гравировкой. Время не пощадило орнаменты и изображения, сейчас уже ничего нельзя было рассмотреть. Но, улавливая отдельные фрагменты, Аскелад понимал, что это были невероятные по масштабу картины каких-то эпических событий.

Несмотря на исполинские размеры зданий, проходы вполне подходили людям. И тем удивительнее выглядел этот странный город. Ведь получается, что изначально здесь находилась одна из человеческих колоний? Одна из тысяч сирот, потерянных во мраке Долгой Ночи!

Но было что-то еще. Что-то неестественное, чего нельзя было объяснить. Не варп. Точно не варп. Авл говорил, что Аскелад хотя и не станет никогда библиарием, все же имеет определенные задатки псайкера. Экзактатор обычно хорошо чувствовал присутствие Эмпиреев и даже их отголоски. Но здесь, среди выбеленных солнцем округлых стен, дышало эхо чего-то другого. Куда более древнего.

– Контакт, – коротко доложил Галам, которого Аскелад направил вперед во главе разведгруппы.

Они могли переговариваться между собой по воксу, но с плацдармом связи не было. Едва экзактатор вывел воинов с палубы рухнувшего флагмана, исходящие вызовы перестали доходить до технодесантников Аудуна. Но входящую передачу Аскелад слышал еще около километра. Пока им не встретился противник.

Они дважды пробивали себе дорогу через орды обезумевших псайкеров, и каждый раз их количество ужасало. Тот факт, что ими не командовали ящеры, пробуждал в экзактаторе смешанные чувства. С одной стороны, это облегчало ему задачу. С другой – если ящеров нет здесь, значит они есть где-то еще. То есть где-то еще братьям Аскелада будет труднее, чем ему. Капитан Первого копья не привык перекладывать свое бремя на других. Это злило его, но после штурма ксеносского «наутилуса» воин поклялся держать эмоции в узде.

– Жди, – приказал он и ускорился. Через пятнадцать секунд они вступили в бой и увязли в нем.

Псайкеры-предатели не были ровней друи легиона, но они наводнили город. Тысячи манекенов с белесыми глазами, одетых в грязные рваные обноски, накатывались на стройные ряды Авангарда Терры, исторгая из себя потоки огня, мороза и молнии. На длинной дистанции их рвали сплошным болтерным огнем, а когда они приближались, Аскелад был вынужден командовать штурм и идти в рукопашную, ежеминутно рискуя своей жизнью.

Руины города снижали маневренность легиона. Хаотичные нагромождения битого камня усложняли принятие тактических решений. Аскелад приказал отдельным подразделениям действовать самостоятельно, адаптируясь к рельефу. Так Авангард Терры умел воевать.

Обученные бойцы заманивали врага в огневые мешки кратеров и узких площадей, где численное превосходство не имело значения. Космодесантники из истребительных команд Опустошителей с комби-болтерами старались занимать высоты и подавляли псайкеров на подступах к изготовившимся к рукопашной воинам с силовыми и цепными клинками. Плазменное оружие капитан Первого копья приказал беречь для ящеров.

Увидев противника впереди, Аскелад выстрелил из болтера и рухнул на землю, подняв облако желтой солоноватой пыли. Его короткая очередь вскрыла три грудные клетки, но четвертый псайкер успел выпустить ветвистую молнию, которая разошлась каскадом коронных разрядов по каменной стене над головой легионера.

– Фланги! – рявкнул Аскелад, выпустив еще одну очередь, чтобы прикрыть братьев.

Гемостамен разгонял кровоток до предела, мульти-легкое воина сворачивалось и разворачивалось с частотой стабберных выстрелов. Системы брони впрыскивали в каналы сопряжения новые дозы очищенного рекафа, L-тианина и примацетама, которые уже сто раз убили бы смертного. Но Аскеладу и его бойцам этого было мало.

Когда легионеры заняли позиции и открыли перекрестный огонь на подавление, экзактатор рванулся вперед, на ходу примагнитив болтер к бедру и выхватив из-за спины копье. Он взял оружие в обе руки и ввинтился в ряды псайкеров. Каждый взмах, каждый выпад, каждое движение несло смерть и кровопролитие.

Псайкеры толи потеряли способность мыслить, толи их чем-то одурманили. Они использовали свой дар даже в упор, зачастую убивая собратьев и самих себя. Но на узкой улочке Аскелад не дал им шанса воспользоваться этой возможностью. В течение четырех секунд он умертвил два десятка предателей. Кивнул сам себе и рванулся вперед по улице, откуда слышалась стрельба и треск статических разрядов. Воины его отделения последовали за ним.

Через двадцать минут они истребили противника и двинулись дальше.

– Потери, – мрачно поинтересовался Аскелад, открыв канал со старшим апотекарием. Когитатор его собственной брони вышел из строя после одной из электрических атак ксеносов еще на палубе. Так что он владел лишь обрывочной статистикой.

– Восемь воинов мертвы, мы извлекли прогеноидные железы, – отчитался апотекарий. – Двадцать получили ранения разной степени тяжести, все в строю.

– Принято, – капитан сжал челюсти так, что по одному из нижних зубов пробежала трещина. Его копью уже приходилось умываться кровью простых смертных, и даже смертных-псайкеров, но здесь их было слишком много. И они не жалели себя. Поэтому Авангард продолжал терять людей.

– Контакт, – прошло меньше тридцати секунд, когда Галам снова увидел противника впереди. В разведгруппу Аскелад включил тех, чьи шлемы не были повреждены электрическими атаками ксеносов и могли адекватно сканировать местность. Хотя и они продолжали периодически сбоить.

Авангард снова увяз.

Аскелад первым добрался до разведгруппы, которая была вынуждена вступить в бой. Впервые они столкнулись с невидимым врагом. Мурены с аугментированными в тела клинками и генераторами полей преломления успели отнять жизни трех космодесантников, пока их не изрубили в капусту. Капитан не понимал, как с ними сражаться. Они не отбрасывали тени, не оставляли следов в пыли. Их удалось сразить лишь благодаря легендарной реакции сыновей Балора.

Затем воины уничтожили небольшой отряд псайкеров, среди которых обнаружился один ящер. С него сразу сбили щит плазмой, Аскелад и Галам на пару быстро прикончили ксеноса, вырвавшись на широкую площадь, кишащую новыми врагами.

Оказалось, что орды псайкеров наступают со всех сторон, включая направление, с которого космодесантники пришли. Это не было проблемой, Авангард Терры умел сражаться без всяких разведанных, вслепую. Но похоже, ксеносы решили досрочно закончить партию.