Текст книги "Танец со смертью (СИ)"
Автор книги: Александра Осенняя
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 23 страниц)
Ой, мама... Мне сегодня что-то нехорошо. Уже дважды.
– У меня есть ещё вопрос. Могу я задать его?
– У нас тут откровенный разговор, Аксель не слышит, так что да, можешь, – кивнул Арчер.
– Как много таких сильных родов, как у Акселя? – задала я свой вопрос.
– Их и раньше было немного, сейчас два-три от силы. Мне известно только о двух знатных родах высшей аристократии, имеющих сильную магию рода.
На этой мрачной ноте наш странный разговор с Арчером закончился, потому что, обратившись в волка, некромант улёгся спать. Во-первых выпил, а во-вторых, в шкуре животного спать теплее, как он мне сам объяснил. Возражать никто не стал. Караульными будем мы с Акселем, поэтому Стефан, Альма и Дуайн тоже легли спать. Последние, кстати, расположились таким образом, чтобы быть максимально ближе друг к другу, но не вызывать подозрения Акселя.
Если я сразу догадалась о том, что между этими двумя что-то есть, то Аксель тем более, просто делает вид, что не замечает.
– Кэт, я ведь вижу, что ты тоже хочешь спать, – сказал Аксель, заметив, как я зеваю и едва ли не сплю, сидя у костра.
Прошёл примерно час после того, как все заснули. Кое-кто даже храпел, из-за чего я каждый раз вздрагивала, зато это не давало мне заснуть окончательно. Не хотелось, чтобы Аксель сторожил наших коней и вещи в одиночку.
– Хочу, – не стала лгать я. – Но нельзя.
– Иди сюда, котёнок, – подозвал к себе некромант, мягко улыбаясь.
Нет, от этого приглашения я точно не собиралась отказываться. Подскочив, подошла к Акселю, который усадил меня между своих ног так, чтобы я могла опереться спиной о его грудь. Голову я, кстати, тоже откинула и вообще расслабилась, позволив себе закрыть глаза и наслаждаться полюбившимся запахом, исходящим от него.
– М-м-м... – довольно, как кошка промурлыкала, когда его руки обхватили меня.
Правда, стоило мне вспомнить про защиту и сон как рукой сняло. Нахмурившись, я всё же осмелилась задать вопрос:
– Аксель, что за защита на мне стоит?
Сначала он напрягся, но быстро вернулся к прежнему, расслабленному состоянию.
– Арчер сказал?
– Угу, – подтвердила я. – Так что за защита?
– Просто защита, – небрежно ответил некромант. – На время выполнения задания, чтобы с тобой ничего не случилось. Не хочу, чтобы ты пострадала или что-нибудь в этом роде.
– А целовать зачем было? – теперь я удивлялась.
Хрипло рассмеявшись, отчего у меня пробежали мурашки по всему телу, Аксель ответил:
– Просто совместил полезное с приятным, котёнок. Целовать тебя – одно удовольствие! Теперь поспи, я же вижу, ты устала.
– Хорошо, – послушно согласилась, снова расслабившись и откидывая голову на его грудь. – Только не отпускай... – и закрыла глаза.
Под «не отпускай» я имела что-то другое. Сама не знала, что, но тогда это не имело значение. Даже почувствовав, как Аксель чуть вздрогнул, я уже была в таком сонном состоянии, что единственным желанием было – поскорее заснуть.
И уже засыпая, я услышала нежный, ласковый шепот моего некроманта:
– Никогда не отпущу...
***
Итак, что представляло собой королевство Иковития. Если судить по местным жителям, то королевство явно не бедствует. Пока мы верхом ехали до ближайшего трактира, где могли бы остановиться на ночь после долгого пути, нам довелось увидеть жителей королевства. Принято считать, что религиозные люди во многом отказывают себе, но здесь этого не скажешь. Значит, могу сделать вывод: главный храм, возле которого все молятся богам и богиням тьмы, помогает как-то социально гражданам своего королевства. Страной правит верховная жрица, она же и заседает в храме.
Может, я слепая и чего-то не вижу, но мне так и не удалось заметить хоть одного бедного, плохо одетого мальчишку, который бы просил подаяние, как это было в Диаларии. Нет, кое-что от моего внимания всё-таки ускользает. Почему в других королевствах, в которых я уже побывала: Иктоп, Авинтон, Иковития нет тех ужасающих картин, которые мне довелось увидеть в столице Империи? По меньшей мере, это было странно, что в столице есть бездорожье и бедняки, когда как такого не наблюдается в других королевствах.
Впрочем, рано пока делать выводы. Я побывала не во всех девяти королевствах объединённой Империи, может, все потрясения впереди.
Остановившись у трактира, мы оставили своих лошадей на конюшне, и Аксель пошёл снимать комнаты. Так получилось, не знаю, каким образом, но герцог снял нам отдельную комнату. Я даже не знаю, почему он это сделал... Глупости, конечно, знаю!
– Так, Стефан и Альма живут в одном номере, – сощурив глаза, Аксель подозрительно посмотрел на свою сестру и на Дуайна. Видимо, специально не поселил их вместе. Всё-таки догадался. – Арчер и Дуайн в другом номере, а мы с Кэт...
И тут вся группа уставилась на нас с Акселем. Стало неловко настолько, что я покраснела даже, отчего на физиономии некоторых несознательных личностей, это я про герцога, расплылась улыбка до ушей.
– Сам живёт со своей девушкой, другим не даёт, – тихо и недовольно пробурчал Дуайн, выхватывая ключи от номера из рук Акселя.
– Что сказал?! – крикнул ему вслед Аксель.
– Ничего, – поспешно отозвался тот и скрылся за дверями таверны.
Но меня волновало другое. «Сам живёт со своей девушкой», это простите, я его девушка?!
– Можно вопрос? – решила вмешаться и я.
– Нет, нельзя, – видимо, кто-то догадался, что я сейчас буду возникать по поводу заселения в один номер с ним.
– Это нечестно, – взбунтовалась я, топнув ногой.
– Да, да, нечестно, – пропустил мои слова мимо ушей Аксель, подхватил наш багаж и тоже скрылся за дверями таверны.
Не поймите меня неправильно, я ничего не имею против того, чтобы делить номер с кем-либо. С кем-либо, кроме Акселя! Потому что, когда мы находимся в тесном пространстве только вдвоём, одному богу известно, чем это может закончиться. В итоге на полянке возле трактира остались только мы с Арчером. Ему было всё равно с кем ночевать в одном номере, а вот мне нет.
– В последнее время ты чересчур эмоциональна, раньше я за тобой такого не замечал, – подметил он.
– Раньше я сама за собой такого не замечала, – мрачно согласилась с парнем. – Это так Аксель на меня влияет.
– Вижу, – улыбнулся Арчер, и мы вошли вслед за остальными в трактир.
Позже, когда уже заселились в наши номера, нам оставалось обсудить план действий, само задание и продумать тщательно всё до мелочей, чтобы при возникновении экстренных ситуаций, всегда иметь один, а то и два запасных плана. Комнатой переговоров стал наш с Акселем номер, заколдованный магически таким образом, чтобы любой, кто решит подслушать, ничего не услышал. Это была мера осторожности, поскольку никому не хотелось провалить задание ещё до его начала.
– Это планировка здания храма, – мы все склонились над столом, где лежало что-то наподобие карты. – Зелёной стрелочкой отмечены все возможные запасные выходы, в случай, если вам придётся спасаться бегством, – Аксель посмотрел на нас с Альмой.
– Что означает этот огромный красный крест? – спросила я, ткнув пальцем в планировку.
– Комната «х», то есть предполагаемое место нахождения нужных нам сведений, – объяснил некромант. – Но тебя это не должно волновать, Кэт. За сведениями отправится Альма, – мы с Арче напряглись. Хорошо хоть незаметно для остальных. – Теперь обсудим наши роли в этом задании. Я, как главный, – Стефан, Дуайн и Арчер закатили глаза после этих слов Акселя, отчего мы с Альмой громко рассмеялись. – Якобы везу в подарок храму девственную жрицу, Альма будет играть её помощницу, а Стеф, Дуайн и Арчер будут сидеть в укрытиях по всему периметру здания храма. Стефан на крыше, потому что он прекрасный стрелок. Арчер у запасных выходов, чтобы если что, обезвредить потенциальных противников. Дуайн будет следить за храмом издалека в направлении внешнего входа, чтобы контролировать обстановку, так сказать.
– Это понятно, – кивнули все трое парней, размышляя над своими задачами на секретном задании.
Почесав затылок, Аксель вдруг сказал:
– Только есть одна проблемка...
– Какая? – мы все тут же насторожились.
– В жрицы храма не берут, кого попало, несмотря на девственность. Жрица должна кое-что уметь.
– Что уметь? – спросила я.
– Станцевать, чтобы тебя выбрали. Но не волнуйся, я нанял танцовщицу, она научит тебя танцевать так, чтобы привлечь внимание верховной жрицы и её жрецов.
И тут я, конечно, расслабилась. Станцевать? Я всю жизнь танцую, для меня это будет проще простого.
– Не надо танцовщицу, – помотала я головой. – Я умею танцевать и справлюсь, уверяю вас.
– Да-а? – похоже, Акселя мои слова удивили. – Раз так, то всё проще, чем я думал. Я представляю тебя, как подарок, Альма твоя помощница, её не имеют право выгнать, а ты танцуешь. Пока танцуешь, Альма проникает в комнату «х», берёт нужные сведения и выходит через этот запасной выход, дальше действуем только я и Кэтрин, а все остальные уезжают без нас.
– Мне кто-нибудь объяснит, что это за сведения, – раздражённо потребовала я. – Ради чего такого мы, возможно, рискуем моей девственностью и вашими жизнями?
– Это не столь важно, – отмахнулся Аксель. – Важно добыть и практика будет пройдена, ну и плюс вознаграждение, если кого это интересует.
Было понятно, как бы я не просила сейчас, ни Аксель, ни все остальные не скажут нам с Арчером, за какими сведениями мы отправляемся в храм, рискуя своими жизнями. Позже, когда план был обсуждён, я подошла к оборотню и сказала:
– Мне одной кажется, что в этом плане есть изъяны?
– Не одной, – мрачно согласился он со мной.
Как бы там ни было, для себя я решила, что просто обязана узнать, какие сведения так вдруг сильно понадобились императору.
Глава двенадцатая «Жрица»
Перед тем, как отправится на секретное задание от академии в роли девственной жрицы, меня как следует, подготовили. По большей части, внешне. Аксель заказал для меня в номер ванну с ароматическими маслами для тела, чтобы я пахла, как подобает жрице. Альма с помощью бытовой магии (конечно, я могла бы и сама) завила мои тёмные прядки волос в локоны и собрала в высокую причёску, чуть небрежную, но прекрасную, подчёркивающую мою, как сказал герцог, уточнённую, женственную натуру.
Всё это время, пока Альма делала мне причёску, я сидела в одном полотенце, обёрнутом вокруг мокрого тела. Когда она вышла, оставляя меня наедине с Акселем в комнате, пришло время переодеваться в одеяние жрицы. Во-первых, надлежало выставить вон некроманта, потому что капля стеснения у меня всё-таки имелась, несмотря на всё, что уже было между нами. Во-вторых, когда я увидела платье, в котором следовало отправиться в храм, мне резко стало нехорошо. Не представляю, как я в таком буду танцевать.
Но в шок меня повергло кое-что другое.
– Так, давай выходи, я оденусь, – в приказном тоне обратилась я к Акселю, который всё это время сидел на двуспальной кровати и не спускал с меня глаз, будто бы любовался.
– Сама ты не справишься, – покачал он головой с довольно-таки фривольной улыбкой на лице. – Я здесь, чтобы помочь тебе.
– Что сложного в том, чтобы одеться? – раздражённо вопросила я. – Нижнее бельё, платье и всего-то.
– А, кто тебе сказал, что под платье нужно надевать нижнее бельё? – вскинул одну бровь Аксель, озорно улыбаясь.
– То есть, как? – мой голос стал сиплым. Я не поверила в услышанное.
– То есть, так, Кэт, – пожал плечами боевой некромант. – Жрица под платьем должна быть полностью обнажена, потому что это говорит о её непорочности и близости с природой.
– Может, мне вообще голой до храма отправится?! – нервно крикнула я.
Если бы не звуконепроницаемый щит нашего номера, все постояльцы трактира услышали бы мой крик.
– А ты можешь? – удивлённо хохотнул Аксель.
– Сейчас не до шуток, – огрызнулась я на него. – Ты посмотри на это платье. Оно же такое тоненькое, полупрозрачное, просвечивающее! Вдруг я намокну?! И всё, считай, я опозорилась.
– Для тебя это не будет позором. Повторяю ещё раз, котёнок. Обнажённое тело считается для них близостью с природой и непорочностью.
– Когда ты сказал, что до храма надо дойти пешком, чтобы народ мог взглянуть на предполагаемую будущую жрицу, и я согласилась. Но я не согласилась бы, если бы знала, в чём мне придётся шествовать!
– Ты ведь ещё даже не надела это платье, – внезапно Аксель поднялся с кровати. – Надень, и посмотрим, насколько оно просвечивает, а потом поговорим.
– Хорошо, – выдохнула я. – Выходи, я оденусь.
– Нет...
– Нет? – ошарашенно переспросила я. – Что значит, нет?!
– То и значит. Перестань задавать глупые вопросы и одевайся, я никуда не уйду.
– В таком случае, уйду я! – и решительно направилась к двери вместе с платьем.
– Никуда ты не пойдёшь! – меня остановили, схватив за запястье. Одним движением руки, Аксель сорвал с меня полотенце, полностью обнажая перед ним.
Несколько минут мы молча смотрели друг на друга. Я на Акселя, он на меня, на моё лицо, на моё тело, которое от прохладного весеннего воздуха в номере покрылось мурашками. Никто из нас не спешил нарушать тишину, тем не менее, первым начал действовать именно Аксель. Подошёл ближе ко мне, обошёл таким образом, чтобы оказаться сзади, в руках у него было платье, в котором я должна была шествовать до храма.
– Подними руки, – не столько попросил, сколько приказал он, и я тут же повиновалась. Впрочем, как и всегда в последнее время. У меня, совсем не было сил противиться ему, а может, мне и не хотелось.
Платье легко опустилась на меня, укрывая всё тело. Обхватив одной рукой мою талию, а второй сжав грудь, Аксель с силой прижал меня и проникновенно прошептал на ухо:
– О, тёмные боги, будь я жрецом, то захотел бы тебя сразу! Впрочем, я итак хочу тебя.
– Прекрати, – мой голос заметно дрожал.
– Не могу, – вздохнул некромант. – Ты дурманишь мне голову, как самое крепкое вино! Запах твоего тела вскружил мне голову, отчего я потерял рассудок...
– Ты действуешь на меня также, – прошептала я, признаваясь в своих чувствах.
– Я бы хотел любить тебя всю ночь, чтобы ты не снимала это платье...
Ох, клянусь, когда он так говорит, его желания становятся важнее всего на свете для меня.
Платье было с открытой спиной, поэтому, когда Аксель пальцами провёл по позвоночнику, я задрожала всем телом. Почему у меня такая реакция на него? Увы, ответить на этот вопрос сама себе я не могла. Он касался меня, просто касался, и из головы на время исчезало всё, кроме ощущения его пальцев на моей коже.
– Нам нужно идти, – эти слова оказалось произнести тяжелее, чем я думала.
– Да, нужно, – согласился он и отошёл от меня, отчего сразу же внутри возникло чувство тоски и одиночества, будто бы мы были с ним единой частью чего-то целого.
Арчер, Стефан и Дуайн ушли немного раньше нас, чтобы со стороны выглядело, будто мы и вправду приближаемся к храму только втроём. Я шла посередине, Аксель с левого бока, Альма с правого, как моя компаньонка. Она была одета, не так открыто как я. Длинное платье серого оттенка, закрывающее все части тела, гораздо незаметнее, чем моё: свободное, как ночная рубашка, с открытой спиной и полупрозрачное. Обнажённое тело сквозь моё одеяние не просвечивало, только изгибы тела. Ткань была белоснежная и лёгкая. Если внимательно присмотреться, то белая ткань переливалась золотом на весеннем солнышке, и получалось так, будто платье сияет
– Выглядишь просто потрясающе! – сделала мне комплимент Альма, улыбаясь. – Все смотрят только на тебя.
Это было правдой, потому что, пока мы шли до храма, каждый прохожий оглядывался на меня, а то и останавливался, моргал и не мог оторвать взгляда. Конечно, они знали, что я иду в храм, чтобы стать жрицей, нам это было на руку, потому что слух о красивой жрице пошёл по всем улицам королевства, пока мы шествовали до храма.
– Котёнок, Альма права, перестань нервничать, – согласился с сестрой Аксель.
Я и вправду нервничала. Можно даже сказать, меня немного трясло от напряжения. Все смотрели на меня и только на меня. Мы приблизились к храму и ситуация ухудшилась.
– Простите, – к нам обратился какой-то мужчина в длинном, как платье, голубом одеянии. – Вы привели новую жрицу?
– Да, а вы?... – спросил его Аксель.
– Старший жрец. Услышал слухи среди народа и решил выйти посмотреть, убедиться, правду говорят или нет.
«Да, слухи распространяются быстро», – сделала выводы я.
– В таком случае, нам нужна верховная жрица, – сказал некромант. – У меня для неё подарок, – кивок на меня.
– Она точно подходит для жрицы?
– Можете в этом не сомневаться, – заверил его герцог.
Никто и не подумал сомневаться в его словах. Старший жрец повёл нас сразу к храму, где уже толпился народ, удивлённо оглядывая меня. Как же мне не нравилось такое внимание! Это нервировало меня и делало в некотором роде уязвимой, а я не привыкла быть слабой. Раньше, возможно, но не сейчас.
Такая реакция была для меня странной, ведь я привыкла танцевать и выступать перед большим количеством народа. Здесь и сейчас, находясь в другом мире, я чувствовала себя по-другому. Не было знакомого мне чувства азарта и предвкушения перед танцевальным выступлением. Глупо конечно, но я чувствовала себя как уродец в цирке или как рабыня на помосте невольничьего рынка. Ужасные сравнения, знаю.
Верховная жрица выглядела...пожилой. В закрытом длинном платье небесно голубого оттенка, расшитого золотыми нитями по краям рукавов и юбок платья. Волосы скрывал высокий головной убор, напоминающий чем-то колпак. На её лице расплылась довольная улыбка, когда она взглянула на меня, однако по глазам нельзя было прочитать истинные эмоции, будто она нарочно прятала их от меня.
– Приветствую вас возле храма, – она величественно кивнула головой. – Я верховная жрица Сеола. Можете общаться ко мне по титулу или по имени, как вам угодно.
– Одна из моих сестёр всегда мечтала стать жрицей, – начал выдавать придуманную историю-легенду Аксель. Естественно и Альма, и я знали правду.
– Ну, что ж, – кивнула она, выслушав короткий рассказ Акселя. – Иди за мной, девочка, – Сеола мягко взяла меня за запястье.
– А мы...
Но верховная жрица перебила Акселя:
– А вы остаётесь ждать моего решения возле храма. Девочка должна пройти испытания, чтобы доказать, что она достойна. Вам вход в храм воспрещён.
Это было неожиданно и портило весь план к чертям, поскольку планировалось, что Альма последует в храм за мной. Недоумённо оглянулась на них, но некромантка подала знак, чтобы я действовала в одиночку. По секрету от Акселя, она рассказала мне, что я должна добыть в храме, какие сведения. Императору требовался один чёрный свиток. Единственный в своём роде, который может прочитать только он, верховная жрица и ограниченный круг магов, про которых Альма, к сожалению, сама ничего не знала.
То есть, получалось, что Аксель и его группа были без понятия, какие именно сведения содержаться в этом чёрном свитке.
– Возможно, брат тебе уже объяснил, какое испытание проходят девушки, желающие стать жрицами. Для приличия я решила разнообразить старые традиции нашего храма, – я тут же насторожилась. – Ты станцуешь не только для меня и моих жрецов, но и для всего остального народа тоже, который ожидает снаружи.
И это, чёрт подери, не входило в наши планы. Я должна была станцевать, отвлечь внимание и прокинуть в комнату «х», однако теперь у меня не будет возможности сделать этого. Наш план рушился на глазах, а само задание грозилось провалиться.
– Если народу понравится твой танец, считай, ты уже жрица нашего храма, – сказала она. – А, если нет, то сама понимаешь.
– Понимаю, – прошептала я, а сама начинала отчаянно продумывать новый план.
Мне просто необходимы были эти сведения в свитке. Чтобы там не было написано, сначала об этом узнаю я. Эгоистично немножко, но имею право. Тем более, меня раздирало чувство любопытства.
– Сейчас я выйду, объявлю народу о твоём танце, и как только заиграет музыка, можешь выходить и приступать, – и Сеола вышла из храма.
Как она объявляла о танце, я не слышала, но что точно расслышала, так это заигравшую мелодию. Нельзя описать музыку, её можно только прочувствовать всем телом, сердцем, душой.
Когда вышла, я смотрела куда угодно, только не на столпившийся возле храма народ. Музыка продолжала играть, набирая обороты. Закрыв глаза, я вздохнула и представила себе, что все исчезли. Я проделывала такие трюки со своим сознанием и раньше. Сейчас это было просто необходимо.
Вдох-выдох и я открываю свою душу для музыки, сливаясь с мелодией и ветром, кружащим вокруг меня. Природная стихия и я, мы становимся одним целым, и кажется, всё вокруг так хочет помочь мне. Запрокинув голову, смотрю в небесную лазурь над головой. Раскинув руки, начинаю кружиться и платье, подхваченное ветерком тоже. Ярко вспыхивает солнце, золотистое свечение моего платья вторит ему. И я собственными глазами вижу, как пространство вокруг меня светится золотым из-за солнечных лучей и платья.
Никакой магии, просто платье и солнце.
Мелодия тонкая, напоминающая восточный мотив и как только она кончается, я понимаю, что закончилось и время моего танца. Всё это время не смотрела по сторонам, а если и смотрела, то не замечала никого вокруг, словно бы танцевала для самой себя. Впервые за долгое время я занималась тем, что поистине любила и обожала всей душой. Танцы.
Чувство волшебного дурмана прошло, осталось лишь лёгкое головокружение после выступления и, когда я закончила танцевать, то позволила себе обратить внимание на толпу, которая... Которая ликовала и громко аплодировала, явно довольная моим танцем. И я возликовала, потому что Сеола позволит мне стать жрицей. Значит, велика вероятность, что мне удастся попасть в храм и обнаружить таинственную комнату «х».
Посмотрела на Акселя, и это стало моей ошибкой, поскольку тот не сводил с меня завороженного взгляда тёмных глаз. Альма смотрела с восхищением, но Аксель... Это был взгляд мужчины, говорящего о том, что «да, это моя женщина»! Если бы он всегда смотрел на меня подобным взглядом, быть может я не чувствовала бы себя одинокой, несмотря на наличие соседки по комнате.
Это ведь нормально, да – тосковать по прошлой жизни, по людям из прошлого? Есть ли у меня вообще шанс, вернуться домой когда-либо?
– Ты прошла испытание! – с улыбкой поздравила меня верховная жрица. Так, будто и не сомневалась, что моё выступление понравится народу, столпившемуся возле храма. – Следуй за мной, Кэтрин, осталось принести клятву на крови и мы сообщим твоему брату, что приняли тебя в наши ряды.
Поблагодарив, я последовала в храм за Сеолой. Люди пытались всё время прикоснуться ко мне, как будто я какое-то божество. Это тоже мне не понравилось, но я не отталкивала никого, просто сторонилась или отскакивала в сторону, полная смущения. В конце концов, народ понял, что новая жрица стесняется, и больше меня по пути до храма никто не касался.
Я выучила всю карту с планировкой здания храма, запомнила расположение каждой комнаты, каждого запасного выхода и очень удивилась, когда в итоге верховная жрица привела меня аккурат в комнату «х», где предполагаемо мог находиться чёрный свиток. Мне казалось, удача не могла быть сегодня на моей стороне, однако я ошибалась. Сеола, улыбнувшись, сказала:
– Подожди меня здесь, я скоро вернусь, – я не поверила своим ушам и принялась лихорадочно обыскивать комнату «х».
Свитков, толстенных талмудов, манускриптов было огромное множество, и все они пылились, находясь в этом затемнённом помещении, где горела только одна свеча. Благо некромантское зрение облегчало поиски в разы. Примерное представление, как выглядел чёрный свиток, я имела. Что-то похожее мне удалось обнаружить.
Сам свиток и впрямь был чёрным-чёрным, перевязанным золотой лентой. Развязав ленту и раскрыв свиток, я поначалу ничего не увидела. Только потом, приглядевшись, поняла, это какая-то странная магия, потому что буквы начали медленно появляться прямо на моих глазах. Время поджимало и надлежало схватить свиток и выбежать из храма к Акселю и Альме, но что-то внутри меня кричало «не делай этого», как будто, если я выкраду свиток, это станет моей самой большой ошибкой в жизни.
Решила прислушаться к внутреннему «я» и для начала просто прочитать.
«Я, хранитель данного свитка, готов раскрыть тайну исчезновения белых магов, иначе говоря, магов жизни. Если вы читаете это, наверняка меня уже нет в этом бренном тёмном мире».
Как ни странно, я понимала язык, которым воспользовался для написания неизвестный мне хранитель свитка. И увидев только два слова, связанные с магией жизни, я решила, этот свиток не попадёт в руки Императору, даже если мне придётся заплатить слишком высокую цену.
Продолжила читать.
«Да, большинство магов жизни истребили тёмные боги, поглощённые ложной мыслью о том, что белым нужна власть во всех мирах, но остались и те, кто сумел непросто выжить, а сбежать. Так образовался таинственный орден, не имеющий названия для тех, кому нельзя знать о магах жизни. И я, как хранитель, утверждаю, если ты сейчас беспрепятственно читаешь свиток, то в тебе есть магия жизни».
Теперь я окончательно не сомневалась, какая магия течёт в моей крови. Не тёмная. Светлая. Я магиня жизни.
«И раз ты читаешь этот свиток – значит, ты либо в опасности, либо разыскиваешь магов жизни. Я дам тебе подсказку, как обнаружить скрытый от всех миров, тайный орден, не имеющий названия. Найди артефакт и он приведёт тебя прямиком к ордену. Где находится артефакт, не скажу, но загадаю загадку, и только разгадав её, ты сможешь отыскать артефакт.
Каменное сердце Диаларии, хранящее множество тайн, исполняющее желания, когда искренне того попросишь. Позволь холодным водам принять в свои объятья, тогда и обнаружить артефакт».
Больше в свитке ничего написано не было. Сходу разгадать загадку у меня не получится. Прочитав ещё раз, и ещё, и ещё, я постаралась заучить, запомнить текст, а затем... Поднесла чёрный свиток к горящей свече, чтобы раз и навсегда сжечь то, что может привести Императора или кого-нибудь другого, имеющего корыстные цели к скрытому ордену белых магов. То есть, таких, как я.
– Я и не сомневалась, что ты поступишь именно так, Кэтрин, – мягкий, но добрый голос верховной жрицы заставил меня подпрыгнуть на месте от испуга.
– Вы...вы... – это было единственное, что я могла произнести.
– Успокойся, девочка, – улыбнулась Сеола. – Я вижу твоё истинное лицо, твоё доброе сердце, твою чистую душу, поэтому ты и здесь.
– Но как?... – я всё ещё была потрясена.
– Мне известно, что сейчас передо мной магиня жизни и ты не последняя. Множество веков мы хранили этот свиток, написанный неким хранителем. Не просто охраняли. Оберегали, прятали, потому что так было важно сохранить тайну о том, что светлым магам удалось не только выжить, но и создать орден.
– В вашем храме молятся тёмным богам и богиням – главным врагам магов жизни, – выдохнула я.
– Это народ молится, – поправила она меня. – Мы жрецы и жрицы поклоняемся только светлым богам. Богам, которые покинули божественный мир, уступив его тёмным, и скрылись в неизвестном пространстве.
И видя, что ей можно доверять, я решилась задать вопрос:
– Почему Императору так важно было заполучить этот свиток?
– Естественно мне известно, что император хотел этот свиток, но причин я не знаю, светлая, – ответила Сеола. – Ты поступила очень благородно. Так, как поступил бы любой истинный светлый маг или просто добрый человек.
– Вы знаете, где находится артефакт, о котором говорилось в свитке, – продолжала задавать я вопросы.
– Мне это неизвестно, – пожала плечами она. – Потому что у меня никогда не было намерения, отыскать орден, но ты нуждаешься в них так же, как и они в тебе, поэтому только тебе и тебе, светлая предстоит разгадать загадку, загаданную хранителем свитка и найти артефакт, который приведёт тебя к ордену.
– Я так понимаю, вы отпустите меня? – настороженно спросила.
– Мне незачем удерживать тебя, светлая, – улыбнулась верховная жрица. – Ты поступила правильно, поэтому я отпускаю тебя. Своим скажешь, что тебя поймали, но тебе удалось сбежать через запасной выход, а теперь уходи!
И я ушла, пообещав себе раз и навсегда, сохранить тайну о загадочном ордене светлых в секрете и от Императора, и от Акселя, и от всех остальных.
***
– До сих пор не могу поверить, что тебя поймали, и тебе удалось сбежать! – эти слова принадлежали Акселю, который нервно ходил взад-вперёд. – Хвала тёмным богам, что ты не пострадала! – он возвёл глаза в потолок нашей комнаты, а я подумала, что, скорее, это заслуга светлых богов, вынужденных скрываться.
– Что мы скажем ректору? – озадачилась Альма.
– Нет. Что ректор скажет Императору?! – подал голос Стефан.
После этих его слов нехорошо стало всем. Вообще всё, что касалось императора, нервировало меня.
– Ничего придумывать не надо, – спокойно сказал Аксель. – Мы просто провалили операцию, с кем не бывает.
– С нами не бывало, – раздражённо произнёс Дуайн. – Это первое задание, которое мы провалили.
– Только попробуй обвинить Кэт, и я тебя ударю, – тут же среагировал на его слова Аксель, вступаясь за меня. – Она сделала всё, что было в её силах. Отыскала комнату «х», даже свиток ей удалось обнаружить. Не её вина, что верховная жрица была осведомлена заранее о нас.
Да, это было именно то, что я придумала и озвучила Акселю, когда выбежала из храма. Он поверил. У него не было оснований не верить мне, слишком убедительно я врала, поклявшись самой себе, прежде всего, что сохраню тайну об ордене светлых магов и таинственном, затерянном артефакте.
– Я и не собирался никого обвинять, – помрачнел Дуайн.
– Так, нам всем нужно отдохнуть. День был тяжелый, – удивительно, но слова Арчера, которому, видимо, надоело молчать, звучали так убедительно, что нельзя было не согласиться.
Он единственный, кто не расспрашивал меня в подробностях о том, что происходило в храме и это насторожило меня. Если бы я так и не узнала о чёрном свитке, загадочном ордене и спрятанном артефакте, то, возможно, не задумалась бы над странным поведением оборотня. Сейчас меня это напрягало. Почему он не интересовался? Ведь все уже расспросили меня, а Арчер молчал. Может, он просто поверил в выдуманную мной ложь, как и все остальные?
Они с Акселем слишком сильные и опасные, я чувствовала это не только инстинктивно, но и физически. Мне следует их опасаться. Не в том плане, что скрываться или прятаться постоянно. Просто быть осторожней в словах, во всём, что касается откровенности и доверия. Сейчас, когда у меня появился шанс вернуться домой, я готова поставить на кон всё имеющееся у меня. Даже чувства к Акселю, потому что нет ничего, что удерживало бы меня в этом мире.
Когда все ушли, мы вновь остались с Акселем наедине. Мне хотелось просто лечь спать, чтобы, не дай бог, он не начал расспрашивать меня на тему, что же на самом деле происходило в храме. Аксель один из таких людей, которого обмануть сложно. Но можно. Чем я и воспользовалась, потому что охранять тайну существования магов жизни – моя прямая обязанность, я сама светлая.
