Текст книги "Свобода или гибель (СИ)"
Автор книги: Александра Селиванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)
Он включил браслет, и гнев на пару с раздражением мгновенно исчезли, уступив место волнению.
– Это Вистра, – тихо произнес он, нажимая кнопки.
И с каждым мгновением, пока его глаза метались по сообщению, моё сердце всё глубже забивалось куда-то в живот. Что там с ними⁈
Глава 38
Алатиэль
Сборы были на удивление эмоциональными. Я полагала, что, раз уж Торрелин сейчас не может возразить, меня отпустят без проблем, позволив решать самой. Но как бы не так. Меня отговаривали почти все!
Первым был, конечно, Шионасс, который, выслушав мой план, жестко ответил ровно одним словом: «Нет». Я тогда так удивилась, что несколько секунд только и могла, что глазами хлопать.
– В каком смысле – нет? Я не спрашивала разрешения.
– Я всё равно против.
Суровый ингис привалился плечом к двери, словно наглядно демонстрируя, что никуда не отпустит. И это начинало злить. Я вовсе не была ребенком, которого нужно было опекать.
– Шионасс, против ты или нет, я всё равно это сделаю. Но в твоих силах помочь мне в подготовке.
– Ты представляешь, что со мной сделает Торрелин, если узнает, что я отпустил тебя в Империю Менд? Как минимум задушит!
– Разрешаю на время разговора привязать его к кровати, – улыбнулась я, но не без горечи.
Торр тоже будет очень зол. Куда злее Шионасса. Но я должна была его защитить. И это было единственным способом, который я видела. Изначально, конечно, это желание было скорее порывом, чем действительно решением. Но я пару часов просидела около кровати Торрелина, размышляя. И сейчас, хотя моя ненависть к Виррану ничуть не уменьшилась, я видела в этом порыве выход.
Шионасс никак не хотел соглашаться, и в итоге единственным аргументом, который заставил его, скрипнув зубами, уступить, было заявление, что Генерал не должен спорить с приказом Императрицы. Хотя я бы не хотела ему приказывать, но и решать за меня он не должен был!
Следующим этапом переговоров был Амдир. С ним было сложнее, потому что от его слов я не могла оградиться приказами, а он был весьма и весьма возмущен. И тоже, кстати, давил будущей реакцией моего мужа.
– Представь себе, как он будет переживать, как разозлиться!..
Я знала. Но я и сама в последнее время испытывала слишком много чувств. И, когда Амдир в своей обвинительной речи прервался, я выпалила то, что было на душе.
Когда я сказала, что не переживу его смерть, все умолкли. Амдир покосился на Вистру, наверняка вспомнив наше похищение на Инновию и нож в животе Вистры; та примерно так же глянула на него, должно быть, вспоминая, как его чуть не убили за компанию с Торрелином.
Возмущение на время улеглось. Вистра быстро поцеловала Амдира в щеку… и подошла ко мне, обнимая.
– Я с тобой. Помогу и поддержу. Не дело лететь туда одной.
В общем, возмущение Амдира пошло по второму кругу и с новыми силами. Спорили они, конечно, огненно и насыщенно, мы с Шионассом даже зависли, наблюдая за этой драмой. Но Вистра победила. Уж не знаю, что она ему шепнула на ухо, но тот, зло всплеснув руками, всё-таки произнес: «Ладно! Ладно, как скажешь!».
А я была ей безмерно благодарна. Я, правда, планировала отправляться действительно в одиночестве, но в компании самой близкой и надежной подруги мне было бы куда спокойнее.
Мы собрались быстро, не прошло и трех часов. Кроме нас с Вистрой, на корабле было два техника, пилот и один из помощников Луко. Наш врач заявил, что без того, кто сможет помочь с возможным ранением, нельзя отправляться прямиком ко врагам. Сам он, наблюдая за Торрелином, не мог полететь, но я не стала отказываться от помощи. Его помощника, совсем молодого, но серьезного ингиса, звали Заин.
Амдир выдал нам в сжатом виде всю информацию о дворце, которую когда-то отправлял ещё Ниор, чтобы Торр смог меня спасти. Теперь же была моя очередь спасать…
А больше всего порадовал Шионасс. Откуда-то он принес тот самый мундир, который когда-то дарил мне Торрелин, прошитый изнутри пластинами металла и с креплениями для двух ножей.
– Мы нашли его после атаки на Громарис. Торрелин не хотел отдавать, слишком… много воспоминаний. Но сейчас он тебе будет кстати. Береги себя, Алатиэль, вернись к моему брату. Помнишь, что я тебе тогда говорил?
– Я – его сердце, – улыбнулась я сквозь подступившие слезы. – Я помню. Вернусь и… выслушаю всё, что он мне скажет. Надеюсь, он к этому времени поправится.
* * *
– 49! – отсчитала Вистра.
Я выдохнула, повела плечами и встряхнула руками. За время полета ломота почти прошла, но вот в моменты физических нагрузок снова возвращалась.
– Может, всё?
– Последний раз остался, – напомнила я, прерывисто дыша, и встала вновь напротив неё. – Считай.
– Раз, два, три, четыре…
Вистра считала быстро, ритмично. Двигаться под её отсчет было легко. С каждым числом – очередной резкий и четкий удар по двум связанным подушкам, которые держала подруга.
Я изменила тренировки. Ко встрече с Вирраном хотелось быть подготовленной как можно лучше. И хотя стараниями Торрелина держать кулак и наносить удары я умела (король Дагний подтвердит!), любой навык можно было улучшить. Конкретно этот навык и конкретно сейчас – даже нужно было.
И я дралась. Сама, выстраивая линии защиты и атаки, дерясь с воздухом и ладонями, и ножом. С помощью Вистры, нанося удары кулаками по этим уже измученным подушкам. И с помощью Заина, будущего врача, который подсказывал мне, как двигаться, чтобы не навредить самой себе.
– 30! – объявила Вистра, улыбаясь. – Ну ты даешь! 50 раз по 30 ударов – как у тебя руки не отваливаются?
– Кто сказал, что не отваливаются? – устало засмеялась я.
Кисти теперь тоже немного ныли. Мне приходилось сложнее, чем ингисам, потому что мешали выступающие острые когти, и кулак приходилось складывать немного странно и криво, по сравнению с тем, как это делали обычно.
Но удовлетворение от того, что я с каждым ударом становлюсь сильнее и крепче, было куда больше, чем усталость или боль.
– Я тебя начинаю бояться, – хихикнула каркарема, убирая замученное орудие тренировок. – На обратном пути покажешь мне основы, помнишь, ты обещала!
– Помню, – кивнула я, в который раз отмахиваясь от мысли, что не знаю, в каком состоянии буду возвращаться. Чтобы не проваливаться в тревогу, мельком улыбнулась. – Будешь Амдира пугать?
Вистра сперва засмеялась, но её смех и улыбка быстро угасли. Ой, да… Зря, я про него напомнила. Я осторожно обняла подругу.
– Прости. Прости, пожалуйста. Вот увидишь, он тебя простит. Он будет очень зол и взволнован, но он простит.
В самом начале полета мы приняли решение отрубить всю связь, чтобы никакие сигналы не выдали наше положение. Но теперь Вистра корила себя за то, что обманула любимого: обещала ему регулярную связь, а в итоге…
– Надеюсь… Знаешь, я по нему так соскучилась. Мы с ним, кажется, никогда не расставались с тех пор, как стали парой, ну, кроме того похищения, ага. Это… так странно. Я тут, а он там. И мне хочется к нему! И тебе помочь хочется! Я как будто разрываюсь!
Я обняла её ещё крепче. В Пламя боль, моей подруге нужна была поддержка! Для того мы и были друг у друга…
– Ничего… скоро мы уже отправимся обратно. Совсем скоро, ты же знаешь.
– Уверена, что не хочешь, чтобы я шла с тобой?
Я горячо замотала головой.
– Не хочу, чтобы ты туда ходила. Ты не сможешь прятаться, как я, а идти внаглую, как вы всей толпой в тот раз, для нас сейчас опасно. Так что… нет. Да и потом, мне нужен кто-то, кто будет ждать меня здесь, ловить и страховать.
– Ты точно все планы помнишь? Все этажи? Нигде не потеряешься? А если нас заметят, и нам придется улететь? Как же ты тут будешь?
– Ви-и-истра, – протянула я. – Не накручивай ни себя, ни меня! Я справлюсь, вот увидишь.
На мгновение я позволила себе представить лицо Виррана, когда лезвие, повинуясь моей руке, войдет в его сердце. Наверное, миг этого избавления будет для меня одним из самых счастливых.
Изнутри меня в который раз опалило злой, едкой ненавистью. Не знающий жалости и сам её не получит. Я ещё слишком хорошо помнила, как ярко и горячо билась кровь из раны Торрелина. И пусть эту рану нанес не сам Вирран, его вина была ничуть не меньше.
– Опять злая, – заметила Вистра, отстраняясь. – Снова думаешь о нем?
– Сложно не думать о том, кого собираюсь убить, – возразила я. – И я не злюсь. Я абсолютно, люто его ненавижу!
– Ну да, это принципиальная разница.
Мы вернулись в столовую, которая заменяла практически все возможные другие помещения. Корабль был очень маленьким, мы с Вистрой даже занимали одну комнату, как ещё в начале нашего знакомства, когда были только студентками Академии.
В столовой мы разлили по чашкам чай, я снова в мельчайших деталях вспомнила все схемы и планы как части города, так и дворца. По пути, изучая всё это, мы пришли к выводу, что Ниор знал не всего дворце, потому что некоторые лестнице и проходы как больше не имели выхода. Или, что вероятнее, мой погибший брат просто не знал, что там. Я туда и не собиралась лезть. Изучать все тайны до тошноты белоснежного дворца Виррана у меня не было ни желания, ни времени. Единственная моя цель – сам Император.
– Императрица, мы приземлился часа через два, – заглянул к нам один из наших сопровождающих.
– Я поняла. – Я крепче сжала чашку, чтобы скрыть дрогнувшие пальцы. – Спасибо.
– Боишься? – мягко спросила Вистра.
– Естественно, – я не стала юлить. – Я возвращаюсь туда, откуда вырвалась чудом. Туда, где мне было хуже всего в жизни. И я увижу того, кто причинил мне больше всего боли. Конечно, я боюсь. Но, убив Виррана, я убью и свой страх перед ним. Сложно ведь будет бояться того, кого ты уничтожила, верно?
– Алатиэль… Спой что-нибудь? Можно даже не Жреческую Песню, а просто что-нибудь.
– Что-что? – удивилась я.
– Спой. Пожалуйста.
Хотя просьба и была странной, я всё же решилась. К тому же так было бы легче отвлечься. Я вспомнила колыбельную, которая не слышала много-много лет. Когда-то её пела мама, а потом я сама пела её для Заиль. И хотя спать сейчас явно никому не стоило, всё же было в ней что-то теплое и успокаивающее. И я, прикрыв глаза, позволила себе растворится в знакомой мелодии. Она не была такой сложной, как Песни Жрецов, и потому давалась куда проще.
– Спасибо, – тихо-тихо произнесла Вистра, когда я закончила.
Я через силу попыталась улыбнуться. Мне нужно было собираться.
На самом деле, сами сборы-то были не такими сложными. Но я хотела учесть все мелочи и заодно сосредоточиться.
В этот раз я была в темном. Черные брюки, которые я немного подвернула, чтобы свободная часть ткани не шелестела. Черная рубашка с рукавами до локтей. Браслеты Торрелина.
Наверное, страх всё же владел мной куда больше, чем мне бы хотелось. По крайней мере, как ещё объяснить вновь вернувшуюся ломота в спине и плечах, я не знала, но отступать из-за этого не собиралась. Я неделю проживала и преодолевала эту боль, справлюсь и сейчас. В конце концов, я в таком состоянии руководила войсками, пусть и с помощью! Тайная вылазка уж точно удастся.
Вистра, услышав про вернувшуюся боль, просто молча стала разминать костяшками мышцы плеч. Словно испугавшись чужого участия, боль действительно отступила.
Молчаливая Вистра была совсем непривычной, но я понимала, что моя подруга просто очень тревожится. Но ничего нового сказать я ей не могла.
Последним я надела мундир, который вернул мне Шионасс. Металл, который изнутри защищал меня, поначалу казался прохладным, но вскоре нагрелся и почти перестал ощущаться. Зато я отлично чувствовала тяжёлые ножи, прикрепленные к ткани. Рассудив, что доставать их изнутри будет неудобно, я перевесила их на пояс. Распущенные волосы мне, наверное, мешались бы, и я сплела их в косу впервые за долгое время. Они ещё не успели отрасти до прежней длины, будучи сейчас чуть ниже плеч, и коса получилась совсем непропорциональной: слишком толстой и короткой. Но сейчас мне и не нужно было быть красивой.
Мягкий толчок – и мы уже были на земле. Кажется, снаружи были сумерки, очень удачно. В полумраке мне будет проще.
– Точно одна пойдешь? – спросила Вистра напоследок, сжимая мои ладони.
– Точно. Жди меня. Я скоро.
Порывистое объятие, тихое «Жду и верю в тебя»…
Маленькая лестница в три ступени закончилась слишком быстро. Едва слышно щелкнула, закрываясь, дверь. И я, скрывшись с помощью мимикрии, вновь оказалась на земле Империи Менд. Плечи возмущённо ныли.
Глава 39
Мы приземлились в отдалении от города, и я, вдохнув раздражающе-чужой воздух, помчалась в нужную сторону. Когда-то бег почти не требовал усилий. В лесах Орионты я только пешком и бегом и передвигалась. Но сейчас я, хоть и немного окрепла за последнее время, всё ещё оставалась слабее, чем прежде. И на окраине города мне пришлось перейти на шаг. Быстрый бег сбил дыхание, и я прикрывала губы ладонью, стараясь дышать через нос, чтобы мое пыхтение было не слышно.
Вечером здесь было многолюдно. Жители города сновали туда-сюда. Кто-то был в простой, неброской одежде. Кто-то – в цветных «покрывалах», как те послы, что однажды прилетали на Громарис. Эти, кстати, двигались особенно гордо и степенно. Может быть, эта одежда означала какой-то высокий статус у них?
Я заметила и нескольких рабов, которые таскали вещи за своими хозяевами, не поднимая глаз от дороги. Их было безумно жаль, но помочь напрямую я ничем не могла.
Когда мы победим, надо будет выжечь саму идею рабства и освободить всех.
Вскоре я дошла и до площади. Я хорошо её помнила. Прямо передо мной – белоснежный дворец, с одной стороны – сады, с другой – город… Здесь стоял корабль Виррана, когда мы приземлились. Через эту площадь он тащил меня на цепи.
Я не хотела бы это вспоминать. Но вместе с тем картины прошлого определенно делали меня злее и решительнее. Так что площадь я пересекла бегом и через несколько минут осторожно поднималась по ступеням прямо к главному входу. Двое стражников с оружием в руках посматривали вокруг, но меня не замечали. Хотя я вполне поместилась бы между ними, я не стала рисковать и обошла их.
Двери были распахнуты почти демонстративно. Наступая на носочки, я осторожно вошла, оглядываясь. В коридоре стояли ещё четверо стражников, но и из них меня никто не увидел. Отойдя чуть в сторону, чтобы даже случайно никого не задеть, я прислушалась к их ленивому разговору, но они обсуждали личную жизнь кого-то из их отряда. Вряд ли в таком разговоре я даже мельком услышу, где сейчас находится Вирран.
Я не спеша обошла весь первый этаж. Несколько раз пришлось вжиматься в стену, чтобы не столкнуться со слугами и рабами, которые в суматохе носились по коридорам.
А потом, около, кажется, огромной кухни, я споткнулась на ровном месте, во все глаза уставившись на руководящую там женщину.
Она была одета в строгое темное платье… куда красивее, чем то, которое я помнила. При мне она выглядела попроще. Хотя русые волосы убирала в такой же узел. Но той доброй, теплой улыбки, что поддерживала меня, сейчас не было. Женщина строго хмурилась, отчитывая рабов.
– Конечно, мы всё сделаем, госпожа Шиана! – тихо и, как мне кажется, немного испуганно ответил один из них, совсем молодой и светловолосый, склоняя голову ещё ниже, чем было. Он был без рубашки, и я видела, что вся спина его была исполосована тонкими, но слишком яркими алыми следами.
А госпожа Шиана взмахнула рукой…
Я чуть не ахнула в голос, отпрянув и вовремя зажав себе рот ладонью. Хлыст из нескольких узких ремней опустился на спину молодого раба, оставив новые полосы.
– Поторапливайтесь, – жестко произнесла мендка, заставив дернуться даже меня. – Иначе в следующий раз свое недовольство на вас будет спускать сам Повелитель. Вы же слышали вопли предателя-друиса? Вот и думайте, как не оказаться на его месте!
И эта подлая, лживая тварь ещё смеет говорить о моем брате⁈ Он был единственным здесь, кто в самом деле помог мне. Кто пытался намекнуть, что не стоит никому верить. И особенно – ей! А теперь Шиана называет его предателем за то, что он спас свою сестру⁈ Да кто бы говорил! Как будто не она завоевала мое доверие только для того, чтобы потом больнее было всё разрушить!
– Повелитель сейчас в главном кабинете, если вы за два часа не отнесете всё туда, отвечать будете своими головами!
Два часа. У меня есть два часа, чтобы найти этот «главный кабинет», убить Виррана и сбежать. Может, чуть меньше. Ну, я же справлюсь?
И как бы я сейчас ни ненавидела Шиану… Всё же Вирран был хуже. А за то, что эта мендка невольно подсказала мне, где искать моего врага, пусть идет с миром. В конце концов, я пришла только за одной жизнью.
Да, но как понять, что из всех помещений дворца – именно тот самый кабинет? Я, задумчиво кусая губу, проводила Шиану взглядом. Нет, к ней точно не полезу. Она меня сдаст мгновенно, я уверена. Хм, а если…
Я заглянула в кухню. Там царило что-то вроде сосредоточенного хаоса, все быстро и тревожно что-то делали, мыли, резали, жарили… но во всех действиях точно был свой порядок.
Я нашла взглядом того самого парня, которое Шиана хлестнула на моих глазах. Он сидел в самом углу, очищая овощи, вокруг него никого не было. Очень удачно!
Подойти к нему, ни на кого не наткнувшись, было той ещё задачей. Я обожглась обо что-то ладонью и даже пару метров преодолела на корточках. Но всё же добралась и зачем-то заглянула ему в лицо, да так и вздрогнула.
Тихо и обреченно, устало опустив плечи и сидя на коленях, чистила овощи более молодая копия Виррана. Парню было лет 15. Младший брат или сын? Я не рискнула бы утверждать наверняка. Золотые волосы были в беспорядке, и одна из самых длинных прядей из тех, что падали ему на лоб, была заляпана засохшей кровью.
И ошейник был на нем совсем уж неуместен…
– Эй, – тихонько окликнула я его, благо на кухне было шумно: что-то шипело, кипело и шкворчало.
– М? – не повернув головы, спросил он.
Я хотела спросить, где искать тот кабинет… но снова глянула на его подчеркнутое одиночество, на других людей, что вроде бы тоже что-то чистили, но сидели поодаль, спинами к нему… и в итоге спросила совсем другое:
– Почему ты один?
– А кому нужен сын Повелителя от простой рабыни? – зло хмыкнул он. Но тоже говорил тихо.
В мою сторону сквозь растрепанные волосы глянули уставшие серые глаза, скользнули по пространству, предсказуемо меня не обнаружив. Но парень сумел меня удивить неожиданными знаниями.
– Мимикрия, что ли? Так ты та самая девчонка с Орионты, которую насильно взял в рабство мой отец и которая потом сбежала? Везучая.
Я кивнула про себя. Всё-таки сын, а не брат.
– А есть разница, я это или нет?
– Да нет, – он слабо пожал плечами и чуть поморщился. – Просто интересно. Зачем ты здесь, если уже спаслась?
– Я пришла его убить.
Нож в руках парня замер. Он немного повернул голову и слабо улыбнулся.
– Я слышал, у вас крепкий союз и большая армия. Надеюсь, после его смерти вы легко победите. Тебя проводить?
– Опиши, где этот «главный кабинет». Я лучше дойду сама, не привлекая внимания.
– Как скажешь. Третий этаж, самый левый коридор, почти в его середине. Там справа от двери узоры на стене в несколько кругов заворачиваются.
Даже если узоры не найду, общее направление я поняла!
– Спасибо. Зовут-то тебя как?
Паренек снова невесело хмыкнул, вновь принимаясь за свою работу.
– Смешная ты. Откуда же у рабов имена. Иди лучше, ему через час уже ужин понесут.
Я поднялась. Всё же дикие у них здесь порядки были…
– Тогда спасибо тебе ещё раз.
– На здоровье. Легкой победы.
Выход с кухни удался чуть успешнее, чем вход, хотя бы без ожогов. Уже у дверей я снова оглянулась на парня и заметила, что после разговора со мной он немного расправил плечи. Жалко его было. Но ещё было непонятно, сумею ли я отсюда уйти, так разве я могла его забрать? Нет. Надеюсь, я смогу его найти после завершения войны.
На третий этаж и в нужный коридор я дошла быстро. Здесь было тихо и пусто. Я присматривалась к белоснежным с золотом стенам, пока не наткнулась взглядом на несколько очевидных золотых кругов. Вернее, как поправил бы Амдир, окружностей, поскольку золотой узор образовывал лишь контуры… Хотя о чем я вообще думаю⁈
Я осторожно потянула на себя ручку двери и заглянула внутрь, задержав дыхание. Вирран был там. Один. Вот он, мой шанс…
Я тихо вошла, прикрыв дверь. Вирран стоял боком ко мне, как обычно в белом, что-то изучая на столе. Я заметила на двери простой замок и повернула его. Он тихо щелкнул.
– Что? – раздраженно бросил Вирран, не повернувшись.
Меня охватило холодом. Вокруг всё было слишком светлым, слишком… «его». И этот его ненавистный голос. И уверенность, что всё под его контролем…
Плечи снова заныли, словно каким-то образом мое тело помнило, кто был виновником его ужасающего состояния. Но на боль сейчас вообще нельзя было обращать внимание. Я вытащила оба ножа и медленно-медленно двинулась к нему.
Весь стол был завален бумагами с какими-то столбами цифр, и схемами, и таблицами, и просто с текстами. Я совершенно не хотела в этом разбираться. Но меня порадовали так и не зажившие до конца царапины на лице Виррана.
Когда между нами осталось лишь пять шагов, он поднял голову и, глядя на закрытую дверь, нахмурился.
– Ну и какой идиот это был⁈
Я сглотнула. Вот сейчас было самое сложное. То, что я не говорила никому. Что я не смогу убить его ударом в спину или укрываясь от его же взгляда. Как бы я не желала ему гибели… я так не смогу. И перед ним проявлюсь. Посмотрю в глаза перед тем, как нанести решающий удар.
С последним вздохом я сняла с себя мимикрию, наблюдая за тем, как менялось лицо Виррана с каждым мгновением осознания моего присутствия здесь. И вот он в который раз холодно улыбнулся, выпрямляясь.
– Ты всё-таки явилась сама. Не ждал тебя так скоро. Думал, тебе понадобится больше времени, чтобы принять неизбежное.
Шаг… Мучительный. Болезненный. Дыхание подводило – так мне не хотелось к нему подходить. Но я его сделала, этот шаг. И следом ещё один. Между нами – ещё три.
– Из-за тебя чуть не погиб Торрелин, – прошептала я, пытаясь воскресить в себе убийственную ненависть, заменить ею неестественный страх. Пока не получалось.
– Всё ещё впереди, – Вирран усмехнулся чуть шире.
Оружие в моих руках он то ли не замечал, то ли величественно игнорировал. Но я хорошо чувствовала и шершавые рукояти, чем-то оплетенные, и вес заточенного металла… Я знала, куда бить. Знала, что есть за что. А судя по его сыну в рабском ошейнике, я даже знала куда меньше, чем на самом деле существовало поводов. Но я никак не могла решиться сделать эти последние шаги и вонзить нож в его тело. Я… боялась. Всё-таки я слишком его боялась. Легко было ненавидеть его на расстоянии. В одиночестве и под прицелом глаз, в которых не было никаких чувств, у меня уже не получалось быть достаточно смелой.
– О чем думаешь, девочка? – подстегнул меня Вирран. Тихо, жутковато усмехнулся, и короткий быстрый смех почти ударил. – Гадаешь, надо ли встать на колени? Я был бы рад это увидеть. Ну, давай же.
Ни на какие колени я вставать, конечно, не собиралась. Но этот страх перед светловолосым мендцем… Он был слишком велик. И был уже близок к тому, чтобы превратиться в панику. Я едва-едва сглотнула, всей душой желая ответить что-то сильное и колкое, но слова не шли.
– Что ж, я буду очень любезен… И помогу тебе опуститься на колени, раз ты стесняешься.
«В каком это смысле – поможет?» – испугалась я ещё больше. В два быстрых, слишком быстрых для испуганной меня шага Вирран оказался рядом… Ударил кулаком по лицу. Попало по скуле, больно, но не критично. Я отшатнулась, пытаясь собрать мысли, попыталась сама ударить… не успела. Новый удар, под дых – и я сложилась пополам, пытаясь вдохнуть хоть чуточку воздуха. Вирран бил неожиданно жестко. И дальше явно не планировал оставлять меня в покое. Он сперва дернул меня за косу, заставив чуть приподняться, а потом ударил по колену и толкнул за затылок вниз. Чтобы не разбить лицо об пол, пришлось инстинктивно выставить руки. Звон раздался на всю комнату, выдавая, что оба ножа я при этом потеряла. А следом прилетел пинок под ребра, опрокидывая меня окончательно.
– Вообще я считал тебя достаточно умной для своих лет, – надменно произнес Вирран, поставив ногу мне на грудь так, что дышать стало тяжело. – Но явиться сюда было очень глупо. Всё-таки двадцатилетняя девчонка не способна ни на что. Особенно – такая изломанная девчонка, как ты. Ведь и твой муж, и твои друзья приняли тебя обратно только из жалости, ты же понимаешь? Никому из них ты уже не нужна. Но я сумею извлечь из этого пользу.
Плакать, задыхаясь от удушья, было… странно. Но мне действительно было больно. Какая-то часть меня, наверное, боялась того, что его слова отчасти правдивы. Ведь, в самом деле, какой от меня толк? Всё, что мне удается действительно хорошо, – Песни Жрецов, но и те скорее удавались раньше, а не сейчас. Я не умела ничего, что могло бы приносить пользу. Я не умела создавать новое или чинить существующее, не умела поддерживать так, чтобы распахивались крылья, и не умела руководить так, чтобы за мной хотели идти. Я была… ничем. Просто странной друисой, которую втянуло в эту историю случайно. Которая чудом стала дорога тем, кто действительно может что-то изменить. А теперь я буду лишь тем, на что будет уходить их внимание вместо того, чтобы побеждать. Ведь я не справилась даже с такой малостью…
«Прости меня, Торрелин… Простите, Вистра и Амдир, прости, Шионасс, Заиль и Ошин… Я не смогла… Я слишком ничтожна… Простите!»
«Ты – сердце Торрелина. А значит – и сердце всей Империи Громарис,» – говорил когда-то Шионасс.
«Жду и верю в тебя,» – шептала Вистра.
А Торр… Он целовал меня. Даже изломанную, потерянную, разбитую на мелкие осколки, исхудавшую, больную и с седыми прядями в волосах. Он почему-то любил меня даже такой… никакой.
Неужели я его больше никогда не увижу? Не послушаю его гневное, взволнованное ворчание о решении, которое я приняла без него? Не почувствую огня его тела и жадности поцелуя?
А нужна ли мне такая жизнь? И захочет ли он обходиться без меня?
Я всхлипнула особенно болезненно…
И поняла, что должна бороться. «Сомнения – часть жизни,» – так недавно кто-то сказал. И пусть я не знаю, за что меня можно любить и нужна ли кому-нибудь на самом деле…
Смерть Виррана – это ключ к нашему спасению. И хоть что-то значимое на этой войне я должна сделать. И ради всех нас, и конкретно ради тех, кто дорог мне.
Я должна бороться. Я обязана победить. Вопреки всему.
Я сморгнула слезы и резко дернулась в сторону, прямо по полу, а обеими руками потащила его ногу вниз, быстро, чтобы он потерял равновесие. Он качнулся, и одной рукой, основанием ладони, я ударила ровно по коленной чашечке. Она хрустнула. Виррана немного подкосило, он стал падать… Я видела его кулак. Толком увернуться не могла, подставила плечо. По-моему, хрустнуло до самого позвоночника… Всё равно. Я должна была закончить это дело. Пользуясь тем, что я немного повернулась, я ещё резче обернулась обратно, ударяя локтем прямо ему в нос. И пока он давился вскриком и выступившей кровью, я дернулась по полу в сторону, хватая один из своих ножей и поднимаясь на ноги. Но второй нож был со стороны Виррана, и он тоже не терял времени, добравшись до него и тоже вставая.
– Неплохо, – холодно, но зло улыбнулся он. – Давай продолжим, раз ты так хочешь, это даже забавно. Прошу же, девочка, нападай!
Я снова прерывисто всхлипнула – так до конца и не успокоилась. Да и когда? Но раз он давал мне шанс, хоть небольшую фору, я не могла не попробовать!
Я попыталась ударить его в лицо кулаком, левой рукой – бить ножом пока, кажется, было бессмысленно. И Вирран поймал мою руку, похоже, без всякого труда… Поймал – и резко дернул вокруг своей оси, то ли вывихнув, то ли вовсе сломав мне запястье. Я, кажется, закричала… Не помню. Но было безумно больно.
А потом он схватил меня за ворот мундира, подтащив поближе к себе… И его нож коснулся моего лица. Лба над правым глазом. И медленно, с каким-то ужасающим ненормальным удовольствием, Вирран с силой прочертил по моему лицу вертикальную линию – лоб, бровь, щека, край губ… Кровь залила правый глаз почти моментально, стекала всё ниже, промочив уже и рубашку… И только когда нож разрезал губы, я поняла, что в агонии боли упускаю свой шанс.
И ударила ножом сама, куда смогла. Вирран выпустил меня, отшатнувшись, на его животе расплывалось кровавое пятно… Я сглотнула, кажется, вместе с собственной кровью… и рванула вперед, всаживая нож в его грудь, туда, где билось бездушное сердце.
Вирран странно захрипел. Его глаза были удивленными и огромными-огромными. По подбородку потекла кровь. Но он ещё был жив, хотя и шатался. И я провернула лезвие.
Тело упало с неестественным стуком. Я тоже тяжело осела на пол, наблюдая за ним, словно убеждая себя, что всё закончилось. И лишь через несколько минут абсолютной тишины я поверила.
Я это сделала. Я его убила. Я… освободилась. Навсегда. И хотя теперь пульсировало от боли запястье и жгло рассеченное лицо, я улыбалась. Глупо и счастливо улыбалась. Потому что больше никто не наденет на меня ошейник. И никто не пошлет убийц к моему мужу.
Я свободна.
Но теперь надо было вернуться к своим. Я знала дорогу, и мне не нужно было искать в огромном дворце цель, но… кровь. Я была вся в крови! Я вытерла ладони о свои штаны, но что делать с лицом? Кровь продолжала течь, и если я буду идти, отмечая путь каплями крови, меня могут заметить прежде, чем я покину дворец.
В итоге я оторвала часть ткани от рукава Виррана, сложила пополам и прижала к лицу. Щелкнул замок, я проверила, что мимикрия не подводит… И, как могла быстро, помчалась к выходу.
На первом этаже суматоха достигла каких-то неестественных размахов. И многие носили в одном и том же направлении емкости с водой. Странно…
Лишь спустя минуту я из обрывков разговоров поняла, что на кухне вдруг почему-то вспыхнул пожар. И теперь внимание всего дворца было именно там, а не вокруг их сумасшедшего императора.
Я улыбнулась неповрежденной половиной губ. Кажется, я вдвойне задолжала сыну Виррана.
Благодаря пожару я покинула дворец без особых усилий и со всех ног побежала к нашему кораблю. Странно, что император не спросил, как я сюда попала. Но, видимо, он считал, что у него ещё будет время это узнать. Ну-ну!
Задыхаясь от быстрого бега и наглотавшись за время пути своей же крови, я кое-как уже вползла к двери нашего корабля и правой рукой забарабанила в железную дверь, освобождаясь от мимикрии.
«Интересно, за сколько я управилась?» – задумалась я, пока дверь отъезжала в сторону. И почему-то чуть не ввалилась внутрь, как будто ноги переставали держать.
Вистра звонко и испуганно ахнула, увидев мое лицо. Я пока не хотела даже задумываться, как я выгляжу. Наверняка отвратительно.
