Текст книги "Дорога в дюны (СИ)"
Автор книги: Алекс Спэн
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 35 страниц)
Сетар подошел к огромному шкафу со множеством створок и, открыв одну из них, достал стеклянный графин наполовину заполненный темно-синей жидкостью. Потом разлил спиртное по двум бокалам, передав один из них Архимагу.
Гость взболтал содержимое бокала и чуть потянул воздух носом:
– Странный запах. Никогда не пробовал такого вина. Из чего оно?
– Поверьте, я не пытаюсь вас отравить – усмехнулся глава Тайной стражи – Это даже не вино, а нечто более крепкое. Делается из ягод карликовых кустов, что растут на определенных склонах гор Карамира. Крайне редкий на континенте продукт и весьма недешевый. Я пристрастился к нему много лет назад и теперь не могу себе в нем отказать. Надеюсь, вы не будете распространяться об этом: даже такие мелкие слабости могут обернуться большими неприятностями для людей нашего уровня.
Архимаг осторожно отпил глоток. Потом несколько секунд задумчиво смотрел в потолок. Потом отпил глоток побольше и довольно крякнул.
– Разумеется – нет. Но все-таки я позволю себе мелкий шантаж – вы сведете меня с поставщиком этого крепкого напитка.
Сетар улыбнулся и согласно кивнул.
Спиртное действительно чуть расслабило Архимага. Его взгляд стал блуждать по комнате, пока не наткнулся на карту Форлана, что занимала самую дальнюю, плохо освещенную стену комнаты.
– Вы позволите? – спросил гость, кивнув на карту.
– Разумеется.
Архимаг взял подсвечник и направился к стене. Пожалуй, это была самая детализированная карта Форлана, что ему до сих пор приходилось видеть, но не это заинтересовало магика: по карте шла мелкая рябь уплотненного воздуха. Гость несколько секунд осматривал эту смесь магии и картографического дела, потом подвел ладонь к Рурку. Город сразу же увеличился в размерах, заняв большую часть карты: стали видны обозначения отдельных домов и улиц.
– Интересное применение "эффекту Мюреля" – увлеченно рассматривая полученный зум, сказал Архимаг – Как же много я теряю, сосредотачиваясь на боевых аспектах магической науки. Держу пари – это вам сделал старый прохиндей Мерсеус: только он столь искусно может работать с искажениями.
– Вы совершенно правы: это его рук дело – подтвердил догадку гостя Сетар.
– Возможно, вы не знаете, но здесь можно наложить второй слой для ваших личных заметок – задумчиво глядя на карту, предложил свои услуги Архимаг.
– Уже сделано. Но доступ к этому слою есть только у меня – с интересом наблюдая за магиком, ответил Сетар. В глазах безопасника плясали лукавые искры.
Архимагу лишь оставалось цокнуть языком.
– Перейдем к делам насущным – возвращаясь на свое место, сказал магик – После вашего ухода мне удалось выудить из Винда пару важных деталей.
Взгляд Сетара сделался задумчиво-отстраненным. Хозяин молчал, предлагая Архимагу продолжать свою мысль.
– Помните, я поинтересовался: мог ли маг переправить часть семьи лекаря в лагерь?
Сетар согласно кивнул.
– Так вот, я думаю, он все-таки это сделал. Книга Меннеля теоретически такое допускает и даже дает пару базовых методик на эту тему.
– Позвольте – прервал рассуждения Архимага хозяин – Но если мне не изменяет память, то это возможно только для мага двадцатого уровня.
– Именно – мрачнея, ответил магик – Но не это самое страшное. Дело в том, что из книги следует невозможность практической реализации этого процесса. Не буду мучить вас деталями. Если объяснять на пальцах: точки перехода не фиксируются – вы можете переместить предмет с равной вероятностью как на пол-лага так и на полконтинента. Однако ему как-то удалось решить эту задачу. Я вам скажу больше: если бы я имел доступ к подобным перемещениям я бы, скорее всего, не решил ее, даже напрягая всю свою структуру минимум в течение десяти циклов. Исходя из данных присланных сегодня Виндом, бойня в горах Карамира произошла менее цикла назад. Именно тогда, он, скорее всего, и завладел книгой Меннеля. Значит, на решение задачи он потратил меньше цикла.
Также Винд утверждает, что наш маг колдовал в Меардаре. Там где нет эфира, невозможно колдовать – это постулат. Но он все-таки смог это сделать. Как? Этому есть только одно объяснение: он протащил часть эфира в Меардар. Понимаете, о чем я говорю? Мы столкнулись с человеком или структурой, которая или черпает свои знания из другого, доселе неизвестного нам источника, на фоне которого меркнет даже книга Меннеля, или речь идет о принципиально другом подходе в познании мира.
Винд также рассказал о своих магиках, замерзших внутри собственных щитов. Подобное упоминание встречается лишь в одном из засекреченных трактатов о Радужных Войнах. Добавьте к этому то, с чего все началось – явные попытки воздействия на психику людей.
Есть еще один момент. Какое-то время назад я почувствовал активность одного из реликтов – живого артефакта. Не берусь судить, связано ли это с магом напрямую, но в то, что это было обычным совпадением, я не верю. Как вам картина, Сетар?
– Каким образом вы смогли ощутить этот артефакт?
Видимо Сетар переоценил воздействие алкоголя на магика, если всерьез рассчитывал получить ответ на этот вопрос. Объяснение тянуло за собой раскрытие намерений Архимага по значительному усилению собственной чувствительности к чужой волшбе и преодолению теоретически недостижимого барьера между пятнадцатым и шестнадцатым уровнями пропускной способности. Поэтому гость ограничился следующим ответом:
– Благодаря одному из других менее значимых артефактов. Большего я, к сожалению, сказать вам не могу.
Сетар понятливо кивнул:
– Вы раскрыли мне столько потому...
– Потому что я предлагаю объединить наши усилия. Нужно создать совместные ударные группы. Мои люди усилят ваших "чистильщиков" или еще кого посильнее, если таковые есть. Винд с Аргалом не видят картину целиком, хотя деталей им известно больше. Они не понимают, с чем столкнулись. Дайте этому человеку или объединению людей еще цикл, и он станет для нас недосягаем. А вот мы для него окажемся хоть и не легкой, но все-таки мишенью.
– Я обдумаю ваше предложение – ответил хозяин, с задумчивым видом допив вино из бокала – Кстати, вы обратили внимание, на то, что Винд вынужден был раскрыть существование своей сети вне Дворца?
***
Ход.
Мое отсутствие в "гостиной" по счастью так и осталось незамеченным. Я успел не только разобрать баррикаду у двери, но и немного подремать после бессонной ночи.
Когда солнце значительно поднялось над горизонтом, ко мне в комнату пожаловала Искра с поздним завтраком. У меня постепенно налаживался непринужденный контакт с этой милой девушкой. Помимо получения положительных эмоций от простого человеческого общения была и прагматическая составляющая наших коротких бесед: из ее слов я рассчитывал получать косвенную информацию о том, что происходит в кулуарах замка.
После завтрака ко мне пожаловал мажордом собственной персоной. Вместе с мажордомом в комнату вошел крепыш тридцати лет, с лишенным каких либо отличительных черт лицом. Мажордом сообщил, что с сегодняшнего дня местная кузня полностью готова удовлетворять все мои потребности. Также меня проинформировали, что теперь я неограничен в передвижениях по замку, кроме определенных мест, о которых мне милостиво будет сообщать этот крепыш по имени Грот.
В результате я оказался весьма скользком положении. С одной стороны граф начал исполнять свои обязательства по подготовительному этапу предложенного мною плана действий, с другой – он не дал мне своего "официального" согласия на его исполнение. Т.е. план то он может и начнет реализовывать, но вот в каком именно виде? Ведь там были очень важные для меня пункты, в том числе про "общую координацию", которая позволит мне не раскрывать свои возможности перед временным нанимателем.
Кажется, я начинаю понимать тактику ДеВитара в моем отношении. Граф хочет отстранить меня от непосредственного управления процессом реализации плана, но напрямую говорить мне об этом не желает, опасаясь моего отказа сотрудничать. Нашел дурака!
Во-первых, я попросил мажордома вернуть одежду, в которой я сюда прибыл. Во-вторых – передать, что прошу аудиенции у графа, толсто намекнув, что не вылезу из своей кельи, пока не поговорю с ним лично.
Мажордом, что-то замычал про занятость его светлости и про то, что одежду мне обратно пока выдавать не положено. Я же, совершенно игнорируя эти объяснения, демонстративно уселся обратно на свою кровать.
Управляющий тяжело вздохнул, пробубнил что "сделает все, что возможно" и с недовольной миной на лице вышел. Крепыш остался со мной в комнате.
Через полчаса в дверь постучали, и на пороге появилась Искра с моей одежкой. Также ее просили передать, что граф примет меня сегодня ближе к ужину. Переодевшись, я направился со своим проводником смотреть кузню.
Кузня располагалась в глухом тупике внутреннего двора. В помещении помимо кузнеца крутилось три подмастерья, но беспокоило меня не это: любой любопытный нос мог заглянуть сюда со двора, а это в мои планы никак не входило.
Осмотревшись, я было направился к выходу, как меня остановил удивленный возглас кузнеца:
– Господин! Граф сказал, что у вас есть какой-то заказ для меня.
– Все верно – не стал я разочаровывать мастера – Но прежде, мне придется утрясти с вашим хозяином еще пару вопросов.
Прослонявшись по замку без дела еще несколько часов, я, наконец-то, был удостоен повторной встречи с графом.
Снова та же зала, тот же стол, правда пустой, и граф в компании седого старика. Первым начал говорить старик. Осуждающе на меня посмотрев, он произнес:
– Сегодня вы целый день просто бродили по замку. А кузня, выделенная специально для вас, простаивала без дела. Не изволите объясниться?
– С удовольствием – ответил я – Для начала я бы хотел услышать от графа, принял ли он мой план целиком и полностью?
– Что вы себе позволяете...– начал заводиться старче.
– Спокойно, мой друг – прервал его ДеВитар. Потом обратился ко мне – Мы внесем в него некоторые изменения, но в целом – да, я его одобряю.
Я подавил приступ глухого раздражения и, стараясь говорить ровно, продолжил:
– Господа. У вас есть этот огромный замок с его толстыми стенами, множество хорошо вооруженных охранников, статус в обществе – все это вас защищает. А у меня ничего этого нет. Никто не прикроет мою спину (вру, конечно, но мне будет лучше, если они так будут думать). Вы ведь понимаете, во что я готов ввязаться? Неужели у меня на лбу написано "идиот"? – я буду рисковать своей шкурой, только если мой план будет принят целиком. И это мой план – решать кто? что? и когда будет делать? – должен я. Если вы по каким-то причинам не можете это принять, то я не вижу смысла отягощать вас своим присутствием.
Я думал, что старец после этой речевки опять накинется на меня с претензиями, а то и угрозами, но он молчал на пару с графом. ДеВитар отпил из своего бокала и мягко произнес:
– Ход, вы же не ждете от меня полного вам доверия?
– Это решаемо. Я готов согласовывать свои действия либо с вами, либо с тем, кого вы назначите для этого дела. Но с оговоркой: ваши люди с пониманием относятся к моим секретам и все мои просьбы, связанные с этим, должны быть удовлетворены.
Подумав немного, ДеВитар произнес:
– Хорошо – и несильно хлопнул при этом по столу – Согласовывать все будете с руководителем моей службы безопасности. Позже он к вам зайдет.
Набравшись наглости, я продолжил:
– Раз уж вы здесь, а докладывать он все равно будет вам, сразу хочу обговорить два момента.
Граф кивнул, давая понять, что готов слушать.
– Кузня в вашем замке мне не годиться – слишком много глаз. Найдите мне другую, где-нибудь на отшибе. Там должен быть только один кузнец и больше никого. Она мне понадобиться на двое суток. Кроме того, в радиусе лага я не должен видеть ни одной живой души. Также будут нужны деревянные щиты из досок, чтобы никто не видел, что будет происходить внутри.
– Хорошо. Я пришлю вам кузнеца, чтобы вы могли все с ним обговорить. Что-нибудь еще?
– Да. Вы подобрали место для моего лекаря?
– Еще нет, но завтра обязательно подберем.
– Хорошо. Пусть через трое суток его с семьей встретят стражники на границе вашего графства. На той самой дороге, по которой мы с Руфимом сюда приехали. И еще, уберите от меня вашего шпиона. Думаю у вас достаточно людей, чтобы поставить их в тех местах, где вы не желаете меня видеть.
Возражений не последовало, и на этом наш разговор закончился. Я направился к выходу довольный ясностью, которую мы внесли в наши отношения, когда меня остановил вопрос старика, в котором читалась скрытая угроза:
– Ход, вы же не будете убивать кузнеца в целях сохранения своих секретов?
– Разумеется – нет – ответил я не оборачиваясь и закрыл за собой дверь.
Через полчаса в мою комнату заглянул начбез, представившийся Харром. Судя по поведению этого субъекта, он был не сильно доволен сложившимся положением, при котором вся инициатива уходила в мои руки, но вел себя корректно. Я повторно проговорил моменты с кузней и семьей лекаря, на что получил сухой ответ: "все будет сделано".
После безопасника ко мне пожаловал тот самый кузнец со двора. Внешне ремесленник никак не проявлял ко мне свое отношение, хотя энтузиазмом он тоже не фонтанировал. Звали его, как и многих тысяч крестьян и ремесленников в Форлане самым распространенным именем -Микай.
Микай сообщил, что на окраине деревни Мохеевки, что расположена в двенадцати лагах от замка, имеется кузня, которая вполне может меня удовлетворить. Жителей близлежайших домов временно отселят, и на расстоянии лага не останется ни одной живой души.
Когда я изъявил желание проинспектировать объект уже сегодня, Микай взглянул на садящееся за горизонт солнце, тяжело вздохнул и покорно кивнул.
Чего он так переживает? Двенадцать лаг для доброго коня по хорошей дороге – это меньше часа езды галопом.
На место мы прибыли когда уже смеркалось. Помимо меня и Микая, Харр навязал нам еще двух своих людей, одним из которых, ожидаемо, оказался Грот.
Ну, что: кузня как кузня. Ближайшие дома находятся чуть менее чем в лаге отсюда. С остальных трех сторон распаханные поля, засеянные какой-то невысокой культурой с синими соцветиями: спрятаться негде – это хорошо.
Уже чуть прохладный вечерний ветер несет с полей запах вспаханной земли, смешанный с тонким ароматом трав. Сидящий у моих ног певчий кузнечик на пару секунд завел свою трель и замолк. Солнце практически скрылось, лишь небольшой край ярко-оранжевого диска еще виднеется над горизонтом. И тишина. Скоро здесь стемнеет.
Я отошел за кузню, встав так, чтобы меня не было видно со стороны деревни. Задрал голову и закрыл глаза: пусть думают, что я наслаждаюсь природой (хотя, в общем-то, так и есть) или просто чудик – мне без разницы. Сам же в это время вывалился в пространство и пометил для себя это место.
Когда я вернулся к своим провожатым, то заметил, что люди Харра косо на меня посматривают, лишь Микай не впечатленный моими странностями решил брать быка за рога:
– Какой металл вам потребуется, господин? И не посветите ли меня в, общих чертах, что именно вам нужно? Просто у местного кузнеца ограниченный набор инструментов, да и не привык я работать чужими орудиями. Так что, я привезу свои, в зависимости от того, чего именно вам надобно.
Я ненадолго задумался и спросил:
– Микай, ты работал с металлами, которые легко деформируются от ударов, будучи не разогретыми?
– Конечно, господин. Пирал, солчак, кариллий – перечислил кузнец.
– Правильно ли я понимаю, что их легко расплавить и залить в формы из более тугоплавких металлов?
– Пирал и солчак можно господин, а вот кариллий плавиться еще хуже железа.
– Давай без господина – просто зови меня Ход. Они есть у тебя в кузне?
– Кариллия нет гос...Ход, а вот два других имеются. Но его тоже можно достать. Просто он редкий и хранится на складах графа.
– Ладно, завтра покажешь. Тогда и решим, что будем брать.
Микай смущенно прочистил горло и задал еще один вопрос:
– Если я буду в кузне один, то кто будет раздувать меха, Ход?
– Видимо придется этим заниматься мне самому – ответил я.
Этой ночью я вновь забаррикадировал дверь в своей комнате и, телепортировался в лагерь. Здесь я узнал, что Бура и его люди освободили пленников, без труда уничтожив четырех охранявших их бандитов. Некоторые из несчастных просились идти с моими людьми, но наемники были непреклонны, тем более, что пленникам оставили оружие четверки убитых разбойников. Да и еды в том лагере хватало. А вот жиртрест словно растворился в лесу – его найти не удалось. Выслушав эти новости я занялся переносом наших женщин обратно в лагерь из пещеры-сейфа. Как только с этим было покончено, я попытался побыстрее смыться пока Миранда занятая суетой сопутствующей каждому переносу не выяснила, что Рик, будучи под моим чутким руководством, сумел получить ранение мечом. Объясняться с любимой не хотелось, тем более что она была не в настроении. Судя по взглядам, которыми одаривали друг друга Миранда и Лалина между ними в пещере, по всей видимости, произошел открытый конфликт и женский лагерь теперь раскололся на две части: Лалину с дочерьми и Миранду, с жавшейся к ней Ликой. Да, надо баб побыстрее разводить пока они друг дружке волосья не повыдирали, а то еще и мне на орехи достанется. Впрочем, хуже всего будет Рику – он неровно дышит к старшей дочери Лалины, а поскольку его сестра с ней в контрах...
На следующее утро Микай принес мне два образца изделий из пирала и солчака, а также небольшой камешек кариллия. Не один из них не был похож на найденный мною металл.
Повертев образцы, я сказал кузнецу, что для моих нужд, скорее всего, потребуется форма, куда мы и будем заливать расплавленный металл. А вот какой именно? – пока не знаю, так что пусть прихватит и пирал и солчак, по мешку каждого. Видимо ляпнул я явно чего-то не того с точки зрения кузнечного дела, потому как Микай на меня недоверчиво вытаращился, но все-таки промолчал. Ничего, пусть привыкает к тому, что я полный профан в этом деле.
В первой половине дня кузню дооборудовали деревянными щитами, защищавшими от любопытных глаз. Также подмастерья привезли инструменты Микая, пирал, солчак и еще какой-то металл для форм. Я же пока договаривался с Харром, о том, чтобы ночью у кузни дежурил Руфим, которому я всецело доверяю.
Во второй половине дня я взял с кузнеца "честное слово" о "неразглашении" и описал требуемое мне изделие: штырь в пол-локтя длиной, толщиной с палец, сужающийся в конце. С другого конца на нем должно быть кольцо диаметром в толщину самого штыря плюс зазор. На самом торце, там, где кольцо, должно быть небольшое отверстие для фиксации. Фиксировать штыри относительно друг друга я планировал, забивая небольшую деревянную пробку в это отверстие. Конечно, в идеале отверстие должно быть с резьбой и к нему еще должен прилагаться болт, но гнать здесь вперед технический прогресс я пока не собирался. И если уж буду, то только для собственных нужд.
Всю вторую половину дня я раздувал меха для печи. То еще удовольствие, скажу я вам. Пот градом, голова гудит от жары, да еще и плечо проткнутое веткой разболелось, что б этой магессе с ее треклятым куполом икалось каждую ночь!
В конце-концов, под вечер, форма была готова. И я распластавшись на лошадке, в состоянии близком к обмороку был отправлен в замок,
А ночью опять баррикада, лагерь и глаза моей Миранды, настроенной на решительный разговор.
Однако, любимая, увидев мое полудохлое состояние, смилостивилась и вместо разноса устроила восстановительные процедуры в виде непрофессионального массажа с втиранием каких-то настоек в тело. Впрочем, продолжалось это счастье не долго. Время не ждет: пошатываясь, я взял сумку с моими камнями, лопату и телепортировался по маркеру к кузне. Там, в кромешной тьме, умудрился зарыть свое богатство в землю. Снова телепортация в лагерь с целью возврата лопаты, чмокнуть Миранду в губы, моя комната, разбор баррикады, короткий сон.
На следующий день я чувствовал себя намного лучше, чем могло бы быть после моего вчерашнего трудового подвига. А ведь у Микая этим сопливые подростки занимаются, правда, посменно. Все-таки подозреваю, что тут дело не в физических кондициях, а в какой-то привычке что ли.
Пытаясь такими мыслями оправдать свое нежелание развивать тело, я потихоньку втягивался в рабочий процесс второго дня.
Выждав первые пару часов, за которые Микай отлил первую пятерку штырей из пирала, я перестал качать меха. Подошел кузнецу, оценивая получившиеся штыри и, удовлетворенный увиденным, сказал ему, что именно с пиралом мы и будем работать. Потом вышел из кузни, якобы по нужде. Разрыл руками тайник в земле и извлек свои камни.
Микай, увидев у меня сумку с камнями, удивился, но вопросов как обычно задавать не стал. Отдав один камень кузнецу, я попросил его проверить его тугоплавкость. Камень, как и ожидалось, оказался куском металла, расплавившимся при чуть более высокой температуре, по сравнению с пиралом. "Теперь будем заливать этот металл в форму" – сказал я озадаченному мастеру. И работа пошла. Через час, когда второй штырь покинул форму, я снова перестал качать меха. Опять подошел к Микаю и сказав ему: "смотри!" – раскрыл свою ладонь, над которой стало разгораться маленькое солнце. Пока кузнец удивленно таращился на мою волшбу я начал воздействовать на его ауру, парализуя волю подопытного. Когда дело было сделано, подтер его память за последний час небольшим, унес сумку с камнями и пару штырей в свой тайник, подкинул пирала в печь, схватился за меха, приказал мастеру продолжать работу и вытащил его сознание в реальный мир. Кузнец продолжал работать, как ни в чем не бывало – видимо процесс восприятия действительности, разорванный моими манипуляциями, для него прошел бесшовно. Только через час он меня спросил: "Так что, пирал?". "Пирал" – ответил я удовлетворенный этим вопросом.
Во второй половине дня я еще раз проделал тот же самый трюк и к концу работ стал обладателем "неучтенки" в виде четырех штырей из моего металла.
Когда вечером мы вдвоем возвращались в замок, оставив на ночь только что подъехавшего недовольного Руфима сторожить кузню, Микай удивленно заметил: "как быстро день, однако, пролетел". "Стареешь"– чуть усмехаясь, ответил я.
Во второй день увеличить выход нужного мне продукта ожидаемо не получилось, а поскольку металла у меня еще оставалось треть от первоначальных запасов, то мы продолжали "плавить пирал" и на третий день.
Когда запасы моих камней закончились, продолжать дальше этот фарс стало бессмысленно. Так что к концу третьего дня я объявил о завершении работ.
Однако, расслабляться не стоило: мне же нужно было соблюсти "секретность", так что в тот же вечер мы с Микаем распихивали сорок восемь штырей из пирала по жутко дорогим но, очень прочным небольшим мешкам из кожи какого-то редкого животного. Потом верхнюю часть мешков пришлось сшивать, а на месте шва ставить сургучные печати, отлитые по выдуманному мной замысловатому рисунку в этой же кузне. Печати я, понятно, оставил себе. Вести в замок результаты наших трудов в сумерках у меня не было никакого желания, так что привычно приехавшему под вечер мастеру Руфиму пришлось остаться здесь снова на ночь.
Той же ночью я телепортировался к кузне. Дремавший у костра Руфим увидев меня и бровью не повел, только посоветовал:
– Отойди от огня: из деревни могут заметить второй силуэт.
Я, последовав его совету, направился к своему тайнику и извлек из него двенадцать штырей из неизвестного металла.
– Что это? – спросил подошедший сзади Руфим.
– То, ради чего все затеивалось – с чувством легкой гордости ответил я.
– Подкупил кузнеца? Зря. Он все равно графу доложит – расстроившись, произнес мастер меча.
– Не доложит. Он даже о них не догадывается – хлопнул я по плечу соратника.
***
Эрис ДеВитар несильно пнул один из запечатанных мешков, набитых штырями из пирала. Мешок в ответ на действия графа жалобно звякнул.
– У тебя нет ощущения, что мы связались с умалишенным? – спросил ДеВитар у стоящего рядом семейного мага.
Прежде чем ответить, одаренный задумчиво оглядел небольшую кладовку, в которой они находились.
– Сдается мне – нас провели. Не знаю – как? Но все-таки – провели. Этот Ход отвлек наше внимание, заставив сосредоточится на никчемных поделках из пирала.
– Если он такой осторожный, то затея с Искрой тоже обречена на провал – чуть покусывая губы, рассуждал граф – Кстати, как она? Удалось ли ей завоевать его доверие?
– Она не торопится. Говорит, что он рассматривает ее, скорее, как дочь. Искра считает, что это может быть связано с тем, что у него уже кто-то есть. Она думает, что это не просто баба, которая его развлекает по ночам. Похоже, он ее любит, и прелести нашей соблазнительницы не оказывают на него должного впечатления. Мажордом настаивал, чтобы Искра работала поактивней, но она считает, что такое поведение только его насторожит. Кстати, лекарь с семьей уже прибыл?
– Еще нет. Стражники ждут его уже второй день.
– Значит, он с семьей едет издалека, раз Ход не смог точно назвать день прибытия. Да, ты обратил внимание на то, что он не просил никого послать за лекарем, словно знал, что мы примем его предложение?
– Это действительно странно – досадливо поморщился ДеВитар. Потом еще раз посмотрел на мешки и добавил – Кажется, я только сейчас начинаю понимать, с каким скользким типом мы связались.
***
Вопреки общепринятым представлениям о единстве и целостности магического сословия в Форлане Архимаг крайне редко бывал в Академии магии Санима. Так что сегодняшний визит главы магов в эту обитель знаний стал полнейшей неожиданностью для ректора Декара.
– Могли бы предупредить заранее – укоризненно покачал головой ректор, принимая в своем кабинете высокого гостя – Мы бы подготовили стол, собрали студентов...
– Знаю, Декар – махнул рукой Архимаг – Тогда мне бы пришлось давать лекцию вашим воспитанникам обо всем и ни о чем, а также развлекать пустопорожними разговорами преподавательский состав.
– Ладно – смирившись с нежеланием посетителя соблюдать формальности, вздохнул ректор – Чем мы можем вам помочь?
– Мне надо в подземелья – ответ прозвучал чуть напряженно, словно глава магов всерьез сомневался, что его просьбу могут не удовлетворить.
Через полчаса блужданий по коридорам и переходам Архимаг очутился на самом нижнем уровне академии. Здесь, наряду с многочисленными складами, размещались небольшие комнатки-лаборатории. Но та, в которую зашел Архимаг, скорее напоминала небольшой кабинет. Довольно мрачный и унылый по интерьеру: стены в нем представляли из себя голый камень, в то время как в других комнатах даже небогатые по определению студенты и лаборанты пытались придать видимость уюта своим рабочим помещениям если не примитивной штукатуркой, то хотя бы куском недорогой ткани. Хозяин же этой комнаты, по-видимому, совершенно наплевательски относился к любым проявлениям комфорта: грубо сколоченный стол, проведя по поверхности которого ладонью можно было подцепить занозу, кособокий стул и книжная полка с книгами – вот и вся мебель. За столом сидел пожилой мужчина, какой-то весь ссутулившийся и ссохшийся. Отнести его возраст к старческому со всей определенностью было невозможно по причине странного внешнего вида этого субъекта: на лице отсутствовали усы и борода – атрибуты столь характерные для подавляющего большинства ученых мужей перешагнувших шестидесятилетний рубеж, также наблюдалось полное отсутствие седины в коротко стриженых волосах, зато лицо было морщинистым с чуть дряблой кожей. Поначалу мужчина не заметил посетителя, поскольку был увлечен чтением старого фолианта, в который он самозабвенно погрузился, уткнувшись в него своим крысиным носом, его маленькие глазки подслеповато щурились, пытаясь разглядеть в свете одинокой свечи текст на открытой странице.
Архимаг кашлянул. Крысиный нос оторвался от книги и повернулся к дверному проему. Глаза-бусинки теперь силились опознать гостя. В конце-концов хозяин комнаты видимо плюнул на бесполезное занятие и из стен забили мерцающие бледные молнии. В свете их призрачных вспышек в комнате стало заметно светлее. Некоторые из этих искусственных порождений магии попадали и в главу магов и в подслеповатого хозяина, впрочем, без видимого эффекта.
Однако устроенного светового шоу, оказалось недостаточно для того, чтобы близорукий "крысиный нос" смог опознать посетителя, поэтому в дополнение к молниям он сформировал перед своими глазами две линзы из сжатого воздуха с включениями влаги из окружающего пространства, отчего его лицо, со стороны, стало похоже на морду вконец ошалевшей совы. Впрочем, длился этот цирк недолго: как только произошло узнавание – молнии исчезли, а линзы медленно растворились.
– Сильно же тебя прижало, раз ты пришел ко мне – пробурчал "крысиный нос", вновь углубляясь в фолиант.
– Ты всегда был аскетом, учитель, но сейчас это больше похоже на болезнь – ответил на своеобразное приветствие Архимаг.
– Глупец – безэмоционально отреагировал хозяин комнаты – Ты так и не усвоил: чтобы до конца постичь суть чего-либо нужно отбросить все лишнее и остаться с тем, что ты изучаешь наедине.
– Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на полное постижение чьей-то сути – откликнулся Архимаг.
– Да, именно поэтому ты стал Архимагом и потерял свое прежнее имя – с оттенком горечи произнес учитель.
– Я сделал свой выбор и не хочу больше об этом спорить – решительно ответил бывший ученик – Ты мне поможешь?
"Крысиный нос" вытянул руку, не отрывая взгляда от фолианта. Архимаг вложил в ладонь учителя отчет Винда, дополненный всеми остальными фактами, известными Архимагу на данный момент.
Изучение материалов заняло не больше часа. После этого учитель еще несколько минут задумчиво смотрел в потолок, совершенно не обращая внимания на стоявшего истуканом Архимага и, наконец, подал голос:
– Ты свалил все в одну кучу. Скажи, этот недалекий безопасник утверждал, что именно маг которого вы ищете заморозил троих архимагов?
Ученик задумчиво кивнул:
– Ты прав. Если подумать, то лишь подразумевал... Но если это кто-то другой и Винд его покрывает...
– Тут есть два варианта: или этот Винд раскопал что-то очень важное, чем не хочет делиться, или он прикрывает собственные ошибки. Конечно, возможно, что я ошибаюсь и это дело рук именно того мага, но слишком велик контраст...