Текст книги "Строго 18+ (СИ)"

Автор книги: Алайна Салах

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)

66

Это случилось. У нас с Данилом был секс. Эта мысль приходит в голову еще до того, как я успеваю открыть глаза. В груди счастливо екает, а уголки губ непроизвольно дергаются в улыбке. У нас был секс. Страстный, нескончаемый, превзошедший все мои ожидания.

Я открываю глаза и, машинально взглянув на настенные часы, вздрагиваю. Половина десятого. Я уже и не помню, когда в последний раз так поздно просыпалась. Хотя ничего удивительного, с учетом того, как долго все продолжалось.

Я перекатываюсь на бок, чтобы полюбоваться на спящего Данила, и неожиданно обнаруживаю его сидящим на краю дивана ко мне спиной. Плечи опущены, локти упираются в колени, будто он задумался о чем-то.

– Эй… – вытянув руку, я ласково пробегаюсь пальцами по его позвоночнику. – Давно не спишь?

От прикосновения кожа Данила вспыхивает мурашками еще до того, как он поднимает голову.

– Минут двадцать наверное, – глухо произносит он, не пытаясь ко мне обернуться.

Ощутив, как счастливая нега этого утра рассеивается, я приподнимаюсь на локте.

– Все в порядке?

– Нет.

Комок тревоги стремительно разрастается под ребрами и поднимается к горлу. К такой отчужденности я не была готова. Вчерашний вечер и случившаяся близость в моем сознании были равноценны хэппи-энду.

– Тогда расскажи, что случилось, – Я подтягиваю одеяло к обнаженной груди и сажусь, решив во что бы ни стало выяснить проблему и устранить ее на месте.

– Этим я и занимаюсь эти двадцать минут, – в голосе Данила слышна невеселая усмешка. – Пытаюсь понять, что со мной не так.

– С тобой все более, чем прекрасно и…

– Нет, – перебивает он. – Потому что еще никогда мои поступки не расходились с тем, как я себя ощущаю.

– И что это значит? – тихо переспрашиваю я, превозмогая поднимающуюся панику. – И посмотри на меня, пожалуйста.

Данил оборачивается. Его глаза покрасневшие от недосыпа, между бровей залегла глубокая складка.

– В тот день, когда ты позировала для семинара, я сказал, что понятия не имел о твоем участии. Я соврал. У меня был охрененно загруженный день, но я все равно нашел время, чтобы прийти. Из-за тебя, а не из-за любви к фотографии. Даже после того, как ты растоптала меня своим появлением в компании с мудака-бывшего, я отменил две встречи просто для того, чтобы посмотреть на тебя.

Несмотря на напряжение, внутри меня вспыхивает радость. Потому что несмотря ни на что Данилу было не все равно и потому что его тяга ко мне настолько сильна.

– Я это очень ценю. Я тоже была очень рада тебя видеть.

– Тот бриллиант на твоем пальце было легко разглядеть даже с последнего ряда, – продолжает Данил, будто меня не услышав. – Я вернулся домой полностью разбитый и после сутками гадал, что я за придурок такой. Будто было мало чувствовать себя идиотом на собственном выступлении и потребовалось непременно прийти за добавкой.

– Я говорила, что вернула Косте то кольцо, – я пытаюсь придать голосу твердость, чтобы слова прозвучали значимее.

– Проблема в том, что рядом с тобой я перестаю владеть собой. Кто-то может и скажет, что в любви так и должно быть, но по мне так это херня собачья. Когда я тебя увидел впервые, тогда со сцены, внутри будто тумблер переключили в режим «полный придурок». И так продолжается из раза в раз. – Данил снова отворачивается и, сгорбившись, запускает ладони в волосы. – Ты ведь и правда с самого начала ничего не скрывала, и я видел, что ты не отошла. Но все равно добровольно назвался клином в попытке выбить другой клин.

Я ощущаю потребность все ему объяснить. Кажется, что если Данил поймет, что тот мой поступок привел нас туда, где мы сейчас есть – все встанет на свои места.

Я бесшумно придвигаюсь к нему на коленях, заношу руку, чтобы погладить, но убираю, так и не решившись.

– Я еще раз хочу попросить прощения за тот вечер. А за кольцо… Я могу только представить, как тебе было больно… Ты прав. Тогда я действительно не отошла от Кости… Шесть лет он был главным человеком в моей жизни, даже если порой вел себя отвратительно. Возможно, это ужасно прозвучит, но мне было необходимо к нему вернуться. Убедиться в том, что я выросла из этих отношений и спокойно пойти дальше, не терзая себя мыслями об упущенных шансах.

Данил кивает.

– Наверняка все так и есть. Для тебя. А для меня тот вечер на сцене был ударом под дых, от которого я долго не мог прийти в себя. И конечно, дело во мне. Никто не заставлял меня быть спасательным жилетом и не обрекал на участь терпилы-поклонника, которому достаточно было поцелуя у входной двери. Мои ожидания действительно моя проблема. Я ждал, когда ты сможешь начать со мной по-настоящему, хотя прекрасно понимал, что это неправильно. Но я необъяснимо влип в тебя с первого взгляда и боялся, что если отойду в сторону даже на время, проебу этот шанс. Казалось, что если химия такой силы случилась со мной даже на расстоянии, стоит попытаться…

– Прости… – повторяю я, уставившись в родинку под его лопаткой. – Но сейчас все совершенно по-другому. Для Кости больше нет места в моей жизни, так же как для кого-то другого. Любого, кроме тебя.

– Этим я занимался остаток ночи, пока ты спала. Пытался заставить себя в это поверить. И всякий раз перед глазами возникала одна и та же картина. Ты сидишь напротив сцены рядом с ним, а я скалюсь на публику и считаю минуты до окончания шоу, чтобы наконец вдохнуть по-настоящему.

– Данил… – выдыхаю я, в отчаянии опуская ладонь на его плечо. Никакой реакции.

– Я не собирался тебя провожать. И даже ненадолго испытал удовлетворение, когда ты решила, что мы с Викой пришли вместе. Но я как и всегда рядом с тобой я быстро сдался. Ты стояла на улице такая красивая и такая подавленная. Я моментально обо всем забыл. Готов на руках был ходить, лишь бы ты заулыбалась. – Данил встряхивает головой. – И когда ты предложила подняться… Я не собирался, но все равно пошел за тобой… Потому что так ты на меня действуешь. Я становлюсь безвольным слабаком.

– Я тебя больше никогда не подведу.

– Знаешь, я никогда не понимал тех, кто осознанно возвращается в отношения, заведомо зная, что не сможет забыть и простить. Дальше начинается эта бесконечная центрифуга: один не может не кусать от собственной боли, а второй безуспешно пытается загладить вину. Меньше всего на свете я хочу быть кусающим. Но я именно так я себя уже веду. Не нахожу сил отрезать тебя насовсем, и забыть об всем тоже. Я изо всех сил стараюсь понять твой поступок, и вроде бы даже выходит… Но при этом не могу отменить и своих чувств… Пусть случившееся и было закономерным, я все равно чувствую себя преданным. Ради возможности быть с тобой, я уже нарушил ряд своих принципов и ни к чему хорошему это не привело. Надо остановиться.

– Ты о чем? – переспрашиваю я, ощутив, как холод прокатывается по позвоночнику.

– Я измучаю тебя недоверием и уколами, а ты в конце концов от этого устанешь и возненавидишь меня за это, – хрипло произносит Данил и наклоняется, чтобы поднять с пола толстовку, которую я так фанатично сдирала с него ночью. – Честнее было вчера не подниматься, но как я уже говорил, с тобой я становлюсь лютым слабаком. Хочу хотя бы в чем-то остаться верным себе и не давать вторых шансов тому, что с самого начала было обречено на провал.

67

Не в силах сдвинуться с места, я сижу на полу и по инерции считаю цоканье секундных стрелок. Четыреста двадцать один, четыреста двадцать два, четыреста двадцать три…

Время от времени смотрю в проем прихожей, будто всерьез рассчитывая, что в какой-то момент входная дверь скрипнет и на пороге появится Данил. Опустится передо мной на колени, обхватит ладони, чтобы согреть, и скажет, что уход был ошибкой, банальным приступом похмельной хандры и мы конечно можем быть вместе.

Но в прихожей царит гробовая тишина. Даже привычный городской гул, влетающий в приоткрытое окно, сейчас почти не слышен. Словно мир притих, чтобы дать мне в полной мере прочувствовать фиаско.

Слез нет. Есть знакомый холод, колкая сухость в глазах и оглушенная потерянность. В висках на повторе стучит навязчивая мучительная мысль: Данил ушел. Он выбрал от меня уйти.

Странно, но только после этого ухода до меня в полной мере доходит его значимость в моей жизни. Именно благодаря Данилу мне было не так страшно начинать и продолжать жизнь без Кости. Подспудно я всегда помнила о его неравнодушии ко мне. Знала, что при желании всегда могу ему позвонить, и Данил при первой же возможности примчится. Я помнила об этом даже когда связь между нами была разорвана. Упрямо держала в голове, что у него все еще есть ко мне чувства, и шанс начать заново остается, стоит мне только по-настоящему захотеть.

Но Данил ушел, и даже великолепный страстный секс не смог ему помешать. Все это время я питалась верой в его чувства ко мне, и сейчас, когда мое топливо принудительно забрали, я ощущаю ужасающий холод. Вдруг становится ясно, что одного моего желания быть с Данилом, пусть даже самого сильного, недостаточно, и с этого дня я действительно иду по жизни одна. Эта мысль становится для меня настоящим шоком.

Не знаю, сколько времени проходит, пока я снова могу почувствовать тело. Как затекла спина, как ноют тазовые кости от долгого сидения на полу. Уперевшись рукой в край дивана, я медленно поднимаюсь. Ноги ватные, плохо слушаются.

Постельное белье еще хранит его запах. Я утыкаюсь лицом в подушку и, ведомая приступом мазохизма, глубоко вдыхаю. Изо рта вырывается сухое всхлипывание. Глупая самонадеянная дурочка, решившая исправить все одним отчаянным шагом. Уверенная, что физическая близость смоет все обиды, ведь именно так все и происходило рядом с Костей. Но Данил не Костя.

На кухонном столе по-прежнему стоят нетронутые чашки с чаем. На поверхности – застывшая серебристая пленка. Рядом – вазочка с медом, печенье. Так выглядит картина альтернативной реальности, которой было не суждено случиться. Возможно, все развернулось бы иначе, не пойди я показывать Данилу тот чертов фотоальбом.

Я выливаю чай в раковину, тщательно мою чашки, убираю со стола. Механические движения странным образом успокаивают.

Потом иду душ – горячий, почти обжигающий. Искусственно создаю в себе тепло. До фанатизма тру кожу мочалкой, пытаясь стереть следы нашего секса. Бесполезно. Он уже не на коже, а глубоко внутри.

Завернувшись в Теин махровый халат, я возвращаюсь в гостиную и подхожу к окну. Там разворачивается обычный день. Люди идут по своим делам: в гости, по магазинам. Их жизнь продолжается, и моя тоже должна.

Задернув тюли, принимаюсь собирать разбросанную одежду. Свое платье, белье с колготками… Под креслом обнаруживаю его футболку. Несколько секунд потаращившись на вышитый логотип, аккуратно складываю и убираю в ящик. Что с ней делать, подумаю позже. Завтра или через месяц.

Заправляю диван, стираю пыль с журнального стола. Привожу пространство в порядок, словно это поможет упорядочить хаос внутри.

Замираю, когда из прихожей доносится шорох поворачиваемого ключа. Внутри по инерции екает, но внутренний голос напоминает: Спокойно. Это Тея вернулась.

Поплотнее запахнув халат, я выхожу ее встречать, на ходу решив, что не буду пока ни о чем рассказывать. Тея умеет не ныть, и я смогу.

– Привет! – стянув с головы вязаную шапку, сестра оглядывает меня с ног до головы. – И что у тебя случилось?

Всего один простой вопрос, и спазмы, скопившиеся под ребрами, выстреливают прямо к глазам. Громко всхлипнув, я зажимаю рукой рот и со всех ног бегу к ней, чтобы с размаху столкнуться телами.

Тея крепко, без слов обнимает меня и гладит по голове. От нее пахнет кофе, свежестью осени и их с Владом квартирой. В любой другой момент я бы спросила, что это значит, но сейчас не в силах.

– Зря я послушалась твоего совета…. – задыхаясь от слез, я комкая воротник ее пальто. – У нас все было, но это ничего не решило. Данил ушел и теперь уже навсегда.

68

Год и два месяца спустя

Протолкнув через порог чемодан, я захожу в квартиру и прикрываю за собой дверь. Тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов, ощущается как благословение. Внутренний шум, накопленный за неделю съемок, рабочей суеты и перелетов, медленно, но верно начинает стихать.

Аккуратно, чтобы не разрушать обретенную идиллию, я раздеваюсь и прохожу на кухню. По привычке приоткрываю окно, набираю воду в чайник, включаю его и опускаюсь на стул.

Забавно, как по-разному одни и те же действия ощущаются спустя полтора года. Помню, какой несчастной я когда-то себя ощущала, сидя здесь. Тишина была злой насмешкой, а уединение – бесконечной мучительной пустотой.

Кто бы мог подумать, что в скором будущем я буду счастлива возвращаться в пустую квартиру, чтобы побыть одной вне людей и шума голосов.

Дзынь!

Тяжело вздохнув, я поворачиваю телефон экраном вверх и обнаруживаю сообщение от Димы Дворецких.

«Красотка, привет! Ты уже в городе? Есть желание прийти на репетицию?:) Если да – маякни. Организую тебе доступ».

Непроизвольно поморщившись от идеи снова куда-то выйти, я быстро печатаю:

«Большое спасибо за приглашение, но я только зашла домой. Хочу отдохнуть и отоспаться к завтрашнему дню»

«Понимаю. Тогда жду тебя на мероприятии. Если получится – приходи пораньше. Выпьем кофе, заодно расскажешь, как съездила»

Я слабо улыбаюсь. Все же Тея права, и интерес Дворецких ко мне не только дружеский. Мы виделись всего-то три раза, чтобы вдруг испытать такую острую тягу к общению.

Отправив Диме «ок», я заливаю чайный пакетик кипятком и задумчиво смотрю, как вода в кружке темнеет. Церемония «Итоги года» назначена завтра на восемь вечера, а до этого нужно успеть объехать шоурумы… Еще надо решить, в чем я появлюсь на мероприятии. Халтурить нельзя: я все же лицо бренда.

Подтянув смартфон, я нахожу в переписку с Дашей Лыгиной и печатаю:

«Даш, ты в чем завтра будешь? Мы же рядом сидим, не хочу пестрить»

«Привет! Я буду в белом. Ты уже вернулась? Я посмотрела твои сторис:)»

«Да, вернулась, – набираю я, не удержавшись от улыбки. Кто бы мог подумать, что основательница популярного бренда косметики и блогер с полуторамиллионной аудиторией будет следить за моими передвижениями в соцсетях. – Хорошо, тогда я пойду в черном».

«Значит будем как инь и ян:) Как думаешь, возьмем номинацию?»

«Не знаю. То, что мы участники – это уже большой успех».

«Ну что за скромница:) Ладно, у «Ателье32» вообще две категории. Что-то да перепадет».

Решив, что на этом диалог можно закончить, я откладываю телефон и возвращаюсь к кружке с чаем. Воцарившееся умиротворение настойчиво рассеивается растущим адреналином. А вдруг и правда получится взять премию?

Когда представитель крупнейшего интернет-паблика неожиданно сообщил, что осенняя коллекция «Ателье32», выпущенная совместно с брендом Лыгина, номинирована на премию «Лучшая коллаборация года», а сам «Ателье32» заявлен в номинации «Модный прорыв», я долго не могла прийти в себя, а точнее поверить. Казалось, что чудес в моей жизни и без того стало слишком много, чтобы удостоиться еще и такого. Удачное стечение обстоятельств, в одночасье сделавшее меня директором по развитию и совладелицей бренда; фотографии для модного журнала и съемка в телевизионной рекламе – таковы мои личные итоги года. А если удастся победить хотя бы в одной из двух заявленных номинаций – это будет поистине новогодний салют.

Так вышло, что Неля – хозяйка «Ателье32» забеременела спустя месяц после открытия второго шоурума, в связи с чем напрочь утратила интерес к своему детище и переключилась на выбор обоев для детской. Порой она не выходила на связь по несколько дней, и все вопросы, как организационные так и финансовые, целиком легли на мои плечи.

Усталость и раздражение копились, и однажды я решилась поговорить с Нелей. Сказала, что раз уж ведение ее бизнеса полностью легло на меня, будет справедливо пересмотреть зарплату. Произнести это вслух стоило недюжинных усилий, и каким же стало мое удивление, когда вместо того, чтобы запротестовать, Неля неожиданно предложила мне полноправное партнерство. Я контролирую шоурумы и занимаюсь онлайн-магазином, а прибыль делится пополам.

Я взяла сутки на раздумья, а уже вечером перезвонила и согласилась. Пусть в деньгах на тот момент я не сильно и выигрывала, зато получала полную свободу действий. Тогда-то и родилась идея коллаборации с популярными блогерами, которую мне больше не нужно было ни с кем утверждать.

Идея выстрелила. Футболки и худи с логотипом «Atelier32 X Лыгина» неожиданно завирусились в интернете, и были полностью распроданы в течение недели, получив несколько сотен предзаказов. Колоссальный успех для начинающего бренда одежды и лучшая реклама для самой Даши, по ее же признанию.

Благодаря этому, шесть месяцев спустя «Ателье32» стал номинантом в столичных «Итогах года». Неля к этому времени вместе с мужем успела переехать в Испанию и прилетать наотрез отказалась, так что представлять бренд буду только я.

Дзынь!

«Привет, моя любовь! Как долетела? Выпьем кофе?»

Решив, что переписок на сегодня достаточно, я тычу в зеленую трубку и прикладываю телефон к уху.

– Алло! – раздается в динамике звенящий воодушевлением голос Теи. – Как ты? Дома?

– Дома. Выходить никуда не хочу, поэтому звоню просто поговорить.

– Устала? – сочувственно переспрашивает сестра.

– Ага. С пяти утра на ногах. – жалобно сетую я, позволяя себе немного побыть слабой. – Ты как?

– Все хорошо. По магазинам полдня шарахалась в поисках новогодних подарков. Церемония ведь завтра?

– Да. Поэтому я и не хочу никуда высовываться, чтобы там выглядеть сносно.

– Ты всегда отлично выглядишь. Кстати, угадай, кого я видела?

Сердце по привычке дергается под беззвучный шелест его имени, но внутренний голос тотчас напоминает, что Тея никогда бы так со мной не поступила.

– Неужели Костю? – с усмешкой переспрашиваю я.

– Бинго! – с азартом произносит сестра. – С девушкой!

– Я бы скорее удивилась, если бы он был один, – иронизирую я.

– Нет, он был именно с девушкой, а не с очередной тарелочницей. Очень милая, хотя на вид и не в его вкусе.

– Если так, то я за него рада, – я трогаю пальцем ярлычок чайного пакетика, ловя себя на улыбке. – Может еще и папой в скором будущем станет.

– Ага, – весело поддакивает Тея. – Жизнь у всех наконец налаживается.

69

Церемония «Итоги года» проходит в новом концертном зале, который, по заверению Дворецкого – одного из главных организаторов сегодняшнего мероприятия, успел повстречать в своих стенах не одно знаковое событие.

На входе в вестибюль мое многочасовое волнение начинает таять, вытесняемое здешней атмосферой торжества. Морозная свежесть, принесенная на пальто и шубах, смешивается с десятками ароматов духов и хвойных букетов, гирлянды задорно мигают в такт звучащим новогодним хитам, напоминая о главном празднике года.

Покрутившись перед зеркалом и убедившись, что с нарядом и макияжем все в порядке, в сопровождении девушки из команды организаторов, прохожу в соседнее помещение, которое оказывается залом для съемки.

При виде толпы фотографов и позирующих снова чувствую мандраж. Уж слишком это действо напоминает кадры из кулуаров престижной мировой премии, которой я не соответствую. И пусть за минувший год позировать на камеру я привыкла, но находиться бок о бок с людьми, имеющими отношение к шоу-бизнесу, для меня в новинку. Ну, почти.

– Егор! Егор! Сюда, пожалуйста, посмотрите! – доносятся громкие выкрики журналистов, одержимых получить ценные кадры.

Завидев на красной ковровой дорожке Егора Спида, известного певца и блогера, чья сеть закусочных быстрого питания в считанные сроки покорила столицу, я еще сильнее сжимаюсь. Для чего меня вообще привели в этот зал? Здесь же никто понятия не имеет, кто я такая.

– Девушка! Девушка в черном! Да, да, вы! Посмотрите, в камеру!

Я обреченно прикрываю глаза. И вот оно, доказательство, что для местной тусовки я никто. Какая-то девушка в черном.

– Девушка! Эй! Сюда!!

Раздвинув рот в доброжелательной улыбке, я медленно поворачиваюсь. Узнаваемость бренда – вот что должно в первую очередь меня интересовать. Если мое фото мелькнет в прессе с подписью «совладелица Ателье32» – я не зря прохожу эти муки.

– Диана! Диана!! Посмотри сюда!

Дернувшись от звука собственного имени, я напряженно всматриваюсь в толпу фотокорреспондентов, ища лицо того, кто мог меня узнать. Глеб Захватский, светский фотограф, с которым меня однажды познакомил Коля, машет рукой поверх камеры.

– Привет-привет! Классно выглядишь!

Моя улыбка впервые становится настоящей. Всего одного узнавания становится достаточно, чтобы перестать чувствовать себя самозванкой среди уважаемых гостей и воспрять духом.

– Диана! – подхватывает кто-то из толпы. – Повернитесь чуть левее. Спасибо! Супер! Да, вот так!

Спустя спонтанной трехминутной фотосессии, ослепленная вспышками фотокамер, я освобождаю место для новых моделей и прохожу в зал церемонии. Свет здесь мягче, а гул голосов – приглушеннее, отчего стресс начинает спадать.

– Диан!! Ателье32!! Я здесь!

Найдя взглядом ярко-белое пятно, я радостно машу Даше и пробираюсь к ней сквозь ряды и десятки любопытствующих взглядов.

– Видела Спида? – Заговорщицки бормочет она, дважды чмокнув воздух рядом с моими скулами. – Тебя сфоткали?

– Да и да, – подтверждаю я, опускаясь на полукруглый диван. – Я совсем не ожидала и поэтому растерялась.

– Так ты же модель. – Даша подхватывает наманикюренными пальцами бокал с шампанским и делает изящный глоток. – Кто если не ты?

– Я ведь не профессиональная модель. Просто иногда участвую в съемках.

– Реклама зубной пасты с тобой гремит из каждого утюга. Так что ты точно модель. Будешь шампанского?

Я качаю головой. Нет, рано. Я до сих пор не оправилась от перелета и меня запросто может склонить в сон. Но если Ателье32 возьмет хотя бы одну номинацию, то выпью обязательно. И возможно даже не один бокал.

– Лучше минералки… – Я протягиваю руку к графину, но подоспевший парень-официант услужливо наполняет бокал сам.

После пары глотков, почувствовав, как напряжение отпускает, я позволяю себе оглядеть зал. Навскидку здесь собралось около ста – ста пятидесяти человек. Большинство лиц мне незнакомы, но есть и те, которых встречались либо в интернете, либо по телевизору. Например, вон та девушка в ярко-синем костюме – разрекламированный интернет-астролог, статьи которой размещают у себя именитые глянцевые издания. А та блондинка в золотом платье – Каролина Демидова, блогер и стилист, с которой мне посчастливилось сотрудничать по рекламе. А тот бритоголовый мужчина в цветастом пончо – модельер, на которого я не так давно подписалась в соцсетях.

– Кстати, Дима Дворецких передавал тебе привет, – с иронией сообщает Даша. – Долго рядом крутился в надежде, что ты вот-вот подойдешь.

– Он думал, мы успеем выпить кофе, – поясняю я, не желая давать повод для сплетен.

– Ну а чего ты теряешься? Нормальный же мужик. При деньгах, со связями и вполне симпатичный.

– Я не теряюсь, – сухо парирую я, ни с того ни с сего ощутив острое раздражение. – Вдруг у меня уже есть мужчина.

– О, так я не знала! – Даша делает забавный жест пальцами, будто закрывая рот на замок. – Тогда молчу. Пошел Дворецких в жопу.

Публика продолжает собираться и скоро на диванах, окружающих столы, не остается ни одного свободного места. Одновременно с этим свет в зале тускнеет.

– Интересно, а они перечислят все номинации… – размышляю я вслух, глядя на вспыхнувший экран над сценой. – Вдруг что-то перепутали и нас в списке не окажется. И сколько примерно продлится мероприятие… Часа два-три, наверное… Или потом что-то вроде банкета организуют?

– Вообще-то, каждому участнику на почту приходило письмо с подробной программой, – насмешливо замечает Даша. – Там есть все: и в каком порядке будет проходить награждение, и сколько времени выделяется на перерыв, и даже меню закусок.

– У меня выдалась тяжелая неделя, – мямлю я, почувствовав себя растяпой. – Я даже до последнего не знала, что надену.

– Зато выглядишь прекрасно, – Лыгина проводит пальцем по рукаву моего платья. – Ателье32?

– Конечно, – с улыбкой подтверждаю я. – Кто если не я, будет верен бренду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В этот момент фоновая музыка стихает и по залу прокатывается волна аплодисментов, заставившая нас с Дашей уставиться на сцену.

При виде ведущего, стоящего возле микрофона в ярком свете софитов, мое сердце начинает трепыхаться как воробей, зажатый в кулаке. Небрежно взлохмаченные волосы, широкие плечи, квадратная челюсть и яркий рот. Строгий костюм, в котором я никогда его не видела, но который, по какой-то досадной причине, слишком идеально на нем сидит.

Карьера Данила за последний год получила очередной головокружительный виток, и если уж кто и гремит из каждого медийного утюга – так это он. Я все это знала, но почему-то все равно не ожидала его увидеть. Видимо, все же стоит хотя бы иногда проверять личную почту.