Текст книги "Строго 18+ (СИ)"
Автор книги: Алайна Салах
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 22 страниц)
21
– И что он такого увидел-то, что так взбесился? – шепчет Полина, быстро оглядываясь на переполненный зал. – Смирнов тебя, что, лапать пытался?
– Просто стоял близко. Навалился на стойку и смотрел в глаза, – сама того не желая, жалуюсь я. Из кабинета Алексея до сих пор никто не вышел, и мне просто необходимо с кем-то разделить панику и волнение. – Не думаю, что Костя слышал, как он меня шампанское пить зазывал.
– Он у тебя похоже того… – Глаза Эльзы выразительно округляются. – Мужик опасный. С одной стороны, так Смирнову и надо. А с другой… Ты девчонка красивая. Ясно, что к тебе мужчины могут подкатывать. Что же теперь, каждому морду бить? Надо вам как-то договориться, чтобы он впредь реагировал спокойнее.
Я шумно вздыхаю.
– Во-первых, с Костей не договориться. Во-вторых, мы уже не вместе.
– Так он, получается, по старой памяти скандал закатил? – Полина мечтательно вздыхает. – Бедный. Любит тебя еще, похоже.
Я скептически хмыкаю, хотя у самой внутри множится радость.
Вот что я за человек? Почему наивное предположение Полины приносит мне такое удовольствие? И почему неандертальское поведение Кости я все еще принимаю за заботу? Он заявился сюда в мой второй рабочий день, громогласно обматерил постоянного гостя, тем самым подставив под удар репутацию заведения и мою. Разве это не повод злиться на него еще больше?
– Все, идут! – выпаливает Полина, и они с Эльзой, как парочка озорных воробьев, срываются с места, упархивая в зал.
Я вытягиваюсь струной и нервно впиваюсь пальцами в многострадальный корпус планшета. Первым из кабинета выходит Костя, следом – остальные. Остановившись в дверях, Алексей и Смирнов о чём-то переговариваются и пожимают друг другу руки. Костя же надвигается прямо на меня.
Мысли хаотично мечутся. И что они решили? О чём разговаривали? Смирнов выглядит вполне умиротворённым. Костя принёс ему свои извинения? Да нет, вряд ли. Это совершенно не в его стиле.
– Может, ты себе просто хахаля высматриваешь? – Остановившись напротив, Костя с раздражением сверлит мой третий глаз. – Они же тут копейки платят. Херли ты здесь еще-то забыла?
Моя нижняя губа начинает дрожать от обиды. Вот что он за идиот? Стоило мне только поверить в искренность его заботы, как он не преминул меня оскорбить.
– Устроилась туда, куда взяли, Костя. А если бы хотела найти себе хахаля, сидела бы в зале, как твоя шлюха-подружка, ковыряла самый дешёвый салат и стреляла бы глазами.
– Удачи, – холодно выплевывает он. – Деньги, надеюсь, с крыльца собрала.
Стиснув зубы, я смотрю, как он исчезает за складками бархатной шторы, и борюсь с желанием расплакаться. За что он так со мной? Неужели совсем не раскаивается за то ужасное утро, если даже сейчас ведёт себя так, будто это я в чём-то провинилась? Мне и так требуется прилагать столько усилий, чтобы продолжать жить. Для чего нужно пытаться унизить меня ещё больше?
– Диана! – Алексей, стоящий один в дверях своего кабинета, делает приглашающий жест рукой. – Зайди, пожалуйста.
Я торопливо смахиваю скатившуюся слезу.
– А как быть с рабочим местом?
– Все в порядке. Я попрошу Артёма постоять.
Я откладываю планшет, на всякий случай ощупываю лицо – убедиться, что оно сухое, и выхожу из-за стойки. И что теперь от меня требуется? Извиниться перед Смирновым вместо Кости? Ладно, я готова, но при условии, если он больше не будет подкатывать ко мне с дурацкими предложениями.
– Садись, Диана. – Алексей приглашающе указывает на два кресла перед его столом.
Прикинув, на каком мог сидеть Костя, опускаюсь в него.
– Хочу принести свои извинения за то, что случилось… – бормочу я, опустив взгляд себе на руки. – Это всего мой второй день, и мне жаль быть причиной скандала. Я совсем не хотела…
– Диана, все в порядке, – деликатно перебивает Алексей. – В случившемся действительно нет твоей вины.
Я выдыхаю с облегчением. Вот не зря он с первого взгляда мне понравился. Несмотря на разницу в три-четыре года, Алексей производит впечатление взвешенного и рассудительного человека, и едва ли станет незаслуженно обвинять меня в непристойном поведении.
– Диана, подскажи, пожалуйста, кем тебе приходится этот мужчина?
– Вы про Костю? – с запинкой переспрашиваю я и моментально понимаю, что сморозила глупость. Разумеется, он спрашивает про него.
– Да. Какие отношения у тебя с Константином? Я понимаю, что это личное, но если в заведении произошёл скандал, я вынужден разобраться.
– Он мой бывший мужчина, – хриплю я, безуспешно откашливаясь. – Мы не так давно расстались.
– Константин заявляет другое, – с нажимом произносит Алексей. – Что вы по-прежнему состоите в отношениях и просто повздорили, после чего ты в качестве протеста устроилась к нам.
Я ошарашенно моргаю. Костя так считает? Что мы просто поругались и я решила ему досадить? Он, что, из ума выжил? И для чего говорить всё это моему работодателю? Это ведь касается только нас!
– Я не пыталась ничего делать ему назло, – лепечу я, звеня от возмущения. – Я устроилась, потому что хочу работать и мне нужны деньги. Я об этом говорила на собеседовании.
Алексей понимающе кивает.
– Я помню наш разговор. Ещё Константин сказал, что внимание других мужчин в твой адрес его не устраивает, и он будет настаивать на твоём уходе отсюда, как только вы помиритесь.
Перед глазами опускается тёмная пелена. Какого чёрта он всё это наговорил? Я нашла эту работу сама, прошла собеседование, и никакое мужское внимание меня не интересует! Всё, что я хочу, – это зарабатывать себе на жизнь!
– Я не собираюсь с ним мириться… – цежу я сквозь зубы. – Не знаю, что там Костя себе вообразил. Для начала пусть научится вести себя уважительно…
Взгляд под тонкой металлической оправой быстро скользит по моему раскрасневшемуся лицу.
– Диана, давай, я скажу тебе как есть. «Роден» – уважаемое в городе заведение, а Андрей Владимирович – не только наш постоянный клиент, но и давний знакомый владельца. Так как Константин наотрез отказался приносить ему извинения, он настаивает на твоём увольнении. Я считаю, что это не совсем правильно с его стороны, но он пока на эмоциях. Сейчас Карим Талгатович, хозяин «Родена», отдыхает за границей с женой и детьми, и тревожить его по такому вопросу не стоит. Как к сотруднику у меня нет к тебе никаких претензий, но как управляющий этого ресторана я не имею права спустить ситуацию на тормозах.
Моё сердце бьётся редко и гулко. И что это значит? Что меня уволят?
– Я считаю несправедливым тебя увольнять, но позволить выходить на смену тоже не могу. Твой друг дал понять, что продолжит сюда приходить и при необходимости будет скандалить, в чём ресторан, разумеется, не заинтересован. Когда Карим Талгатович вернётся в город, я обязательно обсужу с ним эту ситуацию и приму решение. Пока же временно вынужден отстранить тебя от смен.
Я молча смотрю, как часы над его головой чиркают секундной стрелкой. Перед глазами бесследно исчезают кадры будущего, которое я себе наивно нарисовала. Первая зарплата, которую я, Полина и Эльза по традиции пойдём «обмывать»; клиенты, которые знают меня в лицо и приветливо шутят; внезапное повышение до администратора смены, о котором Алексей торжественно объявляет у себя в кабинете… Всё этого уже точно не будет, потому что меня увольняют.
– Я поняла тебя, Алексей, – безлико роняю я, так и не сумев взглянуть ему в глаза. – Мне доработать смену или уйти сейчас?
– Если ты готова подождать до десяти, я был бы тебе очень признателен. Расчёт получишь перед уходом.
Я киваю и поднимаюсь. Интересно, Артём сможет побыть за стойкой ещё минут пять, чтобы дать мне возможность как следует прореветься?
– Мне очень жаль, Диана, – тихо догоняет меня в дверях.
– Да, – глухо соглашаюсь я. – Мне тоже.
Вылетев из кабинета, я со всех ног несусь к туалетным комнатам и запираюсь в свободной. Рука с зажатым телефоном взмывает вверх, желание рыдать сменяется острой, воскрешающей ненавистью.
Промотав контакты в мессенджере, я нахожу серую иконку, помеченную сердечком, жму «разблокировать» и яростно подношу динамик ко рту.
«Меня уволили, Костя!!! Надеюсь, ты теперь доволен?! Ты собирался запретить мне работать, как только мы помиримся?!! Так вот, этого не случится никогда! Ты понял?! Скорее я еще раз позволю твоему турецкому мудаку-приятелю трахнуть себя в задницу, чем вернусь к тебе!!! Лучше буду мести дворы и мыть посуду, или на худой конец стану содержанкой у жирного папика, чем вернусь к такому жестокому и эгоистичному козлу!!!! Пошел ты!!! И не надо ко мне приезжать! Ещё раз увижу твою машину во дворе – вызову ментов!!!»
Задыхаясь от гнева и катящихся слёз, я отправляю ему этот поток гнева и сразу же возвращаю в чёрный список. Гад… Самый настоящий гад… Как же я его ненавижу…
Дзынь!
Испуганно вздрогнув, я смотрю в экран. Он, что, мне ответил? Разве такое возможно?
Но чуда, конечно, не происходит. Даже всемогущему Косте, которому не составило труда своим появлением лишить меня работы, не под силу обойти телефонную блокировку. Сообщение прислал Данил.
«Ты мне так и не ответила. У тебя всё нормально?»
Проморгавшись, я смотрю на своё отражение в зеркале. Хорошо, что мне хватило ума не пользоваться тушью, иначе была бы копией Пьеро.
«Извини. Не было времени на ответ. – Мои пальцы быстро барабанят по клавиатуре. – Меня уволили. Есть планы на вечер? Хочу прогуляться»
22
Получив расчёт и тепло попрощавшись с девчонками, я выхожу из «Родена» и сажусь в такси. В свете случившихся событий настроение чересчур уж боевое, а это повод заподозрить приближающуюся истерику.
– Остановите у ворот со стороны дороги, пожалуйста, – говорю я водителю, перед тем как прижаться к окну.
Данил хотел приехать к «Родену», но я отказалась. Алексей и остальной персонал и так чёрт знает что обо мне думают. К тому же, после моей гневной отповеди Костя мог запросто снова появиться с целью поставить на место такую зарвавшуюся дрянь как я. Устроившуюся на работу не для того, чтобы не сдохнуть от голода, а чтобы приглядеть себе нового мужика. Господи, какой же идиот!
Во всём этом отвратительном дне приятно лишь одно: девчонкам из ресторана, я кажется, искренне нравилась. Особенно Полине. Она страшно расстроилась, что я ухожу и даже пригрозила плюнуть в любимый том-ям Смирнова, когда тот в следующий раз придёт. Слабое утешение, но всё же.
– Да, вот здесь. – Я протягиваю таксисту купюру и решительно кручу головой на его попытку отыскать сдачу. – Нет-нет, не надо. Спасибо большое!
Наверное, не самый умный ход в моей ситуации – оставлять тридцатипроцентные чаевые, но сейчас так хочется. Я-то одна, у него наверняка есть жена и дети.
Данил уже ждёт у входа. На глаза глубоко надвинута бейсболка, и я узнаю его в первую очередь по татуировке на руке.
– Привет! – здороваюсь я чересчур громко и весело, будто забыв о том, что моя жизнь в очередной раз катится под откос.
Данил с интересом оглядывает моё лицо, будто за день, что мы не виделись, в нём что-то могло серьёзно измениться.
– Выглядишь очень бодрой для человека, расстроенного увольнением.
– А ты выглядишь очень скрытным в этой бейсболке. Прячешься от фанаток?
– Ты выбрала для прогулок самый людный парк в городе, – не смутившись, поясняет он. – Решил подстраховаться. Так что? Расскажешь, что случилось, пока идём за мороженым?
– О, мороженое! Это прямо то, что нужно. А что тут рассказывать? – тараторю я, впадая в непривычный для себя режим общения. – Сегодня в ресторан приехал Костя, увидел, как ко мне клеится гость, покрыл его матом и предложил разобраться на улице. Управляющий всё это пресек, поговорил с ними обоими в кабинете, после чего меня отстранили от работы. Временно, но суть была ясна. Тот мужик оказался знакомым владельца и так как Костя не извинился, потребовал убрать меня. Как-то так.
– Да уж, – неопределённо изрекает Данил, помолчав.
– И это всё, что ты можешь сказать?
– Паршивая ситуация, но, видимо, вполне закономерная.
– Ты так считаешь? – Я обиженно приподнимаю брови. – Закономерно, что тот тип на меня пожаловался, а управляющий пошёл у него на поводу?
– Нет, я думаю, что тот тип повёл себя как трусливая скотина, а управляющий просто выполнял свою работу, – спокойно поясняет Данил. – Он заведует рестораном, а не разгребает проблемы в чужих отношениях.
Я останавливаюсь как вкопанная, испытывая желание вернуться на остановку и вызвать такси домой. Я, чёрт возьми, и так пострадала! Мне хочется поддержки, а не слов о том, что я всё это заслужила!
– У меня нет отношений с Костей, – зло чеканю я. – Он просто пришёл и наговорил кучу небылиц управляющему. О том, что мы скоро помиримся и он в тот же день запретит мне работать. А Алексею было проще поверить ему, чем дать мне шанс. Конечно, для чего разбираться, когда можно просто меня выкинуть!
– Диан, – Данил тоже останавливается и заглядывает мне в глаза. – Слушай и запоминай. Я на твоей стороне. Конечно, тебе очень обидно, что так случилось. Но это не делает всех вокруг виноватыми. Твой мудак-бывший продолжает распоряжаться твоей жизнью, потому что убеждён, что имеет на это право. А думает он так потому, что шесть лет – или сколько вы были вместе, – у него прокатывало. С твоего одобрения, заметь. И вот теперь ты злишься на левого чувака, за то, что он ставит свои обязанности выше того, чтобы стать частью ваших разборок.
– Но разве это честно, что меня попросили уволить? – переспрашиваю я, немного успокоившись словами о том, что Данил на моей стороне. – Тогда как тот тип сам ко мне приставал?
– Мужик повёл себя как скотина, я тебе уже сказал, – в голосе Данила звенят неприязненные ноты. – Только слабохарактерное чмо может чесать своё эго за счёт тех, кто более уязвим. Но ведь твой бывший мог воспрепятствовать твоему увольнению. Раз уж появился как защитник твоих прав.
– Костя? – я саркастично смеюсь. – Во-первых, он никогда не извиняется. Во-вторых, ему поперёк горла моя работа.
Данил коротко улыбается.
– Ясно. Твой бывший уничтожает всё, что ему не по вкусу. И ему по большому счёту плевать, что среди этого есть что-то, что нравится тебе.
Диалог приходится прервать, потому что мы останавливаемся возле ларька с мороженым. Я бесцельно скольжу взглядом по стеклянной витрине, пока мысли протестно ворочаются в голове.
Да нет же. Я безусловно зла на Костю, но не могу согласиться, что он никогда не учитывал моих интересов. А для чего тогда были все эти совместные поездки и туфли по три тысячи долларов за пару? Да взять хоть тот случай с приставаниями Ани. Он намеренно о них умолчал, не желая меня расстраивать, а потом настоял на её исчезновении, чтобы у меня в друзьях не крутилась такая мразь. Разве это не забота о моих интересах?
– Мне обычный пломбир в вафельном стаканчике, – отвечаю я на вопрос Данила о том, что я выбрала. – Думаю, ты слишком предвзят к Косте. Я на него злюсь, но это не повод его демонизировать.
– Окей. Не буду.
– Он просто вырос ещё в такой атмосфере, понимаешь? – зачем-то продолжаю я. – Отец – криминальный авторитет, которого потом посадили. Очень жёсткий мужчина. Вот и Косте таким пришлось стать, чтобы в жизни пробиться.
– Детям криминальных авторитетов действительно сложно выживать в этом жестоком мире, – иронично заключает Данил. – И какое наследство ему досталось от бати? Автосервисы или парковки?
Я закатываю глаза.
– Вот ты снова издеваешься. Вообще-то у Кости завод. Но он был в ужасно запущенном состоянии и ему пришлось много им заниматься, – повторяю я то, что не раз слышала.
– Понятно. – Данил протягивает вафельный стаканчик мне и срывает упаковку со своего. – И какие у тебя теперь планы?
– Завтра засяду за поиск вакансий. Зато теперь можно честно вписать в резюме, что у меня есть опыт работы в одном из лучших ресторанов города.
– Отлично, что ты не сдаёшься. Думал, встречу тебя разбитой и в слезах.
– Я сама не понимаю, что со мной такое, – со смешком признаюсь я, проводя языком по холодной сливочной шапке. – То ли сильнее становлюсь, то ли наоборот нервы сдают. А чем ты сегодня занимался?
– Торчал на студии. – Данил плотнее натягивает кепку на глаза, когда на нас надвигается трио длинноногих красоток, которые при виде него начинают заговорщицки перешёптываться. Да, это Лебедев Даня. Да, точно он. Я на его выступлении в «Ферзе» была.
– Что за студия? – уточняю я и не удерживаюсь от любопытства. – Тебе не нравится, когда девушки подбегают и просят автограф?
– Да нет, я нормально к этому отношусь. Просто иду не один. Что за студия? Эм-м-м… – Данил откусывает мороженое и морщится – видно, очень холодное. – Пригласили в один интернет-проект поучаствовать.
– Да? А в какой?
– Довольно известный, – уклончиво отвечает он. – На самом деле это коммерческая тайна, и я пока не имею права об этом говорить.
– То есть, у меня будет возможность увидеть тебя на ТВ? – игриво осведомляюсь я.
– Всё возможно.
Мы проходим по парку не меньше десяти кругов и успеваем выпить по литру клубничного лимонада. С Данилом мне до странного легко, и в теле почти не ощущается напряжения, как было первое время рядом с Костей. С ним я запросто могу не согласиться и поспорить, и в разговоре даже активно жестикулирую, чего не наблюдала за собой раньше. Он совершенно точно мне нравится… Конечно как друг. Греет его внимание и то, что девушки часто на него оглядываются, в то время как этот красивый парень целиком сосредоточен на мне.
– Давай я всё же провожу тебя до дома, – говорит он, когда приходит время вызывать такси и разъезжаться в разные стороны. – Мне так правда спокойнее.
– Ладно, беспокойный, – соглашаюсь я после мимолётных раздумий. – Проводи.
В такси мы, не сговариваясь, садимся на задний диван. Бедро Данила касается моего, а запах его фирменной чистоты забирается в ноздри, заставляя взволнованно заёрзать.
– А могли бы целоваться, – доверительно сообщает он, наклонившись ко мне.
Я смеюсь, зная, что он шутит, но внутри всё равно что-то ёкает от вероятности, что такое может произойти. Что Данил вдруг притянет меня к себе, и что его губы сольются с моими и его вкус заполнит мой рот.
Я отворачиваюсь к окну, чтобы поскорее прогнать из головы ненужные кадры. Какие поцелуи? Теперь мне нужно думать не только о том, как найти работу, но и как на ней задержаться.
Когда такси заворачивает во двор, я шестым чувством понимаю: что-то не так. Будто неясная тревога висит в воздухе.
– Это случайно не машина твоего бывшего? – озадаченный голос Данила подтверждает мои опасения.
Я выглядываю из-за водительского подголовника и ощущаю, как сердце падает. Посреди двора, перегородив выезд, стоит «Мерседес» Кости.
23
– Остановитесь, пожалуйста… – лепечу я после секундного замешательства. – Не надо туда ехать.
– Так и не проедем, – сдержанно ворчит водитель. – Он же дорогу перегородил.
– Давай тогда здесь выйдем, – предлагает Данил. – Я тебя провожу.
– Нет! – От паники моё дыхание частит. Если Костя увидит меня с Данилом – это будет полная катастрофа. Непременно случится драка, а этого нельзя допустить. Данил такого не заслужил… А я тоже дура… Могла бы догадаться, что после того гневного голосового Костя непременно примчится учить меня уму-разуму.
– Ты дрожишь… – Нахмурившись, Данил трогает мою руку и вновь переводит взгляд на машину Кости. Самого Кости, к счастью, пока не видно. Хотя, возможно, в эту минуту он ломает мою входную дверь. – Хочешь, я с ним поговорю?
– Костя не станет разговаривать. Я записала сообщение, которое ему не понравилось… Он и так на взводе. А если увидит нас вместе – это будет полная жопа.
Взгляд Данила изучающе ощупывает моё лицо, ища подтверждение тому, что я не сгущаю краски. Я обнимаю себя руками в попытке унять тремор. Нет, я не преувеличиваю. Агрессию и непредсказуемость Кости можно только недооценить.
– Настолько плохо? – звучит скорее как утверждение. – Если хочешь – можем поехать ко мне.
– Извини меня, пожалуйста… – лепечу я, глядя на него с мольбой. – Это я виновата, что так происходит… Нужно было заранее подумать и не предлагать тебе…
– Не надо передо мной извиняться за действия какого-то придурка, – перебивает Данил. – И за меня переживать тоже не нужно. Я мальчик взрослый и умею за себя постоять.
– Молодые люди, – напоминает о себе таксист. – Ну что вы решили? Едем вперёд или назад?
– Назад, – выпаливаю я, отрывая взгляд от бампера «Мерседеса». – Хорошо. Поехали к тебе.
Машина начинает сдавать назад ещё до того, как Данил успевает назвать адрес. Кажется, водителя тоже не радует перспектива быть свидетелем чужих разборок.
Зажав подрагивающие пальцы в кулаки, я смотрю в окно и пытаюсь успокоиться. Мою жизнь едва ли можно было назвать спокойной и размеренной, однако сейчас она и вовсе походит на экшен.
Стоит ли вовлекать в неё Данила? Как он правильно заметил, сегодняшнее бесчинство Кости – результат моего многолетнего компромисса. Так что, разумеется, нет, нечестно. Но и отказаться от его поддержки я пока не в силах. Его присутствие даёт опору моим ватным ногам, а критика в адрес Кости часто подтверждает то, о чём я порой догадывалась сама, но в силу своей слабохарактерности не решалась поверить. Данил необходим мне, чтобы не сдаться.
– Эй… – Его тёплая ладонь обхватывает мою и коротко сжимает. – Успокоилась немного?
– Да, – киваю я, не решаясь повернуть голову. – Только переживаю, что Костя перебудит всех соседей и выломает дверь.
– Если кого-то сильно достанет – вызовут ментов. А новую дверь можно быстро поставить. Зато это станет поводом написать на него заявление.
Я неопределённо мычу. Сколько бы я ни грозила Косте и себе самой обратиться в полицию, едва ли когда-то это сделаю. Не хочу, чтобы у Кости были из-за меня проблемы. Вот такая я дура.
Рука нащупывает телефон, чтобы проверить уведомления. Если Костя сотворит что-то из ряда вон выходящее, у меня наверняка будет возможность об этом узнать. Соседка может позвонить Тее, или полиция разыщет мой номер. Или на худой конец кто-то из знакомых Кости меня наберёт. Хоть та же Арина.
– Остановись здесь, а? – Данил кивает на светящуюся зелёную вывеску супермаркета. – Забегу на пять минут. Диан, что тебе купить?
Я смаргиваю, выныривая из тягостных мыслей.
– Не знаю даже. У тебя дома есть вино?
– Понял, – он берётся за дверную ручку. – Белое или красное?
Я пожимаю плечами.
– Я не эксперт, так что любое. Просто чтобы нервы успокоить.
Ободряюще мне подмигнув, Данил выходит из машины и минут десять спустя возвращается с большим бумажным пакетом.
– Я не планирую у тебя поселиться, – неловко шучу я, когда он садится рядом. – Побуду пару часов, и потом вызову такси. Едва ли Костя будет так долго сидеть без дела.
– Я бы на твоём месте не торопился, – откликается он, кивком давая понять водителю, что можно трогаться. – Меня ты не потеснишь.
Спустя двадцать минут такси сбрасывает скорость и заруливает во двор многоэтажного комплекса. Даже несмотря на смятение я отмечаю, что постройка свежая и на парковке стоят сплошь хорошие автомобили. По какой-то причине этот факт поднимает мне настроение. Надеюсь, это потому что я по-дружески рада за Данила, а не потому что насквозь пропиталась Костиным снобизмом.
– Это твоя квартира или ты её снимаешь? – спрашиваю я уже в кабине лифта, чтобы заполнить повисшую паузу.
– Станет моей, после того как закрою остатки по ипотеке. – Данил спокойно удерживает мой бегающий взгляд, демонстрируя полную устойчивость к синдрому неловкости в лифте. – Не нервничай, ладно? Пользоваться ситуацией не собираюсь. Выпьем вина и телек посмотрим.
– Я и не нервничаю, – возражаю я. – Знаю, что ты хороший парень.
– Сказала, как кастрировала, – ухмыляется он. – Хороший я разве что на фоне твоего бывшего.
Слабо улыбнувшись, я перевожу взгляд на кнопки лифта. По какой-то причине я снова чувствую, что, согласившись приехать к нему домой, совершаю что-то постыдное. Будто предаю Костю, который ждёт меня во дворе. Умом я понимаю, что это бред. Выйди я из такси и поднимись в квартиру, ничем бы хорошим наша встреча не закончилась. Вину я испытываю на клеточном уровне, будто в меня вшита какая-то разрушительная программа.
Дзынь!
Телефон и двери кабины звякают одновременно. Я выхожу из лифта вслед за Данилом и нервно смотрю в экран, на котором висит сообщение с незнакомого номера.
Обуреваемая очередным дурным предчувствием, открываю его и вижу фотографию без каких-либо приписок. Это селфи шлюхи-Нади, расположившейся на пассажирском сидении Костиной машины. Сам он сидит за рулём.
Сердечный стук перемещается к вискам и гулом отражается в ушах. То есть он не застал меня дома и сразу же вызвал её? Вот же мудак!!!
«Пошёл ты, – беззвучно цежу я, ткнув в экран средний палец. – И ты тоже пошла, бесхозная дырка. Можете перетрахать друг друга вдоль и поперёк. Мне плевать».
