Текст книги "Скромный метаморф (СИ)"

Автор книги: Жером Фандор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 60 (всего у книги 71 страниц)

– Хаах… – беспомощно вздохнул директор, не пытаясь прервать тираду профессора зельеварения. – Ну кто мог подумать, что всё действительно так выйдет?

– Вы! – воскликнул зельевар. – Вы прекрасно знаете, что творил этот… Волшебник… – кажется, он хотел сказать что-то другое. – В прошлом году он на глазах у половины школы сожрал дементора. Заживо, – на этих словах все иностранные гости поперхнулись воздухом, начав смотреть на меня как на сумасшедшего. – В позапрошлом году он поиздевался над Слизерином, обучив весь Гриффиндор парселтангу, – продолжал он.

– Обучив…? – непонимающе пробормотала мадам Максим.

– Парселтангу…? – тем же тоном произнёс Каркаров.

– Не весь, – вставил я своё слово, поправляя Снейпа. Ведь некоторые тогда отказались учиться, либо влом было, либо просто не хотелось.

– Молчать, Лавгуд! – рявкнул в мою сторону Северус.

– Да, сэр… – смиренно произнёс я, даже слегка вздрогнув от плескавшихся в его глазах эмоций.

– А ещё раньше, когда он был на первом курсе… – продолжил Снейп, вновь повернувшись к директору, взирающему на мир всё с той же безмятежностью. – Он сотворил то, что ученики в итоге прозвали Тем-О-Чём-Нельзя-Говорить! – непонимание во взглядах всех гостей, в этот раз не только иностранцев, но и Бэгмена с Краучем – есть. – Каждый год, раз за разом он что-то творит. И вы серьёзно хотите сказать, что не ожидали чего-то подобного?

На Большой зал опустилась тишина. Тишина, которую прервал я:

– Так у вас есть с собой Сыворотка Правды, профессор Снейп?

– Чисто случайно… – иронично протянул Северус, переведя на меня взгляд. – Я взял с собой сюда Сыворотку Правды, – с этими словами он вытащил из кармана мантии флакон с зельем.

С помощью пипетки, которую он также мне протянул, я капнул на язык три капли Сыворотки, после чего заговорил:

– Да, это действительно я кинул своё имя в Кубок. Я сделал это ночью, немного задержавшись после ужина.

– Как ты это сделал? – хмуро спросил Каркаров, опередив остальных.

– Легко! – с гордой улыбкой заявил я. – Я просто взломал ограждающие чары.

– Невозможно! – несколько истерично крикнул директор Дурмстранга. – Как бы вы ни были хороши, молодой человек, вашего уровня явно недостаточно, чтобы преодолеть чары Дамблдора!

– Профессор Дамблдор, несомненно, величайший волшебник современности. И я должен поблагодарить его за оставленную лазейку для тех, кто обладает навыками, но не подходит по возрасту. Конечно, я не сравнюсь с нашим директором как волшебник, но для ограждения Кубка использовались чары на уровне отличника выпускника. Пусть эти чары накладывал директор, но всё же такое мне вполне по силам, – проговорил я, пожав плечами.

– Ча’гы были в по’гядке, когда мы п’гишли, – высказалась мадам Максим, явно впечатлённая, но пока глядящая на меня с сомнением.

– Пусть я и не так искусен, как профессор Дамблдор, но такие чары мне вполне по силам. Я ведь уже сказал это. Взломал, закинул бумажку, восстановил, отправился спать. Это всё, что я сделал, – проговорил я, пожимая плечами.

– А я говорил вам… – снова прошипел в сторону Дамблдора Снейп.

– Северус, я понял вашу позицию, – одним взглядом Альбус заставил зельевара замолчать. – И я учту это на будущее. Что ж, надеюсь, больше ни у кого нет вопросов к мистеру Лавгуду?

– … – молчание и хмурые взгляды.

– Превосходно! – сказал Альбус, обращаясь теперь ко всем присутствующим. – Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая учеников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг – оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защищать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесёте поистине неоценимый вклад…

Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило ещё один пергамент.

Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднёс к огню и воззрился на имя. Повисла длинная пауза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал:

– «Гарри Поттер».

Гарри сидел как громом пораженный. Преподаватели и ученики (а также Крауч и Бэгмен) – все устремили на него изумлённые взгляды. Никаких аплодисментов, только непонимающе переговаривающиеся между собой ученики.

Прежде чем Каркаров взорвётся гневной тирадой, а он, судя по виду, это и собирался сделать, я снова капнул на язык три капли Сыворотки Правды и сказал:

– Я не причастен к попаданию имени Гарри Поттера в Кубок ни прямо, ни косвенно, – сказал это, я посмотрел на Гарри и продолжил. – Гарри, иди сюда, в флаконе ещё предостаточно сыворотки.

Гарри слегка успокоился и встал, решительно направившись к нам. После моих слов успокоился не только он, но и все остальные, пусть и не полностью, и не стали судить сразу, дожидаясь результатов использования Сыворотки.

– Три капли, – сказал я парню, на что он кивнул, беря флакон, пипетку, и капая те самые три капли на язык.

– Я… Я не причастен к тому, что моё имя попало в Кубок ни прямо, ни косвенно, – слегка волнуясь, повторил он мои слова. – Я никого об этом не просил и не знаю кто мог бы это сделать, кроме Льюиса. Но поскольку Льюис уже сказал своё слово, других вариантов у меня нет.

После слов Гарри напряжение в Большом зале спало, сменившись на непонимание. Взрослые хмурились, видимо уже начиная гадать, кто же совершил такую подставу.

– Гарри, Льюис, вам в ту дверь, – без улыбки произнёс директор, указывая в нужную сторону.

Мы двинулись вдоль стола. Как я и думал, имя Гарри действительно попало в Кубок. То, что сторона противника действует в рамках ожидаемого, немного успокаивает, пусть совсем недавно те же рамки, но немного другие, были разломаны в труху. По итогу общая суть осталась той же, что и в оригинале, но дьявол, как обычно, кроется в деталях.

Вот я, наконец, отворил дверь и мы очутились в небольшой комнате. На стенах портреты волшебниц и колдунов, напротив красивый камин, в котором, постреливая, пылает огонь.

Лица на портретах повернулись к нам. Сморщенная, как печёное яблоко, ведьма выскочила из рамы, впрыгнула в соседнюю к волшебнику с моржовыми усами и что-то зашептала ему на ухо.

Виктор Крам и Флёр Делакур стояли у камина. Крам, ссутулившись и о чём-то сосредоточенно думая, притулился к каминной полке, а Флёр, откинув назад волну белокурых волос, повернулась к нам с Гарри, приветливо улыбаясь.

– Что-то случилось? – спросила она, внимательно нас оглядывая. – У вас какие-то странные лица?

Позади нас послышался дробный стук шагов, и в комнату вбежал Людо Бэгмен.

– Невероятно! – воскликнул он, схватив нас с Гарри за руки. – Необычайное происшествие! Джентльмены... Леди, – обратился он к чемпионам, таща нас к камину. – Позвольте представить вам, как бы удивительно ни звучало, третьего и четвёртого чемпиона, участников Турнира! Мистер Лавгуд взломал ограждающие Кубок чары, закинув туда своё имя и Кубок выбрал его, а мистер Поттер был выбран четвёртым. К сожалению, мы пока не знаем как имя Гарри оказалось в Кубке.

Виктор Крам расправил плечи, оглядел нас с головы до ног, и его хмурое лицо потемнело. Флёр вопросительно переводила взгляд с Бэгмена на Гарри и меня, постепенно хмурясь.

– Это ошибка, – сказала она. – Он не может соревноваться. Он очень маленький… – на этих словах она осеклась, встретившись со мной взглядом.

– Да, но случилось чудо. Или… – Бэгмен обеспокоенно вздохнул, потерев гладкий подбородок. – Или чей-то злой умысел. Вы ведь знаете, возрастное ограничение наложили в этом году в целях безопасности. Мистер Лавгуд проявил достаточные навыки, но вот Гарри… Видимо, кто-то желает ему зла. И раз его имя выскочило из Кубка… Думаю, теперь уже ничего нельзя поделать… Противоречит правилам. Вы обязаны… А Гарри придётся приложить все усилия.

– Гарри, – взял я слово, положив всё ещё обеспокоенному парню руку на плечо. – Не волнуйся, и делай только необходимый минимум, чтобы как можно меньше подвергать себя опасности. Я буду за тобой присматривать в меру своих сил.

– Спасибо, Льюис, – немного расслабившись, сказал Гарри и тяжело вздохнул.

– Я тоже помогу мальчику, если это будет необходимо, – сказала Флёр, подойдя ближе.

– Спасибо, – благодарно кивнул я девушке, и за мной повторил Гарри.

– Хех… – добродушно усмехнулся Бэгмен. – Кубок действительно выбрал самых достойных. Мистер Крам, это неправильно, всё же вы все здесь соперники, но могу я попросить вас о том же?

– …Директору лучше об этом не знать, – после длительной паузы буркнул парень, тем не менее согласно кивнув.

Дверь позади нас опять отворилась. Вошли профессор Дамблдор, мистер Крауч, профессор Каркаров, мадам Максим, профессор МакГонагалл и профессор Снейп, в открытую дверь на какую-то секунду из зала ворвался гул возбуждённых голосов. Мы вопросительно смотрели на вошедших.

Мадам Максим выпрямилась во весь исполинский рост. Макушка красивой головы задела канделябр со свечами, обтянутый атласом внушительный бюст заколыхался.

– Дамблёдорр! Кес-кёсе? Что сие означает? – властно промолвила она.

– Я тоже хотел бы это знать! – поддержал французов профессор Каркаров. На лице его застыла каменная улыбка, синие глаза превратились в льдинки. – Два чемпиона от Хогвартса? Я могу смирится с этим мальчишкой после его объяснений, – махнул он рукой в мою сторону. – Пусть и с трудом, но что-то не припомню, чтобы школа – хозяйка Турнира – когда-нибудь выставляла двух чемпионов. Может, я плохо знаком с правилами? – с его губ слетел ехидный смешок.

– Импоссиблъ, – мадам Максим опустила огромную, унизанную прекрасными опалами руку на плечо Флер. – 'Огва'гтс нельзя выставить двух чемпионов, это не есть сп'гаведливо.

– Прошу, успокойтесь, мы уже выяснили, что вины кого-то из присутствующих в этом нет. Что касается Гарри… – перевёл директор взгляд на мальчика.

– Я не буду стремиться к победе, – решительно сказал он. – Мы уже поговорили об этом, я просто буду делать необходимый минимум, не более.

– Чудно, – с улыбкой кивнул Альбус. – В таком случае, наша задача, как организаторов, и как взрослых, проследить, чтобы Турнир прошёл без опасности для кого-либо. А также найти того, кто причастен к попаданию имени Гарри в Кубок. Мистер Крауч, мистер Бэгмен. Вы – наши беспристрастные судьи. Прошу вынести вердикт касательно этой ситуации.

Бэгмен вытер носовым платком круглое мальчишеское лицо и глянул на Крауча. Тот стоял в тени, в нескольких шагах от камина. Полумрак старил его, делал похожим на призрака. Но заговорил Крауч обычным брюзгливым тоном.

– Мы должны строго следовать правилам. А в них написано чёрным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире. Что касается поиска предполагаемого злоумышленника… В школу на время проведения Турнира будут направлены представители Аврората. Наши мракоборцы обеспечат дополнительные меры безопасности и займутся расследованием.

– Ну, конечно! Барти знает правила как свои пять пальцев! – просиял Бэгмен и взглянул на протестующих гостей, как бы говоря: спор завершен.

– Я настаиваю на том, чтобы увеличить число моих подопечных, получивших доступ к Кубку Огня. – Каркаров отбросил подобострастный тон, улыбка сползла, лицо злобно исказилось. – Зажгите его ещё раз. Все школы должны иметь равное число чемпионов. Это, Дамблдор, будет честно!

– Поймите, Каркаров, это невозможно, – возразил Бэгмен. – Кубок Огня погас, и его разожгут не раньше следующего Турнира. К тому же, все уже согласились, что Гарри не будет бороться за победу в Турнире.

– Которому мы объявим бойкот! – взорвался Каркаров. – После всех встреч, переговоров, компромиссов я ничего подобного не ожидал! И готов хоть сейчас бросить всё и уехать.

– А тебя здесь никто и не держит, Каркаров, – раздался голос у двери. – Вот только ты не сможешь отозвать своего чемпиона. Как сказал Дамблдор, чемпионы связаны магическим контрактом. Хотят они или нет, им придётся участвовать в Турнире. Что, не согласен?

В комнату вошёл Сириус и подошёл к огню, с беспокойством глядя на Гарри.

– Согласен? – переспросил Каркаров. – Боюсь, я не совсем тебя понял, Блэк.

– Достаточно! – рявкнул Сириус. – Здесь нет глупых людей. Мы все образованные, хорошие волшебники, и каждый из присутствующих понимает ситуацию. Не надо делать обиженный вид, чтобы получить преференции, Каркаров! Кубок Огня – это предмет, обладающий исключительными магическими свойствами. Одно дело взломать ограждающие чары, которые к самому Кубку отношения не имеют, и совсем другое – застваить этот артефакт работать не так, как надо. Да поймите, для этого нужно быть выдающимся волшебником! Мне в голову приходит только заклятие Конфундус, в теории оно могло заставить Кубок забыть, что в Турнире должны участвовать три школы. Ведь чтобы Кубку не из кого было выбирать, надо иметь в школе всего одного претендента. И скорее всего, имя Гарри подложили от некой четвертой школы.

Какое-то время в помещении стояла тишина, и Каркаров с Сириусом метали друг в друга молнии взглядами. Наконец слово взял Дамблдор:

– Нам неизвестно… Пока неизвестно, как это могло произойти, – поправил себя Дамблдор. – Но иного выхода нет. Кубок выбрал двоих: Льюиса и Гарри. И им ничего не остаётся, кроме как участвовать вместе. Если кому-то из вас известен иной выход, буду рад выслушать.

Когда никто не решился высказаться, Бэгмен, охваченный радостным спортивным волнением, взял слово, заодно разбивая напряжённую атмосферу:

– Ну что ж, – потёр он руки и улыбнулся. – Пора дать чемпионам соответствующие инструкции. Эта честь, Барти, представлена тебе. Не возражаешь?

– Да, да... Инструкции, – очнулся Крауч от своих мыслей. – Первый тур...

Он подошёл к камину. По виду главы министерского департамента можно было сказать, что он тяжело болен. Вокруг глаз залегли глубокие тени. Тонкую, как папирусная бумага, кожу избороздили морщины. На Кубке мира он выглядел куда лучше.

– Первый тур проверит вашу смекалку, – принялся за объяснения Крауч. – Мы не посвящаем вас в то, какое испытание вам предстоит. Для волшебника крайне важно действовать смело и находчиво в неожиданных обстоятельствах. Первый тур состоится двадцать четвертого ноября в присутствии зрителей и судейской бригады. Участникам Турнира воспрещается принимать от учителей хоть какую-то помощь. Единственное оружие чемпиона – волшебная палочка. По окончании первого тура вы получите инструкцию для второго. Учитывая затраты сил и времени для подготовки к Турниру, чемпионы освобождаются от годовых экзаменов. По-моему, это всё, Альбус? – повернулся Крауч к Дамблдору.

– Да, всё, – директор Хогвартса взглянул на Крауча с лёгким беспокойством. – Может, Барти, вы переночуете в замке?

– Меня ждут дела в Министерстве. У нас сейчас непростые времена. Вместо меня остаётся молодой Уэзерби... Большой энтузиаст... По правде говоря, даже слишком большой…

– Ну хотя бы выпейте на дорогу, – предложил Дамблдор.

– Оставайтесь, Барти. Я вот остаюсь! – радостно возвестил Бэгмен. – В Хогвартсе сейчас куда интересней, чем в вашей конторе.

– Нет, Людо, не могу, – в обычной категорической манере отказался Крауч.

– Профессор Каркаров, мадам Максим, от рюмочки на ночь, надеюсь, не откажетесь? – обратился Бэгмен к другим потенциальным собу… то есть собеседникам.

Но мадам Максим уже опустила руку на плечо Флёр, и они быстро пошли к двери, что-то лопоча по-французски, Делакур при этом помахала мне рукой на прощание. Каркаров поманил Крама, и они, не сказав больше ни слова, тоже поспешили уйти.

– Гарри, Льюис, советую вам сейчас же идти к себе, – улыбнулся нам Дамблдор. – Не сомневаюсь, вся школа горит желанием отпраздновать ваш успех. Нельзя лишать друзей отличного предлога устроить шумное и весёлое столпотворение.

Мы переглянулись, кивнули друг другу и оба двинули к двери. Большой зал уже опустел. Свечи в тыквах догорали, придавая их зигзагоподобным улыбкам мерцающий, жутковатый вид.

– Ну пошли, – сказал я, начиная двигаться на выход из Большого зала.

– Всё точно будет нормально? – неуверенно спросил он, пока мы шли.

– Конечно, – кивнул я. – Если же ты беспокоишься о реакции остальных… Наша школа сейчас достаточно дружная, чтобы просто порадоваться за нас. А вот о том, что это может быть чей-то злой умысел… Об этом лучше не говорить.

– Пожалуй… – вздохнув, пробормотал парень.

Вскоре мы очутились возле Полной Дамы. Дама была не одна. Та самая старая ведьма, что прыгнула в раму к соседу в комнате с камином, сейчас уютно расположилась на холсте с Полной Дамой. Наверное, заскакивала во все картины на восьми этажах, пока добралась сюда. Обе дамы смотрели на нас с Гарри с превеликим интересом.

– Так-так-так, – молвила Полная Дама. – Виолетта мне всё рассказала. Кого же избрали в школьные чемпионы?

– Чепуха, – буркнул Гарри.

– Какая ещё Чепуха? Ничего подобного! – возмутилась гостья.

– Нет, нет, Ви, это пароль, – успокоила её Полная Дама. И портрет повернулся на петлях, пустив нас в гостиную.

Жуткий рев хлестнул нас по ушам, едва не свалив с ног. Десяток рук втащили в гостиную, где собрался весь Гриффиндор. Хотя нет, не только Гриффиндор, тут были ребята со всех факультетов. Готов поставить сотню галеонов на то, что МакГи расширила гостиную, чтобы сегодня все смогли здесь уместиться. От крика, свиста и аплодисментов у Гарри голова пошла кругом.

– Говорил же, что всё в порядке будет, – шепнул я ему с улыбкой. – А с остальным потом разберёмся.

Глава 53

Проснувшись в воскресенье, я даже не сразу осознал, что накануне произошло. В голове всё перепуталось. Ощупал запястья обеих рук, внутренне успокаивая себя тем, что флаконы Феликс Фелицис на месте. Спрятал внутри тела запас на экстренный случай. А остальное спрятал там, куда ни Барти, ни даже эльф не попадут даже с Жидкой Удачей – проход в Тайную Комнату. Та самая труба под умывальником, сделал в ней выемку, куда и поместил чемоданчик с зельями. Без парселтанга их никто не получит. Увы, все в свою тушку не засунешь.

Празднование длилось допоздна, и сейчас все ещё спали, поэтому я тихо изменил свою одежду на школьную и по винтовой лестнице спустился в гостиную. Гостиная была столь же большая, как и вчера, чары незримого расширения всё ещё работали. А ещё тут были тела. Много-много тел ребят с других трёх факультетов, спящих на наколдованных матрасах.

Задумчиво хмыкнув, я покинул гостиную и отправился в Большой зал, сейчас как раз время завтрака. Народу в Большом зале было мало. Очень мало. Из знакомых здесь оказались Драко (к нам вчера не присоединился, оправдываясь тем, что празднование будет слишком шумным), Гермиона (она не стала засиживаться, поэтому сейчас была вполне бодрой), Флёр (она помахала мне ручкой как только заметила), а ещё…

– Привет, мелкий! – раздался рядом со мной знакомый голос, обладатель которого обхватил меня рукой за шею и костяшками пальцем стал тереть мне макушку.

– Нимфадора? – удивлённо спросил я, непонимающе захлопав глазами при виде своей знакомой.

– Не называй меня Нимфадорой, – фыркнув, сказала она, отпуская меня из захвата и давая лёгкий щелбан.

– Какими судьбами? – спросил я, слегка потерев лоб, и направился вместе с девушкой к столу.

– Отправили сюда для обеспечения дополнительной безопасности и проведения расследования о том, из-за кого Гарри пришлось участвовать в этом опасном Турнире, – пожав плечами, сказала она.

– Ах, точно… Мистер Крауч ведь говорил об этом вчера, – понимающе кивнул я. Как-то вылетело это из головы. И я не думал, что людей он пришлёт так быстро.

– Расскажешь что тут вчера такого произошло? – спросила она, когда мы уселись за стол.

Не успел я ответить, как тут же послышался голосок одной милашки:

– С добрым утром Льюис, это ещё одна твоя подруга? – спросила с мягкой улыбкой Флёр, смотря на Тонкс с лёгким прищуром.

– Да, это моя давняя подруга – Нимфадора «Не-Называйте-Меня-Нимфадорой» Тонкс, – от способа представления девушка нахмурилась и предупреждающе пригрозила мне кулаком. – А это моя подруга из Франции – Флёр Делакур, – представил я девушек друг другу.

– Рада познакомиться, – мягким, почти воркующим голосом проговорила Флёр.

– Взаимно… – пробормотала Нимфа, глядя на свою новую знакомую с каким-то подозрением.

Что-то мне как-то резко перестала нравиться атмосфера здесь. Чувствуется какое-то напряжение… Они смотрели друг другу в глаза, и у меня возникало ощущение, будто между ними сейчас полетят искры. В какой-то момент они на удивление синхронно фыркнули и прекратили это противостояние взглядов, а вид был такой, будто они что-то для себя поняли.

– Так что у вас тут вчера произошло? – вернулась к прошлому вопросу Нимфадора, когда напряжённая атмосфера немного развеялась.

– А ты не знаешь?

– Мы полчаса как прибыли, нам сказали, что на месте всё узнаем. Лидер нашей группы сейчас должен общаться с директором, – пожав плечами, пояснила она.

– Ясно… В общем, вчера был выбор чемпионов для Турнира. Было ограничение, участвовать могли только те, кому уже есть семнадцать, впрочем, это ты и сама знаешь, как мне кажется. Ну, сначала всё было нормально, от Дурмстранга выбрали Виктора Крама, от Шармбатона Флёр, – кивнул я в сторону девушки. – А потом Кубок выбрал меня. Взломал ограждающие чары, закинул своё имя, и Кубок сделал свой выбор, – проговорил я, внимательно наблюдая за её реакцией.

– Хм… Ясно, продолжай, – спокойно кивнула она.

– И это вся реакция? – с возмущением в голосе спросил я.

– Льюис, я уже не первый год тебя знаю, – на этом моменте она кинула наполненный превосходством взгляд на Флёр, отчего та недовольно насупилась. – От тебя стоило ожидать чего-то подобного, – вновь повернувшись ко мне, закончила она.

– Тц… Знаешь, Флёр, – обратился я к француженке. – Хорошо, что вы приехали к нам из Шармбатона и Дурмстранга, а то здесь все уже слишком сильно привыкли к моим выходкам.

– Давай вернёмся к прежней теме, – с лёгким недовольством в голосе сказала Нимфа, закатывая глаза.

– Да, конечно, – кивнул я. – Так вот, после разбирательства, как и почему моё имя попало в Кубок, я должен был отправиться к остальным чемпионам, но Кубок выплюнул ещё одно имя. Угадаешь чьё? Дам подсказку: на лбу есть шрам.

– О, Мерлин… – пробормотала девушка. – Значит кто-то решил отправить Гарри на возможную смерть? Похоже на месть… – задумчиво нахмурившись, проговорила она.

– Месть? – непонимающе склонил я голову к плечу.

– Возможно, – неопределённо пожала она плечами. – Не так уж и давно ведь было нападение на Азкабан, во время которого погибли все заключённые там Пожиратели Смерти. Возможно, залёгшие на дно сторонники Волан-де-Морта, из тех кто остался на свободе, решили таким образом сделать ответный удар. Всё же Гарри общепризнанно считается причиной его падения…

– Хм… С такой стороны я на ситуацию не смотрел… – пробормотал я.

Возможно, в этом одна из причин, по которым возмущение по поводу участия Гарри в Турнире вопреки правилам улеглась, не успев разрастись? И может именно поэтому так оперативно сюда направили мракоборцев? Хороший вопрос… Впрочем, раз уж так считает Нимфадора, услышав мои слова, которая так-то вполне официальный мракоборец, то, скорее всего, это правда.

– Кстати, не ожидал, что ты будешь одной из тех кого сюда направят, – сказал я девушке после непродолжительного молчания.

– А меня и не должны были, – пожала она плечами и начала накладывать себе салатик.

– Да? – с удивлением посмотрел я на неё.

– Ага. Сюда должно было прибыть пять волшебников, я шестая. Как узнала, что направляют группу в Хогвартс для расследования дела, касающегося Турнира, так я попросила бывшего наставника подсобить с тем, чтобы тоже участвовать в деле. Он подёргал за ниточки среди знакомых, и вот я стала шестой в довесок к той пятёрке.

– Ох, неужели ради меня? – с наигранным придыханием спросил я, схватившись за грудь в области сердца.

– Не обольщайся, мне просто хотелось посмотреть Турнир, – невозмутимо сказала она, хотя взгляд чуть вильнул в сторону.

– Понятно. Как там поживает старый параноик, кстати говоря? – спросил я по поводу Аластора.

– Уволился, – с лёгкой грустью в голосе сказала Тонкс. – Многие в аврорате даже радовались, что он решил отойти от дел и прекратить трепать всем нервы своей постоянной бдительностью. Хотя, насколько мне известно, он всё равно постоянно чем-то занимается. Жаль не рассказывает чем именно, – последние слова были сказаны уже с некоторым раздражением.

Уволился значит… Ну, я знал, что на момент первого появления в оригинале он был уже бывшим мракоборцем, а не действующим, но не знал когда именно произошло увольнение, такой информации там не было. Значит совсем недавно… Старик работал практически до упора (в рамках своей профессии, естественно). Хотя какой он к чёрту старик, если является ровесником моего отца, может на несколько лет старше, в начале четвёртого десятка всего лишь. С другой стороны, если смотреть на внешность (в этой жизни видел его только на колдографиях), то никто не скажет, что он средних лет… М-да… Потрепала его жизнь, потрепала.

– А вы очень близки, – подала голос Флёр, всё это время наблюдавшая за нами со странной улыбкой и лёгким прищуром. – Вы встречаетесь? – спросила она, совершенно не меняя выражения лица.

– А? В-в-встречаемся? – с запинкой и внезапной паникой пробормотала Нимфадора. – Н-нет… Мы не… Не встречаемся… – проговорила она, отводя взгляд в сторону. При этом я заметил как кончики волос у неё окрасились в красный цвет. Кто-то на эмоциях не удержал контроль. При всём при этом чувствовалось недосказанное «пока что».

– Понятно… – мягко улыбнувшись, Делакур сказала эти слова с каким-то странным довольством, будто кошка, которой подарили завод по производству сметаны.

Уф… Что-то мне резко захотелось выйти против Волан-де-Морта с одним Экспелиармусом наперевес. К чему бы это? Хм… Раньше я как-то не замечал этого, но в бытие сопливой мелочью есть один существенный плюс – нет необходимости задумываться о такой проблемной штуке как отношения. Или они только мне кажутся проблемными? Ладно, не суть…

– Слушай, Льюис, – начала говорить Флёр. – Меня уже давно мучает вопрос, что же ты такого тут творишь? А уж после того, что мне рассказала мадам Максим… Знай, так просто ты от меня не отделаешься, – с лёгкой игривостью пригрозила она мен пальчиком. И по её словам непонятно, не смогу я отделаться от неё в плане ответов на вопросы или в вообще отделаться. Хотя не то чтобы у меня были такие планы.

– Ммм… И что же тебя интересует? – с лёгким интересом на лице спросил я, подавляя предвкушающую улыбку.

– Ну, например… – задумчиво проговорила она, накручивая локон волос на палец. – Это правда, что ты съел дементора?

– Не полностью. Мне не дали его доесть, – возразил я, печально вздохнув. – Негодяи… – возмущённо пробормотал я.

Тем временем лицо Флёр кривилось в гримасе странных эмоций, среди которых я смог разобрать удивление, ужас, отвращение, восхищение, веселье и Смерть знает сколько ещё разобрать я не смог.

– Кстати, – более бодро продолжил я. – Нимфа, не волнуйся, я помню про своё обещание, и в будущем поймаю дементора для тебя попробовать.

– Не буду я есть его, сколько раз тебе говорить! – вздрогнув, будто прямо сейчас ела эту мерзкую тварь, воскликнула Тонкс.

– Да ладно тебе, на вкус как курица, – махнул я рукой, пытаясь вновь убедить её попробовать это чудное лакомство. Внутренне я, конечно, ухахатывался с её реакции.

– Как курица…? Дементор… Как курица…? – непонимающе пробормотала Флёр, на лице которой чётко прослеживался когнитивный диссонанс. – Эм… Льюис… – робким голосом заговорила она, глядя на меня взглядом санитара на пациента жёлтого дома.

– О-о-о, Флёр, я знаю этот взгляд, – с улыбкой на лице понимающе протянул я и приблизился к ней, остановив своё лицо в нескольких сантиметрах от её, отчего она едва заметно смутилась. – Тоже хочешь попробовать? – проникновенным шёпотом спросил я.

– Фуу! Нет! – воскликнула она, скривившись от отвращения, позади захихикала Нимфадора.

– Даже если на вкус как курица? – жалобным тоном произнёс я. Хихиканье позади усилилось. – Я даже приготовлю его для тебя.

– … – девушка начала бегать паникующим взглядом по сторонам в поисках помощи.

– Флёр, не слушай этого прохвоста, – отсмеявшись, заговорила Нимфа. – Он может заставить свой язык посылать в мозг какие угодно вкусовые сигналы. Для него сырое мясо может быть на вкус как шоколад, и я ни за что не поверю, что дементор действительно на вкус как курица, так что можешь смело послать его куда подальше, – успокаивающим (и немного сочувствующим) голосом сказала она Флёр, которая теперь смотрела на меня с небольшим возмущением и даже надулась. Какая внезапная солидарность, моя дорогая коллега-метаморф, а ведь недавно метали друг в друга молнии взглядами.

– Тц, вот вечно ты делаешь из меня какого-то монстра, – сказал я, закатывая глаза, и вернулся на своё место.

– На правду не обижаются, – с весельем в голосе сказала Нимфадора, похлопывая меня по плечу.

– До монстра мне ещё расти и расти, пока что я просто скромный метаморф, – возразил я.

– Фууф… – послышался тяжёлый вздох подуспокоившейся Флёр. – Льюис, если я из-за тебя поседею, клянусь, я вырву тебе все волосы.

– Ладно, – кивнул я.

– Я буду держать его, – сказала Нимфа, на что француженка благодарно кивнула. Вот ведь…

– Как скажешь, – сказал я, закатывая глаза, и подтягивая к себе очередное блюдо со стола. – Ну так что, ещё что-то из моих проделок тебя интересует, Флёр?

– Хм… – с некоторой неуверенностью хмыкнула она. – А… Что там насчёт парселтанга?

– Ничего такого, – пожав плечами, начал я отвечать. – Просто выяснил как его повторить искусственно, без соответствующего магического дара, ну и в тайне обучил практически всех гриффиндорцев, а в конце позапрошлого года мы прикололись над Слизерином тем, что они, змеиный факультет, совершенно не знают змеиный язык, в отличие от большинства гриффиндорцев, их идеологических соперников. К нынешнему моменту уже половина школы освоила искусственный парселтанг. Если хочешь, могу и тебя научить.

– Это оказалось… Не так ужасно как я думала, – с видимым облегчением на лице сказала блондинка. Должно быть остаточные впечатления от истории с дементором. – Тогда что за событие было три года назад? То-О-Чём-Нельзя-Говорить? – поинтересовалась она.

– Льюис, нет! – нервничающим голосом заявила Нимфадора, увидев растягивающуюся улыбку на моём лице. – Не смей!

– Мы вот с ней мерились сиськами, – сказал я, ткнув пальцем в сторону Нимфы.

– *Хлоп* Я же просила… – хлопнув ладонью по лицу, сказала она сдавленным голосом. – Ещё более вульгарно не мог это сказать? – взяв себя в руки, спросила она меня с раздражением во взгляде.