Текст книги "Ведьмак. Последний грифон (СИ)"

Автор книги: Sila Voli

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц)

Глава 8. Колыбельная для выживших

В поле спят мотыльки

Уж свернулся у реки…

Только котик не спит и в окно всё глядит,

Кто же от бури его защитит?

Тихий, чистый девичий голос Лиры едва слышно разносился над ночной просекой. Она сидела на поваленном стволе старой сосны, зябко кутаясь в тулуп старосты Боруты.

Над Веленом наконец-то разорвало тучи. На смену вечной дождевой хмари вышла чистая, холодная луна. Её бледный свет заливал редкий лес, ложась на землю легкой, призрачной дымкой тумана. Новиград был уже близко – на горизонте сквозь кроны деревьев угадывалось далекое, тусклое зарево огней великого города, но эта ночь всё еще принадлежала Большаку.

У костра, скрытого в овраге от лишних глаз, сидели двое ведьмаков. Эксель, сбросив наплечники, сидел напротив Райса. Змея тяжело дышал, его лицо было бледным от изнуряющей боли, а покалеченная правая кисть неестественно раздулась под грязным кожаным наручем.

– Держись крепче за корягу, Змея, – негромко произнес Эксель, извлекая из сумки флакон с густым, резко пахнущим ментолом экстрактом «Ласточки». – Сейчас будет не до рыцарских манер.

Грифон точным, безжалостным движением перехватил запястье Райса. Сухой, резкий хруст вправляемых костей заставил Змею глухо, утробно зарычать через сжатые зубы. Желтые вертикальные зрачки южанина сузились до тонких щелей, на лбу выступил крупный пот, а его левая рука со шрамом в виде молнии намертво въелась в сосновый корень. Но он удержался – не издал ни единого крика, подтверждая суровую закалку своей школы.

Эксель быстро обмазал сломанный сустав алхимическим составом и плотно затянул его чистым льняным бинтом. Ведьмачьи регенеративные мутации под действием мази уже начали сращивать кости, возвращая пальцам Райса былую подвижность.

– Спасибо, птица-волк… – хрипло выдохнул Райс, осторожно шевеля пальцами правой руки и пытаясь ухмыльнуться. – Твои припарки бьют не хуже твоего Аарда. Но дело сделано.

Южанин откинулся спиной на насыпь оврага и прикрыл глаза, слушая, как Лира тихо повторяет мотив колыбельной. Серебряный медальон-змея на его груди тускло поблескивал в отсветах пламени.

– Хорошо поет, – негромко заметил Райс, кивнув в сторону девушки. – Спокойно так. Даже забываешь на минуту, что вся Редания сейчас захлебывается в собственной крови. Ну так что, Исток… Раз уж мы выжили на том перекрестке, может, покажешь, ради каких таких секретов мой наниматель готов был заплатить мне целую гору золота?

Лира прервала песню. Она подняла свои стальные глаза, внимательно посмотрела на Райса, затем на Экселя, который молча протирал ветошью лезвие серебряного меча. Поняв, что скрывать больше нечего, девушка медленно открыла оксенфуртскую сумку и достала тяжелый гримуар.

Она перевернула промасленную страницу, и в колеблющемся свете костра показались плотные, исписанные мелким убористым почерком пергаменты.

– Здесь не только списки новиградских предателей, Райс, – тихо произнесла Лира, и её голос стал серьезным. – Здесь то, что мой наставник собирал годами. Последняя глава этой книги посвящена Каэр Серен. Хроники того самого дня, когда чародеи обрушили лавину на Школу Грифона. Эксель… тут записаны истинные причины. Маги уничтожили твой замок не из-за простой зависти. Они искали кое-что, спрятанное в ваших подземельях. То, что Эрланд из Ларвика вывез из Элланда перед самым расколом ордена.

Эксель медленно опустил ветошь. Лезвие серебряного меча хищно поймало багровый отсвет костра. На Большаке воцарилась леденящая, звенящая тишина, прерываемая лишь треском прогорающих сосновых ветвей.

Грифон не мигая смотрел на раскрытый пергамент. Под действием ночного холода и угасающего «Филина» его янтарные зрачки вытянулись, как два вертикальных лезвия. Секрет, ради которого погибли его братья, мастера и маленькая сестра, лежал сейчас на коленях беглой студентки, подсвеченный искрами костра.

– Говори, Лира, – голос Экселя упал до опасного шепота. – Что они искали?

Девушка сглотнула, чувствуя, как оба ведьмака – и Грифон, и раненый Змея – замерли, превратившись в слух. Она аккуратно провела пальцем по пожелтевшей строчке текста.

– В хрониках Оксенфурта это место названо «Чертовым сейфом Эрланда», – тихо начала Лира. – Когда первый орден ведьмаков распался на школы, Великий Магистр Эрланд из Ларвика забрал из первой цитадели не просто алхимические формулы Школы Грифона. Он увез архив первородных мутагенов. Самых первых, чистых составов, которые создавали великие чародеи Асилуар и Альзур.

Райс при этих словах резко подался вперед, даже забыв о боли в сломанном запястье. Его змеиные глаза хищно блеснули.

– Первородные мутагены Альзура?.. – прошипел Змея, качнув головой. – Быть не может. Секрет создания ведьмаков без побочной смертности? Школа Змеи годами пыталась восстановить свои формулы на Юге, но мы лишь плодили калек. Если эти мутагены существуют…

– Они существовали, – горько перебила его Лира, переводя взгляд на Экселя. – Именно поэтому Ложа чародеек устроила ту лавину. Они хотели завалить Каэр Серен тоннами льда, чтобы навсегда похоронить формулы, способные создавать идеальную армию мутантов, неподконтрольную магам. Но они просчитались. Твой наставник, Эксель, успел вывезти чертежи и часть образцов из замка за день до катастрофы. И по хроникам… он спрятал их в Новиграде. Подземелья под городом, старые эльфийские руины Cloaca Maxima. Тот реданский офицер у Чертова брода искал меня, но Радовид на самом деле ищет это. Книга – лишь ключ к тайнику.

Эксель медленно поднялся во весь рост. Его черные волосы, перехваченные кожаной повязкой, зашевелились от прохладного ночного ветра, дующего со стороны Понтара. Серебряный волк на шее глухо звякнул, коснувшись пряжки доспеха.

Теперь картина Третьей Северной войны обрела для него истинный, зловещий масштаб. Он больше не был просто бродячим наемником, помогающим девчонке выжить. Он был последним хранителем тайны, способной либо возродить Школу Грифона из пепла, либо утопить весь Континент в новой, куда более страшной крови.

Райс криво ухмыльнулся левой стороной лица и со стоном поднялся вслед за ним, баюкая перевязанную руку.

– Ну что, Грифон… – прошипел южанин, глядя на далекие огни Новиграда, пробивающиеся сквозь легкую дымку тумана. – Кажется, наш поход в город становится куда веселее. За такой куш реданцы и нильфы вырежут полгорода. Похоже, мне придется подержать твою сторону чуть дольше, чем до первой таверны.

Лира бережно закрыла тяжелый гримуар и спрятала его обратно в оксенфуртскую сумку, преданно и испуганно глядя на Черного Грифона. Решение снова было за ним.

Эксель долго молчал, вглядываясь в багровые угли костра. Ночная прохлада приятно студила лицо, но внутри у него всё горело от подступившей к горлу правды. Первородные мутагены Альзура. Секрет, ради которого стёрли с лица земли его дом.

Ведьмак плавно подошел к верной Минерве, стоявшей на краю оврага. Кобыла тихо ткнулась мордой в его плечо. Эксель ласково провел ладонью по её мягкому носу, а затем повернулся к своим спутникам. Капюшон скрывал его лицо, но янтарные глаза в тумане светились ровно и непреклонно, как два далеких новиградских маяка.

– Наставник верил, что Школа Грифона вернется, – тихо, но отчетливо произнес Эксель, и серебряный волк на его шее замер, прижавшись к доспеху. – Он говорил, что птица всегда восстает из пепла, нужно только дождаться правильного ветра. Теперь я знаю, какой ветер дует нам в спину.

Он подошел к Лире, протянул руку и помог девушке подняться с поваленной сосны.

– Мы войдем в Новиград на рассвете, – Эксель затушил костер точным ударом сапога, погружая овраг в бледный лунный полумрак. – Райс, твоя левая рука держит клинок, правая – заживает. Ты идешь первым и заговариваешь зубы стражникам на заставе. Твоя змеиная натура для городских ворот подходит лучше всего. Лира, ты держишься позади меня и молчишь, что бы ни случилось. Мы найдем этот тайник до того, как Охотники Радовида поймут, ради чего на самом деле погиб твой учитель.

Райс хмыкнул, осторожно проверяя левой рукой легкий ход оставшегося ножа в рукаве.

– Как скажешь, Грифон. Веди свою стаю. В конце концов, змеи тоже любят греться у большого огня.

Лира преданно закинула сумку Академии за плечо. Туман вокруг них медленно рассеивался, открывая чистый, свободный тракт, ведущий прямиком к великим стенам Новиграда.

Глава 9. Костры Новиграда

Рассвет над Новиградом вставал тяжелый, свинцовый. Огромный город, обнесенный высокими каменными стенами, вырастал из утреннего тумана как грозная цитадель. Сквозь дымку уже виднелись шпили храма Вечного Огня, а в воздухе, приносимом ветром со стороны городских площадей, отчетливо пахло гарью. Горели не дрова в печах. Этот сладковатый, удушливый дым Эксель узнал бы из тысячи – на площадях жгли книги, свитки и людей.

Трио ведьмаков и Лира приближались к мосту Иерарха – главным южным воротам города. Тракт здесь был намертво забит телегами беженцев, обозами с провиантом для реданской армии и испуганными крестьянами. На заставе у моста стоял плотный кордон из реданских солдат в багровых колетах. Но командовали тут не военные.

Прямо посреди моста, лениво опираясь на эфес тяжелого меча, стоял мужчина в начищенной до блеска кирасе поверх черного кафтана. Из-под его дорогого шлема со стальными полумасками смотрело жесткое, породистое лицо с аккуратной бородкой и холодными, абсолютно безжалостными глазами. Калеб Менге. Лидер Охотников за колдунами лично инспектировал тех, кто пытался войти в город. Рядом с ним двое палачей в кожаных масках лениво перебирали кандалы из двимерита – металла, полностью подавляющего магию.

– Назад… – Лира, сидевшая позади Экселя на Минерве, судорожно вцепилась пальцами в его ведьмачий доспех. Её всю затрясло. – Эксель, это Менге. Это он отдал приказ сжечь моего наставника. Если он увидит мою сумку…

– Спокойно, девица. Капюшон ниже и не дыши, – Райс, ехавший чуть впереди на своем сером мерине, обернулся и хищно оскалился. Его правая рука, исцеленная ночью магией Лиры, уверенно держала поводья. – Сейчас Школа Змеи покажет этим новиградским ищейкам, как нужно сдавать карты. Главное – помалкивайте.

Эксель придержал Минерву, плавно опуская руку на рукоять стального клинка под плащом. Его серебряный волчий медальон на шее глухо задрожал. Чутье Грифона буквально кричало: Менге был опасен не мутациями, а той абсолютной, фанатичной властью, которую он имел над этой вооруженной толпой. Одно его слово – и реданские лучники превратят их в решето.

Досмотр двигался медленно. Менге лично заглядывал в лицо каждой женщине, заставляя стражников штыками перерывать телеги с сеном. Наконец очередь дошла до них.

Калеб Менге медленно повернул голову, и его левая уставился на Райса, а затем переместился на Экселя. Охотник за колдунами брезгливо прищурился, заметив рукояти двух мечей за плечами всадников.

– Ведьмаки… – процедил Менге, и в его голосе проступило глубокое, искреннее презрение. Он сделал шаг вперед, преграждая дорогу Минерве. – Бродячие выродки Континента. Что ведьмачья шваль забыла в Новиграде на рассвете? Город переполнен беженцами, нам не нужны еще два наемных убийцы, пахнущих болотной гнилью и ядами.

Райс плавно наклонился с седла, прижав левую руку к груди в изящном, почтительном поклоне, совершенно несвойственном ведьмакам. Его змеиные зрачки сузились, а шрам на лбу натянулся.

– Да пребудет с вами Вечный Огонь, милсдарь комендант, – елейным голосом произнес Райс. – Мы прибыли по объявлению на доске объявлений у Оксенфуртского моста. Купцы жалуются на водную бабу в портах, которая топит купеческие барки. Мы пришли очистить ваши каналы от чудовищ. Разве Новиград отказывается от чистой стали, когда идет война?

Менге не ответил. Он медленно обошел лошадь Райса и остановился прямо напротив Экселя. Его взгляд заскользил по черному плащу Грифона, опустился к его груди и замер на серебряном волчьем медальоне. Менге подошел вплотную, так близко, что Эксель почувствовал запах дорогого масла, которым Охотник смазывал свои доспехи.

– Волк… – Менге протянул руку в латной перчатке, собираясь коснуться медальона Экселя. – Слышал я про вашу стаю из Каэр Морхена. Говорят, вы дружите с новиградскими чародейками. Укрываете ведьм от костров…

– Моя стая дружит только со здравым смыслом, комендант, – холодно ответил Эксель, не отводя взгляда янтарных глаз от лица Охотника. Рука на рукояти меча под плащом замерла, готовая к мгновенному действию. – Чародейки не платят за головы утопцев. Мы здесь ради золота купцов, а не ради политики.

Менге брезгливо ухмыльнулся, но его рука в латной перчатке опустилась, так и не коснувшись медальона. Фанатик медленно отступил на шаг, однако его ледяной взгляд сместился назад – туда, где за спиной Экселя, сжавшись в комок, сидела Лира. Её изорванное зеленое платье и оксенфуртская сумка из дубленой кожи сразу привлекли его внимание.

– Купцы, говоришь… – Менге обернулся к двоим своим подручным в кожаных масках. – Обыщите девку. Слишком уж много оксенфуртской швали ошивается у ворот в последнее время. Проверьте её мешок. Выворачивайте всё на мост.

Лира за спиной Экселя судорожно вздохнула. Её пальцы до боли впились в ведьмачий доспех. Если эти палачи откроют сумку и увидят тяжелый гримуар с секретными хрониками и списками предателей – их всех троих прямо здесь закуют в двимеритовые кандалы и отправят в подвалы Луарда. Райс на своем мерине едва заметно подобрался, его левая рука скользнула в рукав, нащупывая метательный нож. Бой у ворот казался неизбежным.

Один из палачей, грубо оттолкнув реданского стражника, шагнул к Минерве и протянул костлявую руку к кожаным ремням сумки Лиры.

Времени на раздумья не оставалось. Эксель плавно, скрытно вытянул левую руку из-под складок черного плаща. Его пальцы двигались с филигранной точностью, которой его годами учили наставники Школы Грифона. Он не стал делать резких взмахов, чтобы не привлечь внимания Менге. Только едва заметный, гипнотический жест, направленный прямо в глаза шагающего к ним палача.

Знак Аксий.

В воздухе между ведьмаком и палачом на долю секунды промелькнула едва заметная неоновая волна ментальной магии. Палач в кожаной маске внезапно замер на полуслове, его вытянутая рука безвольно опустилась. В глазах мужчины, видимых сквозь прорези маски, появилось мутное, абсолютно бессмысленное выражение, словно его разум мгновенно заволокло густым веленским туманом.

– Ну? Что там? – нетерпеливо рявкнул Менге, отвернувшись к телеге с сеном, которую шумно потрошили солдаты.

– Там… ничего, комендант, – глухо, монотонно отозвался палач под действием Аксия, качнув головой. Его пальцы бездумно похлопали по пустой луке седла Минервы. – Обычные тряпки. Старая студенческая одежда. Чисто.

Менге раздраженно махнул рукой, даже не повернув головы. Фанатик был слишком занят общим контролем над заставой, чтобы присматриваться к поведению своего цепного пса.

– Пропускай их. Проваливайте в порт, выродки, – выплюнул Менге. – И не дай Вечный Огонь я узнаю, что вы взяли заказ от кого-то, кроме Торговой гильдии. За любое колдовство в черте стен – костер. Помните это.

– Премного благодарны, ваша светлость, – снова приторно осклабился Райс, быстро пуская своего мерина вперед по деревянным настилам моста.

Эксель коротко пришпорил Минерву, и кобыла ходко пошла за Змеей, уводя их из-под тяжелого взгляда лидера Охотников. Палач под действием Знака еще несколько секунд стоял неподвижно, пока ментальный импульс Грифона плавно не растаял в его голове, оставив лишь легкую дезориентацию.

Едва они миновали тяжелые кованые решетки ворот Иерарха и затерялись в шумной, пестрой толпе новиградских улиц, Лира за спиной Экселя обессиленно уткнулась лбом в его наплечник, прерывисто выдыхая.

– Боги… Эксель… – прошептала она, и её голос дрожал от пережитого ужаса. – Я думала, это конец. Как ты это сделал? Менге ведь стоял в двух шагах.

– Это магия Грифона, девочка, – негромко отозвался Райс, оборачиваясь в седле и хищно прищурив свои змеиные зрачки. На его лице играла азартная ухмылка. – Обычный Волк сорвался бы на сталь и устроил тут резню, а этот пернатый сработал как заправский вор. Чистая работа, Грифон. Ну что, добро пожаловать в Новиград. С чего начнем? С поисков тайной канцелярии Дийкстры или сразу полезем в эльфийские коллекторы искать твои первородные мутагены?

Эксель накинул капюшон глубже на глаза, скрывая свои золотые ведьмачьи зрачки от прохожих. Город вокруг них гудел, пах дорогими пряностями, дешевым элем и гарью от недавних костров. Они были в самом сердце паутины.

Эксель уверенно вёл Минерву сквозь бурлящую толпу Гнилого Города. Райс ехал чуть впереди, то и дело поглядывая по сторонам своими хитрыми змеиными глазами. Южанин явно чувствовал себя в этой шпионской мекке как рыба в воде, в отличие от Грифона, привыкшего к тишине библиотек и уединению высокогорного Каэр Серен.

Лира позади Экселя понемногу пришла в себя, её пальцы разжались, но она по-прежнему испуганно озиралась на патрули Охотников за колдунами, которые то и дело мелькали на перекрестках.

– Нам нужно укрытие, – тихо произнес Эксель, поравнявшись с серым мерином Райса. – Лире нужно отдохнуть после ночного Истока, а мне нужно изучить чертежи коллекторов в её гримуаре. Куда ведешь, Змея?

– В портовый «Зимородок» нам нельзя, Грифон. Там слишком много реданских соглядатаев. Мы двинем в обход, к Новиградским докам. Там есть одна неприметная ночлежка у Серебряной скалы, называется «Нигде». Содержат её краснолюды из клана Варваров. Им плевать на Радовида, на Менге и на Вечный Огонь, пока им исправно платят чеканную монету. Там нас никто не станет искать.

– А как же твой посредник? – прищурился Эксель, придерживая поводья Минервы у крутого поворота на мощеную мостовую. – Тот, кто нанял тебя забрать книгу Лиры.

– О, к этой крысе мы заглянем чуть позже, – Райс зловеще оскалился, и шрам в виде молнии на его лобовой кости зловеще натянулся. – Сначала пустим девке кровь из носа… Тьфу ты, то есть, дадим ей выспаться. А потом я лично вытрясу из этого посредника имя его реданского хозяина. Нам обоим полезно знать, кто пустил Охотников по нашему следу.

Узкие улочки портового района встретили их запахом вяленой рыбы, сырости и дешевого табака. Ночлежка «Нигде» действительно оказалась глухим и мрачным местом: заколоченные окна, тяжелая дубовая дверь и двое хмурых краснолюдов с тяжелыми секирами на входе. Но стоило Райсу бросить им пару золотых монет из своего старого аванса, как хозяева молча расступились, пропуская странных гостей внутрь.

Эксель помог Лире сойти с лошади и завел её в крохотную, но чистую комнату на верхнем ярусе, где пахло сухой соломой и старым элем. Девушка бессильно опустилась на кровать, бережно уложив оксенфуртский гримуар рядом с собой.

Лира устало приподнялась на соломенном тюфяке. Её бледные пальцы коснулись тяжелого кожаного переплета оксенфуртского гримуара. Она перевернула несколько страниц, испещренных сложными чертежами, таблицами и алхимическими формулами, пока наконец не остановилась на старой, пожелтевшей вкладке из плотного пергамента. Это была детальная, нарисованная от руки карта подземных коммуникаций Новиграда – древней Cloaca Maxima, построенной эльфами еще до прихода людей на этот берег.

– Вот здесь, – Лира ткнула тонким пальцем в переплетение подземных каналов прямо под портовым районом, аккурат под Обрезками. – Мой наставник отметил это место как «Гнездо Грифона». Эрланд из Ларвика использовал старый эльфийские резервуар для очистки воды. Но тут есть проблема, Эксель.

Ведьмак Грифона подошел ближе к столу, всматриваясь в карту своими янтарными кошачьими глазами. Его серебряный волчий медальон на груди оставался неподвижен, но чутье буквально кричало, что путь под землю не будет легкой прогулкой.

– Какая проблема? – негромко спросил он.

– Вход в этот сектор запечатан древним эльфийским замком, – Лира подняла на него свои серые, стальные глаза. – Обычные отмычки или ведьмачий Аард там бесполезны. Мой учитель писал, что замок отпирается только резонансом определенного магического Знака. Знака, секрет модификации которого знали только мастера Школы Грифона.

Райс у двери тихо присвистнул, лениво крутя метательный нож между пальцами правой, исцеленной руки.

– Ну надо же… Пернатые и тут подстраховались. Спрятали первородные мутагены Альзура так, чтобы никто, кроме их собственных выродков, не смог запустить лапу в сундук. Чистая работа.

Змея плавно убрал нож в рукав и оттолкнулся от косяка, его вертикальные зрачки сузились.

– Пока вы тут разглядываете эти оксенфуртские художества, я сделаю вылазку в порт. Мне нужно найти своего посредника – ту самую реданскую шестерку Дийкстры, которая наняла меня перехватить девку на перекрестке. Надо выяснить, откуда Менге на заставе узнал про сумку Академии. Сидите тихо, капюшон ниже. Я вернусь через час.

Райс накинул свой глубокий капюшон, полностью скрывая шрам Z на лбу, и бесшумной тенью выскочил из комнаты, притворив за собой тяжелую краснолюдскую дверь. Эксель остался наедине с Лирой и картой, которая вела к величайшей тайне его погибшей школы.