Текст книги "Бастард Великой Орды (СИ)"

Автор книги: Подготовил Андрей Абрамов

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

Глава 13

Ещё раз окинув взглядом древние стены, я чертыхнулся и отправился к выходу из гнезда. Хотя, какое это гнездо? Гнездо – это там, где семья, а у этой образины ничего, кроме горы трупов, не было. Так что, скорее логово. Которое мы успешно разгромили.

Но сейчас не до него.

Нужно осмотреть Кхара и потушить начавшийся пожар. Не хватало ещё, чтобы всё, что здесь хранится сгорело к чертям собачьим. Теперь это всё по праву моё. По праву сильного.

Зарра продиралась в трёх шагах впереди, освещая путь своим артефактом. Так что через пару минут мы уже выбрались наружу.

Глотнув сравнительно свежего воздуха, я направился к Кхару. Тот сидел, прислонившись спиной к выпирающему из бурелома стволу дерева, прикрыв глаза.

– Ты как? – я осмотрел всё ещё бледное лицо и перевёл взгляд на пропитавшуюся кровью повязку. Наложенную, надо сказать, неплохо, в условиях совершенно не располагающих к этому.

Лучник с трудом разлепил глаза. Проморгался. Понял, кто перед ним и заулыбался, выставив напоказ внушительные для его комплекции клыки. Даже у здоровяка Транна они короче.

– Буду жить, комендант Кром, – хриплым от слабости голосом произнёс он. – И не такое бывало. На мне как на варге всё заживает.

Я похлопал его по здоровому плечу.

– Отдыхай пока. Скоро принесу воды.

Оставив Кхара одного, мы с Заррой отправились осматривать место пожара. Которого, к счастью, толком и не было.

От тлеющего мха вспыхнуло сухое брёвно, которое, прогорев, спровоцировало усадку всего гнезда и чуть не похоронило нас вместе со всей добычей.

Быстро залив тлеющие угли грязной водой, я отправил Зарру присматривать за Кхаром, а сам взобрался по верёвке на уступ, с которого всё так же безмятежно падала вода.

Костёр на краю уже догорел, оставив после себя тлеющие угольки. Неподалёку лежало всё наше снаряжение, которое мы сложили в кучу перед тем, как спускаться к болотной твари.

Три походные сумки, два бурдюка с водой, лук со стрелами и трутница. Навесив всё это на себя, я подошёл к краю уступа. Взгляд скользнул по горизонту, где на западе к нему уже подбиралось солнце.

Сегодняшний день был показательным. И не только потому, что мы помогли Ореховке с водой. Хотя, это тоже немаловажно. Сегодня Зарра и Кхар воочию увидели, что такое боевое братство и взаимовыручка. Что значит отвечать за жизнь брата по оружию, и как это влияет на боевой дух и эффективность.

Да, в Пустошах такое тоже практикуется. Я не изобрёл колесо. Но в большинстве своём повсеместно царит принцип кнута. Взять того же Гулдара – он всегда добивался своего только насилием.

Когда я спустился, Кхар уже немного пришёл в себя. Цвет лица приобрёл смугловатый оттенок. Взгляд прояснился. Плечи выпрямились.

Всё же орки крепче людей. Даже самые тщедушные. К тому же, практически в каждом представителе этой расы с рождения теплится Сила.

– Пей. Полегчает, – протянул я бурдюк. – И не жалей. На обратный путь хватит.

Кхар присосался к горлышку, как младенец к мамкиной титьке. Пил до тех пор, пока в животе не забурлило.

– Теперь за работу. Нужно собрать, всё что можем унести. За остальным вернёмся потом. Кхар, ты на стрёме.

Орк открыл было рот, чтобы возмутиться, но увидев мой взгляд, развёл руками. Вот и хорошо. Спорить со мной не надо. А то, что этот шельмец кинулся к воде, ослушавшись моего приказа, я ещё припомню. Как раз будет о чём поговорить на обратном пути.

Снаружи ничего полезного не было и быть не могло, поэтому мы с Заррой сразу полезли в логово.

Отправив северянку обследовать туннель, я склонился над тушей свистуна.

То, что с обычных тварей можно брать практически всё – общеизвестный факт. Правда, стоили такие трофеи не дороже крынки молока, и продавали их всегда вёдрами. Другое дело кристаллы – накопители магической Силы. Те, что мы добыли с новообращённых Неспящих, несли в себе крупицы кристаллов, наполненных обычным эфиром. Таким, что витает вокруг нас.

С тварями несущими в себе первородную Силу или один из аспектов, всё обстоит иначе. Кристаллы, зародившиеся в их телах, имеют изменённый эфир. Подстроенный под аспект. Самыми же ценными считались кристаллы, наделённые первородной Силой. И стоили они баснословных денег.

Я вынул из ножен единственный оставшийся у меня кинжал и сделал аккуратный разрез в основании черепа свистуна.

На тоненьких мышечных спайках блестел среднего размера кристалл – зерно. Судя по ауре, в нём хранился обычный эфир. Такой можно сбагрить за двадцать серебряных ушаков. Неплохо.

Чуть левее обнаружилось ещё два зерна – обычное и с аспектом Воды. Последнее переливалось лазурным оттенком. Правее ещё два. Перламутровые. Аспект Воздуха.

Я перевернул тварь на спину и вскрыл грудную клетку. Под сердцем, которое сейчас выглядело как разрезанный пополам ананас, отливало синевой крупное, размером со спелую вишню, ядро. Вот за ним-то я и пришёл! Стоило такое у торговцев от тридцати до ста золотых или больших ушаков, как говорили в Пустошах, в зависимости от типа эфира. А если продать его в лавках Гуратана, то можно выручить все сто пятьдесят.

Именно такие кристаллы использовались при создании артефактов усиления. Их же усваивали во время закалки, начиная с четвёртого Круга Духа.

Хороший улов.

Закончив с кристаллами, я принялся за разделку туши.

Кожа с чешуйками отлично подходит для изготовления доспехов среднего класса. При должной обработке такую не пробьёт обычный меч или тесак. Не самый качественный тип брони, но куда лучше того, что ношу я.

Из когтей мастера изготавливали клановые горлорезки. Из зубов получались отличные кастеты, особенно если они несут в себе яд. Из глаз и органов шаманы готовили всевозможные зелья и мази. Из хвоста…

Я спохватился.

Так, а где хвост? И ещё язык? Из всего, что можно взять с твари второго ранга, за исключением самих кристаллов, эти органы самые ценные. Как для продажи, так и для личного использования.

Ладно. Время ещё есть. Поищу в пруду.

Я срезал всё, что представляло хоть какую-то ценность, и сложил в походную сумку.

В этот момент из глубины коридора послышался голос Зарры:

– Кром! Я нашла кладовую.

– Иду, – откликнулся я, убирая кинжал в ножны.

Почти все ранговые монстры хранили добро в особых местах. Иногда у самых древних тварей находили целые горы всевозможного добра. Начиная от кристаллов сожранных ими тварей, заканчивая редчайшими артефактами и оружием.

Зная об этом, сотни мастеров по всем Пустошам, да и не только, рыскали в поисках таких сокровищниц. Правда, чаще всего жертвами становились сами охотники.

Туннель уходил вниз и заканчивался комнаткой, если так можно назвать вырытую в земле яму размером с погреб, запечатанную снаружи пробкой из грязи и мелких веточек.

Зарра стояла над грудой барахла.

Я встал на колени и принялся за сортировку.

К сожалению, твари не делили трофеи на хлам и представляющие хоть какую-то ценность предметы. Стаскивали в кучу всё, что приглянулось или просто попало на глаза. Хотя, есть и такие, которые отбирают поистине ценные вещи.

С полдюжины гнилых сапог и шлемов я откинул в сторону. Этого добра у меня и без того хватает. А вот добротный, отливающий воронением молот мне пришёлся по душе. Я бы сказал, что он будет получше, чем у Транна.

Берём.

Два щита с эмблемой вольного города Гуратан, горсть золотых и серебряных колец, столько же золотых ушаков и странный сундучок, в котором что-то позвякивало – всё это я отложил к молоту. Не самые ценные трофеи, но и не хлам.

А чего стоило ожидать? Свистун проторчал здесь всего несколько недель, и накопить за такой короткий срок много добра нереально. Вот если бы заявиться к нему лет через пять, улов был бы солидней.

– Кром, – Зарра зацепила двумя пальцами какую-то тряпку, вытягивая её из кучи барахла. – Здесь кровь, и дыры от когтей.

Северянка, наконец, извлекла её полностью и вдруг крепко сжала в руках. Глаза расширились от неподдельного ужаса.

– Что там? – без энтузиазма спросил я. Сомневаюсь, что эта тряпка хоть чего-то стоит. Может, лоскут от штандарта или ещё от чего.

– Это… это же…– заикалась Зарра.

– Да что там такое⁈ – я настойчиво вытащил из её пальцев тряпку и поднял перед собой.

Да чтоб вас!

В моих руках была самая настоящая мантия, какие носили великие полководцы и завоеватели. Короткая, едва ли ниже талии. Плотная ткань с вышитой грубыми стежками окантовкой. Вряд ли такие носили короли. Скорее, скитальцы.

От подола остались одни огрызки. На спине прожжённые дыры. То ли от огнестрела, то ли от магического снаряда.

Единственное, что осталось невредимым был аграф, выполненный в форме стилизованной волчьей лапы. Только гораздо больших размеров. Скорее, как у варга.

С его тыльной стороны угадывалось что-то наподобие гнезда-защёлки, которая крепилась на специальный крюк кирасы.

Самое интересное, что от него исходила некая Сила. Древняя. Сродни той, что бурлила в крови Грозы. Нет, гораздо древнее. Не знаю почему, но я чувствую это.

Да и выглядел аграф, словно прошёл сквозь многие века.

С правой стороны и на спине мантии угадывались очертания какого-то тавра, которое показалось мне чересчур знакомым. Только вот где я его видел?

Занятная вещица!

Я перекинул её за спину и приставил аграф к левой ключице, там где должно быть крепление. По коже сразу же пробежали всполохи молний.

Ого! Что-то мне подсказывает, что эта мантия тоже в некотором роде резонатор. Только вот как он работает?

– Сними это! – взволнованно сказала Зарра. – Его нельзя надевать!

– С чего бы это? – я улыбнулся очередной выходке северянки. Сейчас она начнёт причитать про древнее зло, а закончит родовым проклятием.

– На нём знак Зверя. Такие носили кряжичи. Их король пропал восемь столетий назад, и никто не знает, куда он делся.

– Откуда ты это знаешь?

Зарра закинула за ухо выпавшую прядь волос, приняв академический вид. Нет, ну не симпатяжка ли?

– На севере, в отличии от вас, помнят старые легенды, – с укором начала она. – Так вот, по одной из них, далеко на севере обитал воинственный народ – почитатели Зверя. Давно. Не помню когда. Его правитель вознамерился подчинить себе все царства и отправил на их завоевание тысячи своих воинов. Но никто не вернулся. Владыка пообещал убить каждого, кто увидит его звериную длань. Тысячи жизней загублено из-за этого символа. Его нужно уничтожить!

– Ничего уничтожать я не буду. Всё это моё, и точка, – я свернул мантию и убрал её в подсумок. Изучу позже, когда вернёмся в острог.

Зарра сокрушённо вздохнула, отводя взгляд в сторону.

С другой стороны, то что эта штука оказалась в сокровищнице свистуна, говорит только об одном. Свистун не пришел сюда. Он был здесь всегда. Или, по крайней мере, давно. И выбрался только пару-тройку недель назад.

Что ж, главного это не меняет. Нужно становиться сильнее и наращивать присутствие клана в этом регионе.

В течение следующего часа мы стаскивали трофеи на берег, складируя их на собранный Кхаром настил из брёвен. Выходило внушительно. Столько на хребтах мы не утащим. Придётся мастерить плоты и сплавляться по реке до Ореховки, а оттуда уже до острога.

В памяти всплыли воспоминания из молодости о сплавах по горным рекам Урала.

Кстати! Чуть не забыл!

Я прошвырнулся вдоль берега и отыскал таки хвост свистуна. Гибкий, длиною почти полтора метра, обрубок прибило расходящимися от водопада волнами. Рядом колыхался и язык, похожий на дохлую камышовую змею.

Закинул язык на плечо, сунул конец хвоста подмышку и потащил всё это к временному складу трофеев, делая зарубку в памяти расспросить о них Транна.

Слышал я краем своего острого уха, что из хвостов ранговых тварей изготавливают неплохое оружие. Оно, якобы, отлично сочетается с Кругом Силы. Так же и с языком-резонатором.

Разобравшись, наконец, с трофеями я присел на край настила, перевести дух.

– Что будем делать с башней? – облизнувшись, спросила подошедшая Зарра, будто речь шла о последнем куске торта. В её глазах горело неподдельное любопытство.

Предстояло решить, как поступить с плотиной. Тварь уже мертва больше часа, а Ореховка по-прежнему остаётся без воды.

Я откинулся на спину, уперевшись локтём в гуратанский щит.

– Подождёт пока. Мы ещё даже не нашли вход, – я взглянул на торчащие над водопадом руины. – У нас нет ни факелов, ни повозок. Вернёмся подготовленными. Над этим местом висит дурная слава. Местные лет сто сюда не сунутся. Кстати, где ты взяла ту светящуюся штуку?

– Бабушка в наследство оставила. После инициации, – выпалила северянка заготовленную речь.

Если я спрошу, как звали бабушку, даю сто больших ушаков, та непременно ответит.

– Хорошая у тебя бабушка, – улыбнулся я. – Состоятельная. Ну что ж, пора вернуть селянам воду. Не зря же мы всё это затеяли.

Я поднялся и осмотрел конструкцию. Кхар и Зарра встали по бокам.

На первый взгляд всё кажется хаотичным. Ворох спичек, которые гигантская рука вывалила на речку. Но это так не работает. Бобры не дадут соврать.

Плотины, созданные их лапами, выдерживают давление тонн воды, и это неспроста. Каким-то образом эти милые и работящие животные научились использовать законы физики в своих целях. Свистун в этом плане мало чем отличается от них.

– Силой такую не взять, – с видом независимого эксперта сказал лучник, задумчиво скребя подбородок.

– Да, – продолжила Зарра. – Помощь кургов тут бы не помешала. Только где их взять?

– Можно устроить большой Бум-Бум, но пороха тоже нет! – поставил точку Кхар, разведя руками.

Я улыбнулся, в очередной раз дивясь прямолинейности орков. Всему-то их учить надо. Ну ничего, скоро всё изменится. Урзул не первый, и не последний, кто пошёл по пути разума и смекалки.

– Силой не возьмёшь, а умом запросто, – отрезал я, оглядываясь по сторонам в поисках подходящего инструмента. – Найдите-ка бревно покрепче. Не слишком толстое, но и не слишком хлипкое. Чтобы мы втроём с ним управились. Тонкий конец заточите под кол.

Зарра недоумевающе переглянулась с молодым орком, нахмурив соболиные брови.

– Давайте-давайте. Или хотите здесь до утра просидеть? Вода сама не пойдёт, – подтолкнул я своих соратников. – А я пока погляжу, с чего начнём.

Посмотрев, как парочка направилась к дамбе, тихо переговариваясь между собой и пожимая плечами, я улыбнулся и в три приёма вскарабкался на плотину.

Придётся вспоминать как работать с завалами. Крана и погрузчика у меня к сожалению нет, но можно справиться и подручными средствами.

Я выбрал наиболее подходящее место, уселся на край ствола и приступил к изучению устройства плотины.

Где-то позади застучали тесаки.

Как я и думал, свистун действовал со знанием дела. Каждое дерево лежало на своём месте и играло определённую роль.

Вот эти составляют каркас – на них держится вся конструкция. Под ними основа – вкопанные в дно стволы деревьев и крупные ветки, укреплённые по низу камнями. Деревца потоньше, наложенные крест-накрест, вместе с ветками, глиной и илом, удерживают воду. Стоящие под углом к земле крепкие стволы – поперечные подпорки, но к ним так легко не подобраться. Сейчас на них нагружена вся эта масса, а их основания надёжно укреплены. Начинать следует с самого простого. Убрать несколько каркасных элементов, остальное доделает вода.

– Готово, Кром!

Я взглянул вниз. У подножия плотины стояли Кхар и Зарра. В ногах крепкое, лишённое ветвей бревно, метров пять в длину. У обоих довольные от проделанной работы лица. Кажется, они догадались, для чего вся эта прелюдия.

– Отлично! Подайте мне острым концом, а потом поднимайтесь сами.

Через пять минут мы стояли по обе стороны от импровизированного рычага. Один его конец был подсунут под укрепляющий конструкцию ствол дерева, второй прогибался под нашим общим напором.

– На счёт три, – поднял я руку. – Раз, два, взяли!

Прокричал я, в недоумении уставившись на своих помощников. Те так и продолжали стоять над рычагом, даже не думая на него жать.

– «Взяли», в данном контексте, означает «три», – терпеливо объяснил я. – В общем, «взяли» это «три». Ясно?

– Да. Ясно, – вдвоём проговорили они.

– «Взяли» это «три», – повторил Кхар, пробуя на вкус новое выражение. – Запомнил.

– Ещё раз, – я снова поднял руку. – Раз, два, взяли!!!

Мы навалились на рычаг всем скопом. Бревно на той стороне со скрипом сдвинулось с места, задралось, и соскочило одним концом вниз, глухо ударившись о каменистое дно.

– Есть! – воскликнул Кхар, сияя словно ребёнок, у которого получилось построить песочный замок.

– Не останавливаемся! Продолжаем! Это только начало.

За полчаса нам удалось расковырять верхушку, скинув вниз ещё с десяток деревьев. Вода уже выплёскивалась на ту сторону плотины, понемногу забирая своё.

После очерёдного вывернутого ствола, вся конструкция зашевелилась и поддалась напору воды.

– Вниз! – крикнул я, бросая рычаг. – Сейчас обвалится.

Мы прыгнули в последний момент, и скопившаяся в пруду вода снесла преграду.

Длинные, семи-восьми метровые, деревья вставали на дыбы и переваливались на ту сторону, увлекая за собой деревья поменьше. Высвободившаяся вода пенилась, с шумом заполняя собой пересохшее русло – там, где ей и должно быть.

Вскоре поток угомонился. О плотине напоминали только остатки дамбы по краям водопада и уносящиеся вниз по течению деревья и ветки. Вскоре за поворотом исчезли и они.

– Все молодцы! Мы сделали это!

– Что теперь, Кром? – Зарра тяжело дышала, на лбу проступили крупные капли пота. Было видно, что ей понравилось действовать единой командой. И это обнадёживало.

– Строим плот, грузим добро и домой, – улыбнулся я милой, добродушной улыбкой. – За работу!

Никогда не задумывался, что людей может настолько радовать наличие под боком воды.

Когда плот вынырнул из-за поворота, нашим взглядам предстала одновременно милая и тягостная картина.

Возникшие было на наших лицах улыбки смыло, как грязь после дождя.

Река уже прочистилась от тех нечистот, что устроил свистун, и на берегу весело плескались дети – человеческая девочка лет шести и пацан чуть постарше. Взрослые, в том числе старушки и старики, кто чем мог, черпали из канала воду и наполняли ею кадки.

Это зрелище напомнило мне о моём прошлом. В нём тоже все судорожно заполняли в доме каждую ёмкость, когда вода в кранах начинала течь медленно. Только там это было вопросом удобства, а здесь наличие воды носит иной характер. Стратегический. А в случае с этими людьми – жизненно важный.

Первым нас увидел мужик, что встречал нас не хлебом и солью, а с топором и с твёрдым намерением защитить свое жилище.

Он бросил ведро и принялся вытанцовывать вдоль канала, забавно притопывая ногами. К нему присоединились ещё пара человек. Вскоре, все кто был на берегу махали нам руками, радостно крича. Умельцы посвистеть завели трель на все голоса.

Впечатляет.

Когда мы замедлили плоты длинными шестами, чтобы причалить к берегу, несколько мужиков бросилось в воду помогать нам заводить плот в гавань.

Едва я сошёл на твёрдую землю, на мне тут же повисла какая-то человеческая старушка, причитая со слезами на глазах.

– Да пусть хранят тебя боги, комендант Кром! Отродясь таких достойных клыкастых не видала! Хвала небесам!

– Да я не один был, – по-простому улыбнулся я. Искренность этого человека просто ошеломляла. Я за долгие годы наконец-то почувствовал, кто я есть на самом деле. – С верными мне воинами – Заррой и Кхаром. Без них не справился бы.

– И Заррушку твою пусть хранят, и Кхарушку! Всех, всех!

– А ну-ка двинься, Дуська! – вперёд пробился Пахом, рассталкивая всех локтями. – Нечего господину коменданту присказками своими голову морочить!

Он глубоко поклонился, с хитрой улыбкой на губах.

– А я говорил, что сдюжит! А вы всё нос воротили! – распинался он под дружный смех. – Тащите сюда свои медяки, кто проспорил!

Так длилось несколько минут. Мы просто стояли посреди этих счастливых людей, улыбаясь в ответ. Даже всегда осторожный Кхар вдруг расслабился и завёл с кем-то беседу, рассказывая о наших приключениях.

Когда все немного угомонились, Пахом подошёл с серьёзным видом.

– Спасибо тебе, комендант Кром. Чистое человеческое спасибо, если понимаешь, о чём я.

Я улыбнулся. Знал бы ты старик, кто я на самом деле.

– Понимаю, не переживай, Пахом. Телега у тебя есть? Мне бы до острога скататься, добычу перевезти.

Старик смущённо опустил глаза.

– Нет у нас ни телеги, ни мулов. Нечем мне тебя отблагодарить, – он внезапно спохватился. Подслеповатые глаза забегали по моему лицу. – Ночуйте у нас! Избу бабы вмиг отмоют. С водой-то не насухую, чай. На стол соберём. Теперь никто не откажет! Даже последний кусок отдадут. Хоть так позволь отблагодарить вас.

– Благодарю, но нет, – покачал я головой. – Ночь я должен встретить в остроге.

Народ вокруг вдруг зашевелился. Бабы заохали, пряча детей, мужики взволнованно зашептались, поглядывая за ворота. Кто-то испуганно крикнул:

– Кто-то едет, мужики! Хватайся за топоры!

Я взглянул поверх голов. К деревне подъезжала повозка в сопровождении двух всадников, одним из которых был Горн.

– Свои! – крикнул я, успокаивая селян. – Припасы привезли.

Пахом собразил что к чему, и развернувшись к толпе, гаркнул.

– А ну подобрались, мужики! Хватайте с плота добро и тягайте его к повозке. Нечего зазря щами торговать! Комендант нам харчей считай привёз, так что поторопись!

Когда с разгрузкой и погрузкой было покончено, я подошёл к собравшейся посреди деревни толпе. В эту нашу встречу я увидел в лицах напротив надежду.

– Наступают нелёгкие времена. Помощь потребуется всякая. Есть ли среди вас те, кто готов пополнить ряды моего пока ещё небольшого войска?

В накатившей тишине раздался чей-то возбуждённый шёпот. Стоящие впереди селяне вдруг раступились и вперёд вышел тот самый мужик с топором.

– Я готов, господин комендант. Савелий, – он поклонился, прижав руку к груди. – И мои сыновья готовы, Евсей и Трифон.

Из толпы вышли ещё двое парней и также поклонились. Светловолосые, широкоплечие. В глазах решимость. То, что надо.

– Охотники мы. Без нас деревня давно бы померла. Сейчас, раз уж вода есть, а вы под защиту свою всех взяли, то мы, пожалуй, готовы сражаться за вас. Коли подойдём такие.

И все трое уставились на меня, ожидая решения. Остальные молча наблюдали за развитием событий.

Лучшие солдаты всегда получались именно из охотников. Они и выносливы, и сноровисты, и терпеливы. Не говоря уже об умении стрелять из лука и навыка читать следы.

Люди не такие заметные, как орки или гоблы. Да и вряд ли кто заподозрит в них соглядатая. А это задел на будущее. Идеальный вариант для разведывательных вылазок. К тому же, небольшая комплекция позволяет им двигаться бесшумно.

– Добро пожаловать в мой клан, – утвердительно кивнул я. – Прыгайте в телегу. Всем, что нужно, обеспечу в остроге. А ты, Пахом, пристрой у себя орклинов. Утром они начнут ремонтировать частокол.

Старик благодарно склонил голову и стрельнул глазами на двух старух. Те заохали, подобрали подолы, и как несушки понеслись к стоящим в стороне орклинам.

– Ну а мы поедем, Пахом. На днях обязательно заеду. Поговорим.

Старик поклонился.

Я пристроился на край телеги и махнул рукой вознице.

Острог встречал нас гулким стуком топоров и звоном лопат. Орклины, во главе с Урзулом, закончили углублять ров и сейчас устанавливали последний ряд кольев.

Где-то во дворе слышалось бормотание тролля.

Я понял, что всё это время скучал по Гнилым Зубам и его жителям. И осознание, что в моё отсутствие работа в остроге не прекращалась ни на секунду, грело душу. Маленькими шажками, но мы двигались вперёд. И это самое главное.

Навстречу вышел Урзул. Он был по пояс голый, руки по локоть в земле.

– С приездом, Кром. Мы заканчиваем. Всё строго по плану, – он перевёл взгляд на гружёную повозку. – Откуда это? Снова караван?

– Пришлось немного поработать. Разрушить плотину и отправить к праотцам одного очень плохого монстра. Свистуна. Слышал про такого?

Урзул поднял брови.

– Ты уверен, что это был именно он? – осторожно спросил шаман. – Они не водятся здесь.

Я молча откинул брезент с повозки. На дне лежал скрученный хвост с жёлто-зелёными чешуйками.

– Ещё я обнаружил руины. Выше по течению от Ореховки. Рядом с водопадом.

Урзул на секунду задумался.

– Если моя память так же крепка, как руки, то я, кажется, понял о чём ты говоришь.

Я сдвинул бровь, ожидая продолжения.

– Помнишь ту карту? – шёпотом спросил шаман. – Кажется, это одно из отмеченных мест. Нужно проверить.

– Ну вот и славно! Значит завтра мы отправляемся в экспедицию.