Текст книги "Бастард Великой Орды (СИ)"

Автор книги: Подготовил Андрей Абрамов

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

Что ни говори, но потрепали нас неплохо, хоть и поплатились потом за это своими жизнями.

Восемьдесят три мертвеца по ту сторону, против полудюжины раненых с нашей.

Затейником всей этой гоп-компании оказался мой старый знакомый Хаш’барог – хозяин заставы говнюков.

Ну что ж, думаю мы с ним ещё встретимся, и тогда я с него спрошу. За всё спрошу.

Так же, как спрошу с того мерзкого сотника, чьё тело так и не нашлось.

И всё же это нападение вытащило наружу все недостатки обороны. По сути, не подружись я с Гили или не встреть Грозу, всё могло бы кончится иначе.

Зато я продвинулся по пути Силы и испробовал призванный кинжал в деле. Эфирное оружие на порядок превосходит обычное, пусть даже наделённое Духом.

Только к вечеру жизнь в остроге потекла своим чередом. Ворота стояли на месте, стены укреплены, а рядом с первой бомбардой появилась вторая.

Прогуливаясь по притихшему двору, я заглянул к Транну. Кузнец выглядел довольным, видимо взять своё ему тоже удалось – я видел, как мелькал его молот перед воротами. Ни один житель не побежал – все встали на защиту своего многострадального дома. Даже бабка Грета носилась наравне с орклинами, заливая водой горящие стены.

– Славные времена наступают, Кром! – пробасил кузнец. – Сегодня этот проклятый Хаш’барог неплохо получил по зубам. Лишится за пару часов почти сотни хорошо экипированных воинов, это вам не хухры-мухры. Долго ему придётся зализывать раны.

– Но и мы получили урок, – я взглянул на кучу трофейного оружия, приготовленного для переплавки. – Нужно кое-чего смастерить.

– Что именно? – заинтересовался кузнец.

– Совки для пороха, все одинакового размера, которыми удобно черпать порох. Один совок – одна порция заряда для бомбарды. Это ускорит перезарядку.

Транн понимающе закивал.

– Хорошая идея.

– Да. И ещё нужно изготовить для баллисты особые снаряды. Не просто обитое железом бревно, а снаряжённое глиняным наконечником с зарядом. Ещё нужно срочно начать отливать детали для второй баллисты. Есть у меня мысли, как их использовать в тандеме.

Кузнец прошёлся вокруг меня, внимательно вглядываясь в глаза.

– И откуда ты всё это берёшь? Будто сотню лет в боях провёл, а ведь тебе только восемнадцать. Если у нас получится всё это сделать, мы запросто заткнём всех за пояс.

– Да, но для начала надо сделать и опробовать в деле.

– Начну уже сегодня. Металла у нас скоро будет достаточно.

– Отлично, – я ещё раз окинул кузню взглядом. – Слышал, у тебя и плуг есть. Он целый?

– А как же! – Транн сунул руки в карманы фартука. – Только кто им управляться будет?

– Есть один умелец. Как раз собирался с ним поговорить. Значит, до завтра. Дай знать, как будут первые результаты.

Мы попрощались.

Аглая я отыскал на краю острога. Он бездумно пялился перед собой невидящим взглядом.

Волосы взъерошены. Глаза опухшие. На заросшем лице седая спутанная борода. Руки в ожогах. Видно, тоже помогал тушить пожар.

– Аглай? – я встал напротив него.

Мужик вздрогнул и испуганно уставился на меня.

– Комендант Кром! Я… это… я…

– У меня к тебе есть разговор.

Я присел на скамью рядом.

– Да. Я вас слушаю, комендант, – замялся мужик.

– Слышал я, ты лучший землепашец, Аглай, – начал я добродушно. – Скоро сезон дождей, твоя помощь пришлась бы кстати. Орклины могут вспахать сами, но у них мало навыков в этом деле. Можем не успеть засеять поля до дождей.

– Так это… я?

– Ты, ты, – улыбнулся я. – Что скажешь?

– Вам нужна моя помощь?

– Конечно. Острог нужно чем-то кормить. Для этого у нас есть зерно. Засадим поля. Получим хлеб. Когда ты последний раз ел нормальный свежеиспеченный хлеб? Настоящий хлеб! Из муки, а не из коры!

Признаться, я и сам практически ни разу не встречал здесь хорошего хлеба. Только если в человеческих селениях.

Аглай печально посмотрел куда-то вдаль.

– Когда супружница моя покойная пекла.

– Ну вот. Сейчас ты можешь дать этот хлеб всему острогу. И поверь мне, это не останется незамеченным.

– Тогда я согласен, – часто закивал Аглай. – Только…

Он скривился, будто хлебнул чего прокисшего. Хотя, всё было ясно и так.

– Подойди к Урзулу. Скажи, что от меня и объясни ему свою проблему. Он тебе чего-нибудь даст.

Мужик благодарно закивал и даже пустил скупую мужскую слезу.

– Тогда я сразу пойду.

– Поправляйся. Мне понадобятся твои умения и твои руки.

Всего-то делов. Дать человеку понимание того, что он может быть полезен острогу. Что он обладает уникальными навыками, которые просто потонули на дне бутылки. И таких самородков здесь куча.

Грета мастерит отличные перины, тот же Транн искусный кузнец, которых ещё поискать надо, Аглай лучший землепашец. Кто-то умеет печь вкусный хлеб. Другой мастер топора – кто-то же поддерживал острог хоть в каком-то порядке.

Всё это нужно вытаскивать наружу, поднимать со дна, и прилагать к делу. Только так Гнилые Зубы смогут выйти из упадка. И начало всему этому уже положено.

Разобравшись с мелкими делами, я отправился в свою хибару. Пришло время провести ревизию и подвести какой-то итог. Назначить временные рамки и особенности развития Круга Силы и Круга Духа.

В конце концов, нужно подготовится к прорыву на следующую ступень и поглотить очередную партию кристаллов.

Я уселся на перину, скрестив ноги, и прикрыл глаза.

Первом делом попробовал связаться с Грозой. Та нить, что связывала наделённого первородной Силой варга и меня, стала крепче. Теперь я отчётливо чувствовал присутствие древнего разума. А он чувствовал меня, откликаясь на эмоциональную окраску моих мыслей и проецируя в ответ образы.

С этим разобрались. С моим ростом в магических талантах наша связь будет только крепнуть, и когда-нибудь я оседлаю этого зверя.

Затем я проверил свою магическую систему. Духовный корень ощутимо подрос, пульсируя в такт моему сердцу. Со всех сторон к нему тянулись жилки моего гнилого дара. Вот с ним надо бы поработать. Научиться использовать только по необходимости.

Я попробовал мысленно оборвать все жилки – отбирать энергию у жителей острога я не собирался. Для этих целей достаточно будет врагов – их у меня хватает.

Спустя несколько секунд у меня получилось это сделать. Теперь буду держать этот процесс на контроле, и своевременно обрывать его.

Потом я осмотрел каналы. Эфир равномерно двигался по ним, проходя по всему телу, и вливаясь обратно в корень. Процесс отлажен.

А вот с выжженными на запястье Кругами произошли изменения. Чёрный, словно сварной шов, шрам, пульсировал, как живой.

Утренний бой указал мне не только на недостатки, но и дал возможность продвинуться по пути Силы. Ещё немного практики, и вторая ступень подчинится мне, и я снова стану сильнее. Освою новые техники. Моя кожа станет прочной как камень, мышцы выносливыми, а сам я – быстрее.

Путь Духа нужно просто практиковать.

Я вытянул руку и сформировал на ладони эфирный клинок. Лезвие переливалось огненными всполохами, словно угли в очаге.

Я попробовал подбросить его и перехватить. Но едва клинок покинул мою ладонь, связь с ним оборвалась и он растворился без остатка.

Да, такой во врага не метнёшь.

Надо больше практиковаться и открывать новые техники.

Я некоторое время потренировался, а потом лёг спать.

Завтрашний день даст новую пищу.

* * *

Первым дурным предвестником стала тишина. Тяжёлая, давящая тишина, от которой, как от тоски, хочется завыть. Даже ветер стих, будто чувствуя плохие вести.

Вторым предвестником стал вломившийся в покои стражник, даже не удосужившись спросить разрешения.

Хаш’барог медленно повернул голову, отрываясь от разглядывания висящей на стене карты Пустошей и Серого моря.

Седые кустистые брови медленно сдвинулись к массивной переносице.

– Ты забыл, как входить в мои покои, щенок⁈

Стражник плюхнулся на колени, простирая руки вперёд, будто прося подаяния.

– Великий Хаш’барог! Ваш отряд…

Орк залился кашлем, беспомощно скребя пальцами горло. Всё его лицо покрывали ссадины. С руки стекала кровь.

Хаш’барог подался вперёд, предвкушая услышать приятную для ушей новость.

– Что мой отряд? Он уже прибыл? Принёс голову этого грязнокровки? Почему об этом мне не докладывает Халис? Где он?

Стражник кое-как прокашлялся, и снова потянулся вперёд.

– Отвечай, пока я тебе язык не отрубил, недоумок!

– Халис мёртв, господин. Все мертвы! Нас разбили! Спаслось только семеро!

Глаз Хаш’барога задёргался. Рука потянулась к топору, стоящему у стола, зависла над рукоятью в сомнении, и снова легла на столешницу. Когтистые пальцы медленно застучали по дереву.

– Как разбили? – проговорил правитель клана. – Целую сотню? Вы, дебилы, не смогли справится с каким-то там выскочкой⁈ С горсткой голожопых крестьян?

– У них была бомбарда, господин. И пещерный тролль с наездниками. И ещё варг. Огромный! – залепетал стражник. – Сначало всё шло хорошо. Мы разнесли ворота. Воины ворвались внутрь…

– И подарили им ещё одну бомбарду, – Хаш’барог прошёлся вдоль стола и остановился напротив карты, уставившись на значок с подписью Гнилые Зубы, на северо-востоке от его владений.

– Ты за всё заплатишь, выскочка! Сполна! Я заберу всё, что тебе дорого. Но на этот раз я не буду бить в лоб. Я поступлю умнее…

П-с! Загляните в комментарии, там кое-что интересное…

Глава 11

Утро следующего дня началось для меня с первыми лучами солнца. Рывком поднявшись с постели под заливистое пение петуха, я по старой привычке принялся за разминку, чтобы быстрее перевести организм от сна к бодрствованию.

Начал с растяжки мышц, плавно переходя к разработке суставов – шея, плечи, руки, ноги. Потом принялся за приседания, и закончил отжиманиями на кулаках.

Дождавшись, когда мышцы вошли в тонус, а по телу разлилось приятное тепло, уселся в позу лотоса и внутренним взором осмотрел свою магическую систему.

Все её элементы работали единым слаженным механизмом, что не могло не радовать. Корень качал по каналам эфир. Круг Силы отливал едва потухшими углями, готовый в любой момент полыхнуть огнём, а рядом, над запястьем, словно призрачный обруч, парил Круг Духа.

Я призвал кинжал.

На этот раз он чувствовался как-то иначе. Будто обрёл плоть, стал полновесным, да и сидел в руке увереннее.

Попробовал прокрутить его через тыльную сторону ладони. Изящное острие ушло вверх, огибая руку, и на мгновение повисло в воздухе, разрывая контакт с кожей. Клинок подёрнулся дымкой, будто хотел испариться, но снова лёг в ладонь, обретая плотность.

Похоже, связь между нами стала крепче. Нужно почаще практиковать призыв – глядишь и научусь пользоваться им на дальних дистанциях.

Я взмахнул пальцами, обращая призванное оружие обратно в эфир.

Уже завтра нужно провести закалку и усвоить следующую партию кристаллов. Вчерашняя битва с воинами Хаш’барога стала неплохой тренировкой и наполнила мои тело и дух силой.

Каждое применение техник усиления или призыва – это шаг к следующему рангу. И этим нужно воспользоваться.

После десяти минут медитации, я вышел во двор и вылил на себя пару кадок ледяной воды. После напялил поддоспешник, а поверх накинул лёгкую кирасу.

День обещает быть долгим, и его нужно провести максимально продуктивно.

Перед воротами уже вовсю крутились орклины. Зарра спозаранку начала готовиться к походу за пределы острога.

Давно стоило уделить внимание одной очень острой проблеме, которая в скором времени может серьёзно подпортить мне жизнь.

И это далеко не дефицит стражников, и уж тем более не худо-бедная оборона, которая уже прошла первое боевое крещение. И, надо сказать, успешное.

Я смотрел чуть дальше. Туда, где совсем скоро может полыхнуть так, что одной головной болью не отделаешься.

Варги.

Неотъемлемая часть жизни любого здравомыслящего вождя Пустошей. Верные соратники, способ передвижения и залог достатка, если заниматься их разведением.

В псарне Гнилых Зубов содержалось всего девять самцов. Сильных, дрессированных и надёжных представителей волчьего рода, которые ещё способны показать клыки. Сейчас их осталось семь, без учёта отправившихся с лазутчиками в Думград.

Не каждый форт, острог или застава может похвастаться даже этим, но для крупного клана такое количество сущие слёзы.

Взять того же Хаш’барога. В его отряде я насчитал не меньше тридцати всадников, и это только те, кого он отправил на штурм Гнилых Зубов. И хоть его всадники управляли Гуратанскими варгами, которые считались слабее прочих пород, сути вопроса это не меняло. Он по-прежнему представлял для меня угрозу.

В том же Думграде их насчитывалось несколько тысяч. Хотя, наверное, даже больше. Псарни столицы славились выведенными породами и активно продавали их на сторону. Естественно, выдерживая негласный баланс – львиная доля поголовья оставалась исключительно в столице.

Покупать щенков мне было негде, да и не на что, а брать взрослых особей в качестве трофея бессмысленно – варги не те существа, что легко меняют хозяев.

Последняя самка острога скончалась больше месяца назад. Да даже будь она жива, проблему это не решало. Самцы уже не годятся для разведения потомства. Им бы самим выжить.

Сколько они ещё протянут? Год, может, два. Если до этого не падут в боях.

Всё это побудило меня вчера на очень сомнительную кампанию, которой я и поделился с Заррой. Если задумка выгорит, это избавит всех нас от возможных проблем в будущем и станет хорошим подспорьем в обороне острога. Игра стоит свеч.

– Уверен, что сработает? – Урзул с сомнением осмотрел наш маленький отряд, скрестив на груди руки.

Двое орклинов как раз набивали оставшимся от кабана мясом седельные сумки варга, которого определили вьючным. Ещё троих готовили для нас как верховых.

Я с улыбкой хранил молчание, проверяя качество крепления упряжи.

– Всё-таки, последняя жрачка, – продолжил противиться шаман. – После того, как здесь гремело, вся дичь разбежалась.

– Охотники сегодня добудут свежее, – снова улыбнулся я. – Кабан или олень не так глупы, чтобы соваться в земли Глубин.

Зарра тем временем крепила ремни, перетягивая ими пузатые бока сумок.

– Кром прав, – не поворачиваясь, проговорила северянка. – Дичь вернётся. Всегда так было. Лучше оказаться на столе, чем обратиться в Неспящего. Любой зверь это понимает.

Урзул развёл руками, продолжая упорствовать.

– Идти вчетвером тоже плохая затея! Шпионы Хаш’барога могут устроить засаду. Возьми меня с Горном, и ещё пару бойцов. Помнишь, я рассказывал о соглядатаях на наших границах?

– Хаш’барог не высунется из своей норы, – уверенно ответил я. – А идти лучше малым отрядом. Шума будет меньше. Тебя я тоже не возьму, кто-то должен помочь Молоху охранять острог. Каждый щит сейчас на счету. К тому, же ты будешь следить за работами. Пятница тебе в помощь.

Урзул криво усмехнулся, но всё же перестал ворчать.

Я повернулся, протягивая ему сложенный вчетверо лист бумаги.

– Что это? – буркнул он.

– Планировка. Зарра рисовала под моим присмотром. Оборону острога нужно улучшать. Нападение Хаш’барога ясно это показало.

Старик развернул листок, всматриваясь в схематичный чертёж острога и его окрестностей. В основном, изменения касались наружней части, но кое-что следовало сделать и внутри.

– Нужно углубить ров. Вынутый грунт поднять и поверху укрепить кольями, остриём наружу. Всё что останется, перенести на центральную насыпь перед воротами. Установить на ней новые рогатки. Пусть проход будет узким, а склоны крутыми. Внизу вырыть волчьи ямы. Не хочу, чтобы в следующий раз враг смог подойти так близко.

Урзул почесал затылок.

– Всё это нужно сделать до заката, – продолжил я.

– Слишком много работы, Кром. У нас нет столько рук.

Я улыбнулся, кивая в сторону башни.

– Не переживай, я уже побеспокоился об этом. Питомец Гили согласился нам помочь, за определённую награду. Да и сам Гили не прочь принести пользу.

– Это что же за награда такая?

– Чёрная плесень и живолист. Так что, перед началом работ отправь к озеру парочку орклинов с корзинами. Только под охраной. Пусть запасутся впрок.

Надо заметить, что наш маленький гость уже успел здесь обжиться. Сегодня он отправился на прогулку, пристроившись к Молоху. Тот как раз делал утренний обход дозорных вышек и стен острога. Ещё пару дней, и малыш откажется отсюда уезжать, а ведь скоро мне предстоит встречать его отца и целую армию диких.

– Считай, что орклины уже отправлены.

– Отлично, – я повернулся к своему небольшому отряду. – Тогда, по варгам! Не будем терять время.

Дорога пролегала через холм, постепенно забирая всё выше к лесу. Среди деревьев по обеим сторонам всё чаще стали появляться чёрные провалы вывернутых скальных пород, словно кто-то громадный выдернул их прямо из земли.

Воздух тяжелел с каждым шагом. С приближением к границам Пустошей менялась не только природа, но и сама её сущность. Как будто этот кусок мира был старше остального, древнее.

Варги двигались рысцой, иногда переходя на шаг, и хищно втягивали носом воздух.

Помимо Зарры со мной отправились два молодых орка – Кхар, который был неплохим стрелком, и Гулкаш, вооружённый секирой здоровяк.

Стоило нам свернуть на плешивую тропку, как пульсирующая в груди нить уверенно потянула меня вперёд.

Я пришпорил варга, двигаясь по следам Грозы, которая прошла здесь совсем недавно.

Через полчаса петляний по пересечённой местности мы вышли к опушке. Впереди на север уходили поросшие соснами кряжи, за которыми лежали те самые Глубины – исковерканные скверной земли.

Край, тысячелетия назад погрузившийся во тьму, из-за которого исчезла предыдущая цивилизация, и едва не погибла эта. Так, по-крайней мере, описывали его древние летописцы.

Звериная тропа, по который мы двигались всё это время, поворачивала налево, уходя вниз по склону. Именно туда меня и тянула путеводная нить.

Проехав ещё с полчаса по петляющей среди валунов и кривых сосен тропинке, мы упёрлись в юго-западную оконечность Мёртвых топей. Здесь мне бывать ещё не приходилось.

Слева, отсюда и до самого горизонта, тянулся горный хребет, подпирающий своими заснеженными вершинами чёрные тучи. Его склоны щетинились острыми как пики скалами, а подножия лежали в вечном тумане болот.

Справа от тропы начиналось криволесье, разбавленное каменными проплешинами и валунами.

Где-то здесь и находилась лёжка моей старой знакомой, потому что нить внезапно перестала тянуть. Пришли.

Над лесом понемногу поднималось солнце, но здесь, в каменном мешке, среди старых сосен по-прежнему царил полумрак.

От самого этого места веяло древностью. Не той доброй, которая была в моём мире, а той, что тянулась из тёмных веков, когда никакого Думграда не было и в помине. В воздухе витали потоки необузданной силы, смешанные с чем-то непоколебимым, как сама природа.

Не удивительно, что Гроза разрослась до таких размеров и впитала в себя энергетику этого места. Только вот, почему лишь она, а не её сородичи? Чем она так приглянулась первородной Силе?

Варги занервничали. Почувствовали, что рядом есть что-то могущественное. Хоть они и стояли с Грозой плечом к плечу в битве при остроге, но присутствие древнего варга, наделённого первородной Силой, не давало им покоя.

Я похлопал по шерстяному загривку своего зверя, и мысленно потянулся к духовному корню, нащупывая нить.

Та мгновенно натянулась, словно поводья, а в ответ вернулся мыслеобраз, который можно было интерпретировать как: «Стой! Опасность! Я иду».

Кусты справа затрещали и между валунов показался массивный силуэт. Через мгновение на прогалину вышел варг с рыжим клочком под ухом и шрамом на боку.

Горящие углями глаза уставились на нас. Осмотрев моих спутников, они задержались на варгах, и, наконец, остановились на мне.

Сгрудившиеся позади воины облегчённо выдохнули. Зарра медленно убрала с рукояти ладонь, которую инстинктивно положила на навершие.

Варги же топтались на месте, поджав хвосты и отведя морды в сторону.

Я спешился, оглядываясь.

Прислушался к звукам леса на случай, если поблизости есть ещё дикие варги, и только после этого сделал шаг.

Гроза присела на круп, не сводя с меня глаз.

– Ну, здравствуй, – я подошёл ближе. – Мне кое-что от тебя нужно.

Гроза на секунду оголила клыки размером с мои кинжалы, и легла полностью, боком привалившись к покрытому мхом валуну. Умные глаза смотрели прямо в душу.

Похоже, привязанность зверя оказалась сильнее, чем я думал. Возможно, самка чувствует во мне схожую с ней Силу. Считает меня равным, ну или по крайней мере достойным её внимания.

Я положил руку на загривок, зарываясь пальцами в грубую шерсть, и прикрыл глаза. Так было проще концентрироваться.

Сейчас главное правильно объяснить, чего я от неё хочу.

Представив приготовленный заранее образ, я прикрепил к нему соответствующую эмоцию, говорящую о моих истинных намерениях, и отправил всё это по соединяющей нас нити.

Отклик пришёл мгновенно.

В голове пронеслась целая буря эмоций, начиная от ярости и злости, и заканчивая непримиримым отрицанием.

Гроза рыкнула, обнажая клыки, и вскочила на лапы, едва не перевернув вросший в землю валун. Ну и силища у неё.

Я остался стоять на месте. Показать страх, пятясь или убегая, значит полностью разрушить устоявшуюся между нами связь. Зверь перестанет видеть во мне равного и просто уйдёт. Или перекусит пополам.

Я скорректировал образ, добавив к нему цель, какую я преследовал, и отправил его снова. На этот раз показывая свою непоколебимость.

Наступил переломный момент. На чашах весов – верный союзник и моя собственная жизнь.

Гроза встряхнула головой, развернулась и пошла в топи, оглядываясь на меня через плечо.

Вот значит как! Согласилась всё-таки!

Я запрыгнул на своего варга и направил его следом, бросив Зарре через плечо:

– Держите дистанцию. Если что, будьте готовы уходить. Я сам справлюсь.

Не дожидаясь ответа, я поспешил за Грозой. Раз уж она решилась мне помочь, нужно идти за ней.

– Мы с тобой, – решительно сказала северянка.

Через полчаса мы вышли к ущелью, в глубине которого скрывалась небольшая проплешина, усыпанная костями животных.

Вокруг хаотично валялись плоские камни с клочками шерсти, а где-то в глубине чернел зев пещеры.

Вот где они обитают!

Гроза уселась в центре и издала утробный рык.

Со всех сторон раздалось ответное рычание, и в глубине пещеры засветились глаза. Много глаз.

Стоящие метрах в двадцати позади меня воины попятились, с трудом удерживая своих варгов. Зарра внешне оставалась спокойной, но я чувствовал, как внутри неё забурлил эфир, напитывая Круги Силы на запястье.

Гроза оставалась спокойной, дожидаясь, когда дикие варги соизволят выйти на свет.

Вскоре на каменном пятаке появилось пять разномастных варгов. Два самца и три самки. По короткому подшёрстку было понятно, что это совсем недавний помёт. Может, лет пять, или чуть больше. Варги долго взрослеют, но и живут лет по пятьдесят-шестьдесят.

Так это её щенки⁈ Или просто молодые самцы? Размерами они были поменьше Думградских.

Я поднял руку, и один из сопровождающих меня воинов выехал вперёд. На боках его варга топорщились мешки с мясом.

Я дождался, когда всадник поравняется со мной, и остановил его. Лично снял тяжёлые мешки и оттащил их к центру площадки.

Дикие ощерились, припав на передние лапы.

Ближе подходить нельзя. Для них я по-прежнему враг и если бы не присутствие Грозы, меня бы уже доедали. Конечно, если бы смогли справиться.

Я вывалил мясо и отошёл на безопасное расстояние. В сознании мелькнул мыслеобраз, собранный из различных эмоций – одобрение, благодарность, доверие.

Но дикие только покосились на предложенное мясо, оскалились и деловито отправились в пещеру. Хотя, слюни текли у всех.

Ладно, первый шаг сделан. Посмотрим, как они отреагируют в следующий раз.

Я кивнул Грозе, выражая таким образом своё признание, и развернулся к своим.

– Оставьте рядом с мясом по одной вещи. Каждый. Пусть запомнят наш запах. В следующий раз придём тем же составом.

Я снял подшлемник и бросил его к мясу. Этого будет достаточно.

Запомнив расположение логова, я развернул отряд и отправился в сторону острога. Ехали молча. Каждый обдумывал увиденное, делая какие-то свои выводы.

Я же только убедился в правильности намерений. Диких варгов приручить можно. Надо только подобрать нужный подход и показать, что ты им не враг.

Не доезжая острога я решил разобраться с ещё одним незавершённым делом. Посетить Ореховку – одну из человеческих деревень, которая формально принадлежала острогу.

Я отправил Гулкаша обратно в Гнилые Зубы, с наказом снарядить повозку с припасами, а сам в сопровождении Зарры и Кхара свернул к Гнилому озеру.

Уже на подходе я убедился, что дела в деревне обстоят ещё хуже, чем были в остроге.

Частокол походил на разъехавшиеся зубы старой клячи. Ворота едва держались на петлях, жалобно скрипя при каждом дуновении ветра. Два десятка избушек, хаотично раскиданные по кругу, давно требовали ремонта. Некоторые и вовсе пора было сносить и отстраивать заново. Только, видимо, некому.

Посреди деревни, где обычно находится лобное место, из земли торчал мегалит, наподобие Агнар-камня. Его грани давно осыпались. Основание покрылось лишайником. А сам он опасно накренился, грозя развалиться в любой момент.

Да, сюда следовало приехать давно. Прислать орклинов, чтобы они хотя бы подняли частокол и наладили ворота. Да много чего можно было сделать.

Подъехав ближе я уже было подумал, что Ореховка вымерла. Вокруг царила зловещая тишина. Ни стука топора, ни разговоров. Даже собаки не лаяли. Только скрип ставен и вой ветра в печных трубах.

Но вот створка в крайней избе внезапно приоткрылась и взгляд уловил мелькнувшую за ней тень. Дверь соседнего дома со скрипом отворилась. На пороге возник сухопарый дедок в обвисших штанах, с ухватом наперевес. На левой руке чернел один-единственный круг Силы.

Тут же из избы напротив вышли ещё три мужика. Один сжимал топор. Двое других, судя по лицам приходящихся ему сыновьями, держали заточенные палки.

Хм, однако! А какого следовало ждать приёма, если этих людей годами морили голодом и отбирали последнее? Хорошо, что с арбалета сходу не влупили, и то ладно.

Хотя вряд ли у них есть арбалеты.

– А ну стой, изверги! – злобно прокряхтел старик. – Чего вам нужно? У нас ничего кроме мышей не осталось. Да и те скоро подохнут. С голодухи-то. Всё уже отобрали!

Я спешился и выставил вперёд ладони, показывая, что не представляю опасности.

– Это ж кто у вас всё отобрал-то, старик? – спросил я, осматривая покосившиеся избы.

– Кто-кто? Зубовские! Сами ж оттудова! Не?

Дед прищурился, пытаясь сфокусировать на мне зрение, чтобы получше рассмотреть.

– Погоди-ка! Полукровный⁈ Ты откудова такой взялся, клыкастый? В Зубах таких отродясь не водилось, – старик в растерянности опустил своё грозное оружие. – Похоже, морок это всё. Совсем котелок не варит уже.

– Не морок я, а Кром, комендант Гнилых Зубов. Зурга больше нет в остроге. Никто больше не посмеет обирать Ореховку. Даю слово. И ты прав – я полукровка.

Старик замер на крыльце, как истукан, и ещё сильнее прищурился, снова пытаясь меня разглядеть. Протянул руку.

– Позволишь?

Я утвердительно кивнул и подошёл к старику вплотную. Ростом он едва доходил мне до груди. На покрытой пятнами макушке блестела плешь, обрамлённая редкими седыми волосами. На лице шрам от виска до губ.

Старик коснулся пальцами моего запястья, ощупал его, и сразу же отдёрнул руку.

– И вправду не морок, – буркнул он, переводя взгляд на трёх молодцев, – раз уж не прибил такой лапищей.

– Как твое имя?

– Пахом я. Староста Ореховки, – склонил он голову. – А ты, стал быть, и вправду на половину человек?

– Моя мать была человеческой женщиной, – подтвердил я.

– А твои Круги? Они правда…

– Да, – не стал я дожидаться вопроса.

Старик сам оказался одарённым. Пусть так и не достиг за всю жизнь второго Круга.

Пахом стукнул рукоятью ухвата по крыльцу.

Мужики расслабились, опуская дреколье. Из домов по одному начали появляться испуганные жители, выстраиваясь передо мной в полукруг.

Некоторые избушки так и вовсе остались стоять закрытыми. Похоже, тяжёлые времена пережили не все.

Я повернулся к Зарре.

– Как вернёмся, отправь сюда повозку с продовольствием и одеждой. Что найдёшь. И двоих-троих орклинов с инструментами. Пусть частокол отремонтируют. Начнём с малого.

Всего я насчитал шестнадцать человек. Три старика, четыре ещё бодрых старушки, три молодца и семейная пара, прижимающая к себе двух детей – девчонку лет шести и пацана постарше. Позади всех с угрюмыми лицами стояли ещё два мужика.

Все в старой потрёпанной одежде и в обмотках вместо нормальной обуви.

– Вам не нужно бояться меня и моих воинов, – начал я. – Я обещаю вам свою защиту. Теперь всё изменится. В остроге есть еда. Сегодня вы все уснёте сытыми.

Я окинул деревню взглядом, ища колодец, но вместо него увидел пересохший канал.

– А что у вас с водой? Почему пересох канал?

Пахом вышел вперёд, опираясь на свой ухват.

– Господин комендант. Раз уж вы сказали, что мы у вас под защитой…– он пожевал губы, будто боялся просить помощи. – Тут такое дело. Речушка у нас пересохла. Уж седмицы две как. Образина там какая-то выше по течению гнездо себе устроила. С тех пор и нет воды. Наши ходили проверять, да только один воротился.

– А есть у этой образины название? – спросила Зарра.

Все потупили взгляды, будто речь шла о чём-то страшном. Очевидно так и было, раз мамашка со страхом прижала к себе детей.

Её муж тяжело вздохнул и вышел вперёд.

– Свистун это, господин комендант, – опустил он взгляд. – С братом мы туда ходили. Думали, может дерево какое перекрыло. Иль бобры хату себе наладили. А там такое! Кое-как ноги унёс, а вот брат так там и остался.

Свистун. Не думал, что когда-нибудь услышу это имя. Так его нарекли столетия назад, и было за что. Редкая, опасная тварь, наделённая первородной Силой. Надеюсь, этот человек ошибся и там завёлся обычный блуждающий тролль. Пусть даже наделённый аспектом Земли.

Я осмотрел испуганные лица селян, видя в их глазах мольбу о помощи. И отказать я им не имел права. Сам только что заявил, что обеспечу им защиту, а значит, взял ответственность за их благополучие.

– Вернём вам водицу. Обещаю. И со свистуном вашим разберёмся.

Я повернулся к своим спутникам.

– Готовьтесь. Выступаем через час.

* * *

– Теперь куда? – Мора покрутил головой, остановив варга посреди развилки. – Нихрена не помню.

Левая дорога плавно входила в поворот, теряясь за высокими соснами. Правая тянулась как струна, а потом упиралась в скалу, скрываясь среди камней. Та, что была ещё правее – петляла меж деревьев, забирая немного назад, в сторону Гнилых Зубов.

Хор остановился рядом, задумчиво скребя щёку.

– Сто лет в Думграде не бывал, – он проехал чуть вперёд, заглядывая за поворот дороги. – Это какой по счету перекрёсток? Что-то я пропустил.

– Пятый, – уверенно ответил Мора. – Я считал.