Текст книги "Бастард Великой Орды (СИ)"

Автор книги: Подготовил Андрей Абрамов

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 9

Я медленно распрямил спину.

– А ну-ка, повтори, что ты только что сказал.

Хрод скукожился, будто над ним нависло лезвие топора. Руки сложились на груди крест-накрест.

– Великий кхазар скончался, господин комендант, – пролепетал старик. – Умер во сне.

– Во сне? – я подошёл к костру, вглядываясь в завихрения огня.

Чушь. Грох’тар был силён, как тысяча кургов. Не мог он так просто взять и не проснуться. Для орка девяносто три года это только расцвет – почти что зрелость. Как для людей едва за тридцать.

Если он и умер во сне, то уж точно не от болезни. Его могли отравить. Мастеров этого подковёрного искусства хватает с лихвой. Снесли с шахматной доски, как пешку.

Не связано ли это с моей скорой отправкой к чёрту на кулички?

Кому это выгодно? Зул’джину?

Маловероятно. Действовать так открыто – глупо. Хотя, орки те ещё теневые убийцы, и не такое бывало. Спрятаться за штору и даже не задумываться, что из-под них торчат ноги пятидесятого размера, для них это в порядке вещей.

– С тобой всё в порядке, великий Кром? – старый торговец заглянул мне в лицо, отвлекая от мрачных мыслей. – Прости, если я принёс дурную весть.

Хрода можно понять. В мире орков, так же как и в моём прошлом, принёсший плохие вести зачастую лишался головы. Наверняка, так бы и случилось, будь на моём месте предыдущий комендант. Но я – есть я. Подобного средневековья, пока я жив, в Гнилых Зубах не будет.

– Всё в порядке, Хрод. Просто не каждый день узнаёшь, что твой отец умер, – я развернулся, глядя старому торговцу в глаза. – А Гулдар? Грэя? Что с ними?

Торговец покачал головой.

– Когда я был в Думграде, Гулдар принял командование Ордой, в том числе и личной стражей Великого кхазара. Маленькая Грэя находилась под его защитой. Но это было четыре дня назад.

Если некто сумел подобраться к отцу так близко, то что ему помешает избавиться подобным способом от Гулдара? И уж тем более от Грэи. А потом настанет и мой черёд.

Нужно срочно заняться магическим даром. Взять, наконец, первую ступень, и готовиться ко второй. Для полной фиксации изменений достаточно выждать три дня.

Иначе, без магического резерва мои Круги ничего не стоят. Закалку нельзя откладывать в долгий ящик, так же как освоение дара призыва оружия.

– Что ты ещё знаешь об этом? Может, какие-то слухи? Среди вашего брата всегда можно чем разжиться, а уж слухами так и подавно.

Хрод пожал плечами, снова наполняя свою чарку.

– Много чего говорят. Думград кипел, словно котёл на привале, когда я там был. Кто-то рассказывал, что видел чёрные мачты в бухте Трёх ветров, кто-то сетовал, как столкнулся на тракте с четырьмя всадниками. Что-то тёмное назревает в Пустошах. Грядут перемены.

Хрод внезапно умолк, крутя на бороде свою чёртову фигурку.

– А что ты думаешь сам? – спросил я торговца.

– Думаю, что нужно запасаться всем, чем возможно, и не высовываться из норы. Или уходить куда подальше. Пока всё не уляжется.

Отсиживаться за стенами острога? Как крыса? Нет. Манёвренность в этом случае будет эффективней.

Но сначала нужно разжиться информацией.

Что-то мне подсказывает, что Грох’тар не причастен к нападению Боргака. Того перехватил кто-то другой. Тот, кто располагал рычагами давления на ублюдка десятника и, одновременно, имел достаточно весомое слово, чтобы влиять на мнение моего отца.

Как бы там ни было – ловушка уже захлопнулась. Теперь счёт пошёл на минуты.

За спиной послышались шаги.

Молох, Урзул и один из воинов, которого я видел впервые, встали напротив.

– Позволь поговорить, Кром. Наедине, – Урзул хмуро взглянул на торговца, давая понять, что чаи гонять пора заканчивать.

Хрод без вопросов поднялся с лежака и отправился к своему лагерю.

Вперёд вышел Молох.

– Горн видел отряд без опознавательных знаков. Отирались вдоль наших границ.

– Есть мысли, кто это мог быть? – я окинул собеседников взглядом.

– Если бы, – пожал плечами Молох. – Можем взять одного, остальных в расход. Если прикажешь.

– Нет, – отрезал я. – Пока просто присматривайте.

Я некоторое время помолчал, думая, стоит ли об этом рассказывать.

– Умер Грох’тар. Четыре дня как. Гулдар принял командование. Сейчас Совет полностью на нём.

Взгляд Урзула посуровел. Мы встретились глазами, и, кажется, подумали об одном и том же.

– Твоя ссылка была не случайной, Кром.

– Так же, как и твоя, – согласился я. – Грох’тар всё спланировал заранее. Потому и отправил нас восвояси. Но почему оставил с собой Гулдара и Грэю?

– Это было бы слишком очевидно. А так, он просто выгнал своего неугодного сына. В чужих глазах всё так и выглядело. Не думаю, что Гулдар и его сестра в опасности. По крайней мере, пока.

Я вспомнил наш последний разговор с отцом. Вот же старый пройдоха. Заставил поверить, что просто изгоняет меня, а сам, по сути, сделал меня недосягаемым для своего врага. Знать бы только, кто он, и каким будет его следующий шаг.

– Нужно узнать, что творится в Думграде, – я подкинул пару поленьев в догорающий костёр.

Урзул покачал головой.

– Тебе нельзя показываться в столице. Будет передел власти. Возможно, война, – старик окинул меня взглядом. – Твоя внешность слишком примечательна. Много ли ты знаешь полукровок в Думграде?

– У меня есть дела поважнее, – я смерил шамана взглядом, тронув себя за запястье. – Отправим разведчиков. Пусть осмотрятся. Только аккуратно. Послушают в тавернах. Поспрашивают на трактах. Город наверняка ещё лихорадит после смерти кхазара.

– Хорошая идея, – согласился Урзул. – Так мы будем знать, к чему готовиться.

– Кто из твоих парней самый надёжный? Надо отобрать двоих. Непримечательных, – я перевёл взгляд на Молоха.

Тот мотнул головой в сторону дозорной вышки.

– Есть пара преследователей. Внешне плюгавые, а сами в любую дыру залезут. Да ещё и вылезут. Думаю, справятся.

– Хорошо, – кивнул я. – Выдай им доспехи постарее. Тесаки какие-нибудь. Да, и убедись, чтобы никакого шеврона с моим именем или Гнилых Зубов на них не было. Вольные бродяги. Просто ищут куда прибиться.

– В оружейной есть старые кирасы с тавром Хаш’барога, – предложил Молох. – Так они быстрее пройдут через заставы.

– Хорошо. Но надо быть начеку. Если учуют слежку, пусть уходят. Геройствовать сейчас не время.

Молох кивком отправил Горна за кандидатами.

– Какая будет задача?

Я внимательно всмотрелся в глаза Молоха.

– Пусть разнюхают, что там вообще творится. Только аккуратно, без лишних расспросов. Слухи, факты, обстановку в кланах. В общем, всё, что происходит вокруг Думграда. Если получится, узнать на каком положении сейчас Гулдар.

– Будет сделано.

– Дай им самых быстрых варгов. Чтобы через три дня они уже вернулись с новостями. В полном составе.

Через полчаса я проводил взглядом всадников и отправился в свои скромные хоромы. Ночевать я пока предпочитал в небольшой каменной пристройке. Удобно и быстро, когда появляется срочное дело.

До башни ещё не дошли руки – прошлые постояльцы изгадили все этажи. К тому же, в подвале проживал тролль Гили. Сам же гоблинский отпрыск предпочитал не появляться на улице, проводя всё время в своём жилище.

Через час я откинулся на перину, задумчиво рассматривая на потолке причудливые тени, отбрасываемые центральным костром.

За ту неделю, что я провозгласил себя комендантом, острог значительно изменился. И в этом не только моя заслуга. Получившие надежду орки, люди и орклины работали не покладая рук, чтобы защитить ставшие для них родным домом Зубы.

Но многое ещё только предстоит сделать. Уйдут месяцы, если не годы, чтобы острог превратился в хорошо защищённый город, способный дать приют сотням свободолюбивых странников.

Утро встретило меня стуком топоров и кудахтаньем кур.

Я вскочил, чтобы быстрее прогнать сон, и сразу же приступил к зарядке.

Сделал растяжку мышц, отжался с полсотни раз, поприседал. Дела делами, а о физическом состоянии тела забывать нельзя. Натянув штаны, я отправился наружу, где у стены с недавних пор стояла наполненная колодезной водой лохань.

Ледяная вода сняла напряжение с мышц и избавила от посторонних мыслей.

Первым делом я отправился провожать торговца Хрода. Его повозки уже выстроились перед воротами в ожидании, когда торговец даст отмашку.

Я с сожалением взглянул на разобранную баллисту, которую так и не надумал покупать, но всё же махнул рукой. Обстоятельства меняются быстрее, чем течёт вода. После вчерашних новостей ещё одно орудие острогу будет не лишним.

– Сколько возьмёшь за красавицу? – погладил я отливающие ржой плечи баллисты, полозьями лежащие на дне повозки.

– Для тебя, Кром недорого, – старик как-то грустно улыбнулся. – Всего пять золотых ушаков. Продать я её вряд ли продам, а тягать такую дылду мне уже надоело. Лучше закуплюсь в человеческих селениях курами да зерном. Глядишь, тебе снова понадобятся.

– И спроси у них про картошку, – выставил я палец вверх. – Это такие круглые корешки, которые едят люди.

Хрод поморщился, но кивнул, убирая в кисет отсчитанные мной пять золотых, и приказал помощникам разгрузить последнюю телегу, больше походившую на тачанку, с её выпирающими из-под брезента массивным ложем и боекомплектом из пяти окованных брёвен.

– Рад, что боги свели меня с тобой, Кром, – Хрод поклонился. – седмицу я поеду обратно. Пройду мимо тебя и выйду на тракт в Гуратан. Там спокойнее.

Я протянул руку, в которой зажал ещё один ушак.

– Личная просьба. Увидишь по пути порядочных людей, тех, кто не боится труда, но ищет защиты, расскажи им о Гнилых Зубах. До встречи, торговец и странник Хрод.

Когда ворота закрылись за последней повозкой, я распорядился перенести составные части баллисты на один из выступов каменной башни и приступить к её сборке. Наверняка, что-то подобное там уже когда-то стояло.

А вот теперь пришло время заняться менее срочными, но не менее важными делами.

Я прихватил с собой Пятницу, оказавшегося рядом, и направился к той самой женщине, которая приволокла в моё скромное жилище перину.

С ней-то я и хотел обсудить одно дельце. Найдя её у колодца, я покашлял, чтобы случайно не напугать.

– Комендант Кром! – воскликнула она, принявшись вытирать руки о подол. – Чем я могу помочь?

– Ты мне уже помогла, – улыбнулся я, припоминая перину и горячую речь на первом сходе. – Я видел здесь много пустующих амбаров. Что в них раньше хранилось?

Женщина потупила взгляд.

– Когда-то в Зубах был достаток. Скотина, птица, запасы зерна. Сейчас всё в запустении.

Я обернулся, указывая на сложенные рядом с кузницей штабеля ящиков с курами и козой.

– Со скотиной пока проблемы, но кур достаточно. Мне нужен ответственный человек, который сможет заняться хозяйством. Чтобы куры как можно раньше начали нести яйца и кормить нас. Ещё есть коза. Её тоже надо пристроить.

Я вспомнил, что так и не спросил имени у человека, который не единожды мне помогал. Странное ощущение. Возможно, это орочья природа, которая иногда берёт верх. Впредь надо не забывать, каково это быть человеком.

– Как твоё имя, женщина?

– Грета, господин комендант. Если вы доверите мне хозяйство, я буду счастлива. Хоть немного отвлечься от скорби по Прошеньке.

Я кивнул. Чего тут ещё сказать.

– Устройте в одном из ангаров курятник. С кормушками, водой и местами для наседок. Стены укрепить, ворота на замок.

– Будет сделано. Помощниц у меня полный дом. Так что управимся.

– Помощников у нас и без вас хватает, – я повернулся к своему спутнику. – Пятница, отправь двух своих парней, чтобы помогли перенести ящики, и сделать всё, как скажет Грета. Это и ваша еда тоже.

– С удовольствием, комендант Кром.

– И ещё одно. Точнее, два, – я оглянулся, ища где бы подобрать подходящее место. – Поля рядом есть?

– Только в Ореховке, господин комендант. Это деревня по ту сторону Гнилого озера, – пояснила Грета. – Но раньше поля были и у нас, за южной стеной. У Транна и плуг с тех времён остался. Только некому заниматься.

Как же всё запущено! Куда не ткни, везде дырка.

– Грета, есть человеческие мужики в остроге? Те кто разбирается в посевных?

Женщина призадумалась.

– Аглай есть. Он раньше на плуге том и пахал, пока к самогону не пристрастился, как его доча потерялась.

– Доча? – я нахмурился. – И давно она пропала?

– Да года два как, милок. Послание отцу оставила, и сбежала. Чай, к жениху.

Я с облегчением выдохнул. Отправляться на поиски беглянки сейчас не самое лучшее время, но раз она с женихом – то ладно. А вот с Аглаем однозначно нужно поговорить. Наставить, так сказать, на путь истинный. Не хватало здесь ещё пьянчуг разводить.

– Сделаем по-другому! – подбоченился я. – Через две седмицы начинается сезон дождей. Грета, покажи Пятнице, где это старое поле. Его нужно вспахать. Пока будем справляться своими силами. Мулы есть. Работники тоже.

– Я попрошу Горна, чтобы он поговорил с этим… Елдаем…– вставил Пятница. – Горн и Вобла…

– Аглаем, Пятница. Аглаем! – я покачал головой. – В общем! Нужно засеять пять мешков из десяти. Остальное перемолоть в муку. Эти берестяные лепёшки у меня уже в горле стоят!

Я прокашлялся, от пересохшего от воспоминаний горла, и продолжил.

– Где стоял торговец, тоже землю вспашите. Навоза, после мулов, там теперь предостаточно. Нужно посадить растения, вон из тех ящиков.

Я указал на соседний штабель.

– Поливать вечером, по ведру на четыре куста, каждые три дня. Ясно?

Отправив Пятницу с Гретой, я двинулся дальше.

Хотя, дойти до следующего пункта мне было не суждено. Из моих бывших хором гордо вышел Гили, держа в руках что-то похожее на папирус, испещрённый хрен знает какими иероглифами.

Следом за ним появился и Молох.

– Всё готово, Кром, – тихо сказал он. – Мы составили послание. Малыш отправит гонца своему отцу. Точнее, много гонцов. Почти всех.

– Хорошая работа, Молох. Держи меня в курсе, как придёт ответ.

Я в очередной раз убедился, что все мои указания начали исполняться, и отправился в свой домик, перед этим переговорив с Урзулом по поводу развития пути Духа.

Думаю, пришло время соединить обе техники воедино.

Взяв из сундучка в комнате две крупицы самых мелких кристаллов, из тех, что остались после победы над Неспящими, я отправился к Транну.

Время продолжить закалку.

На этот раз работа с духовным корнем шла гораздо легче.

Транн растопил горн до сумасшедших температур, но теперь я практически не замечал её. Тело словно обратилось в камень, а душа витала где-то в глубинах подсознания.

Едва глаза закрылись, я всем естеством ощутил как дышат мои каналы. Это были уже не те хаотично разбросанные канавки, как после сильного дождя, а стабильная энергетическая структура, с чётко выверенным маршрутом. Не самая идеальная, конечно, но уже рабочая.

Не знаю уж насколько, но я чувствовал, что становлюсь сильнее, выносливее и быстрее.

Я раз разом прогонял внутри себя энергию, пока, наконец, не понял, что нахожусь на грани.

Кузнец положил мне на загривок две крупицы кристаллов, которые сразу же полыхнули огнём.

Я стиснул зубы, ощущая, как кристаллы прожигают кожу, подобно брошенной в снег раскалённой до бела кузнечной заготовки.

Потоки энергии хлынули в меня, проносясь по каналам словно каменный сель, затрагивая и моё физическое тело, и его ментальную оболочку. Круг на запястье полыхнул огнём, открывая первую ступень Духа.

Где-то далеко, как будто сквозь вату, послышался окрик Транна.

– Выливай!

Раскалённая кожа словно покрылась ледяной коркой и взорвалась миллионами игл.

На какой-то момент я подумал, что действительно лишился кожи. Нервные окончания превратились в оголённые провода. Я ощущал каждую жилку внутри, каждую мышцу, каждую связку. По телу прокатилась приливная волна Силы.

За всё три года тренировок я не испытывал ничего подобного. И не мудрено, простая физическая подготовка ничто по сравнению с закалкой, проводимой в горне, да ещё и совмещённая с усвоением кристаллов.

Теперь оба моих Круга, и Силы и Духа, перешли на первую ступень.

Когда бушующий внутри ураган усмирился, я наконец открыл глаза.

Чёрные прожоги на руке теперь выглядели иначе. Круг Силы стал грубым, подобно сварному шву, с чётко очерченными границами, тогда как Круг Духа будто отделился от кожи и пульсировал в миллиметре над ней, источая еле заметное свечение.

– Поздравляю, Кром, сын Грох’тара! Первый шаг сделан!

Транн хлопнул меня по плечу своей лапищей и рассмеялся.

Я только что-то промычал. Сил не было даже ответить. Всё, теперь в кровать.

Уже выходя из кузницы, я натолкнулся на Пятницу, чуть не сшибя его плечом. Невысокий, но достаточно благообразный орклин топтался под самой дверью.

– Что случилось, Пятница? – пробурчал я.

Тот поклонился.

– Пока ты занимался закалкой, великий Кром, мы приготовили для тебя подарок.

Я невольно вздёрнул брови.

– Как? Ещё один⁈ Не много ли за один раз? Новых имён я для вас ещё не придумал.

Пятница хитро улыбнулся.

– Пройдёмте, господин. Мы с Воблой привели ваше жилище в порядок. Всё отмыли, отчистили. Подлатали крышу. Вобла нашла цветы и поставила их в горшок.

– Я очень ценю, что вы для меня делаете, – я искренне потрепал его за плечо. – Передай всем спасибо. И Вобле тоже.

Распрощавшись с инициативным орклином, я отправился к себе.

Забитые, озлобленные орклины менялись на глазах. Я, конечно, не планировал стать в их глазах идолом – такое мне ни к чему, но вот социализировать их было бы приятно. Перед тем, как заснуть, я решил ещё раз взглянуть на свою магическую структуру. Мало ли, чего пропустил.

Центральный духовный корень стал немного больше. Накопленной в нём маны вряд ли хватит на полноценные заклинания, но техники в пределах первой ступени теперь для меня доступны. Осталось только нащупать их и применить.

Я поднял руку, призывая оружие. На ладони, играя заострёнными гранями, из эфира сформировался кинжал. Изящный, и в то же время практичный клинок. Удобная рукоять. Идеально заточенное лезвие с долом. Оружие второго шанса, которое всегда будет со мной и явится по первому зову.

Минута – закончил я счёт, когда кинжал растаял в воздухе. За минуту, при должной сноровке, можно успеть многое. Скоро я смогу призывать его на час и больше.

Уже почти открыл глаза, когда внутренний взгляд зацепился за тонкую, толщиной с волосинку, паутинку, тянущуюся со всех сторон к духовному корню.

Что за чёрт?

Осмотрев структуру магической системы, я вдруг понял, что за последние полчаса объём накопленного при закалке эфира увеличился. На крохи, но всё же.

Погоди-ка! В голове промелькнула догадка.

Я вспомнил самые сложные поединки в своей жизни. С самого детства и до последнего боя с Зургом.

Тогда, в момент схватки, я не сразу почувствовал, что произошло, но сейчас картинка сложилась полностью.

Уже на исходе сил, когда я обхватил гобла голыми руками, я почувствовал некий духовный удар. Скорее, даже толчок. А Зург в это время заметно потерял в силах.

Вот о каком гнилом даре говорил отец, когда выгонял меня! Ни человеческие черты лица, ни острый ум и даже не стратегическое мышление – способность тянуть эфир из других.

И в полную меру он проявился только после первой ступени.

Ну что ж, проверим, как это работает.

* * *

Ночь выдалась ужасной.

Тело будто противилось новым изменениям. Горело изнутри, словно в него сыпанули ковш раскалённого угля, скручивалось, заставляя трещать кости.

Каналы трепетали, то вспухая, то сжимаясь до толщины игольного ушка.

Разум мутило.

Всё это длилось вечность.

Внезапно слух уловил еле слышимый стрёкот. По крыше забарабанил град. Над острогом с надрывом зазвонил тревожный колокол.

Что это?

С трудом управляя телом, я поднялся с мокрой от пота перины и вышел на крыльцо.

Где-то далеко громыхала гроза.

Небо озарялось вспышками, а над головой гремел гром, сыпя с неба пеплом. Но я знал этот звук лучше, чем себя – бомбарду невозможно с чем-либо спутать.

Я взглянул на вышки, но вопреки всему увидел, не то, что ожидал.

Бомбардисты молчали. Спешно заряжали свои ручницы, поглядывая за частокол.

И тут небо озарила очередная вспышка, превратившая ночь в день. Ворота на мгновение прогнулись и разлетелись в щепки.

Вот же ж… кто бы это не был, но у этих парней тоже есть большие пушки.

Глава 10

С неба полетели щепки. Я схватил стоящий у двери тесак и бросился во двор.

Краем глаза заметил, как к бомбарде, что стоит перед воротами, несётся Молох. Он и ещё пара стражников принялись спешно насыпать в задранный вверх ствол порох.

Медленно. Слишком медленно. Над всем этим ещё предстоит работать. Нужно сделать дозаторы и распределить зоны ответственности. Один засыпает порох, второй трамбует, третий закатывает ядро. Эх, сколько ещё работы.

Я отмахнулся от Пятницы, который выбежал с лопатой наперевес. Пусть охраняет Воблу. Повоевать здесь ещё есть кому.

Бомбардисты на вышках, наконец, сделали по выстрелу. Пространство перед воротами заволокло дымом, сквозь который в острог вбежало несколько орков.

Где-то справа щёлкнули тетивы арбалетов. Двое из пяти свалились, схватившись за торчащие из горла болты. Оставшиеся трое бросились на меня.

Я принял удар на лезвие тесака. Обвёл клинок противника и рубанул его по шее. Закованный в тяжёлую броню орк осел на колени, свесив в сторону почти отделённую голову. Оставшиеся пали от подоспевшего Урзула.

Тот ловко, несмотря на свой возраст и двупалую руку, подрезал врагу сухожилия и добил быстрым колющим ударом в глотку. Второй поймал глазом брошенный кинжал.

Да, знать бы сколько по ту сторону голов, тогда и можно что-то кумекать. Помощь Грозы сейчас бы не помешала.

Я попробовал установить с ней ментальную связь, но на том конце нити, что связывала нас, была тишина. Похоже, ушла далеко.

В этот момент Молох гаркнул, предупреждая о готовности. В ворота вбежала очередная порция бронированного мяса. Увешанные тяжёлыми пластинами мордовороты с секирами и огромными тесаками. Таких всегда кидали вперёд, чтобы смять сопротивление, не дав ему зародиться.

Ничего, сейчас отведаете наших гостинцев.

Молох поднёс факел к фитилю и мир вокруг пошатнулся. От грохота бегающие вокруг орклины попадали на землю.

Вот это я понимаю большой орочий БУМ-БУМ. Начинённое картечью глиняное ядро выровняло наши шансы. С дюжину орков, успевшие вбежать во двор, превратились в окровавленные куски мяса. Не помогли ни тяжёлая броня, ни усиленное эфиром тело.

Такая взбучка на время охладит их пыл, и даст мне время сориентироваться.

Сбоку подскочила Зарра.

В лёгкой кожаной броне. С кинжалами наперевес. Тёмные волосы разбросаны по плечам, играя на фоне начавшегося пожара. Что ни говори, а эта орчанка даст фору многим красоткам, окружавших меня в прошлой жизни.

– Что прикажешь⁈ – выпалила она.

Я взглядом нашёл Молоха и кивком подозвал к себе. Два воина уже подготавливали бомбарду к следующему залпу. На этот раз работа шла быстрее.

– Беги к Гили. Передай ему мою просьбу, – я быстро шепнул командиру стражи послание и развернулся к Урзулу и Зарре. – Как насчёт того, чтобы прогуляться и наподдать этим засранцам, кто бы они ни были?

Урзул оскалился хищной улыбкой, вытирая с подбородка чужую кровь.

– Веди! Устроим им праздничные гуляния!

Я быстро объяснил подоспевшему Горну, что и как нужно делать. Пока тот бежал доносить приказ защитникам стен, нырнул за угол своей хибары. Шаман и Зарра бежали следом.

Слева от ворот, под земляным валом, находился потайной лаз. Снаружи его было не видно. Вкопанные под углом заострённые брёвна отсекали врага, работая по принципу змейки. Чтобы пробраться в острог, ему приходилось обходить эту преграду и двигаться по заложенному мной же маршруту.

Мы протиснулись под брёвнами и по-пластунски перебрались через ров, зайдя к противнику с фланга. И вот теперь-то я смог в деталях оценить происходящее. Взглянуть, так сказать, врагу в глаза.

Тяжёлое вооружение, как я и думал, было одно. Точно такая же бомбарда, что стоит в остроге. Она пристроилась на склоне холма, направив жерло ствола прямиком на ворота. И то, что она молчала, говорило только об одном – боезапас у напавших на Гнилые Зубы был ограничен.

Навскидку, я насчитал шесть вражеских залпов, последний из которых и разнёс ворота в щепки, повредив часть оборонительных сооружений. Вот откуда хлынул враг.

Я встретился взглядом с бомбардистом на ближайшей вышке и показал ему пятерню, что в боевых отрядах Орды означало начало отсчёта. Следующий мой жест запускал атаку.

Укрывшийся за коваными щитами бомбардист по цепочке передал мой приказ дальше. Теперь счёт пошёл на секунды.

Мы расползлись в стороны, окружая противника, и замерли.

Перед нами, укрывшись за перевёрнутыми повозками, засели как минимум три десятка воинов. Ещё с два десятка раскидало по левой стороне вала. Они укрылись за остатками брёвен, ощетинившись арбалетами.

А где же главный? Кто-то же пригнал сюда это стадо.

Предводитель нашёлся посреди толпы – приземистый уродец, с хитрющей рожей и коротким штандартом за спиной. Сотник. По крайней мере, так мне показалось, когда он быстро отдавал приказы, указывая на вышки.

И тут бомбарда на холме пришла в движение. Пятёрка артиллеристов разворачивала её на дальнюю вышку.

Сука! Нельзя позволить ей выстрелить.

Время пришло.

Я снова выставил пятерню и сжал её в кулак. Да начнётся сеча!

Бомбардисты синхронно высунулись из-за своих щитов и дали залп зажигательными снарядами. Полыхнуло знатно. Как минимум пять или шесть орочьих душ отлетело к праотцам, перед этим устроив толчею своими горящими телами.

В довершение, с башни острога прилетело окованное сталью бревно, размазав нескольких орков прямо перед нами.

Не зря всё-таки купил!

Мы вскочили и бросились на ошеломлённого противника, пока тот ещё не очухался.

Оказавшиеся передо мной два увальня сразу же лишились голов. Напитанное духом лезвие тесака прошло через их тела, как раскалённый нож сквозь масло. И это было только начало.

Зарра вращалась рядом, управляясь одновременно и мечом и кинжалом. Выверенные уколы били точно в цель. Техника северян во всей свой красе – ни одного лишнего движения, удары быстры и смертоносны.

Урзул занялся своим любимым делом – продолжил устроенное бомбардистами огненное представление. Поэтому я и приказал Горну зарядить ручницы зажигательными.

Шаман подхватил бушующее пламя, словно плеть, и закрутил вокруг себя, отрезав часть воинов от основной толпы.

Откуда-то сбоку вывалился здоровяк с огромной секирой. Он наотмашь полоснул мне по плечу, раздирая поддоспешник. Духовный корень полыхнул эфиром, усиливая кожу. Там, где должна была появиться рубленая рана, кровью сочилась только царапина.

Вот что значит закалка в кузнечном горне. О таком я раньше мог только мечтать.

Я бросился вперёд. Левая рука объялась пламенем. Эфирный клинок хищно сверкнул гранями и впился между пластинами брони, пробираясь сквозь рёбра к сердцу.

Орк шумно выдохнул и завалился назад. Секира глухо бухнулась рядом.

Будешь знать, как приходить с оружием в чужой дом.

Мелкий уродец истошно выкрикивал команды, направляя на нас уже пришедших в себя орков.

Когда наши глаза встретились, он что-то ещё прошипел и кинулся в атаку.

Я пнул в колено стоявшего между нами орка и рубанул наискось. Тело рухнуло в воронку от взрыва. Хорошо бы взять этого мелкого живым, но если сдохнет, то поделом.

Вражеская бомбарда уже нацелилась на вышку, но в последний момент лучники на стенах сумели выцелить факелиста, всадив в него несколько длинных стрел.

Молодцы! Вот в чём преимущество тяжёлого ростового лука перед арбалетом. Обычный болт не пролетит такое расстояние, а полутораметровая стрела, при должной сноровке, запросто.

Сотник сдёрнул с пояса два топорика и, расставив руки в стороны, прыгнул на меня. В воздухе отчётливо чувствовалась бурлящая Сила и исходила она не только от этого коротышки.

Мой корень полыхал огнём, напитывая Круг Силы, а со всех сторон к нему тянулись нити отобранного у врагов эфира.

Я отбил атаку веерным ударом. Один топор отлетел в сторону, второй лишился половины лезвия. Мелкий осклабился и попытался дотянуться до моей шеи, выдёргивая из-за пояса изогнутый кинжал.

Не так быстро, вонючка!

Внутри полыхнул эфир, наполняя Круг Силы энергией.

Мир вокруг будто замедлился. Краски сгустились. Наполненные мощью мышцы вздулись.

Я перехватил корявую руку, оттянул в сторону и одним коротким ударом отсёк её по самое плечо.

Главарь завопил, отмахиваясь от меня оставшейся рукой. Но не тут-то было.

Схватил его за нагрудник, встряхнул как курёнка и всадил рукоятью тесака в челюсть.

Поговорим позже, малыш, если выживешь.

Я отбросил его бесчувственное тело в сторону и бросился на помощь Зарре.

В этот момент над полем боя прогудел рог и со стороны тракта вышло подкрепление. Волчьи всадники. Три, чёртовых, десятка.

Да чтоб вас!

Стиснув зубы до хруста, я бросился в самую гущу. Всадники доскачут секунд через тридцать. За это время нужно добить оставшихся перед воротами, чтобы встретить подкрепление.

В этот момент ментальная нить зашевелилась. С той стороны пришёл эмоциональный отклик. Просто образ – жди! Я мчусь на всех парах!

Несколько мгновений спустя Гроза с фланга врезалась в всадников, раскидывая их словно щенят. Размерами она почти в полтора раза превосходила самого крупного варга. А по ярости, наверное, в десятки раз.

Я чувствовал, что наша связь только окрепла. Гроза не ушла от меня, а всегда была рядом, выжидая нужный момент.

Но это ещё не финал. Истерзанные ядрами стены острога содрогнулись от ужасающего рёва.

Остатки ворот слетели с петель и на вал вывалила огромная фигура курга, на загривке которого гордо восседал маленький Гили.

Он что-то проорал, взмахнув рукой, и тролль принялся крушить раскиданных вдоль вала орков. Он просто давил их ногами-тумбами, а особо прытких хватал за головы и отправлял в недолгий полёт до стены острога.

С дикими воплями, словно муравьи, из молодого сосняка высыпали оставшиеся дикие гоблины. Они атаковали всадников, прыгая им на спины и швыряя свои дротики.

И вот это уже пошатнуло веру врагов в победу. Оставшиеся бросились бежать, роняя оружие и шлемы. Вражеские артиллеристы тоже дали стрекача, оставив бомбарду одиноко стоять на холме.

Я окинул испасханное взрывами поле и с силой воткнул тесак в землю.

Острог выстоял. Победа наша!

* * *

Несколько часов мы собирали отвоёванные трофеи.

Ничего оставлять я не желал. Всё это омыто кровью и по праву сильного принадлежит мне.

Десятки поломаных секир и тесаков, кирасы, шлемы, сапоги – всё это пойдёт на переплавку. Металл мне нужен.

Трупы орков перевезли на телегах подальше от острога, свалили кучей в овраг и подожгли. Чёрный дым будет валить ещё не один день, как символ того, что в Гнилые Зубы лучше не соваться.

Бомбарду и ящики с ядрами приволокли в острог. Теперь эта «малышка» будет служить мне.

С ремонтом острога мы, конечно, повозились. Часть брёвен перед воротами пришлось откопать – в этом хорошо помог Гили со своим милым питомцем. Тролль просто выдёргивал их как сорняки, складывая ровными кучками. Всё это пойдёт на восстановление ворот и замену разбитых секций частокола.