Текст книги "Благословленные Магией (СИ)"
Автор книги: KJIEO
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 66 страниц)
Вот и сейчас шатен только сокрушенно простонал и сполз спиной по стволу дерева, который все еще подпирал. Поттер подошел к другу и положил ему руку на плечо в знак поддержки.
– Не могу. – Пробормотал Сириус, роняя голову на грудь. – Не могу видеть, как она улыбается этому сальноволосому ублюдку. Почему она ему улыбается, а мне достается только злой взгляд? Чертов Джон Малфой. Все он. – В сердцах он стукнул кулаком по земле и поднялся на ноги.
Больше никто не проронил ни слова, и друзья отправились к школе.
Красивая 16-ти летняя девушка стояла на вершине Астрономической башки, сложив руки на перилах. Был поздний вечер. Достаточно холодный ветер развевал длинные волосы и мантию с нашивкой Слизерина. Диана Малфой, а это была именно она, как будто не замечала этого, смотря вперед. Следы дорожек на ее щеках выявляли, что она недавно плакала. Теперь же ее губы просто подрагивали, а руки судорожно схватились за перила. Она прикрыла глаза и выдохнула, пытаясь успокоится. Только здесь она могла побыть наедине со своими невеселыми мыслями. В гостиной факультета ее постоянно преследовали внимательные глаза старшего брата, который в отсутствие отца, выполнял его обязанности. Люциус следил за сестрой и постоянно указывал ей, что ей надлежит делать, как себя вести и говорить, чтобы не опозорить Род. Скандалов не было, потому что Малфои не «выносили сор из избы». Просто высказав, что блондин считал нужным, конечно без свидетелей, он уходил, понимая, что у сестры просто нет выхода, и она вынуждена принимать все «правила и обязанности наследника Древнего и Уважаемого Рода». В большинстве случаев после таких «наставлений» Диана убегала прочь от любопытных глаз, чтобы дать волю эмоциям. Только наедине с собой она могла снять маску «надменной и холодной аристократки». Да, был еще Северус, ее лучший друг, которому она могла доверить свои секреты, зная, что тот и под Круциатосом не выдаст их. Для них обоих была важна их, так редко встречающаяся у слизеринцев, дружба.
Было достаточно поздно и надо было возвращаться в гостиную, чтобы Люциус наутро не разразился тирадой, что «не подобает Леди шляться ночами по пустому замку». Вытерев остатки слез, она уже хотела развернуться, но почувствовала, как дверь в башню открылась, и кто-то зашел внутрь. Снова нацепив на себя «маску надменной и холодной», она развернулась и столкнулась с удивленным взглядом ониксовых глаз.
Сириусу не сиделось на месте. Когда все уроки были сделаны, ему было скучно оставаться в гостиной Гриффиндора, и он решил прогуляться по замку, надеясь на приключения. Джеймс сначала вызвался прогуляться с ним, но его отвлекла Эванс, с которой он наконец-то стал встречаться в начале этого курса. Лилиан считала своим священным долгом лично проверять все ли предметы выучены ее «нерадивым и взбалмошным» возлюбленным. Блэк похлопал по плечу друга, который, тяжело вздохнув, но поплелся за любимой.
И вот погуляв по замку где-то час, он решил подняться на Астрономическую башню, чтобы полюбоваться шикарным видом с самой высокой части школы. Но, зайдя внутрь, он удивленно выдохнул, увидев у перил давнюю подругу и предмет своих мечтаний.
Увидев, кого принесла нелегкая, Диана прикрыла глаза и скривилась.
– Чего тебе, Блэк? – Небрежно бросила она, думая, как бы быстрее смотаться, но чтобы он не понял, что она просто не хочет оставаться с ним наедине. И не потому что ей было неприятно его общество.
Как раз наоборот. Она боялась, что не выдержит и выдаст свои чувства, которые обуревают ее уже почти год и с которыми безуспешно борется. В прошлом году она стала замечать, что Сириус превратился в по-настоящему обаятельного юношу. Благодаря квиддичу он вытянулся и возмужал, а его любимые рубашки с расстегнутыми верхними пуговицами придавали ему сексуально-небрежный вид. Красивые и утонченные губы так и манили попробовать их на вкус.
Сбросив с себя наваждение, Диана взмахнула волосами и вперила в бывшего друга напряженный взгляд. Выйдя из минутного ступора, Сириус сделал несколько шагов вперед. Подумав, что парень воспринял ее вопрос риторическим, она решила быстро ретироваться. Когда Диана проходила мимо него, Сириус легонько поймай ее пальчики с длинными ноготками в свою руку. Малфой от неожиданности замерла, шумно выдохнув.
– У тебя что-то случилось, Диана? – Прошептал парень, внимательно смотря на девушку.
– Тебе-то какое дело, Блэк? – Устало пробормотала она, прикрывая глаза. Как она и боялась, он заметил дорожки от слез. Или припухшие от покусывая губы выдали ее. Сейчас все это казалось не важным. Сейчас она хотела только одного: чтобы Сириус не отпускал ее руки. Но, одновременно с этим, она боялась, что он заметит ее слабость.
– Раньше мы все друг другу рассказывали. – Пожал плечами парень.
– Вспомнил. – Фыркнула Диана, грубо вырывая свою руку из его ладони. Сдержав разочарованный стон, она решила сделать вторую попытку ретироваться.
Но Блэк явно не хотел отступать, надеясь именно сейчас наладить отношения с подругой.
– Я могу чем-то помочь? – Спросил он, разворачиваясь к ней.
Она замерла у двери. Вопрос застал ее врасплох. Ответ вырвался сам собой, прежде чем она поняла, что именно она сказала. Развернувшись, она усмехнулась и сложила руки на груди.
– Женись на мне.
На несколько мгновений воцарилась полнейшая тишина. Молодые люди даже затаили дыхание. Увидев, как смешно вытянулось лицо у шатена, Малфой рассмеялась. Но это был невеселый смех, а скорее истерический. Когда она осознала, что сказала, Диана попыталась обратить все в шутку. Тогда бы она сказала напоследок что-то «лестное» и побежала бы сломя голову в свою гостиную, кроя себя на чем свет стоит за несдержанность.
– Хорошо.
Диана не сразу услышала тихий, но уверенный ответ. Она даже подавилась смехом, смотря, что Сириус серьезно смотрит на нее. Стушевавшись, она отступила в сторону и отвела взгляд.
– Что хорошо? – На всякий случай переспросила она охрипшим голосом.
– Если это поможет тебе, то хорошо. – Ответил Блэк, делая пару шагов к ней. – Я женюсь на тебе. Это решит твою проблему?
Пару минут Диана изображала из себя выброшенную на берег рыбу. Растеряв всю свою невозмутимость, она глупо хлопала глазами и открыла рот. Сириус говорил так, как будто предлагал не жениться, а сходить с ним в Хогсмит. Девушка долго не могла придти в себя, а когда очнулась, пришла в искренне негодование.
– Ты совсем рехнулся? – Выкрикнула она. – Как ты можешь так спокойно рассуждать об этом? Ты что о себе возомнил, Блэк? Ты явно меня спутал с какой-нибудь смазливой идиоткой, которая вздыхает по твоей симпатичной мордашке. Я не такая. Ты…
– Ты считаешь, что у меня симпатичная мордашка? – Оборвал ее шатен, чуть приподнимая губы в усмешке, а в глазах уже играл озорной огонек.
Диана запнулась, снова впав в ступор. Поняв, что опять не сдержалась, она была готова стукнуть себя по голове чем-то тяжелым. Несколько минут молодые люди смотрели друг на друга.
– Ты такая красивая. – Очаровательно улыбнулся Сириус, решив идти ва-банк.
– Прекрати немедленно этот цирк, Блэк. – Видя, что друг откровенно издевается над ней, Малфой кричала, борясь с тем, чтобы уже парня не стукнуть чем-нибудь тяжелым.
– Это не цирк. Я люблю тебя, Диана. – Выпалил шатен, сжав от ярости кулаки. И, чтобы развеять последние сомнения в правдивости своих слов, он преодолел расстояние между ними. Нежно взяв ее лицо в свои руки, он прикоснулся своими губами к ее губам.
Диана не сразу поняла, что происходит. Все происходящее для нее было как в замедленной съемке. Вот Сириус выкрикивает слова любви, а в следующее мгновение она ощущает на своих губах его жаркое дыхание. «О, Мерлин Великий, мы же поцеловались». Осенила ее мысль. Ее глаза расширились, а губы приоткрылись. Серые глаза в шоке уставились на спокойные черные глаза.
После легкого и короткого поцелуя, Блэк отстранился, ожидая реакции. Он был уверен, что сейчас схлопочет либо пощечину, либо Оглушающее заклинание. Но он бы сейчас и Круциатус принял с улыбкой. Наконец-то случилось то, о чем он мечтал так давно.
– Это неправда. – Прошептала Малфой, стараясь сохранить остатки самообладания. – Ты не можешь меня любить.
– Почему? – Еле слышно отозвался Сириус, не веря, что его не прибьют на месте. – Из-за того, что я темный волшебник, как говорил твой отец? Брось, Ди, ты же не веришь этому.
Чуть улыбнувшись на детское сокращение ее имени, которое она уже успела подзабыть, она мягко отстранилась и снова подошла к перилам. Блэк выдохнул и медленно повернулся к ней, радуясь, что она не убежала.
– В любом случае это не имеет никакого значения. – Проговорила Диана, смотря вдаль. – Я выхожу замуж, Сириус. Отец договорился с семьей Розье. И через месяц меня обвенчают с Кристианом.
– Не бывать этому. – Услышала она ответ. Развернувшись, она мягко улыбнулась. Блэку же было не до смеха. Он сжал кулаки, и, казалось, сам воздух вокруг него стал наэлектризоваться. Диане даже показалось, что вокруг друга появилась темная аура. Впрочем, это мог быть и обман зрения, была уже глубокая ночь. – Я не допущу этого. – Сириус опасно сузил глаза.
– Ты же знаешь, как это бывает, Сиря. – Опустила голову Малфой, сама не заметив, как тоже назвала друга детским именем. – Мы, чистокровные, не властны над своими судьбами. От наших желаний ничего не зависит. Я привыкла к тому, что отец расписал всю мою жизнь. И воспитывал соответствующе моему имени. С кем дружить, на какой факультет идти, с кем жизнь связать. Ох, как же все это бесит. – Совсем сникла она, тяжело вздыхая. – Как давно?
– Что?
– Как давно ты любишь меня?
– 2 года. – Выдохнул Сириус. – С 4 курса.
– А я с прошлого. – Лукаво улыбнулась Диана.
– Что? – Опешил Блэк, не веря услышанному.
– Неужели ты думаешь, что если бы я не любила тебя, я бы позволила тебе меня целовать? Как минимум ты получил бы Ступефаем. – Рассмеялась девушка, вызвав ответную улыбку у юноши. – Ладно. – Снова стала серьезной Малфой. – Пора возвращаться. Люциус мне завтра устроит, узнав, что я пришла посреди ночи.
– Ты не ответила. – Напомнил ей Сириус. – Неужели ты думаешь, что теперь, когда я узнал, что мои чувства взаимны, я позволю тебе выйти за кого-то другого?
– Сириус. – Устало выдохнула Диана и стала объяснять, как глупому ребенку. – Отец заключил с Розье магический договор. Его очень сложно расторгнуть.
– Но не невозможно. – Улыбнулся Блэк. – Ди. – Позвал он, подбегая к ней и, схватив ее за руки, в мольбе заглянул ей в глаза. – Одно твое слово и все изменится. Ты выйдешь за меня? Официальное предложение я сделаю позже, а сейчас мне нужен твой ответ.
– Да отец скорее удавится, чем благословит нас. – Выкрикнула девушка, отбегая от него. – Он не переносит тебя, не переносит Леди Вальпургу. Цисса тоже Блэк, как и ты, но отец благословил их с Люциусом на венчание. Дело не в фамилии. Отец жаждет породниться с вашим Родом, но он никогда не отдаст меня тебе. Дело в тебе, Сириус. – Выдохнувшись, она перешла на шепот. Парень непонимающе смотрел на нее, тогда Диана продолжила. – Дело в том, что ты и твоя мать не поддерживаете «идеалов чистой крови». Дело в том, что вы не мечтаете истребить всех магглов и магглорожденных волшебников. Дело в том, что отцу не нравилось, как ты и наше общение влияли на меня. – Еле слышно закончила она. – Нет, Сириус, скорее Ад заледенеет, чем отец благословит наш союз.
– Я не отдам тебя. – Упрямо смотрел Блэк на возлюбленную. – Ни Розье, ни кому-либо еще. Теперь я костьми лягу, но ты будешь моей женой. Моей и ничьей больше.
Малфой на это только рассмеялась, насколько по-детски это прозвучало. Как будто он хотел игрушку, а взрослые отказывались ее покупать. Но девушка понимала, что шанс есть: если уж Сириус Блэк чего-то желал, то он это получал. И в ход шли самые разные способы.
– Я люблю тебя, Сириус. – Прошептала Диана на выдохе, и у юноши от счастья замерло дыхание. Слишком долго он мечтал услышать эти слова. – Но, к сожалению, Малфои никогда не женятся по любви.
– Тогда твой отец узнает следующее: если Блэки влюбляются, то ВСЕГДА получают свое.
Шатенка снова рассмеялась. Появилась слабая надежда избежать ненавистной свадьбы. Она скорее бы расцеловала жабу, чем провела всю свою жизнь с ненавистным мужем. Одна мысль о поцелуе с Кристианом Розье вызывала у нее рвотные позывы. Не говоря уже о том, чтобы ложиться с ним в одну постель. Но также она прекрасно понимала, что Джон Малфой скорее выйдет на улицу с транспарантом: «Магглы, я вас люблю», чем позволит ей выйти за Сириуса замуж.
Снова посмотрев на возлюбленного, Диана отметила упрямый и уверенный взгляд черных глаз, которые обещали все муки Ада тем, кто посмеет встать у него на пути. Не желая больше сдерживать себя, она подбежала к юноше и, обняв его за шею, впилась в его губы страстным поцелуем. Блэк не растерялся и, прижав ее к себе, пылко ответил на поцелуй.
– Помечтали и хватит. – Нехотя разорвала поцелуй Малфой спустя пару минут. Тяжело дыша, она столкнулась своим лбом с его лбом, все еще обнимая его и наслаждаясь его прикосновениями. – Спокойной ночи, Сириус.
Подарив любимому ласковую улыбку, она провела ладошками по его щекам, чуть поцарапав ноготками. Блэк шумно выдохнул, прикрывая от наслаждения глаза. Еще раз поцеловав его, Диана мягко выпуталась из объятий и вышла с башни.
Выйдя за дверь, девушка только на мгновение прислонилась к ней спиной, приходя в себя, а потом сорвалась с места и побежала в подземелья, моля Высшие силы, чтобы Люциус не сторожил ее в гостиной. Скандала на ночь глядя она бы не выдержала. На ее счастье Высшие силы ее услышали, и Диана быстро ретировалась в спальню. Правда уснуть у нее в эту ночь так и не получилось.
Комментарий к
Уважаемые читатели, продолжение выкладывать?
========== Часть 3 ==========
Глава 3
Не став дожидаться, когда все проснуться, Диана спустилась в гостиную в надежде выскользнуть незамеченной. Но ее мечтам не суждено было сбыться.
– Где ты была, Диана?
Девушка уже почти преодолела половину гостиной, направляясь к выходу, когда ее настиг пропитанный ядом голос брата. Медленно повернувшись, шатенка увидела Люциуса одетого в школьную форму и мантию, который сидел в одном из кресел. Блондин развалился в кресле, поставив локти на колени. На переплетенные пальцы он положил подбородок. Он был спокоен и холоден, но Диана знала, что это все обман. Внутри души брата бушевал настоящий ураган, и девушка знала, против кого он направлен.
– Я задал тебе вопрос. А ты знаешь, что я не люблю повторять свои вопросы.
– Мне не спалось. – Ушла от ответа шатенка. – Решила прогуляться и забыла о времени.
– Ты ведешь себя, как взбалмошная девчонка. – Процедил сквозь зубы Люциус. – Повзрослей уже. Ты абсолютно неуправляема. Я устал выслушивать от отца его недовольства тобой. Ты хочешь его разгневать? Хочешь, чтобы он снова тебя наказал? Я больше не буду тебя выгораживать. В отсутствии отца тут я за тебя отвечаю. Я устал объяснять тебе очевидные вещи. Ты Малфой. Это не просто имя. Это призвание. Это обязанность. Ты наследница Древнего и Уважаемого Рода. Прими это и веди себя соответствующе. А шляться по ночам это неподобающе. Тем более одной.
Выслушивая все это, Диана боролась только с желанием закатить глаза. Опять эти высокопарные речи о том, как подобает и не подобает себя вести девушкам ее круга. Как ее это достало. У нее не было настоящих друзей, кроме Северуса. Люциус с отцом видели в ней только разочарование, чтобы она не делала. Цисса с Беллой «дружили» с ней только потому, что она Малфой. И никто не знал ее настоящую, кроме Северуса и то, только когда они были наедине. И, конечно, она даже не догадывалась, что друг по уши влюблен в нее. Для нее он был просто лучший друг, в общении с которым она отдыхала от своей «маски».
– Прости, Люциус. – Только и вымолвила она, низко опустив голову в знак смирения.
Когда брат или отец находились в гневном состоянии, Диана выбирала выжидательную политику, покорно со всем соглашаясь. Потом в своей комнате в мэноре или тут в школе, найдя пустой класс, она запиралась, накладывала оглушающие чары и давала выход своей энергии и злости. Это все, что ей оставалось. Потому как на выбор и собственное мнение у нее права не было.
– Прости. – Повторил ее слова блондин, скривившись. – Диана, ты уже не ребенок, которому все сходило с рук. Ты уже не пятилетняя девочка в платьице. Ты взрослая девушка. Тебе скоро 17. И в твоих же интересах прекратить испытывать терпение отца и слушаться его. И меня, когда его нет рядом. Ты сейчас меня хорошо услышала? Больше я повторять не буду. В следующий раз я все расскажу отцу, и пусть он тебе объясняет, как тебе следует себя вести.
Диана кивнула, и брат, довольный ответом, покинул гостиную. Девушка стиснула кулаки и зубы, с огромным трудом сдерживая слезы безысходности. Она прекрасно знала, как отец умеет «объяснять». Самое безобидное – это домашний арест и штудирование Кодекса Малфоев, который был для членов Рода, как Библия для магглов.
Заметив, что ученики стали спускаться со своих спален, Диана вернула себе холодный взгляд и надменный вид. Почти не реагируя на приветствия, она поднялась в спальню, чтобы принять душ и собраться на завтрак.
А в это время Сириус Блэк сиял, как начищенный галеон, идя со своими друзьями в главный зал на завтрак. Джеймс и Ремус пытались выведать у него причину его радости все утро. Единственное, что им удалось выяснить, что тут замешана Диана Малфой. Судя по хитрому и довольному виду друга, их отношения стали налаживаться, что не могло радовать Поттера и Люпина. Впервые их друг был как никогда счастлив.
– Бродяга, сжалься. – Простонал брюнет, выбегая вперед и хватая друга за плечи. – Ну, говори давай.
– Пока не могу, Сохатый. – Уклончиво ответил Сириус, продолжая загадочно улыбаться. – Пока это еще под вопросом. Я не хочу сглазить. Слишком многое поставлено на карту. Я не могу рассказать. Помни, и у стен есть уши. Так что пока это тайна.
– Но нам ты можешь доверять. – Поддержал товарища Ремус. – Мы могила, ты же знаешь.
Поттер и Петигрю состроили самые честные лица и активно закивали. Но Блэк был неприклонен.
– Поверьте, друзья, вы первые все узнаете, но здесь очень серьезное и деликатное дело. Я не могу рисковать. Если хоть кто-то хоть пол-ухом услышит, все полетит к чертям, и… – Сириус запнулся, заметив Люциуса в окружении Нотта, Гойла и еще пары слизеринцев.
Те заходили в главный зал, что-то тихо обсуждая. Заметив Розье, он чуть не зарычал, а вокруг него снова появилась темная аура. Так бывало уже несколько раз, когда Блэк был очень зол. А в данный момент он был готов вцепиться в глотку сопернику. Тот, как будто почувствовав тяжелый взгляд гриффиндорца, начал оглядываться. Увидев шатена, он отшатнулся в страхе и поспешил за друзьями. Это приподняло настроение Сириуса. Он победно усмехнулся, успокаивая свою магию, и, как ни в чем не бывало, направился в главный зал. Остальные Мародеры только переглянулись в недоумении и последовали за ним, зная, что Блэк все расскажет, как только сможет.
– И где же ты была? – Насмешливо спросила Белла у Дианы.
Первым уроком было сдвоенное зельеварение с Гриффиндором, что, само собой, не способствовало хорошему настроению у представителей змеиного факультета. Противоборствующие факультеты разбились на кучки, стоя у входа в кабинет Слизнорта, что являлся деканом Слизерина и преподавателем предмета Зельеварения. Ученики бросали друг на друга предупредительные взгляды, ожидая появления учителя.
Диана, Белла и Цисса стояли чуть в стороне, чтобы их никто не подслушивал. Они и говорили в пол-голоса. Малфой так и не спустилась на завтрак. Утренний разговор с братом напрочь отбил аппетит, и девушка решила после душа сразу идти на занятия. И сейчас она как могла боролась с желанием посмотреть на возлюбленного, чувствуя его взгляды. Она только молилась, чтобы этого никто не заметил или не придавал им того значения, которые они за собой несли. Люциус стоял неподалеку в окружении своих друзей и контролировал все происходящее вокруг. И сейчас, когда на горизонте замаячило спасение от ненавистного брака, она боялась даже вздохом разрушить и без того хрупкое положение вещей. Она понятия не имела, что мог придумать Блэк, но была согласна на все, лишь бы вместо ненавистного Розье видеть рядом только любимое лицо Сириуса.
– Гуляла. – Небрежно отмахнулась Малфой, надеясь, что подруги не будут допытываться. Но сестры Блэк были настроены решительно.
– Люциус места себе не находил. – Продолжала усмехаться Белла, переглядываясь с сестрой. – Мы думали, он пятнами покроется от злости. Ждал тебя до самого конца. По-моему даже в спальню не поднимался. Так и уснул в кресле, наверно.
Диана чуть не ахнула от этих слов. Неужели когда она вернулась в гостиную, брат был там и видел ее возвращение? Неужели она не заметила его, настолько уйдя в свои мысли? И почему он не окликнул ее тогда? Или он действительно задремал? В любом случае теперь было понятно, почему Люциус вышел из себя.
– Я просто гуляла по замку и потеряла счет времени. – Как можно безмятежнее пояснила шатенка. – А Люциуса, скорее всего, просто не заметила, когда вернулась.
– Однажды ты доиграешься, Диана. – Многозначительно сказала Нарцисса, и ее сестра кивнула, соглашаясь.
На счастье шатенки пришел Слизнорт и попросил всех заходить в класс. Стараясь не показывать, как она рада окончанию неприятного разговора, она поспешила вперед.
Заняв свое место рядом с Северусом, она села за парту и попыталась сосредоточиться на словах преподавателя. Но мыслями она вновь и вновь возвращалась на Астрономическую башню. Губы еще помнили мягкие и теплые губы Сириуса Блэка, которые уносили ее прочь от ее обязательств перед отцом, братом и вообще перед всем магическим миром.
Видя совсем не учебный настрой подруги, Снейп взял всю готовку зелья на себя. Видя, что Диана снова «замечталась», он мягко отводил ее руку, в которой было зажат неправильный ингредиент, в сторону. Подруга только мягко улыбалась, смотря на него извиняющим взглядом. Северус единственный кто не стремился расспрашивать ее о «ночных гулянках», и она была ему за это очень благодарна. Сам же Снейп знал, что подруга сама расскажет, если посчитает нужным. Они никогда не «лезли друг другу в душу», но и тайн у них не было. Но, как и Блэк, она боялась рассказывать, пока не будет официального объявления.
Впервые Диана с трудом высидела занятие одно из любимых ее предметов. Северус постарался, как всегда, на славу, сдав идеальное зелье и заработав для Слизерина 20 баллов. Но Провидение как будто издевалось над девушкой. Следующим уроком шла сдвоенная Трансфигурация и опять с Гриффиндором. Диана была готова выть от безысходности. Больше всего на свете сейчас хотелось кинуться в объятия любимого, и его взгляды, которые он украдкой кидал на нее, никак не помогали собраться с мыслями.
МакГоногалл, в отличие от своего коллеги Слизнорта, была до невозможности пунктуальна и строга. Едва раздался звон колокола, сообщающий о начале урока, дверь открылась, и учитель попросила всех зайти в класс. Зная о предвзятости декана Гриффиндора по отношению к факультету змей, Диана собрала все свои мысли в кучу и полностью сосредоточилась на уроке. Правда старая кошка (преподаватель была анимагом и умела превращаться в серую кошку) все равно нашла к чему придраться и отняла от недавно заработанных 20 баллов половину. Поэтому на обед ученики Слизерина шли в изрядно подпорченном настроении. Они не понимали, почему МакГоногалл так предвзята, ведь Слизнорт никогда не придирался к Гриффиндорцам и был объективен. Он всегда поощрял ученика, если тот заслуживал, не взирая на принадлежность к тому или иному факультету.
Перед обедом Сириус Блэк быстро вбежал в совятню и наспех написал письмо матери. Пока он писал, его семейный филин спикировал с верхней жердочки и сел на плечо юноши, ожидая послания. Сложив письмо, Блэк прикрепил его к лапке филина и провел кончиками пальцев по перьям птицы. Ласково клюнув хозяина в ухо, филин легко взмыл в воздух и полетел к адресату. Шатен с улыбкой проводил питомца, а потом поторопился на обед, предвкушая разговор с матерью. Он был уверен, что Леди Вальпурга не откажет любимому сыну и приложит все силы и возможности, чтобы добиться для наследника руки и сердца его избранницы.
Буквально влетев в главный зал, он плюхнулся за стол рядом с Джеймсом. Тот чуть не подавился тыквенным соком от неожиданности. Ремус и Питер, сидевшие напротив, в ожидании посмотрели на друга. Сириус, игнорируя нетерпеливые взгляды, бросился наполнять свою тарелку едой. Отпив из бокала сок, он приступил к еде.
– Знаешь, Сиря, это уже ни в какие ворота не лезет. – Негодовал Поттер. – Куда ты бегал?
– В совятню. – Коротко ответил Блэк, продолжая непринужденно есть. – Написал письмо матери.
– И? – Хором спросили Поттер с Люпином.
– Парни, я же все сказал. – Огрызнулся Сириус. – Я не могу пока сказать вам. Наберитесь терпения.
Остаток обеда они провели в молчании. Друзья поняли, что бесполезно что-то выведать у Блэка, пока он сам не решит открыться.
Остаток дня для шатена пролетели, как один миг. Травология с Райвенкло, Чары и, наконец, последний урок ЗОТИ. И вот Мародеры весело направлялись в гостиную своего факультета. Зайдя, Люпин сразу отправился делать уроки, чтобы после ужина было больше времени для игры в волшебные шахматы с Джеймсом. А Петигрю подбежал к какому-то парню с 4-го курса, с которым имел дружбу. Сириус дал знак Поттеру следовать за ним в спальню для мальчиков.
Войдя внутрь, они застали пустую комнату – все ученики были либо в гостиной, либо в библиотеке, либо еще где-то. Сев на кровать Джеймса, Блэк наложил на полог чары тишины. Брюнет воодушевился, понимая, что друг решил ему доверить свою тайну. В нетерпении он сел рядом с товарищем, и весь превратился в слух.
– Сохатый, я только тебе могу довериться. – Даже не смотря на заклинание, Сириус говорил шепотом. Дождавшись кивка от друга, он продолжил. – Но прошу тебя. Заклинаю. Пока не будет сделано официального объявления, никому. Понял? Абсолютно никому.
– Бродяга, ты же знаешь. – Горячо заверил шатена Поттер. – Я скорее умру, чем предам тебя.
– Хорошо. – Поверил Блэк. – Тогда слушай.
Но продолжить ему не дал стук в окно. Обернувшись, друзья увидели филина. Сириус улыбнулся и поспешил открыть окно своей птице. Когда питомец сел на плечо хозяина, Блэк отвязал от его лапки письмо и отпустил филина. Закрыв окно, шатен вернулся к другу, попутно разворачивая письмо.
– Отлично, Джейми. – Заулыбался Блэк, прочитав короткое послание матери. – Все отлично.
– Не томи, Сиря. – Почти умолял Поттер, сгорая от нетерпения.
– Да. – Кивнул друг, убирая в карман брюк письмо. – К тому же мне нужна твоя помощь. – Немного помолчав, он собрался с мыслями и, глубоко вздохнув, продолжил: – Эту полночи я провел с Дианой. Нет-нет, ничего такого. – Торопливо добавил он, увидев вытянутое лицо брюнета. – Я обнаружил ее на Астрономической башне. Она была очень подавлена. Ее отец хочет выдать ее за Кристиана Розье. Я сказал ей о своих чувствах и заверил, что не допущу этого брака. Джейми, она тоже любит меня. – Выпалил Сириус, только сейчас по-настоящему осознав, как он счастлив, что его чувства оказались взаимны. Поттер тоже заулыбался, искренне радуясь за товарища. Он ободряюще похлопал его по плечу и дал знак продолжать рассказ. – У меня есть месяц, чтобы расторгнуть магический договор Розье-Малфой на венчание. Точнее, внести в него изменение. Изменить фамилию жениха. – Пояснил он, подмигнув, вызвав смех у друга. – Теперь ты понимаешь, почему никто не должен знать о моем плане? Если Лорд Малфой узнает, Диане крупно достанется. Я написал письмо матери, попросив ее о срочной встрече в деревне Хогсмит. Как Глава Рода она сможет на равных говорить с Лордом Малфоем. У нее должно получиться уговорить его поменять свое решение. Мне нужна твоя помощь, Сохатый.
– Все, что угодно. – Тут же отозвался друг.
– Мне нужна карта и мантия-невидимка.
– Конечно. – Сразу согласился Поттер. – Такая шалость достойна Мародеров. Нет ничего прекрасней, чем попортить нервы недругам. – Он довольно улыбнулся, но потом вдруг стал серьезным, когда червячок сомнения закрался к нему в голову. – Но, Сиря, – осторожно пробормотал брюнет, – что, если у Леди Вальпурги не получиться уговорить Лорда Малфоя?
Сириус не сразу ответил, тоже вдруг став серьезным. Он был уверен в возможностях своей матери. Леди Вальпурга всегда добивалась своего. Любыми способами. Это качество сын с большим удовольствием перенял у матери. Но, все-таки, и Лорд Малфой тоже был не из робкого десятка. Сириус понимал, что нужен план действий.
– Я не знаю, Сохатый. – Честно ответил Блэк. – Но, если понадобиться, я прокляну всех потенциальных женихов Дианы, пока у Лорда Малфоя не окажется выбора. Я не отдам ее никому. Она будет только моей. И точка.
Такая постановка вопроса пришлась Джеймсу Поттеру по нраву. Он залез под кровать и вытащил на свет свой чемодан. Расколдовав замок, он откинул крышку и вытащил сверток бумаги и мягкую шелковую ткань. Вручив все это другу, он захлопнул чемодан и засунул его обратно под диван.
Сердечно поблагодарив товарища, Блэк засунул добро под мантию и снял завесу тишины. Проверив наличие палочки в кармане мантии и, получив от брюнета пожелание в удаче, Сириус направился к выходу. Быстро спустившись вниз, он покинул шумную гостиную Гриффиндора. Спустившись вниз, он нашел небольшую нишу и спрятался там. Достав мантию-невидимку, он накинул ее на себя и уже более уверенно развернул сверток бумаги.
Коснувшись свертка палочкой, он пробормотал.
– Торжественно клянусь, что замышляю только шалость.
И тут же на некогда девственном свитке бумаги, стали проступать линии, образуя карту школы Хогвартса. По этой карте передвигались надписи с именами учеников и преподавателей. Не устояв, Сириус быстро нашел точку с надписью: «Диана Малфой». Девушка находилась в своей гостиной, как всегда в окружении кузин Блэка. Коротко улыбнувшись, он вышел из ниши. Сверяясь с картой, чтобы ни в кого случайно не врезаться, он направился к тайному проходу. О его наличии знали только Мародеры и часто им пользовались. Этот подземный проход вел прямо в деревеньку Хогсмит.
Добравшись до заветного прохода без приключений, Сириус быстро прошмыгнул внутрь и снял мантию. Прошептав Люмус, он зажег на кончике своей палочки огонек, чтобы освещать себе путь.
– Шалость удалась.
Повинуясь касанию палочки, карта исчезла, возвращая пергаменту первоначальный вид. Убрав мантию и карту под мантию, Блэк двинулся по проходу.
