Текст книги "Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ)"

Автор книги: Kira Bullet

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 36 страниц)

Игра команд «Аврора» от сварога и «Орбита» от дажьбога только что закончилась со счетом 0:1. Игрок «Орбиты» забросил только огненный мяч. Синий мяч взорвался на сорок шестой минуте, а невидимый никому не удалось отыскать.

Поле стадиона ярко освещалось софитами и факелами. Пока яриловцы подходили к трибунам, аспидов уже отыгравших команд уводили в их загоны. В Ведограде был большой заповедник, в котором жили не только аспиды, но и другие магические животные, которые когда-то были на гране исчезновения. Так аспидов, которых на территории дореволюционной Российской Империи оставалось всего несколько десятков, магическое сообщество взяло под свою охрану.

В школе ведовства был один из нескольких заповедников, находившихся на территории Магической народной империи. Аспидов здесь было достаточно, чтобы у каждой команды был свой, ими прирученный курелапый змей.

Еще в октябре команда яриловецв первого курса познакомилась со своим аспидом. Каждый змей был как очень похож на своего собрата, так и значительно отличался. Вскоре после нескольких тренировок ребята уже различали своего сокомандника среди остальных в огромном ангаре. Заходить туда можно было только с укротителем, так как чем старше змей, тем сильнее он не любит чужаков. Маленьких аспидов приручить также является сложнейшей задачей, но, как показывает вековая практика, реально.

Своему молоденькому аспиду ребята из команды Аркуда’ присвоили кличку Есаул, обозначив его таким образом вторым по важности после атамана-капитана в команде игроком. Тренировки с курелапым змеем проходили тяжело, он долго запоминал яриловцев, изучал запахи, боялся летающих ковров и так и норовил улететь обратно в ангар или выделенный под них заповедник. Но особенностью этих существ было то, что они не могли спуститься на землю. По одной старинной легенде, боясь быть убитыми землей, аспиды сидели только на вершине своей скалы в гнезде. Они умели и летать, что значительно усложняло их присутствие на поле.

Магическими цепями и амулетом, подвешенным у него на чешуевидной шее, аспид приковывался к скале без возможности взлететь. Как объяснил укротитель девочкам, которые охнули от жалости к такому зверскому отношению над бедным существом, эти магические цепи не давят и не натирают ему лапы, а просто подавляют любое желание взлететь в воздух.

– Уважаемые болельщики и болельщицы, гости и преподаватели, мы продолжаем наш турнир по «шабашу»! – раздался голос комментатора. Звали его Богдан с интересной фамилией Добрыйвечер, ученик четвертого курса общины ярилы.

– Мы обещаем, что ваши замерзшие носики и щечки будут согреты жаркой игрой команд наших юных первокурсников, – кричала Алеся Снегирева, являющаяся вторым комментатором. Училась она также на четвертом курсе, но на свароге.

– Встречайте, дебютанты турнира, ватага «Сокол» от хорса! – поприветствовал их Богдан и стал перечислять игроков: – Самый главный игрок, можно сказать вратарь и защитник гнезда, аспид по кличке Скиф!

В этот момент аспид команды соперников лениво потянул одну лапу.

– Атаман команды, варяг, играющий под номером шесть, Иван Третьяков!

С трибун раздались громкие овации, болельщики замерзли и хотели поистине захватывающего зрелища.

– Давай, Ваня, вернуться с того света не так сложно, как доказать, что ты хороший атаман! Вперед, парень! – поддержала его Алеся.

– Эм, да, как этично, – кашлянул второй комментатор. – Под номером один играет опричник Василиса Петрова!

– Номер два – опричник Александр Прохоров! Мы верим в вас, удачи!

– Номер три – дружинник Маргарита Семечкина, эх, сейчас бы горсточку жареных в соли и…

– Тебе лишь бы пожрать, – зашипела Алеся, и тут же Богдан ойкнул, видимо, получил локтем от девушки в бок.

– Ном-е-ер-р четыре – Егор Коробко! Ох, как много р-р!

– И номер пять, варяг Денис Луговой! Вперед, ребята, удачи – неудачникам, а вам – победы!

Команда хорса, или как прозвал их Никита, «Соколики», взмыла вверх и кружила по кромке поля перед трибунами.

– Их соперники, сборная ватага первого курса общины ярилы «Аркуда’»! – объявила их команду Алеся, и снова послышался какой-то шум в кабинке комментаторов.

Яриловец Богдан Добрыйвечер, не сумевший сдержать профессионального хладнокровия, вырвал зачарованную малахитовую статуэтку, выполнявшую роль микрофона.

– Громче аплодисменты! Встречаем ватагу самого яркого и веселого хребта!!!

Тут уже раздался звук, похожий на тот, когда со всей дури наступают на ногу, а затем по стадиону разнесся стон боли.

– Богдан, ваш покорнейший слуга, похоже, перегрелся в своей фуфайке и бредит, – смеялась Снегирева, но быстро взяла себя в руки. – Их аспида зовут Есаул, ух, как воинственно, правда?

– Начнем с опричников, – ворвался в эфир Добрыйвечер. – Ловкие и быстрые Вениамин Орлов и Мария Казак под номерами один и два!

Ребята, сев на ковры, первыми взмыли в воздух под бушующие аплодисменты.

– Дружинники Ксения Вуколова и Данила Емельяненко, номера три и четыре! – более сдержанно представила ребят Алеся, наблюдая с высоты комментаторской трибуны, как еще двое игроков седлают свои ковры.

– Ребята, вы стремительные и меткие, помните это! Не дерись, Снегирева, я предупредил! Ай! Уважаемая судейская коллегия, назначьте второму комментатору штраф, ай…

– Весело у них там, – сказала дрожавшая от долгого стояния на снегу Мирослава, и Никита в ответ попытался улыбнуться замерзшими губами.

– Зато у нас вон, какая поддержка! Целый комментатор! – ответил он, стуча зубами.

– И наконец! – продолжил Богдан. – Варяги команды «Аркуда», просим любить и не жаловать, наш козырь в рукаве, неповторимая Мирослава Морозова, ее номер пять! Иии! – он повысил голос, чтобы его не перебили, – подающий большие надежды игрок, атаман молодой ватаги Никита Вершинин под номером шесть!

Ребята одновременно взмыли в воздух, чувствуя, как пронизывающий ветер забирается под меховые жилетки. Но адреналин, начав бурлить в крови, не дал на этом долго зациклиться.

Никита и Мирослава присоединились к строю своих сокомандников, медленно летящих вдоль трибун. Вершинин, облетев всех и возглавив строй, быстро набрал скорость, это же сделали и все остальные. Резко поднимаясь в воздух, они слушали, как взрываются криками и аплодисментами трибуны.

– Летите ко мне, наши медвежата, – кричал Богдан из комментаторской кабинки.

Он высунулся из окна и вытянул руку, подставляя ладонь. Каждый игрок, пролетая мимо, хлопал по ней, приветствуя комментатора с необычной фамилией Добрыйвечер.

– Лучше будьте косолапыми, чем криворукими!

Мирослава летела вдоль трибун и случайно увидела Яромира. Он стоял рядом с Иванной и Астрой и громко свистел, засунув два пальца в рот. Кузнецова визжала и прыгала на месте, а Иванна хлопала так, что на следующий день у нее точно будут болеть ладони.

Махнув друзьям, варяг команды «Аркуда» спустилась к полю.

Их матч судил Васнецов Иван Андреевич, от чего обе команды вздохнули с облегчением. Все-таки свой человек. Тренер также сидел на ковре, но цвет одежды у него был не синий и белый, как у яриловцев и хорсовцев, а изумрудный. Он выделялся ярким пятном среди белого снега и был приметен.

– Правила все помнят? – немного взволнованным голосом спросил учитель, и ребята кивнули. Три забивных мяча красного, белого и черного цветов взмыли в воздух. Красный мяч тут же стал пылать огнем и стал метаться по полю. Белый исчез из виду, потеряв внешнюю оболочку, а черный просто метался туда-сюда без дела.

Три мяча, предназначенных для выведения строя из соперников, также по свистку разлетелись по сторонам.

Прозвучал удар в колокол, и игра началась.

К удивлению Мирославы, заиграл оркестр. Свою мелодию играли скрипка, арфа, вистлы, кнопочный аккордеон, волынка, барабаны и электрогитара, сливаясь в единый поток, дополняя друг друга в невероятном ритме. Этнический славянский фолк загремел на весь стадион, и девочка улыбнулась, чувствуя, как музыка, родная ей по самой природе, наполняет ее голову, растекаясь сладостной магией по венам и доводя до кипения кровь.

Взмыв вверх, она рванула вперед, вцепившись руками в кисточки ковра. Надо было чуть осмотреться. Вся команда пока рассредоточилась по своим позициям. Игрового опыта еще не было, чтобы сразу с места лететь в бой, как это происходило у команд высшей лиги. Две команды первокурсников словно работали по той схеме, которую им рассказывал Васнецов на тренировках и не пытались от нее отойти.

Заметив замораживающий мяч, Мирослава развернулась, ища глазами Ксюшу или Данилу, но Вуколова уже и сама заметила мяч, поэтому неслась к нему на всех порах, еле разминувшись с Маргаритой Семечкиной. Они обе пустились в погоню.

Чего не ожидала яриловка, так это того, что игра с трибун казалась намного проще, потому что Маргарита, качнув ковер в амплитуде, резко двинулась вправо и почти столкнула ничего не ожидавшую Ксению. Но той, хвала Яриле, хватило мастерства, и она удержалась на весу.

Мирослава ожидала, что судья как-то обозначит нарушение, но тот молчал. Это не было запрещено правилами. В погоне Ксюшу тут же сменил Данила, лицо которого выражало решительность.

На другом конце поля завязалась борьба между двумя атаманами. Перебрасываясь совершенно непечатными словечками, они неслись за огненным мячом. Тот юлил с такой бешеной скоростью и летал по только ему одному известной траектории. Был он едва заметен только лишь благодаря своему огненному свечению. Толкаясь и стараясь скинуть соперника с ковра, парни неслись вдоль поля.

Опричники обеих ватаг пока находились на своей части поля, боясь упустить момент приближения варягов. А она, Мирослава, как и второй варяг «Соколов» Денис Луговой, медленно курсировали по полю, ища глазами мяч и пытаясь сориентироваться в том, что вообще происходит.

На краю поля на большой высоте парило большое табло с пока что нулевым счетом, номером периода и общего игрового времени. Прошло уже добрых двадцать минут абсолютно апатичной игры, которая мало напоминала то, что Мирослава видела на Лучистом.

Но не успела она об этом подумать, как рядом промчался черный мяч. Сорвавшись с места, Мирослава понеслась за ним и чудом успела увернуться от брошенного в нее замораживающего мяча.

– Я и без тебя скоро ледышкой стану, – усмехнулась девочка, юркнув на ковре резко вправо. Несмотря на мороз и ветер, она все равно чувствовала, что с ковром что-то не так. Он будто брыкался и поднимал то один, то другой край. Ну конечно же!

Оттолкнувшись, Мирослава встала на обе ноги, поднявшись с колен, и тут же ощутила, как скорость увеличилась, а ковер перестал дрожать. Он будто хотел, чтобы его наездница встала.

Денис, тоже заметивший мяч и летевший с ней практически вровень, поочередно то уступая, то обгоняя соперника, остался на пару метров позади сразу же, как варяг команды «Аркуда» изменила стиль езды.

Почему-то она была уверена, что не упадет, и ловко держала равновесие, чуть согнув колени и пригнувшись. Мяч резко ушел вниз, а затем ринулся обратно прямо к Денису.

– Евпатий Коловратий, – выругнулась Мирослава, но она была готова и отрабатывала этот прием втайне от тренера. Когда мяч ушел вниз, ковер сразу же ринулся за ним, движимый своей наездницей, только та, в свою очередь, наложила приклеивающее заклинание к своим ногам. Сделав сальто в полете и пролетев пару метров вниз головой, она выровнялась и ухмылялась отставшему Луговому, который не смог поймать летевший к нему черный мяч, и теперь разворачивался «по-старинке» длинной дугой, тем самым теряя драгоценное время.

Послышался рев стадиона и какие-то слова комментаторов, неразличимые в этой какофонии звуков из играющего оркестра и оваций болельщиков. Но не успела Мирослава насладиться их реакцией, как в девочку уже снова летел тот же замораживающий мяч. Она схватила прикрепленную к ремню на поясе биту.

Прицелившись, варяг метко и с характерным звоном отбиваемого мяча ударила, поразив одного из опричников «Сокола». Кажется, это была Василиса. Она застыла на месте и теперь несколько минут не сможет двигаться. Что ж, прекрасно.

А черный мяч был все ближе и ближе. Чуть сдвинув слезшую шапку-ушанку со вспотевшего лба, Мирослава прицепила биту обратно и, протянув руку, схватила свою заветную цель. Что ж, оставалось дело за малым – всего лишь обойти еще несколько игроков и забросить мяч. Она оглянулась и увидела, что за ней мчатся варяг Денис Луговой, дружинник Егор Коробко и выше всех летела ее сокомандница Ксюша Вуколова.

Мирослава, понимая, что ее зажимают в тиски и сейчас точно свалят с ковра, метнула мяч вверх, а сама юркнула вниз, тем самым столкнув двух сокомандников «Сокола» плечами.

– Черта с два! – закричала она, смеясь. Не теряя времени, она рванула на помощь Ксюше, летящей к аспиду команды хорса по имени Скиф. Змей явно был раздражен общей шумихой и теперь беспокойно махал крыльями, уже собираясь кричать. Помня, что игрок «Патриота» из-за этого чуть не потерял мяч, она развернулась к Ксюше, которую уже преследовали.

– Давай мне! – и дружинник тут же сделала пас варягу. – Глушись, Ксюша! Контра аудиенс!

Заклинание временного оглушения сработало на ура и, видя, как огромный клюв змея открывается, а его голова чуть пригибается, она поняла, что он кричит, но ей ничего не слышно. Ксения, которая вместе с командой отточили это заклинание, облетала змея, отвлекая. А варяг, нырнув вниз на свой страх и риск, подкинула мяч в гнездо, юркнув между огромных птичьих лап.

– Редитум аудитус! – крикнула Мирослава, не слыша своего голоса, но тут же ее оглушил рев стадиона и громкий стук барабанов, знаменующих забитый гол.

– Мирослава Морозова после меткого паса Ксении Вуколовой забила гол и открыла счет сегодняшнего матча! – услышала она комментарий Алеси. Видимо, они увеличили звук малахитовой статуэтки.

Не теряя времени, девочки разлетелись в разные стороны. Игра продолжалась. Первый период подходил к концу, но все же эти оставшиеся три минуты тоже играли роль. Рванув чуть выше, чтобы осмотреться, Мирослава заметила, что огненный мяч так и не был пойман. Так же и невидимый оставался неуловимым. Зато мячи, которые выводили игроков из строя, летали так, будто их запускали не битами, а выпускали из катапульт.

Так мяч, который выбивал из игрока все мысли и способность соображать, летел прямо на нее. Вениамин Орлов, опричник ее команды, схватил биту и попытался сбить мяч с траектории, но и в самого игрока с другой стороны прилетел замораживающий.

Мария Казак оставалась на своей позиции, боясь, что Никита и Иван, ловящие огненный мяч прямо рядом с Есаулом, все-таки поймают его, и тогда некому будет охранять их гнездо. А Данила в это время замер, медленно и бесцельно паря на ковре.

Ничего не оставалось, кроме как уворачиваться.

Однако не успев наложить приклеивающее ноги заклинание, ковер перевернулся, и Мирослава полетела вниз, наблюдая, как игроки отдаляются от нее все дальше и дальше, а она неумолимо быстро падает на поле. Зажмурившись, варяг приготовилась к удару, совершенно забыв, что здесь везде были наложены амортизирующие чары. Но удара не последовало, и она резко открыла глаза, чувствуя, что лежит на чьем-то ковре. А в следующую секунду яриловка уже слетела с ковра и катилась не меньше пяти метров кубарем по мягким снежным сугробам, устилающим поле.

Стараясь прийти в себя, она попыталась встать, когда рядом раздался стон. Девочка резко подскочила, борясь с головокружением, и увидела Никиту, скрючившегося на снежном поле. Подбежав, она упала рядом с другом на колени, пытаясь понять, что с ним.

– Вершинин, ты живой?! Что болит?!

Он опять застонал, переворачиваясь на спину. Лицо его было искривлено гримасой боли.

– Медзнахаря! Быстрее! Пожалуйста! – закричала Мирослава, надеясь, что ее хоть кто-нибудь услышит. Скинув шапку, чтобы та не мешалась, яриловка вскоре определила, что пострадала рука парня, он крепко прижимал ее к себе, стараясь не делать себе еще больнее.

– Ковер не успел набрать высоту, прости, – улыбнулся кривой улыбкой атаман ее команды и по совместительству друг.

– Тебя шапка от сотрясения не спасла что ли? – сказала взволнованная девочка. – Ты меня спас, болван! Хотя тут же везде защитные чары, дурак ты неотосанный!

Она стерла дрожащими руками снег с его лица и чуть пригладила пшеничного цвета волосы, наблюдая, как он жмурится. Его когда-то яркие веснушки стали совсем бледными.

Прибежали медзнахари с носилками и, быстро осмотрев пострадавшего, магией подняли его на них и тут же ему в рот влили какой-то отвар. Возможно, обезболивающий или вовсе снотворный.

Медзнахари осмотрели и ее, но Мирослава оказалась совершенно невредимой. Поднявшись на ноги с колен, девочка поняла, что первый период игры закончился, и объявлен перерыв.

Ничего не соображая, будто в нее все-таки прилетел тот мяч, она двинулась к раздевалкам. У трибуны ее уже ждала команда, и выглядели игроки совершенно испуганными и бледными, несмотря на то, что были разгоряченными от полетов и морозца.

– Кажется, Никита сломал руку, – громко произнесла Мирослава, заходя в их раздевалку и без сил падая на скамейку. Скинув рукавицы и шапку на место рядом с собой, она протерла лицо ладонями, стараясь привести себя в чувства. – Он меня спас и теперь мы должны отомстить «Соколам» за нашего атамана!

Ребята активно закивали.

– Вообще, как вам игра? – спросила Ксюша, переплетая растрепавшуюся косу, и тут же хохотнула. – Я обалдела, когда меня чуть не сбила Марго. Почему-то я не думала, что будем играть прям по-взрослому.

– Ну это еще цветочки, – сказал Данила, но тут же добавил, увидев не очень понимающие взгляды, смотрящие на него. – Имею ввиду, до высшей лиги нам далеко, но да, первый период, несмотря на никакущее начало, получился жарким!

Все принялись обсуждать волнующие их моменты и советоваться, как играть в той или иной ситуации. Чуть изменив тактику игры, решили, что помогать Мирославе ловить мячи будет Данила, в то же время стараясь выводить из строя соперников. Когда перерыв закончился, команды снова взмыли на коврах в воздух и по звону колокола, под звуки звонкого оркестра понеслись в новый «бой».

Поскольку мяч, который самоуничтожается спустя сорок пять минут игры уже заброшен, оставались два, которые надо было поймать и подкинуть в гнездо аспидам до конца периода. Если огненный мяч, несмотря на скорость и маневренность, был хотя был виден, то невидимый поймать казалось вообще нереально. Понимая, что ей теперь придется отдуваться и за себя и, как говорится, «за того парня», Мирослава двигалась по полю, стараясь не попасться под летающие туда-сюда мячи. Игра пока снова не выделялась чем-то примечательным, варяги не видели мячей, а вот дружинники вовсю приноровились запускать мячи битами, поэтому движение игроков напоминало хаос во плоти.

Иван Третьяков висел у нее на хвосте, что выводило девочку из себя. Кажется, он решил придерживаться той же тактики, что и в первом периоде. Но Никита уже лежал в медзнахарских палатах, поэтому теперь он преследовал Мирославу, единственного варяга команды «Аркуда». Оркестр, будто надсмехаясь, заиграл новую песню, а певцы заголосили громкими сильными голосами:

«Уж ты, Порушка-Пораня,Ты за что любишь Ивана.Ой, да я за то люблю Ивана, Что головушка кудрява.Я за то люблю Ивана,Что головушка кудрява,Что головушка кудрява,А бородушка кучерява». – Не до любви нам сейчас, – усмехнулась Мирослава, снова вскакивая на ноги. Тут Иван, резко набрав скорость, обогнал ее, вынырнув из под низа, и помчался куда-то в сторону своего аспида. Яриловка решила, что также не должна упускать его из виду, но, когда трибуны разразились смешанными возгласами, кто-то бодро закричал и заулюлюкал, а кто-то освистывал, показывая негодование, девочка поняла, что Ваня уводил ее от Есаула. В то время как Денис Луговой, не получив должного сопротивления, поймал огненный мяч и положил его в гнездо аспида.

– Да етижи-пассатижи, – разочарованно протянула Мирослава, наблюдая, как на табло сменяется счет на 1:1. Что ж, пора применять новую тактику. Игра продолжалась, и ей надо было кровь из носу определить, где мотыляется невидимый мяч.

Она резко полетела в центр поля, маневрируя и обгоняя игроков соперника, которые еще радовались забитому мячу. Выхватывая биту и чуть подкидывая ее, Мирослава сбросила рукавицы, которые сейчас только мешали. Перстни заблестели на сразу покрасневших из-за мороза пальцах.

– Давайте, дорогие, – кричала она своим магическим фокусировщикам, – мне нужен весь талант и магия, я же ведьма, или гори оно все синим пламенем! – яриловка чувствовала, как с ее кос слетела лента. Что ж, теперь она точно лохматая, взмывающая к полной луне, как настоящая ведьма с картинок детских сказок! Только вместо метлы ковер и в руках бита. Представив, как выглядит со стороны, прижала шапку к голове, не желая получить менингит, и истерично расхохоталась.

Она вырвалась вперед и, применив приклеивающее заклинание, перевернулась, ловко выбивая ослепляющий мяч. Применять дополнительные заговоры или заклинания на мячи было бесполезно, поэтому важно было не только сильно бить по атакующим мячам, но и метко целиться.

– Да! – крикнула она, когда мяч прилетел прямо в грудь Лугового, ослепленного восторгом от своего гола и подлетевшего к трибунам болельщиков. Что ж, не будь изначально слепым, чтобы не получить ослепляющий мяч. – Всем собраться! – во всю мощь закричала Мирослава, и ее сокомандники тут же оживились.

Надо ли уточнять, что после такого в нее летали мячи теперь в два раза чаще.

– Главное найти невидимку, – успокаивала себя девочка и на всякий случай пока не отклеивала свои ноги от ковра, чтобы избежать очередного падения. Команды бились, словно это была не игра новичков и однокурсников, а заядлых и опытных врагов, жаждущих выгрызть победу зубами.

Снова пошел снег, валя с неба крупными хлопьями.

В игру активно влился Данила, не дававший Третьякову много возможностей для непредвиденных действий, тем самым чуть ослабил «поводок», не позволявший свободно играть Мирославе.

Когда прошло почти восемнадцать минут от начала второго периода, ничего не изменилось, кроме того, что юные игроки уже выдыхались от высокого темпа полетов. Ничего легкого в том, чтобы летать на ковре не было – надо было полностью контролировать свое тело, держать в напряжении каждую мышцу, тянуть ковер, словно за поводья или стоять на нем ногами. В общем, по физической нагрузке это было близко с серфингу на больших волнах океана.

Решив, что стоять на месте и выслеживать невидимый мяч, да еще и являться недвижимой мишенью для мячей-дезориентаторов было не лучшим делом, Мирослава носилась по полю так, будто за ней гонялась стая упырей.

Луговой был до сих пор ослеплен и сидел без лишних движений на ковре почти у самого низа поля, куда его откатили сокомандники. Поэтому опасность представлял только вездесущий Иван, который, казалось, тут же оказывался там, куда пока только летела Мирослава.

Но судьба решила, что ничейный счет игры – совсем не их вариант. Когда Ваня также облетал поле на коротком от нее расстоянии, в него чуть не прилетел замораживающий мяч, а летел он прямиком в его голову. Когда же парень увернулся от него, то Мирослава случайно увидела, что рукав его белой рубашки согнулся совсем не как от ветра, а очень резко и тут же вернулся обратно. Третьяков, кажется, не обратил на это внимание, занятый замораживающим мячом.

Очень вовремя Данила решил метнуться в сторону, подрезая атамана команды «Сокол», что дало ей фору. Она рванула туда, куда, как ей показалось, полетел невидимый мяч. Ох, и сложная это была задача, но так как недавно пошел снег, то свершилось чудо: мяч, летевший сквозь белую пелену, оставлял после себя почти невидимую дорожку. Игроки хорса, привыкшие к тому, что она и до этого металась по полю «как резанная», не обратили должного внимания и в этот раз.

А яриловка летела вперед и уже начала снова паниковать, боясь упустить мяч из виду, но тут он резко стукнулся ей в живот, и она замахала руками, ища его в воздухе. Схватив крепче свою добычу, Мирослава понеслась к аспиду Скифу.

– У нее мяч! Помешайте ей! – послышался голос Дениса Лугового, к которому только что вернулось зрение. Но было поздно. Третьяков был уведен дружинником Емельяненко на другую половину поля, поэтому ему было бы очень трудно развить нужную скорость, чтобы догнать ее.

Облетев Скифа два раза, девочка воспользовалась тем, что клюволапый змей решил стряхнуть снег и сильно замотал телом и головой. Стража хорса явно не ожидала такого исхода событий и, носясь за яриловкой, не смогла ничего сделать. Мяч был заброшен. Первая игра команды «Аркуда» выиграна!

Когда стадион разразился бурными криками и свистом, сменилась музыка с воинствующей на более плясовую, комментаторы объявили счет, и Богдан Добрыйвечер почти выпал из окна комментаторской кабинки. Он махал им, высунувшись в окошко, поздравляя ватагу ярилы с победой, а игроки обеих команд в это время пожимали друг другу руки в районе предплечья.

– Это было здорово, – улыбнулся Ваня Мирославе, когда подошла очередь и им обменяться рукопожатием.

– Взаимно, вы отлично играли, – ответила ему девочка и побежала к ждущим ее одногруппникам.

Когда все переоделись и пошли к школе из раздевалок, она выглядывала подруг и Яромира, но они, видимо, уже ушли внутрь. Пообещав команде, что сейчас вернется в общежитие, направилась в медзнахарские палаты, но там никого не было.

Медзнахарка вышла на скрип открывшейся двери и сказала, что Никите наложили временный гипс, выдали лекарство и отправили в хребет. У него оказалась всего лишь трещина и пара ушибов, а не перелом, поэтому за пару-тройку дней на крепких снадобьях все срастется. Магия! Медицина простаков бы залечивала такое повреждение минимум несколько недель.

Вздохнув с облегчением, Мирослава поблагодарила медработницу и побежала в «курятник». То, что творилось внутри их маленькой гостиной в блоке «Терем», стало для нее полной неожиданностью. Как в гостиной, сплошь заставленной диванами, стеллажами и столами, площадью не более нескольких десятков метров, поместилось, как показалось девочке, не меньше ста человек!

Тут были не только изъявившие желание прийти первокурсники, но и ученики со старших курсов. Здесь же были и Богдан Добрыйвечер, подпрыгивающий на диване с Ильей Ярославцевым, их старостой. Парни закинули руки друг другу на плечи и громко кричали. Все держали стаканы со сладким квасом и громко подпевали слова песни:

«Ой, да в круг медвежий танец,Иван-чая лукавый румянец,Топтали листья клевера —Разорвали сердце верное!Заступись за меня, Ярила!Зуб за зуб, да око за око…Видно, зря я к нему ходилаПо волнам травы высокой…»(текст песни Ярило – Калевала)

– Она пришла! Ребята! – из толпы выскочил бледный Никита. Рука с трещиной в гипсе была подвязана повязкой, и он приобнял здоровой рукой подругу за плечи. Все резко повернулись в их сторону и подняли стаканы вверх. Богдан, пробежав сквозь толпу, подхватил Мирославу и приподнял ее от пола, будто они были сто лет знакомы.

– Два гола! За первую игру! Финт с переворотом на ковре! «Аркудааа»!!! – он взвыл, как раненный медведь, но все тут же подхватили его рев, гостиная снова наполнилась громким криком. – Никита, тебе респект, ты мужик, спас свою сокомандницу, – он пожал ему руку свободной рукой, второй все так же держа первокурсницу. – Мария и Веня! Замечательно держали оборону около Есаула! Молодцы! Ксюша и Данила! Отличная и меткая игра, бита вас любит!

Он опустил дрыгающуюся Мирославу на пол.

– Я в восторге, правда! Скажу вот что, многие команды разваливаются спустя одну-две игры! Я готов поставить свою руку с перстнем на то, что вас это не коснется, желаю и предсказываю вам высшую лигу по «шабашу!».

Гуляния и поздравления продолжились, а Мирослава двинулась сквозь толпу искать Яромира. Почему-то его она нигде не видела, да и он ее отчего-то не искал, хотя всегда ждал подругу даже после обычных тренировок.

– Где Полоцкий? – спросила она у Никиты, сидевшего на диванчике.

Парень гладил больную руку под вздохи сочувствия Астры и Иванны. Вершинин под действием снадобий еле пожал плечами, кажется, вообще не услышав вопроса. А девочки сказали, что Яромир был вместе с ними на трибунах, но не пошел провожать Никиту в медзнахарские палаты, а остался там. Больше они сегодня не пересекались.

Это было странно. Полоцкий опять выглядел каким-то больным сегодня, и Мирослава решила сходить к нему в комнату, как только смогла пробраться сквозь столпотворение в гостиной ее блока.

В коридорах было пусто и тихо, и она с облегчением вздохнула. Пройдя в мужскую спальню «Каменного» блока, девочка тихонько постучалась. Послышался шорох, и дверь открыл темноволосый парень в квадратных модных очках. Он пытался пригладить лохматые после сна волосы.

– Привет, Матвей, – промямлила яриловка своему одногруппнику, а парень молча продолжил на нее смотреть. – Прости, что разбудила, Яромир спит?

Яриловец фыркнул.

– Он еще и не возвращался. Вообще-то, я думал, что Полоцкий с вами празднует победу, ты же его подруга, – пожал он плечами.

– А ты почему не со всеми? – удивилась она его равнодушию.

– Не люблю спорт, – просто ответил тот. И правда, он был худ: руки, выглядывающие из под футболки совсем были лишены мышц.

– Ясно, прости, я тогда пойду его там поищу, – быстро закончила разговор Мирослава и выскочила обратно в коридор. Так, ну и где его искать?

Вернувшись еще раз в гостиную и уже точно не обнаружив среди толпы друга, она заглянула на всякий «пожарный» в свою комнату. Но даже Персей находился в гостиной, развлекая недалеких слушателей птичьими байками. Прихватив с собой шапку с тулупом, да пакет конфет «Коровка» с ближайшего к выходу из блока стола, заваленного вкусняшками к чаю, девочка направилась прочь из хребта, собираясь просить помощи у лешего в поисках своего друга.

Уже перед дверью она вспомнила, что когда-то Ярославцев говорил, что на ней наложены сигнальные чары. И тот, кто нарушит комендантский час, пренепременно не останется не пойманным.

– Что же делать? – встав истуканом, думала Мирослава, нервно оглядывая холл и саму высокую дверь. – Неужели нет какой-нибудь прорехи?

Драгоценные минуты, которые могли бы быть потрачены на поиски Яромира, текли как сквозь пальцы, а нервное состояние переходило в приближающуюся истерику.

– А, может, наплевать на все? Ну что мне сделают, снова посуду мыть заставят? – прошептала яриловка и подскочила на месте от испуга, когда услышала какой-то шум боку.

Свет в холле и коридоре в ночное время был приглушен, стоял полумрак, которого было вполне достаточно, чтобы безошибочно дойти до своего блока. Шум увеличивался, и девочка чисто рефлекторно сделала пару шагов назад, а затем, когда это нечто показалось из темноты, вообще зажмурилась. А в следующую секунду Мирослава ощутила, как ноги оторвались от пола, и она сдавленно пискнула.