Текст книги "Все Бесы Здесь (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 47 страниц)

Глава 1220
Несокрушимый

Возвышающийся костёр первозданного пламени окутал Нефис и сосуд Хранителя Врат, поднимаясь высоко в небо. Он расцвёл, как прекрасный белый цветок, наполненный одновременно ярким сиянием и испепеляющим жаром.

Пламя души горело так жарко, что Санни на мгновение стало жутко холодно, словно он перенёсся в холодные поля Антарктического Центра.

Выругавшись, он попятился назад, упал и покатился прочь.

«Чёрт!»

Пламя Неф могло быть тёплым и питающим, исцеляя и очищая всё, к чему прикасалось. Но оно также могло быть и безжалостным, свирепым, уничтожающим всё на своём пути.

Санни знал, что ему не выжить погружения в расцветающий костёр – он мог быть связан с Нефис, но не разделял с ней родословную Бога Солнца. Но даже Меняющая Звезда не была неуязвима для разрушительной ярости огня – она могла лишь находиться в циклической агонии, в которой её плоть сгорала, восстанавливалась и вновь сгорала.

Санни показалось, что из пламени вырвался искажённый крик, но он был поглощён тупым рёвом уничтожающего пламени. Нефис и мерзость находились в центре адского пекла, их фигуры были затуманены его сиянием – Санни не знал, что именно там происходит, но понимал, что только один из них выйдет из пламени живым.

Песок вокруг белого костра уже таял и был близок к превращению в чёрное, хрупкое стекло.

«Проклятье…»

Санни не мог позволить себе беспокоиться о Нефис.

Ведь пока она разбиралась с Мастером Сю – по крайней мере, на данный момент – за ними шёл ещё один сосуд Великой мерзости.

Вскочив на ноги, он обернулся.

У Сейшан были вывернуты и жестоко сломаны обе руки, а степень ранения Морган была неизвестна. Эффи тоже получила удар от Хранителя Врат, но щит спас её от вреда ценой своего разрушения.

Таким образом, на ногах остались только Санни, Эффи и Кай.

И Святая.

Он почувствовал движение теней.

[Вон там!]

Тёмное пятно промелькнуло по пустыне, надвигаясь на них сзади.

В ту же секунду копьё Эффи столкнулось с ним в воздухе.

Охотница метнула его с ужасающей скоростью и точностью, попав в грудь Хранителя Врат. Вся верхняя часть туловища захваченного трупа взорвалась, мгновенно превратившись в призрачный поток вязкой багровой жидкости.

Движимый инерцией, изуродованный труп пролетел несколько десятков метров вперёд, багровая струя крови тянулась за ним, словно была подвешена в воздухе.

Но затем жидкость втянулась обратно и превратилась в человеческий силуэт, которому оставалась всего доля секунды, чтобы снова стать плотью.

Но прежде чем это произошло, в полусформировавшийся труп попала огненная стрела и взорвалась, уничтожив всю его левую сторону.

Хранитель Врат не был остановлен.

Искалеченный труп спокойно шёл вперёд, его плоть уже отрастала. Разбитые рёбра собирались из окровавленных фрагментов, а обнажённое сердце стало целым и снова начало биться. Из жидкого месива уничтоженного лица уже появился один насмешливый глаз.

Санни почувствовал, как по его спине пробежал холодок.

«Что… за чёрт…»

Зрелище, представшее перед ним, было настолько ужасающим, что выглядело почти комичным.

Стиснув зубы, Санни бросился вперёд.

Он был не в лучшей форме… на самом деле, его состояние было ужасным. Мало того, что он был совершенно измотан, лишён всех сил из-за немилосердной жары и имел мизерные запасы эссенции, так ещё и остался без поддержки своих теней.

Санни уже давно не приходилось вступать в серьёзный бой без усиления хотя бы одной из них. Без этого привычного усиления он чувствовал себя медленным, хрупким и слабым.

«Неважно. Остаётся только сделать или умереть…»

Грех Утешения рассмеялся, забавляясь его непокорной решимостью выложиться на полную.

«Нет, нет… только умереть…»

Санни и Святая одновременно оказались рядом с сосудом Хранителя Врат. Действуя как одно целое, они атаковали существо с разных сторон. Меч из тьмы и меч из безупречного белого нефрита атаковали в унисон, стремясь не дать трупу сделать ни шагу.

Где-то позади них Морган со стоном поднялась с песка. Её меч был уничтожен, но, похоже, её это не волновало – её ярко-красные глаза пылали убийственной яростью, и Принцесса Войны метнулась вперёд, словно стрела.

Глаза Сейшан закатились назад, открыв другую пару зрачков – нечеловеческих и чудовищных, окружённых морем красного цвета. Её изящная фигура вдруг стала намного крупнее – даже в сгорбленном состоянии она была выше Эффи. Её конечности удлинились, а из пальцев вытянулись длинные когти. Гладкая серая кожа вдруг стала шершавой, как у акулы.

Наконец, пасть чудовища раскрылась, обнажив несколько рядов ужасающих треугольных зубов.

Кай был бледен и мрачен, натягивая тетиву своего лука.

«…Нехорошо.»

Санни вырвал Грех Утешения из тела Великой мерзости и отчаянно уклонился. Возможно, из-за того, что труп ещё не полностью оправился от предыдущего шквала атак, его движения были сильно замедлены – они едва ли были быстрее, чем у Зловещего Клыка.

Тем не менее, надежды на то, что ему удастся избежать возмездия, не было.

Вместо того чтобы просто попытаться уклониться от удара, он дополнительно сделал обратный выпад мечом, пробив локтевой сустав трупа.

Это позволило Санни на волосок избежать сокрушительной атаки.

Святая получила удар окровавленным кулаком по щиту и была отброшена назад, врезавшись в склон дюны.

В этот момент Джет уже была на месте.

Вместо того чтобы прибегнуть к помощи зачарованного оружия, она ударила мерзость кулаком. Тот беспрепятственно прошёл сквозь грудную клетку сосуда, напрямую атаковав его душу.

Морган тоже уже добралась. Её ладонь обрушилась вниз, словно топор палача, перерезав позвоночник существа.

И наконец, рядом с Хранителем Врат возникла чудовищная фигура Сейшан. Её руки были сломаны и безвольно свисали вниз. Вместо того чтобы положиться свои на когти, она впилась в труп ужасающими зубами, оторвав от него огромный кусок шеи, плеча и верхней части груди.

«Должен же быть предел тому, сколько урона может выдержать эта тварь… он должен быть…»

В груди Санни горела отчаянная надежда.

…Но если предел действительно существовал, то существо, похоже, ещё его не достигло.

Глава 1221
Неостановимый

«Я… умру…»

Мысль, промелькнувшая в голове Санни, была связана не с тем, что каждый удар одержимого трупа был достаточно разрушительным, чтобы уничтожить его тело, а скорее с тем, насколько сильное напряжение вызывала битва с этой мерзостью.

Да, Санни и правда противостоял Великому Кошмарному Существу, но он чувствовал, что если существо не справится с его убийством, то это сделает истощение.

В подобной битве время текло очень медленно. Он не знал, как давно появился второй сосуд Хранителя Врат. Десять секунд назад? Двадцать?

А может быть, всего пять или шесть.

Шесть Мастеров и одна Тень пока что каким-то образом держались против ужасающей мерзости – пока что. Возможно, дело было в том, что постоянный шквал атак всё же немного сдерживал труп – если и существовала какая-то уязвимость, которой они могли воспользоваться, то она заключалась в том, что сосуды Хранителя были не столь живучи, как тело истинного Великого существа.

Возможно, это было связано с тем, что они находились на вершине того, чем мог быть Вознесённый человек, а также знали, что отступать некуда. Они сражались, не сдерживая себя, понимая, что смерть близка и почти неизбежна.

Санни, как и Святая, пока что были относительно невредимы. Кай кружил над мерзостью, посылая одну зачарованную стрелу за другой.

Остальные… находились в тяжёлом положении.

Джет, пожалуй, была изувечена больше всех, но, несмотря на это, её уникальное телосложение позволяло ей упорно продолжать попытки разбить душу твари. К этому времени Жнец Душ походила на труп не меньше, чем её противник – а может, даже и больше.

Она, также как и Морган, дралась голыми руками – правда, в случае Морган оружием было всё тело, а не только руки. Кроме того, Морган получила гораздо больше повреждений, чем любой из них, и часто брала на себя инициативу, прикрывая остальных своим телом. Это объяснялось тем, что Принцесса Войны была физически самой выносливой, за исключением, может быть, Эффи.

Разница между ними заключалась в том, что Морган, похоже, впитала в свою Аспектную Способность мощное исцеляющее зачарование, которое позволяло ей восстанавливаться после ран, которые навсегда вывели бы охотницу из боя.

Сейшан пошла даже дальше, чем Джет и Морган – из-за сломанных рук ей пришлось прибегнуть к помощи чудовищных зубов, чтобы наносить урон мерзости. Её челюсти казались не менее смертоносными, чем мощные Воспоминания, но необходимость находиться в непосредственной, почти интимной близости от врага подвергала её смертельной опасности. Отвратительное, свирепое существо, в которое она превратилась, было всё в крови – и своей, и Хранителя.

Эффи находилась в гораздо более выгодном положении благодаря большому радиусу атаки её Трансцендентного копья.

Они все вместе сражались с огромной мерзостью, отчаянно пытаясь уничтожить её, замедлить… или хотя бы не дать ей приблизиться к прекрасному костру белого пламени, всё ещё горящему позади них.

«Умри, умри… почему ты не можешь просто умереть⁉»

Грех Утешения прорвался сквозь рябь воздуха, но сосуд Хранителя Врат двигался слишком быстро. Нефритовый клинок едва поцарапал его кожу, но на этот раз Санни не успел отступить – острая боль пронзила его правый бок, и он с криком упал назад.

Впервые с тех пор, как он обрёл Отречённый Сумрак, чёрный шёлк был разорван. Плоть Санни под ним была ободрана и превратилась в жуткое месиво – рана была достаточно крупной, чтобы большинство Вознесённых рисковали истечь кровью, однако Санни был другим.

Тем не менее, если бы не Костяное Сплетение, рана могла бы стать смертельной. Скользящий удар мерзости сломал ему рёбра, но не раздробил их – иначе Санни лишился бы всего лёгкого.

«Чёрт, чёрт, чёрт…»

Шатаясь, как пьяный, он поднялся на ноги. Пот катился по его коже, усиливая боль и страдания.

Дела… шли не очень хорошо.

Морган, казалось, была на грани истощения эссенции – раньше все её раны быстро затягивались, а теперь она была вынуждена сосредоточиться лишь на нескольких самых тяжёлых, оставляя остальные открытыми.

Джет начала замедляться, ведь этот бой был для неё настоящим кошмаром. Столкновение с одним подавляющим противником было наименее благоприятной ситуацией для её Аспекта, так как не позволяло ей поглощать эссенцию убитых врагов, чтобы пополнить свою собственную.

В этот момент Сейшан получила сильный удар и упала на песок, как сломанная кукла.

Санни и Святая всё ещё восстанавливались после последних атак, поэтому Эффи на мгновение осталась одна против ужасающего существа. Труп двинулся с огромной скоростью, схватился за древко её копья и сбил охотницу с ног. За долю секунды до того, как другая рука нанесла смертельный удар, с неба внезапно упал Кай, врезался в труп и отбросил его назад.

Труп успел опустить локоть на позвоночник Кая, и тот с болезненным криком рухнул на песок.

«Будь оно всё проклято!»

Санни и Святая одновременно бросились вперёд.

Его искалеченный бок пульсировал от страшной боли.

Он устал.

Но он должен был что-то сделать.

Ведь надежда ещё была…

Несмотря на то, что сосуд Хранителя Врат казался несокрушимым и неостановимым, он слабел. Пока это было не очень заметно – но это было так. Труп стал чуть медленнее, его удары стали чуть слабее. Скорость самовосстановления плоти тоже немного уменьшилась.

У этого существа действительно был предел.

Нужно было только превысить его.

Санни не вызывал Кошмара и Беса, понимая, что они слишком слабы для этой битвы. Он даже не был уверен, что сможет их вызвать – его тени, служившие вратами его души, сейчас были с Нефис, внутри испепеляющего торнадо белого пламени. Даже если бы у него получилось их вызвать, эти двое смогли бы лишь выиграть секунду-другую своей смертью.

Значит, он должен был выиграть эти секунды самостоятельно.

Он атаковал, вложив в удар всю свою силу, всю хитрость и всю волю. В то же время Святая сделала выпад вперёд, прикрывая треснувший нагрудник разбитыми остатками щита.

Но этого было недостаточно.

Великая мерзость легко уклонилась от меча Святой и шагнула вперёд. Её кулак обрушился на Санни, словно гора, и в следующее мгновение он понял…

…Что смотрит на яркое лазурное небо.

«Ах… я был… слишком медленным…»

Санни попытался встать и ахнул от невыносимой боли. Казалось, что его рука сломана… нет, она была только вывихнута… а на губах образовалась кровавая пена.

Подняв голову, он увидел, что Морган шагнула к стоявшей на коленях Джет, прикрывая её от смертельного удара – они обе отлетели назад и упали на песок кучей окровавленной плоти.

Эффи застонала, получив нисходящий удар по скрещенным рукам. Её стальное тело содрогнулось, и в воздух вокруг неё поднялся вихрь песка, поднятый ударной волной сильнейшей атаки. В следующее мгновение она пошатнулась и упала.

Хранитель Врат… остался стоять в одиночестве, более не встречая сопротивления.

На долю секунды он замер, а затем сделал шаг к Сейшан и поднял кулак, чтобы прикончить её.

Лицо трупа было ужасно изуродовано, а зубы находились на виду, словно существо ухмылялось.

Санни застонал и сел.

«Я не успею…»

Мерзость нанесла удар.

Но прежде чем она успела убить Сейшан…

Из её груди внезапно вырвался окровавленный кулак.

Существо замерло, а затем медленно повернуло голову.

Мелькнула тонкая рука, отделив голову от шеи.

За спиной Хранителя Врат стояла чарующая женщина в разорванном алом платье, в её длинных чёрных волосах застрял песок. Она была почти нечеловечески красива… однако её умопомрачительное лицо было залито кровью, а ото лба до кончика подбородка тянулась уродливая рваная рана, словно кто-то испортил бессмертный шедевр, разрезав его острым ножом.

Один глаз Повелительницы Зверей слипся от засохшей крови, но другой горел холодной, убийственной яростью.

Её алые губы разошлись, обнажив жемчужно-белые зубы.

«Я не думаю, что ты подчинишься. Поэтому… просто умри…»

Глава 1222
Вопреки всему

Кулак Повелительницы Зверей всё ещё торчал из груди мерзости, но в следующее мгновение она вырвала его, почти разорвав весь труп на части.

Она выглядела разъярённой… сильно разъярённой.

«Как ты смеешь поднимать руку на мою сестру…»

Прежде чем мерзость успела собраться воедино, красивая Святая пнула её ногой, отбросив изуродованный труп назад. Он отлетел на десяток метров и упал на песок, слегка дёрнулся, а затем поднялся, уже вновь собираясь в единое целое.

Они стояли друг напротив друга, пристально разглядывая противника. Существо было окровавлено и избито, но жутко спокойно. На его губах играла улыбка.

Повелительница Зверей выглядела такой же избитой, её лицо было изранено и измазано кровью. Выражение на её лице было мрачным и полным холодной ярости.

Она стиснула зубы и прошипела:

«Я не проявлю к тебе милосердия».

Труп с улыбкой смотрел на неё.

Затем он внезапно заговорил.

Наклонив голову, труп спросил:

«…Что такое милосердие?»

Выражение лица Святой слегка изменилось.

«Что за чёрт… почему они разговаривают…»

Санни попытался встать, но это удалось только благодаря использованию Греха Утешения в качестве костыля. Он с трудом дышал, но всё было в порядке… будучи большим знатоком физических травм, Санни оценил своё состояние как неопасное для жизни.

Пока что.

Он не мог понять, почему Повелительница Зверей тратит время на угрозы Великой мерзости, вместо того чтобы атаковать её, но это дало ему время хотя бы оценить ситуацию.

Остальные члены группы выживших… были живы. Насколько он мог судить, никто ещё не умер. Однако все они были тяжело ранены. Только Морган и Святая выглядели так, будто ещё могли сражаться… и Эффи тоже, хотя на её лице было выражение боли. Однако, судя по тому, как они были измотаны и избиты, он сомневался, что от них будет хоть какая-то польза.

Да и сам Санни не смог бы многого добиться.

Состояние Неф… было неизвестно.

«Сможет ли Повелительница Зверей расправиться с существом в одиночку?»

Однако в следующее мгновение этот вопрос потерял смысл. Санни также получил ответ на вопрос, почему прекрасная демонесса тратит время на беседу с существом.

Она не теряла времени. Она просто тянула время.

Солнечный свет, льющийся с раскалённого неба, стал чуть ярче, и сзади на сосуд Великого Хранителя напала фигура, сотканная из чистого сияния. В тот же момент Повелительница Зверей бросилась вперёд.

«Летний Рыцарь!»

На помощь пришёл не один Святой, а два. Два Трансцендента из клана Сонг и клана Валор, похоже, заключили временный союз.

С губ Санни сорвался хриплый вздох. Он вызвал руны и взглянул на них, чтобы убедиться, что Нефис ещё жива. Сделав это, он сделал шаг назад и упал на раскалённый песок.

Закрыв глаза, Санни позволил боли захлестнуть его. Он следил за завязавшейся схваткой только с помощью ощущения теней, оставаясь напряжённым и настороженным.

Сосуд Хранителя Врат… был страшным противником даже для Святых. Однако, несмотря на всю свою мощь и удивительное упорство, он, похоже, не мог им противостоять.

Возможно, ситуация была бы иной, если бы здесь были два других Трансцендента, но Повелительница Зверей и сэр Гилеад были выдающимися Святыми. Особенно Повелительница Зверей – Санни заметил, что раны, нанесённые ею, заживают намного дольше. Некоторые даже оставались открытыми, словно что-то мешало их заживлению.

Было и ещё кое-что…

Санни почувствовал четвёртую тень, стоящую в отдалении. Утончённая, изящная… и знакомая.

«Кэсси?»

Значит, именно Кэсси привела Святых к ним на помощь.

Санни почувствовал, как из его искалеченного тела уходит напряжение.

…Со временем труп, казалось, стал немного беспорядочным. Его атаки потеряли свою остроту, а из носа потекли капли крови. Повелительница Зверей не только сражалась с ним, но и избивала существо мощными ментальными атаками.

«Кажется… они справляются…»

Но прежде чем они успели разобраться с существом, костёр испепеляющего белого пламени внезапно ослаб, а затем и вовсе исчез. Среди расплавленного песка и обсидианового стекла появились две тени – одна была смята и неподвижна, другая стояла над ней. Затем источник второй тени покачнулся и упал.

Оставшийся сосуд всё дольше залечивал свои раны. Святые атаковали его без паузы, методично и неумолимо. Санни не мог их видеть, но чувствовал, как бешено меняются очертания и положение теней.

Медленно… мучительно… темп замедлялся.

И вот в какой-то момент одна из теней стала неглубокой и пустой.

Сосуд Хранителя Врат превратился в груду неузнаваемой плоти.

Повелительнице Зверей и Летнему Рыцарю пришлось нелегко, но они оба остались на ногах.

Санни стиснул зубы, а затем открыл глаза и медленно сел.

…Как только существо умерло, Повелительница Зверей развернулась и подошла к Сейшан. Опустившись на колени перед отвратительным монстром, прекрасная демонесса нежно положила руку на его плечо и улыбнулась.

«Я здесь, Сейшан. Я пришла вовремя».

Чудовищное существо медленно уменьшилось в размерах, превратившись в изысканно красивую женщину с гладкой серой кожей. Всё её тело было избито, но она была жива и даже находилась в сознании, хоть и едва.

Повелительница Зверей прошептала сестре ещё несколько слов, а затем поднялась на ноги.

Её взгляд медленно переместился на Морган, которая стояла на коленях на песке в нескольких десятках метров от неё. Улыбка исчезла с её губ. Взгляд единственного открытого глаза прекрасной Святой…

Не сулил ничего хорошего.

Санни вздрогнул, внезапно вспомнив, как они вообще оказались в этой проклятой пустыне.

Может, в Антарктиде и открылись Трое Врат Четвёртой Категории, но великие кланы…

Все ещё находились в состоянии войны.

Санни не собирался вставать между Повелительницей Зверей и Морган, да и сделав это, он не смог бы ничего добиться.

Но Нефис тоже была здесь, лежала без сознания в кольце из чёрного стекла. И она тоже была дочерью Короля Мечей, пусть и формально.

«Черт побери…»

Однако ничего делать не пришлось – в тот момент, когда Повелительница Зверей холодно посмотрела на Морган, перед Принцессой Войны внезапно возникла высокая фигура в потрёпанных доспехах, закрывшая её от удушающего взгляда прекрасной Святой.

Летний Рыцарь уставился на Повелительницу Зверей и молча покачал головой.

«Даже не думай об этом».

На её губах появилась опасная улыбка. Прекрасная демонесса подняла изящную бровь и с ноткой вызова произнесла:

«…А иначе?»

Лицо сэра Гилеада оставалось спокойным.

«Я убью тебя».

Повелительница Зверей несколько секунд не сводила с него взгляда, а затем отвернулась и рассмеялась.

«…Тогда, может быть, в другой раз».

Посмотрев на заходящее солнце, она повысила голос и крикнула:

«Пойдёмте! Все, кто ещё жив, вставайте. Нам нужно найти убежище до наступления ночи».