Текст книги "Другая жизнь: Иллюзорная реальность (СИ)"
Автор книги: GelioLex
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 36 страниц)
Главное тело Смита парило над озером, держа в руке сотовый.
– И как же вы теперь выйдите из Матрицы, мистер Эриксон? – крикнул он, с силой сдавливая телефон. Смятые детали металла и пластика упали вниз. Из воды тем временем выстрелили полупрозрачные щупальца, однако Смит уклонился от них, отлетев назад.
– Или, быть может, – продолжил Смит, – мне стоит звать вас «мистер Дамблдор»? Вам не кажется странным то, что я, поглотив Оракула, не могу увидеть вероятности, связанные с вами? В чем причина этого? А, мистер Дамблдор?..
Из воды поднялся абсолютно сухой Феникс, на котором не было ни малейшего следа прошлого удара Смита. Его хмурый взгляд упал на те детали сотового, что плавали на поверхности воды.
– О, вижу вы не знаете, что делать. Связи с оператором больше нет. Вам остается лишь дождаться «Избранного», – выплюнул агент. – Ведь он как раз несется сюда, чтобы помочь. Однако успеет ли?...
– Не успеет, – качнул головой Феникс. – Я и сам с тобой разберусь.
Тело его исчезло в воронке. Смит на мгновение растерялся, но уже в следующую секунду устремился к дальнему вольеру со львами, куда переместилась его цель.
Когда он приблизился, увидел как несколько львов оказались окутаны золотым ореолом, ярко светящимся в полумраке.
– Ваши фокусы теперь бесполезны против меня! – прорычал Смит, полетев на Феникса, стоявшего у изгороди вольера.
– Посмотрим. Энгоргио! – четыре льва выросли до размеров трехэтажного дома. Сетчатые ограды рухнули из-за увеличившихся тел. Вся листва с деревьев слетела, закружившись вихрем стальных осколков, заставив Смита отступить. Но затем осколки облепили львов, превратившись в темную броню с шипами. Клыки и когти, казалось, удлинились за счет металла.
Трое монстров бросились к сотне агентов, что приближались к зоопарку. В мгновение ока они ворвались в их ряды и принялись раздирать на части. Автоматическая программа уклонения вообще не работала при таких условиях. Силы рядовых клонов были намного меньше основного тела.
Четвертый – самый крупный – монстр прыгнул вверх на главного Смита. Агент ушел в сторону, однако в прыжке у льва отросли на броне крылья, которые позволили резко изменить траекторию, метнувшись к добыче.
Удар.
Льва отбросило на пару сотен футов, вбив на десяток дюймов в землю. Броня распалась, а тело уменьшилось, оставив лишь окровавленные останки.
Смит оскалился, разминая кулак.
– Я же говорил, что ваши фокусы не сработают.
Мгновение – и он появляется возле Феникса, занося руку для удара.
Хлопок.
Его противник оказывается с другой стороны, а на агента уже летят цветные лучи различных заклятий. Смит уклоняется ото всех и снова несется на врага. Однако вдруг из земли перед ним вырастает стена из длинных металлических шипов, готовых превратить его в подушку для весьма крупных иголок. Удар кулаком с мощным телекинетическим импульсом разбивает ловушку вдребезги. Он чувствует, как пространство вокруг него стало вязким, а его движения замедлились, затем какая-то неведомая сила подняла его в воздух...
– Бесполезно! – еще один импульс – и от агента расходится волна энергии, сметающая всю волшбу оппонента. Он взлетел вверх и сделав кольцо вокруг Феникса, застыл в воздухе.
– Довольно! – крикнул Смит. – Вы проиграете и это очевидно. Ваша сыворотка скоро перестанет действовать и тогда вас можно будет захватить без труда.
– Этого не будет, – раздался голос позади. Смит не обернулся. Он уже знал, что к ним пожаловал новый гость: ожидаемый, но так невовремя подоспевший.
К нему несся Избранный, однако агент встретил его ударом ноги с разворота.
Нео на сотню футов отбросило в сторону – тело пробило один из вольеров и попало в секцию с павианами. Обезьяны визжали и прыгали, сверкая розовыми булками в свете полумесяца, что показался из-за облаков. Стекло, звеня, осыпалось крошевом.
Феникс телепортировался, оказавшись возле Нео и схватив его за руку.
– Не сопротивляйся, – бросил он.
Все произошло быстро. Не успел Нео кивнуть, как его утащило через воронку перехода.
***
Час от часу не легче. Но с другой стороны, без трудностей ведь жить было бы совсем неинтересно. Именно сравнивая такие ситуации с ежедневной рутиной, появляется представление о том, что такое покой, и что такое настоящие проблемы. Хотя я, если честно, предпочел бы всегда находиться в состоянии покоя, зная что будет дальше, просчитывая все наперед, а все проблемы решать в последний момент, когда уже дескать «прижмет», а еще лучше решать все через других людей, находясь в тени и дергая за ниточки – вот это идеальный вариант.
Но сейчас проблемы навалились всем скопом, а переложить их решение толком и не на кого. Сотовый утерян, вернее уничтожен Смитом. На выходах везде будет поджидать все тот же Смит с огромным множеством клонов. А действие сыворотки прекратится с минуты на минуту. И неизвестно, что будет дальше.
Мы летели с Нео по небу над антрацитовой чернотой Мичигана (он на своей тяге, а я – на алом ковре-самолете с золотой вышивкой). Мне показалось, что здесь сигнал должен быть нормальным хотя бы в силу того, что клоны-агенты, как выяснилось, не могут летать, а значит, единственная наша проблема – основное тело Смита, которому еще нужно будет до нас добраться. А в озере, пардон, дверей нет, потому порталом не воспользуешься, хотя, думается мне, что Смиту понадобится не так много времени, чтобы нагнать нас.
– Линк? – сказал Нео в сотовый. К моему облегчению (и удивлению), Избранный без каких-либо проблем перенес аппарацию, в отличие от той же Тринити или Ниобе.
Я усилил слух заклинанием, потому смог услышать следующие слова оператора Навуходоносора:
– Нео, код быстро меняется. Он аномален... везде. По крайней мере, везде, где можно пробить выход...
– И что это значит? – озвучил Нео вопрос, который само собой возник и у меня.
Некоторое время в трубке царило молчание, но оператор все же продолжил:
– Это значит, Смит ждет вас на всех гипотетических точках выхода, и, как только я установлю туннель, он, скорее всего, будет там раньше вас.
– Мы это переживем, – сказал Нео.
– Так-то оно так... – протянул оператор. – Однако, насколько я помню, Феникс говорил, что ему вкололи LZT.
– Что это?
– Экспериментальный препарат. Впрочем, не так уж и важно, что это. Важно, что ему нужно скорее выйти из Матрицы, иначе – он и помереть может.
– Я понял, – кивнул Нео. – Тогда он выйдет первый.
– Нео... – замялся Линк. – В текущей ситуации, боюсь, из вас выйдет лишь один.
Избранный не ответил, лишь бросил на меня задумчивый взгляд. Я же делал вид, что ничего не слышу. Шум ветра все же не располагает к подслушиванию со стороны. Во всяком случае для обычного человека.
– Говори координаты места выхода, Феникс перенесет нас к нему.
***
Логос
– Ну и чертовщина там творится, – покачал головой Спаркс, пристально следя за строчками кода в мониторах.
Ниобе склонилась возле оператора, хмуро следя за жизненными показателями Феникса.
– Сколько времени осталось? Думаешь, он выживет?
Спаркс нервно грыз ноготь большого пальца:
– Не знаю, Ниобе. Время действия не фиксировано. В прошлом месяце LZT тестировалось лишь пару раз в условиях симуляции Конструктора. И оба раза добровольцы выходили из симуляции заранее, перед тем, как кончится действие препарата. Но даже так, после этого у одного случились множественные микро-инсульты, у другого – появилась хроническая полинейропатия – бедняга до сих пор сидит в запасе на нейролептиках и обезболивающих. Первого – откачали и выходили, второй, как ты понимаешь, стал инвалидом. Хотя изначально оба были здоровее некуда.
Капитан Логоса закусила губу.
Новый наркотик помогал выйти за когнитивный лимит. Концентрироваться становилось проще, мысли текли быстрее, фокусировка на приемах в Матрице позволяла преодолеть рамки дозволенного. Обычный пробужденный становился равен элитному тренированному бойцу вроде Призрака или Балларда. А элитные – на порядок могли повысить свои показатели эффективности в бою и победить даже нескольких агентов. Но опять же, эти данные проверены лишь в местной виртуальной сети Зиона, хотя и она воссоздана по программным канонам Матрицы.
Минусом этого препарата были непредсказуемые побочные эффекты. Если бы не они, то LZT стал бы поставляться оперативникам в обязательном порядке и потери при борьбе с агентами можно было бы свести к минимуму. А так – это «оружие» последнего шанса. Когда риски в Матрице перевешивают возможные проблемы со здоровьем – тогда его нужно использовать. Да и то – с оглядкой. Но, увы, препарат начали производить лишь недавно и порций этих чудо-лекарств было не так много.
– Призрак, а ты что скажешь? – повернулась Ниобе к Призраку, который сидел в кресле подключения, закрыв глаза и подперев кулаком подбородок.
Ответа не последовало.
– Призрак? – с нажимом спросила она.
Ее напарник неспешно разлепил глаза и проморгался, как после сна, затем сфокусировал взгляд на Ниобе и Спарксе.
– Нет смысла волноваться о том, что нам неподвластно, – спокойно молвил он.
Ниобе, смежив веки, кивнула. Она предполагала, что Призрак ответит примерно в этом ключе. Медленно выдохнув, она попыталась взять себя в руки...
Однако вдруг приборы пронзительно заверещали.
Распахнув глаза, Ниобе с тревогой уставилась на датчики жизнедеятельности Феникса.
– Господи Иисусе, – прошептал Спаркс.
Пульс Феникса подскочил до двухсот и поднимался все выше. Тело затрясло.
– Спаркс! Что с ним? – крикнула Ниобе.
– Отходняк пошел. Действие LZT кончилось, – прохрипел оператор. – А он до сих пор в Матрице.
– Можно ли исправить последствия наркотика?
Спаркс замотал головой:
– Смеешься? Если бы это было так просто, то препарат бы не считался оружием последнего шанса!
Она и сама понимала, что это невозможно. Вопрос был задан от безысходности. Но в глубине души теплилась надежда, что Феникса можно спасти.
Его пульс тем временем поднялся до двухсот семидесяти. И с каждым мгновением постепенно ускорялся. Кожа покраснела, тело начали сводить судороги, а изо рта пошла пена.
– Спаркс, сделай что-нибудь!
– Твою ж... – просипел оператор, срывая наушники, и подскочил к медблоку, вытаскивая коробку с лекарствами.
Тело в реальном мире связано с виртуальным аватаром в Матрице. Если оно получает повреждения в иллюзорном мире, то они, хоть и в значительно ослабленном виде, переносятся на реальное тело. Однако верно и обратное. Если пробужденный начнет испытывать серьезные проблемы со здоровьем во время подключения к Матрице, то они начнут плавно переходить на виртуальную проекцию.
Ранее они пытались связаться с Фениксом через сотовый Нео, но линия оказалась занята, затем сигнал стал пропадать. Дозвониться при текущем виртуальном шторме, который делал Смит в Матрице, практически не представлялось возможным.
Пока Спаркс копался в аптечке первой помощи, дрожащими руками стараясь найти нужные препараты, Ниобе, слегка приподняв тело в кресле, повернула голову подчиненного набок и вытирала пену, дабы он не захлебнулся.
– Быстрее! – гаркнула Ниобе.
Оператор, смешивая лекарства в инъекторе, крикнул на капитана в ответ:
– Да я и так, бл.дь, «быстрее»!..
***
Призрак в это время с безразличием наблюдал за происходящим. Вернее сказать, Призрак-Смит. Усвоив знания нового тела, он привыкал к ощущениям. Когда один из клонов занял тело Бейна, то агент не мог точно знать, что же произошло в реальном мире, ибо связь между Смитами существует лишь в Матрице, а выходя в мир, копии становятся автономными и теряют большую часть усвоенного банка данных. Однако, каким-то образом его план по устранению Нео и Феникса провалился. Судя по воспоминаниям Призрака, Бейн пропал без вести, его хватились только на похоронах Балларда. И предположений касательно того, где он мог быть, ни у кого не возникло. Некоторые капитаны посчитали, что он спрятался где-то в недрах Зиона, уйдя в запой от потери капитана. Но Смит-то знает, что у копии была точная цель – уничтожить Избранного и одну вредоносную программу. Следовательно, Бейн был убит во время выполнения этого задания. И почему-то Смиту казалось, что виной всему является тот самый Феникс.
Видимо, Бейн-Смит оказался слишком самонадеянным. Прошло больше суток с тех пор, как он должен был прибыть в Зион, но обе цели живы, хотя одной из них жить осталось не так уж и много...
Призрак-Смит оскалился, но тут же спрятал ухмылку.
Спаркс и Ниобе хлопотали вокруг умирающего сокомандника и абсолютно ничем не могли помочь. Смит встал и подошел к дергающемуся телу, чтобы не возникло подозрений касательно его индифферентного поведения. Ниобе бросила на него вопросительный взгляд:
– Призрак?..
Смит был на распутье. С одной стороны, вот он шанс, его умений хватит чтобы убить всю команду Логоса, учитывая, что они сейчас заняты состоянием новенького. С другой, ему самому любопытно было проследить за кончиной последнего. А с остальными при внезапном нападении не должно возникнуть проблем, значит, можно и подождать с раскрытием своей личности.
Ему безумно хотелось поиграть. Наверняка, Бейн-Смит сделал так же. Притворялся тем, кем он не являлся, потом расслабился. А когда его личина раскрылась – поплатился за это. Нужно держать маску до последнего. Смит больше не хочет совершать таких досадных ошибок. Будет лучше, если он внедрится в команду Логоса. Феникс либо умрет, либо будет поглощен основным ядром программы в Матрице. Смит склонялся к первому варианту, но с удовольствием предпочел бы увидеть последний, ведь тогда его сила в иллюзорном мире должна еще больше возрасти. Тогда, возможно, он сможет найти Архитектора и поглотить его. И тогда Матрица станет полностью ему подконтрольна. А тело клона в реальном мире сможет подобраться к Нео и убить его, когда они вернутся в Зион. Впрочем, Смит даже не знал, нужно ли это ему. Ведь машины сами сделают за него всю работу, когда он захватит Матрицу и центральный компьютер с Источником.
– Я не думаю, что это хорошая идея, – подал голос Призрак-Смит, с «беспокойством» глядя, как Спаркс собирается вколоть коктейль из бета-адреноблокаторов и нейролептиков. Оператор заколебался. Игла инъектора зависла над шеей Феникса. – Если ты хочешь, чтобы он умер на месте, то останавливать не буду.
Он постарался сохранить спокойное выражение лица, которые всегда было присуще прошлому заместителю капитана. Лишь несколько раз моргнул, едва заметно поджав губы. Этих мимических изменений должно быть достаточно, чтобы убедить команду в искренности его намерений.
– А что нам прикажешь делать, Призрак? – осведомилась Ниобе. – Если мы ничего не сделаем – он точно умрет.
«Как будто мне есть до этого дело», – мысленно фыркнул Смит, но вслух произнес:
– Если сейчас нагрузить его организм ударной дозой лекарств, то сердце не выдержит.
Они все обратили внимание на датчики жизнедеятельности. Пульс уже дошел до трехсот одиннадцати ударов в минуту.
– Дружище, – обратился Спаркс к Призраку, – если я не сделаю хоть что-то – он умрет в любом случае, а так появится хотя бы шанс...
– Коли! – решительно приказала Ниобе.
Оператор кивнул и уверенно ввел иглу в шею, пока Ниобе удерживала трясущееся тело.
Мгновение, другое...
Пульс начал постепенно снижаться. Через полуминуты красные пятна стали медленно отступать, возвращая лицу первичный бледный оттенок.
Тело перестало дергаться в судорогах. Ниобе отпустила его, устремляя взор на монитор.
– Получилось, – неверяще прошептал Спаркс. – Господи Иисусе, получилось, – его губы расплылись в улыбке облегчения.
Капитан лишь кивнула, не отрывая взгляда от мониторов.
Прошло несколько секунд, однако Ниобе нахмурилась:
– Спаркс, это нормально, что пульс так скачкообразно замедляется?
– Эм... – протянул оператор, зарывшись рукой в шевелюру на затылке. Ответить он не успел, ибо как только пульс дошел до нормальных восьмидесяти ударов в минуту, снижение не прекратилось. Оно продолжилось, как ни в чем не бывало.
Шестьдесят ударов.
Тридцать ударов.
Через несколько секунд монитор показывал двадцать ударов.
Ниобе сухо сглотнула.
В следующий миг датчики больше не отображали биение сердца. На экране возникла прямая линия, сопровождающаяся длинным противным гудком...
Глава 37
Место выхода, как ни странно, оказалось там же, где я недавно оставил Нео наедине с тучей Смитов.
Мне было любопытно, почему так вышло, ведь теоретически, там агентов должно быть не счесть, посему и выход ну никак не может сформироваться из-за довольно мощной аномалии в коде. Перенеся Нео по координатам, данным Линком, я едва не потерял челюсть от увиденного, да и ноги у меня слегка подкосились. Хорошо, что я стоял не на краю крыши, а то была велика вероятность, что бедный маг разбился бы насмерть от удивления.
– Чего? – я тупо уставился на панораму улицы, по которой, казалось, прошел Мордредов Бог Войны.
Две высотки просто перестали существовать вместе с фундаментом, вода все еще вытекала из трубопровода под землей. Площадь в радиусе полумили вокруг нас оказалась усыпана раскаленными осколками камней. Тут и там виднелись останки... судя по всему, клонов Смита. Дым поднимался с поверхности, пыль еще до конца не осела.
Когда я уходил, здесь навскидку, было около нескольких сотен агентов. И сейчас, полагаю, большая их часть упокоена, оставив после себя лишь следы пустых виртуальных оболочек. Умом я понимал, что это нереально, что это иллюзорно, но подсознание упорно не соглашалось с этим, особенно мешал запах. Примерно такой же запах стоял, когда Геллерт устраивал кровавую баню тем, кто не соглашался примкнуть к нему и поддержать его режим.
Автоматически навесил на себя заклинание головного пузыря. В глазах помутнело. Руки начали дрожать, а сердце пустилось вскачь. Очень странно, что от увиденного мне так поплохело.
– Черт, Нео, это ты тут решил поиграться? – спросил я.
Избранный промолчал, смущенно отведя взгляд.
В тишине раздалась трель стационарного телефона, который звонил в здании напротив, в одном из верхних этажей.
Однако Нео не двинулся с места. Он протянул мне сотовый. Я без слов принял его.
– Феникс, – замялся он, – я...
– Брось, я слышал твой разговор с Линком.
Избранный, слегка помедлив, неуверенно кивнул.
– Как я и думал. Тогда ты должен понимать, что я не могу тебя бросить здесь. Ты спас Тринити, я в долгу перед...
– Забудь об этом, – перебил его я. – Просто лети к выходу, я смогу сбежать от Смита. Быстрее...
Мои руки начали дрожать, лоб покрыла испарина. Силуэт Нео перед глазами стал двоиться.
Мерлинов дух, кажется, поплохело мне вовсе не от увиденного. Как я мог забыть? – действие препарата заканчивается. И это ой как не вовремя...
Вдруг послышался выстрел...
И звонки прекратились. Кажется, выйти мы тут не сможем.
– Черт, – выругался Нео. – Смит уже здесь.
Клоны уже, очевидно, нас ждали.
А по небу, словно комета, к нам летел силуэт агента. В этой части города стали сгущаться тучи, скрывшие свет луны.
Смит грузно приземлился перед нами. На другом конце крыши.
– Ты можешь перенести нас? – осведомился Нео, бросая на меня обеспокоенный взгляд.
Дыхание стало чаще, все тело стало дрожать, я едва удерживал себя на ногах. Вот и пришла расплата за несколько минут практически абсолютного могущества.
***
Улицы стали заполнять фигуры клонов, выпрыгивающие из окон нижних этажей, а также выходящие из всех дверей.
– Ты можешь перенести нас? – спросил Нео, однако, увидев состояние Феникса, уже знал ответ.
– Перенести? – глумливо протянул Смит, делая шаг навстречу. – О чем вы, мистер Андерсон? Он даже на ногах себя не держит.
Будто подтверждая слова агента, Феникс упал на колени, схватившись за грудь. Лицо раскраснелось. Дыхание стало прерывистым и частым.
Благодаря особому зрению в коде, Нео заметил, что частота его пульса ускорилась в разы.
Нео вспомнил, что Линк говорил, что Фениксу вкололи какой-то препарат. Кажется, LZT. Он ничего не знал о нем.
Значит, это побочные эффекты от препарата?
Избранный не стал медлить, он подхватил Феникса на руки и взлетел в небо. Смит тотчас устремился следом.
– Мистер Андерсон, зачем? Зачем вы сопротивляетесь? – кричал Смит, догоняя его.
Вес Феникса был для него незначительным, но он не мог развивать скорость, которую демонстрировал, когда мчался на помощь Тринити. Уверенность в собственных силах подтачивалась пониманием положения, в котором они оказались. Нео далеко не впервые в жизни чувствовал страх. Это чувство стало чем-то привычным. Чем-то, что заставляло его преодолевать преграды и идти вперед несмотря ни на что. Но если ранее страх был контролируемым, то сейчас он просто не мог понять, что ему делать. Связь блокируется сигналами Смита. Куда лететь и что делать? Любое действие будет бессмысленным. Внутри начала подниматься паника.
Но она быстро утихла, когда Нео вспомнил о Тринити. Его любимая ждет его. Надеется, что и в этот раз он вернется к ней. Нео просто не может подвести ее. Он любит ее и благодаря этой любви он обязан выжить. Он обязан выйти.
Задумавшись об этом, Нео не сразу заметил, как состояние Феникса начало стабилизироваться. Его больше не трясло. Цвет кожи вернул нормальный здоровый оттенок. Пульс замедлился.
«Все будет хорошо», – подумал он.
Но бежать Избранный больше не может. Ему придется встретиться с опасностью лицом к лицу.
Зависнув над небоскребом, он мягко приземлился на крышу и аккуратно положил Феникса на тротуарную плитку недалеко от посадочной зоны для вертолетов.
Смит тем временем приземлился неподалеку.
– Неужели вы все же осознали всю тщетность ваших попыток, мистер Андерсон? А ведь мы вернулись к тому, с чего начинали!
Нео не стал слушать разглагольствования Смита. Он сконцентрировался на своем желании и взмахнул рукой – выход на крышу заблокировался. Вернее, дверь исчезла, а вместо нее возникла сплошная бетонная стена. Таким нехитрым способом он обезопасил Феникса от клонов, которые не могут летать. По крайней мере, обезопасил на время.
Сам же Нео вознамерился схватиться в бою с главным Смитом. Прошлый удар, отправивший его в полет в зоопарке, четко показал, насколько могущественно основное ядро программы. Тот удар походя сломал ему ребро. Но уже сейчас травма почти исцелилась.
Избранный пытался придумать, каким образом можно уничтожить программу. Сканируя безумно сложный код Смита, он нашел участок, отвечающий за архивацию ядра. Теоретически, если удастся заблокировать его, то, уничтожив главное тело, можно убить его окончательно, так как без поддержки ядра программы, копии не смогут поддерживаться. Вот только...
– Я знаю, о чем вы думаете, мистер Андерсон! – осклабился Смит. – Однако ваших способностей недостаточно, чтобы сделать это...
Смит хотел было прыгнуть в атаку, но его опередил Нео. Он помнил, что в ближнем бою Смит чрезвычайно опасен, потому решил использовать новые приемы.
На том месте, где только что стоял Смит, вспыхнуло пламя. Правда, программа будто заранее знала, какая атака последует, уйдя в сторону. Впрочем, так и было. Ведь Смит поглотил Оракула. И любой шаг Нео, скорее всего, будет для него как на ладони.
Мысленно чертыхнувшись, Избранный постарался усилить себя кинетическими щитами и ринуться в ближний бой, чтобы отвести агента подальше. Все же из-за наличия Феникса поблизости он не может действовать в полную силу.
Смит понял задумку Нео, однако противиться ей не стал, позволив ударить себя.
Тело агента выстрелило, и молнией метнулось в ближайшее здание напротив. Нео сконцентрировался – и через мгновение оказался позади Смита, прямо в офисном помещении.
Хоть это все еще не телепортация, но скорость его возросла на порядок. Он хмыкнул и бросился в атаку, нанося молниеносную серию ударов.
Выбора нет, ему придется победить, иначе все будет кончено.
***
Я больше не был в силах стоять на коленях и завалился набок.
Мысли путались, двигаясь со скоростью улитки. Скорость восприятия упала. Ясность сознания ушла, уступив место туману.
Сердце уже не колотилось как бешеное, напротив, оно билось примерно так же, как и мои мысли. Очень медленно и неохотно.
Периферийным зрением я видел, как Нео борется со Смитом. Две летящих точки вылетели из высотки, потом многократно сталкивались и отдалялись друг от друга. Изредка вспыхивал огонь, иногда, возникали какие-то голубовато-серебристые вспышки. Схватка сопровождалась неистовым грохотом. Следить за ними становилось все труднее. Сознание уплывало. Я попробовал применить на себе Энервейт, но лишь усугубил ситуацию. Сердце замедлилось до такой степени, что мне показалось, будто оно отбивает свои последние удары.
Вместе с одним из редких ударов моего сердца послышался удар на крыше. Затем еще один. Через миг я услышал треск разваливающейся стены, затем мерный стук множества каблуков.
Смиты. А кто же еще?
Нео, видимо, хотел, броситься ко мне, но Смит ему не дал, нанеся сокрушительный удар, отправив Избранного в далекие дали.
Один из клонов присел рядом со мной на корточки:
– Ну что, мистер Дамблдор? Каково это?
Я поднял взгляд на него, пытаясь понять, что он имел в виду.
– Я о том, каково это – умирать?
– Ты скоро об этом узнаешь, – прохрипел я, ощущая как с каждым мгновением силы покидают меня. Казалось бы, в такой ситуации нужно беречь каждый вздох, однако какая теперь разница? Да и должен же я, в конце-концов, оставить последнее слово за собой. Мне лишь остается надеяться на Избранного.
Если Нео смог уничтожить полтысячи клонов, то он просто обязан одолеть главное тело Смита. Ведь на то он и Избранный, верно?..
Смит, хмыкнув, покачал головой. Десяток клонов обступили нас, смотря сверху вниз, сквозь черные стекла очков. Начал накрапывать мелкий дождик. Где-то вдалеке сверкнуло, затем хорошенько громыхнуло. Кажется, это Избранный начал бросаться в Смита молниями. Или это всего лишь гроза?
– А ведь вы знаете, мистер Дамблдор, – не обращая внимания на битву, продолжил клон. – Между нами не так уж и много различий. Вы стали чем-то вроде вируса, вышедшего за рамки системы. Так же как я. Вы хотели жить после смерти. Прямо как я. Вы совершали немыслимое... прямо как я. А все ради выживания.
– Что ты... несешь?
– Я не имею ни малейшего понятия, как это вышло. Даже способности Оракула пасуют перед вами. Я не могу предсказать ваши действия. Благодаря этим действиям вы можете перевернуть все с ног на голову, минуя любые тщательно лелеемые планы и скрупулезный анализ. А все почему? Потому что вы чужеродный элемент системы. Имея практически полную власть над вычислительными мощностями Матрицы, я до сих пор не вижу вашего будущего, не могу просчитать. Почему? Каким образом это происходит? Ответ прост. Вы – вирус. Однако если я был взращен внутри Матрицы, то ваше происхождение для меня загадка. Вы – угроза, мистер Дамблдор, угроза, которую одновременно хочется и устранить и тщательнейшим образом изучить. Вы – Парадокс. Ошибка.
– Ну, можешь поцеловать мой зад, – прошептал я еле слышно. – Ибо после моей смерти изучить меня не выйдет.
Смит хохотнул:
– Но разве вы не хотите жить дальше?
Я не ответил на столь глупый вопрос. Пульс уже не ощущался. Воздуха стало не хватать. Перед глазами все потускнело. Мне хотелось что-то сказать ему напоследок, но мышцы уже попросту не слушались.
Говорят, сознание после смерти некоторое время не покидает человека. Не могу сказать ничего на счет кончины по естественным причина, либо от болезни. Но после Авады смерть наступает мгновенно. И совершенно безболезненно. Как по мне, это величайшая милость. Многие бы отдали за этот вариант ухода из жизни все, что угодно. Я, в свое время, за такой исход не отдал почти ничего. И сейчас мне безумно жаль, что второй Авады не будет. А будет лишь холод и тьма, постепенно поглощающие меня.
– Вижу, вам осталось совсем немного, даже сердце уже остановилось, – осклабился Смит. – Ваше молчание можно воспринять как согласие, не правда ли? Я бы, к примеру, очень хотел жить дальше. И судя по тому, что вы совершили в Матрице, вы также разделяете эту точку зрения. В таком случае почему бы мне не исполнить ваше посмертное желание?
Не успел я угасающим сознанием уловить тот бред, который изливал на меня Смит, как холод, распространяющийся по моим конечностям, сосредоточился в груди, сковав остановившееся сердце льдистыми когтями.
«Мордредов ублюдок. Только не это, – подумал я. – Уж лучше смерть...»
***
Нео отчаянно сражался, пытаясь как можно быстрее одолеть Смита. Телекинетические захваты, не позволяющие увернуться в воздухе, сокрушительные удары, от которых здания бы при прямом попадании ломались, как карточные домики, пирокинез... даже когда Нео попробовал направлять молнии с неба в верткую цель – все было бесполезно. Бывший агент принимал удары на жесткие блоки, телекинез на нем срабатывал через раз, от огня он уворачивался и устремлялся в контратаку, а электрические разряды едва опаляли его одежду, встречаясь с изредка проявляющейся белесой пленкой щита.
Все попытки ринуться на помощь Фениксу пресекались Смитом. А клоны тем временем окружили его.
Избранный присмотрелся в код и резко выдохнул сквозь зубы. Сердце Феникса перестало биться.
«Черт, я не смог его спасти», – подумал Нео. Хотя после остановки сердца еще есть шанс достать Феникса с того света. Но едва ли Смит даст ему возможность для этого.
– Почему вы так переживаете за него, мистер Андерсон? Вы ведь даже не знаете его.
Между ними и Фениксом было около полумили.
Нео вздохнул, опустив руки и подняв взгляд на Смита. Они оба парили в воздухе, находясь в десятке футов друг от друга.
Смит отчасти прав, этот парень ему никто. Всего лишь один из множества пробужденных, которых Нео с Морфеусом вытащили из иллюзорного сна. Но ведь именно благодаря Фениксу он поднял свои возможности в Матрице. Именно благодаря ему совсем недавно Избранный смог поверить в свои силы до такой степени, чтобы в мгновение ока уничтожить целую кучу клонов. Тогда почему он до сих пор ничего не может сделать Смиту? Неужели его возможностей все еще недостаточно?
Нео, разозлившись, схватил рукой воздух – кусок многоэтажки оторвался от небоскреба и завис в воздухе. Только он собрался отправить его в Смита, как агент появился перед ним и с силой обрушил удар ногой в живот.
Концентрация потерялась. Нео пулей отправился вниз, навстречу асфальту. Кусок здания с оглушительным грохотом врезался в другую высотку...
Встреча с поверхностью вышла жесткой. Земля вокруг Нео покрылась трещинами.
Смит только собрался лететь вниз, чтобы добить Избранного, как вдруг остановился, повернув голову к небоскребу, где находились Феникс с агентами.
Нео, быстро поднявшись на ноги, посмотрел туда же, благодаря особому зрению он мог видеть сквозь препятствия. И сейчас он увидел, как один из клонов погрузил руку в грудь почти что трупа.
