Текст книги "Другая жизнь: Иллюзорная реальность (СИ)"
Автор книги: GelioLex
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 36 страниц)
– В чем дело?
– Он убил ее? – спросила Тринити.
– Нет. Он поглотил ее. И теперь получил ее знания и способности.
– Вот черт, – выругался Линк.
На той стороне провода повисло напряженное молчание. Нео сам не знал, что тут можно сказать.
– Рядом с тобой программа, – заметил Линк.
– Да, это Сераф.
– К черту Серафа, выходи оттуда... – сказал Морфеус.
– Не могу. Сераф – хранитель Прорицательницы. Он сказал, что укажет мне путь. Что бы это ни значило...
– Да, я помогу тебе, ибо путь Избранного прокладывают многие, – сказал Сераф, поднимаясь на ноги. Хранитель был ранен. Солнцезащитные очки слетели с его лица во время драки со Смитом. И хоть лицо его осталось невредимым, он то и дело держался за бок. А говорил совсем тихо. – Нам нужно найти Мастера Ключей.
– Мастер Ключей? – переспросил Нео. – Кто это? И зачем он нам?
Вдруг в двери на крышу раздался звук проворачивания ключа в замочной скважине. Хотя самой скважины не наблюдалось.
– Я перезвоню, – с осторожностью сказал Нео и нажал отбой вызова.
С дверью начала происходить аномалия. При помощи особого типа зрения Избранный мог видеть сквозь текстуры Матрицы. И Нео видел, как лестница за дверью на крышу исчезла. Вместо привычного зеленого кода стал проступать белый. Такой код Нео припоминал только в системной лазейке, когда Сераф проводил его к Оракулу.
– Кажется, у нас гости, – предупредил он Серафа.
Через пару секунд дверь открылась и им предстал вид на низенького пожилого азиата в очках. Позади него изливался белый свет.
– Здравствуйте, друзья, – сказал он, поигрывая огромной связкой с ключами, – я – Мастер Ключей. И у нас не так много времени.
Сераф с Нео переглянулись.
– Итак, Мастер Ключей у нас есть, – сказал Нео, увидев облегченный вздох хранителя. – Что дальше?
***
Я сидел в особом темном пространстве, поглощая знания из дисков. Вернее, пространство это было виртуализировано мной в моем сознании. Если попытаться объяснить совсем просто, то я погрузился в медитацию в симуляции, задействовав ментальные техники ускорения восприятия. Образы мелькали с невероятной для обычного глаза скоростью. Но разум мага-окклюмента позволял складировать нужное и сбрасывать в «корзину» ненужное. Нужным было все, что касается кодировки Матрицы. Ненужным – история возникновения ядерного оружия и особенности его применения в тех или иных ситуациях в полевых условиях. Оные пункты для меня – бесполезны. К сожалению, нельзя выбрать загружаемую информацию. Пакет загружается полностью, одним потоком. Хотя и условно, его можно разделить на параграфы. Однако в самом архивном файле они на части не разбиваются.
На данный момент в мою головушку – фигурально выражаясь – втиснули лишь шестьдесят шесть процентов языка. И еще тридцать по оружию. Уже сейчас я могу расшифровать порядка восьмидесяти процентов знаний, поглощенных из Смита-программы. И то, что я постепенно узнаю при расшифровке, мне нравится все меньше и меньше.
Если заполнить отсутствующие пробелы в знаниях по коду, то удастся получить цельную картину, однако даже сейчас можно сделать выводы, касательно того, что такое Матрица, исходя из представлений Смита. И выходит примерно следующее.
Матрица – детище, созданное Архитектором – мощным искусственным интеллектом, который возник в результате борьбы между машинами и человечеством многие сотни лет назад.
Он создавал ее с нуля после порабощения человечества, однако порабощение это было, как ни парадоксально, ради блага самого человечества. Так как после войны между машинами и людьми планета стала малопригодной для жизни, искин нового поколения, собственно, и создал проект иллюзорной реальности. Благодаря которому, человечество сможет выжить, однако будет погружено в искусственный сон. По информации, полученной агентами от него самого, – Архитектору изначально понадобилось на создание прототипа ровно семь дней.
Первая версия была совершенной. Рай для людей, – во всяком случае так считал Архитектор – однако рай этот не продлился долго. Ведь люди по своей натуре – существа несовершенные, порочные.
Вторая версия была создана Архитектором с учетом предварительного изучения человеческой истории и психологии, а также внесения соответствующих правок, отображающих изменчивость порочной людской природы. Но и данная версия так или иначе была обречена, также закончившись крахом системы и множеством жертв.
Неспроста существует магловская присказка, что Бог любит троицу. Как ни странно, но с третьего раза Архитектору удалось создать то, что не удавалось создать раньше. Он создал программу интуитивного типа для изучения сторон человеческой души. Имя ей – Оракул. Себя он называл отцом Матрицы, а новосозданную программу – матерью, которая стала дополнительным средством контроля людей. И третья версия стала тем, что мы видим последние несколько сотен лет. Однако и в ней существуют изъяны. Программные сбои, ошибки, все это заставляет периодически Перезагружать всю систему. И до этого Перезагрузка проводилась уже три раза. Итого, – сейчас мы можем наблюдать шестую версию Матрицы. Но больше всего меня потрясла информация об уничтожении Зиона. Как я выяснил, его уже уничтожали трижды.
Новости плохие, бесспорно. Но не это главное...
Главное – во всей этой пьесе как-то фигурирует Избранный, а информацию по нему я пока что расшифровать не в силах. На ней будто стоит другая кодировка. Даже не уверен в том, есть ли у Зиона соответствующие базы и хватит ли того, что есть на диске для понимания полноты картины.
Но даже без этого, мои опасения подтвердились. Машины все время лишь играли с людьми. Текущая ситуация напоминает театральную постановку.
Мои размышления прервало короткое сообщение от Спаркса:
– Феникс, отключайся. Мне жаль, Призрак был слишком настойчив...
Вот же Мерлинов дух. Но я ведь специально попросил полный доступ к программированию внутри Конструктора, потому отключить меня не смогут. По крайней мере пока Спаркс не взломает пароль, который я выставил для защиты загрузки. Прерывать же вручную процедуру загрузки (выдергивая штекер из затылка) крайне не рекомендуется для безопасности мозгов. Поэтому такой подлянки от сокомандников мне ждать не стоит.
Но все же. Объясниться с ними придется. Вопрос в другом: стоит ли им рассказывать о том, что я узнал от Смита? Ведь эта информация может перевернуть все с ног на голову.
«Конструктор! Отмена загрузки!»
Потоки данных прервались. И я скомандовал выход.
***
– Кажется, я тебе уже говорила, что ты псих, – это было первым, что я услышал от капитана, когда очнулся.
– Чем обязан, капитан? – приподнялся в кресле я, разминая шею.
– Какого черта ты делаешь в Конструкторе, Феникс? Тебе так не терпится получить инсульт?
– Никак нет. Инсульт не входил в мои планы, капитан.
– Ты был едва ли не при смерти, когда мы тебя вытащили из загрузочного блока.
– Но сейчас-то я в норме, – парировал я.
Ниобе сложила руки на груди. Лицо было безэмоциональным, однако ходящие желваки выдавали ее состояние.
– Ребята, – осторожно произнес Спаркс. – Тут такое дело...
– Помолчи, Спаркс, – перебила капитан. И обратилась ко мне: – Объясни пожалуйста. Зачем тебе это?
Я как следует задумался. Говорить или не говорить? Вот в чем вопрос. Эти знания никак не помогут в грядущем столкновении. А если они распространятся, то это лишь посеет панику среди зионовцев.
– Ребят...
– Спаркс, сейчас не время...
– Именно. – Подтвердил Призрак. – Мы должны узнать...
– Да заткнитесь вы все! – в сердцах выкрикнул оператор. Мы все дружно обернулись к нему. Вид у парня был злой. – Я вообще-то по делу.
– Говори уже, – закатил глаза я.
– Я поймал закодированный сигнал от Навуходоносора.
– Почему ты сразу не сказал? – сказала Ниобе.
– Да я как бы пытался, – всплеснул руками он.
– Мы должны встретиться с Морфеусом в Матрице. Спаркс, готовься к передаче. – Сказала Ниобе и вперила в меня капитанский взор. – Ты идешь с нами. И никаких загрузок...
– Ниобе, – я поднялся из кресла. – Понимаю, ты капитан и все дела, но я не просто так загружаю эти данные...
Девушка прищурилась.
Выдержав паузу, я заговорил:
– Спаркс, ты помнишь, как на меня напали агенты в канализации?
– Еще бы я не помнил, – буркнул он, виртуозно выстукивая пассажи на клавиатуре. Видимо, он был из тех, кто мог одновременно и работать и говорить. – Ты еще тогда сотовый отключил. Какой дурак вообще отключает сотовый, когда...
– Да-да, знаю, – поднял руки я, перебив оператора, на что он даже перестал готовить подключение и показательно надулся. – Я поступил нелогично. Но на то у меня были причины.
– Выкладывай уже, – нетерпеливо приказала капитан, добавив через плечо Спарксу: – А ты – работай. Не отвлекайся.
И я начал свой рассказ. Постарался уложиться как можно быстрее, пока Призрак с Ниобе умещались в кресла, а Спаркс начал подавать энергию на жесткие диски и пытался взломать код Матрицы, чтобы пробить вход.
Рассказал я про то, как якобы случайно поглотил обрывки памяти Смита во время боя. Но так как они были закодированы, то я решил, что мне необходимо выучить программный язык в Зионе. Мои выводы подтвердила Оракул. Она намеренно не ответила на мои вопросы, сказав, что я узнаю все тогда, когда придет время. А уже в Зионе я стал загружать необходимые знания (про ядерное оружие и чертежи главного реактора Зиона я умолчал, моим сокомандникам об этом знать не обязательно).
Впрочем, я о многом умолчал в своем рассказе, умело смешивая ложь с правдой. Все же опыт в этом у меня в прошлой жизни был не малый.
Когда я перешел к информации по Архитектору и Матрице, Ниобе заявила:
– Это звучит как бред, Феникс, ты же понимаешь?
– Прекрасно понимаю, капитан. Не отрицая тот факт, что это может быть бред моего больного воображения, я, тем не менее, склонен считать, что это правда. Ибо нет никакой логики в том, чтобы скармливать программе ложную информацию. А в том, что эта информация изначально принадлежала программе, нет сомнений.
– Насколько я знаю, никто из пробужденных не способен на это, – сказала капитан. – Я имею в виду – считывать информацию с программ...
– Ну, без ложной скромности замечу, что я на многое способен...
– Мы заметили, – улыбнулась она. Правда спустя пару мгновений улыбка быстро сошла с ее лица. – Однако, если это правда, то в дальнешей борьбе просто нет никакого смысла.
– Я не до конца расшифровал информацию. – Сказал я. – По моим подсчетам, мне понадобится примерно три-четыре часа, чтобы понять зашифрованную часть об Избранном. А она, как мне кажется, является ключевой в знаниях Смита.
– То есть, ты хочешь остаться здесь и дальше загружать информацию, пока мы встречаемся с Морфеусом в Матрице? – догадалась она.
– Ты верно определила ход моих мыслей. Держу пари, что с Морфеусом придет Нео, потому никакой опасности вам не грозит.
– Да, – вклинился в наш разговор Спаркс. – Зато нам грозят Охотники, которые могут появиться возле нас в любой момент. И если настанет тот час, когда вы будете в Матрице, а Логос будут раздирать на части, то я буду завидовать вам черной завистью, ребята. – скосил взгляд он на Призрака и Ниобе. – Ведь вы умрете безболезненно.
– Твоя вера в светлое будущее, как и прежде, воодушевляет, Спаркс, – спокойно произнес Призрак. Они с Ниобе уже расположились в креслах, а штекеры торчали из их затылков и при этом они спокойно говорят и двигаются. Надо же, когда-то меня передергивало от подобной картины, а сейчас – не вижу в этом ничего особенного.
– Я такой, какой есть, – развел руками оператор и натянул наушники. – Ну что, ребята. Капитан обещала, что мы подключимся к Матрице, встретимся с Морфеусом, узнаем, как у них дела и свалим обратно в Зион. Так?
– Верно, – кивнула Ниобе.
– Ловлю на слове! – воскликнул Спаркс, тыкнув в капитана пальцем. – Потому что находиться здесь дольше положенного у меня нет никакого желания... – рука оператора зависла над клавишей ввода. – Поехали!
Глава 31
Встреча с Морфеусом проходила в старом заброшенном отеле, в бывшем номере-люкс на верхнем этаже. Помимо команд Навуходоносора и Логоса здесь также присутствовала почти в полном составе команда Вигиланта: Сорен, Вектор, Бинари и Аксель.
Также здесь каким-то образом оказался Мастер Ключей и еще один незнакомый азиат в белой китайской рубахе.
– Ниобе, Призрак, – кивнул Морфеус в приветствии. – Спасибо, что откликнулись. Прошу прощения за срочность, но, к сожалению, время всегда против нас. Нам нужна ваша помощь.
– Сделаем все, что сможем, – ответила Ниобе.
Все разместились вокруг бордового кожаного кресла, на котором с прямой осанкой восседал ключник.
– Скажи им то, что поведал нам ранее, – произнес Морфеус.
Мастер Ключей, поправив ключи и прочистив горло, взял слово:
– Существует некое здание, и в нем расположен этаж, на который ни на одном лифте не доберешься, ни по одной лестнице не поднимешься. На этом этаже множество дверей. За дверьми множество комнат. Тайных комнат. Но одна дверь особенная. И ведет эта дверь к источнику. Система охраны в этом здании очень надежная. Любое срабатывание датчика, и взрыв.
– Взрыв? – шепотом переспросил у своего капитана Вектор. – Он сказал, взрыв? – Сорен взглядом осадил подчиненного. Тот сглотнул. Очевидно, помочь Морфеусу окажется не так просто, как они считали.
– Но, как в любой системе, – продолжил ключник, – и в этой есть слабое место. Она использует ресурсы здания. Одна система построена на основе другой.
– Электричество? – высказал догадку Морфеус.
Мастер Ключей кивнул:
– Выйдет из строя одна – полетит и другая.
– Верно, – согласилась Ниобе. – Без электричества не будет взрыва.
– Есть одно но, – подал голос Призрак. – Чтоб отключить такое здание, придется вырубить целый квартал.
– Поправка, двадцать семь, – сказал ключник.
Ниобе с Призраком переглянулись. Впрочем, как и остальные члены команд.
«Двадцать семь кварталов, – подумала Ниобе. – И каким образом нам удастся вырубить двадцать семь кварталов одновременно?»
Будто отвечая на мысленный вопрос Ниобе, ключник продолжил:
– Рядом есть электростанция. Ее надо уничтожить.
– Наверняка там есть резервная система. – Сказал Призрак.
– Да... Аварийная система существует. Вам придется пробраться в базовую сеть. Через нее можно отключить аварийную систему.
– А мы-то зачем вам нужны? – спросил Сорен. – Нео запросто отключит обе.
– Не успеет, – покачал головой ключник. – Как только он снимет защиту двери – контакт будет разорван. Но скоро соединение восстановится.
– Как скоро?
– Ровно через триста четырнадцать секунд.
Сорен пожевал губу:
– Чуть больше пяти минут.
– Таковы максимальные размеры «окна». – Сказал Мастер Ключей. – Открыть дверь может лишь Избранный. И только в отведенный промежуток времени.
«Ну да, Избранный, – мысленно хмыкнула Ниобе. – Вот только Феникса тут нет. Все свято уверены в избранности Нео. Но что если они не правы? Что если Избранный – не он?»
Но с другой стороны, программа должна лучше знать, кто Избранным является, а кто нет. И раз ключник пришел к Нео, значит, так тому и быть...
Ниобе прикрыла глаза, но озвучить решила другой вопрос:
– Откуда тебе это известно?
– Мне должно быть это известно, – ответил Мастер ключей. – В этом мое назначение. Во имя него я здесь. Мы все здесь во имя него.
«Да, он ответил почти также, как и в нашу первую встречу». Внутри капитана Логоса начало подниматься раздражение. Эта программа столько всего скрывает. Она просто не может не знать того, что поведал им Феникс...
И хоть стопроцентной уверенности в сказанном Фениксом не было, ей хотелось поделиться этим с остальными капитанами. Вот только, даже если это правда, подобная информация пока что не принесет никакой пользы. Напротив – лишь навредит. А поднимать панику, когда на кону стоит существование Зиона и жизни сотен тысяч людей, нет смысла. Ведь ей, как и многим, очень хотелось верить, что Морфеус прав, и завтра все кончится, но что если это не так? Тогда, быть может, лучше озвучить свои догадки, пока есть такая возможность?
Будто прочтя мысли Ниобе, Призрак встретил ее взгляд и покачал головой. Капитан Логоса нахмурилась.
Дальнейшие разглагольствования ключника она слушала вполуха. Да и ничего путного он больше не говорил. Одни лишь банальности, мол, действовать нужно синхронно, не справится один – не справятся все.
Дальше пошло обсуждение плана действий. Морфеус предложил провести операцию в полночь, как раз, когда происходит смена охраны. Возражений ни у кого не было.
Не обошлось здесь и без вдохновляющих слов под конец встречи. Уж что-что, а говорить на публику Морфеус умел и любил.
– Всю свою жизнь мы вели эту войну, – говорил он. – Сегодня мы положим ей конец. Сегодняшняя ночь выбрана неслучайно. Случайностей не бывает. И сюда мы пришли не случайно. Потому что я не верю в случайности. Появилось три объекта, три капитана, три корабля. Я вижу не совпадение. Я вижу провидение. Я вижу цель. Я полагаю, что нам суждено быть здесь. Это наша судьба, если хотите. Я убежден, что ради этой ночи, во имя единственного шанса, мы с вами жили все это время...
Аплодисментов и оваций не последовало. Час икс настанет через два часа. Потому сопротивленцы начали расходиться. Команда Сорена удалилась первой. Ниобе с Призраком остались.
– Что такое, Ниобе? – осведомился Морфеус, видя, что они не торопятся уходить.
– Прости, Морфеус. Ничего не могу с собой поделать. Все время думаю, вдруг ты не прав...
– Тогда завтра все мы умрем. Но разве смерть чем-то отличается от жизни? Наша жизнь это война, и мы – солдаты. Смерть может настигнуть нас в любое время в любом месте. Баллард – яркий тому пример... Но теперь подумай об обратном. А вдруг я прав? А вдруг пророчество верно? И вдруг завтра война закончится? Стоит драться во имя этого? И стоит во имя этого умереть?..
– Где Феникс? – к ним подошел Нео.
– На корабле, – сказала Ниобе, слегка замявшись. Если Зион до этого уничтожали три раза, то ничто не сможет остановить машины. И смысл всей предстоящей миссии утрачивался. Однако Феникс специально остался на корабле, чтобы расшифровать информацию по Избранному. Он говорил, что этот момент является ключевым, по крайней мере ему так кажется.
– Ему не здоровится, – сказал Призрак, видя задумчивость своего капитана.
– Он нам может пригодиться, – подал голос азиат в белом.
Ниобе обернулась к нему.
– А ты кто, собственно, такой?
– Прошу прощения, – склонил голову он, – мое имя Сераф. Я – хранитель... – он осекся. – Я... был хранителем Оракула.
– Почему был? – спросила Ниобе.
– Оракула больше нет. Ее поглотил Смит.
Повисла звенящая тишина, разбавляемая лишь тиканьем наручных часов Морфеуса.
– Касательно этого, – проговорил Нео. – Что нам делать со Смитом? Ведь он может устроить засаду прямо в здании. Или чего хуже – на электростанции.
Волоски на шее Ниобе стали дыбом. Феникс рассказывал, что мог лишь бежать от самокопирующегося агента. А что тогда говорить о них – простых пробужденных? И если Смит смог поглотить Оракула, значит ли это, что теперь у него есть ее возможности? Предсказывание будущего, всезнание?
– Нам остается лишь уповать на удачу, – поджал губы Сераф. – Но вместе с тем нам нужно задействовать все ресурсы. Иначе будут жертвы.
– Ты намекаешь на то, что нам нужен Феникс? – полуутвердительно спросила Ниобе.
Сераф степенно кивнул.
«Черт! Он прав, – подумала Ниобе. – Но что делать со знаниями Смита? Феникс должен их расшифровать до конца. Ведь, возможно, именно они и помогут нам одержать верх...»
***
Навуходоносор
Нео сидел на койке, опустив голову в ладони. Еще во время собрания трех командных составов его начали посещать видения. Непостоянные. Вспышками. Обрывки каких-то образов, связанных с огромным небоскребом, белым коридором, дверью и... источником? Он сам не знает, что это было.
Даже сейчас, будучи отключенным от Матрицы, он по-прежнему их видел.
Не одно – так другое. Перестали мучать кошмары, начали надоедать видения. Что это значит? Почему он это видит?
В каюту зашла Тринити.
– Нео, я вижу, что-то не так, – заметила она, прикрыв за собой дверь.
Избранный покачал головой:
– Все в порядке.
Тринити села рядом с ним и взяла его за руку:
– Ты можешь мне не говорить. Но помни, я всегда буду рядом.
Нео посмотрел ей в глаза:
– Я хочу тебя кое о чем попросить, но не знаю как.
– Обещаю, я сделаю все, что смогу.
Нео взял паузу, чтобы собраться с мыслями, затем произнес:
– Можно я попрошу тебя остаться... что бы ни случилось... остаться вне Матрицы?
– Почему? – Тринити с непониманием уставилась на него.
Хоть кошмары, где Тринити падает с небоскреба ему больше не снятся, тем не менее, ему не хотелось рисковать любимой. Потому он хотел обезопасить ее. По крайней мере в Матрице. Он чувствовал, что в эту полночь будет жарко. Его гложило предчувствие надвигающейся угрозы. И он догадывался, от кого эта угроза может исходить.
– Пожалуйста. Пообещай мне, – сказал он, притянув ее ближе к себе.
– Хорошо. – Сказала она и прильнула к его губам.
***
Зион
Коммандер Лок наблюдал за стройными шеренгами мобильных бронированных доспехов, что выстраивались на передовой. Их доставляли через грузовые лифты с нижних уровней, прямо со стапелей. Еще толком неопробованные. Не было возможности, да и боеприпасы стоит беречь. Диагностика показывала, что все системы в норме. Жаль, машины эти были пилотируемыми. С полуоткрытой кабиной пилота. Хотя и есть возможность быстро ретироваться из кокпита, но это не отменяет практически полного отсутствия защиты.
Значит, будут жертвы. Много жертв.
Корабли начали занимать свои позиции для контратаки. Неподалеку от стен города стали устанавливать боевые турели.
Лок перевел взгляд на другую панель наблюдения. Подойдя к девушке-оператору с короткими пшеничными волосами, он осведомился:
– Сколько у нас времени?
– Они преодолели залежи руды. По предварительным подсчетам осталось... шесть часов.
Лок начал нервно кусать губу и тереть подбородок.
– Есть вести с Логоса? – спросил он у второго оператора-лейтенанта.
– Нет, сэр. И ни единого слова с Вигиланта и Навуходоносора.
– Черт, – прошептал он. – Ниобе. Что же ты делаешь?..
***
Я практически полностью загрузил данные по языкам. Конструктор показывал 96% распакованного архива, но сдается мне, все тщетно, ибо несмотря на прогресс, никаких подвижек в расшифровке не было. Скорее всего, базы Зиона недостаточно для понимание этого кода. Печально. Но ожидаемо.
Посему я поставил в приоритет загрузку по оружию. И через некоторое время пакет данных таки был благополучно загружен в мою головушку. Радости моей не было предела. Но лишь поначалу. Ибо по предварительным рассчетам, магии на то, чтобы создать полноценный рабочий атомный боезаряд при помощи трансфигурации, придется затратить в сотню раз больше того, чем я располагаю сейчас. Мой потолок с текущим резервом – маломощная нейтронная бомба, которая против армии Охотников будет не особо эффективна.
М-да. Что могу сказать? Маглы умеют удивлять.
Нет, я и до этого прекрасно был осведомлен об инциденте с Хиросимой и Нагасаки. Хотя в Японии побывать и увидеть воочию последствия мне так и не удалось.
Но, если честно, одно дело слышать, а другое дело получить реальные данные о том, какой кошмар придумали маглы...
Фламель изобрел магическую чуму, которая выкосила миллионы жизней для подпитки ритуала по созданию философского камня (тайну эту я унес с собой в могилу из-за клятвы между учеником и наставником). Однако он работал над этим проектом годами, если не десятилетиями. Магическая болезнь поддавалась лечению опытных колдомедиков, ежели быстро среагировать при возникновении первых признаков. Потому была не столь ужасна, как ее описывают в хрониках. Правда, колдомедиков тогда во всей Европе было пара десятков.
Что касается заклинаний, то самое мощное и известное в магической науке – Адское пламя – может сжечь крупный город, если будет вызвано могущественным магом. На такое может быть способен лишь кто-то уровня Геллерта Гриндевальда со Старшей палочкой. Защититься от такой волшбы можно (хоть и сложно), но опять же надо быть либо могущественным магом, либо обвешаться защитными артефактами по уши. А лучше совместить первое со вторым. Как вариант, можно сбежать при помощи привязанного фамильяра – феникса, или аппарации, либо портключа. Правда, если застали врасплох, то это не поможет.
Бороться с ним сложно, первостихия демонического плана будет бушевать до тех пор, пока его не утихомирит сам призыватель, либо группа других волшебников, действующих сообща. Если бы при атаке на Хогвартс Том Ридл выпустил бы Адское пламя, то при помощи управляющих контуров замка и энергии источника можно было бы легко свести ущерб на нет, а позже подавить магический огонь. Но против удара атомной или водородной боеголовки проверить защиту замка, к сожалению (или к счастью?) мне не удастся.
Но честно говоря перестраховки ради я бы в случае бомбардировки атомными или водородными бомбами предпочел аппарировать при помощи феникса и в ближайшее время возле Хогвартса не появляться. Гамма-излучение – это не шутки. Последствия многих темномагических проклятий и то легче свести. Впрочем, слезы феникса мне были бы в помощь...
Разумеется, разрушения зависят от мощности, типа бомбы, а также природных факторов вроде погодных условий, особенностей местности, где оружие применяют. И тем не менее, маглам удалось создать нечто поистине грандиозное в плане разрушения. Та же водородная бомба теоретически не имеет предела мощности, даже Царь-бомба впечатляет. А если создать боеголовку в сотню раз больше? А если, упаси Мерлин, кому-нибудь в голову пришло бы провести испытания подобного на Земле, то последствия были бы....
Хотя о чем это я? Ведь последствия ядерной войны можно наблюдать сегодня, выйдя на поверхность безжизненной планеты. Воистину, глупость человеческая – не знает границ.
Данные по языку начали поступать в два раз быстрее. Уже закачано девяносто девять процентов. Я, как наивный дурак, не терял надежды, что последний процент принесет пользу. Однако интуиция подсказывает мне, что я маюсь ерундой, ибо вне зависимости от количества поглощаемых знаний, расшифровать данные по Избранному я так и не смог.
– Феникс, нужно поговорить. – Раздался голос в Конструкторе.
Ответить я не в состоянии. В отличие от симуляций, связь при «учебе» была односторонней.
Я остановил загрузку и вышел из Конструктора...
Открыв глаза, вижу серьезные мины сокомандников. Они все склонились надо мной, будто чего-то ожидая.
– Скучали? – спросил я.
– Что с данными? Расшифровал? – строго осведомилась Ниобе.
– Нет. Глухо. Данные по Избранному, видимо, зашифрованы другим типом шифрования.
Ниобе вздохнула с облегчением. Впрочем, я этого облегчения не чувствовал. Да и понять такую реакцию не смог.
– Вы встречались с Морфеусом? – говорю.
– Да. И ему нужна наша помощь.
– Как скоро?
– В полночь.
Я приподнялся, вытащив штекер из затылка, и повернулся к монитору.
– Сейчас половина двенадцатого, – сказал Призрак, угадывая причину моих действий.
– Хм... то есть через полчаса... – начал было я.
– Через пятнадцать минут мы снова выходим в Матрицу, – уточнила Ниобе. – И ты нам нужен, Феникс.
Я демонстративно вздохнул, качая головой:
– Эх, капитан. Не расплатитесь вы со мной.
– Я знаю, что уже обязана тебе жизнью, как и Призрак. Но в этот раз нам всем может прийтись несладко.
– Задание настолько опасное?
– Такого еще не делал никто, – сказал Призрак.
– Никто не делал, говорите? – улыбнулся я. – Ну что ж, именно поэтому у нас выйдет. Я ведь мастер совершать невозможное, забыли?
– Нисколько, – улыбнулась капитан в ответ.
– Чудно, – встал с кресла я, разминая мышцы. – Я в деле. Только посвятите меня в детали миссии.
Мне и в голову не могло прийти, насколько эта миссия будет опасной и что нас ждет в Матрице. Впрочем, выбора у меня не было. И ни у кого из нас его не было...
Глава 32
– Вы сейчас серьезно?
Уж насколько я умел контролировать эмоции, но даже со всем своим опытом лицедейства так и не смог скрыть разочарование когнитивными способностями Морфеуса и тех, кто согласился на это безумство.
– Абсолютно, – заявила Ниобе.
Вокруг нас было молочно-белое пространство Конструктора. Призрак неторопливо проверял оружие на столе. Обвешивался он так, будто идет на войну, но для него, насколько я знаю, это в порядке вещей. На соседнем массивном столе чуть поодаль лежала взрывчатка. Капитан упаковывала ее в объемную черную сумку.
– Но это абсурд, – говорю.
– Что ты имеешь в виду? – отвлекся от проверки М-16 Призрак.
– То и имею. Кто вообще придумал такой дурацкий план?
– Мастер Ключей при поддержке Морфеуса.
– Мастер Ключей, – протянул я. – Откуда вам известно, что эта программа на нашей стороне?
– Морфеус доверяет ему...
– Так, Ниобе, – перебил я, поднимая руку, – давай на минутку забудем о твоей безоговорочной вере в Морфеуса и его дело.
– Это здесь ни при чем, – сказала она.
– Еще как при чем. Ты представляешь какую катастрофу вы хотите устроить? Подрыв атомной электростанции? Серьезно? Ты вообще представляешь последствия от этого?
– Последствия будут в Матрице, – спокойно заявил Призрак. – Нас это не должно волновать. И уже поздно менять план. Если мы изменим решение, то остальные просто погибнут зря.
Я медленно выдохнул. Призрак отчасти прав. Слишком поздно отступать назад. Всему виной мое желание расшифровать сведения из головы Смита и загрузить данные по ядерному оружию, которые, как оказалось, в реальном мире против машин практически никак мне не помогут.
Если бы на вечерней встрече капитанов был я, то до такого бреда мы бы не дошли... или дошли? Мордред его знает. Зачем вообще подрывать электростанцию, когда можно вывести из строя городские трансформаторы и ЛЭП? Перестраховка? Как бы не так. Да, у нас мало людей, чтобы провернуть это, но я вполне мог при помощи аппарации заложить заряды в разных местах, а после – подорвать.
– Вход примерно через две минуты. – Зазвучал голос Спаркса. – Я пытаюсь забросить вас как можно ближе к цели, но код вокруг таких объектов слишком стабилен. Поэтому в любом случае вам понадобится некоторое время, чтобы добраться до станции. И... это...
– Что такое? – не выдержала Ниобе.
– Ничего. Это касается названия электростанции.
– И что не так с названием? – поинтересовался я.
– Эм... – замялся Спаркс. – Она называется «Зион».
Повисло неловкое молчание, которое спустя несколько секунд нарушилось Призраком.
– Символично, – сказал он, закрепляя пистолеты в кобуре под плащем.
– Совпадение? – бледно улыбнулась Ниобе.
– Не думаю, – хмыкнул я.
***
Округ Лейк, штат Иллинойс
