Текст книги "Миссия (СИ)"

Автор книги: Флемм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Ву усмехнулся: – Прямо-таки все технологии мира?

– Либо мы главные акционеры в тех предприятиях.

Родриго насмешливо протянул: – Ну и заносчивый ты тип, Роберт.

На что американец весело подмигнул: – На том и держимся, приятель.

Отчего-то остальные сочли ранее прозвучавшие слова Хайнлайна шуткой, поэтому посмеялись. Возникшее напряжение быстро спало.

Вот только Дмитрию слова Роберта не казались шуткой, американец говорил искренне, со свойственной его нации детской непосредственностью, когда уверены в том, что могут всех победить, потому что они лучше остальных.

Он пытался прогнать прочь нехорошие ощущения по отношению к Роберту, отчего-то сейчас Дмитрий видел в нём не только соратника по команде, но и того самого конкурента, что не будет гнушаться любыми средствами, дабы избавиться от соперника.

«Не доверяй никому», – слова напутствия, вот для чего приходил перед отправкой Николаев, – все прекрасно понимают, какова главная цель нашей экспедиции, добраться до технологий. Есть там пришельцы или нет, становится неважно. Получить их расположение, получить их знание, вот что главное. И поверь мне, Дима, моему опыту работы, все они получили точно такой же приказ. И будут готовы выполнять его. Излишнее доверие к нашим, так сказать, «партнёрам», могут обойтись в дорогую цену. И говорю тебе как человек, заплативший её».

Роберт и Линь военные, как и он сам, а значит, готовы выполнять приказ при любой ситуации. Как и он.

– Выходит, корабль будет совершать гравитационные манёвры в автоматическом режиме? – Родриго выдрал из десны красное яблоко, вонзив в него белые зубы, со сочным звуком откусил.

– Точнее, с Земли, при помощи спутников, что заранее были выведены на нужную орбиту, – разъяснил Григорьев. – Но мы обязаны всё это время быть в рубке управления, на случай внештатной ситуации взять управление на себя.

– Надеюсь, её не будет, – продолжал грызть яблоко бразилец.

– Уверен, что не будет, – произнёс Джексон. – За столько лет более чем хватило времени отработать все возможные ситуации и рассчитать наиболее оптимальный путь.

Родриго, жуя яблоко, согласно кивал.

– Так всё, что нам остаётся, так это наблюдать за Землёй и космосом? – спросил Брайан.

– По всей видимости.

Брайан хмыкнул: – Не самая плохая в мире работа, надо отметить.

– Вполне возможно, те существа на своём корабле думают точно также, – подал голос Святослав, парень вытирал рот салфеткой, скомкав её, тотчас переложил в пластиковый мешок, куда все складывали помятые тюбики. – Скорее всего, управление их кораблём осуществляет искусственный интеллект, если на борту вообще имеется биологическая жизнь.

– Хоть бы они были гуманоиды, – произнёс Брайан, – не радует перспектива общаться с какой-то разумной слизью или там паукообразными. Они вызывают у меня брезгливость.

– Кто-то перечитал комиксов, – улыбнулся Ву.

– Причём тут комиксы? – обижено отреагировал Брайан. – Просто накидываю идеи, как они могут выглядеть.

– Значит, зеленые человечки не вызывают у тебя отторжение? – решил поддеть американца Дилип.

– Они хотя бы выглядят как люди, – не раскусил сарказма тот. – А вот разумные пауки с лапами или там какие-нибудь осьминоги вдобавок могут захотеть питаться людьми.

– Сколько чуши в твоей голове, – Роберт поднялся с места, ногами едва касаясь пола. – Пауки, осьминоги, прямо детские страхи прорвались наружу. И как тебя психологи пропустили?

– Так же, как и тебя, – огрызнулся Брайан.

– То есть ты оказался достойным из достойнейших. Как и все мы, – примирительно улыбнулся Роберт. – Ну что, парни, приступаем к самой лучшей работе на Земле?

Глава 9

Несколько недель корабль «Миссия» потратит на то, чтобы, кружась по орбите Земли, используя её гравитационные силы, достичь необходимого ускорения и, словно вылетев из катапульты, снарядом отправиться в сторону Венеры.

Учёные потратили немало времени, высчитывая траектории планет, подбирая такой момент запуска корабля, чтобы расстояние между ними сократилось до минимума. Тогда путь мог занять до четырёх месяцев.

По обыкновению, неважно, что человек предполагает, Бог иначе располагает. Из-за постоянных проблем с постройкой корабля на орбите, череды неприятностей и аварий, что на Земле, что в космосе, омрачающихся человеческими жертвами, сроки постоянно сдвигались. Итог: пришлось делать выбор, либо отправлять «Миссию» сейчас, когда всё готово к путешествию, либо ожидать чуть ли не год, позволив кораблю висеть на орбите.

Последний вариант чреват непредвиденными последствиями. После выступления на ООН профессора Ямамото жители Земли в массе начали испытывать разочарование. В течение нескольких лет им внушали о скорой встрече с пришельцами и что вот-вот наступит новая эра, а она по умолчанию людей обязательно должна быть лучше и светлее предыдущих эпох. Но получалось так, что вполне возможно, это вовсе никакой не корабль инопланетян, а астероид необычной формы. Вкупе с регулярно поступающими новостями об очередных трагедиях, разогревали в обществе мысль о том, что полёт «Миссии» к Венере – пустая затея, а самое главное, неоправданно дорогостоящая. И все заверения технических мыслителей, призывающих взглянуть на это под тем углом, что в будущем технологии, использованные при строительства корабля, дадут человечеству качественный новый рывок вперёд, а наработки уже можно использовать на Земле, мало кого убеждали.

Человек устал жить ради неопределённого светлого будущего, поэтому прозорливые политики обещают ему благоденствие уже при жизни. По этой причине пуск «Миссии» произошел в самое неудобное время.

* * *

Дмитрий, сидя за пультом управления, вмешательство пилотов сведено к минимуму, со всем прекрасно справлялся искусственный интеллект, зачарованно рассматривал Землю.

В первые дни она предстала краем гигантского шара, но по мере того, как «Миссия», нарезая круги вокруг неё, отдалялась, планета постепенно уменьшала в размере.

Сначала громадный шар с голубым отливом и зелёным покрывалом и белыми облаками. А на ночной стороне видны светящиеся города. По мере удаления размеры планеты уменьшались, теперь в лобовом иллюминаторе космонавты видели Землю размером с большую сферу, где-то в средний человеческий рост. На её поверхности ещё виден голубой окрас, белый цвет облаков и сияние городов в ночи.

Связь работала без особых помех, с задержкой в пару секунд, но чем дальше они отходили от планеты, тем больше становился временной лаг. Святослав говорил, в целом задержка связи будет на пару минут максимум, или на все десять, когда прибудут к Венере.

Иногда экипаж выходил на связь с родными или устраивал прямые сеансы с Землёй. Особо часто это делали китайцы.

В такие моменты в кабине управления растягивали флаг страны и на его фоне отвечали на вопросы любопытных или просто общались с журналистами.

Поначалу людей интересовало абсолютно всё: как они спят, едят, моются и ходят в туалет. Просили показать виды удаляющейся Земли, в такие моменты у людей глаза начинали округляться от изумления. Их сознание не могло сразу увязать факт, что они видят из космоса голубой шар, на котором находятся в данный момент.

Святослав и Дилип сразу включились в работу, они проводили часы напролёт, пытаясь связаться с кораблём пришельцев, но в ответ получали те же сигналы, не изменившиеся за те года, с момента, когда их обнаружили.

– Может, он не исправен? – предложил теорию Григорьев во время обеда. По обыкновению собрались за столом, кроме Брайана, сославшись на усталость, тот предпочёл остаться в своей комнате. А Родриго предпочёл сон.

Дилип, жуя бутерброд, повозился, доставая из вакуумной упаковки, пожал плечами.

– Это вообще странно, – Джексон предпочёл кофе, решил подождать, пока он слегка остынет. – Они проделали такой путь и до сих пор не вышли с нами на связь? Ради чего тогда было лететь сюда?

– А что, если они летели не к нам? – Дилип вытер пальцы салфеткой, запихнув её в пластиковый мешочек.

– А куда? – спросил Дмитрий, он, ровно как Линь и Роберт, во время таких рассуждений предпочитали сохранять молчание. Они вторые пилоты, то есть те, без кого в принципе экипаж может и обойтись, учитывая, как хорошо справляется со своей работой автопилот и наличие опытных космонавтов на борту. У них своя миссия в этой экспедиции.

Индиец пожал худыми плечами. – Даже предположить не могу. Есть рабочий вариант. Их система навигации могла дать сбой. Ведь космос не статичен.

– Подробней, – Роберт посасывал пюре из тюбика, внимательно слушая разговор.

– Вселенная постоянно в движении, всё всегда двигается. Земля вокруг Солнца, сама солнечная система, тот рукав галактики, в котором мы находимся, – загибал пальцы Дилип, – сама наша галактика. Ничто не стоит на месте. Что, если их навигаторы допустили просчёт?

– Разумная технически развитая цивилизация, способная перелетать из одной звёздной системы в другую, допустила столь очевидную ошибку? – в голосе американца сквозил сарказм. – Сдаётся мне, о состоянии Вселенной им известно больше твоего.

Дилип обижено скользнул по собеседнику тёмно-карим взглядом. – Всего лишь предположил, – поджал губы он.

– Ага, – кивнул Роберт и, смяв пустой тюбик, отправил его в сторону индийца, – не сочти за грубость.

Программист, нахмурившись, всё же поймал вещь и запихнул в пластиковый пакет.

– Предложи свой вариант, – Ву явно не понравился тон американца.

– А если они не ошиблись? – серые глаза Роберта пристально посмотрели в его сторону. – Они прилетели туда, куда хотели.

– К мёртвой планете? – удивился Святослав. Он упустил момент, и желе, совершив кульбит, прилипло к футболке. Роберт пальцем ткнул в свой комбинезон, показывая, где оно весит.

– Это сейчас она мёртвая, но я слышал теорию, что в своё время она развивалась вместе с Землёй и даже, возможно, была обитаема.

– Хм, – иронично протянул Ву, – так и о Марсе сказать можно. Если жизнь и существовала на той планете, то максимум в качестве бактерий.

– Уверен?

– Да, исследования грунта Марса…

Роберт, подняв руку, перебил Ву: – Я о Венере.

Ву озадачено протянул: – О ней вообще сложно что-либо сказать.

– Почему?

– Потому что обитание на Венере в принципе невозможно, – Святослав оттёр желе с футболки салфеткой. – На её поверхности настоящий ад, гигантское атмосферное давление со временем расплющит абсолютно всё, дожди из серной кислоты и жара выше четырёхсот градусов.

– То есть, доказать, что Венера в далёком прошлом, – призадумался Роберт, – к примеру, сто миллионов лет назад или сто тысяч лет назад, могла быть обитаемой, вы не в состоянии опровергнуть?

Ву ответил на вопрос: – И не в состоянии доказать, что это было возможно.

Григорьев дождался, пока Джексон допьёт кофе, затем они оба поднялись из-за стола и, оттолкнувшись от пола, направились к выходу.

– Мы на дежурство, – предупредил Григорьев остальных. Настало их время нести вахту на пульте управления.

– У тебя несколько бредовая теория, – хмыкнул Дилип.

– Не теория, а просто мысли вслух, – поправил его американец. – Я не настолько самонадеян, как учёный. Лишь высказываю предположение, что Венера в недалёком прошлом могла быть пригодной для жизни. И тогда появление корабля на её орбите становится объяснимым.

– Как?

– Снабжение, – коротко ответил Роберт.

– Снабжение? – переспросил Ву.

А ведь дельная мысль, признал про себя Дмитрий, по крайней мере идеально вписывается в объяснение, по какой причине инопланетный корабль прибыл на Венеру, завис над ней, регулярно подавая одни и те же сигналы. Вспоминая бытность военной службы, Дмитрий сравнил его с дронами, что доставляли на позиции необходимые вещи, от лекарств до боеприпасов. Дроны подлетали к нужной точке и замирали над ней, подавая сигнал, чтобы их вышли встречать. Так удобно, и не приходится лишний раз рисковать жизнями солдат, необходимо выйти на контакт, получив сигнал.

– Хочешь сказать, это военный корабль? – Ву усмехнулся над предположением Роберта.

– Вот этого я не говорил, – спокойно отреагировал американец. – Снабжение не обязательно связано с войной. Вполне возможно, в то время они просто увидели для себя пригодную планету и решили воспользоваться тем, что в доме пока никто не живёт.

– Тогда зачем отправлять корабль снабжения, если планета умерла?

– Вполне возможно, в их штабе об этом не знают.

Дилип призадумался, Святослав дёргал мочку уха, Дмитрий заметил за ним этот непроизвольный жест, когда парень полностью погружался в собственные мысли. А вот в глазах Линя увидел то, что китаец согласен с мнением американца. Да и сам Дмитрий готов признать толику правоты в предположении Хайнлайна.

– И всё же в твоей теории имеется изъян, – вынес вердикт Ву. И поправился – В мыслях вслух. Если Венера в самом деле умерла так недавно и быстро, по космическим меркам, то у тех, кто был на ней, имелась возможность перебраться на Землю. Ведь наша планета пригодна для жизни в той или иной степени последние, ну, миллиард-то лет точно.

– А с чего ты решил, что никто не перебрался?

Ву с подозрением взглянул на Роберта: – Давай без теорий заговора.

– Никакой теории заговора, просто, если развивать мои мысли вслух дальше по логической цепочке, вывод напрашивается сам собой.

Святослав, Дилип и Ву недоуменно переглянулись, видно, в их головах не родилось идеи.

Тогда Дмитрий решил взять слово: – Намекаешь, мы можем быть их потомками?.

– Кто знает, – хитро прищурился Роберт, ему явно доставало удовольствие вносить смятение в умы учёных.

– Мы потомки тех, кто был на Венере? – не удержавшись, хохотнул Чан. – Звучит бредом.

– Всего лишь мысли вслух, – развёл руками в стороны американец с довольной физиономией. – Тем более, другой пригодной для жизни планеты не видно на много световых лет в округе.

– Шутник, – процедил Дилип, поднимаясь с места, передал пакет под мусор Чану, тот сноровисто принялся убирать за собой.

– Но идею о корабле снабжения не стал бы скидывать со счетов, – счёл нужным высказаться Дмитрий.

Роберт, прищёлкнув пальцами, жестом показал: «Молодец».

Дмитрий задумался над словами Роберта, теперь стоит рассматривать пришельцев не просто гостями в их звёздной системе, а конкурентами. Они могли быть тут ещё до тех времён, когда первые люди научились добывать огонь.

* * *

«Миссия» в молчаливом торжестве всё дальше удалялась от Земли, теперь родная планета в лобовом иллюминаторе выглядела не больше апельсина. Сорвавшись с гравитационной катапульты, корабль, включив все двигателя, рванул в сторону Венеры.

Дни стали однообразными. Часы на вахте в комнате управления, монотонность работы разбавляла беседа с Центром Управления Полётами, диспетчера просвещали о последних новостях, хотя Дмитрий ощущал некую недосказанность в речах. Ещё одна особенность, если ранее прорваться в радиоэфир и связать с «Миссией» мог любой желающий с Земли, и таких энтузиастов хватало, теперь их голоса смолкли.

Дмитрий помнил последнего человека, тот со злостью в голосе заявил, что весь экипаж корабля не заслуживает право на обратное возвращение, раз бросили Землю в такой момент.

Какой именно, не уточнил, не успел сообщить, связь резко прервалась.

Зато в лобовом иллюминаторе Земля выглядела тихим и мирным клубком, небольшим, которым так любят резвиться кошки.

Ежедневные тренировки, ещё на Земле их предупредили о большой опасности, атрофировании мышц без нагрузок. Тело в невесомости начинает лениться, ведь пропадает собственный вес, теперь его нет нужды таскать. А если учесть тот факт, что они уже не на орбите Земли, а в самом настоящем космосе, то дела обстоят плачевней.

Чан неусыпно следил за тем, чтобы все члены экипажа не отлынивали от тренировок. Дмитрию дополнительная физическая нагрузка была в радость, тем более в такие моменты голова освобождается от лишних мыслей. Но выбор не велик, велодорожка, велотренажёр и два специальных агрегата для силовых упражнений.

Махина, состоящая из хитросплетённых механизмов, шарниров, рычагов и пружин. Ведь любая гантель в космосе ровным счётом ничего не весит. Тренажёр устроен так, что создавал сопротивление при подъёме или опускании снаряда. А пристегнувшись к велотренажеру, ты невольно начинал крутить педали.

Дмитрий предпочитал силовую установку, как и Роберт. Порой они устраивали негласные соревнования, встав рядом, принимались выжимать из тела все силы, пытаясь переиграть соперника. Но Чан не позволял им дойти до финишной прямой, зорко следя за временем, всякий раз прерывал состязание в неподходящий момент. К досаде обоих спортсменов.

Потом пришло сообщение о том, что ЦУП ограничивает общение с родными, якобы делалось это для того, чтобы не забивать эфир.

Видимо, что-то происходит, размышлял Дмитрий, пытаясь прогнать тревожные мысли.

* * *

– Вы прошли необходимые два месяца пути, теперь добровольцы могут приступить к испытанию камер сна.

Такое название получили те шесть саркофагов, в которых, по уверениям учёных, можно было погрузиться в сон на месяц. Разработчики уверяли в безопасности, всё уже было отработано на Земле. Но принуждать никого не собирались. В конечном счёте, до Венеры оставалось три месяца пути.

Земля ещё выглядела узнаваемой, если присмотреться, можно различить океаны и очертания континентов с нахлобученными на полюсах ледяными шапками.

– Ты в самом деле готов к этому? – Чан с сомнением переспросил Дмитрия, ещё на Земле тот высказал пожелание поучаствовать в эксперименте. Делал это из желания посодействовать будущим покорителям Вселенной.

– Да.

Чан потеребил пуговицу на рубашке. – Я связывался с Центром Управления, нам разрешено отказаться от проведения эксперимента, в конце концов, всего лишь четыре месяца, а то и меньше, если верить Григорьеву и Джексону, движемся мы быстрее запланированного.

Если Чан и собирался переубедить Дмитрия, получалось у него неубедительно.

– Хорошо, – сдался биолог, попутно выполняющий обязанности медика. – Меня обучили процедуре, но, признаться, я волнуюсь больше твоего, – на лице обычно невозмутимого китайца видна озабоченность.

– А ещё имеются желающие?

– Только ты и Брайан, его, видимо, гнетёт обстановка вокруг нас, пытался объяснить, что это состояние не будет похоже на сон, но…, – Чан вздохнул, показывая, американец остался на своей волне. – Приступим к процедуре.

Она включала в себя двухдневный отказ от пищи, чтобы тело не тратило нужную энергию на её переваривание, соблюдение питьевого режима и уколы.

Саркофаги располагались в ряд и, вытянувшись вдоль стены, несколько загромождали проход.

Дмитрий и Брайан разделись догола, легли на прохладную подстилку.

– Это будет скорее похоже на кому, – в очередной раз предупредил Чан. – Лекарства обманут ваш мозг, а питательные вещества будут поступать через капельницу.

Они нацепили на себя нечто вроде подгузника с отводами жизнедеятельности и маску для дыхания и отсосом слюны, если та заполонит рот. Чан волновался, постоянно сверялся с приборами и что-то быстро бормотал на родном языке.

Для проведения процедуры он надел белый медицинский халат, видимо для того, чтобы окончательно почувствовать в себе врача.

– Ты будешь первый, – подошёл к Дмитрию. Из стены саркофага вытащил капельницу, через прозрачную трубочку видна красноватая жидкость, игла вонзилась в вену. – Ты почувствуешь слабость и лёгкое головокружение, это нормально, – предупредил он.

Туман начал обволакивать сознание мужчины, всплыли образы семьи и крутого берега реки в летний погожий день.

– Тут предусмотрена принудительная подача воздуха, – голос Чана глухой и прерывающийся, словно пытается пробиться сквозь заслон ваты, – не бойся задохнуться.

Глаза сами собой закрылись, окунув сознание в темноту и проваливаясь в абсолютную тишь.

Кто-то ухватился за него холодными пальцами, выдёргивая из зябкого мрака небытия. Неясные протяжные звуки, они ухо пыталось сформировать из них слова, но получалось плохо.

Затем темноту прорезал яркий пучок света, ударив в глаз и враз разбудив мозг.

– Дмитрий? – голос знакомый, он явно знает этого человека. – Ты меня слышишь?

Дмитрий попытался ответить, но едва открыл рот, сработал рвотный рефлекс, выплёскивая скудное содержимое желудка под ноги.

– Всё нормально, – уже громко и отчётливо прозвучал голос.

А вот зрение выдавало смутную картинку двух фигур.

– Показатели в норме, уже хорошо, – торопливо с выраженным акцентом продолжал голос. – Думаю, через пару часов придёт в себя.

– С чёрта два я добровольно полезу в эту хрень, – второй голос Дмитрий распознал сразу.

– Родриго, – едва сумел выдавить из себя.

Получил одобрительное похлопывание по спине. – Он самый, приятель. Ну и обделал же ты всё вокруг. Сам придёшь убираться, – сразу предупредил бразилец.

Зрение стало приходить в норму, и Дмитрий увидел улыбающееся, но в то же время перепуганное лицо Родриго. В памяти всплыло имя второго.

– Чан.

– О подобном предупреждали, – китаец вновь посветил фонариком, следя за зрачками. – Кратковременная потеря памяти, но, похоже, она уже в прошлом.

– Неужели прошёл месяц? – произнёс Дмитрий слабым голосом, пока Родриго заботливо накинул на него зелёное одеяло.

– И пара дней, – уточнил Чан. – Я предупреждал вас, ваше состояние не будет иметь ничего общего со сном. Для нас прошёл месяц, а для тебя пара минут.

– Да ещё ты порядком обделался, – вновь напомнил Родриго. – А ведь сейчас придётся будить ещё одного застранца.

– Надо отвести его в душевую, а затем в его комнату, пусть придёт в себя, – сообщил Чан. – Я уже позвал Григорьева и Святослава.

Дмитрий ощущал неприятный озноб и предательскую слабость во всем теле. Месяц пролетел одним мигом. Тёмным, холодным, неприятным мигом.