Текст книги "Миссия (СИ)"

Автор книги: Флемм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

Пуля попала в центр лба клона и тот выпустив руку Святослава, сделал пару шагов назад. В глазах недоумение, в них читалось – как такое могло со мной произойти?

И качнувшись, навзничь грохнулся на спину, раскинув руки в стороны.

– Ты что натворил? – Дмитрий замер, Святослав несмотря на боль в сломанном запястье, с испугом смотрел на тело двойника Ву.

На что Хайнлайн холодно отреагировал – Спас парня.

– Он его не собирался убивать, – Дмитрию не верилось в такое, тем более огнестрельное оружие в руках Роберта теперь вполне могло представлять угрозу и для них.

– Точно? А я вот так не думаю. Видел, с какой лёгкостью он ему запястье раздробил? Свернуть нам шеи для него плёвое дело. Я лишь ударил на опережение.

– Ты просто воспользовался предлогом избавиться от него, – Дмитрий не сводил взгляда с пистолета в вытянутой руке американца, которую тот не спешил отпускать.

– Умер лишь клон, – морщился от боли Святослав, придерживая на весу сломанное запястье второй рукой. – Его сознание никуда не делось, оно находится на корабле.

– Если клонирует ещё одного Ву, пристрелю и его, – ухмыльнулся Роберт. – Признаться, даже получил некую толику удовольствия, меня он немного раздражал.

– Ты не боишься, что система корабля будет считать нас врагами? – Дмитрий опасался, могут ворваться те пауки и без проблем разделаться с ними в считанные секунды.

– Ты плохо его слушал, медвежонок? Они не доверяют своему искусственному интеллекту до такой степени, что лишили возможности принимать решения самостоятельно. Что он сказал? – указал дулом на тело клона. – Мы тут очутились из-за того, что их система, поймав сигнал с нашей планеты, словила глюк. Представляешь, до какой степени она примитивна? Как бы странно ни звучало подобное в таком месте.

– А что, если в системе прописан случай реагировать на угрозу внутри корабля? – Дмитрий ощущал нарастающий гнев внутри, уже понимая, разойтись с Робертом по-хорошему не получится.

– А где сейчас угроза? Ведь я убил клона, сознание носителя цело, лежит себе в укромном уголке и дожидается очередного мясного костюмчика. И поэтому предлагаю, пока выиграли время, попробовать разобраться в управлении кораблём.

– Ты серьёзно? – Дмитрий не верил ушам. – Думаешь, нам хватит несколько часов, чтобы изучить такое?

Роберт повернулся к Святославу: – Что ты говорил насчёт управления мыслями?

Парень испуганно уставился на дуло пистолета, затем нерешительно посмотрел на Дмитрия и промямлил: – Похоже, их система обладает возможностью интегрировать управление прямо в сознание, каждый из знаков – это определённая ступень в управлении ковчегом.

– Ты сможешь в ней разобраться?

Святослав замер, явно соображая и собираясь с мыслями: – Не знаю, у них свои подходы в инженерии и…

Роберт раздражённо прервал его: – А если подумать! Попробовать!

Своим напором окончательно сбивая парня: – Я не уверен, может не получится, и мы просто уничтожим корабль.

Роберт аж зарычал, глаза сверкнули злым огнём.

– Откуда у тебя оружие? – задал Дмитрий волновавший больше всего вопрос.

Роберт выдохнул: – Из задницы – , и с усмешкой спросил: – Хочешь сказать, такого у тебя нет? О, только не лги мне, Тедди. Ведь наверняка и с тобой пообщались те самые парни в чёрном. Много пафоса в их словах, призывах думать о благе страны и бла-бла-бла, – чуть развёл руками в стороны Хайнлайн. – И главная фраза в конце: «От тебя зависит наше будущее». – Глаза американца стали жестокими, словно у хищника, почуявшего кровь жертвы. – Надо выполнить задание любой ценой. Приходилось слышать такое?

– Довольно часто.

– Вот и хорошо, значит, мы общаемся с тобой на одном языке. Мне дали чёткий приказ не допустить попадание «Объекта» и их технологий в руки наших недругов, то есть в ваши и, – призадумался Хайнлайн, – всего остального мира. Существа на этом корабле если и должны были бы вступить в контакт с Землёй, то только с нами. Конкуренция, мишутка, обычная конкуренция, в которой должен выиграть лучший, то есть мы.

– А как же честная конкуренция, о которой вы так любите говорить?

Хайнлайн усмехнулся: – Когда выигрываем, мы считаем её честной, в остальных случаях – грязное дело, за которое должно следовать наказание провинившегося ублюдка.

– Наглость космических масштабов.

Роберт легко рассмеялся: – Оценил юмор, а ещё говорят, русские хмурые и не умеют шутить. Не осуждайте меня, ведь я не сделал ничего такого, чего не собирался делать ты, – американец наставил дуло на Дмитрия. – Признайся, Дима, ты ведь получил похожий приказ? Прояви ко мне уважение и скажи правду. Тебе тоже дали точно такое же право.

Дмитрий поднял на Роберта глаза, не проронил ни слова, а тот всё прекрасно понял.

– Серьёзно? – криво усмехнулся. – Ты получил право выбора по ситуации и воспользовался им. Вот только поступил неумно. Где твоя игрушка? – потряс пистолет в ладони.

– Осталась в моей комнате.

– Да ты глупец, – изменил тон американец, в нём появилась издёвка. – Я ошибся в тебе, думая, что ты профессионал. Самое худшее в нашем деле – минутная слабость. Допускаешь её, не пресекаешь появление, и всё, ты раскис, становясь слабаком. Я ни на мгновение не допускал мысли, что мы одна команда, мне даже не надо напоминать себе, что мы по стечению обстоятельств на данный момент в одной лодке, но каждый гребёт в свою сторону. А ты забыл, – последняя фраза звучала приговором. – Предлагаю вам здраво оценить ситуацию и принять правильное для всех нас решение.

– Выбор без выбора, вот твое предложение, – отозвался Дмитрий, прикидывая, сможет ли быстро добраться до него.

Роберт, видимо, догадался о намерениях соперника, холодно улыбнулся: – Не глупи, не выйдет. Подумай о том, что ещё предстоит выбираться отсюда, – кивком указал на Святослава, – ему. И признай, ты ведь хочешь вернуться домой. В конечном счёте вы проиграете, не в первый раз в своей истории, но ведь Земля и человечество выиграют. Не будь эгоистом, дай людям возможность вступить в новую эру.

– Красиво сказал, – сквозь зубы произнёс Дмитрий, проклиная себя. Ведь прав Хайнлайн, допустил слабость, поверив, что они одна команда с одной целью.

– Значит, не передумал. Не обессудь.

Глава 27

И что делать дальше?

Мозг Линя лихорадочно перебирал всевозможные варианты дальнейшего развития событий. Контакт явно шёл не по тому руслу, который виделся с Земли. Пришельцы не собирались, если верить их представителю, оставаться на Земле, и вообще, похоже, планета и люди не вызывали у них настолько большого интереса, чтобы изменить маршрут первоначальной цели своей экспедиции.

Искоса глянул на Григорьева, космонавт пребывал в подавленном состоянии, клон Ву в модуле и, похоже, не собирался покидать его. Видимо, до тех пор, пока не объявится пропавший отряд.

Они могут улететь, они могут обмануть, они могут атаковать первыми.

Вот какие мысли роились в голове тайконавта, и ни одна из них не сулила ничего хорошего.

В шаттле дожидался своего часа ядерный заряд, в состоянии ли он уничтожить «Объект»? Сможет ли спихнуть в сторону Венеры или же…

Ошибка дорого им обойдётся.

Что он говорил, припоминал Линь, пройдёт несколько тысяч лет, прежде чем очередной их корабль достигнет Земли. Времени более чем достаточно, чтобы человечество, зная об угрозе, сумело сплотиться, дабы защитить себя.

Если так, то ему во что бы то ни стало надо вернуться в шаттл. Он дождётся возвращения остальных, убедится в том, что модуль с ними взлетит на «Миссию» и тогда…

Линь сжал зубы, если возникнет необходимость, останется тут и завершит свою миссию.

Неожиданно лже-Ву резко вскинул голову, глядя на них. В стеклянных глазах проявилось подозрение и настороженность. Люди, уловив перемену в нём, напряглись. Линь сжал кулаки, готовясь дать отпор.

– Один из ваших людей пытается понять устройство управления нашим кораблём. О, – выдал нечто вроде удивлённого возгласа, – они сумели добраться до необходимого яруса.

– Откуда ты знаешь? – Григорьев покрылся испариной, ситуация становилась всё более непредсказуемой.

– У меня есть связь с системами корабля, вы бы назвали это телепатией, мы называем синхронизацией мозговых волн, – тут двойник посмотрел на людей, неожиданно на губах показалось нечто вроде усмешки, презрительной эмоции. – И всё-таки не ошиблись на ваш счёт. Даже сейчас вы рассматриваете друг друга как конкурентов, хотя и относитесь к одному биологическому виду.

– Ты о чём?

– Ваш отряд не вернётся, и в его гибели винить нас не стоит. Вы сами справились с этим.

Лже-Ву надвинул шлем на голову, явно собираясь покинуть модуль, Линь остановил, резко схватив за рукав скафандра. – Что произошло?

– Считай, они все погибли, в живых разве что две ваши особи, – донёсся глухой голос из-за забрала. – Возвращайтесь на свой корабль, пока у вас имеется такая возможность.

Двойник потянулся к люку и взялся за рычаг.

– Подожди! – воскликнул Григорьев, задержав посланника далёкого мира. Тот замер, развернувшись к человеку. Лицо космонавта выражало отчаяние. Он должен был знать. – Я должен спросить! Зачем?

– Что? – послышался равнодушный голос лже-Ву.

– Зачем всё это? Ради чего существуем? Как появились?! Вы! Мы! К чему нам идти?

– Ты спрашиваешь меня о смысле жизни? – голова посланника чуть качнулась в скафандре. – Не дам ответа. И никто и никогда наверное не сможет его дать. Жизнь во Вселенной просто есть. Она раскинута по ней так далеко друг от друга, что миры зарождаются, процветают и гибнут без следа в одиночестве и уверенности в том, что никого их разумнее в космосе нет. Это то, что вы люди зовёте гордыней и в чём пребываете сейчас. Когда наш очередной ковчег прибудет к вам, надеюсь, что хотя бы сама планета сохранится. Прощайте.

И потянул рычаг.

Линь хотел остановить его, но, осознав, сейчас воздух покинет модуль, отпустил пришельца и поспешно напялил шлем. Григорьев повторил за ним.

Лже-Ву выбрался из модуля, Линь увязался за ним, поддавшись порыву эмоций.

– Совершаешь ошибку, – не оборачиваясь предупредил двойник, направляясь в сторону светящегося голубым сиянием тоннеля, уходящего вглубь «Объекта», – попав внутрь, уже не выберешься.

– Верни хоть кого-нибудь! – потребовал Линь, пытаясь нагнать пришельца скачками. Из-под ног вздымалась пыль, зависая за ним облачками.

Скачущая фигурка на тёмном фоне космоса с редкими звёздами выглядела блохой на теле исполинского существа.

– Один из них уже мёртв, другой умирает, третий получил повреждения, а четвёртый пытается получить контроль над нашим кораблём, навигатор не оставит его в живых, – невозмутимо говорил двойник. – Мы решили покинуть эту звёздную систему и отправиться к ближайшей от вас. Запасов энергии на это хватит. Вы представляете для нас угрозу.

Лже-Ву шагнул в тоннель и его стены начали сдвигаться прямо за ним, Линь замер, наблюдая за тем, как тоннель медленно уменьшается в размерах. Порыв броситься и преследовать двойника дальше оставался, но разум требовал остановиться, предвидя неудачу.

Надо вернуться к шаттлу, лихорадочно обернулся назад и…

Шаттл буквально превратился в хлам, паукообразные существа облепили его словно муравьи гусеницу и с остервенелым удовольствием рвали на куски.

Модуль! Промелькнула мысль, теперь спастись можно лишь в модуле. Поспешил к нему.

Теперь только попытаться спастись.

Вцепившись в поручни, начал карабкаться внутрь, на этот раз люк не был закрыт изнутри.

– Надо улетать! – выпалил, с шумом переводя дыхание, когда снял с себя шлем. Посмотрел на Григорьева. – Слышишь?

Космонавт отреагировал потухшим взглядом. – Думаешь, правда?

– Насчёт чего? – пальцы Линя уже нащупывали кнопки, проверяя исправность систем.

– Насчёт того, что Роберт мог убить… – Григорьев судорожно сглотнул воздух. – Неужели даже в такой ситуации мы продолжали тянуть одеяло каждый в свою сторону?

Линь насторожено глянул на напарника, его состояние, растерянный вид лица, опустошённые глаза, поникшие плечи говорило о душевном надломе. А ещё дурацкий выматывающий гул насосов порядком раздражал его. И в то же время отчего-то почувствовал укор.

– Наверное, мы ещё не готовы, – Линь провёл ладонью по лицу, – мы просто ещё не готовы.

* * *

Святослав наблюдал за Робертом, тот, прикасаясь к символам, пытался понять, как ими управлять. И если судить по злому лицу и проклятиям, вылетающим изо рта американца, у него ничего не получалось.

Символы начинали гаснуть, едва рука направлялась в их сторону, а если же американцу удалось успеть дотронуться до них, те просто застывали.

Дмитрий ещё жив, но пошевелиться не мог. Хайнлайн выстрелил ему в грудь, пуля, пробив её, вгрызлась в позвоночник и обездвижила человека. И теперь, лёжа на спине, истекая кровью, чувствуя тупую бьющую по нервной системе боль, смотрел затухающим взглядом на бесплодные попытки Роберта освоить управление «Объектом». Видимо, Святослав в чём-то ошибся, корабль пришельцев не управлялся при помощи мыслей.

– Хорошо, пойдём по другому пути, – американец оставил затею освоить управление. – Теперь задача выбраться отсюда и представить произошедшее в выгодном для меня свете, – нацелился на Святослава. – Извини, парень, ничего личного, ты наверняка поступил бы также, будь на моём месте. Но сейчас каждый на своём месте, какое ему уготовила судьба.

Святослав лишь успел испуганно моргнуть, прижимая к груди сломанное запястье, словно собираясь использовать как щит.

Выстрел и…

Пуля, наткнувшись на преграду, моментально испарилась.

– Что за чёрт? – изумился Хайнлайн. Сделал шаг в сторону жертвы и вскрикнул от боли.

На лице виднелись багровые бороздки от ожогов. Прикасаясь к ним, Хайнлайн вновь издал возглас.

– Да что такое?

– Силовое поле, – выдавил Святослав, поднимаясь на ноги. – Они поставили защиту от тебя, – его внимание приковано к колоннам вокруг изогнутого постамента, они мерцали зловещим синим светом, а пространство между ними подёргивалось едва заметной глазу неровной рябью. – Странно, что они сразу этого не сделали.

Роберт навёл на парня пистолет и вновь нажал на курок, вылетев, пуля пшикнула и растворилась прямо на глазах.

– Так и есть, – Святослав поднял шокер и поднёс дуло, которое мигом расплавилось. – У тебя нет шансов выбраться отсюда.

Хайнлайн замер с вытянутой рукой, нацеленной на Святослава, сейчас больше напоминал искусную статую из воска, чем человека.

Парень отбросил шокер и подошёл к Дмитрию. Бежевый комбинезон окрасился в тяжёлый багряный цвет, мужчина моргнул, показывая, что ещё жив.

Появление второго двойника Ву уже не испугало Святослава.

Двойник мельком глянул на распростёртое тело клона, затем посмотрел на истекающего кровью Дмитрия и повернулся к Роберту. Глаза полны безразличия.

– У тебя есть время, чтобы успеть покинуть нас, – обратился к Святославу, на что парень обречённо усмехнулся.

– Без скафандра мне не выжить и… – не успел договорить.

Команда пауков тащила на себе скафандр, цокая острыми капками по идеально ровному полу, остановилась рядом с ним.

В это время одна из стен начала раздвигаться, показывая тоннель, идущий наверх.

– У тебя ещё есть возможность покинуть нас, – повторил двойник Ву, не спуская глаз с Роберта, что, поняв безвыходность положения, перестал целиться из пистолета и теперь только ожидал дальнейшей развязки своей судьбы.

– Я не смогу, – Святослав беспомощно приподнял переломанное запястье, – теперь самостоятельно не получится надеть скафандр.

– Я могу помочь, – раздался голос американца, – если мне также дадут шанс покинуть это чёртово место с тобой.

Святослав мрачно отозвался: – Ты хотел меня убить.

– Я же говорил, ничего личного, просто выполнял приказ, – американец даже не оправдывался. – Твой приятель, скорее всего, имел точно такой же.

– Но не поступил как ты.

– Просто потому что я оказался первым.

Святослав попытался влезть в скафандр, задев сломанное запястье, невольно вскрикнул от боли, потирая опухающую конечность.

– У тебя не получится, – Роберт буквально вцепился взглядом в беспомощность Святослава, прекрасно понимая, это его единственный шанс выбраться из западни. – Даже если ты сумеешь забраться внутрь скафандра, у тебя не получится со сломанной рукой использовать все защёлки. А тебе этот тип явно не намерен помогать.

Если с появления двойника Ву Дмитрий слышал начало разговора, то с каждым едва заметным вздохом слова доносились всё глуше и глуше, добираясь до ушей несвязанными обрывками фраз, а в глазах постепенно мутнело, темнота скоро опустится на веки, навсегда вырвав человека из мира живых.

Но суть уловил, Святославу необходима помощь, чтобы спасти свою жизнь, тому стоило согласиться.

Скажи «да», эта мысль отчётливо била в затухающем сознании.

Да, скажи «да».

Собрав остатки жизни в теле, Дмитрий сумел выдавить из себя: – Да.

Еле слышимый выдох был услышан Святославом.

– Да, – шевельнулись губы Дмитрия.

Лже-Ву выжидающе уставился на парня.

– Хорошо, – срывающимся голосом произнёс тот.

Двойник перевёл взгляд на Роберта, тот недоверчиво спросил: – Можно выйти? – и, не дожидаясь, бросил пистолет перед собой. Оружие пролетело между колонн нетронутым и, упав на пол, чуть прокатилось по нему.

– И скафандр мне, – напомнил американец, подходя к Святославу, помогая тому облачиться в скафандр.

Дмитрий видел, как пауки притащили ещё скафандр, в который Роберт довольно быстро влез. Перед тем, как опустить забрало шлема, их глаза встретились, и Хайнлайн, шевельнув губами, произнёс напоследок и подмигнул Дмитрию.

– Удачи, медвежонок.

Святослав и Роберт скрылись в тоннеле, стены которого начали сдвигаться за их спинами.

Двойник Ву склонился над Дмитрием, перед тем, как мгла окончательно окутала сознание холодом, космонавт успел увидеть его цепкий взгляд.

* * *

Линь повернул тумблер, проверяя давление в баллонах. Взлетать они будут по прямой, топлива хватит, чтобы оторваться от поверхности, но корректировать курс придётся сжатым воздухом.

– Мы тут!

В наушниках резанул голос Святослава.

– Мы тут!

Григорьев встрепенулся, оживая, он повернул голову к крохотному иллюминатору, пытаясь увидеть их.

– Сколько вас? – Линь испытал тревогу, что если и это клоны? Тогда вполне может быть ловушкой.

– Двое, – раздался голос Роберта.

Григорьев и Линь переглянулись между собой.

– Готовься к запуску, – приказал космонавт, нацепив шлем.

Люк открылся, и первым в модуль пробрался Святослав, вскрикивая от боли.

– У меня рука сломана, – сообщил он, падая в кресло рядом с Линем.

Григорьев замер возле люка.

– Собираетесь бросить меня тут? – послышался голос Роберта, наполненный какой-то радостной злостью. – А как же гуманизм и девиз: «всегда оставаться человеком»?

– Думай быстрей, – Линь уже начал нагнетать необходимое давление для запуска двигателя модуля.

– Залезай, – глухо отозвался Григорьев, пропуская Роберта внутрь.

Когда американец очутился внутри, закрыл люк.

– Готов?

– Да, – Линь потянулся к выключателю над головой Роберта, тот первым дотронулся до него.

– Поверь, я справлюсь.

Они ощутили дрожь, поверхность «Объекта» пришла в движение, демонстрируя, что вот-вот тот готов сорваться с места.

– Запуск, – выдавил Линь, чередуя слова с тяжёлым дыханием.

Модуль, выбросив столб пламени, натужно начал подниматься вверх, разгоняя пышное облако пыли.

В иллюминатор все увидели зарево синего огня, по яркости похожее на зарево солнца.

– Взлёт.

Модуль сумел взмыть, быстро набирая высоту.

– Мы вас видим! – раздался захлёбывающийся от волнения голос Дилипа. – Что с «Объектом»?

– Что вы видите? – быстро спросил его Григорьев.

– Похоже, тот начал движение! Он запускает двигателя! Они что, улетают? Вы встретились с ними?

Святослав внимательно следил за показаниями приборов – Гравитация меняется.

– Что? – Линь повернул к нему голову. – Что значит меняется?

– Они её выключили, если не успеем добраться до корабля, нас может притянуть к себе Венера, – у парня тёк пот по щекам, а лицо искажено от гримасы боли.

– Осталось совсем немного, мы успеем, – Григорьев следил за пляшущей картинкой в мониторе, они приближались к «Миссии» и теперь нет права на ошибку, промахнись, и модуль может попасть в корабль и навредить ему, угробив себя и экипаж. Или промахнуться, и тогда для второго захода уже не будет возможности, они либо отправятся в космос, либо прямиком на Венеру, с готовностью распахнувшей свои смертельные объятия.

Синее зарево вспыхнуло в иллюминаторе, на мгновение ослепив приборы, а затем вернулась привычная темнота космоса.

– Осторожно! Вы уже близко! – раздался выкрик Дилипа. По голосу индийца понятно, насколько тот напуган.

– Осторожно, осторожно, – приговаривал Григорьев, уверенным движениями переключая копки, заставляя модуль маневрировать в нужном направлении.

Космонавт подвёл модуль к отсеку, ему глаза застилал пот, и, не имея возможности смахнуть ладонью, часто моргал.

Глухой стук возвестил о стыковке.

– Получилось, – выдавил из себя Григорьев, лишенный сил.

Роберт выбрался первым, следом за ним Линь, помогая Святославу, Григорьев покинул модуль последним.

Едва они покинули отсек и Святослав снял скафандр, сломанной рукой указывая на Роберта, выпалил: – Убийца!

– Что? – Джексон даже отпрянул назад, зависая над полом. Родриго и Дилип уставились на парня.

– Он убил Дмитрия и, возможно, Чана! Он хотел избавиться от нас на корабле, чтобы «Объект» достался только американцам!

На лице Джексона смятение, он отказывался верить услышанному. Повернувшись в сторону Хайнлайна, задыхаясь спросил: – Это правда?

– Да, – невозмутимо ответил тот, скидывая скафандр, что клубом парил рядом с ним. – И делал я это ради нашей страны. Ты же не хочешь, чтобы передовые технологии попали бы не в правильные руки? То есть не в наши? – усмехнулся Роберт, на лице ни капли сожаления. – Ребята встали у нас на пути, и мой долг был расчистить путь для нашей страны. Вот и всё.

Дилип, потрясённый спокойствием, с каким американец донёс простую мысль до экипажа, произнёс: – Ну ты и мерзавец.

– Давай не переходить на личности, это нецивилизованно, – в тоне Роберта отчётливо слышна издёвка.

Джексон скрыл лицо в ладонях.

– А ещё мы должны были бы взорвать «Объект», у нас для этой цели была отличная хлопушка, в пару тонн ядерного заряда, – Хайнлайн подмигнул Линю. – Но наш китайский товарищ не справился с заданием, и, как понимаю, космические друзья покинули нас.

– Если они улетели, выходит, и связь с Землёй восстановиться должна? – проговорил Святослав.

– Верно, – Дилип повернулся в проходе, что для его худощавого тела несложно, и поплыл в сторону кабины управления. Остальные тянулись за ним.

– Вызывает Центр, приём. Вызывает Центр. Приём, – неслось из динамика.

Дилип бросился к микрофону: – Мы вас слышим!

Прошло несколько минут, прежде чем монитор перед ним загорелся, показывая нечёткое изображение Королёва.

– Наконец-то! – радостно выдохнул Королёв. – Мы уже не знали, что предполагать! Наши телескопы зафиксировали движение «Объекта», а затем он пропал! Что случилось?

Григорьев подобрался к микрофону: – Они улетели, – и замер, ожидая ответа.

– Что? Вам удалось вступить в контакт с ними?

Григорьев угрюмо ответил: – Можно и так сказать.

– Что? Не понимаю вас, связь с трудом идёт. Ещё эта заминка со временем. Слушайте, – хоть изображение не отличалось хорошей картинкой, все заметили перемену в лице учёного. – У нас тут сейчас есть проблемы политического характера, за то время, пока вы были недоступны для связи, – он помялся. – В общем, мир буквально в шаге от того, чтобы все вцепились друг другу в глотки, не хватает лишь спички, чтобы запалить сухую траву для пожара. Разумеется, это не должно отражаться на вашей работе, вы должны все вернуться назад, – слушая Королёва, экипаж невольно смотрел на Роберта, замершего в проходе в кабину управления. – Вернитесь домой, покажите, что вместе нам под силу преодолеть любые трудности.

Голос Королёва дрожал, он сильно взволнован происходящим на Земле, о чём экипаж «Миссии» пока ещё не знал, но выходило, мир в который раз встал на порог глобальной катастрофы, что вот-вот развяжут неуёмные амбиции.

Роберт улыбнулся, что космонавтам напомнило хищный оскал зверя: – Мы вас прекрасно понимаем, мы все вернёмся домой.

* * *

Странное ощущение, Дмитрий не мог понять, жив ли он или?

Нет, отгонял мысль, никогда не был верующим. Хотя сейчас не мог объяснить своего состояния.

Вокруг только свет, мягкий белый свет, не слепящий и не раздражающий глаза. И странное ощущение невесомости, не похожей на ту, что довелось испытать, двигаясь в космосе.

У него нет тела, вот это он прекрасно понимал. Тогда где он и что с ним?

– Мы решили тебя оставить, – услышал голос, как ни пытался, не мог определить, откуда идёт, как и увидеть, кому принадлежит. – Успели сохранить твоё сознание после смерти тела. Нам будет полезно узнать о вашем мире и то, что вы как биологический и социальный вид собой представляете.

– Так я умер?

– Тело да, сознание пребывает в матрице вместе с нами, – вокруг лишь свет, ласкающий разум и дарящий безмятежное спокойствие. – Теперь ты останешься с нами и увидишь новые миры, горизонты того, о чём ваша цивилизация и помыслить не могла. Тебя ждёт увлекательное путешествие.

Выходит, меня ждёт вечность в космосе? Если бы Дмитрий мог улыбнуться, то сейчас его лицо расплылось бы в безмятежной улыбке.

Всё, груз ответственности покинул его вместе с бренным телом, он шёл до конца и теперь имел возможность выбрать свой путь.

– С нетерпением жду этого.

Конец.