Текст книги "Миссия (СИ)"

Автор книги: Флемм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

– Сейчас между нами всё же мир, – напомнил Соловьёв.

– Скорее перемирие, – не согласился с ним учёный. – И если бы не появился «Объект», не факт, чтобы оно не сорвалось в этом году. Хотя, – поскрёб затылок, – получается так, что из-за него может возникнуть новый конфликт.

– А что если их корабль в самом деле управляется лишь искусственным интеллектом и в нём больше никого нет?

Вопрос Святослава повис в воздухе.

– Тогда мы просто обязаны добраться до него, – хмуро произнёс Николаев. Ему показалось, в лаборатории слишком душно, хоть вентиляция и работала, выдавая противное жужжание. Потянувшись к галстуку, слегка ослабил его. – Если не получится поодиночке, тогда попробуем всем скопом. Хотя мы пытались договориться и со Штатами, и с Китаем. От первых ничего вразумительного, видимо, они всё-таки попытаются провернуть полёт сами, вторые ничего толком не отвечают. Либо бояться ненароком выдать информацию, либо не обладают ей и пытаются торговаться в надежде, что мы купимся на их блеф.

– А сколько и кого вы хотели бы туда отправить? – задался нужным вопросом Королёв.

– Ваши предложения?

– Учёные.

– Разумеется, – усмехнулся разведчик.

– А кто ещё может попытаться понять устройство корабля и вступить с ними в контакт? – риторически вопросил Королёв. – Только физики и инженеры.

– Если речь идёт о контакте, не стоит забывать о дипломатах, – Соловьёв решил пошутить, но никто не оценил попытку. – Но сейчас им на Земле хватает работы.

– Это много, тащить целую ораву, – критично покачал головой Николаев. – Впрочем, решать придётся не мне. Я приготовлю доклад, учитывая наш с вами разговор и ваши мысли насчёт полёта к Венере.

– Было бы неплохо.

Внимание Соловьёва тем временем оказалось отвлечено на смутную фотографию. На фоне чёрного полотна с яркими точками виднелось продолговатое тело с резкими выступами, оно неподвижно зависло над хмурой смертельной пеленой облаков Венеры.

– Это они, – подтвердил догадку Дмитрия Святослав, перехватив его любопытствующий взгляд. – Изображение так себе, но лучше и не будет.

Космический корабль, у мужчины аж дыхание перехватило! Повезло же ему родиться и оказаться в тот временной момент, когда человечество узнало, что не одни во Вселенной и вполне возможно установит контакт с другой звёздной цивилизацией. Дмитрию даже немного обидно за людей, за то, с какой лёгкостью они отнеслись к данному факту. Словно к обыденности, к кадрам из фантастических фильмов, коими пичкала поп-культура не одно десятилетие. Вполне возможно, размышлял он, поэтому люди так спокойно и отреагировали на появление космических странников.

Глава 3

Андрей Васильевич не любил командировки. Став начальником отдела, втайне надеялся, что теперь ему придётся меньше разъезжать по миру по государевым делам. Во времена молодости с лихвой хватило. Он застал развал одной страны и мучительное строительство новой. Через войны, экономические коллапсы, боль, кровь и грязь. Оказавшись в высоком кабинете, думал, теперь их будет меньше. В общем, так и произошло, вот только статус Николаева предполагал встречи с «партнёрами» тогда, когда дипломатия предпочитала держаться в тёмной сторонке, а проблему решить необходимо.

Шасси лайнера коснулись бетонной дорожки, старый разведчик мельком глянул в иллюминатор, стройными рядами мелькали фонари, утро наступало, это видно по светлой полоске у хмурой, не выспавшейся линии горизонта.

Швейцария, с какой стати эта страна ещё упирает на тот факт, что она придерживается нейтралитета?

Самолёт остановился, он поднялся, вытащив кожаный портфель из багажа. Во время последнего конфликта она определилась со своей стороной, на её беду выбрав проигравшую. Правда, потом сделала мину, мол, мы не участвовали в том конфликте, а лишь выразили политическое мнение на тот счёт.

Ну да ладно, Андрей Васильевич в одиночестве шёл к выходу, других пассажиров в салоне просто нет. Стюард, рослый мужчина с аккуратной бородкой, ловким привычным движением открыл трап. Мы тоже сделали свой вывод.

Погода встретила его неприятной прохладой наступающего утра и мелким моросящим дождём. Кутаясь в пальто, Николаев спустился вниз, где его уже ждал тип в плаще, на вид одного возраста с ним.

– Не удивлён видеть вас, – с лёгким акцентом произнёс тип, дежурно улыбаясь гостю, демонстрируя хорошую работу стоматолога.

Андрей Васильевич нацепил подобную маску приветствия, очутившись рядом с ним, протянул ладонь для приветствия: – Доброе утро, господин Кларк.

– Утро да, – склонившись, доверительно шепнул. – Но доброе ли, – и многозначительно подмигнул.

– А вот это нам предстоит выяснить.

Кларк, отшагнув в сторону, указал рукой направление: – Прошу, Андрей.

Николаев знал Кларка, приходилось и не раз по долгу службы сталкивать с ним. Коллега, чистокровный американец, признающий лишь один принцип на земле: «Америка превыше всего», либо «Сделаем Америку снова великой». Он и подобные ему ни разу не отступили от своих убеждений, готовые на всё, они упорно отстаивали интересы страны, и неважно, во что выливался для других их патриотизм. Сколько конфликтов развязали Кларк и компания, Николаев знал отлично, ему приходилось бывать в тех краях. От Африки и Ближнего Востока до граничащих с Россией стран.

– Хорошо выглядишь, – Кларк кивнул мрачному парню в тёмном костюме, скучающему возле чёрной машины. Тот мигом вытянулся и открыл двери в салон.

– Так теперь сижу в кабинете, а не гоняю по горячим точкам планеты.

Кларк понимающе улыбнулся: – Наш возраст говорит о себе, я тоже предпочитать сидеть в офисе. Да вот беда, новая проблема, – и ткнул пальцем в небо.

Николаев улыбнулся про себя, выходит, американцы также упёрлись в потолок своих возможностей, иначе бы ни за что не пошли на контакт с Россией. А раз готовы сотрудничать с нами, выходит, уже перебрали всех потенциальных партнёров, на которых надеялись.

Андрей Васильевич сел в салон, опускаясь в мягкое кожаное кресло, Кларк примостился рядом, отдав приказ на английском языке.

– Как семья? – осведомился у русского коллеги.

– Внучка замуж вышла.

– О, – цокнул американец. – Ей лет восемнадцать, вроде?

– Девятнадцать.

Американец покачал головой: – Совсем дитя, зачем так рано?

Николаев устало вытянул ноги, повертел затёкшей шеей: – Её решение, а может и к лучшему. Раньше родит, будет дети, стану прадедушкой.

– Молодой прадедушка, – с толикой кокетливости в голосе заметил Кларк.

Машина плавно тронулась с места, гула двигателя нет, лишь слышно шуршание покрышек об асфальт.

– Всё же электрички победили?

Кларк пожал плечами: – Если технология давать прибыль, технология должна развиваться. А вы так и переводить нефть в воздух?

Николаев без труда разобрал некое ехидство в тоне: – Да, предпочитаем слышать рык мотора.

Лицо Кларка уже не скрывало лёгкое высокомерие: – Высокий технологий не ваш конь.

– Конёк, – поправил Андрей Васильевич, пару раз отстучав пальцем по портфелю. – Ну да, лапти наше всё. Зато ими вполне можем ракеты делать, которые могут долететь хоть куда. Тебе ли не знать этого, Кларк?

После сказанного лицо Кларка изменилось, напускная вежливость и дежурная улыбка пропали, а в голубых глазах появилась неприятная память пережитого страха. Эмоция из тех, которая унижает, когда вспоминаешь причину, вызвавшую её. И теперь Кларк смотрел на коллегу честным взором, смотрел как на врага.

Оба молчали с минуту, автомобиль мчался по пустой дороге, обгоняя редкие машины, проскальзывая под яркими пятнами света.

– Кто ещё будет участвовать во встрече?

Кларк расстегнул верхние пуговицы плаща: – Сначала говорить с нами, затем мы решать, кого звать.

– Стопроцентно звать придётся и Китай, – сказал Андрей Васильевич и не дал Кларку возразить. – Он необходим, как Россия или вы, – Кларк хмуро покосился на коллегу. – Да, да, в одиночку никто из нас не справится.

– Ты стать учёный или инженер? – решил подколоть Николаева американец.

– Нет, знаю не больше твоего. Но меня натаскали на беседу, ведь я привёз предложения, а не инженерные решения, – старый разведчик многозначительно постучал пальцем по портфелю.

– Стать дипломат?

– Нет, но не тебе ли не знать, что эти ребята предпочитают не подставляться, – на что Кларк понимающе кивнул.

Машина остановилась возле высокого здания, отеля. Хотя Николаев недоумевал, ради чего пришлось ехать в город, когда все детали можно было обговорить в конференц-зале аэропорта. Значит, пришёл к выводу, на то имелись причины.

Водитель открыл двери, выпуская пассажиров. Когда Кларк и Николаев направились к входу, разведчик заметил несколько здоровых лбов возле него. Укоризненно посмотрел на коллегу, словно говоря: «Так палиться?» На что тот улыбнулся и махнул рукой, дескать, просто охранники, на всякий случай.

Прошли через холл, за стойкой администратора миловидная шатенка в платье щебетала с постояльцами, пожилой парой.

– Сюда, – указал в сторону лифта Кларк.

Пока шли по красной ковровой дорожке, Андрей Васильевич испытывал неловкость, ведь оставил грязные следы. А вот Кларка подобная мелочь не беспокоила.

Заметив, как русский коллега пару раз обернулся на отпечатки подошвы, рассмеялся: – На это есть работник. Их дело убирать.

И ведь не возразишь.

Номер, куда Кларк привёл Николаева, довольно большой, а в нём три человека. По внешнему виду ни один из мужчин не тянул на агента спецслужб или вояку. Внешне чем-то напоминали Королёва.

Увидев Андрея Васильевича, все трое встрепенулись, в глазах радостное ожидание.

Кларк снял плащ и лёгким движением бросил на заправленную кровать.

– Присядь, – указал на кресло возле столика.

Николаев сел и положил портфель на стол. Кларк быстро представил его учёным, хотя разведчик при желании мог сделать это сам, свободно изъяснялся на английском.

– Ферми, – Кларк показал пальцем на пухлого коротышку с залысинами, через одежду выпирали бока, – Браун, – этот тип высокий, худощавый и рыжик. На вид лет сорок, лицо усеяно веснушками, – Скот, – данный учёный в солидном возрасте, густые волосы давно седы, держался с достоинством. Единственный, кто присел напротив Николаева. – Может говорить, – Кларк предпочёл кресло возле окна. Запрокинув ногу на ногу, сложив руки на груди, ожидал начало разговора.

Андрей Васильевич, звякнув защёлками, открыл портфель, выудив из него пару мятых листов бумаги.

– У вас точно такие же? – спросил, положив рисунки Святослава на стол и разглаживая их ладонями. Прихватил парочку из лаборатории Королёва.

Обращался он к ним на английском.

Скот, развернув рисунок к себе, изучил его и кивнул.

– Верно, – вместо него произнёс Ферми, достав платок из нагрудного кармана мятого пиджака, вытер лицо. – Такие символы могут вам показать и в Индии, и в Китае. Любой человек, способный поймать сигнал пришельцев. Только что он может значить?

– Наши учёные считают, сигнал не предназначается для людей.

– Почему? – быстро спросил Скот, его взгляд стал острым.

– Потому что их корабль отправился к Венере, там и остановился. Те, кто на его борту, явно ничего не знают о человечестве и о том, что Земля пригодна к жизни. По крайне мере в тот период, когда они были здесь.

Скот пару раз пристукнул пальцем по столу, явно над чем-то размышлял:

– Ваши учёные также считают, что кораблём может управлять искусственный интеллект?

– Да.

Учёные мужи переглянулись между собой, в их взглядах промелькнуло нечто вроде облегчения, раз не они одни пришли к такому выводу, значит, думали в правильном русле.

– Ещё они считают, что экипаж может пребывать в состоянии криосна, – добавил Андрей Васильевич.

– Верно, – согласно кивнул Браун, – пересекать космическое пространство в состоянии бодрости разрушительно для психики.

– И какие предложения есть у Королёва? – спросил Скот, и, видя реакцию Николаева, тот не смог сдержать удивления, усмехнулся. – Доводилось работать с вашими учёными в своё время, – нахмурился и бросил в сторону Кларка недовольный взгляд. – В доброе время. И несколько осведомлён в возможностях ваших астрономов. По-настоящему талантливых людей у вас мало, Королёв один из них. К слову, знаком с ним лично, и поэтому просто уверен в том, что именно ему ваше правительство доверило данную миссию.

– Хм, – протянул Николаев, не то чтобы слова американца застигли его врасплох. – Да, к нему прислушиваются. А предлагает то же, что и вы.

Ферми не переставал тереть лицо платком, видимо, переволновался мужчина. – Отправить к пришельцам свой корабль. У нас…

Кларк поднялся с места. – Хочу кофе, – подошёл к телефону, стоящему на тумбе возле изголовья кровати. – Хорошего заварного кофе, – поднял трубку. – Алло, пожалуйста, четыре чашки кофе, да, сливки и сахар отдельно, – покосился на русского коллегу. – И одну чашку чая, – усмехнулся, – лимон обязательно добавьте и не забудьте срезать с него корку, мало ли его съедят. Ах да, и парочку пирожков с картошкой, – подмигнул ему. – Что значит нет? Ваш отель имеет пять звёзд, – и положил трубку. – Сервис во всём мире катастрофически падает. В былые времена повар лично бы принёс эти чёртовы пирожки, держа поднос в зубах. Пять звёзд, знаете ли, это заслужить надо, – вернулся в кресло.

Николаев решил продолжить беседу. – Королёв утверждает, никакая страна не в состоянии отправиться к космическому кораблю в одиночку, и дело даже не в деньгах.

Скот медленно кивнул, соглашаясь с его словами.

– Вы уже пытались?

Браун было открыл рот, но лёгкий кашель Кларка тотчас закрыл его.

– Ага, – не смог сдержать насмешки Николаев. – Вот что сказал мне Королёв, мы сильны в сверхтяжёлых ракетах и жилых модулях, у вас превосходные компьютерные технологии и вся научная база запада вкупе с Японией, Китай может предоставить редкоземельные металлы и дешёвую рабочую силу.

– Обычное дело для диктатур, – проговорил Кларк, – они так сумели стать второй экономикой мира.

– Ну это как считать, есть такие, кто отдаёт им первое место, – не удержался от того, чтобы не кольнуть американца Николаев.

Кларк пожал плечами. – У нас хотя бы экономика есть.

Скот недовольно прихлопнул ладонью по столу. – Не на том сосредоточились. Что ещё говорил Королёв?

– Полёт будет длительный, – трое учёных согласно кивнули, – и что минимум необходимо отправить троих человек.

Тут Скот яростно замотал головой. – Не выйдет.

– Почему?

В дверь постучали, и Кларк поднялся, подошёл и открыл её.

– Благодарю, – отступил в сторону, позволяя горничной пройти внутрь.

Миловидная азиатка в чёрной униформе и обязательно белом переднике катила перед собой тележку с четырьмя чашками ароматного чёрного кофе, на блюдце пять маленьких серебристых ложечек, сахарница, на другом блюдце лежал лимон, порезанный аккуратными кружками со срезанной коркой, и два пирожка. По запаху с картошкой. Рядом с ними чашка с горячим чаем.

– Дальше мы сами, – махнув ладонью, Скот отказался от дальнейших услуг горничной. Та быстро вышла из номера.

Николаев проводил её взглядом, затем посмотрел на Кларка, что уже бросив пару кубиков сахара в кофе, помешивал его, возвращаясь на место. Они встретились глазами, и Кларк понимающе тонко улыбнулся, словно говоря, да-да, пусть и они будут в курсе.

– Три человека мало, – Скот взял чашку и отхлебнул, – и довольно глупо.

– Почему? – Николаев сперва принюхался к чаю, запах приятный. Подумав, бросил в него дольку лимона, решив дать настояться ему.

– Мы же предполагаем высадиться на борт космического корабля, если произойдёт инцидент со смертью одного из астронавтов, то возвращение обратно станет для оставшихся проблемой.

Два других учёных, пододвинув стулья, сели рядом и потянулись за кофе.

Николаев предложил свой вариант. – Тогда девять человек.

Скот удивился такому точному количеству. – Почему именно девять?

– Трое русских, три американца и три китайца.

– Звучит как начало плохого анекдота, – поморщился Браун. Николаев и сам так думал.

– Почему именно так? – Ферми бросил в свой кофе больше всех сахара. Ему следовало бы подумать о диабете, с его лишним весом и излишней потливостью.

– Потому что вне зависимости от количества участников экспедиции, численность каждой из трёх стран должны быть представлены в одинаковой пропорции.

Николаев отпил чая, неплохо, признал он, лимон давал приятную кислинку. И не удержавшись, откусил кусочек пирожка. И вправду с картошкой.

– Вы всерьёз намерены обсуждать это? – изумился Скот. – В солнечной системе объявился космический корабль, что уже несколько долгих месяцев неподвижно стоит возле Венеры, непонятно, чем это может грозить нашей цивилизации, а вы подсчитываете, сколько людей должно лететь и из каких стран?

Андрей Васильевич потянулся за салфеткой на тележке, неспешно вытер губы и, скомкав её, бросил на тележку:

– Мы делаем ровным счётом то, что делает ваше правительство, – кивнул в сторону Кларка, неторопливо пьющего кофе. – Считаете нас глупцами? Тогда вот моё предложение, передайте нам технологии для строительства управляемого корабля, и мы сами отправимся туда, а затем поделимся с вами знаниями, – и замолчал, выразительно приподняв брови. Мол, как вам такое предложение?

Скот поморщился, словно от зубной боли, остальные двое промолчали, погрузившись в кофе.

– Вот и мы о том же. Каждая из наших стран хочет добраться до корабля пришельцев первыми, желательно пододвинув конкурентов плечом далеко в сторону. Пафосные слова об угрозе нашей цивилизации, да только вы о них сразу же позабудете, едва осознаете факт, что ваша страна не будет участвовать в той миссии.

Скот покраснел: – Вы не правы.

На что Николаев жёстко сказал: – Прав. Я хорошо знаю вас и знаю, чего стоят ваши договоренности и весь этот проникновенный бред о благе для всех и каждого. А также в курсе того, как быстро вы можете забрать своё слово назад, если сочтёте партнёра, к примеру, недемократичным на ваш просвещённый взгляд.

Скот резко поставил чашку на стол: – Речь идёт не о политике.

– Как раз о ней, – Николаев забросил последний кусок пирожка в рот и быстро запил его, машинально, даже не заметив, что съел вдогонку дольку лимона. – Вот какую главную мысль мне приказали довести до вас. Мы сотрудничаем только на равных условиях, никаких подводных камней, никаких пересмотров, никаких тайных договорённостей между всеми сторонами. Карты и руки на стол, для всех и каждого. И ещё, мы уже начали строительство ракет, способных доставить жилые модули на орбиту и начать строительство корабля. Если что, мы будем искать соратников среди всех, кто будет готов идти с нами.

– А почему в таком случае сразу не воплотили этот план в жизнь? – зло глянул Скот в сторону Андрея Васильевича.

– Потому что признаём наши слабые стороны и понимаем ваши сильные. Сотрудничество между нами позволит достичь желаемого куда быстрее.

Кларк поставил чашку на пол: – Тогда получается, остальные идут, как там у вас говориться, по боку? – насмешливо добавил. – Вас не будет мучить столь нечестное поведение по отношению к другим странам?

– Не больше вашего, – Николаев достал из портфеля запечатанную красную папку. – Тут наши предложения, а также технические решения по созданию совместного космического корабля.

Скот потянулся к папке, но Николаев отвёл руку в сторону Кларка. Тот поднялся и подошёл к ним.

– Передам кому следует, – холодно произнёс он, даже не взглянув на лицо опешившего земляка. – Полагаю, на этом твоя миссия завершилась?

– Верно, – Николаев поднялся, – билет на обратный путь у меня на руках.

– Тебя отвезут в аэропорт, – Кларк сунул папку под левую руку и протянул правую для прощания. – Как знать, до встречи.

Они обменялись крепким рукопожатием.

Уже в дверях Кларк окликнул Николаева: – Оплати у администратора свой чай и пирожки, счёт у нас раздельный.

Садясь в салон машины, Андрей Васильевич краем глаза заметил, как пристально за ним следит та самая горничная, что была в их номере. Кларк, выходит, не ошибся, не потерял нюха, старый пёс, усмехнулся про себя разведчик. Весьма тонкий ход, чтобы дать пинка ещё одной стороне и заставить их действовать решительней.

Когда Николаев вернулся в Москву, стало известно о том, что китайская сторона выражает обеспокоенность тайными переговорами между США и Россией и готова начать обсуждение участия в совместном проекте для изучения корабля пришельцев.

А потом было совместное заявление трёх сторон о том, что начато строительство первого в истории Земли космического корабля, что доставит космонавтов к Венере. Что вызвало недовольство остальных стран мира, в ООН даже возмутились на этот счёт, справедливо поняв главную суть этого, другим странам отвели участь наблюдателей, в то время как возможные преференции от контакта будут поделены между тремя участниками.

Большинство землян сочли это несправедливым.