Текст книги "Госпожа Шестого Дома (СИ)"

Автор книги: Эуреон Серебряный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 35 страниц)

{37}

Сорнтран нечасто видел центральную площадь В’Аргешшара такой: навесы и палатки, украшенные пестрыми цветами и камнями, огромные столы, покрытые тяжелыми тканями – на них расставлены драгоценности самых разных форм и цветов: некоторые изображают неведомых птиц и зверей, на других – и вовсе непонятные символы и узоры. Над каждым столом висят сияющие шары – под их светом некоторые украшения блестят больше обычного, другие же нагляднее демонстрируют удивительные свойства металлов поглощать свет.

В драгоценностях Сорнтран не разбирался – понятия не имел, что считается красивым, а что – нет. Хотя владеть украшениями, конечно, хотел бы, ведь они символизируют определенный статус, и лишь немногие, тем более, из мужчин, имеют право их носить и могут их себе позволить.

Быстро посмотрев на витиеватые изделия, расставленные на ближайшем столе, Сорнтран подумал, что когда-нибудь украшения – и даже не простые, а зачарованные – у него обязательно будут. Пока же нужно позаботиться о том, чтобы это когда-нибудь наступило. А потому он больше смотрел не на все это великолепие, наверняка стоившее целое состояние, а вокруг. Когда в одном месте собираются знать города, простолюдины, да еще и всякий сброд неизвестно откуда, – не только дроу, но и всякие дворфы, гномы и прочие, – случиться может все, что угодно. И хотя за обеспечение безопасности на ярмарке ответственны воины Первого Дома и городская стража, Сорнтран на них не особо полагался.

Ксалант осматривал территорию сверху, ловко перепрыгивая с одного навеса на другой. Но полезной информации почти не выдавал: везде видел, как и ожидалось, очень много дроу обоих полов, а также некоторое количество дворфов и гномов и нескольких полуорков. Сорнтран и сам их видел.

Группу представителей Шестого Дома возглавляли три совсем юные жрицы, которых матрона Инстра велела сопровождать и при необходимости защищать. Рассматривая их обнаженные спины, Сорнтран думал, что хорошо, что платья на них черные и серебристые, а не, например, красные. Не станут слишком легкой мишенью в случае опасности. Еще разумнее было бы одеть их в хоть какую-нибудь броню. Конечно, у них наверняка есть защитные заклинания, но успеют ли они быстро среагировать при необходимости? Об этих жрицах и их возможностях он не знал ничего. Лишь имена – Ина, Умраэ и Миззрима.

За жрицами, отставая на пару шагов, следовала дюжина воинов – все в доспехах с символом Шестого Дома поверх блестящих парадных рубашек. Все оружие кроме арбалетов – в разукрашенных ножнах. Среди воинов ни одного, в ком можно заподозрить хоть каплю “неблагородной” крови. На общественные мероприятия принято отправлять самых видных членов Дома. Каждый раз оказываясь в такой группе, Сорнтран думал, что с происхождением и внешними данными ему все-таки повезло. Будь он похож на простолюдина, шансов дожить до нынешнего дня у него было бы в разы меньше. Правда, если он хочет добиться чего-то большего, потребуется больше, чем просто благородная внешность. Гораздо больше.

Дойдя почти до центра площади, молодые жрицы остановились, а вслед за ними – и весь отряд. Увидели знакомых женщин из Третьего Дома, подошли пообщаться. Одна из них, однако, быстро потеряла интерес к разговору и начала рассматривать украшения на соседнем столе и о чем-то спрашивать ювелира-полурослика.

Велев пауку не спускать глаз с женщин Дома и сообщать о любых признаках опасности, Сорнтран неспешно прошел в хвост отряда, по пути по возможности незаметно, но внимательно осмотрев соратников. Все держались как обычно, смотрели по сторонам, только молодой боец по имени Валас, кажется, немного нервничал. Илзтзыр и Корлак, чье присутствие в отряде немного напрягало Сорнтрана, будто нарочно не обращали никакого внимания ни на него, ни друг на друга, хоть и стояли рядом.

Замыкал группу дворф-ювелир в простой, но чистой и опрятной одежде: приличный вид рабов – тоже дело чести для Дома. Борода и волосы цвета меди заплетены в аккуратные косы, перевязанные серебристыми лентами, неизвестно откуда раздобытыми.

Близко к столам раб не подходил, но то и дело вытягивал шею, пытаясь рассмотреть экспонаты на них. А когда группа остановилась, в его движениях появилось что-то вроде нетерпения. Однако Сорнтран не был уверен, задумал ли дворф что-то глупое или же просто хотел поскорее посмотреть на другие экспонаты и нервничал из-за задержки.

– Это предупреждение ты услышишь только один раз, дворф: не пытайся делать глупости и позорить Дом, – сказал ему Сорнтран на всякий случай.

– В последние часы не произошло ничего такого, что повлияло бы на мои интеллектуальные способности, господин. А до этого глупым я точно не был, – раб безмятежно улыбнулся. – Я прекрасно знаю, что если попытаюсь бежать, в меня полетят арбалетные болты и магия. Даже если каким-то чудом никто из вас в меня не попадет, куда я денусь-то? Хотя, я бы мог, конечно, попытаться слиться с толпой. Если очень захочу, сойду же за одного из вас?

Воины, стоящие чуть впереди и хорошо их слышащие, захихикали. Сорнтран не улыбнулся.

– Твоя задача, дворф, не только найти инструменты, сырье и изделия, на которые действительно стоит потратить деньги, но и указать на мастеров, чьи работы заслуживают внимания. Тебе все понятно?

– Более чем понятно, господин. Ничего по-настоящему интересного из работ я пока не увидел. А вот инструменты… те, что на том столе, мне бы подошли!

Бросив взгляд на группу из Шестого Дома и убедившись, что двигаться с места никто пока не собирается, Сорнтран кивнул дворфу и подошел к столу, на который тот указывал. Дворф подбежал, стуча деревянной ногой.

На столе лежали какие-то стержни с острыми тонкими кончиками, небольшие металлические котлы, стеклянные круги разной толщины и прочие предметы, назначение которых было Сорнтрану совершенно непонятно. Глаза дворфа аж загорелись, когда он начал рассматривать все это вблизи. И вскоре с уверенностью заявил, что все это ему позарез нужно.

Поскольку Сорнтран ничего не смыслил в ювелирных инструментах и не собирался тратить время на выяснение чего бы то ни было, он просто заплатил запрошенные мелким, даже по меркам полуросликов, торговцем 80 золотых. И передал полученный от него мешок аж сияющему от счастья рабу. Мельком подумал, сможет ли тот использовать остроконечные стержни в качестве оружия и навредить ему или кому-либо другому. Решил, что серьезный урон этими штуками дворф вряд ли сможет нанести.

Еще раз взглянув на дворфа, Сорнтран сделал знак скауту, что стоял ближе всех к рабу: мол, приглядывай за ним. Скаут молча кивнул в ответ.

Сорнтран немного прошелся по окрестностям, стараясь не слишком раздражаться из-за шума. Громкие разговоры, смех, гул… и вдобавок ко всему – какая-то странная музыка, причем со всех сторон разная. Ближайший источник прямо перед глазами: под одним из навесов стола не было – на подушках сидели четверо музыкантов-дроу, трое мужчин и одна женщина. Один из мужчин бренчал на каком-то инструменте из дерева и с металлическими струнами, женщина подпевала, другие двое же, держа на коленях продолговатые деревянные инструменты с отверстиями, тихо переговаривались между собой. Все в пестрых тряпках и сами какие-то цветные – ни одного беловолосого.

Сорнтран смотрел на группу с недоумением, не понимая, как могут уважающие себя дроу – и особенно женщина – заниматься чем-то подобным ради развлечения других. Даже если они простолюдины.

– За серебряную монетку споем любовную балладу для Ваших прекрасных спутниц, господин! – сказал вдруг мужчина с деревянным инструментом, заметив взгляд Сорнтрана. – Может, одна из них – дама Вашего сердца?

– Идиот, забыл, где мы? – сосед с ухмылкой хлопнул его по плечу.

– Ну тогда споем о битве доблестных воинов с чудовищем из другого мира, – не растерялся первый. И широко улыбнулся, показывая ряд кривых зубов.

Покачав головой, Сорнтран вернулся к своему отряду, внимательно глядя по сторонам. Успел заметить представителей почти всех Великих Домов города.

– Скорее бы этот ужас закончился, – пробормотал вдруг скаут, рядом с которым он остановился. Налфейн. Был в отряде во время похода в Лирсик. Хорошо разбирается в картах. И, кажется, владеет несколькими простыми заклинаниями. Светящиеся шары уж точно умеет призывать.

Сорнтран молча кивнул. Ему тоже было крайне неуютно в таком многолюдном месте. Особенно после довольно длительного пребывания в тихих лабиринтах Подземья.

– Кстати, говорят, вчера они замутили какую-то безумную оргию. Отмечали совершеннолетие, – скаут кивнул в сторону юных жриц.

Сорнтран мог только порадоваться тому, что его подобное пока обходило стороной: в Пятом Доме он видел много такого, что на всю жизнь отбило у него всякое желание участвовать в каких бы то ни было оргиях. Особенно – если там молодые жрицы, которые наверняка пытаются самоутверждаться, унижая партнеров. Еще и в присутствии других. И хорошо хоть, если просто унижают, а не калечат или убивают.

– Как жаль, что меня там не было, – вздохнул Налфейн.

Спокойное, не привыкшее делать лишних движений лицо успешно скрыло удивление. Если нет выбора и приходится делать то, что велят, – это, конечно, понятно, но как можно хотеть участвовать в чем-то подобном? Тем более, если это “мероприятие”, скорее всего, не принесет ни удовольствия, ни хоть какой-то пользы для статуса и положения в обществе.

– Говорят, было весело, – продолжал скаут. – И даже почти без всяких плетей, кнутов и прочего. Просто развлекались. Вон те двое и десяток мужчин.

Слушая скаута краем уха, Сорнтран не переставал смотреть по сторонам. В голове постоянно крутились мысли о проблемах, которые могут возникнуть в столь многолюдном месте. Все эти приезжие чужаки – где они остановились? Кто ответственен за них и их поведение? Зачем они вообще сюда приехали? В’Аргешшар – довольно закрытый город, и помимо купцов, получивших специальное разрешение от Великих Домов и находящихся под их защитой, мало кто сюда обычно суется. Так с чего это вдруг так много народу решило сюда приехать на какую-то ярмарку? Это казалось Сорнтрану очень странным.

Правда, пока что простолюдины и чужаки вели себя вполне прилично. Некоторые стояли за столами с украшениями и рассказывали интересующимся о своих товарах, другие ходили по рядам и рассматривали экспонаты.

Источник возможных проблем Сорнтран заметил совсем недалеко. И им был вовсе не кто-то из чужаков. Синтра, вторая дочь его матери, в окружении группы жриц из Пятого, Седьмого и Третьего Домов и большой группы бойцов шла как раз в их сторону.

Вздохнув про себя, Сорнтран посмотрел на жриц Шестого Дома: почему так долго стоят на месте? Миззрима по-прежнему рассматривала драгоценности, две другие беседовали с приятельницами, явно не собираясь уходить.

Сорнтран надеялся, что Синтра пройдет мимо, но…

– О, какие симпатичные юные жрицы появились в Шестом Доме, – одетая в откровенное красное платье Синтра остановилась. А вместе с ней – все, что были с ней в группе. – Полюбуйтесь на них, сестры! Надеюсь, вы, девушки, хотя бы дочери жриц своего Дома? А то ваш Дом известен тем, что любит подбирать объедки с чужих столов. Вот как этого, например, – она кивнула в сторону Сорнтрана.

Молчание, воцарившееся на несколько мгновений, прервали смешки, пронесшиеся по группе женщин и мужчин, окружающих Синтру.

Женщины из Шестого Дома, однако, не особо смутились. Или отлично контролировали свои эмоции и ни движениями, ни выражением лиц их не выдали.

– Ты очень наблюдательна и проницательна, прекрасная жрица, – кивнув собеседнице, разговор с которой был столь неприлично прерван, Ина повернулась к Синтре и заговорила с беспечной улыбкой. – В Шестом Доме стараются распознавать скрытый потенциал там, где другие видят лишь объедки. Говорят, у нас неплохо получается.

Явно не ожидавшая ответного выпада Синтра не сразу ответила.

– В таком случае, может, нам стоит отправлять в ваш Дом и грязную одежду и испорченную броню наших бойцов? Вдруг и в этом вы найдете скрытый потенциал?

– Отличная идея, дорогая сестра, – Ина вновь ослепительно улыбнулась. – Грязную одежду можно постирать и отдать слугам. В последнее время желающих прислуживать нам становится все больше и больше, в том числе – из представителей Великих Домов, представляешь? Даже не успеваем доставать для них одежду!

Слушая разговор жриц, Сорнтран думал, что Синтра могла лишь бросаться оскорблениями, но вряд ли от нее стоило ждать серьезных проблем. Уж точно не в общественном месте. Находчивость Ины же вызвала у него уважение.

– Оружие. Опасность, – в голове прозвучал голос паука, и почти одновременно взгляд поймал за ближайшим большим шатром стриженого простолюдина, сжимающего в руке кинжал с необычным серебристым свечением. Сердцебиение сразу ускорилось, ощущение тревоги, тлеющее, но никак не гаснущее в течение последних часов, вспыхнуло в груди с новой силой.

– Смотри, – ладонь Налфейна легла на плечо Сорнтрана. Вторая рука потянулась к ножнам.

– Вижу.

– Еще один слева.

– Вижу.

Второго Сорнтран заметил почти одновременно с первым: мужчина с неброской, незапоминающейся внешностью медленно доставал из сапога кинжал с тем же серебристым сиянием.

– К оружию! – закричал Сорнтран.

Его голос заглушил раздавшийся совсем рядом взрыв.

***

Велев ни в коем случае ее не беспокоить, Инстра заперлась в зале с алтарем и статуей Богини. Поудобнее усевшись на самом алтаре и держа камень в ладони, она его, наконец, решила активировать, хотя не была до конца уверена в его безопасности. Раб-дворф не врал ей – он искренне верил в то, что говорил. Но не исключено, что он мог просто ошибаться.

Тем не менее, Инстра решила рискнуть. И сделать это именно тут, на алтаре. Если в камне и есть какая-нибудь опасность, магическая сила алтаря, впитавшего за время своего существования невероятное количество ритуальной крови и энергии, наверняка смягчит воздействие и поможет защитить жрицу Богини. Любая посторонняя магия, исходящая не от Богини, тускнеет, слабеет возле этого алтаря. Поэтому Инстра старается держаться рядом с ним в присутствии чужих. И, тем более, тех, что считаются “своими”.

Камень в ее ладони вспыхнул невидимым глазам, но ощутимым где-то глубоко внутри сиянием. Он будто открыл врата в пустоту, находящуюся где-то одновременно очень близко и невероятно далеко, пустоту, которая требовала, чтобы ее заполнили, иначе грозилась втянуть в себя все, что окажется поблизости.

Инстра сосредоточилась и направила в эту пустоту свою магическую энергию. Пустота жадно втягивала, засасывала, пока не заполнилась полностью, оставив Инстру совершенно опустошенной. Ощущения были такие, будто она сражалась много часов подряд и использовала все свои силы до последней капли. Настолько полностью свою энергию она еще ни разу в жизни не выжимала.

Спрятав полностью заряженный камень в кармане, Инстра спустилась с алтаря и уселась на полу, прислонившись к нему спиной. Закрыла глаза и расслабилась. Чтобы восстановить потраченные силы, ей потребуется как минимум несколько часов отдыха и медитаций. Либо – жертва. С которой она до сих пор не определилась. Поэтому пока что – отдых.

***

Восстановившись, Инстра поспешила приняться за дело. Она понимала, что Нильнисс, госпожа Первого Дома, сейчас, скорее всего, занята ярмаркой, которую почему-то решила организовать в столь неподходящее время. И все равно написала ей письмо, в котором сказала, что им необходимо встретиться и поговорить, причем как можно скорее.

Когда слуга с письмом вышел из ее покоев, на пороге показалась Лледрит. В роскошном алом платье, с кучей украшений на шее и в волосах, но все равно какая-то взъерошенная.

– Надо поговорить, – не дожидаясь разрешения, жрица закрыла за собой дверь и прошла в середину комнаты, заполняя воздух каким-то горьковатым запахом, который тянулся за ней невидимым шлейфом. – Помнишь, ты меня обвиняла… ну, во всяком, к чему я отношения не имею.

Не при чем я, слышишь? Не при чем!

– Так вот, я решила проверить запасы наших ядов. У меня там все на месте, ничего не пропало! Я несколько раз перепроверила.

Лаборатория находилась на верхнем этаже здания – рядом с сокровищницей и покоями Инстры, и там же хранились запасы всех ядовитых веществ Дома. Инстру до сих пор немного удивлял уровень ответственности, с которым жрица относилась к ядам: информация о каждом флаконе записывалась в специальную книгу, и время от времени она все проверяла и перепроверяла, пересчитывая склянки и флаконы на полках огромного шкафа и сверяясь с записями в книге.

Никто кроме Инстры, Фаэры и самой Лледрит не имел права заходить в эту комнату – зачарованные двери никого другого и не впустили бы. Рабы там время от времени прибирались исключительно под присмотром первой жрицы.

– Но… – жрица нервно прикусила губу. И потерла руку, на которой – Инстра только что это заметила – были свежие царапины. А на платье – небольшое пятно. – Пропала моя старая тетрадь с заметками и некоторыми рецептами.

– И там был рецепт этого самого яда? – Инстра усмехнулась.

– Точно не помню, но это не исключено. Вот только я не понимаю, куда эта тетрадь могла деваться. Ведь я ее хранила там же, в той комнате! Никто кроме нас троих туда не может заходить…

– Что у тебя с рукой?

– Разбила случайно склянку, поранилась, – раздраженно пробормотала жрица. Посмотрела на ладонь и прошептала лечащее заклинание.

Инстра задумчиво прошлась по комнате. Во всей этой истории с нападением на Сорнтрана было что-то очень странное. Сначала она была уверена, что ревнивая и неуравновешенная Лледрит, не подумав о последствиях, просто сделала глупость. Но если она не лжет, то за всем этим может быть что-то гораздо более серьезное. А она вряд ли лжет. Стоит и вспоминает все места, где тетрадь могла бы быть. И нервничает. Может ли она так хорошо притворяться? Насколько Инстре известно, нет.

Вот только кому и зачем может понадобиться убивать Сорнтрана? Какой в этом смысл? Некоторые воины могли, конечно, хотеть его смерти, но кто бы рискнул пробраться в покои первой жрицы и украсть ее тетрадь? И откуда у воинов знания, чтобы приготовить яд по рецепту из тетради? Их такому нигде не учат. У многих жриц такие знания есть, но ни у кого кроме Лледрит нет очевидных мотивов.

Размышления прервал сигнал, указывающий на то, что за дверью кто-то стоит. Инстра подошла, открыла. На пороге – слуга, которого она отправила с письмом. Низко кланяется, движения нервные, торопливые. Короткие серые волосы взъерошены, тяжело дышит.

– Госпожа, там, на площади, что-то происходит! Взрывы слышны даже у наших ворот! И под сводами летают огненные шары!

{38}

Сначала появилась боль. Казалось, будто она захватила и парализовала все тело. Потом – сводящий с ума звон в ушах. Когда глаза – хоть и не без труда – открылись, боль перетекла в спину и в затылок и сосредоточилась там. Жадный, глубокий вдох не принес ожидаемого удовлетворения: миллионы мелких частичек пыли вонзились в горло и грудь, и Сорнтран закашлялся.

Кое-как успокоив дыхание, тяжело повернулся на бок, пытаясь побороть тошноту.

Потребовалась, кажется, целая вечность, чтобы звон в ушах уступил место отдаленным, звучащим как будто отовсюду крикам и взрывам.

Лежал он среди каких-то обломков, что-то острое упиралось в бедро. Совсем рядом, под довольно тяжелой трубой – бездыханное тело полурослика. Сорнтрану же, кажется, повезло: хотя взрывной волной его отбросило на довольно большое расстояние, – он даже помнил, как летел и как врезался в шатер, – серьезных повреждений, похоже, нет, руки и ноги свободно двигаются, спина и голова хоть и болят, но вполне целы.

Тяжело поднявшись на ноги, Сорнтран посмотрел по сторонам, поправляя броню и ножны с клинками. Воздух полон дыма и пыли – дальше пары шагов почти ничего не видно. Со всех сторон слышны крики, лязг клинков, гул и взрывы. И непонятный грохот – как будто из-под земли. Но все звуки какие-то приглушенные, будто миллионы мелких частиц в воздухе поглощают их.

Два неподвижных тела у ног. Один из бойцов, судя по броне, был из Пятого Дома. Второй – из Седьмого. В земле довольно глубокие трещины, которых тут раньше не было.

– Ксалант, что ты видишь? Что происходит?

– Сражение, – паук отозвался откуда-то сверху, видимо, с вершины какой-нибудь уцелевшей статуи.

Натянув на шарф на нижнюю часть лица, Сорнтран щелкнул пальцами, и три призрачные копии окружили его. Достал меч и щурясь, почти вслепую сделал несколько шагов.

– Предупреждай о тех, кто попытается подойти или, тем более, напасть на меня.

Паук-то, в отличие от него, прекрасно видел даже сквозь густую пыль, но, увы, мало чем еще мог сейчас помочь: он ведь вряд ли сможет понять, что происходит, и вряд ли ему удастся быстро объяснить, как в такой ситуации отличить своих от потенциальных врагов. Сорнтран не был уверен, что сам сможет достаточно быстро сообразить, кто может быть опасен, а кто – нет.

– Справа.

На голос паука в голове Сорнтран среагировал как раз вовремя. И успел увернуться от летящего в него призрачного клинка, хоть и заметил его лишь в последний момент. Прыжок в ту сторону, откуда тот прилетел – и среди множества точек в воздухе удалось разглядеть пестрый навес с четырьмя силуэтами под ним. Музыканты. Второй слева поднял руку, и из пальцев вырвался еще один клинок, почти прозрачный, но заметно искажающий густой, темно-серый воздух. Сорнтран уклонился, сразу же бросил в наглеца луч энергии. Уже подбегая, увидел, что попал в цель. А потому клинок, чуть изменив траекторию, устремился в живот следующей цели. Женщина, вскинувшая руки и явно собиравшаяся прочитать заклинание, упала. Даже со столь близкого расстояния ее крик показался приглушенным, будто она находилась намного дальше.

Двое других отскочили, доставая уже вполне настоящие кинжалы из продолговатых деревянных штук, оказавшихся отнюдь не музыкальными инструментами, а замаскированными ножнами. Сорнтран и сам отступил, кидая луч в первого и готовясь встретить клинок второго. Первый, однако, от луча увернулся и бросился на Сорнтрана с кинжалом со странным серебристым свечением. Сорнтран успел отбить первый удар, второй на себя приняла одна из его призрачных копий – и исчезла.

И вдруг странная дрожь опутала все тело, заставив упасть на колени. Энергия, сконцентрировавшаяся в пальцах и предназначенная для противника, устремилась в землю. Сорнтран даже не сразу понял, что происходит. Оглушительный звук, будто пронзивший его со всех сторон сотней мечей, парализовал, не давая даже вдохнуть. Но глаза сразу заметили, как второй противник подбегает с кинжалом в руке. Призрачная копия, переместившись между ним и нападающим, прикрыла его собой. Огромным усилием воли Сорнтран заставил себя упасть набок, уклоняясь от следующего удара. И вырвавшийся из почти не подчиняющихся его воле пальцев потрескивающий луч темной энергии устремился в музыканта, собиравшегося снова атаковать. Отбросил назад.

Звук вдруг резко прекратился, и тело вновь обрело способность двигаться.

Сорнтран схватил выроненный клинок, поднялся. Пытаясь отдышаться, поспешно оценил обстановку. Рядом остается последняя призрачная копия – защитит от еще одного удара. Отовсюду слышны крики и шум, но звуки все еще отдаленные и глухие. Видимость тоже плохая – и по-прежнему нет почти никакой информации о происходящем. Впрочем, даже если бы он знал, кто устроил этот хаос и с какой целью, на план действий, всплывший в голове, это бы мало повлияло.

Покинуть опасную территорию. Как можно скорее.

Правда, сначала желательно найти женщин Дома. Вернется без них – вряд ли похвалят, ведь его сюда отправили “защищать юных жриц, если возникнет необходимость”. Неплохо бы и других выживших соратников отыскать.

Память быстро нарисовала карту местности. Если здесь – навес с музыкантами, то жрицы с остальными бойцами Дома должны быть где-то в той стороне. Там они, по крайней мере, находились до взрыва, а Сорнтран не так уж и далеко успел отойти. Даже если их отбросило в разные стороны, между ними сейчас должно быть шагов так двадцать, не больше.

Щурясь и пытаясь внимательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о тела и обломки статуй и не угодить в какую-нибудь трещину, он направился в нужную сторону. И внезапно поймал себя на мысли, что шарф давно спал с лица, но дышать ему, как ни странно, не трудно. Как будто большинство темных частичек, почти неподвижно висящих в воздухе, – не настоящие пылинки, а результат какого-то заклинания, цель которого – просто ухудшить видимость и слышимость.

– Сзади, – голос паука.

Взрыв где-то справа. Волна густого, плотного жара едва не сбила его с ног. Последняя призрачная копия исчезла, прикрыв его от прилетевших камней и обломков. Довольно крупная глыба, вылетев из-за густой серой завесы, упала у его ног.

И вдруг – острая боль в боку.

Инстинктивно Сорнтран развернулся, замахиваясь клинком, но рассекая лишь воздух. Противник с окровавленным кинжалом в руке успел отскочить. Илзтзыр. Ну конечно. Прекрасное нашел время для сведения счетов!

Не теряя ни мгновения, Сорнтран отпрыгнул и бросил в него луч.

– Другой, – голос Ксаланта в голове.

Корлак выпрыгнул откуда-то сбоку, сбросил Сорнтрана с ног и, навалившись на него, ударил кулаком в челюсть. Сорнтран попытался спихнуть его с себя, но не смог. Ослепляющая боль в боку затрудняла движения, не давала нормально соображать, да и противник был явно тяжелее. Еще один удар в лицо.

– Предупреждали же, что поговорим еще, – неприятная ухмылка.

Еще одна попытка сбросить с себя противника. Неудачная. И снова удар в скулу. Пока Сорнтран пытался сделать вдох и собраться с силами, Корлак потянулся за клинком. И вдруг замер. В висок ему прилетел едва видимый глазу радужный луч, и взгляд бойца стал каким-то рассеянным, непонимающим, удивленным. Воспользовавшись моментом, Сорнтран уткнулся ладонями в плечо и бок Корлака. И выпустил лучи энергии. Бойца отбросило в сторону.

Кое-как повернувшись на бок, Сорнтран с удивлением увидел направляющегося к нему с протянутой рукой раба-дворфа.

Это он, что ли, ударил Корлака заклинанием? Как такое возможно?

– Вы ранены, господин?

Сорнтран не мог ответить, даже если бы хотел. Со стоном оперся на локоть, пытаясь побороть боль, змеями расползающуюся по всему тему и пережимающую дыхательные пути.

– Лечить не умею, но вот это может немного помочь! – дворф проворно скользнул за спину Сорнтрана и приложил ладонь к ране на боку. Странное тепло – и боль и в боку, и в челюсти заметно ослабла, а дышать стало проще. Руки, оказавшиеся неожиданно крепкими и сильными, помогли подняться.

Сорнтран ошарашенно посмотрел на дворфа. Раб пытается помогать? С какой стати? Как такое возможно? Что происходит?

– Чары только снимают боль, Вам по-прежнему нужно настоящее лечение, кровь течет! – протараторил дворф.

Баэрн. Имя дворфа, кажется, Баэрн, почему-то промелькнуло в голове.

Приглушенный крик откуда-то сзади. Знакомый голос. Налфейн. В десятке шагов – два силуэта. Один яростно наступает, поочередно атакуя двумя кинжалами, второй с трудом отбивается коротким мечом, пятится, явно боясь споткнуться.

Немного левее ярким пятном среди темных частичек вырисовывается силуэт женщины в красном платье. Синтра. Наверняка она. Лица не рассмотреть, но Сорнтран знает, чует.

Ненавистная сестра, издевавшаяся над ним всю его жизнь. Одна посреди хаоса.

До чего же хорошая возможность, наконец…

Снова крик. Налфейн упал на колени, прижимая дрожащие ладони к ушам. Недолго думая, Сорнтран кинул в его противника луч энергии и повалил на землю. Перепрыгивая через довольно широкие трещины в земле, подбежал, быстро оценил состояние соратника. Убедившись, что Налфейн, кажется, уже справился с воздействием странного заклинания и пытался подняться на ноги, Сорнтран бросился к поверженному.

Простолюдин с короткими волосами, отдающими желтизной. Еле дышит, но живой. Нагло смотрит в глаза. На животе огромная черная рана – обычная одежда не могла даже немного смягчить удар.

Сорнтран схватил и приставил к горлу оборванца один из кинжалов, выроненных им же.

– Что здесь происходит? Кто стоит за нападением? Говори. Быстро.

– Жалкий смертный, неужели ты думаешь, что я тебя боюсь? – простолюдин криво ухмыльнулся.

Это был не совсем тот ответ, который Сорнтран рассчитывал услышать.

– Увидимся позже, при других обстоятельствах, – оборванец усмехнулся, прошептал что-то невнятное и резким движением поднял голову. Сорнтран не успел среагировать и убрать кинжал – лезвие вонзилось в шею мужчины, и струя крови брызнула ему на лицо и грудь.

Не теряя времени на удивление, Сорнтран подобрал с земли и второй кинжал поверженного противника. Этот, в отличие от первого, явно зачарованный: хотя серебристое сияние уже погасло, энергия, исходящая от него, вполне ощутима. Быстро спрятав оба клинка в ножны на ремне и в сапоге, Сорнтран поднялся на ноги.

Синтра, – если это вообще была она, – из поля зрения уже исчезла, но на разочарование и огорчение времени не было: нужно отыскать остальных и найти безопасное место, где можно укрыться, перегруппироваться и понять, что происходит и что делать дальше.

Звуки борьбы не утихали, взрывы раздавались все чаще и чаще, особенно откуда-то слева. Высоко над головой пролетел огненный шар – такой яркий, что ни настоящая, ни магическая пыль не могла скрыть его от глаз. И спустя миг – взрыв где-то на севере.

Доковылявший до них дворф, крепко сжимающий в руке свой мешок с инструментами, немного отдышался. Явно не привык ходить так быстро. Но при этом лицо его казалось совершенно невозмутимым, а все движения – на удивление спокойными. Это не было похоже на показное, столь тщательно контролируемое спокойствие воинов-дроу. Сорнтрану казалось, будто дворф и правда не боялся. И в этом было что-то странное.

Что если он за одно с нападающими? Но тогда он боялся бы нас… И с какой стати он стал бы мне по…

– Ты ранен, – Налфейн подошел ближе, заговорил очень тихо.

– Я заметил, – холодно отозвался Сорнтран. Даже не стал смотреть туда, куда был устремлен взгляд скаута. И так знал, что по штанине и сапогу течет кровь. Надо действовать очень быстро, пока боль почти не ощутима и пока тело не ослабло от кровотечения.

– Что тут вообще происходит? И что это у них за магия такая?

– Какая разница? Надо найти наших жриц и бежать отсюда. Ксалант, ты их видишь?

Налфейн кивнул и на пару мгновений прикрыл глаза, пытаясь сориентироваться. А потом указал в ту же сторону, в которую ушел паук.

– По-моему, они должны быть где-то там.

– Здесь, – сообщил паук почти одновременно.