Текст книги "Госпожа Шестого Дома (СИ)"

Автор книги: Эуреон Серебряный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 35 страниц)

{18}

В комнату Лледрит Инстра вошла без стука – матроне не положено стучаться и спрашивать разрешения, чтобы куда-либо входить. Инстра ожидала застать жрицу за медитацией, но… та отдыхала. В своем понимании этого слова.

С короткой кожаной плетью в одной руке и с длинным кнутом в другой, Лледрит развалилась в кресле, пока мужчина с распущенными волосами ласкал ее между ног, а второй, с косой, массировал ей плечи.

Нос Инстры сразу уловил запах алкоголя. Довольно сильный. Взгляд упал на бутылку и полупустой бокал на столике рядом с жрицей.

– Наша прекрасная матрона! – воскликнула Лледрит, увидев Инстру на пороге. – Проходи, пожалуйста! Эй, не отвлекаться! – плеть со свистом впечаталась в спину мужчины с распущенными волосами, инстинктивно повернувшегося в сторону двери. Вскрикнув, он быстро вернулся к прерванному занятию. – Так-то лучше. Хочешь к нам присоединиться, моя госпожа?

– Я здесь не за этим.

– Но можешь передумать, лишь взглянув на них! Эти двое – лучшие из тех, кто здесь с нами. Ну, не считая твоего наложника, которым ты ни с кем не делишься.

Инстра нахмурились. Но сказать ничего не успела.

– Да ты совсем ничего не умеешь! – Лледрит с недовольством оттолкнула мужчину. Тот не удержал равновесия, упал на спину. Жрица крикнула второму, стоящему у нее за спиной: – Ты! Иди-ка сюда!

Тот ждать себя не заставил – подбежал и бросился перед нею на колени. Профилактически стегнув его плетью, Лледрит шире раздвинула ноги.

– Если мне не понравится, вам обоим не позавидуешь.

Мужчина с готовностью прильнул к ней, начал ласкать ее. В его мыслях Инстра увидела, к своему удивлению, радость и желание. Готовность выполнить любую прихоть. Возбуждение. И все это лишь усиливалось, когда плеть жрицы касалась его спины. Ему хотелось больше. В том числе – боли.

А вот для воина с распущенными волосами нахождение в этой комнате, похоже, было если не пыткой, то досадной необходимостью. Незаметно поглядывая в сторону Инстры, он думал, что ей бы попытался угодить – может, повезло бы стать постоянным наложником матроны – и это, возможно, обеспечило бы ему хоть какие-нибудь привилегии и хоть какую-то власть. А у жрицы Лледрит постоянных наложников не было, да если бы и были – мало кому хотелось бы оказаться в их числе. Регулярные побои плетью и не только, синяки и раны, которые потом долго приходится залечивать – а взамен ровно ничего – удовольствие на любителя.

– Ты! Сядь прямо! – крикнула жрица, взмахнув кнутом. Новая красная полоса нарисовалась на груди мужчины, так и замеревшего в полулежачем положении.

Вскрикнув, он быстро сел на колени, выпрямил спину и опустил глаза в пол. В его мыслях появлялось все больше недовольства происходящим и даже что-то вроде ненависти по отношению к жрице. Он думал, что она была самой прекрасной женщиной из всех, кого он когда-либо видел, но с каким же удовольствием он бы задушил ее собственными руками, появись у него хоть малейший шанс сделать это!

– Моя драгоценная госпожа, твой симпатичный наложник умеет все делать как надо? Похоже, сегодня это большая редкость, – сказала Лледрит с ухмылкой. – Может, я все же уговорю тебя присоединиться к нам? Мне так не хватает твоей компании!

Инстре пришлось приложить некоторое усилие, чтобы раздражение и злость не отразились на ее лице.

– Так, довольно. Вы двое. Убирайтесь, – сказала она холодно. – Сейчас же. Мне нужно поговорить с жрицей.

Боец с распущенными волосами обрадовался и мысленно поблагодарил Богиню и госпожу за то, что эта пытка, кажется, наконец, закончилась. Второй был немного разочарован – он был совсем не против продолжения. А если бы госпожа приняла предложение жрицы и присоединилась к ним, было бы еще интереснее.

Оба быстро поднялись на ноги, поклонились матроне, подобрали свои одежды с пола. Всего несколько мгновений – и уже вышли за дверь и закрыли ее за собой.

– Инстра, моя драгоценная, зачем же ты так! – Лледрит разочарованно надула губы. Поднялась с места, шатаясь, подошла и попыталась обнять Инстру, но та ее оттолкнула.

– Зачем ты пила, Лледрит? Мы в чужом городе, и здесь не безопасно.

– Я… я же… совсем немного…

– Своим безответственным поведением ты подвергаешь риску не только себя, но и других членов Дома.

– Да брось, не будь такой строгой, мы же тут одни… иди ко мне, раз уж прогнала их…

– Лледрит, мне нужно с тобой поговорить, – Инстра сжала плечи жрицы, попыталась взглянуть ей в глаза. – Твой сын. Он мертв.

– Мой сын? – Лледрит с трудом сосредоточила взгляд на лице Инстры. – Ах да, точно. Сын. У меня есть сын. А он что, здесь?

– Он мертв, – повторила Инстра.

– Надеюсь, его душа пригодится Богине, – Лледрит пожала плечами. Когда Инстра отпустила ее, она прислонилась к стене, чтобы не упасть.

– У него был яд, который ты изобрела. Как он у него оказался?

– Какой яд? Что? Как?

Лледрит еле держалась на ногах, ее взгляд блуждал, не останавливаясь ни на чем. В ее голове витали беспорядочные мысли о том, что ей хотелось продолжения “веселья”, хотелось нового ручного паучка, а лучше двух. Ее любимый яд делают из чернокорня. А еще масло нужно. Маслом и массаж можно делать, и это очень приятно. У нее есть сын. Глупый юнец. Зато и дочери есть. Яд. Богиня, как же давно это было. Это платье давит в груди. Кажется, она поправилась, что ли. Книга про огненные заклинания совсем неинтересная. В блюдо с жареными грибами можно добавлять зелень из западной фермы. А еще...

Инстра встряхнула головой, пытаясь отвлечься от этого хаоса. Раздраженно фыркнула, понимая, что вряд ли добьется внятного ответа от пьяной жрицы. А искать этот ответ в ее мыслях было даже еще труднее.

– Если я снова увижу тебя в таком состоянии, я выгоню тебя из Дома.

– Инстра, моя драгоценная, прекрати… – протянула Лледрит, вновь пытаясь обнять Инстру.

Та грубо оттолкнула жрицу.

– Я не шучу. Я не потерплю такого в своем Доме. Приведи себя в порядок до утра, но не смей беспокоить из-за этого клериков – разбирайся сама. И если я еще хоть раз увижу тебя пьяной, ты будешь изгнана или окажешься на алтаре.

Инстра надеялась, что жрица понимала, что это не пустые слова. Порядок – прежде всего. Если каждый будет вести себя как заблагорассудится, падение Дома будет лишь вопросом времени. А Инстра такого не может допустить.

Выйдя из комнаты жрицы, Инстра направилась к своей. У дверей ее поджидали Лириэль с Киярой. Увидев их, она мысленно поблагодарила Богиню за то, что они вернулись целыми и невредимыми: час был поздний, и она уже начала беспокоиться, не случилось ли что. Выглядели жрицы уставшими, но, кажется, вполне довольными.

Инстра пригласила их в свою комнату, закрыла за ними дверь. Уселась в кресло. Очень хотелось развалиться и расслабиться, но при подчиненных нельзя. Пришлось сесть прямо и выпрямить спину, которая, как назло, неприятно ныла.

По приглашению Инстры Лириэль устроилась в кресле напротив, а Кияра – на подлокотнике, обняв подругу за плечо и прислонившись к ней.

– Итак? Вам удалось поговорить с жрицами из Рилаувена?

– Да, госпожа, – Лириэль кивнула. В ее мыслях Инстра услышала, как сильно ей хотелось рассказать в мельчайших подробностях о том, как они с Киярой выследили жриц, как познакомились с ними, расположили их к себе, как узнали все, что им было нужно. Но она понимала, что не стоило занимать госпожу долгими рассказами в столь позднее время. А потому нужно было сразу перейти к сути. – Они из Пятого Дома Рилаувена, который воюет с Четвертым Домом. Сначала они отнеслись к нам настороженно, но быстро поняли, что им выгодно будет сотрудничать с благородными из другого города, с кем им нечего делить, по крайней мере, пока что.

– К сожалению, зачарованного или артефактного оружия у них нет, – сказала Кияра. Ей не хотелось сидеть молча – нужно же было показать, что и она там была и тоже выполняла поручение госпожи. – Но они были очень заинтересованы в адамантите, который мы можем им предложить. А взамен готовы дать нам книги с редкими заклинаниями и бойцов.

– Бойцов? Если Дом воюет, наверняка там каждый боец на счету. Странное предложение.

– Я тоже так подумала, госпожа, – сказала Лириэль. – Но они сказали, что в их Доме много мужчин, а вот хорошего оружия мало. Из адамантита можно выковать клинки, которые отлично поддаются зачарованию, и такие клинки могут обеспечить им серьезные преимущества. Поэтому они хотят адамантит и готовы отдать восемь бойцов за руду на вес одного клинка. Изначально говорили о пяти бойцах, но мы с Киярой убедили их, что наша руда стоит намного больше. Думаю, когда они увидят качество и чистоту нашей руды, согласятся и десяток бойцов отдать за нее.

Бойцы в обмен на руду. Довольно странный обмен, подумала Инстра.

С другой стороны, почему бы и нет. Бойцы ей нужны. Часть получаемого с рудников адамантита Дом в любом случае продает, причем продает в городе, так почему бы не обменять некоторое ее количество на бойцов? Ей выгоднее отдавать руду в Дом в другом городе, с которым она в обозримом будущем вряд ли будет воевать, чем продавать потенциальным соперницам в В’Аргешшаре. Кроме того, свежая кровь Дому не помешает.

– Бойцы, что сопровождали жриц, были невероятно хороши собой, – добавила Кияра. Ей вспомнились мужчины, что во время всего разговора стояли за спинами жриц своего Дома. Она была уверена, что в Шестом Доме таких красавцев нет. Еще она думала, что если бы госпожа увидела этих мужчин, наверняка, не раздумывая, согласилась бы на сделку.

Услышав эти мысли, Инстра усмехнулась.

– К чему вы в итоге пришли?

– Мы сказали, что передадим их предложение Вам, госпожа. И что Вы отправите к ним в Рилаувен гонца, когда примете решение. Они же поговорят со своей матроной.

Инстра кивнула.

– Что же, благодарю за проделанную работу, – сказала она, поднявшись с места. Жрицы тоже мгновенно встали. – Я обдумаю все это, когда мы вернемся домой, и действительно отправлю к ним гонца, – сделав несколько шагов в сторону двери, Инстра остановилась и, немного подумав, добавила: – Наверняка нелегко было найти этих жриц, начать с ними разговор, расположить их к себе, вызнать у них про конфликт с Четвертым Домом и договориться обо всем этом. Я знаю, что у вас не было подобного опыта, но вы отлично справились. Хотя, я в вас и не сомневалась – знала, что вы двое в числе самых ответственных и умных жриц нашего Дома.

Жрицы заулыбались. Лириэль обрадовалась, что госпожа догадалась, что они и правда приложили усилия, чтобы выполнить ее поручение, и оценила это. Кияра подумала, что настоящую похвалу они заслужат лишь тогда, когда сделка состоится. Но все равно ей было очень приятно услышать слова госпожи. Инстра же, наблюдая за их лицами и мыслями, решила, что выражение признательности, хвалебные слова и даже лесть – пожалуй, довольно мощное и совершенно недооцененное в их обществе оружие.

Обычно матроны не опускаются до того, чтобы кого-то хвалить или благодарить: они уверены, что их подчиненные просто обязаны делать то, что им велят. Как показывает опыт, при первом удобном случае таких матрон предают. А потому Инстра попробует вести себя иначе. Кто знает, возможно, удастся добиться того, чтобы ее не хотели предавать.

Обняв жриц, Инстра открыла дверь.

– Утром мы возвращаемся домой, мои дорогие. Постарайтесь отдохнуть до утра.

Когда жрицы ушли, Инстра устало вздохнула. До утра оставалось не так уж и много времени, и ей нужно было отдохнуть.

Однако расслабиться долгое время не удавалось. Лежа в неудобной постели, Инстра думала и о возможной сделке с Пятым Домой Рилаувена, и о том, что они с Лледрит были единственными, кто знал рецепт того яда. Мысли о яде ее сейчас, пожалуй, занимали даже больше, чем жрицы и бойцы из Рилаувена.

Экстракты чернокорня и хиида крайне ядовиты, но быстро окисляются на воздухе и теряют свои свойства. Когда-то давно Лледрит создала масляную смесь, которая помогала эти самые свойства сохранить. Ее разработка может хоть сутками оставаться на оружии – или даже в открытом флаконе – а попав в рану, распространяется по всему телу, поражая нервную систему, лишая жертву координации и парализуя ее. Организм в большинстве случаев не может самостоятельно справиться с этим ядом, и без помощи грамотного клерика жертва обречена.

В далекой молодости Инстра вместе с Лледрит проводили эксперименты, а потом тестировали полученную смесь на врагах. Ради этого они нередко шли вместе с воинами на различные боевые задания. Ну еще и потому, что во время таких заданий могли решать и некоторые свои проблемы и незаметно избавляться от тех, кто был им неугоден.

Увидеть характерные желтые полосы на коже Сорнтрана Инстра никак не ожидала. Насколько ей было известно, Лледрит не общалась с сыном. Скорее всего, она даже не знала, что он был тут, в отряде воинов. Так как же этот яд мог у него оказаться? Она надеялась, что утром, когда жрица протрезвеет, ей удастся это выяснить.

***

Что-то было не так.

Это ощущение не оставляло Сорнтрана с того самого момента, когда он, в последний раз оглянувшись на неподвижное тело Зеерита, поспешил покинуть двор “Пьяного дуэргара”. Это ощущение не дало ему расслабиться и отдохнуть в течение тех нескольких часов, что оставались до утра, и сейчас он чувствовал себя усталым и разбитым. А неприятное ощущение оставалось. Более того, лишь усиливалось с тех пор как они вышли за пределы Лирсика.

Он всматривался в своды и стены пещер вокруг в поисках чего-то необычного, внимательно вслушивался, пытаясь различить какие-нибудь звуки помимо топота ящеров. Вроде бы не было ничего, что заслуживало бы внимания. И все же он никак не мог успокоиться.

Первым остановился идущий впереди всех скаут. Поднял руку. Сделал жест, означающий, что впереди опасность.

Сорнтран был недалеко от него. Вытянувшись в седле своего ящера, он увидел еле заметную нить, натянутую в нескольких шагах от того места, где встал скаут. Ловушка. У выхода в большую просторную пещеру.

Сорнтран не успел даже подумать о том, кто и с какой целью мог установить тут ловушку, да к тому же такую примитивную. Из-за угла навстречу им вышла разношерстная группа каких-то оборванцев, и во главе группы шел...

– Этого не может быть, – прошептал Сорнтран.

Он убил этого мужчину собственными руками. Собственными глазами видел его бездыханное тело. Собственными пальцами щупал его шею. Его сердце не билось. Как этот маг мог теперь стоять здесь, напротив них? Такого просто не бывает!

Тем не менее, Зеерит казался живее всех живых. Одетый в простую робу, с самоуверенной ухмылкой на лице, он стоял, сложив руки на груди, и рассматривал группу дроу из В’Аргешшара.

С Зееритом не очень много воинов – лишь тридцать рабов, которых Сорнтран видел накануне в таверне, и несколько дроу с повязками, закрывающими нижнюю часть лица. Все вооружены простенькими клинками и топорами и одеты в дешевую, явно некачественную броню. Сорнтран по собственному опыту знал, как легко ее проткнуть. Справиться с этими рабами – вряд ли непосильная задача. С ними еще пара дуэргаров в робах – видимо, маги. Неужели они рассчитывают с такими вот силами одолеть хорошо обученных воинов дроу, пятерых жриц Богини и матрону одного из Великих Домов В'Аргешаара?

– Удивлен? – Зеерит поймал взгляд Сорнтрана и улыбнулся. – Хорошо же тебе промыли мозги, раз ты отказался от возможностей, которые я тебе предлагал. Жаль, что тебя не предупредили, что меня не так легко убить. Но я увидел твою силу и оценил ее по достоинству. А теперь вы увидите мою силу.

***

Если вы дочитали до этого места и произведение вам нравится, не забудьте, пожалуйста, поставить лайк. И, если не трудно, поделитесь мнением в комментариях.

{19}

В ушах звенит. Во рту привкус крови и пыли. Несколько бесконечных мгновений – и с трудом удается разлепить глаза. Прямо перед ними – грязные камни со свежими алыми пятнами.

– Я ж говорил, живая! Смотрите, зашевелилась!

– Надо было сразу добить ее как остальных и не заморачиваться.

Голоса мужские, незнакомые. Говорят на общем языке.

Инстра попыталась повернуться, чтобы увидеть говорящих, но руки оказались связаны за спиной. Плечо, на котором она лежала, невыносимо заныло, а жжение в виске и саднящая боль в щеке заставили замереть на месте.

Что происходит? Где я?

– Сразу добить? Нет, это было бы слишком просто, – неприятная усмешка за спиной.

Чьи-то руки грубо схватили Инстру и повернули на спину. Перед ее взглядом предстала группа оборванцев в лохмотьях и с рабскими ошейниками, вооруженные ржавыми короткими мечами и кинжалами. Пара полуорков, одноглазый эльф, трое дуэргаров. Один из полуорков подошел ближе, скользнул по ней хищным взглядом и облизал губы.

– Как же давно я мечтал о том, чтобы одна из этих ушастых сук, наконец, оказалась у меня в руках!

– Некоторые мечты и правда сбываются, – ухмыльнулся эльф.

Инстра в панике осмотрелась, пытаясь понять, где находится и что происходит. Незнакомая пещера, стены которой с ее места не видны. В воздухе очень много пыли – при каждом вдохе она щекочет нос и легкие. В голове как будто тоже пыль – думать трудно, сосредоточить взгляд – тоже.

Инстра попыталась отвлечься от уж больно громких мыслей оборванцев о том, что они хотят с ней сделать, и освободить руки. Ни то, ни другое особо не получилось: связавший ее руки явно постарался на славу, а неприятных мыслей в воздухе было чуть ли не больше, чем пылинок.

Богиня, пожалуйста, помоги...

Со связанными руками ее любимое заклинание не произнести. Да большинство известных ей заклинаний не произнести! Даже ядовитых облаков не бросить. Точнее, бросить, но не в нужном направлении.

Я буду хорошей, буду чаще делать жертвоприношения!

– Не дергайся, жрица. Повеселимся немного, раз уж ты пришла к нам сюда, так сказать, на огонек.

Зеленокожий урод присел на корточки, задрал ее юбку. Она ударила его ногой в живот, он вскрикнул, но, усмехнувшись, схватил ее ноги и стащил трусы. В животе слегка кольнуло, и Инстра застыла, вспомнив про ребенка и испугавшись, что с ним может что-то случиться.

– Слышь, мужики, она тут какая-то лысая. Может, больная?

– Идиот, у эльфов там волосы не растут, – бросил одноглазый. – А эти дряни, как ни обидно это признавать, нам приходятся дальней родней.

– Даже если больная, вряд ли мы заразимся, – усмехнулся второй полуорк. – Мы к разным видам принадлежим, в конце концов. А вот Фарлар, получается, может заразиться, да?

Инстра старалась не обращать внимания на их слова и мысли, сосредоточившись на попытках освободить руки. Жесткая, колючая веревка так стиснула запястья, что даже кровь еле пробиралась к пальцам. Каждое движение причиняло еще большую боль, но веревка никак не поддавалась.

Что же делать? Что делать?

Сердце бешено стучало, щеки и глаза горели. Пытаясь дышать спокойно и размеренно, Инстра быстро осмотрелась, прислушалась. В пещере больше никого. Никого живого. В нескольких шагах в луже крови два неподвижных тела в броне ее Дома. Не слышно никаких других мыслей, кроме тех, что в головах этих грязных оборванцев. Звать на помощь бессмысленно. Никого нет. Никто не придет.

– Хватит же дергаться, жрица, расслабься, тебе понравится! Вы же любите трахаться.

– Уж точно не с грязными рабами.

– Да брось, держу пари, ваши нежненькие мальчишки нам и в подметки не годятся. Сейчас увидишь, что такое настоящие мужчины.

Полуорк удобнее устроился между ног Инстры, неуклюже пытаясь расстегнуть завязки на штанах. От него несло так, будто он никогда в жизни не мылся. Несколько мутных капель пота упало с его напряженного лба на бедро Инстры. Ее передернуло от отвращения, показалось, что сейчас стошнит.

Одноглазый подошел еще ближе. Когда его взгляд встретился со взглядом Инстры, она, изо всех сил пытаясь не терять самообладания и не показывать страха, спросила:

– А ведь говорят, будто эльфы с поверхности благородные и добрые. Неужели ты позволишь своему зеленому другу обидеть женщину?

– Обидеть? Таких как ты просто убивать – мало, – эльф нагло смотрел ей в глаза, сверху вниз, с нескрываемым презрением, и в его мыслях она видела, с каким удовольствием он бы ударил ее, потом снова и снова, потом вонзил бы меч в горло. И с каким удовольствием обязательно сделает это, но – позже. Даже если перед ним к тому времени будет лежать лишь бездыханное тело.

– Что я тебе такого сделала, эльф? Не припомню, чтобы я тебя обижала. Мы друг друга даже не знаем.

– Все вы одинаковые. Делайте с ней, что хотите, парни. Но потом разрубим на части, да так, чтобы она как можно дольше оставалась живой.

Кажется, впервые в жизни Инстре стало по-настоящему страшно.

***

Глубокий, жадный вдох. Острая боль сдавливает грудь, не дает выдохнуть. Из груди она перетекает в шею, сжимает горло. Попытка пошевелиться – и новый луч боли пронзает руку и голову и едва вновь не лишает сознания. Не вдохнуть, не выдохнуть – лишь слабый хрип.

– Тише, тише. Сейчас станет легче.

Знакомый голос у изголовья. Смысл услышанных слов доходит с опозданием – лишь когда по груди начинает разливаться приятное тепло, мягко снимая боль и расслабляя. Наконец – свободный вдох. До чего же приятно…

– Благодарю, – прошептал Сорнтран.

Несколько мгновений он лежал почти неподвижно, с упоением чувствуя, как легкие все свободнее впускают и выпускают воздух, переломанные ребра и раздробленная кость в левой руке срастаются, мышцы восстанавливаются и наполняются силой.

– Зачем ты тратишь на них заклинания, Фаэра? Они могут потребоваться для Инстры!

– Я приберегла для нее заклинания, Лледрит, не беспокойся.

Еще несколько мгновений – и Сорнтран смог пошевелить рукой и открыть глаза. Дышать все еще немного трудно, но дело уже не в ребрах или легких – в воздухе слишком много пыли. Откашлявшись и натянув шарф на нос и рот, Сорнтран приподнялся и осторожно встал. Голова немного неясная, тело все еще помнит невыносимую боль, что была лишь мгновения назад, но уже вполне в состоянии нормально двигаться.

Над головой висело несколько магических шаров, и под их светом облака пыли в воздухе казались еще гуще и плотнее. Сорнтран быстро осмотрелся.

Трое жриц в перепачканных и пыльных платьях с разорванными полами сосредоточенно щупали огромные глыбы камня: судя по тусклому красноватому свечению у них под пальцами – искали признаки жизни. Старшая клерик, сложив руки на груди, задумчиво смотрела то на них, то на бездыханные тела на земле: один из воинов лежал лицом вниз, второй лежал на боку, с проломленной головой и кровавым месивом вместо лица, третья же была женщина, которую Сорнтран легко узнал даже без необходимости рассмотреть лицо – в черной мантии была младшая клерик Элерра. С торчащим из виска сталактитом.

Голова Сорнтрана все еще не обрела ясность, но, даже несмотря на это, он довольно быстро вспомнил, что произошло. Они возвращались домой из Лирсика, путь им преградили Зеерит и шайка его рабов. Сразиться они даже не успели – началось землетрясение и случился обвал.

Глядя на тела на земле, Сорнтран сглотнул, подумав, что ему, похоже, сегодня ой как повезло, и мысленно поблагодарил Богиню. Хотя он не успел выйти из опасной зоны и тоже оказался погребен под упавшими со свода камнями, несовместимых с жизнью ран он не получил, его смогли вытащить достаточно быстро, прежде чем он истек кровью или задохнулся, и у единственного выжившего клерика были в запасе заклинания, которые она не пожалела использовать на его лечение. Без этого лечения он был не жилец – и он это прекрасно знал. Вероятность того, что он смог бы добраться до Дома с переломанными ребрами и рукой, была почти нулевая.

Однако… Где же госпожа? Сорнтран еще раз оглядел всю пещеру. Матроны не было ни среди живых, ни среди мертвых.

Справа от жриц группа воинов разгребала завалы: несколько камней и обломков сталактитов переместили без труда, большая же глыба, из-под которой выглядывал край ткани, явно оказалась слишком тяжелой для двух воинов. Сорнтран, недолго думая, подошел, чтобы помочь. Втроем они подняли глыбу, и двое других вытащили из-под нее тело воина в броне Шестого Дома.

Фаэра подошла, осмотрела тело, проверила пульс и покачала головой. Впрочем, судя по ранам на его голове и груди, и так все было очевидно.

– Здесь! Здесь кто-то есть! Быстрее, сюда!

– Подвинься, я сама! – крикнула Лледрит. Пальцы сплелись в непростой жест, губы прошептали неизвестное Сорнтрану заклинание, и несколько больших каменных глыб перед ее руками, вспыхнув на мгновение, превратились в груду песка и посыпались вниз.

Из-под песка жрица и подбежавшие воины извлекли двух женщин в красных платьях. Одну пришлось вытаскивать из-под тела ящера. Сорнтран смотрел в ту сторону, затаив дыхание. И едва сдержал вздох облегчения, когда увидел, что это были лишь жрицы – не Инстра.

– Найла! Лириэль!

Старшая клерик бросилась к жрицам, ее взгляд начал судорожно перебегать с одной на другую. Одна из женщин слабо застонала, и клерик, коснувшись ее раздробленной ноги, прошептала заклинание исцеления. Перевела взгляд на вторую. Широко распахнутые глаза и огромная рана на голове. Пощупала пульс. Пощупала снова. Покачала головой.

– Фаэра, сделай же что-нибудь! – закричала Лледрит, опустившись на колени.

– Увы, ей уже не помочь, – прошептала старшая клерик.

Лледрит погладила жрицу по окровавленному лбу и прикрыла ее глаза. Но быстро взяла себя в руки и поднялась.

– Нэндра, Кияра, продолжайте искать! Инстра должна быть где-то там! Вы! – рявкнула в сторону воинов. – Почему остановились? Продолжайте разбирать завалы в той стороне!

– Я исчерпала все свои заклинания, – прошептала одна из жриц.

– У меня сил остается на последнее… – вздохнула вторая. – Либо это будет поиск жизни, либо изменение камня…

– У меня не осталось ни одного, – Лледрит покачала головой. Сорнтран впервые видел высокомерную и самоуверенную жрицу уставшей и жалкой. – Лириэль, у тебя же есть еще заклинания в запасе? Нэндра, разрушь камни вот здесь, Лириэль поищет за ними!

Пока жрицы возились со своими заклинаниями, Сорнтран и другие воины перетащили еще несколько больших камней, но ничего кроме тел пары ящеров под ними не нашли. Судя по всему, обвал был действительно серьезный, и, скорее всего, от пещеры впереди их все еще отделяла стена из громадных камней и песка в несколько шагов толщиной – и ни вручную, ни с помощью заклинаний ее не разобрать.

И вряд ли был смысл это делать. Жрицы могли этого и не знать, но воины, проводившие много времени вне городов и нередко сталкивающиеся с обвалами, знали отлично: вероятность найти кого-то живого под этими глыбами крайне мала, и если продолжить поиски, это лишь лишит всю группу и оставшихся заклинаний, и физических сил.

Будто в подтверждение его мыслей скаут с длинной косой, когда-то блестящей идеальной белизной, теперь же тусклой и грязной, вздохнул и опустился на пол. Потер дрожащие от напряжения руки, размял пальцы. Встретившись со взглядом Сорнтрана, устало покачал головой. Сорнтран понимающе кивнул. Скаут явно думал о том же, о чем и он: либо госпожа успела перебраться на ту сторону до того, как сверху упали эти глыбы, либо…

О втором “либо” Сорнтран старался не думать.

Насколько он мог вспомнить, когда послышался грохот и начали падать первые камни, матрона была впереди отряда. Возможно, она и правда успела проскочить вперед, в следующую пещеру. По крайней мере, Сорнтрану хотелось в это верить.

– Лириэль, посмотри еще раз!

– Я ничего не чувствую, Лледрит… – прошептала жрица. – На глубине двух-трех шагов точно никого живого нет…

– Не может быть, она наверняка где-то там, посмотри снова!

– Я уже совершенно пустая, Лледрит… – жрица прислонилась к огромной глыбе и прикрыла глаза. – Если на нас сейчас нападут, даже защищаться будет нечем.

– Можно отдохнуть немного, восстановить силы и заклинания и продолжить поиски.

– Ты же понимаешь, что это бессмысленно. Кто знает, насколько толстый здесь слой этих камней и сколько времени нам потребуется, чтобы все просмотреть и разгрести… У нас не хватит ни провизии, ни сил.

– Под камнями, скорее всего, никого живого больше нет, – сказала Фаэра. – Но госпожа и некоторые из воинов могли успеть проскочить на ту сторону. Кто-нибудь знает, есть ли тут обходной путь, который приведет туда? – клерик указала в сторону пещеры, вход в которую был теперь заблокирован.

– Есть. Но, если я правильно помню, идти туда около двух дней, и дорога не из приятных… – скаут достал из-за пазухи карту, разложил ее на полу и щелкнул пальцами – над головой зажегся еще один магический шар, осветив карту. – На той стороне основная дорога, ведущая в Саарт. На эту дорогу можно попасть и вот отсюда, но по пути там опасные болота с монстрами. Туда в лучшем случае с огромным отрядом идти, да и то будет довольно рискованно…

Сорнтран тоже подошел и взглянул на карту: он лишь раз бывал в тех местах, о которых говорил скаут, а потому большинство проходов и туннелей, изображенных на карте, были ему незнакомы. Остановив на них взгляд на несколько мгновений, он постарался по возможности запомнить их расположение. Информация о местности лишней не бывает.

– А дорога домой? – спросила Лледрит. – Есть отсюда другая дорога домой?

– Конечно, можно вот так вернуться, а потом вот отсюда пройти, и вот по этой дороге выйти вот сюда, – палец скаута начертил витиеватый узор на карте.

Лледрит на карту даже не взглянула. Большинство жриц не особо разбирались в картах и не умели по ним ориентироваться. В этом вопросе они обычно полагались на воинов и скаутов, а потому без их сопровождения за границы своих городов старались не выходить.

– Небольшой круг сделаем вот тут, – продолжал скаут, – конечно, путь займет на несколько часов дольше, но зато это в целом безопасный путь. Если, конечно, снова не случится обвал. Отсюда можно будет свернуть вот сюда, а вот здесь уже начинаются наши территории.

Лледрит вздохнула, потерла лицо, размазывая по нему пот и пыль. Помолчала немного, рассеянно глядя куда-то вдаль.

Сорнтран еще раз взглянул на карту, чтобы убедиться, что все, что было на ней изображено, отпечаталось в его памяти. Потом осмотрелся, пытаясь оценить ситуацию. 14 выживших воинов, не считая его самого. Нашли тела лишь трех, остальные же либо остались под завалами, либо успели перебраться на ту сторону. Четверо выживших жриц и всего одна клерик. Десять выживших ящеров. А еще рабы. Они-то все остались живы и даже не пострадали: им повезло, что они шли в конце группы – падающие со сводов камни их не задели. Столпились теперь в углу, скованные одной цепью, перепуганные, явно не очень хорошо понимающие, что происходит.

Идти к болотам на северо-западе таким потрёпанным отрядом – конечно, не самая лучшая идея… Но возвращаться домой без госпожи – еще хуже. Однако – несколько ловких и быстрых воинов с должной маскировкой вполне могли бы обойти болота, не привлекая к себе нежелательного внимания тамошних обитателей, и добраться до противоположной стороны – возможно, даже быстрее, чем за два дня. Если госпожа жива, это будет самый быстрый и разумный способ найти ее.