Текст книги "Госпожа Шестого Дома (СИ)"

Автор книги: Эуреон Серебряный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 35 страниц)

Рабы были на удивление спокойны, смотрели в сторону Сорнтрана и его соратников с редким безразличием. В них не было ни злости, ни любопытства – даже страха не было.

Зеерит улыбнулся.

– Похоже, друг мой Дантраг, ты ничего не знаешь о рабах. Ребята, скажите, будете ли вы сражаться против моих врагов? Будете ли убивать дроу, дуэргаров – всех, кого я прикажу? – к рабам Зеерит обратился уже на так называемом общем языке.

– Все ваши враги будут повержены! – воскликнули рабы в один голос, устремив взгляды на Зеерита.

Сорнтран вгляделся в лица рабов. Их безразличные взгляды стали внимательными, сосредоточенными. Следов магического воздействия на них не ощущалось, но что-то с ними, кажется, было не так… Вот только что? Может, они под какими-то трудно уловимыми чарами, заставляющими следовать воле хозяина?

В В’Аргешшаре некоторые жрицы владели похожими заклинаниями, но никто не использовал их для влияния на сознание рабов – они требовали слишком много сил, а зачем их тратить, если рабов можно держать под контролем множеством других, более простых и доступных способов? Кроме того, этими заклинаниями можно было подчинить себе волю одного существа – и лишь ненадолго. Самые могущественные могли подчинять и нескольких, но уж точно не группу из нескольких десятков.

Возможно, этот Зеерит владеет гораздо более мощной разновидностью такого заклинания. Но как именно оно работает? Пытается ли сейчас Зеерит воздействовать и на Сорнтрана? Пока что Сорнтран не ощущал попыток “вторжения” в свою голову, но понимал, что нужно быть вдвойне, втройне осторожным. И избавиться от этого мужчины как можно скорее.

– Собираешься завоевать какой-то город с помощью этих рабов? – спросил Сорнтран, отойдя от двери.

Телохранители так и не поднялись наверх, Зеерит один, и сейчас, казалось бы, довольно удобный момент, чтобы нанести удар. Но группа рабов – вот проблема. Что-то подсказывало Сорнтрану, что они не останутся в стороне, если на их хозяина нападут. Возможно, чары Зеерита спадут, когда он будет убит, но даже в таком случае группа рабов без цепей может представлять угрозу. А значит, надо как-то заставить Зеерита закрыть дверь и отойти подальше.

– Не какой-то, нет. Вскоре все Подземье будет в нашей власти. А потом – и весь внешний мир.

– Группа рабов завоюет весь мир?

– Группа правильно мотивированных рабов. Вот скажи мне, Дантраг, чего ты хочешь больше всего на свете?

– Быть свободным от жриц Ллос, – сказал Сорнтран.

Наверняка именно этого хотел бы сбежавший из Дома воин. Сам же Сорнтран мало задумывался о том, чего ему хотелось. Собственной комнаты? Более высокого статуса? Больше власти? Или чего-то большего?

– Всего лишь этого? Ты ведь уже свободен. Неужели ты не хочешь завоевывать города, убивать жриц, разрушать их проклятые алтари? А вы двое? Разве вы не этого хотите? – Зеерит посмотрел на соратников Сорнтрана. – Наверняка есть жрицы, которых вы особенно ненавидите. Ваши матери и сестры, которые никогда вас не ценили и наказывали за любой проступок, жрицы, избивавшие вас, пока вы были детьми, а после наступления совершеннолетия насиловавшие вас, а в остальное время заставлявшие рисковать жизнями ради их выгоды и ничего, абсолютно ничего не отдающие взамен... Разве вы не хотите отомстить им всем?

– О да, – Джеггред усмехнулся. – Еще как.

Кетлан задумчиво кивнул.

Перед глазами Сорнтрана предстали группы магов, разрушающих барьеры вокруг города, отряды воинов, заполняющих улицы и убивающих всех высокородных на своем пути. Вот, они поспешно пересекают три улицы, добираются до ближайшего Великого Дома. Маги разрушают барьеры, и воины бегут внутрь. Рука с легким арбалетом поднимается, прицеливается в жрицу, стоящую за группой воинов с кнутом в руке...

– Первым падет В’Аргешшар. Затем – все другие города, – Зеерит закрыл, наконец, дверь и отошел от нее. – Рано или поздно весь мир склонится перед нами.

Сорнтран дернул головой, отгоняя видение. Явно чужое, навязанное какой-то силой извне. Сам Сорнтран бы не мог такое себе представить. Хотя бы потому, что хорошо знал, что между северо-западным входом в город и ближайшим Великим Домом четыре улицы, а не три. Эти улицы намного длиннее – их так быстро не пересечь – и между домами простолюдинов там множество лавок, а вот высокородных на тех улицах почти не встретить. Более того, Девятый Дом на самом деле выглядит совсем не так, каким он был в этом видении.

– Если действительно хочешь все это совершить, избавься, в первую очередь, от него, – сказал вдруг Джеггред, кивнув в сторону Сорнтрана. И достал меч из ножен.

Зеерит с улыбкой повернул голову в сторону Сорнтрана.

– Он здесь, чтобы убить тебя, – сказал Джеггред. – И он это сделает, если ты первым его не убьешь.

Реакция Сорнтрана не подвела: пока рука тянулась к мечу, взгляд встретился с глазами Зеерита, а губы шепнули несколько слов. Зеерит схватился за голову, закричал. С трудом оторвал взгляд от глаз Сорнтрана и отбежал в конец коридора, к окну.

Джеггред бросился на Сорнтрана, но тот увернулся из-под удара и побежал за Зееритом, прошептав по пути защитное заклинание, обвившее его тело призрачной изморозью. Кетлан, немного помедлив, тоже обнажил меч.

Зеерит, не теряя времени, выпрыгнул в открытое окно. Добежав до него, Сорнтран остановился лишь на мгновение, выглянул, понял, что расстояние до земли не очень большое, и тоже прыгнул. Если эти двое под чарами Зеерита, то его нужно убить в первую очередь, а значит, тратить время на драку с соратниками – или бывшими соратниками – нет никакого смысла.

Повезло – Сорнтран достаточно удачно приземлился и, кажется, ничего не повредил при прыжке. А вот Зеериту повезло меньше: он подвернул ногу и упал. Попытался встать, сделал несколько шагов, но снова упал. Но когда Сорнтран подошел, Зеерит посмотрел на него с удивительным спокойствием, даже с улыбкой на лице.

– Глупый. Ты совершаешь большую ошибку.

– Возможно.

Не желая давать противнику возможность снова использовать свои чары, Сорнтран толкнул его ногой, и когда тот упал на спину, вонзил меч ему в солнечное сплетение. Брони под робой действительно не оказалось, и меч легко проткнул плоть и немного сложнее – позвоночник.

– Идиот, что ты делаешь?!

Джеггред и Кетлан стояли уже в нескольких шагах. Кетлан немного хромал. В руках обоих мечи.

– Назад, – Сорнтран поднял вооруженную руку и протянул вперед вторую, готовый бросить заклинание.

Следов магического очарования на них не ощущалось, однако Сорнтран был почти уверен, что они действовали не совсем по собственной воле. Но если так, почему они все еще под влиянием Зеерита, если тот мертв? Сорнтран бросил быстрый взгляд на поверженного противника: тот лежал неподвижно, кажется, не дышал.

Джеггред сделал шаг вперед, и сорвавшийся с пальцев Сорнтрана луч потрескивающей энергии полетел в него. Попал в грудь. Джеггред вскрикнул, выронил меч и грохнулся на землю. Мечи Сорнтрана и Кетлана скрестились. Отбив удар, Сорнтран отступил на несколько шагов и бросил в противника луч. Еще один. Еще. Последний, наконец, повалил Кетлана на землю.

Выругавшись сквозь зубы, Сорнтран спрятал меч в ножны и поспешно присел, проверил пульс Зеерита. Действительно мертв.

Еле слышный звук шагов за спиной. Сорнтран вскочил, выставил руку. Джеггред подбежал достаточно близко, и защититься Сорнтран не успел – попытался отпрянуть, но кинжал противника, проткнув защитное поле вокруг него, вошел ему в живот.

{17}

Ударив Джеггреда кулаком в челюсть, Сорнтран отступил. Лишь теперь почувствовал резкую боль в животе и инстинктивно прижал руку к ране. На пальцах кровь.

Не давая ему возможности опомниться и сориентироваться, Джеггред сделал шаг вперед, замахнулся кинжалом. Сорнтран увернулся не без труда – тело как будто потеряло прежнюю проворность, а в животе от резкого движения кольнуло так сильно, что в глазах на несколько мгновений потемнело.

– Разрази тебя свет, что ты делаешь!

Джеггред лишь усмехнулся. Его лицо казалось спокойным, сосредоточенным, далеко не безумным. Да и очевидных следов воздействия на сознание по-прежнему не было. Остановившись лишь на мгновение, он поудобнее сжал кинжал в руке и шагнул вперед, игнорируя предостерегающе вытянутую руку Сорнтрана. Вновь замахнулся, целясь в лицо.

Сорнтран увернулся, попятился, вполне успешно избежал появления резаной раны на щеке. Сорвавшийся с его пальцев луч почти невидимой во тьме энергии с редкими серебристыми вспышками пролетел мимо противника. Тот криво улыбнулся и вновь наступил, целясь уже в шею. Взгляд Сорнтрана следил за каждым движением противника, пытаясь угадать следующее. Двигался Джеггред спокойно, уверенно в себе – не было похоже, чтобы он тревожился или паниковал. А вот Сорнтрана спокойствие начинало покидать: игнорировать усиливающуюся боль в животе становилось все труднее, странная слабость в руках и ногах не позволяла телу делать то, что оно хорошо умело – эффективно защищаться и атаковать.

С трудом увернувшись от очередного, едва не задевшего его удара, Сорнтран попятился, надеясь успеть достать меч из ножен либо снова бросить в противника луч. Джеггреду, однако, потребовалось лишь короткое мгновение, чтобы преодолеть разделяющее их расстояние. Он вновь замахнулся, и кинжал просвистел перед самыми глазами Сорнтрана.

Дальше тело действовало само: отступать он больше не стал, наоборот, сделал резкий шаг вперед, ладонь уперлась в грудь Джеггреда. Приятное покалывание в пальцах – высвободившаяся из них энергия с силой отбросила противника назад и повалила на землю, прожигая дыру в нагруднике.

Сила удара и Сорнтрана оттолкнула назад. Удержать равновесие не удалось – он упал на спину, и от резкой боли в животе взгляд затуманился, в ушах зазвенело. Потребовалось несколько мгновений, показавшихся бесконечными, прежде чем он смог взять себя в руки, повернуться на бок и попытаться встать. Сделать это оказалось труднее, чем он мог себе представить. Перед глазами все плыло, голова кружилась, тошнота была такая, что казалось, что сейчас его просто вывернет наизнанку.

На четвереньках Сорнтран подполз к Джеггреду. Тот лежал неподвижно, с огромной дырой, прожженной в груди. На этот раз уже точно мертв. Вокруг тишина. Кетлан и Зеерит лежали неподалеку. Их позы не изменились, грудь была неподвижна.

Сорнтран попытался выпрямиться. Сердце стучало с бешеной скоростью, по лицу и шее стекал пот, воздуха отчаянно не хватало, но сделать глубокий вдох не получилось – острая боль как будто стянула живот и грудь тугим узлом. Странное, непривычное ощущение. К боли он привык с самого детства, и чувствительность к ней была довольно низкая. Но эта боль была другая. С каждым движением, с каждым вдохом она усиливалась, растекалась по всему телу, будто змеями обвивала руки и ноги, мешала двигаться, лишала сил.

Дрожащие пальцы нащупали рану на животе. Вроде не глубокая, а кровотечение не очень сильное. Почему же так невыносимо болит? И откуда такая слабость во всем теле? Неужели какой-то яд? Сорнтран всмотрелся в лежащий рядом с телом Джеггреда кинжал. Кажется, действительно смазан чем-то маслянистым. Если бы это была обычная рана, у него было бы еще несколько часов в запасе, чтобы получить необходимую помощь. К счастью, в желудке не было еды, и это добавило бы ему времени. А если тут яд, помощь клериков нужна как можно скорее!

Подобрав кинжал, Сорнтран собрался с силами, с большим трудом поднялся на ноги. Осмотрелся.

Итак, он в плохо освещенном и безлюдном дворике “Пьяного дуэргара”. На шум никто не прибежал, и это хорошо, хотя немного странно. Неужели телохранители Зеерита до сих пор не спохватились?

До таверны, где остановились группа из Шестого Дома, не так уж и далеко. Надо просто туда добраться.

Сорнтран еще раз осмотрелся. В идеале, конечно, нужно было забрать с собой и оружие Кетлана, но он понимал, что не сможет сейчас ни наклониться, ни опуститься на корточки. К тому же, лишних ножен у него не было, а отстегивать ножны бывшего соратника – дополнительная трата времени. Кроме того, даже если он заберет все оружие с места происшествия, клейма на лице и ключице убитых бойцов все равно укажут на Шестой Дом. До чего же недальновидно со стороны матроны клеймить воинов. Сорнтран и раньше так думал – теперь лишь убедился в этом еще раз.

Так, нужно спешить.

Медленными шагами, прилагая огромные усилия для сохранения равновесия, Сорнтран подошел к небольшой калитке, открыл ее и вышел на улицу. В городе была ночь, большинство магических светильников под сводами пещеры погасли, и Сорнтран надеялся, что на улицах никого не будет.

Но не успел он дойти до конца здания таверны – перед ним выскочила… кажется, глубинная гномиха. Или, может, юная дуэргарша. Миниатюрная девушка, которая едва доходила ему до середины груди, в простом сером платье и с собранными в пучок темными волосами. Выпучив глаза, она уставилась на живот Сорнтрана, зажатый пальцами, сквозь которые проступала кровь. Потом в ужасе подняла глаза, и их взгляды встретились.

– С дороги.

Девушка задрожала, попятилась. Сорнтран прошел мимо нее и свернул за угол. Кинжал Джеггреда спрятал за пояс: если придется защищаться, лучше это делать с помощью магии, а не кинжала.

Двери таверны вдруг с грохотом распахнулись, выпуская на улицу группу женщин и мужчин. Сорнтран мгновенно отступил к стене, в самое темное место, куда света от немногих уличных фонарей почти не падало. Челюсть сжалась, руки напряглись, немного успокоившееся было сердцебиение снова участилось, когда они проходили мимо него. Сильный запах пота и алкоголя. Пьяная болтовня и смех. Это явно не телохранители Зеерита и не наемники, ищущие убийцу. Всего лишь группа пьяных гуляк.

Никто из них не обратил внимания на Сорнтрана – прошли мимо и свернули за угол, и когда их голоса отдалились, на улице стало тихо. Сорнтран с трудом перевел дыхание, вытер пот со лба и собирался было двинуться дальше, когда заметил, что под его ногами, пока он стоял, образовалась небольшая лужа крови. Не хватало еще оставить следы, которые приведут преследователей прямо к нему!

Быстро осмотревшись, Сорнтран снял свой шарф-капюшон и прижал им рану. Боль была невыносимая, но он стиснул зубы и решил, что потерпит. Так кровь хотя бы некоторое время не будет стекать на землю, и он успеет уйти достаточно далеко. Вытерев подошву сапог о траву, растущую перед таверной, и убедившись, что он не оставляет кровавых следов, пошел дальше.

Улица была пустынна, если не считать нескольких пьяниц, валяющихся под стенами следующей таверны. Сорнтран прошел по тесной улочке довольно близко от разношерстной группы, бросив агрессивный взгляд на того, что выглядел бодрее всех и смотрел на него с любопытством; остальные сидели или лежали с отстраненными взглядами или и вовсе с закрытыми глазами – видимо, выпили больше, чем привыкли.

Дорогу до нужной таверны Сорнтран нашел без труда – годы патруля в лабиринтах Подземья научили его хорошо ориентироваться и запоминать местность. Пять узких, почти пустых улиц, одна широкая улица, которую он прошел, передвигаясь под стенами домов и прячась в их тени. К счастью, прятаться, кажется, было не от кого.

Сорнтран часто оглядывался, прислушивался, но ничего, похожего на погоню, не было. Он прекрасно понимал, что если за ним придут, он не сможет отбиться, даже если противников будет всего двое или трое и даже если они будут неопытными юнцами. Все свои силы он сейчас тратил на то, чтобы передвигать ноги и сохранять равновесие.

Вот он, наконец. Порог “Двух чаш”. Оглянувшись и убедившись, что на каменном полу перед таверной не осталось никаких следов, Сорнтран зашел.

В зале на первом этаже почти никого – лишь несколько пьяных гостей, опустивших головы на столы. Слабея с каждым шагом, Сорнтран поднялся наверх. Приходилось уже держаться за перила, чтобы не упасть. Левой руке все труднее было прижимать шарф к ране – мышцы не слушались. Перед глазами все кружилось. Тошнило. Сорнтран прислонился к стене, пытаясь сделать вдох.

– Что… что с тобой случилось?

Подняв голову, он с трудом сосредоточил взгляд. Старшая клерик Фаэра. Слава Богине!

– Мне нужна помощь, – выдавил он сквозь стиснутые зубы.

– За мной.

Клерик направилась в свою комнату, и Сорнтран, собрав все силы, последовал за ней, едва не упав по дороге.

– Садись сюда, – клерик указала на небольшое кресло прямо напротив двери. – Снимай нагрудник, посмотрим, что там у тебя.

***

Инстра остановилась на пороге, с удивлением наблюдая за тем, как Сорнтран пытался снять с себя броню, а старшая клерик помогала ему. Когда кожаный нагрудник оказался на полу, Фаэра, бормоча что-то себе под нос, разорвала его рубашку. И, ахнув, воскликнула:

– Элерра, неси сюда сумку с лекарствами!

Из-за ширмы вышла одетая в ночную рубашку женщина, неся с собой большую, явно тяжелую сумку. Поклонилась, увидев госпожу. Последовать ее примеру попытался и Сорнтран, но подняться с кресла он не смог. Фаэра, заметив его движение, повернулась в сторону Инстры и тоже отвесила поклон. Когда сумка оказалась возле ее ног, опустилась на корточки и начала в ней что-то искать.

Выглядел Сорнтран довольно паршиво. Кожа бледная, почти неотличимая от цвета волос. Глаза налиты кровью, по лицу ручьями течет пот. На его животе Инстра увидела рану – она, кажется, была не очень глубокая, но вокруг нее во все стороны лучились желтоватые линии. Вторая клерик удивленно вздохнула, когда рассмотрела рану вблизи. Похоже, она такое видела впервые.

– Что произошло?

– Меня слегка задели, госпожа, ничего страшного, – голос Сорнтрана звучал хрипло, дышать ему явно было трудно.

– А по-моему, очень даже страшно, – сказала старшая клерик, осматривая рану. – Тут явно какой-то яд.

Разумеется, яд. Инстра даже знала, какой именно.

– Зеерит мертв?

– Да, госпожа.

– Это он сделал? – Инстра была уверена, что услышит отрицательный ответ, но все равно задала этот вопрос.

– Нет, госпожа.

– Кто же?

– Это был Джеггред, госпожа.

– Где он сейчас?

– Мертв, госпожа. Я был вынужден защищаться.

Сорнтран стиснул зубы, но все равно промычал от боли, когда клерик нанесла вокруг раны какую-то мазь. Смотрела некоторое время на рану и, видимо, не заметив ожидаемых изменений, пробормотала что-то про себя, удалила мазь влажной тканью и нанесла другую.

– Это яд, полученный из чернокорня и хиида, Фаэра, не мучайся, – сказала Инстра.

Клерик с удивлением оглянулась на госпожу, потом быстро удалила и вторую мазь и, покопавшись в своей сумке, нашла и нанесла третью. Начала читать лечащее заклинание.

Сорнтран вздохнул с явным облегчением и прикрыл глаза. Инстра хорошо знала это чувство: приятное тепло расплывается по телу, снимая боль и восстанавливая силы. В такие моменты кажется, что тебе все под силу. Но потом действие заклинания проходит, и ты становишься… обычным.

Элерра тем временем добавила зеленоватый порошок в бутылку с зельем, перемешала и протянула Сорнтрану. Тот кивнул с благодарностью и выпил.

– Я могу удалить этот шрам, если Вам угодно, госпожа, – сказала старшая клерик, осматривая живот Сорнтрана. Желтоватые лучи на его коже исчезли, ее цвет стал вполне нормальным, а на месте раны остался шрам длиной в три пальца.

– Да, мне угодно. А еще мне угодно знать, что между вами произошло, Сорнтран. Ты знаешь, чьим сыном был Джеггред?

– Я должен был позволить ему убить меня, госпожа?

Инстра устало вздохнула. Некоторое время смотрела, как клерики возились со шрамом. Мази и заклинания стоили недешево, но она хотела, чтобы кожа его наложника оставалась безупречной.

– Вы поссорились?

– Нет, госпожа. Я... пока не могу понять, что произошло. Кажется, они оба – и Джеггред, и Кетлар – были под действием чар этого мага, Зеерита. Он пытался воздействовать на наше сознание, но это не было обычное заклинание, это было что-то другое. Это сложно описать словами.

– А ты постарайся, – Инстра сложила руки на груди.

– Он не произносил заклинания, не делал никаких жестов, никаких движений, просто говорил о своих планах, о том, как хочет захватить мир. Однако группа из примерно трех десятков рабов явно была под его чарами – каждый из них готов был сделать все, что он скажет. Похоже, под эти чары попали и наши воины. Они атаковали меня.

Заклинание, не требующее слов и жестов? Большая редкость. Такие невозможно просто выучить, даже если есть врожденный талант к магии. Инстра знала подобное заклинание, и оно было получено в дар от Богини. Возможно, Зеериту покровительствует какой-то бог? Если да, какой? Мало кто из известных Инстре богов настолько могущественен, чтобы давать своим последователям столь редкие заклинания. Кроме Ллос, разумеется. Но она не стала бы покровительствовать мужчине – да к тому же такому.

– Фаэра, ты когда-нибудь слышала о заклинаниях, подчиняющих других воле заклинателя и не требующих ни слов, ни жестов?

– Кажется, нет, госпожа.

В своих мыслях обе клерика начали перебирать известные заклинания, подчиняющие других существ воле заклинателя. Итак, есть заклинание для контроля нежити. Еще вампиры и некоторые маги могут очаровывать – не только нежить, но и вполне живых. Но все эти заклинания требуют вербальной составляющей и жестов.

– Но я не исключаю, что такие заклинания могут существовать, – сказала Фаэра. – В мире много удивительного.

Инстра прищурилась, посмотрела на Сорнтрана. Как же он избежал воздействия чар Зеерита? И… избежал ли? Что если он убил соратников, будучи под чарами? Так или иначе, если Зеерит действительно мертв, вместе с ним должны были исчезнуть все чары, им наложенные. А действительно ли он мертв?

Был только один способ узнать это. Точнее, даже два способа, но использовать оба в присутствии клериков Инстра посчитала нецелесообразным.

– Фаэра, благодарю, что подлатала моего наложника. На тебя всегда можно положиться.

– Я всегда рада помочь, моя госпожа!

Фаэра всегда говорила на удивление искренне. И она была одной из немногих в Доме, кому Инстра могла почти доверять. Фаэра и Лледрит. С Лледрит, правда, все было сложнее.

– Отдохните до утра, утром вернемся домой. Ты, Сорнтран, следуй за мной.

Придя в свою комнату и впустив Сорнтрана, Инстра закрыла дверь. Посмотрела на него. Нет, заниматься с ним сексом и ждать, чтобы его сознание открылось в момент пика блаженства, ей сейчас совсем не хотелось. Да и кто знает, что бы оно ей показало в этот раз. Возможно, совсем не то, что ей хотелось увидеть. Значит, оставался лишь второй путь.

– На колени.

Он молча повиновался.

Инстра подошла, встала за его спиной. Это заклинание тоже не требовало ни слов, ни жестов. Достаточно было ее желания проникнуть в голову. И оно было намного сильнее, чем ее умение слышать мысли.

Правда, применить это заклинание к нему было сложнее, чем к большинству других. Его разум ставил барьеры за барьерами, пытаясь не позволить ей увидеть и услышать что-то помимо самых поверхностных мыслей ни о чем.

– Не сопротивляйся. Я хочу посмотреть.

Сорнтран расслабился, и барьеры начали исчезать, впуская ее в его сознание.

Инстра увидела, как меч входит в грудь Зеерита, даже услышала и почувствовала хруст ломаемых позвонков. Увидела, как застывают глаза Зеерита, как двое воинов нападают на Сорнтрана, как он отбивается, убивает их, проверяет пульс Зеерита. Как Джеггред, поднявшись, снова нападает.

Что же, похоже, Сорнтран говорил правду.

При этой мысли она испытала заметное облегчение. Ей бы не хотелось выяснить, что он ей лгал. Все-таки жалко было бы казнить его.

Правда, странно, что воины Шестого Дома продолжали атаковать Сорнтрана даже после смерти Зеерита.

– Можешь идти. Искупайся и постарайся отдохнуть до утра, нам предстоит долгий путь.

Сама Инстра тоже планировала отдохнуть. После того, как выяснит, как и почему яд, созданный Лледрит, оказался у ее сына.