Текст книги "Я люблю тебя, Зак Роджерс (СИ)"
Автор книги: Anna Milton
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)
Что-то оборвалось внутри меня, и я бессознательно подалась вперед, намереваясь вмешаться в их ссору. Хотела вырвать отцу его чертов язык.
– Нет, – Джессика остановила меня за руку.
Я перевела окаменевший взгляд на ее лицо.
– Я ухожу, – уже спокойным голосом сказал он.
– Не надо… – рыдала мама.
– Не трогай меня, черт возьми! – прошипел, и меня передернуло оттого, сколько ненависти было в его тоне.
– Патрик! – воскликнула она, когда с грохотом захлопнулась входная дверь.
Дом погрузился в гробовое молчание, разбавляемое горькими всхлипами мамы.
– Дерьмо, – через минуту сказала Джесс.
Я покачала головой, с трудом веря в происходящее. Я стала забывать, каковы на звук ссоры родителей. Восемь лет назад мне казалось, что наступает конец света каждый раз, когда мама и папа сцеплялись друг с другом. Сейчас же я чувствовала леденящую пустоту и легкое раздражение.
Джессика развернулась ко мне и крепко обняла.
– Не волнуйся, Наоми. Вскоре у Линдси пройдет приступ временного помутнения рассудка, и она выставит твоего недоделанного папашу за дверь.
Я вымученно улыбнулась, смаргивая слезы.
– Ага, – мой голос сорвался на шепот.
Подруга отстранилась от меня.
– Повеселитесь с Джейсоном, – произнесла, избавляясь от хрипотцы в голосе.
– Хочешь, я останусь?
Я цеплялась за Джесс, словно за спасательный круг. Ее присутствие делало эту жизнь более сносной, но сейчас я должна отпустить ее, потому что не хотела, чтобы ее вечер в компании Джейсона накрылся из-за меня.
– Я справлюсь.
– Уверена?
– Да, – быстро кивнула и вытерла влагу с лица. – Все нормально.
– Я буду чувствовать себя ужасно, зная, что тебе плохо, – пробормотала Джессика, положив руки на мои плечи.
– Фигня, Джесс.
Она недоверчиво насупилась.
– Вот это меня и тревожит…
– Ммм? – я сделала вид, что не поняла ее. – Слушай, серьезно, не переживай. Это их проблемы. Пусть сами разбираются. Я не собираюсь лезть.
Хотя влезла бы, если бы Джессика не остановила меня. Но сейчас я держу себя в руках.
– Я могу тебе верить? – уточнила подруга.
– Конечно, – я расправила плечи, желая показать ей, что действительно в порядке.
Она мерила меня внимательным взглядом еще минуту, а затем опустила свои руки вниз, издав громкий вздох.
– Ладно. Я рассчитываю на твое самообладание.
– Да я сама Сдержанность.
Джессика закатила глаза.
– Язвишь – уже хорошо.
Я промолчала.
– Ну, я пошла? – Джессика поставила ногу на ступень.
– Иди.
– Пока я не спустилась, еще не поздно передумать.
Я слабо улыбнулась, глядя на то, как она пыталась заботиться обо мне. Но и я не могла просить Джессику находиться со мной, когда решалась ее личная жизнь. Джейсон – достойный парень, и я никогда не прощу себе, если из-за меня у них ничего не получится.
– Если ты через минуту не покинешь этот дом, я дам тебе хорошего пинка, – я скрестила руки на груди, устремив на нее полный решимости взгляд.
Джессика, слабо покраснев, захихикала.
– Я чертовски люблю тебя, Наоми.
– И я тебя.
Она махнула мне и побежала вниз.
– Пока!
– Пока, – вздохнула я, наблюдая за тем, как подруга несется к входным дверям.
***
Поскольку вечер пятницы я убиралась в «Голд» перед его закрытием, то без каких-либо сомнений нарекла себя последним везунчиком на Земле. Тео снова куда-то свинтил. Джессика работала в первую смену. Лесса уволилась – ее ребенок так и не выздоровел. Вся ответственность свалилась на меня.
Ох, нет.
Я была не одна.
Здесь был Блейк, но я избегала его. На протяжении всех недели. Но сегодня особенно, потому что с самого утра он искал со мной встреч. К счастью, работы было столько, что никто из нас не мог думать об этом.
Я должна с ним поговорить. О том, что мы больше не можем… помогать друг другу. Мои отношения с Заком почти идеальны. Сегодня в обед Джейсон забегал в кафе, чтобы перекусить и поболтать со мной и Джессикой. А еще он притащил огромный букет радужных23 астр. Зак еще не в городе и неизвестно, когда вернется, но попросил Джейсон заказать передать цветы мне.
Астры – единственное прекрасное за сегодняшний день, что мне выпало шанс повидать. И я не могла оторвать от них восторженного взгляда и глупой улыбки до ушей на протяжении нескольких часов, пока Макс чуть ли не за шкирку потащил меня обслуживать клиентов.
И даже сейчас, пересчитывая выручку, я видела перед глазами яркие, переливающиеся всеми цветами радуги, астры, которые к тому же чудесно пахли.
Девятьсот баксов.
Неплохо.
Я закрыла кассу и, развернувшись, наткнулась на мускулистую грудь, обтянутую черной майкой.
– Я ждал этого целый день, – сказал Блейк.
В следующую секунду его руки оказались на моей талии. Он поднял меня в воздух, крепко прижав к себе, и направился в сторону.
Едва не задохнувшись от растерянности, я вяло забарахталась в его нерушимой хватке.
– Отпусти, Блейк, – попросила прерывисто.
Его губы вовсю блуждали по моей шее.
– Ты избегала меня не только сегодня, но и всю неделю, – сказал он, не прекращая идти. – Это какая-то игра? Мне нравится. Я скучал по твоему телу.
О-о-ох. Нельзя разбрасываться такими заявлениями.
Густо покраснев до макушки головы, я сильно прикусила нижнюю губу и положила ладони на грудь Блейка, намереваясь оттолкнуть его.
– Погоди.
– Не хочу.
Он настойчиво поцеловал меня за ухом.
Мое тело предательски покрылось мурашками. Голова пошла кругом от воспоминаний того, на что способен его язык, которым сейчас он так нежно обрабатывал мочку.
– Макс ушел. Мы здесь одни.
Проклятье! Это очень, очень плохо.
– Остановись, Блейк… – я шумно втянула в себя воздух. – Серьезно. Надо поговорить.
– Все разговоры потом, Наоми, – он посмотрел мне прямо в глаза. Их непроницаемая чернота превратилась в твердую решительность.
– Нет. Мы должны, потому что…
Блейк поцеловал меня.
Без промедлений.
Его язык прорвался через мои едва разомкнутые губы и пробежался по верхней линии зубов. Издав звук, похожий на рычание, он теснее прижал меня к своему чертовски крепкому телу. Одна его рука обвивала мою талию, а вторая шустро оказалась на бедре. Пальцы страстно впились в кожу, а спустя пару секунду я почувствовала себя пригвожденной к стене.
Этот поцелуй был шикарным. Но я не позволяла себе раствориться в нем, потому что мои мысли принадлежали Заку.
Было неправильно целоваться с другим парнем – сейчас, когда я на полпути к воссоединению с ним.
Собрав ничтожные клочки самообладания, я вновь попыталась оттолкнуть от себя Блейка. Затем услышала, как он усмехнулся мне в губы.
Да что с ним? Разве не ясно, что я не хочу этого? Почему он игнорирует? Действительно не понимает, что должен остановиться?
У меня появилась драгоценная возможность запротестовать во весь голос, когда Блейк принялся губами расстегивать пуговицы моей рубашки.
– Черт подери, немедленно отойди от меня, Блейк, – проговорила сквозь зубы и со всей силы оттолкнула его.
Он поднял голову и уставился на меня, сверкая горящими глазами.
– Я не…
Тяжело дыша, я мерила его сердитым взглядом.
– Мы больше не можем спать друг с другом, понял? – сказала, не заботясь о том, что мой голос прозвучал грубо.
Черт. Блейк не виноват. Это мне следовало сказать ему обо всем раньше, но я тянула до последнего.
– Наоми?
Я изо всех сил желала, чтобы этим голосом оказался голос моей совести, а не Зака, которого не должно быть здесь.
Он должен быть где угодно, но не в этом бесконечно проклятом кафе.
Он не должен видеть Блейка, прижимающего меня к стене и трогающего за бедра.
Пожалуйста, пусть это окажется моей паникой, воплощенной в иллюзию того, чего бы я никогда не хотела пережить.
Сейчас я не могу просить о большем.
Мое сердце испуганно застыло в груди, когда я переместила стеклянный взгляд за плечи Блейка и увидела у входа в «Голд» Зака.
Это не было слуховой галлюцинацией.
Он на самом деле здесь.
Он все видел.
Он смотрел мне прямо в глаза, и я чувствовала, как внутри меня все стремительно вянет.
– Зак… – произнесла я.
Время остановилось, и Блейк исчез из поля моего зрения, как и все, что находилось поблизости. Расстроенные голубые глаза превратились в целый мир, на изучение которого не хватит жизни. Они стремительно расширились, и вместе с ними увеличилось огорчение.
Я заметила, как Блейк обернулся к Заку.
– Э-э-эм, – протянул он, смущенно почесав затылок.
Для него это было лишь неудачном стечением обстоятельств, при котором двоих сотрудников кафе застали врасплох. Уверена, это даже позабавило его.
Для меня же случился апокалипсис.
Если в прошлый раз все испортил Зак, то сейчас инициатором развала того, что строилось с таким прогрессом, буду я.
Я ожидала, что сейчас Зак развернется и уйдет. Я ожидала, что отправлюсь за ним и буду оправдываться до потери сознания, потому что поступила подло.
Но произошло все совсем наоборот.
Он не ушел.
Крепко сжав кулаки, Зак направился к нам. С застывшим ужасом в глазах я наблюдала, как за считанные мгновения он пересек зал и лишь на миг замер напротив Блейка.
А потом врезал ему.
С размаха. Со всей дури. С пылающей ненавистью в глазах.
Я вскрикнула, прижав ладонь ко рту.
Блейка унесло в сторону. Он не ожидал, что его ударят, поэтому не успел защититься. Суровый взор Зака преследовал согнутую фигуру Блейка. Меня настиг глубокий шок, и я не могла произнести ни слова.
– Какого хрена, чувак? – медленно разогнувшись, спросил Блейк, окинув Зака недоуменным и злым взглядом.
Он не успел ответить. Блейк кинулся на него с кулаками, и понеслось.
В силу неожиданного нападения Блейка Зак не увернулся и получил неслабый удар в челюсть. Они вцепились друг в друга и закружили по залу, сметая стулья и столы на своем пути. Я все так же стояла, прижавшись к стене, и с безмолвным изумлением наблюдала за жаркой дракой. Почему жаркой? Потому что, несмотря на серьезность ситуации, парни выглядели невероятно. Они не просто махались кулаками. В их драке присутствовала грация и плавность.
Но это самое последнее, чем я должна восхищаться.
– Прекратите! – наконец, я открыла рот.
Конечно же, меня никто не услышал. Хотя даже если и услышал, то не стал останавливаться.
Блейк схватил Зака за руку и закрутил ее ему за спину. Но тот быстро вырвался и ударил Блейка локтем в солнечное сплетение.
Они разнесли половину кафе. Если не прекратят, то в этом месте не останется ничего целого. Да и сами парни убьют друг друга, если не вмешаться.
Я должна это сделать.
Отлепившись от стены, я решительно направилась к ним.
– Хватит! – попыталась оттащить Блейка, схватив его за плечо.
Он скинул с себя мою руку и увернулся от очередного удара Зака.
– Пожалуйста, перестаньте!
Они были настолько поглощены дракой, что попросту не замечали меня. Я маячила рядом, выжидая возможность разнять их, но в итоге чуть сама не получила, когда Блейк замахнулся на Зака. Мне едва не досталось от его кулака.
– Да остановитесь уже! – завопила, что есть силы.
Вдруг сверкающие до невозможности глаза Зака переместились на меня. Он застыл, нависнув над Блейком, собираясь ударить его вновь. Но так и не сделал этого.
Мое сердце сжалось от боли, когда я увидела кровь на его нижней губе.
Зак продолжал смотреть на меня, проникновенно и внимательно. Словно он ждал от меня каких-то слов.
Хрипло выдохнув, Блейк оттолкнул от себя Зака.
– Кто ты такой? – сплюнув, спросил Блейк.
Брови Зака сердито сошлись у переносицы.
– Никто. Я никто.
Он ядовито хмыкнул, и, сверкнув напоследок в мою сторону сломленным взглядом, резко развернулся, чтобы уйти.
– Зак! – крикнула я.
– Эй, что это было? – Блейк поймал меня за руку.
Ему нужны были объяснения. Зак тоже нуждался в них.
Я вырвалась и кинулась к выходу из кафе.
Зак открывал дверцу внедорожника, когда я выскочила на улицу.
– Не уезжай, – произнесла на выдохе, приближаясь к нему.
Он выругался и резко закрыл дверцу, но так и не повернулся ко мне лицом. Я лишь могла предположить, каково было ему. Но от одной мысли о злости, бушующей в его сердце, мне становилось страшно.
– Это…
Но что я собиралась сказать? Это не то, что ты подумал? Ни фига. О чем еще можно подумать, если видишь девушку, которая тебе нравится, в объятиях другого парня?
Я не хотела этого…
– Мне жаль, Зак, – промямлила, надеясь, что он услышит мой лепет.
Его могучие плечи расширялись и вздымались при каждом громоздком вдохе.
– Это не имеет значения, – холодно ответил он.
– Не имеет значения? – глупо переспросила я. – Не понимаю…
– Правда? – круто развернувшись, воскликнул Зак. Он обжег меня разъяренным взглядом. – Не понимаешь? А должна бы, черт подери! Я, как влюбленный придурок, спешил вернуться к тебе из Висконсина. Я хотел сделать тебе сюрприз. Я… твою мать, – он ловил широко раскрытым ртом раскаленный воздух вокруг нас. – Прости, но я никак не ожидал застать тебя целующейся с другим парнем, – низкий голос приобрел нотки сарказма.
Я не имела права обвинять его в том, что он повышает голос, говоря со мной. Я виновата. И мне хотелось исправить это больше всего на свете.
Я намеревалась оправдать ситуацию любым способом, но Зак не дал мне этой возможности.
– Почему ты сделала это, Наоми? Ты… ты и этот парень… вы вместе?
– Нет, – тут же отозвалась я. – Нет! Мы не вместе. Мы…
– Почему ты не рассказала мне? – сложилось такое впечатление, будто Зак не услышал моего ответа. Более того, он, похоже, решил игнорировать все мои попытки объяснить происходящее. – Это было жестоко. Вселить в меня ложную надежду и так поступить.
– Я не хотела, чтобы это произошло! – вскинула руками.
– Этого недостаточно, – Зак устремил на меня тяжелый взгляд.
– Знаешь, – я стиснула зубы. Меня вдруг накрыло лавиной раздражения, – не говори так, будто я чем-то обязана тебе, потому что это не так. Я не клялась в вечной любви. Всего лишь дала тебе шанс. Не путай эти вещи.
Зак скептически рассмеялся, дотронувшись до разбитой губы.
– Прекрасно. Значит, вот как?
Я скрестила руки на груди и гордо вскинула подбородок.
– Ты можешь думать все, что хочешь. Но я знаю, как было на самом деле. И я не обязана отчитываться перед тобой. Я не твоя девушка, Зак.
Его большой палец замер на том месте, откуда шла кровь. Стальные глаза уставились в асфальт.
– Если ты хотела сделать мне больно, если хотела отомстить, то тебе это удалось, – негромко проговорил он. – Поздравляю.
Что за чушь?!
Сделать ему больно? Отомстить?!
– Ты такой дурак, Зак Роджерс, – процедила я, борясь с бушующим негодованием.
– Действительно… Нормальный не влюбился бы в тебя.
Он оскорбил меня, или признался, что влюблен?
Однако мне стало обидно.
– Тогда почему ты все еще здесь? – спросила, сдерживая дрожь в голосе.
Шумно выдохнув, Зак на секунду закрыл глаза.
Затем кивнул.
Убрав руку от лица, с опущенной головой развернулся к машине и сел внутрь.
Мой внутренний голос кричал, чтобы я остановила его. Но был ли смысл пытаться доказать ему что-либо, если он даже не захотел меня выслушать?
Поэтому с невозмутимым выражением лица я наблюдала, как внедорожник резко трогается с места.
Вот и все?
Закончилось, не успев начаться?
ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА
Причина, по которой мне не хотелось выходить из своей комнаты все выходные, абсолютно не заключалась в Заке Роджерсе.
Я нисколько не скучала.
Я нисколько не сожалела о ссоре с ним.
Ни капли.
И я не считала себя виноватой в том, что мы поругались.
Было бы прекрасно, если бы мне удалось убедить себя во всем этом.
Но реальность такова, что я не способна солгать даже самой себе.
Я чертовски, просто чертовски сильно провинилась перед Заком, перед Блейком, перед самой собой, в конце концов. Чувство стыда разъедало мои внутренности, превращая некогда былую легкость в тонны железа, тянущие меня на дно.
И в этом виновата только я. Если бы не стала молчать и сразу же рассказала Заку о Блейке, не произошло бы той ужасной драки между ними в пятничный вечер. Возможно, он бы понял меня, и все разрешилось спокойно, без кулаков и обвинений.
Как мне теперь смотреть им в глаза?
Нет.
Как мне смотреть в глаза Заку, если мы встретимся… когда-нибудь. А учитывая то, что пять дней в неделю с утра до вечера он находится в новом офисном здании недалеко от «Голд», я была просто убеждена в том, что встречи не избежать.
С Блейком дела обстояли куда проще. Мы поговорили, когда Зак уехал, и я вернулась в кафе. Блейк сказал, что он не злится. В это время я прикладывала лед к его ушибленному виску. Сколько бы слов сожалений я не произнесла в тот вечер, мне не искупить своей вины перед ним и Заком.
Я и Блейк остановились на том, что могли бы быть хорошими друзьями. А если точнее: то общаться, как прежде, но без физической близости. Я поклялась себе, что больше никогда не переступлю дружескую черту и не подумаю о Блейке, как об объекте своего вожделения.
Разговор с ним был одной из самых непростых вещей. И страшно представить, что меня ждет, когда придется время для выяснений отношений с Заком. А этот момент настанет. Только я сомневаюсь, что смогу подготовить себя морально.
Меня бросало в дрожь от мысли, что я вновь потеряла его. Я возродила свет в своей душе, когда дала Заку второй шанс. Я искренне поверила, что из этого может сложиться что-то хорошее, и, возможно, что-то правильное.
Я абсолютно точно знала, что не готова отпустить его вновь. Мои чувства к нему, моя тоска причиняла боль. Но что я могла сделать? Извиниться? Примет ли это Зак? Ему ничто не помешает послать меня куда подальше. Я предала его. Я унизила его. Я вытерла об него ноги и отомстила за ранее причиненную мне боль…
Но это не так.
Не так!
Вытерев под глазами слезы, я сползла с кровати и подошла к столу, на котором стояла ваза с медленно вянущими радужными астрами, подаренными Заком. Шмыгнув носом, дотронулась до лепестков и застыла на несколько секунд в одной позе, устремив поникший взгляд на телефон. Темный экран начал пульсировать в моих глазах, а затем все поплыло.
Чертовы слезы.
Бездействие порождает хаос. Хаос посеян во мне. Мои мысли – бесконечный поток бессмысленности и сожаления, сравнимого с пустотой.
Я и есть пустота. До тех пор, пока не начну что-то делать.
Пустота перестает быть пустотой, когда заявляет о себе.
Я ничего не исправлю, если буду только думать.
Голос все разрешит.
Действия приведут меня к чему-то. Будь то что-то плохое, или хорошее.
Неважно.
Нужно просто двигаться.
Не сдаваться.
Распахнув глаза, я притянула к себе руку и выдавила крошечную улыбку.
Моя вина перед Заком очевидна. Но она не исчезнет сама по себе. Я не настолько уверена во времени, чтобы положиться на него и понадеяться, будто оно все разрешит. Нет. Мое будущее зависит только от меня. Так же и то, буду ли я с Заком когда-нибудь, или нет.
Если не предприму что-нибудь, то так и останусь ни с чем.
Пора взять себя в руки и прекратить киснуть.
***
– Чего ты так пялишься на дверь? – спросил Тео, кружа вокруг меня с кофе в руках.
Я покачала головой.
– Да так. Ничего.
– Хмм, – Тео наклонился ко мне, и я вздрогнула, увидев его лицо в нескольких дюймах от моего. – Кого-то ждешь, подруга?
– Нет, – промямлила, отклоняясь от него.
Тео был прав. Я выжидала одного парня с аквамариновыми глазами с того момента, когда стрелки часов пробили полдень.
Он мог прийти сюда вместе с Джейсоном, чтобы перекусить.
По крайней мере, я надеялась на это.
– Эх, ладно, – вздохнул Тео. – Подменишь меня? Мне надо отойти по важным делам.
– Ты долго?
– Не думаю, – промычал он. – Отнесешь клубничный чизкейк на тринадцатый столик, окей?
– Ага.
– Спасибо, Наоми, – Тео подмигнул мне, и уже через секунду его не было видно.
Я не собиралась начинать разговор с Заком (конечно, если он все-таки придет) в «Голд». Но я надеялась, что мне удастся убедить его выслушать меня вечером после моей смены.
Мне так хотелось объяснить Заку то, что я никогда не чувствовала к Блейку того, что чувствую к нему.
Поднос чуть не выпал из моих рук, когда открылась дверь в кафе, и я увидела Джейсона. Заморозив свой взгляд на его вплывающей в зал фигуре, я запнулась о свою ногу и упала бы, если бы вовремя не повернула голову вперед.
– Простите, – пробормотала, густо покраснев и остановившись перед тринадцатым столиком.
Поставив перед светловолосой женщиной и маленькой девочкой чизкейк, я послала им краткую улыбку и тут же отвернулась. Просканировав зал, увидела Джейсона, собирающегося садиться за второй столик в противоположной стороне.
Рядом с ним не было Зака.
Издав огорченный вздох, я заметила на себе взоры нескольких посетителей. Похоже, я выразила свое разочарование слишком громко.
Джейсон откинулся на спинку мягкого сидения и уставился на экран своего телефона. Я направилась к нему, чтобы поприветствовать его и спросить, где Зак.
– Хэй! – воскликнула, нависнув над ним.
Джейсон вздрогнул и поднял голову. Растерянные изумрудные глаза коснулись моего нетерпеливого лица, и я резковато улыбнулась ему.
– Здарова, Джейсон.
– Наоми, – его губы немного растерянно растянулись в ответной улыбке. – Как жизнь?
– Супер. А у тебя?
– Тоже. Эмм, Джессика здесь? – его щеки затронул слабый румянец.
Нервозность отпустила мои конечности, и я немного расслабилась.
Их свидание с Джесс прошло лучше, чем подруга могла предположить. Они сходили в кино, затем гуляли по вечернему Индианаполису и болтали о популяции морских черепах. А потом чуть не поцеловались. Причиной этого «чуть» стала стая голубей в парке «Хэйвен», где они кормили уток в пруду. А потом они настолько засмущались, что молчали всю дорогу до дома Джессики.
– Она работала утром, – ответила запоздало. – Я думала, ты знал.
– О, – по изменившемуся выражению лица Джейсона, несложно было догадаться, что он расстроился. – Нет. Она не говорила… Что ж, я просто хотел спросить, как у нее дела, – робко улыбнувшись мне, Джейсон опустил глаза.
Я же изо всех сил скрывала свою радость за эту парочку.
«Еще не время подкалывать их» твердила себе.
А вот подкалывать свою неудачливость – самая пора.
Выдохнув со свистом, я оглядела кафе и, убедившись, что никто из посетителей не нуждается в моих услугах, и что Макса нет поблизости, рухнула напротив Джейсона.
– Слушай, – заговорщически понизив голос и подавшись вперед, начала я. – Есть одна просьба...
Заинтересованность озарила взгляд Джейсона.
– Какая?
Я замялась и неуверенно закусила губу.
Черт. Как же страшно.
Стараясь не терять свою уверенность в бешеных ударах сердца, я склонилась над столом, ближе к Джейсону, боясь, что нас может кто-нибудь услышать.
– Это будет немного странная просьба, – предупредила, ощущая, как кровь прилила к лицу.
Бодро кивнув, Джейсон придвинулся ко мне навстречу.
– Я весь во внимании.
***
Правильно ли я делаю?
Этот вопрос крутился в моей голове всю дорогу до 548 N Delaware St – дома, где живет Зак Роджерс.
Даже если я ошибаюсь, то давать задний ход не имеет никакого смысла.
Уже поздно.
Мой кулак несколько раз встретился с высокой дверью холодного, стального оттенка и нерешительно замер в воздухе. Я судорожно вздохнула и еще раз обернулась. Оглядела длинный пустой коридор со светлыми стенами, освещаемый встроенными в потолок лампами.
«Какого черта я творю?!» – это было моей последней мыслью прежде, чем раздался щелчок, и передо мной распахнулась дверь.
Моя душа сбежала в пятки, когда на меня уставилась пара глянцевых голубых глаз.
– Наоми?
Мягко говоря, Зак был шокирован, увидев меня. Вероятно, он не удивился бы так сильно, если бы сейчас перед ним стояла обнаженная Анджелина Джоли.
Я открыла рот, но слова застряли где-то в районе груди. Там, где страх оттачивал приемы каратэ на моем сердце. Тело сковал приступ сомнений, и сопротивляться его давлению было бесполезно.
Мой план состоял в том, чтобы прийти к Заку, застать его врасплох и в лоб сказать ему все то, что так тщательно продумывала весь воскресный вечер. Я попросила у Джейсона адрес Зака, и вот сейчас стою здесь, смотрю на предмет своего воздыхания, своих томлений и душевных мук, но не могу произнести ничего из того, что хотела.
Все пошло коту под хвост.
Мою пустую голову заполнили мысли о том, что в этой белой хлопковой футболке Зак слишком сексапилен. И эти спортивные серые штаны сидят на его талии неприлично низко. Такой домашний вид придавал ему особое очарование, и все, чего желало мое сердце – подойти к нему и сжать крепко в своих руках, как плюшевого медвежонка.
Но Зак не был плюшевым.
Он не был медвежонком.
Он был чертовски красивым и невероятно сексуальным.
– Э-э-э…
Ну и где моя хваленая красноречивость, которая выручала меня бесконечное множество раз? Где моя собранность, которую я копила в себе, добираясь сюда?
Мой очарованный взгляд неторопливо следовал от плавной линии скул к упрямому подбородку, крепкой шее и атлетическим плечам. Внутри все скрутилось в тугой узел, когда мои глаза уставились на мускулистую грудь, обтянутую тканью. Я мысленно представила, как касаюсь его кожи пальцами. Представила, какова она на ощупь. Нет… я вспомнила. Кожа возбуждающе гладкая и теплая.
– Итак, – вздох Зака вернул мой взгляд к его лицу. – У меня два вопроса. Первый: откуда ты узнала, где я живу? Второй: зачем ты пришла? Помолчать?
Я заморгала и заставила себя ответить.
– Это три вопроса.
Между его бровей появилась неглубокая складка. Он кратко посмотрел себе за плечо, затем вновь на меня.
– Если ты не начнешь говорить, я закрою дверь, – пояснил спокойно.
Правда? Он сделает это?
– Я… – однако его предупреждение подействовало на меня, потому что я, наконец-то, решила объясниться. – Мне, в общем… ну…
Я заметила, как Зак с легким раздражением закатил глаза. Он облокотился плечом о дверную раму и вальяжно скрестил руки.
– У меня не так много времени, поэтому, если хочешь что-то сказать, то, пожалуйста, говори быстрее.
Ни толики нежности в голосе.
Спасибо и на том, что он не захлопнул дверь перед моим носом в первую же секунду, как только увидел.
Охх, черт.
Соберись, тряпка.
Кивнув самой себе, я встретилась с насмешливым ожиданием в ярких глазах Зака.
– Между мной и Блейком ничего нет, – неплохо, для начала.
Я сделала паузу, ожидая реакции Зака. Он не пошевелился.
Отлично. Значит, я могу продолжить?
– Тот поцелуй, который ты видел… – мне было дико неловко и стыдно напоминать об этом, и я почувствовала, как напрягся Зак. – Я не хотела этого. Он поцеловал меня, но… он не виноват, что это произошло. То есть, этого бы вообще не случилось, если бы я раньше сказала ему и тебе о том, что происходит…
Вновь остановилась, чтобы перевести дыхание. Меня потряхивало, но я сжимала кулаки, представляя, что в них мой последний и единственный шанс вернуть хорошие отношения с Заком.
– Я и Блейк, мы… мы спали друг с другом.
Ну вот. Я сказала это. Низко опустив голову, чтобы не видеть лица Зака.
Несколько секунд не решалась продолжить, вслушивалась в расползающуюся тишину, отравляющую уверенность в своих действиях.
– Зачем ты говоришь мне это? – раздался хриплый голос сверху.
Прикусив изнутри щеку, я дерзко вскинула подбородок и встретилась с болезненной обидой во взгляде Зака.
– Потому что я хочу быть честной с тобой. До конца. Прости, что не сказала тебе раньше о том, какие отношения связывают меня с… Блейком. Я должна была сделать это. Но, – трудно сглотнув, вновь отвернулась, приказывая себе не расслабляться. – Я испугалась. Не знаю, чего, – коротко ухмыльнулась. Моя правая коленка стала дергаться, и я не могла скрыть свою нервозность.
– Ты любишь его? – тихо спросил Зак.
Мое сердце пропустило удар от волнения.
– Нет, – ответила твердо. – Никогда не любила. Он был моим отвлечением.
Вслух это признавать куда тяжелее.
– Отвлечением? – с беспокойным недоумением переспросил Зак.
Честной до конца.
– Я думала, что он поможет мне забыть о тебе.
Непоколебимая убежденность в моем голосе заставила его сомнение, засевшее в глазах, разбиться на миллиарды маленьких осколков. В пронзительной тишине я сумела расслышать, как вместе с судорожным выдохом из него высвобождается глубокая обида и растворяется в воздухе.
Черты его лица стремительно смягчились.
– Я ошибалась, – прошептала бессильно. – С Блейком мне не становилось легче. Все наоборот. Каждый раз он доказывал, что никогда не сумеет затмить тебя, Зак.
Клянусь, я видела, как он вздрогнул.
– Наоми? – тихо позвал меня.
– Зак?
– Я так больше не могу… – прорычал он, подошел ко мне и поцеловал меня.
Его губы накрыли мои, и это все, что нужно было моему мозгу, моему сознанию, моему телу, чтобы обвить руками его шею в следующий момент и крепко прижать к себе, сковать в нерушимые объятия и углубить поцелуй.
Это был наш первый поцелуй после десяти месяцев разлуки. И, надо сказать, столько времени вдали друг от друга стоило той страсти, с которой Зак исследовал мой рот своим языком.
В одурманенном состоянии я едва осознавала, что мы двигаемся. Зак потянул меня за собой внутрь своей квартиры. За нами громко захлопнулась дверь. Не было сил и желания открывать глаза. Вполне достаточно того, что мои руки своевольно блуждали по телу Зака, ногти впивались в горячую кожу.
Это на самом деле происходило. Я и Зак слились в невероятном, обескураживающем поцелуе, отбивающем всякое желание отстраниться друг от друга и возвратиться в реальность, где все далеко не так сладко, как пухлые губы Зака Роджерса.
Этот поцелуй забирал мои силы. Колени задрожали, и мне пришлось ухватиться за его плечи, чтобы не упасть.
Неожиданно Зак переместил руки на мои бедра и поднял меня в воздух. Я ловко обхватила его талию ногами и запрокинула голову назад, чтобы он мог ненасытно целовать мою шею.
– Я в бешенстве, что кто-то другой касался тебя, – его горячий рот спустился ниже.
Я громко ахнула и усилила хватку вокруг его бедер, когда внутри меня взорвалось напряжение, стремительно переросшее в нескончаемый поток безудержного желания заполучить Зака целиком. Мы торопились с близостью, но я была слишком увлечена наслаждением, даруемым его губами.
– Я не хочу, чтобы кто-нибудь, когда-нибудь вновь дотронулся до тебя, Наоми, – прорычал он, пригвоздив меня к стене.
Чувственно провел языком по изгибу плеча и шеи, и по моему телу прошлась волна лихорадочного жара.
– Ты моя, Наоми, – Зак придвинулся ко мне ближе. – Ты, черт подери, только моя. Теперь и всегда.
– Угу, – я была не в том состоянии, чтобы давать развернутые ответы.
– Посмотри на меня, – он надавил большим пальцем на мой подбородок, опуская его так, чтобы мои затуманенные глаза встретились с его. – Скажи это. Скажи, что будешь моей, Наоми. Скажи, что больше никогда и никого не желала так сильно, как меня.
Это и без слов было ясно.
Определенно, что Зак Роджерс – самый желанный мною парень. Очевидно, что больше ни с кем мне не будет так хорошо, как с ним.
– Скажи, – шепотом вторил он, наклонив голову вперед.
