Текст книги "Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 24
Пробел в досье

Палид, взгляд со стороны

Город спал. Точнее – делал вид, что спал, потому что новости о приближающейся армии давно добрались даже до самого безумного нищего.

В каждой мухе подозревали шпиона Затмения. В каждом новом человеке – агента бунтовщиков, готовящегося тайно открыть врагам ворота.

Количество преступлений росло с каждым днём, ведь страже было не до воров и убийц. Охраняли только имения знати, дворец, ключевые для столицы объекты и склады. На всё остальное откровенно плевали.

Войска дежурили на стенах, часть солдат ворочалась в казармах, ожидая утренней смены – не в силах уснуть.

Шли последние проверки, переклички, пересчёты, подготовка. Размещались баррикады, готовились засады, застрельные места, военные машины.

Осады не будет, произойдёт штурм. Это знали все, оттого боялись последствий. Люди говорили об одном. О Затмении. О том, что город сожрёт рой, как было с Диргосом.

Один лишь Райнер Силиват не поддавался панике и не менял планы. Привычно закончив все свои дела, он тщательно сложил бумаги, после чего запер кабинет, будучи в полной уверенности, что завтра столь же привычно войдёт в него снова, сохранив свой статус и положение.

Да и как могло бы быть иначе, если тело Ребиса наконец сменит хозяина? Его капитан был уверен, что достаточно измотал психику парня, а значит, он не будет сопротивляться. Привык подчиняться настолько, насколько это возможно.

Ранее они уже проворачивали схожие планы, а потому Силиват не сомневался.

Поправив камзол, Первый министр стряхнул пылинку с плеча и направился на самый верх. На вершину дворца. Оттуда мужчина принялся наблюдать за всем, что происходило в столице.

За столько лет он научился видеть то, чего не видят другие. Не будущее, увы, подобное невозможно даже для его божественного капитана. Зато Силиват замечательно умел предугадывать вероятности. Находить нити чужих судеб. Наблюдать, как одна тянет за собой остальные – как брошенный в воду камень, создающий круги, достигающие аж самого берега.

Сейчас нитей осталось мало. Вероятности ограничены. Всё решится за эти несколько часов. Будущее города, острова, всей империи. О, Саркарн даже не подозревает, что происходит в далёкой провинции, иначе отправили бы сюда не пару Клинков, а полноценного Дракона или двух!

Ошибка. Заблуждение. Силиват сам поспособствовал этому. Занизил проблему. Уменьшил опасность. Предоставил метрополии те документы, которые были нужны. Те, которые вызвали у них лишь короткие кивки.

Обычные волнения из-за засухи. Рядовой мятеж. Бунтовщики, на чью сторону встало несколько воителей и пара Проóклятых. Право, какая мелочь! Не заслуживает даже Серебряного Легиона.

А теперь Палид видит чужую армию, отчего у всех пятидесяти тысяч горожан трясутся поджилки. Они боятся, что рой мух поглотит их без остатка. Наивные! Загрейн Сантарос ни за что так не поступит, ведь надеется найти среди этих людей давно потерянное сокровище.

Свою сестру.

– Какая ирония! – рассмеялся Райнер Силиват. – Это лучшая твоя шутка, капитан! И не ври, что не приложил к этому свою руку!

Темнота не ответила. Темнота никогда не отвечала – это было её единственным достоинством.

Лагерь бунтовщиков не затихал. Напротив, он постепенно извергал из себя людей, которые выстраивались в линии. Дисциплина была куда выше, нежели при походе на Брохус, Хаттофи или Измар. Ведь сейчас среди них был сам Клинок Тысячи Войн. Человек, который мог отнять чужую жизнь за любую мелочь. Тот, кого лучше не провоцировать собственным расхлябанным поведением.

На руку дисциплине сыграло и присоединение войск Ледяного Змея. Рентау предоставил три тысячи умелых пехотинцев, сотню воителей, десятки умелых офицеров. Амонатор Зальтек делал ставку на Ребиса, не подозревая, что играет против краплёной колоды. Шулер уже потирает руки, подсчитывая выигрыш.

Сколько же прибыли сумеет выжать из этого Грейхорн? Как скоро Рентау, а вслед за ним и все ресурсы Ледяного Змея сменят хозяина?

Райнер Силиват, он же пропавший вместе с Истинным его первый помощник Нортес, облокотился на перила.

Палид был красивым городом. Величественным. Немногим, на самом деле, уступающим Карматору. Столица Саркарна была, конечно, куда больше, но и грязнее, запущеннее. Нуждалась в перестройке, как и любой достаточно старый и крупный город.

– Что же, – тихо произнёс Первый министр. – Посмотрим.

* * *

Этой ночью я не спал. И не только потому, что провёл её вместе с Заной, как проводил все предыдущие две недели, не в силах насытиться ею, как и она мной.

Нет. Каждую минуту времени я проверял и перепроверял, используя в этом деле мух. Нашу армию, лагерь, ближайшую территорию на наличие засад. И… конечно же Палид.

Город был огромным – я знал это, облетев его множество раз, – но приноровиться никак не мог. Масштаб бил по глазам. Отвык я. Банально отвык.

То и дело находил ловушки, складскую алхимию, бочки с зажигательной смесью, инструктирующих людей офицеров.

Я мог начать атаку хоть сейчас. Серия диверсий: взрыв тут, взрыв там. Их собственные припасы привели бы к тому, что…

Палид бы запылал.

Но это было совершенно не то, что мне нужно.

Дэля могла пострадать. А потому, как бы мне того не хотелось, все снаряды должны найти свою цель в рядах нашей армии.

С другой стороны, они сыграли свою роль, выполнили задачу и уже не нужны. Ребис сядет на своё трон, как и хотел. Я лично усажу туда его покрытую виррами задницу, после чего получу адрес сестры. Пусть потом делает, что хочет. Мне уже не будет никакого до этого дела.

– Не спишь, – постановила Зана, закинув руку мне на грудь.

– Угу… – протянул я. – Это ты по отсутствию храпа догадалась?

– А-а, так ты знаешь, – улыбнулась она, завозилась рядом. Вслед за рукой на меня переложили обжигающе горячую ногу.

Бедро на бедро, кожа на кожу.

Палатка была большой, но кроме кровати сюда поместилась разве что тумбочка и шкаф для одежды. Нет, ещё ведро, заменяющее туалет. Что поделать, банальная человеческая лень не позволяла бегать до солдатской сральной ямы. А, нет, ещё «элемент стеснительности». Плевать, что Зана могла убить девяносто процентов вояк, она всё ещё была «воздушной девочкой, которые не какают».

– Я не хочу, – куда-то в бок заговорила она, – произносить столь приевшиеся и глупые фразы, как «вернись живым».

– Так не произноси.

– Да… не стану.

Я чуть крепче обнял её, невольно вспоминая Вету. Не из любовного интереса, который давно угас, скорее… как подругу. Погибшую по недосмотру Ребиса и только его. Ведь будучи неплохой воительницей, она два года налаживала шпионскую сеть вместе с Годартом. В самом тылу врага! Но стоило приехать в Худрос, как тут же померла.

Работа Гончих? Ну-ну… я сразу не слишком-то поверил в это, а уж когда Зана рассказала больше…

Я почти уверен, в случившемся крылась какая-то интрига. И я намеревался расколоть брата, как орешек, выбивая, – силой, если потребуется! – из него эту информацию.

Проревел горн. Ранняя побудка, как и договаривались. Удар по Палиду планировался ещё затемно.

– Пора, – вздохнул я. На душе скреблись кошки. Не знаю почему. Нехорошее предчувствие. И это странно. В столице просто не осталось столь же могучих сил, которые могли всерьёз противостоять мне или Ребису. Ни Умершего Бога, ни новых Хранителей. Даже Клинков, как сказал брат, всего двое, причём не самых сильных.

Волноваться не о чем. Так?

Зана поцеловала меня в щёку. Слабо улыбнулась.

– Мы поедем в путешествие, когда всё закончится?

– Не говори такое перед важным сражением, – слабо улыбнулся я. – Все, кто строит планы на жизнь после войны, погибают. Такая вот… доля у них.

– Не шути так.

– Именно, – поднял я палец. – Так что, милая моя, не вздумай выходить из лагеря.

– Ты ведь оставишь здесь мух?

– Само собой.

– Тогда проследи сам, – усмехнулась она, – чтобы со мной ничего не произошло.

– Эх, всё делать самому. Зачем мне девушка в таком случае?

Насмешливо переругиваясь, пытаясь таким нехитрым образом избавиться от беспокойства, мы быстро одевались, готовясь к финальному этапу войны, к которой шли все последние годы. Ровно со времён того, как Ребис в первый раз воскрес в подвале храма, посвящённого Наршгалу.

* * *

Палид, взгляд со стороны

Десятки горнов координировали масштабное наступление. И нападающие и защитники испытали от этого облегчение. Первые от того, что вскоре смогут выплеснуть агрессию и ярость, попутно обогащаясь, вторые – от того, что скоро всё, наконец-то, закончится.

«Быстрее бы», – думали стражники, занимая свои места на стенах.

«Быстрее!» – аналогично думали мятежники.

«И да поможет нам Наршгал!» – думали они все.

Тысячи людей, разделённых стенами и убеждениями, в один миг объединились в самом искреннем человеческом чувстве – чистом, неразбавленном предвкушении грядущего.

Со стороны наступление казалось откровенно жалким и даже смешным. Что такое семь тысяч человек против города с населением более пятидесяти тысяч? Но даже если забыть про разницу в снаряжении, дисциплине, умении и решимости, оставались воители. Люди с Аурой, каждый из которых в одиночку мог убить не менее пары сотен обычных солдат, а некоторые – и пару тысяч.

Над полем летали мухи, контролируя и наблюдая. Загрейн помогал и координировал штурм, передавая информацию офицерам, командирам, горнистам. Всё, чтобы бойня закончилась быстрее и с меньшим числом жертв среди горожан.

Более того, эту мысль Загрейн не поленился донести до всех командиров и офицеров. Солдатам же обещали лучших шлюх и бесплатную выпивку в течение трёх дней после победы, если никто из них не будет насиловать горожанок.

Не гарантия успеха, но хороший шанс на выживание Дэли.

Одной рукой Затмение привычно демонстрировал кнут, второй же, в этот раз, показал пряник.

Защитники активно суетились, разворачивая лучников и арбалетчиков. Появлялись расчёты катапульт с алхимическими бомбами. Многие снаряжали массивные огнемёты – разработку Саркарна, которой надеялись уничтожать мух.

Мятежников ждали. Готовились разбить, контратаковать, убить лидеров, обезглавить восстание. И если это удастся… О, беспорядочная армия бунтовщиков развеется, словно дым.

Вот в чём отличие банды от государства! Государство, даже лишившись своего главы, продолжает оставаться чёткой системой, а банда мгновенно теряется. Ведь лишь сила и авторитет скрепляют этих людей, словно цемент кирпичи. Убери вождя, как всё рассыплется.

Да, Палиду нужно просто выстоять и убить Клинка Тысячи Войн. Ещё, желательно, Затмение. Тогда мятежники ничего не сумеют сделать.

Шансы на успех… были.

– Держать строй! – заорал Годарт, когда баллисты со стен Палида начали совершать первые выстрелы. – Щиты вверх, сукины дети!

Это не спасло бы их, но так люди будут меньше боятся. Начнут думать, что делают какие-то вещи, дабы остаться в живых. А надежда – очень коварная стерва. Она обожает обманывать, как сейчас.

Первый снаряд лёг с недолётом, подняв фонтан земли в десяти шагах от строя. Комья грязи хлестнули по щитам. Послышалась громкая ругань.

«Следующий будет точнее. Они однозначно сделают поправки», – подумал Годарт.

Загрейн совершал десятки телепортов в минуту, его мухи активно питались органикой в Измаре и мелких деревеньках поблизости, обеспечивая его энергией. И совсем без трупов! Органического мусора, мелких вредителей, порченых овощей и фруктов на востоке было завались. Этот край не подвергся суровой засухе, в отличие от запада. Он легко мог прокормить даже в три раза большее население.

В полёт был отправлен подожжённый снаряд, наполненный взрывной алхимией. Один из воителей мятежников отбил его в небе, прыгая по воздуху.

Это стало сигналом. Не объявленным, но чётким, словно ещё один вой горна.

На стены обрушились мухи, разрывая защитников на куски. Компанию им составили воители, столкнувшиеся с точно такими же пользователями Ауры из Палида.

Рядовые солдаты на стенах подрубили огнемёты, выжигая всё, что видели их глаза. И это сработало. Суматошные, наскоро обученные, огнемётчики представляли серьёзную опасность. Загрейну пришлось использовать Ауру, чтобы его мухи добирались до этих безумцев, рискнувших нацепить на себя баллон, полный огненной смеси.

Взрывы таких бойцов создавали просеки среди своих же. Обугленные угольки вместо тел взлетали в воздух.

Пламя не жалело никого. Даже опытные воители, привыкшие удерживать Ауру, иной раз терялись, не зная что делать со смесью, которая просто отказывалась тухнуть на их коже. Энергия на Ауру Защиты уходила стремительным темпом, заставляя людей бежать в сторону залива, надеясь, что вода потушит алхимическую дрянь.

Так защитники отбили первый натиск, но мятежная армия уже подоспела к стенам, сблизилась, начала приставлять штурмовые лестницы. А вместе с ними – вторая волна воителей, включая умелых бойцов Ледяного Змея.

Фабиан Изайа, между тем, выполнял свою работу: под прикрытием воителей он добрался до городских ворот, установив на них мощную бомбу собственного производства.

– Назад! – заорал он после этого. – Все назад!

Фитиль догорел, подрывая и ворота, и часть стены. Мощь взрыва раскидала защитников и часть нападающих. Обломки посыпались с неба, создавая хаос на поле боя.

Пламя жгло даже камень, но в стене образовалась гигантская дыра, сквозь которую вначале тонким ручьём, а потом всё бóльшим, хлынули мятежники.

– Смерть Вермитраксу! – раздавались вопли. – Долой саркарнских псов!

* * *

Палид, взгляд со стороны

Фабиан с небольшой группой двигался к порту. Именно там, по мнению разведки и сведениям, полученным Годартом, должны ошиваться выжившие учёные наместника.

И их новое устройство привлечения фишисов.

Хаос, вызванный тварями, не был нужен никому из лидеров мятежной армии, а потому Фабиан должен был в очередной раз сделать то, чему он был обучен лучше всего.

Не считая алхимии, конечно.

Он должен был всего лишь тайно пробраться на другой конец города, установив своё устройство-глушилку, мешая противнику.

Все последние месяцы Фабиану пришлось работать, чтобы в должной мере его создать! И даже теперь оно было несколько… нестабильно. И грозило взрывом, если повредить хотя бы пару деталек.

Взрыв обещал быть весьма серьёзным. «Весьма серьёзным» Фабиан называл ситуацию, когда от него и всех, кто рядом, не осталось бы даже пепла, достаточного для погребальной урны.

Именно поэтому алхимик старался нести устройство предельно аккуратно и мысленно надеяться, что Годарт со своей разведкой ошибся. Что ему не придётся активировать эту штуку, заглушая сигнал привлечения фишисов.

Безусловно имелись сомнения. Во всём. От того, правда ли у Вермитракса имеются средства и возможности для продолжения научной деятельности в период войны? Или имелось ли в Палиде нужное оборудование, как было в Артахаре? Наконец, заканчивая самим фактом физической возможности добраться до портового района Палида.

«Почему бы мухам просто не убить всех этих учёных?» – сокрушался Фабиан, нервно грызя пальцы правой руки, начавшие привычно уже кровоточить.

Он даже как-то спросил об этом Загрейна напрямую.

– Потому что я не бог, – ответил ему он. – И не могу контролировать сразу всё. К тому же, нам пригодятся живые учёные после войны. Ты тоже постарайся их не убивать.

И вместо помощи Фабиан получил лишь усложнение задачи. Не убивать! Вот так да!

Однако он был профессионалом, а потому пробирался по растревоженному городу, улицы которого превращались в поле боя. Чтобы не испытывать проблем, алхимику пришлось спуститься в канализацию. Его сопровождение восприняла подобную дорогу с долей смирения.

Благо, Фабиан знал эти пути. Не идеально, но достаточно. Изучил ещё будучи сотрудником разведки в Саркарне, когда прикидывал варианты побега. Миизар казался достаточно удалённым и провинциальным местом, чтобы затеряться. Хотя бы на первое время. Знал ли он тогда, во что всё то выльется?

– Здесь, – сказал Фабиан, остановившись у развилки.

Левый тоннель уходил вверх и ко дворцу Куфо. Правый – вниз, к гавани.

– Город пылает, – пробормотал один из воителей. – Шум приближается.

– Значит, поспешим, – выдохнул Фабиан. – Давайте, быстрее!

В порту было людно. Сотни человек желали отплыть из города и у многих имелись на то возможности в виде собственных кораблей. Но приказ наместника был ясен, а потому охрана удерживала горожан, отгоняя древками копий и ножнами мечей, пока что не желая обнажать оружие.

Одна из групп, впрочем, сразу привлекла внимание Фабиана. Полтора десятка человек на небольшой галере. Они не разгружали корабль, не стремились отплыть и даже не контролировали прибрежные воды.

Они погружали в залив какое-то оборудование.

– Новое слово в следующих войнах, – пробурчал алхимик. – Если, конечно, выйдет за пределы Миизара.

Но в этом, признаться, сомнений нет. Саркарн точно уже был обо всём в курсе.

– Нужно пробраться к воде, – сказал Фабиан. – Играем роль аристократа и его свиты. Действуем нагло, пробиваем линию стражи, пропускаем людей на корабли, проходим с ними, но сворачиваем вон к тем молодчикам, – указал он окровавленным пальцем. – Охрану убейте, учёных не трогаем, а дальше по обстоятельствам.

– Обожаю работать по обстоятельствам, – проворчал один из семи его воителей. Фабиан лишь скорчил рожицу.

Силой пробиваясь через толпу, они оказались прямо перед линией стражи.

– Не положено, назад, – рыкнул ближайший солдат, удерживая копьё. – Живо!

– Я лорд Борбон и никто не смеет мне приказывать! – пискляво завопил Фабиан. – Разогнать смердов!

Его воители бросились на стражу, легко круша их и ломая кости. Толпа за спиной алхимика разразилась радостными криками, полными поддержки.

– Все вы! – обернулся к ним Фабиан. – Можете бежать куда хотите, Палид пал! Я точно знаю, наместник уже мёртв!

«Маленькая капелька паники», – насмешливо подумал он.

Его люди, между тем, уже столкнулись с охраной учёных, где… неожиданно застряли. Против них выступили другие воители, чего алхимик, признаться, не ожидал.

– Ну надо же, – улыбчиво сказал мужчина в плаще, снимая капюшон и показывая Фабиану знакомое лицо. – Доктор Фай, собственной персоной! А мы в разведке уже думали, что ты мёртв.

– Не ври, Могильщик, – нахмурился Фабиан, – Гончие никогда не списывают пропавших, как мёртвых, продолжая считать их живыми, пока не получат доказательства обратного.

Мужчина демонстративно похлопал, коротко обернулся на застывших соляными статуями учёных.

– Продолжайте, – коротко бросил он.

– Нам нужно ещё хотя бы двадцать минут… – проблеял ближайший, поправляя очки.

– А вот здесь спешить не стоит, – шагнул Фабиан ближе. – У тебя есть возможность сбежать, Могильщик. Оставь оборудование, подними парус, да вали на все четыре стороны. Палид скоро падёт, до тебя никому не будет дела.

– С чего ты взял, что Гончим интересна эта дыра? – процедил он. – Нет, нам нужно провести финальное испытание устройства. Для этого Тагг со своими силами притащили сюда колонию фишисов. Всего пять тысяч рыбин, но знаешь, что будет, когда они получат сигнал, заставляющий броситься в строго определённую точку, попутно просто пылая яростью?

– Знаю.

– Ах да, ты был в Артахаре. Занятное дельце, не так ли? Но пóлно, у меня есть для тебя новости, Доктор Фай.

Фабиан сделал знак своим воителям. Открыто, небрежно. Те достали оружие, начав смещаться.

– И какие же? Джисел Хельм наконец подох?

– Нет, наш глава живёт и здравствует, а вот Кайлия…

Алхимик опешил, дёрнулся.

– Она мертва… – буркнул он.

– Нет, – улыбнулся Могильщик. – Ты был небрежен, когда проверял свою напарницу. Девчонку сумели спасти и откачать. Да, Хельм приказал скрыть это от тебя, проверяя преданность, которая… ну, не будем о грустном. Фишка в том, Фай, что теперь ты получил кое-какие рычаги власти. Ты занимаешь не последнее место среди людей Зальтека. Ты пробился в окружение Клинка Тысячи Войн, имеешь знакомство с Затмением. Это перспективно. Хельм сказал, что по возможности готов закрыть глаза на прежние грехи. Переходи на нашу сторону, стань двойным агентом, кем ты был в Эвердаре. И тогда он отправит сюда Кайлию.

– Сюда?..

– Угу… Нужно ведь как-то налаживать связи с новым наместником Миизара?

– Ребис не станет подчиняться Саркарну, – мотнул Фабиан головой.

– Ох, не изображай из себя наивного черноногого крестьянина! Даже с поддержкой Зальтека вашему Ребису ничего не останется, кроме как принять покровительство кайзера Наратэя Линериоса. Иначе Саркарн направит сюда не парочку Клинков-неудачников, которых желали быстрее убрать с глаз, а Дракона. И остров запылает.

– Ну, – пожал Фабиан плечами, – пусть попробуют. Не думаю, правда, что найдётся хоть один свободный Золотой или Серебряный Легион.

– Ты мне не веришь? – прищурился Могильщик, попутно отслеживая воителей Фабиана.

– В то, что Кайлия жива? Нет.

– А если я докажу это?

– Как?

– У меня есть её фото. Свежее.

– Подделка…

– Думаешь? – Могильщик улыбнулся. – Сам посмотри. Вот оно…

Он шагнул вперёд, протянул руку.

Фабиан миг мешкал, но тоже шагнул ближе.

В момент, когда его окровавленные пальцы взяли карточку фотографии, Могильщик молниеносно вонзил кинжал ему в живот. Воители той и другой стороны сорвались, набрасываясь друг на друга и кромсая на части. Но шум поглощался портом, где подобные драки проходили на каждом втором корабле.

– Приятно, – шепнул Могильщик, сжимая плечо Фабиана, – когда осознаёшь, что не зря изучал анализ твоего психотипа, Доктор Фай. Гончие просчитали тебя от и до. Ты думал, что сбежал от нас? Что спрятался в этой дыре? Мы просто дали тебе вырастить этот сад, чтобы потом было удобнее собрать урожай. Мы давно знали, где ты, позволяя тебе находиться тут. До поры до времени. Налаживать связи. Чтобы любой момент…

– Здорово, – оборвал его Фабиан, кашлянув кровью. – А про склонность к суициду в моём досье не говорилось?

Глаза Могильщика расширились, когда алхимик достал устройство глушения сигнала и с мстительной радостью вырвал небольшой рычажок.

Мир исчез в белом свете. Мощнейший взрыв сотряс гавань, уничтожая всё, в пределах сотни метров.