Текст книги "Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25
Поклявшийся

Палид, взгляд со стороны

Город горел в трёх местах одновременно.

Аделаида видела это с улицы – дым поднимался над крышами широкими чёрными столбами и ветер нёс его в сторону моря. Три места: ворота, порт, арсенал с огненной смесью. В последнем, возможно, нет вины мятежников, – слишком уж капризной была алхимия, готовая взорваться при первом же небрежном обращении.

Девушка закусила ноготь, нахмурилась. Силы врага казались пусть и хаотичными, но куда более… впечатляющими, чем имелось у них. Неприятно.

– Необходимо нанести удар возле восточных кварталов, – вырос рядом Тагг. – Войска мятежников там малочисленны. Одним ударом мы заблокируем им проход и обеспечим относительно крепкий тыл.

Аделаида кивнула, впервые за всё время отправки на Миизар задумавшись, может быть Нелсунг был прав и ссылка в этот регион была не признанием её навыков, а… чем-то более неприятным?

Тагг, к счастью, одним своим видом внушал спокойствие и уверенность. Высокий, с обнажённым клинком в руках, который уже успел хлебнуть крови бунтовщиков, он отдавал чёткие команды офицерам и воителям, прибывшим с ним из Саркарна.

Две тысячи профессиональных солдат и сотня воинов с Аурой. Солидные силы. Даже очень. Но не тогда, когда восставших поддерживал Безграничный, пусть даже и не лично.

– На востоке рынок, – припомнила Аделаида. – Улицы узкие, мы растянемся.

– Мятежники тоже. Да и выбора, – криво ухмыльнулся он, – особого нет. Западное направление уже потеряно, в порту тоже не всё в порядке. Нас загоняют вглубь города.

«Это верно. Обратно на корабли отступить не получится», – мысленно согласилась Аделаида. Не то чтобы она рвалась туда, но… всегда приятно иметь пути отступления.

Совсем другим взглядом она посмотрела на Калвера Тагга. Ещё неделю назад девушка считала, что он просто стареющий Клинок, очередной интриган, играющий на стороне дома Монтейров. Ныне мужчина казался тем, кем и был – ветераном Аспенгейтской кампании. Человеком, имеющим опыт прохождения через такие вот мясорубки.

Тем, кто может вытянуть их. А может, – чем чёрт не шутит? – сыграть весомую роль в наведении порядка на этом куске земли.

С карниза ближайшего дома низвергся ревущий поток жидкого пламени. Два огнемётчика, зажатые в узком переулке, отчаянно выжигали пространство перед собой, превращая воздух в раскалённое марево. В этом аду метался рой: тысячи мух вспыхивали крошечными искрами, но на их место из дыма вылетали новые, неумолимые и холодные в своей ярости.

Видимо разведка, иначе Затмение не направил бы обычных насекомых, а усилил их Аурой.

Впрочем, смысла в огне было мало. Мухи далеко не всегда летали роем. Зачастую отдельными, почти невидимыми особями. Даже Аура Наблюдения не всегда помогала, слишком уж много всего, отвлекающего внимание, кружило в воздухе.

Крик впереди. Десяток солдат наместника выбежал им навстречу. В спину им летели дротики. Чей-то труп завалился прямо под ноги Тагга. Миг спустя показались загонщики, даже не замедлившиеся, увидев новых врагов. В саркарнских солдат полетела новая порция стали.

– Щиты! – выкрикнул Тагг, подавая пример.

Аделаида последовала общему движению, ощутив, как напитанное Защитой дерево отбило метательное копьё.

Лошадиный крик оборвался хрипом, а потом на них налетела толпа.

Клинок Аделаиды вылетел из ножен и нашёл первое горло ещё в движении. Кровь брызнула горячим дождём.

Новая цель. И ещё. И ещё…

Против них вышло не просто «мясо», набранное мятежниками из афридских кабаков. Это были умелые бойцы, часть из которых владела Аурой. Аделаида нахмурилась, не рискуя использовать свои приёмы, чтобы не зацепить своих. Да и энергию надо экономит.

Била она аккуратно. Точечно. С минимумом затрат. Удар-удар-удар.

Трупы падали вокруг неё, как дрова. Рукоять меча скользила от пота и чужой крови, а лезвие затупилось, превратившись в железную дубину, что скорее дробила кости и вязла в плоти, чем резало. Аделаида едва успевала перехватывать оружие, ощущая себя маятником – удар, шаг, блок – теряя счёт времени и жизням, гаснущим под её клинком.

Близстоящие солдаты использовали девушку, как таран, скрываясь за ней и добивая подранков. Тагг бился неподалёку, попутно прикрывая её – девчонку из рода имперских грандов. Знал, что если она погибнет, то и ему не сносить головы.

А вокруг постепенно увеличивался рой. Загрейн не сражался лицом к лицу – в этом не было смысла. Он совершал налёты то тут, то там. Старался контролировать территорию города, следить за всеми стычками, попутно помогая своим в особо сложных ситуациях.

Трижды Загрейн убивал наиболее опасных воителей Вермитракса. Один раз помешал распоясавшемуся воину сорваться на гражданских. Другой раз не позволил поджечь склад с алхимической дрянью, опасаясь, что зацепит ближайший жилой квартал.

Кто знает, вдруг там живёт Дэля? Он не простит себе, если она пострадает по его невнимательности.

На миг перед глазами встало лицо, которое Загрейн видел во сне. Встало и тут же развеялось, а парень мысленно поморщился.

«Не тупи, она давно выросла».

Мысленное усилие создало ещё один рой из десяти тысяч мух, которые бросились подъедать трупы, заражая мясо личинками и ускоряя поглощение питательной органики. А мертвецов сегодня обещает быть много…

Внимание Загрейна привлёк шум боя. Где-то на полпути ко дворцу Куфо сцепилось двое неимоверно сильных воителей.

* * *

Палид, взгляд со стороны

Эрмалия Грант сидела у стены. Её задевали ногами, толкали, роняли бегущие люди.

«Выйти из дворца было плохой идеей», – мелькнула короткая мысль в её голове.

Ещё с вечера Палид превратился в смертельную ловушку, где безумие начало овладевать людскими душами.

Недавно Эрмалия очнулась в тёмном погребе, окружённая разбитыми винными бочками. Ограбленная, без большей части одежды. Боль между ног намекнула ей, что случилось худшее. Губы вспухли и ныли от поцелуев, которых она не помнила; спутанные волосы окрасились кровью. Она кое-как выбралась из-под земли, проползла по грязным камням до ближайшей стенки и скрючилась, тупо глядя на картину паники.

Город скрылся в дыму. Бурый полумрак, звуки далёких схваток – в гавани, слева от неё, около северной и восточной стен справа. Горожане беспорядочно носились по улице. Двое мужчин напротив неё сошлись в смертной драке: один пытался проколоть другого, потом начал лупить его головой о мостовую. Гулкий стук сменился влажным хрустом. Победитель откатился от содрогающейся жертвы, встал и, шатаясь, побрёл восвояси.

Другие выбивали двери. Внутри вопили обнаруженные войсками женщины.

Самое смешное – мятежников в этой части города ещё не было.

Справа появились трое мужчин – явных мародёров. Один нёс окровавленную дубинку, другой размахивал серпом. Третий тащил за ногу тело мёртвой или потерявшей сознание девочки.

Они заметили ее. Хозяин дубинки ухмыльнулся:

– Мы пришли забрать тебя, дворцовая служанка. Очнулась и ещё захотелось, ась?

– Всё-таки кожа у неё сущий бархат. Не чета шлюхам из Глубинного, – добавил владелец серпа и причмокнул.

– Что ты хочешь, она же во дворце служит, – произнёс третий.

Эрмалия не узнавала их, но в глядящих на неё глазах было что-то ужасно знакомое.

– Город пал, – продолжил первый, подходя всё ближе. – Но у нас есть путь наружу, и мы хотим тебя захватить.

– Решили оставить для себя, дорогуша, – загоготал человек с серпом. – Не беспокойся, мы тебе не навредим.

Эрмалия прижалась к стене.

Внезапно раздался новый голос:

– Стоять!

Троица оглянулась, заметив незнакомца. Высокий рост, ярко синие глаза, волосы с лёгкой сединой на ещё молодом лице.

Эрмалия заморгала. Никогда она не видела подобного доспеха, а ведь кольчуга пурпурного цвета запомнилась бы любому. У бедра незнакомца висел широкий меч. Он не спешил вытаскивать его из ножен.

– Ты ещё кто? – прищурился серпоносец.

– Какой-то иноземный ублюдок, – сказал тип с дубинкой. – Из Саркарна поди. О, знаю, из этих, что с Клинком приплыли!

– Найди себе другую девку, – сплюнул третий.

– Уже нашёл, – зло бросил им незнакомец, шагая вперёд.

– Она наша! – крикнул носящий серп.

– Не подходи, – прорычал третий, поднимая тело ребёнка над головой, словно собирался сражаться им.

Эрмалия поняла, что он уже использовал его подобным образом.

«О дитя, лучше тебе быть мёртвой. Лучше бы тебе умереть сразу…»

– Ты нас знаешь, чужак, – сказал человек с дубинкой.

– Это точно! Вы ужас этого городишки. Я многое слышал о ваших подвигах. Это даёт мне преимущество.

– Как так? – заморгал владелец дубинки.

Иноземец медленно подходил ближе. Что-то блеснуло в его глазах, когда он ответил:

– Потому что ВЫ ни черта обо мне не знаете.

Взметнулась дубина. Блеснул серп. Тело вспороло воздух.

И было поймано рукой незнакомца. Одновременно он поднял другую руку, ладонью кверху, и вроде бы слегка коснулся подбородка первого бандита.

Эрмалия не поняла. Всё случилось слишком быстро. Будто в момент, когда она моргнула.

Щёлк, – и человек с дубинкой валялся на земле. Второй смотрел на собственный серп, торчащий из груди. Медленно оседал.

Треск. Фонтан кровавых брызг.

Чужеземец отступил, неся тело девочки под мышкой. Левая рука держала нижнюю челюсть третьего бандита – будто кожаную ручку ведра.

Справа от Эрмалии слышались отвратительные хлюпающие звуки. Лишившийся челюсти мужчина выпучил глаза и хрипел.

Незнакомец отбросил челюсть с висевшими на ней нёбом и куском языка. Положив девочку на землю, шагнул к противнику.

– Мне не понравилось, что вы делали. Ничего не понравилось, а меньше всего сделанное с этой женщиной и этой девочкой. Так что я решил тебя изуродовать. Очень сильно.

Бандит повернулся, как будто собирался бежать. Затем ноги ему отказали, и он шлёпнулся на брюхо, распластался по мостовой.

Незнакомец торжественно и медленно склонился над ним. Два коротких тычка пальцами в основание шеи, справа и слева – и Эрмалия услышала треск позвонков. Вокруг головы собиралась лужица крови.

Мужчина переместил внимание на промежность врага.

– Хватит.

Он оглянулся, поднимая брови.

– Хватит, – сказала она. – Убей его. Просто убей.

– Уверена?

Из окна здания напротив выглядывали горожане. Не отрывали от них взоров.

– Достаточно, – прохрипела Эрмалия.

– Хорошо.

Он слегка распрямил спину. Тычок в затылок. Кость проломилась. Тело замерло.

Незнакомый воитель выпрямился.

– Так лучше?

«Да уж. Всё лучше и лучше…»

Мужчина шагнул к ней.

– Мне ничего не нужно. Помощь была бескорыстной и не стоила благодарностей. Я рад, что теперь ты в относительной безопасности.

– Девочка?

Взгляд наполнился болью:

– Думаю, затоптана лошадью. Уже довольно давно.

– Что случилось? – Эрмалия махнула рукой. – Тут… я… Недавно очнулась.

Незнакомец мгновение размышлял.

– Войска мятежников уже внутри стен. Палид пал. Порт взорвали. Защитники с каждым часом всё больше отступают. Боюсь, дело плохо.

Он оглянулся через плечо.

– Аура Наблюдения показывает, что враги убивают лишь солдат. Не грабят, не насилуют. Это даже как-то… благородно. Но знаешь, никаких гарантий, что в следующий миг всё не изменится, у меня нет.

Он помог ей встать. Она вздрогнула, когда её коснулись руки – орудия кровавого убийства.

Если воитель и заметил, то не подал вида.

– Меня зовут Дейкон, я один из Поклявшихся.

Эрмалия удивлённо посмотрела на него, одним лишь взглядом спрашивая, что он тут забыл.

– Долгая история, – поморщился воитель. – Я собираюсь валить из города, пока ещё есть такая возможность.

– Разве есть?

– У меня Аура, – улыбнулся он. – Так что да, есть.

– А… зачем тебе я?

– Потому что могу.

Она поняла, что движется. Они шли, избирая кривые переулки, не показываясь на больших улицах. Со всех сторон слышались звуки резни. Внезапно Дейкон покачал головой:

– Проклятие, нас отрезали.

* * *

Палид, взгляд со стороны

Они оказались втянутыми в резню – озадаченные свидетели убийства несчастных дезорганизованных солдат, неспособных уже ни к какому сопротивлению.

Годарт брёл в хвосте охраны Ребиса – двенадцати разъярённых воителей, режущих плоть и рубящих врагов напропалую, словно они пробивались через тростники.

Майор не пожелал командовать наступлением. Он знал, что его время ограничено, а потому захотел быть на острие атаки. А где атака могла быть наиболее сильной, чем рядом с тем, кто собрался лично убить наместника Вермитракса?

Ребис показывал выдающееся мастерство, которое удивляло даже Годарта, успевшего повоевать в составе Железной Армии, сражаясь вместе с ней против самогó Саркарна. Руки Клинка Тысячи Войн казались размытыми пятнами, однако каждое движение выходило выверенным и безошибочным.

Он что-то бормотал – маниакальный бред, раз за разом прерываемый взвизгами, в которых было страха не меньше, чем гнева. Это не торжествующий воин. Не берсерк, не боец в ореоле самоубийственной храбрости. Убийца… Мясник.

Стоявший рядом воитель упал под отчаянным ударом защитника. Ребис завизжал, бросаясь к врагу. Божественный меч поднялся, кровь брызнула, будто вода. Он чуть не задохнулся от смеха. Свита украдкой косилась на одичавшего правителя.

Путь вёл далее по улице, через некое подобие заслона. Годарт то и дело наступал на трупы или извивающиеся, ещё стонущие тела раненых. Обезумевшие перед смертью люди звали матерей. Таким майор дарил быструю смерть ударами своей секиры.

Самому себе он казался милосердным жрецом, который волочился за Клинком Тысячи Войн, давая милость смерти тем, к кому Ребис проявил равнодушие.

Вот только кто дарует милосердие уже ему самому? Кто подарит последний удар?

«Расплата, – думал майор, наблюдая за очередным городом, который подвергся разорению. – За своё высокомерие. Ты сам привёл к этому, Аделард Вермитракс».

Ещё сотня шагов. Новые солдаты и воители врага. Новые сражения. Новые смерти среди свиты Ребиса. Теперь уже и Годарт полноценно вписался в схватки, но смерть будто не видела его.

«Почему тут только мы? Где остальная армия?»

Где-то в другом месте.

Если уметь выбирать верные вопросы, ответы станут очевидными. Ясное откровение: другие ему не нужны. Он здесь ради одного.

Ещё один воитель завопил, взмахнул руками и упал, ударившись лицом о мостовую. Против них вышло сразу десять умелых защитников. Битва обещала быть кровавой. Однако Клинок Тысячи Войн вонзился в них, как нож сквозь масло. Его удары не парировались. Его напор не останавливали.

Не могли.

Вдруг противников не осталось. Пустота. Годарт стряхнул кровь с секиры и застыл в странной нерешительности в центре перекрёстка, среди полос дыма.

Аура Наблюдения молчала, но интуиция зашептала ему в ухо, справа возник чей-то силуэт.

В последний момент майор успел парировать удар плоской стороной секиры, отлетая в сторону.

Остальные не успели. Двое воителей отпрянули и упали, смертельно раненые. Нападающий выбросил перед собой левую руку: голова ещё одного телохранителя Ребиса треснула с громким щелчком.

Лязг мечей, потоки крови, ещё один упавший воин. Нападающий прорвал строй и развернулся.

Ярко синие глаза, волосы с лёгкой сединой, пурпурная кольчуга.

Ребис шагнул ему навстречу, странно ухмыляясь. Мечи – один тяжёлый чёрный со странным красным камнем, будто глазом на гарде, другой самый обычный на вид – столкнулись и при помощи странного приема незнакомца, проворота руки, будто склеились. Другая его рука метнулась над клинками, основание ладони врезалось в лоб Ребиса.

С громким треском сломалась шея Клинка Тысячи Войн.

Чёрный меч соскользнул с оружия незнакомца. Тот уже отступил, кончик его клинка как раз выходил из груди очередного воителя бунтовщиков.

Ещё удар сердца – и пали двое последних телохранителей, щедро разбрызгивая кровь по мостовой. Словно плата.

Чужак огляделся, заметил Годарта, нахмурился. Майор стоял, пялясь на него, как громом поражённый.

– Ты… – протянул Годарт. – Один из тех, кто разбил мой взвод на Корделле!

– Хм… я был там несколько лет назад… И мы правда устраняли разный сброд… Я помню тебя, белолицый.

Из соседней улочки вышла женщина. Успела пройти полдюжины шагов, прежде чем Годарт узнал свою осведомительницу.

«Её жестоко осквернили. И, видимо, не наши. Загрейн был убедителен, как никогда. Ещё один знак того, что мир не крутится вокруг нас».

Эрмалия Грант не обратила внимания ни на майора, ни на умирающих мятежников.

– Чего ты хочешь, белолицый? – спросил Поклявшийся, глядя на Годарта.

– Последнего боя, – признался майор, вскинув руки.

– Так получи его.

Годарт ударил первым, понимая, что если даст противнику инициативу, то подходящего момента уже не будет.

Секира пошла широко, с разворота, вкладывая в удар не только Ауру Атаки, но и весь вес каменного тела. Поклявшийся ушёл вбок, мелькнул на краю зрения майора, и тот почувствовал, как каменная плоть на боку смялась, треснула.

Годарт развернулся, контратаковал, блокируя новый выпад, попутно пропуская ещё один – в область груди.

Обрушившись на стену дома, он с трудом попытался встать, в какой-то миг обнаружив в себе чужой меч. Он просто появился там, словно всегда был.

– Ты сам этого хотел, белолицый, – пожал плечами Поклявшийся, коротким движением руки вытаскивая клинок.

Майор дёрнул ногами, потом руками. В синих глазах мужчины мелькнула сложноуловимая эмоция.

– Железная Армия умеет выбирать людей, – признал он.

Удар пришёл быстро и точно – в единственное место где камень ещё не закрыл живое. В глаз.

Годарт не успел почувствовать боли. Просто мостовая стала ближе, ударилась об него, погружая во тьму.

Это ведь не конец. Только разминка. Сейчас он встанет, отряхнётся…

Вот сейчас.

Сейчас…

Дейкон взял женщину за руку, потащил из переулка прочь, ближе к стене. Он не заметил муху, сидящую на крыше дома. Насекомое смотрело вслед им двоим, идущим вниз по улице, сворачивающим за угол.

Где-то позади послышались крики штурмующих, шум топающих ног.

Смотрящий глазами мухи Загрейн сосредоточил внимание на трупе Ребиса. Разглядывал свёрнутую под нелепым углом голову, руку, сжимающую меч.

Он ждал, когда рот распахнётся и снова раздастся безумный смех.

Глава 26
Семейное напутствие

Палид, взгляд со стороны

Бой на площади начался и кончился быстро – по меркам боёв.

Тагг врезался во вражескую линию, ведя за собой остальных. В обе стороны полетели бутылки зажигательной смеси. Аделаида шла за ним, прикрывая спину. Войска Саркарна растеклись по площади, завязнув в индивидуальных боях.

Плохо. Обученные солдаты империи предпочитали биться строем. Но здесь, в условиях городских боёв, подобное было почти невозможно.

Клинки поднимались и опускались, собирая кровавую дань. Защита, Атака, Наблюдение, боевые искусства – всё смешалось на крошечном пятачке земли.

С каждой секундой численность обеих сторон сокращалась. Площадь начала пустеть.

Увы, к врагам подоспело подкрепление. С крыш начали прыгать воители Ледяного Змея, носившие соответствующую форму и герб со змеёй. Саркарнцы дрогнули, отступили.

Мало того, воздух наполнился мухами, которые вонзались в тела солдат, как ножи в масло.

«Завязли», – подумала Аделаида.

– Отводи людей! – рявкнул Тагг, раскручивая клинок знакомым ей жестом.

– Уверен? Я могу создать волну.

Он не ответил, что означало… да много чего, на самом деле, однако Аделаида лишь кивнула.

Вихрь сорвался с клинка Тагга, тут же обернувшись серией максимально энергозатратных площадных приёмов Риосара.

Шестеро новых трупов осело на площадь, но основная масса успела сдать назад, давая саркарнцам возможность отступить.

Аделаида оглянулась, не надеясь на Ауру.

Тагг в одиночку стоял в центре площади. Отбил удар со спины, даже не обернувшись, ударил затылком, разбивая нос воителю-мятежнику. Скрестил клинки с бойцом Змея, врезал кулаком ему в бок – и запустил воздушное лезвие, пробившее Защиту и превратившее нападающего в два окровавленных куска мяса.

Отвернулась. Нужно спешить.

Аделаида не видела конца здания – угол закрыл обзор. А Аура… что Аура? Её нужно было направлять не назад, а вперёд! Вперёд и надеяться, что всё будет хорошо. Что Тагг отступит, сбежит, а потом нагонит их.

Не сразу, конечно же. Нет, может… может минут через пять? Или пятнадцать. Главное – продолжать бежать, удерживая Наблюдение лишь в пределах двух десятков метров. Потом… Потом…

– Быстрее, чтоб вас! – крикнула она своим людям. Примерно трём сотням оставшихся.

– Госпожа Клинок, впереди рой!

Загрейн методично фиксировал происходящее. Две группы воителей зажали саркарнское подкрепление, но потери удручали. Благо, дома́ вокруг почти не пострадали, а горожане, не будь дураками, уже давно попрятались по подвалам, да разным щелям.

Находились, конечно, и идиоты, но он верил, что Дэля не из таких. Она не стала бы лезть в подобную заварушку. Да и что бы она здесь забыла?

А вот саркарнцев нужно было додавить. Не хватало ещё, чтобы они потом бегали по городу, наводя тут дополнительных беспорядков.

Вот уж чего ему точно не надо!

Поток насекомых обрушился на солдат, техникой «Пуль» выкашивая их десятками и сотнями.

Клинок, – девчонка, лет двадцати, – успела применить неплохой приём, пуская Ауру вокруг себя и уничтожая, как своих бойцов, так и вражеских мух.

Повторила. И ещё раз.

«Нет, – прикинул Загрейн, – отпускать такую воительницу себе дороже».

Созданный им ворон ударил со стремительностью молнии. Ноги воительницы подкосились. Она уставилась на дыру у себя в груди. Краткий миг изучала её, а потом рухнула лицом в землю.

И больше не шевелилась.

* * *

Палид, взгляд со стороны

– Никуда не годится, совсем никуда, – ворчала Изабелла, быстрым шагом направляясь в сторону одного из тайных проходов, ведущих в уединённую маленькую бухту, которую правители Миизара предпочитали использовать, если хотели сохранить путешествие в тайне.

Именно там её должен был ждать личный корабль с группой преданных стражников и слуг. И плевать она хотела на своего тупорылого мужа, на плетущего интриги Первого министра и всех остальных!

С собой Изабелла хотела взять лишь сына, Гаетана, к которому должен был зайти её доверенный человек. По сути, он УЖЕ должен был ожидать её возле прохода.

– Нужно было сразу сделать это. Сразу, – тихо бубнила она, заламывая руки. Женщина жалела, что взяла мало золота. Но что поделать, если её корабль был отнюдь не купеческим тяжеловозом? Да и излишне большие изъятия из казны насторожили бы её тупорогого муженька.

На миг остановившись возле зеркала, она по инерции поправила волосы и улыбнулась своему отражению.

Дворец казался странно безлюдным. Слуги прятались в собственных комнатушках, стражники дежурили внизу, готовясь защищать Куфо. Хотя Изабелла разумно предположила, что часть уже сбежала, срывая с себя форму и растворяясь в ночной столице.

Наверное поэтому она так опешила, когда за очередным поворотом дворцового лабиринта наткнулась на живое существо.

Её мужа.

– Сбегаешь? – спросил он.

– А?.. – растерялась Изабелла, но миг спустя натянула на лицо упрямое выражение. – А ради чего мне здесь оставаться, Аделард⁈ Хочешь, чтобы мы все погибли? Чтоб тебя, идём со мной, если хочешь жить! Корабль уже готов, Гаетан должен…

– Я приказал Тилсу отправить мальчика в его комнату. Обратно.

– Что? – отступила Изабелла.

Аделард Вермитракс провёл пальцами по бороде, усмехнулся.

– Мы правители, дорогая моя. Это означает не только права, но и обязанности. Например в том, чтобы принять свою смерть вместе с гибелью государства…

– Мы наместники, чёртов глупец! Нас назначили!

– Меня, – поправил он её. – А я, в свою очередь, выбрал тебя. И нет, ты ошибаешься, когда говоришь о чужом контроле. Он, конечно, есть, но Саркарн почти не вмешивается в наши дела. Это мы довели Миизар до нынешнего состояния.

– Твоя говорливость проснулась невовремя. Нам нужно уходить, муж мой!..

Аделард не стал отвечать, сблизившись, он обнял Изабеллу, заключая в медвежьи объятия, в которых было больше интимности, чем во всех годах их брака.

– Ты… задушишь меня!..

Появившийся поначалу гнев с толикой смущения быстро перешли в панику. Изабелла забилась, пытаясь вырваться, с каждым мигом осознавая, что проигрывает эту необъявленную войну.

Несмотря на десятилетия декадентского образа жизни, Аделард растерял далеко не всю свою силу.

Вскоре Изабелла перестала биться, а потом и хрипеть.

– Удавил. Как котёнка, – с толикой удивления и гордости выдал наместник. – Или правильнее сказать, как змею?

«Снова мёртвая жена, – подумал он. – Снова от моих рук. Это начинает повторяться».

Особых чувств Аделард не испытывал. Это была неприятная процедура, которую просто было нужно сделать.

Не став заботиться о теле, он развернулся и направился в тронный зал. Последний час доверенные слуги наполняли его бочками зажигательной смеси и крепкой саркарнской алхимией, заказанной им в огромном объёме.

Для защиты? И да, и нет. Но теперь они стояли здесь, наполняя тронный зал в количестве, которого хватит, чтобы уничтожить весь дворец. Нет, даже дворцовый квартал.

Аделард Вермитракс сел на трон. Положил руки на подлокотники.

За окнами горела столица. Его город. Тот, что он получил от отца и не сумел удержать.

– Никто не ждёт нас на той стороне, – сказал он вслух. – Совсем никто и ничто.

Сам себе он напомнил Аврила на смертном ложе. Кажется, даже тон был похож. Во всяком случае звучало точь в точь, как он помнил.

Теперь оставалось лишь ждать.

* * *

Палид, взгляд со стороны

Райнер Силиват продолжал оставаться на крыше, невидимый и для защитников, и для нападающих. Даже для мух. Он наблюдал за всем происходящим, дивился, восхищался, хохотал.

Над встречей Годарта и Дейкона. Над чудесным и глупым спасением Эрмалии Грант – дворцовой кухарки и по совместительству шпионки Годарта, – ну и самого Силивата заодно.

– Вот уж кому, как не ей, была не нужна эта жизнь, – покачал он головой. – Женщина хотела умереть ещё когда начала передавать информацию бунтовщикам. Но судьба, конечно, предпочла сберечь её жизнь.

И забрать другие. Например Аделаиды Бализард. Или лучше «Сантарос»? Чья фамилия будет впереди, отца или деда? Или для мертвеца это уже не имеет значения?

Подумать только, умереть от рук брата, которого не видела десять лет! А он даже и не узнал тебя. Просто убил, как сделал с сотнями, тысячами людей ранее. Одно движение. Один ворон. Одна дыра в груди.

Теперь Загрейн шёл дальше. Сюда. Во дворец. Искренне считая, что поступает правильно.

– Что же будет ждать тебя в конце, Затмение?

Силиват громко выдохнул, посмотрел в небо.

– Ты доволен, капитан? Не отвечай, я знаю, что да.

* * *

Окрестности Палида, взгляд со стороны

Лагерь мятежников состоял из пары сотен солдат-охранников и пары тысяч слуг, мастеровых, придворных советников, алхимиков, шлюх и различных маркитантов, ожидающих, пока армия закончит свою работу.

Большинство занималось своими делами, потому что спать в такой момент было не то чтобы совсем невозможно из-за шума, – проживающие в крупном лагере быстро обучались спать при любой возможности, – а скорее из-за страха и адреналина, плещущего в крови.

Последний бой, последний штурм! Многие уже видели, как завтра войдут в захваченный Палид, уже не как бродяги и нищие, но как новые хозяева.

О, как же они хотели посмотреть в глаза обидчикам и знати, которую, как ходили слухи, Ребис публично казнит на дворцовой площади. Ах, как приятен будет этот миг!

Многие наблюдали за Палидом со стороны. Часть расположилась в ближайших придорожных домах и даже трактирах. Местность возле столицы обладала крайне высокой застройкой. Тут имелись и дома горожан, не вместившихся в самом городе, и вынесенные наружу излишне вонючие мастерские, и таверны с постоялыми дворами…

И именно сюда решили ударить сохранившие верность наместнику лоялисты. Их командир посчитал, что обойти бунтовщиков с тыла – это прекрасная идея. Но ведь прежде чем обходить, нужно было уничтожить лагерь!

Особенно если в нём имелась казна, о которой ходили слухи уже среди защитников.

Около четырёх сотен конных, с двумя десятками воителей и запасом алхимии. Этого с лихвой должно было хватить для разгрома и дальнейшего поджога лагеря.

Однако они ошиблись. Внутри хватало людей, способных за себя постоять. Вот Нильтас с матами начал строить копейщиков, собирая их в линию. А чуть дальше Далкон созывал лучников, требуя немедленно стрелять, не дожидаясь возможности сделать полноценный залп.

Эрбо закопался в сундук, вытаскивая «неебически мощное зелье», а Крылатая с остальными женщинами наскоро облачалась в броню.

– Подстрахуешь, Загрейн? – спросила Зана у пролетающей мимо мухи, на что та приземлилась ей на плечо и потёрла лапки.

Иаланта насмешливо посмотрела на неё, вытащив меч из ножен.

Сам Загрейн, оценив ситуацию, склонен был не отвлекаться. Он как раз залетел во дворец Куфо, следом за Ребисом и десятком солдат, оставивших за спиной горы порубленных стражников.

«Сами справятся. Никого опасного там нет. Пусть разомнут кулаки», – подумал Загрейн, а потом сформировал силуэт из мух рядом с братом.

Ребис коротко на него покосился, осклабился.

– Финальная точка! – воскликнул он, салютуя мечом. – Мы уже здесь. Мы добрались. Мы… смогли…

– Сюда, повелитель, – услужливо показывал дорогу один из воителей, который имел возможность побывать во дворце ранее. Как? Никто не спрашивал, но было не сложно предположить, что он переметнулся незадолго до подхода армии к столице.

Обыденность. Самая настоящая.

Путь вёл по широкому коридору, а потом по помпезной лестнице с огромным красно-золотым ковром.

– Сидят, – шепнул Ребис, – готовятся…

Сразу после этих слов из-за перил показались прячущиеся в засаде дворцовые гвардейцы. Каждый для начала выстрелил арбалетным болтом, а потом выхватил клинок, бросаясь в атаку.

Громко смеясь, Ребис врубился в их строй. Воители не отставали. Загрейн тоже приложил свою руку, позволив мухам пожрать нескольких человек, банально пересиливая их Ауру Защиты.

Бой не занял и трёх минут. И пусть часть мятежных воителей оставила на полу собственные кишки, Ребис и Загрейн прошли дальше, добираясь до тронного зала.

Первыми влетели мухи, тут же начиная кружить вокруг сотен бочек, вонь алхимии в которых тут же выдала содержимое.

До смерти, – в прямом смысле, – знакомая огненная смесь. И, кажется, что-то ещё.

Загрейн мысленно выругался. Ситуация усложнилась.

Вошедший следом Ребис присвистнул, облокотился о меч, осознавая, что тронный зал почти пуст. Не считая уже немолодого мужчины на троне.

– Наместник, я прибыл лишить тебя власти, – торжественно, с нотками насмешки, заявил Клинок Тысячи Войн.

– Я ждал тебя. Вас. – Вермитракс покрутил рукой и, миг подумав, Загрейн всё-таки создал себе тело, готовясь при этом, в любой миг распылить себя на потоки насекомых, попутно во всю используя Ауру Наблюдения.