Текст книги "Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

На переломанный камень закапала кровь.

Чешуя заморгал, пытаясь осознать, что случилось. Копьё пролетело так быстро, что он его даже не заметил.

Молот Камня широко открытыми глазами пялился на оружие в своём плече. Остриё вошло примерно на десять сантиметров, что для его размера и массы было… не критично. Однако точно неприятно.

Едва великан протянул подрагивающую руку, чтобы вытащить копьё, как оно… разлетелось потоком насекомых, которые грозно зажужжали в воздухе.

– Загрейн, – выдохнул Чешуя, ощущая, как отлегло на сердце. – Фу-у-ух… заставил же ты меня поволноваться! Эй, святоша, теперь согласен на ничью⁈ Предлагаю в первый и последний раз!

– Затмение идёт, – с почтением и без запинки произнёс Молот Камня, утирая кровь и зеленовато-серые капли яда, проникшие ему в рану. – Затмение…

Отступая, великан развернулся и с грохотом протаранил стену, не обращая внимание на своих же соратников, тела которых, по незнанию загородивших гиганту путь, превратились в комки разломанной плоти. Чешуя поморщился и сплюнул, с трудом поднимаясь на ноги.

– Кажется мне пригодится лечебное зелье, – пробормотал он. – Эй, Загрейн, не подскажешь, в запасах за́мка найдётся что-то мощное или придётся ждать, пока всё восстановится само собой?

Жужжащие мухи не ответили, лишь разлетелись в стороны. Чешуя глухо заворчал, отыскал среди обломков палаш, закинул за пояс и направился в сторону алхимика, обитающего где-то на третьем этаже.

– Ничья, – бормотал он по пути. – Определённо ничья.

Глава 7
Гончие

Диргос, взгляд со стороны

«Зачем она это сделала?» – подумала Вертрана, глядя на Беатрис.

Дочь бывшего правителя Диргоса остригла волосы, став неуютно похожей на мальчишку. Вертрана гадала, что за чувства испытал бы Загрейн, окажись с ней в одной постели. Отвращение? Или сплошные округлости и впадины тела Беатрис сыграли бы свою роль, пробудив его мужскую силу?

«Может и мне так попробовать?»

С тех пор, как они разделили постель, Вертрана постоянно думала о нём. О себе. О них.

Но какие ответы можно найти в излишествах плоти? Возможно, это лишь метафорическое откровение сырой истины, не стеснённой пределами стен, комнат и дворцов.

Что же до Беатрис? Она уже испытывала похожие чувства физической близости? Судя по возрасту, должна. Но она не безродная крестьянка, а значит, есть немалый шанс, что девушка окажется совершенно… неготова. Что же тогда? Загрейн стал бы её наставником? А потом Беатрис переросла бы стадию уроков и тогда уже учитель начал бы бороться за равенство, желая оказаться непревзойдённым.

Вертрана моргнула, обрывая несвоевременные мысли. Загрейн не связал бы себя с Беатрис никакими узами. У него есть она. Есть Зана. Есть любая воительница, к которой он проявит должный интерес. Никак не политическая кукла, запертая в этом горном городе.

– Загрейн шлёт свои наилучшие пожелания, – сухо проговорила Вертрана. – Но он не может присутствовать во дворце в данный момент. Иные дела зовут его.

– Неужели? И он пропал в момент, когда началась осада за́мка? Как удобно! – Беатрис обхватила себя руками.

Вертрана нахмурилась.

– Если это намёк, что запад бросил вас с проблемами, то подумайте ещё раз. Мы здесь. И не сбежали.

Беатрис дёрнула уголком рта. Обернулась.

– Почему он так относится к тебе, воительница? Ты его слуга? Его постельная грелка? Насколько велика твоя роль во всём этом фарсе?

– Мы на одной стороне.

– Ты на его.

– Верно.

– Готова ли ты умереть за эту веру?

– Да.

– И тогда он просто найдёт новую девку.

– Да.

Беатрис вздохнула, отвернулась, уставилась в окно, на горящий Диргос.

– Мы делаем, что можем, – тихо проговорила она, налив себе вина.

– Да.

Город умирал. Дым поднимался столбами – с юга, запада, из нижних кварталов. Пламя лизало крыши. Где-то кричали. Где-то проходили жреческие службы. Где-то убивали людей.

Беатрис сделала ещё глоток.

– Почему эти люди поднялись против нас? Против меня? Разве отец плохо с ними обращался?

– У них нашёлся новый пастырь.

– Спасибо, Вертрана, – сжала Беатрис зубы. – Я бы никогда не догадалась!

Та не ответила, лишь стояла, безразлично глядя в спину новой формальной правительницы.

«Нужно убить их. Всех, – подумала Ведьма. – Слишком неудобное место. Слишком… самобытное».

Людей всегда можно привезти новых. А лояльных – вырастить.

– Ульрих предлагал мне уйти с ним, – обернулась Беатрис. – Ты бы ушла?

– Нет.

– Значит у нас есть хоть что-то общее, – усмехнулась она.

– Между нами нет ничего общего, – процедила Вертрана. – Когда я была маленькая, дядя узурпировал власть и попытался убить меня. Теперь я выросла и уже он боится меня. Шлёт убийц, дрожит в своём богатом имении. Ты же росла, как комнатный цветок, принеся с собой столько же проку. Как, будучи на своём месте, можно потерять всё, что некогда было в руках? Каргат прав, забирая власть над Диргосом. Ты её недостойна.

Вертрана развернулась и вышла, не обращая внимание на окрик Беатрис.

Та выругалась, бросила стакан в стену. Вино разлилось мерзкой красной лужей. Два стражника, стоявших у дверей, быстро переглянулись, зашептались.

– Тупая дрянь, – зло пробурчала Беатрис, хватаясь за голову и ощупывая новые короткие волосы.

В соседней комнате лежал Кайлиан. Его не похоронили. Не было возможности. Да и имелись, признаться, опасения, что поднятая на бунт чернь может сжечь фамильный склеп, если заметит там активность дворцовых слуг или стражи.

Нет, сейчас не до этого.

– Хотя склеп всё равно пустой, – глухо хихикнула Беатрис. – Отец был бы первым.

Шёпот у двери стал громче. Девушка зло уставилась на стражников. Те ответили несколько смущённым взглядом. Снова переглянулись, а затем один из них, худой, с бегающими глазками, нерешительно выступил вперёд.

– Госпожа, вы, конечно, извините… Мы вас любим. Как… э-э… как правителя.

Беатрис нахмурилась.

– И?

– Ваш отец мёртв, – продолжил он, нервно переминаясь. – А воительница верно сказала, Каргат… опасный человек. Он точно не из тех, кто довольствуется полумерами.

– Что это значит? – выпрямилась Беатрис, принимая наиболее царственную позу.

Второй стражник – коротышка с красным носом – глубоко вздохнул.

– Да выдать мы вас хотим ему, что тут неясного? Просто не сопротивляйтесь. Мы выйдем через одну из тайных дверей под землёй. Быстро и тихо.

Беатрис дёрнулась. Слова повисли в воздухе, такие обыденные и чудовищные, что она сначала не поняла. Просто смотрела на знакомое красноносое лицо стражника, с которым на прошлой неделе смеялась над шуткой повара. Теперь на этом лице была та же смущённая, виноватая ухмылка, но глаза… Глаза смотрели уже не как на госпожу, а скорее как на проблему.

– Вы хотите отдать меня Каргату? На казнь⁈

– Не-е-ет, – замотал головой худой. – Какая казнь, вы что, госпожа! Вы же… э-э… законный правитель. Только без супруга. Замуж вас выдадут, вот и вся «тяжесть бытия». Зато сколько жизней сохраните!

– Вы… вы не можете быть такими тупыми!

– Давайте без оскорблений, а? – насупился коротышка. – Мы не какие-то звери, просто хотим выжить. Вы, наверное, тоже. Так давайте поможем друг другу!

Беатрис отступила на шаг.

– Нет.

– Госпожа…

– Я сказала – нет!

Она рванула к двери. Худой шагнул вправо, перекрывая путь. Коротышка – влево.

– Ну куда вы? – вздохнул худой. – Мы же договорились!

– Мы ни о чём не договаривались! – рявкнула Беатрис, хватая первое, что попалось под руку – тяжёлый канделябр. Швырнула в худого.

Тот увернулся. Канделябр звякнул об пол.

– Госпожа, ну что вы! – запричитал он. – Мы же для вас стараемся!

Беатрис метнулась в сторону. Коротышка попытался схватить её за руку. Она вывернулась, опрокинула стул. Он упал между ними.

– Стойте! – крикнул худой. – Мы же не враги! Мы вас три года охраняем!

– И должны охранять дальше! Охранять, а не предавать!

– Мы просто… – подхватил разговор коротышка, обходя стул. – Просто… э-э… выполняем свой долг!

Беатрис схватила вазу. Швырнула. Попала коротышке в лоб. Тот охнул, схватился за голову.

– Больно же! – по-детски обиженно заныл он.

Беатрис снова рванула к двери. Худой бросился наперерез. Она развернулась, побежала к окну. Коротышка преградил путь.

– Госпожа, ну зачем так? – пыхтел худой. – Давайте по-хорошему!

– Отвали! Забейся в какую-нибудь дыру и сдохни, предатель! – Беатрис опрокинула стол. Карты, документы, бутылка с остатками вина полетели на пол. Стражники замерли, опешили на миг.

Шанс!

Беатрис метнулась к двери. Почти добежала.

Худой прыгнул. Промахнулся. Врезался в коротышку, который совершил точно такой же манёвр. Оба рухнули на пол, сцепившись друг с другом.

– Ты что делаешь⁈

– Я её ловил!

– Ты меня поймал, кретин!

Беатрис схватила дверную ручку. Дёрнула. Заперто. Чёрт!

Обернулась. Стражники уже поднимались.

Она схватила подушку с кресла. Швырнула в худого. Попала в лицо. Он замахал руками, нелепо задёргался.

Коротышка растопырил рыки в стороны, начиная загонять её, но запнулся об ковёр и растянулся на полу. Застонал.

Беатрис побежала вдоль комнаты. Опрокидывала всё на своём пути – стулья, книги, статуэтки.

Худой пополз за ней на четвереньках, но быстро поднялся, поправил сползший шлем, выругался, снял его и бросил в Беатрис. Промазал. Снова выругался.

– Госпожа, на шум никто не придёт.

– Но я всё-таки попытаюсь! Помогите! Спасите меня! – завопила она, попутно выискивая ключ. Девушка знала, один находится у стражи. Второй… где-то тут…

Худой всё же сумел ухватить её за запястье. Коротышка рядом довольно закивал.

– Госпожа, не заставляйте нам причинять вам боль, – заявил худой. – Мы не хотим этого… – пробормотал он, а потом неудачно – для него – повернулся в её сторону, получив коленом по яйцам.

Согнулся, задыхаясь от боли. Беатрис тут же подхватила первое, что попало под руку – тяжёлый гипсовый бюст наместника Вермитракса, – и обрушила его на неприкрытую голову стражника.

Хрустнуло. Брызнула кровь.

Худой осел на колени, потом завалился на пол. Замер. В черепе отчётливо поблёскивала огромная вмятина, из которой медленно потекла густая тёмная кровь.

Беатрис замерла. Коротышка тоже.

Тишина.

Потом коротышка посмотрел на неё. На труп напарника. Снова на неё.

– Ты… – прохрипел он.

– Я не хотела этого! – вскрикнула Беатрис.

– Ты убила его, – дрогнул голос стражника.

– Он пытался поймать меня!

– Ты убийца! – голос коротышки окреп. – Сука!

Он ринулся на неё. Но в этот раз движения куда больше соответствовали званию гвардейца дворца правителя города. Они казались… профессиональными. Мужчина больше не играл.

Отступив на шаг, Беатрис заметила у трупа худого блеснувший на поясе ключ. Знакомый – от двери в её покои. Сорвала его. Метнулась к двери, перепрыгивая набросанный на пол хлам.

Прямо на лету вставив ключ в замóчную скважину, девушка сумела повернуть его, выскочить наружу – лишь для того, чтобы её схватили за плечи и бросили об стену.

– Помогите! – заорала она. – Вертрана! Остван! Кто-нибудь!

Коридор пустой. Только эхо. Только её крики.

Руки ещё вчера преданно охранявшего её стражника сомкнулись на шее, начав душить.

Она царапала его ладони. Билась. Пыталась кричать.

Пальцы сжимались. Воздуха не было.

Мир поплыл. По краям заплясали чёрные пятна. Кровь стучала в голове, как барабан. Лёгкие горели. Сердце колотилось в висках, как молот.

Коротышка что-то рычал. Она не слышала. Только звон в ушах. Только тьма.

Тьма.

Тьма.

Тьма.

* * *

– Это… не смешно, Марваз… – ощутил я, как задрожали руки. – Снова яд? Так это ты отправил Кайлиана?

Однако купец казался ещё более напуганным, нежели я.

Проклятье! Что за грёбаный город отравителей⁈

– Разве ты не знал, – усмехнулся я, ощущая, как дёрнулся уголок рта, – что яд на меня не действует? Впрочем, тебе уже недолго осталось…

Но мухи вокруг почему-то не спешили упасть на собравшихся наёмников, даруя им быструю смерть. Нет, они… жужжали, гневно летали рядом, и… не реагировали.

Попытка обратить тело в рой вызвала болезненный спазм в животе.

И всё.

Сука! Повезло ещё, что успел спасти Чешую!

Парк вокруг, с его приторной тишиной и запахом ночных цветов, внезапно показался ловушкой, где я барахтался, как муха в янтаре.

Марваз ухватился за горло, начал кашлять. Лицо купца покраснело.

Я расслышал аплодисменты. Нервничающие наёмники, уже направившие на меня арбалеты, – а кто-то и вовсе собрался бросать флакончики с какой-то алхимической дрянью, – резко развернулись.

Мужчина. Довольно худой, аккуратно выбритый, лет сорока или чуть старше. Он вышел из тени старого бука так, будто всегда там стоял. А может и стоял, почём я знаю?

Усмехнувшись, он прищурился и я узнал этот прищур. Тот самый, который пялился на меня через фальш-панель в комнате Беатрис!

В груди неприятно кольнуло. Подсознание дало понять: враг не вышел бы просто так. Он был уверен в себе. Тц…

– В вине была растворена Хриоса, Загрейн Сантарос. Её порошок, – звучным голосом поведал он. – И яд. Знаю, пользователи Ауры могут укрепить тело, чем ты, несомненно, уже занялся, но… сколько ты протянешь так? Час? Два? Сутки? Твоё тело будет избавляться от порошка ещё до-о-олго. Возможно не сумеет избавиться от него никогда. Крупицы попадут в кости, мышцы, жировую ткань. Осядут на дне желудка и в кишках. Ты больше не сможешь пользоваться своими способностями.

Я нахмурился, оскалив зубы. В голове мелькнула мысль, что опасения Вертраны, похоже, были не напрасны.

– Вы, – указал незнакомец на наёмников. – Приказ от «Гончих» Саркарна: немедленно собрать все силы и помочь при штурме дворца. Вам заплатят, если поспешите. А если нет… Что же, ваш наниматель мёртв и это пятно осядет на репутации.

– А ежели нападём?.. Господин. – Уточнил вышедший вперёд мужчина, разряжая арбалет и убирая болт в сумку.

– Тогда мы все просто забудем о такой мелочи, – одними лишь уголками губ улыбнулся агент «Гончих». – Поспешите.

Вытянувшись и кивнув, наёмник сделал несколько коротких жестов, побуждая остальных сорваться с месте. Не прошло и десятка секунд, как мы остались одни.

Я и правда укрепил всё тело Аурой, ощущая, как жжёт кишки. Пренеприятнейшее чувство! И впервые за очень долгий срок я не мог избавиться от него, банально сменив форму на мух!

Если ублюдок прав и отравил меня, попутно добавив Хриосу… Чёрт! Что мне теперь делать⁈ Вызвать рвоту? Не думаю, что столь простой трюк сработает против яда «Гончих». Эти ублюдки слишком хороши, чтобы не предусмотреть подобную мелочь.

– Думаешь, мы не в курсе о том, что Марваз решил усидеть на обоих стульях сразу? – усмехнулся агент. – Или о твоей с ним встрече? Или вообще хоть о чём-то?

– О Дэле? – закинул я удочку.

Он хмыкнул.

– Надеешься, что я решу поболтать? Нет, болтать я люблю, но так, чтобы не раскрывать при этом важные сведения. Ты же… Ради мира на Миизаре, ты должен умереть. Увы, Загрейн Сантарос, я не исключаю, что каким-нибудь чудом ты сумеешь спастись, поэтому не скажу тебе ничего. К сожалению, «Гончие» слишком часто сталкивались с примерами самых разных чудес.

– И правда болтлив. Посмотрим, столь ли ты хорош в бою.

– Мы собрались драться? – поморщился он. – Может продолжим то, на чём вы закончили с Марвазом? Выпьем вина. Уже другого. Без разной дряни внутри. Побеседуем, как цивилизованные люди…

– Цивилизованные люди не травят друг друга.

– Именно этим мы и занимается. Однако ты, к сожалению, оказался вдали от метрополии, отчего нахватался варварских привычек.

Я скользнул к нему, приподняв руки и удерживая тело на носках. Сухие ветки хрустнули под ногами.

Кишки немилосердно жгло, но пока было терпимо. Сука! Ублюдок прав. Сколько я продержусь?.. Надо найти алхимика и противоядие. А потом… потом буду думать, что делать с Хриосой.

Агент вытащил короткий тонкий меч. Или длинный кинжал? Не важно. На лезвии мелькнули тёмные грани, не отражающие свет. Отчего-то мне подумалось, что железка тоже отравлена.

Я отпрыгнул, увернувшись от выпада. Попытался достать ногой, пнув его по бедру. Агент отклонился, мгновенно контратаковав – но удерживая при этом дистанцию.

Пришлось отступить, внимательно оценивая старпёра со всех сторон. Лицо у него было бесстрастным, но глаза внимательные, изучающие.

Тц, как же хорошо, что я отрабатывал в том числе и чистый бой, без использования ставших бесполезными мух!

Только вот достаточно ли я в нём хорош?

Глава 8
Два фронта

Резко сблизившись, я поднырнул под руку агента «Гончих», успевая ударить локтем по боку. Ощутил его Ауру Защиту. Ожидаемо. Как и то, что остриё зацепило меня на излёте. Благо оно тоже не пробило Защиту, уже мою.

– К чему этот размен? – невозмутимо спросил я. – Может просто будем бить и…

Подскочив, я перекувырнулся, успевая избежать брошенного флакончика распылившего вокруг нечто вроде кислоты. Тут же поднялся даже на вид ядовитый дым. Землю и траву начало жечь, буквально испаряя.

Я не стал отступать, напротив, воспользовался движением и сблизился, попутно создавая Ложную Цель. Однако агент не стал принимать бой, сдал назад, закрутил вихрь стали, финальное движение которого закончилось Ирштеном мне в лицо.

Успел пригнуться, отчего воздушный разрез прошёл над головой, удар по земле и мелкие песчинки, которые я метнул во врага, были проигнорированы.

Новое сближение. В этот раз я осознанно разменялся ударами, принимая лезвие меча на запястье, сам ударив старика в челюсть.

Ещё! Быстрее! Не разрывать плотного контакта!

Однако агент был не промах. Обхватив за шею, он рванул мою голову вниз, вмазав коленом по носу. Аура едва сдержала удар. Пользуясь низкой стойкой, я обхватил врага за ногу, которой он мне прописал, и опрокинул на землю.

Удар локтя отбил плечом. Успел перехватить относительно тонкое запястье, не позволяя обрушить на меня поблёскивающий ядом клинок.

Мы застыли, пытаясь пересилить друг друга, лёжа на земле. Я видел каждую пору на его лице, видел блеск испарины.

Мерзкое жжение в кишках заставляло лишь сильнее сжимать зубы. Казалось, боль придавала сил и мотивации, но враг не спешил отдавать победу. В следующий миг он попытался врезать лбом мне по многострадальному носу, отчего сломал схему противостояния, заставил меня отклониться, ослабить хватку.

Перед глазами замелькали багровые звёзды. Пальцы на миг стали ватными. Попытка обратиться к силе Запретного Плода вызвала очередной жидкий пшик.

Выиграв место, агент пнул меня в грудь, вырываясь из захвата и тут же подпрыгивая – спасаясь от подсечки. Но не от апперкота, ракетой врезавшегося ему в подбородок.

Момент был идеален, а потому я тут же бросился развивать успех.

Агент взял клинок обратным хватом, Аура показала направление удара, но мгновение спустя – нового. И снова. И снова!

Впав в ступор, я пропустил банальнейший удар кулаком, на жалкое мгновение не успев отклонить голову.

– Что…

Договорить я не успел. Флакон с очередной алхимией застыл перед лицом. Я успел лишь закрыть глаза.

Кислота осела на кожу, обожгла, несмотря на Защиту.

Левая рука ублюдка вцепилась мне в горло, сжалась, покуда лезвие меча вонзилось в бок, надавливая со всей силой его Ауры.

Рыкнув, я атаковал. В защите такое уже не выиграть!

Кулак обрушился ублюдку в лицо, потом в плечо и в бок. Следом я исхитрился ударить локтем – прямо по болевой точке!

Без толку, он не отпускал.

Остриё клинка, которым он давил, прошло в бок на жалкий миллиметр. Теперь два. Три…

Мухи! Тц, бесполезно! На миг я ощутил себя на месте Камбииза, которого тоже победил при помощи Хриосы. Дерьмо!

Хватка на шее усилилась. В глазах старика загорелся огонёк нетерпения. Он буквально выдавливал из меня жизнь!

Приходилось одновременно защищать организм от яда изнутри, от кислоты на лице и шее, – она, кстати, разъедала одежду! – от клинка в боку (а оружие у него, между прочим, тоже ядовитое!) и от хватки на своей глотке.

Перестав бить, я потянулся к его лицу. Большой палец правой руки нащупал глаз агента. Надавил.

– Тварь! – рыкнул имперец, выпуская меня, отклоняясь, но не дал и мига, сразу начав рубить мечом.

Я отбивал, едва справляясь с сипящим дыханием. Лёгкие горели.

Ирштен создал вертикальную полосу, устремив её мне прямо поперёк лба. Увернувшись, я ощутил, как поток ветра сорвал немного волос с головы – похоже кислота сумела разъесть часть кожного и волосяного покрова.

Спиной я упёрся в дерево, попутно оценивая месиво, которое мы организовали в центре парка.

Шпион рванул на меня, направляя меч, как копьё.

Я дёрнулся влево – и он влево. Вправо – и он вправо.

Ложная Цель не обманула его. Похоже усилил Наблюдение или как-то раскрыл мой трюк.

В последний момент я использовал Шипы, отчего агент скривился, дрогнул, позволил мне подпрыгнуть, пропуская его под собой.

Остриё меча врезалось в дерево. Не застряло, но замедлилось. Позволило мне упасть, ударяя пяткой ему в голову.

Агента отбросило в сторону. Меч покатился по земле.

Я не дал ему даже секунды, мгновенно набросившись и начиная бить.

Удалось занять положение сверху, хотя старпёр выставил колено, упираясь им мне в грудь – пытался разорвать дистанцию.

Каждый наносил удары на всей скорости и силы. Аура уже не была способна защитить от всего. Наблюдение продавливало, предугадывало удар, чтобы миг спустя оппонент осознал: это ловушка, обманка, новая хитрость.

Не было времени думать. Я бил. Он бил.

Сука! Рассёк мне скулу! Но кажется от моего удара что-то отчётливо хрустнуло в его ключице. Неплохо…

Новый замах агента заставил меня отклониться ради уворота. Ублюдок использовал вторую ногу, наконец пересиливая и отбрасывая меня. Я ухватил его за рукав. Порвал. Оттуда вывалился пузырёк, разбился, забрызгав ядом нас обоих.

Напоследок он ещё и успел зацепить меня ногой, попав прямо по колену. Нога подогнулась, я выставил блок, спасая нос. Плюнул ему в глаза, получая размашистую оплеуху по макушке.

Упал, откатился, избегая удара ногой. Бросил в него горсть травы и земли, успевая накинуть Ложную Цель. Сработало частично, ведь он, в свою очередь, зарядил мне между ног, пробивая Защиту.

Аура зарябила. На миг я ощутил вообще всё: яд, Хриосу, кислоту, другой яд, дырку в боку, многочисленные пропущенные удары…

Не удержав желудок, я блеванул ему под ноги, подмечая кровь во рвоте.

Плохой знак. Но, эй, ты же хотел вызвать рвоту? Глядишь, весь яд, хе-хе, вышел наружу!

Висок пронзила сокрушительная боль от нового пропущенного удара. В глазах замельтешило, размазалось. Широко их открыв, я увидел, как агент подпрыгнул, закрутив двойное сальто, конечной точкой которого было… попадание его пятки мне по лицу.

Мир взорвался болью, голова мотнулась, я окончательно распластался на грязной траве, ощущая, как потяжелели конечности. Жжение усилилось изнутри и снаружи, какой-то белый туман начал наползать в уголки глаз.

Несколько секунд ничего не происходило, если не считать моих попыток продавить силу мифического камня. Потом агент вновь появился в поле моего зрения. В его руках находился тот самый короткий меч.

Без лишних слов он вонзил его мне в грудь.

* * *

Диргос, взгляд со стороны

Арбалетчик Фезор прижался к бойнице, вытирая пот со лба. Внизу, примерно в двух сотнях шагов от центральных за́мковых ворот, кипела толпа – сотни, может, тысяча человек. Кричали. Размахивали дубинами, ножами, факелами.

Жрецы стояли дальше, на безопасном расстоянии. Даже отсюда Фезор слышал их голоса, звучащие в унисон:

– Боги видят вас, братья и сёстры. Их глаза смотрят на вас и жаждут справедливости!

– Справедливости им, – пробормотал Фезор, заряжая арбалет и проверяя запас стрел. – Чтоб им пусто было.

Рядом сидел Григ, молодой парень, служивший в гвардии первый год. На лице дерзкая ухмылка, но руки подводили – подрагивали, когда он вытаскивал болт.

– Весь Диргос всё равно не перебьём, – озвучил он. Голос дал петуха.

– Делай свою работу и всё будет заебись, – буркнул Фезор. – Успевай лишь арбалет наводить.

Парочка была не одна. Весь второй этаж с отличным обзором был занят гвардейцами, готовыми поливать врага бесконечным потоком стрел. Ну, на словах бесконечным. Потому что единственное, что действительно не имело конца, была их ругань.

– Первая группа – зарядить арбалеты, – зычно скомандовал Ратмир, старый вояка с изрубцованным лицом.

– Готовы! – откликнулись гвардейцы, включая Фезора.

– Ждём! Стрелять по команде!

Все и без того это знали, но напомнить в пылу боя будет не лишним. Особенно сейчас.

За спиной Ратмира метался Остван. Нервно заламывая руки, он то подходил к бойницам, заглядывая наружу, то бормотал себе под нос, поминая богов. Бранился. Молился. Периодически пытался командовать.

– Возможно стоит направить вниз человека – с мирным флагом. Запросить переговоров…

– Мы забаррикадировали ворота, – сухо озвучил Ратмир.

– Можно спустить его по верёвке сверху…

– Нет, нельзя! – рыкнул командующий гвардией. – Они не хотят переговоров, господин Остван. Они хотят видеть нас мёртвыми.

– Но…

– Со всем уважением, господин, заткнитесь.

Толпа внизу двинулась к воротам.

«Человек пятьдесят», – навскидку прикинул Фезор.

Люди орали, подбадривая друг друга. Кто-то тащил кривые наспех сколоченные лестницы. Несколько удерживали в руках верёвки с крюками на концах. Основная же масса была просто с дубинами и ножами, будто собираясь выбить ворота собственными худосочными телами.

Фезор поморщился.

– Даже снаряды на такое жалко тратить.

– Первая группа! Готовность! – рявкнул Ратмир, поднимая руку.

Фезор выставил в бойницу арбалет. Целиться не было смысла – по толпе не промажешь. Тем более, шли дураки плотно, будто умоляя всадить в них стрелу.

– Стреляй!

Раздались щелчки. Болты засвистели, полетели вниз стаей чёрных птиц.

Полный боли крик был им ответом.

Фезор попал в плюгавого мужичка с топором, который тут же споткнулся и упал, затоптанный своими же товарищами. Ещё несколько человек из первой линии рухнули тоже. Это заставило задние ряды споткнуться, сломать строй.

Кто-то стонал, потирая колено. Кто-то кричал, зажимая обломок болта в ране.

Примерно половина продолжила свой бессмысленный бег.

– Вторая группа! – заорал Ратмир.

Фезор принялся перезаряжать, работая без спешки и паники. Он знал – времени хватит.

Выстрелили его товарищи. Упало ещё десяток человек. До ворот добежала куцая кучка. Но, к их чести, они умудрились сохранить лестницы. Целых три. И даже один крюк, который тут же бросили вверх.

– Сбросить лестницы! – завопил Ратмир.

– Нет, сука, оставим, – ворчал Фезор, хватая специально подготовленную жердь. Толкнул лестницу, как и остальные его товарищи, сбрасывая врага. Успевшие начать карабкаться люди закричали, падая вниз. Высота, конечно, была смешная. Мало кто успел далеко забраться.

Одному бедолаге не повезло приземлиться на ноги – кости голеней сложились гармошкой, торчащими наружу обломками. Он завыл так, что перекрыл даже песнопения жрецов.

Внезапно за бойницей показались чьи-то пальцы. Какой-то бродяга умудрился пролезть по отвесному камню! Ошеломлённый Фезор выказал ему своё уважение, рубанув спешно вытащенным мечом.

Безрукий циркач полетел вниз. Вслед за ним свалилась и отрубленная конечность.

Григ рядом утирал пот со лба, будто бы именно он рубил, толкал и стрелял, хотя по факту – ничего этого не делал.

– Эй, чего замер? – Фезор схватил его за плечо, пододвинул к себе, ощущая запах сала и лука – их завтрака. – Приди в себя, дурак! Стреляй давай!

– Д-да, – будто очнулся Григ, тут же развернулся к бойнице и выстрелил. Болт ушёл далеко, в небо. И был единственным.

– Кто стрелял⁈ – тут же рявкнул Ратмир. – Кто этот безголовый осёл⁈ Подать его мне!

– Это я, командир! – крикнул Фезор. – Рука соскользнула! Виноват!

– В следующий раз соскользнёт моя! Прямо тебе по морде! Понял, придурок⁈

– Так точно! Больше не повторится! – бодро ответил Фезор и мрачно уставился на Грига.

– Я… чёрт, прости. Не в своей тарелке. Эта бойня… Это… да это же наши горожане!

– Какая, сука, разница? – встряхнул его Фезор. – Они решили напасть на нас. Похер на Оствана, похер на госпожу Беатрис. Они на нас руку подняли, Григ! Хочешь отдать им свою жопу? Чтобы жрецы сожгли тебя или забили палками во имя, тьфу, какой-то долбаной срани⁈ Хочешь этого, чтоб тебя или нет⁈

– Нет! Конечно нет!

«Что-то в нём сломалось, – прикинул Фезор. – Что-то важное…»

– Тогда ноги в руки и… Нет, это из другой истории, м-да… В общем, арбалет в руки и делай своё грёбаное дело. Иначе я скину тебя вниз, даже если потом придётся пережить неудовольствие Ратмира. Понял, мать твою⁈

– Да!

– Очень, сука, на это надеюсь!

Несколько человек, между тем, пытались выбить ворота. Попытка была заранее обречена на провал, но кто бы сказал это фанатикам, услышавшим через жрецов божье слово? Топоры рубили обитые сталью ворота, дубинки колотили в них, ножи царапали.

Бессмысленно, но стрелять в них было… неудобно. Пришлось бы сильно высунуться, что грозило риском словить ответный подарок из огромной массы народа, вставшей подле стены.

– Масло на них, – приказал Ратмир. – Быстро-быстро-быстро!

Двое гвардейцев выкатили бочку. Встали возле специальных желобков, специально созданных, чтобы поливать разной раскалённой дрянью тех, кто отирается внизу – возле ворот.

Густое вонючее масло широкими тёмными языками потекло вниз, шипя и дымясь. Казалось, оно жгло даже на расстоянии в десять шагов, что говорить о тех, кто вот-вот станет его целью?

Внизу раздался полный боли вопль, от которого едва не заложило уши.

Обварившиеся фигуры метались, падали, катались по земле. Недолго, конечно, всего с десяток секунд.

Григ побледнел, но рука Фезора, опустившаяся на его плечо, немного взбодрила новичка.

А потом на ворота направилась ещё одна толпа. Ратмир тихо выругался. Он ожидал, что столь страшный урок отпугнёт народ, но видимо их мозги промыли столь основательно, что угроза жуткой смерти умудрилась отойти на задний план.

И снова арбалетные болты сняли свою жатку, усеивая дворцовую площадь десятками, – уже даже сотнями! – окровавленных трупов.

– Мученики! Боги примут вас! Смерть за правое дело – путь в рай! – слышалось от жрецов.

– Хуй им, а не рай, – пробормотал Фезор, снова перезаряжаясь.

Минуты складывались в часы. Ситуация почти не менялась. Площадь уже была засыпана трупами. Новые люди вынуждены были шагать по телам своих товарищей, что, несомненно, отрицательно влияло на боевой дух.

Ратмир слышал о попытках пробиться через другие проходы, но там стояли воители западников, отчего пока что пути удавалось удержать. Надолго ли – другой вопрос, который командир не спешил задавать. Ни себе, ни, тем более, Оствану, нарезающему круги возле дальних столов.

– Безумие, – бурчал Остван. – Убивать своих же…

– Не мы, там они нас, – проворчал Ратмир.

– Всё держится на Каргате. Если бы мы его…

– Пока что только он нас, – криво усмехнулся командир. – Я бы порекомендовал вам отдохнуть, господин советник. Толку здесь от вас нет, так может чем-то другим займётесь? Придумаете с госпожой Беатрис на пару какой-нибудь способ спастись? Или может посольство сумеет пробить нам дорогу до стен, а оттуда – прочь от Диргоса?