Текст книги "Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Шею схватили крепкие руки, совершив резкий поворот головы на сто восемьдесят градусов.

Благодаря Защите, воитель не лишился от такого жизни, но оказался на пределе. Кости затрещали, хрящи хрустнули. Карибер глухо застонал, ощущая, что личинки внутри его тела начинают расти – и есть.

Мерзкий зуд принялся причинять боль, стон перерос в вопль агонии.

Рот снова наполнился насекомыми, а на живот обрушился мощнейший пинок. Мигающая Защита позволяла мухам терзать его, наполняя новыми личинками и ядом. Кожа слезала кусками, как у Чешуи, оголяя окровавленную плоть, в которой уже копошились маленькие белые паразиты.

Смачно пнув Карибера напоследок – прямо по зубам, выбивая сразу половину, – Загрейн снова телепортировался.

Шахрез занял позицию в арке, где окончательно застрял. Воздушные разрезы Ирштена рвали насекомых с двух направлений, позволяя ему цепляться за свою жизнь. Но итог был предрешён, что осознавал и мечущийся в панике воитель, и сам Загрейн.

– Сдайся, – сказал Загрейн. – Сдайся сам. Здесь и сейчас. Я предлагаю это в первый и последний раз.

Мухи перестали наседать, отступили, позволяя Загрейну пройти вперёд, демонстрируя свою истинную форму. Шахрез скривился, мотнул головой, задумался.

– Что со мной будет? – спросил он.

– Я убью тебя одним ударом, – сказал Загрейн и создал чёрное копьё. – Один удар – прямо в голову.

– На кой-хер мне соглашаться⁈ – Шахрез говорил быстро, но глаза метались ещё быстрее, пытаясь найти хоть один шанс на спасение.

– Иначе твоя агония будет чудовищна. Тебя сожрут изнутри и ты будешь чувствовать каждый укус.

– Я… я… – воитель ощущал истерику и вселенскую несправедливость. Ведь он делал всё, что ему говорили! Он честно служил на благо Миизара, выполнял распоряжения Вермитракса и своих командующих. Он прибыл в Диргос, где лично агент Гончих пообещал им избавиться от Затмения!

Так почему же он стоит сейчас здесь⁈ Почему Шахрез вынужден выбирать между двумя отвратительными в своём итоге вариантами⁈

– Время вышло.

– Я не хотел этого, – прошептал Шахрез. – Никто из нас не хотел.

Загрейн чуть наклонил голову.

– Хотели. Просто не думали, что цена будет такой.

Поток мух рванул на Шахреза. Но в этот раз они были усилены Аурой Защиты, проигнорировав заполошные Ирштены.

Загрейн телепортировался, оставив обессиленного Шахреза на корм своим созданиям.

Эйде как раз добрался до стен Диргоса. Пружинистые ноги позволяли за один прыжок преодолевать до сотни метров и если бы не вóроны, своими рывками раз за разом сбивавшие его на землю, Эйде уже давно сбежал бы.

– И так хорошо, – процедил он, зубами подтягивая окровавленный бинт на культе. – Сука! – снова припомнил воитель Вертрану. – Мало тебе досталась, тварь. Надо было… Тьфу.

Он оглянулся, краткий миг изучая то, что случилось с Диргосом.

Истребление. Даже крики перестали раздаваться. Лишь редкий визг найденных в укрытиях людей. Только они ещё могли надеяться на выживание. Все остальные…

Сожраны. Разорваны на части, превращая горный город в огромный могильный курган.

Передёрнувшись, калека напряг пружины, чтобы в следующий миг ощутить, как мелькнувший в поле зрения силуэт рассёк ему сухожилия на правой ноге.

Прыжок смазался, Эйде упал со стены, отчаянно ругаясь.

Защита оберегла от переломанных костей, но воитель с ужасом и отчаянием рассматривал грубо изувеченную правую ногу.

Окруживший его рой собрался в тело Загрейна, удерживающего в руках… меч. Но не чёрный, не состоящий из насекомых. Совсем нет. Это был вполне определённый меч. Точнее – его обломок. Рукоять и десяток сантиметров стали.

Меч Вертраны.

– Стой, – выдохнул Эйде. – Ты победил, я проиграл. Но я ценю свою жизнь, так что готов ответить за совершённое. Я расскажу тебе всё, что знаю. Я могу быть полезен. Знаю, мне нет веры, но алхимия творит чудеса в развязывании языка. Поверь, я знаю больше Ока. Потому что я тоже Прóклятый. Мне доверяли больше информации. И ты не пожалеешь! Просто пове…

Он завопил, ведь упавший с неба вóрон атаковал его левое колено. Птица была так сильно напитана Атакой, что растерзала конечность, буквально разрывая ногу на две части – оставляя Эйде лишь культю. Ещё одну.

Пока воитель вопил, Загрейн шагнул ближе, одной рукой уверенно затыкая ему рот, а второй – обломком меча в ней, – отрубая Эйде последнюю конечность.

Теперь у воителя осталась лишь нога с перерезанными сухожилиями.

Загрейн улыбнулся, запрещая рою убивать этого человека. Только наблюдать.

Не сказав ему ни слова, он телепортировался, оставляя бешено орущего калеку истекать кровью.

Оказавшись на площади, где Каргат провёл свою последнюю – во всех смыслах, – казнь. Загрейн обнаружил Молот Камня, который сидел в центре бойни, спокойно наблюдая за мухами, пожирающими трупы и органику, оставшуюся от кислоты и яда.

Он держал в пальцах извивающуюся личинку, пялясь на неё с интересом ребёнка, капающего в муравейник расплавленным свинцом.

Изредка по Молоту Камня проползали мухи, бессмысленно покусывающие его, пробуя Защиту на зуб.

Однако причина спокойствия роя была не в Защите. Заметив, что гигант не собирается сбегать, Загрейн приказал рою игнорировать его, лишь отслеживая. Этим он и занимался.

– Вот ты какой, – добродушным голосом сказал Молот Камня, заметив Загрейна. – Тощий и мелкий. Почему не пьёшь алхимию? Посмотри, какой я стал большой!

Загрейн ничего не ответил, лишь наклонил голову, изучая здоровяка. Нет, мыслей и желаний у него было полно. Вопросов – ещё больше. Зачем он служил Каргату? Осознаёт ли свою умственную ограниченность? Для чего он убил Вертрану?

Но все эти вопросы ничего не несли. Более того, внимательно изучая Молот Камня, Загрейн уже нашёл ответы на каждую из неподнятых тем. Так смысл открывать рот и лишний раз сотрясать воздух?

– Я убью тебя, – наконец сказал Загрейн.

Великан кивнул.

– Ты сильнее, – по-простому заметил он. – Но ты грешник. И за свои деяния в конце концов сгоришь в аду.

– Но ты сгоришь там раньше.

Молот Камня поднял здоровенную ладонь, отбрасывая личинку в сторону. Поднялся на ноги. Поскрёб подбородок.

– У меня больше нет цели, – жалобным тоном заявил он. – А тебя мне не победить.

Загрейн задумчиво нахмурился.

Молот Камня пожевал губы, закопался в своём поясе, наконец находя искомое – кинжал, который в его руках выглядел, как зубочистка.

– Да примят боги меня в свои объятия, – торжественно заявил он, а потом уверенным движением провёл кинжалом по своему горлу.

Защита, разумеется, была им отключена.

Поток крови брызнул вперёд, оседая даже на Загрейне, который на миг удивлённо раскрыл глаза, но потом лишь хмыкнул и кивнул, отдавая должное жертве своего противника.

– Не та смерть, которой бы я тебе желал, – сухо сказал он, разглядывая упавшее на колени тело гиганта. – Но я умею принимать внезапности судьбы.

Тем временем, по всему Диргосу тысячи заражённых выпускали из себя потоки мух, которые проедали дорогу из остатков их тел, бросая шкуру, к которой непременно вернутся позже. Тогда, когда не останется другой органики, более питательной.

Улицы заполняло мясо, будто прокрученное через мясорубку. На нём пировали миллионы мух, откладывая туда личинки и выращивая ещё больше своих сородичей.

Рой рос по экспоненте. Кишел, наполняя Диргос, как черви прогнившую крысу.

Загрейн телепортировался на крышу храма – самого высокого здания, не считая горящего дворца, – наблюдая за процессом. Подключаясь то к одной мухе, то к другой, он изучал обстановку, попутно слушая вóронов.

– Продолжайте, – едва слышно шепнул он. – Я всё ещё чувствую живых.

Его Аура охватывала почти треть города. Скоро нужно будет телепортироваться снова, чтобы изучить другую часть. И так до тех пор, пока от Диргоса не останутся лишь голые стены.

Сегодня на эту часть суши обрушилось возмездие человека, чьи силы были сравнимы с Хранителем. Человека, который встал на путь элиты из элит, обладающего потенциалом потеснить Дракона Саркарна или Безграничного.

В потенциале.

Но пока лишь того, кто имел на это хорошие шансы.

Перед взглядом Загрейна проносились лица его погибших товарищей. Он вспомнил даже служек посольства. Даже Майнара и Фодила.

Ныне все они были мертвы.

Всегда ли черты их лица были такими… смазанными? Даже Вертрана… он почему-то не мог вспомнить цвет её глаз. У неё вообще были глаза?

Наверное. Ведь у всех людей есть глаза?

К закату почти всё было закончено. Мух стало так много, что они начали перебирать Диргос «вручную», ведь Загрейн разумно посчитал, что в городе могут прятаться другие воители, использующие Скрытность, отчего кажущиеся невидимыми при применении Наблюдения.

А чтобы надавить, надо знать, куда именно давить!

Поэтому мухи внимательно осматривали каждую щель, проникали в любую дыру, искали пустóты.

Маленькая гавань, так и не превратившаяся в полноценный порт, тоже была зачищена. И склады. И прилегающие к Диргосу деревни. Теперь Загрейн направил часть мух к более отдалённым поселениям. Северные горы нужно проредить, окончательно истребляя местную веру.

Сам Загрейн шагал по пустому городу по-прежнему игнорируя одежду. Зачем она ожившему рою? Он заходил в дома наугад, рассматривая вещи его предыдущих жителей и изучая их быт. Изредка он натыкался на пятна крови и остатки тел, которые ещё не были поглощены.

Слишком много органики! Даже такому большому числу насекомых нужно было время.

В какой-то миг Загрейн, удерживающий в руках неказистую тряпичную куклу, дёрнул головой. Обернулся в сторону стены. Это была инерция, ведь смотрел он не своими глазами, а глазами вóрона, заметившего колонну, приближающуюся к городу.

Сотни коней, тысячи солдат. Целая армия. А во главе…

Загрейн рассмеялся. Он хохотал до тех пор, пока из глаз не брызнули слёзы.

Глава 12
Герой-освободитель

'Артахар или когда наука встречает некомпетентность?

Господин наместник Аделард Вермитракс, вероятно, считает себя великим визионером. В конце концов, кто ещё додумался бы разводить колонию из нескольких тысяч фишисов в паре километров от одного из крупнейших портовых городов острова? Кто ещё позволил бы университетским «светилам» годами возиться с непонятным артефактом, выуженным из Аномалии, не удосужившись проверить, что именно они создают? Ах да, забыли упомянуть: это «устройство» должно было контролировать фишисов. Вместо этого оно превратило их в безмозглую орду, которая стёрла Артахар с лица земли всего за один день.

Особенно восхищает дальновидность местной элиты! Мэр, ведущие учёные, аристократы – все они покинули город за несколько часов до резни. Какое удивительное совпадение! Словно кто-то знал, что вот-вот произойдёт. Но нет, конечно же они просто отправились на… внезапную экскурсию в столицу? Деловую встречу? Пикник?

Уверенно сказать можно лишь одно: это самые везучие люди во всей империи!

Пока тысячи горожан умирали под клыками и когтями тварей, которых сами же разводили под боком, наши «лидеры» наблюдали за бойней с безопасного расстояния. Капитан стражи Эльдон Грейлок пожертвовал собой, разнеся центр города вместе с фишисами своим Запретным Плодом Резонанса. Герой погиб, защищая то, что осталось. А наместник? Он, полагаем, составляет отчёт в Саркарн о «досадной случайности».

Артахар мёртв. Двадцать тысяч душ. Все они заплатили жизнями за амбиции кучки безответственных идиотов, решивших поиграть с силами, которые не понимали. Как узнали наши репортёры: устройство уничтожено вместе с университетом. Фишисы мертвы. Артахар превращён в руины.

И единственный вопрос, который остаётся: когда же наместник Вермитракс соизволит дать ответ народу Миизара? Или он тоже внезапно отправился в «деловую поездку»?

Саркарн и лично кайзер Наратэй уже выразили обеспокоенность. В Миизар направлен флот из десяти кораблей. Их возглавил Калвер Тагг – седьмой ранг Клинков. Ветеран Аспенгейтской кампании. Вместе с ним выступила подающая надежды ученица, коей уже пророчат будущее звание Дракона.

Редакцию торжественно уверяли, что Тагга отправили лишь для «проверки компетентности» наместника. Какая деликатность! Двадцать тысяч трупов – и всего лишь проверка. Интересно, сколько должно погибнуть, чтобы это назвали «серьёзным расследованием»?

И почему столь остро чувствуется подковёрная возня саркарноской знати и их обеспокоенность восстанием некоего Ребиса Эланда, возглавившего западную часть Миизара в желании свергнуть Вермитракса?

На месте Тагга мы бы попытались скорее договориться с этим мятежником, чем надеялись на адекватность наместника. Править ещё хуже Эланд всяко не сможет'.

Газета «Стыдная правда», выпуск № 952, 1140 год.

* * *

Диргос, взгляд со стороны

– Я всё ещё считаю, что это плохая идея, – бурчал капитан стражи Диргоса, Брендал Зуб, отправившийся вместе с Ульрихом.

– Лишь на основании того, что на стенах не стоят часовые? – усмехнулся Ульрих, удерживая стремена своего коня.

– Они должны были стоять! Кто бы не занял город, он не может быть идиотом!

– Каргат…

– Не идиот!

Ульрих облизнул губы, почесал затылок.

– Разведка? – бросил он в сторону Брендала.

– Прошла несколько улиц, но не встретила ровным счётом никого, – недовольно проворчал капитан.

– Может эти безумцы просто покинули город? Что говорит Аура Наблюдения?

– Тухло, – скривился он. – Или мои парни не дотягивают.

Ульрих сплюнул. Поморщился, вытирая тыльной стороной ладони нить слюны, повисшую на бороде.

– Не важно, – сухо процедил он. – Нужно пройти во дворец.

– Ульрих…

– Это приказ, Брендал! – рявкнул он.

– Есть, господин! – раздражённо вытянулся капитан.

Ульрих ощутил укол сожаления.

– Не злись. Я делаю это ради блага…

Но Брендал уже развернулся, отдавая короткие злые распоряжения. Ульрих краткий миг смотрел ему в спину, а потом отвернулся, направив коня вперёд.

Две тысячи солдат и триста конных вошли в Диргос. Войска были собраны на скорую руку. Не было единого снаряжения или оружия. Многие и вовсе не могли похвастать хорошими доспехами или мечами, вооружаясь топорами или примитивными копьями.

Плевать. Этого достаточно. С учётом воителей, которые у него были, этого буквально за глаза.

Пустынные улицы тускло освещались луной. Город казался на удивление тихим, будто бы каждый его житель крепко спал. Или покинул Диргос. Но куда?

Ульрих пытался найти ответ, перебивая в голове вариант за вариантом – и не находя убедительного.

С другой стороны, не ему бояться Каргата! Не сейчас. Даже если впереди засада, то войска́ окажут более чем достойное сопротивление простым горожанам. А его воители… Что же, может это не самые сильные и умелые бойцы, но их десять. Десять! Что бы ни подготовил Каргат, у жрецов просто нечем ответить на такое количество.

– Им нужно было защищать стены, – проворчал Ульрих себе под нос. – Нужно было организовать крепкую оборону. Тогда… тогда были бы шансы. Сейчас их нет.

Верно. Каргат либо увёл всё население Диргоса по тайным тропам в другие поселения, – зачем⁈ – либо готовит ловушку. К ловушке Ульрих был готов, да и разведка, вновь отправившаяся по городским улицам, не зря ест свой хлеб. Если же горожан и правда нет… Что же, это странно, но тогда он займёт дворец. Гвардия не могла пасть так быстро.

Ульрих кивнул сам себе. Всё так. Гвардия Кайлиана должна удержать дворец от бунта черни. И он станет его освободителем! Утрёт нос Оствану, который будет вынужден отдать ему власть собственноручно. А потом Ульрих увидит её. Беатрис. И в этот раз их встреча будет другой! О, она наверняка бросится в его объятия, благодаря за спасение. Они поженятся в этот же день. Или на следующий. И станут новыми правителями Диргоса!

Ульрих не позволял фантазиям завладеть собой, продолжая смотреть и слушать, но вокруг была тишина. Лишь редкий стрекот каких-то сверчков или мух.

Но вот послышался стук копыт. Возвращались разведчики. Рано. Что-то случилось?

– Господин! – кричал глава отряда. – Мы наткнулись на трупы!

Волна напряжения прошлась по пешим войскам. Люди крепче сжимали оружие. Кое-кто и вовсе выхватил меч из ножен.

– Конкретнее! – гаркнул Ульрих.

– Мертвецы лежали вдоль улицы! Десятка два точно. И они плохо погибли, господин!

– Стрелы? Изрублены? Говори, чтоб тебя! – прикрикнул на него Ульрих.

– Выпиты! Одни шкуры остались!

Слова вызвали испуганные вздохи среди солдат. Многие начали осенять себя святыми знаками или шептать молитвы.

– Как? – Ульрих широко открыл глаза, но тут же рассердился на себя за эту слабость. – Ты пьян⁈ Что ты мелешь, дурак!

– Как на духу говорю! – запричитал командующий. – Спросите кого угодно из моего отряда!

– Брендал! – рявкнул Ульрих. – Отправь туда двух воителей и кого-то с мозгами. И алхимика, чтоб посмотрел нормально. И солдат с ними… два десятка.

– Сделаю, господин, – холодно кивнул капитан, тут же собирая людей.

– Чтобы конные все были! – дополнил свой приказ Ульрих. – И нагнали меня возле дворца!

– Если позволите, я бы предложил подождать и… – начал Брендал.

– Исполнять приказ! – махнул Ульрих рукой, тут же обращаясь к солдатам: – Армия, мы идём ко дворцу, спасать Беатрис!

Решительные действия и яркая бравада вызвали у людей приступ энтузиазма, отчего приказы были выполнены незамедлительно.

Узкие улочки оказались неудобны для передвижения войск. Диргос – горный город, построенный на гряде и это создавало определённые условности. Например постоянный подъём. И зачастую очень неудачные для возможного штурма районы.

«Возможно Кайлиан специально приказал так строить? – думал Ульрих по пути. – На случай попытки осады?»

Ответ, возможно, знала лишь Беатрис. А кто кроме неё? Ульрих припомнил Ялию. Первую дочь Кайлиана, которая умерла в шестнадцать лет. Именно поэтому Кайлиан завёл второго ребёнка. И снова это оказалась девочка.

Путь вывел армию на центральную площадь. И здесь игнорировать странности стало уже попросту невозможно. Хотя бы потому, что всю её территорию покрывала какая-то… грязь?

– Факел мне! – коротко приказал Ульрих, морща нос. До отвращения воняло чем-то сладковато-кислым.

Получив желаемое, он спешился и нагнулся, изучая месиво.

Действительно грязь. По щиколотку. Какая-то… красная? А это что… кость⁈ Белая берцовая кость.

Нутро похолодело. В Диргосе явно творились какие-то странности. И они были очень… пугающи.

Лошади стали нервничать, стуча копытами. Потом вскидывались, опрокидывая седоков. Не слушались приказов, сдавали назад. Попытки удержать живность ни к чему не привели.

– Успокоить лошадей! – рявкнул Ульрих, но почти сразу раздались крики и среди солдат.

– Сапоги проело! – заорал какой-то горец. – Эта херня не грязь, а какая-то кислота!

Ульрих уставился на свои дорогие качественные сапоги из оленьей шкуры. Поднял ногу. Выругался.

Кожа действительно начинала истончаться, будто бы это…

«Желудочный сок», – пришла в голову странная и даже в каком-то смысле ужасная мысль.

Ощущая, как бешено бьётся сердце, Ульрих резко выскочил из «грязи», погнав остатки армии, – многие сдали назад сами, не дожидаясь приказа, – прочь от площади.

«Вот почему лошади заволновались! Немудрено, у них, наверное, обожгло все ноги!»

Мысль была неприятной. Возникло ощущение, что таинственный неприятель одной ловушкой лишил его армию почти всей имеющейся конницы. Алхимики явно долго будут заниматься лечением лошадей.

Ульрих выругался, задумался.

«До дворца можно добраться и через переулки», – мелькнула заполошная мысль.

Верно. Не всё потеряно. Это просто временная трудность. И вообще, ночь, ни черта не видно!

«Возможно стоило дождаться утра? – подумал он. – Нет, Беатрис ждёт меня сейчас!»

– Господин! – примчались ранее направленные разведчики. – Мы изучили трупы, от них и правда будто бы осталась одна лишь кожа!

– Как у мух после ужина паука, – кивнул немолодой алхимик, бренча своими склянками. – Очень странная смерть. Возможно последствие какого-то Запретного Плода?

Осознание происходящего настигло Ульриха, словно удар молота. Он знал лишь одного человека, который владел условно-подходящими, по слухам, способностями.

– Осмотрите дома, – мертвенным голосом сказал он. – Изучите… их… Найдите жителей.

– Это же он! – крикнул Брендал, тоже сопоставивший факты. – Затмение! Это работа его насекомых, так⁈

Армия зароптала. Паника начала медленно, но верно сковывать их сердца. Все знали убийцу Хранителя, вошедшего в состав посольства, направленного к ним от запада.

– А я и воители отправимся во дворец, – договорил Ульрих, пропуская мимо ушей все слова остальных.

Пролетевшая перед глазами муха уселась ему на плечо, потирая лапки. Ульрих медленно перевёл на неё взгляд. Размер где-то в полпальца взрослого мужчины. Даже на вид мощные челюсти. Хитин. Жало. Серовато-чёрный цвет.

Он смотрел на муху, покуда она смотрела на него. Тишина длилась несколько ударов сердца, пока где-то в толпе солдат не раздался крик.

Будто сигнал.

После этого по улице прокатилась волна хаоса.

Поток мух и вóронов обрушился с неба, словно божественная кара.

* * *

Я сидел на крыше, глядя на поднимающееся солнце. Оно осветило Диргос, показывая мертвенно-серые стены и ослепительную чистоту. Скорее даже стерильность.

Диргос превратился в город-призрак, чьи дома зияли чёрными провалами, словно глазницы черепа.

Не раздавалось привычных криков с рынка или смеха играющих детей. Не слышно ворчания старух, стирающих бельё, ругани стражи на своих постах или зеваний спешащих на работу мужчин и женщин.

Тишина не разбавлялась даже пением птиц, лаем собак или мычанием коров. Чего уж, в Диргосе не осталось даже вездесущих тараканов.

Мир стал тише.

Потому что в нём больше не было тех, ради кого стоило слушать.

Всё живое стало частью роя, который теперь отправился в полёт до других поселений Северных гор. Я посчитал, что люди этой части суши… переоценены.

Какая ирония! Ребис приказал привести Диргос к подчинению, либо уничтожить. Но разве тогда я мог отнестись к последним словам с должной долей серьёзности? Нет, я даже мысленно потешался над ним, думая, что пока Ребис соберёт войска или доберётся до Диргоса лично, пройдёт ещё пара месяцев!

Я был уверен в себе. Каков итог? Погибло трое человек, которые… стали мне небезразличны.

Проклятье! Я не жалел о тысячах горожан, не жалел о Беатрис или Ульрихе, которого мне пришлось убить буквально пару часов назад. Более того, мне было… не то чтобы плевать, но откровенно мало до них дела.

Погиб мой брат, мой друг и моя… моя подруга.

Мог ли я ответить на это как-то иначе?

Не знаю. Наверное. Пелена ярости, поглотившее сознание будто бы спала. Не до конца, но этого хватило, чтобы полноценно собраться с мыслями.

– Теперь это место точно не создаст никаких проблем, – сказал я, поднявшись на ноги. Найденные где-то в домах вещи прикрывали тело, хоть и были несколько не по размеру.

Это не важно.

С Диргосом покончено. Теперь в нём никто более не будет страдать. А мне… мне, кажется, нужно побыть одному и переварить всё случившееся.

Последние слова вызвали новую вспышку дурацкого смеха.

– Переварить! Не мог подобрать более подходящего слова, а?

Пошарив рукой слева от себя, я поднял шлем какого-то солдата, пришедшего ночью вместе с Ульрихом. Подкинул в воздух. Раз, другой… Потом положил на крышу, встал на ноги и обратился роем.