Текст книги "Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

– Затмение! – крикнул воитель. – Я знаю, ты слышишь меня!

Мухи сформировали человеческий силуэт, но я не спешил «вселяться» в него. Это была просто пустышка, которая не могла даже принять форму тела. Лишь тысячи мух, которые образовали нечто вроде фигуры.

– Меня зовут Химбер Поран, – пафосно заявил он, будто бы ожидая от меня какой-то реакции.

Признаться, на какое-то время я и правда задумался, мог ли я что-то о нём слышать? Но нет. Ничего.

Лицо мужчины перекосилось, похоже это его расстроило, но он быстро взял себя в руки.

– Я в курсе, – торопливо добавил Поран, – что ты уничтожил Диргос, а потому хочу сказать, что это не выход! Сровняв с землёй остальные города Миизара, ты получишь лишь гору трупов. Твоему правителю, Ребису, невыгодно править мертвецами и выжженной землёй! Давай договоримся! Хотя бы отпусти горожан! Незачем убивать людей, у которых нет даже Ауры!

Логика в его словах имелась. В моих поступках, впрочем, тоже. Она, логика эта, вообще штука интересная. Её, как и правду, можно вертеть как угодно и в любую сторону. Не знаю, почему говорят, что правда одна. Правда всегда зависит от точки зрения.

Прав ли я, что уничтожаю живую силу врага, запугивая остальные города? В чём-то да. Потому что сила страха работает лучше, чем что-либо ещё. Я на все сто уверен, что как только слухи о случившемся распространятся, меня заклеймят монстром. Ещё бóльшим, чем раньше. Но одновременно с тем более не будет сопротивления, новых жертв и попыток устроить какой-нибудь заговор с восстанием.

Нет, люди будут ссаться в штаны от одного лишь намёка на моё недовольство.

Хорошо ли это? И да, и нет. Но речь о другом. Речь о правде и логике. Разве плохо для новой власти отсутствие сопротивления, спокойная сдача и захват новых городов без боя? Это замечательно! Если посчитать все потери, которых таким вот нехитрым образом можно будет избежать, то выйдет, что своим уничтожением Брохуса я СПАСАЮ куда больше людей, чем если бы просто всех отпустил.

Отпустил бы и другие тут же посчитали, что можно попробовать дать бой. Вдруг повезёт и отобьются? А не прокатит – не страшно. Тупой Загрейн всё равно всех отпустит и никого не накажет, ха-ха!

Фигура из насекомых между тем шагнула вперёд – к Порану. Я собирался сблизиться, а потом «выстрелить» всеми насекомыми впритык, словно дробью, попутно взрывая их в точке попадания.

Уверен, его Защита не переживёт такой удар! А даже если переживёт, то раны сукин сын однозначно получит. Этого будет достаточно для яда. Если повезёт, у него не будет мощного алхимического антидота и тогда… Очень вероятна бесславная смерть и становление пищей для роя.

Филин смотрел на «мой» шагающий силуэт, очевидно считая, что я собираюсь устроить переговоры. Тем более, остальные насекомые не нападали… на первый взгляд. В реальности же я собирал вокруг него кокон из роя, создавая и подтягивая мух огромным, но чрезвычайно плотным шаром.

Учитывая, что была ночь, со стороны это казалось незаметным. Надеюсь… Не хочется бегать за сраным летуном по всему острову. Ублюдок весьма быстрый!

Внезапно груда старых ящиков, возле которых как раз проходил «мой» силуэт сдвинулась. Это произошло так быстро, что я едва сумел заметить!

Несколько ящиков, больших по размеру, лишь КАЗАЛИСЬ пустыми, а по факту в них прятались люди, искусно скрывая свою Ауру.

– На-а-а! – рявкнула девушка, рванувшая в сторону силуэта и вбивая в него…

Короткое копьё с наконечником из Хриосы!

Её окружение мгновенно пробило получивший попадание силуэт длинными пиками, действуя со спины девицы.

Нутро сжал холод. Я сразу припомнил, как мне было херово после отравления порошком из Хриосы. Реально ведь мог сдохнуть!

Что было бы, окажись во мне целый кусок?..

Мухи разлетелись. Часть, вокруг наконечника из Хриосы, упала на землю, но стоило им отделиться от уничтожающего сверхсилу материала, как я снова ощутил их, взяв под контроль.

– Сработало, госпожа Изиза? – спросил один из воителей.

– Не уверена… – протянула девушка, глядя в небо.

Которого не было видно из-за поднявшейся в воздух жужжащей массы.

Неплохой план, – решил я. – Но он не сработал.

Рой обрушился на них, словно тропический ливень.

Глава 19
Столичные сплетни

Я стоял на краю центральной площади Брохуса, вдыхая аромат гари и пепла. Как говорится «люблю запах напалма по утрам».

Город был уничтожен. Не так, как Диргос, где я, в конечном итоге, – больше со скуки, – уничтожил даже стены, фундамент и дороги. Обратил, так сказать, место в ничто. Здесь было иначе. Брохус сохранил часть своего… м-м… великолепия?

Нет, это слово решительно не подходит! Он и целым, как по мне, смотрелся так себе. А сейчас ещё и окраины сгорели.

– С другой стороны, всё это можно отстроить. И это будет проще, чем создавать город с нуля, – кивнул я самому себе.

Западное войско, – если его можно так назвать, – разбрелось по развалинам, занимаясь мародёрством. Многие ворчали, что не осталось ни пленников для худросских каменоломен, ни девиц для удовлетворения личных нужд.

Однако меня предусмотрительно ни в чём не обвиняли. Хватило одного, который «смешно» пошутил, а потом оказался атакован дюжиной мух. О, они даже не убили его! Сразу, в смысле. Просто заразили личинками, которые выжрали идиота заживо.

Наглядная демонстрация для всех. И рты мгновенно будто зашили. Теперь моё имя даже не понимали всуе, словно я стал Волдемортом из детской сказки моего прошлого мира.

– Загрейн! – подошёл Годарт.

Я оглянулся. Майор выглядел… хотел было сказать «как обычно», но…

– Ты похож на чёртову статую, – проворчал я, пожимая его руку.

И да, я был в теле. Всё-таки находился среди своих. Был ли смысл опасаться удара в спину?

Конечно был! Но я не рассматривал ПОЛНЫЙ отказ от тела. Лишь во время боя. Иначе… ну, иначе эта жизнь была бы излишне лишена красок. Не потому, что у меня в виде роя отказывали эмоции или какой-то прочий бред.

Всё куда проще.

Человек за время жизни научился слишком многим способам сделать своё существование приятным. Речь и об обычных удовольствиях плоти, и о духовных, более, так сказать, «высоких».

Лишая себя тела я обретал не только условную неуязвимость, – потому что даже так, верю, найдутся существа (людьми их назвать уже будет трудно), способные стереть меня с лица мироздания, – но и лишал себя множества приятных мелочей.

Логически обдумав это, стало понятно, что в данный момент я попросту не готов к такому.

Может… когда-нибудь в будущем. Когда я стану сильнее, научившись обходить сей недостаток, либо попросту устав от жизни.

Почему нет? Судя по ощущениям, я биологически бессмертен, а значит, через пару сотен лет, быть может… Ну… мало ли?

– А ты – на придурка, – проворчал майор.

Вместе с ним были не только офицеры и командующие, но и подтягивающиеся министры и обычные вояки. Многие смотрели на меня с любопытством, иные – со страхом. Других эмоций пока что не наблюдал.

Даже немного жаль. Я всё-таки спас эту армию. Могли и предоставить мне заслуженные почести!

– Я тоже рад тебя видеть, – улыбнулся я. – Так всё же?

Годарт вздохнул.

– На этот вопрос ответить быстрее и проще, чем обсуждать твоё уничтожение Брохуса, – почесал он затылок. – Драхарская хворь прогрессирует, что неясного? Ещё при первой встрече я говорил, что у меня может быть мало времени.

– Ты говорил о годах…

– Не более трёх, – на миг задумался он. – Я не слышал ни о ком, кто прожил бы с этой гадостью более десяти лет. У меня уже шесть лет, Загрейн. Шесть лет я несу в себе эту заразу.

– А не ты ли утверждал, что развитие Ауры способствует замедлению распространения? – приподнял я бровь.

– Теоретически, – пожал майор плечами. – Да и разве я особо развивал её? Всё с этими, – он сплюнул, – агентами носился! А уж когда Вета… М-да… Ну, не будем о плохом.

Подтянулись остальные.

– Наконец-то Затмение снова с нами! – радостно воскликнул Далкон, сжимая меня в своих крепких медвежьих объятиях.

– Где пропадал, чтоб тебя? – проворчал Эрбо. – Мальчишка… Пока игрался в свои горные игрушки, тут столько всего случилось!

– Если бы сразу остался с нами, мы бы уже столицу захватили, – закивал Нильтас.

– Хотел бы сразу решить этот вопрос, – улыбнулся я, отстранившись от Далкона. Улыбка медленно обратилась оскалом. – Все претензии можете взять и засунуть себе в жопу. Это понятно?

– Конечно, – закатил глаза Эрбо, взмахнув руками. – Ты теперь велик и могуч, а мы – мошки… нет, тараканы под твоими ногами. Кто мы, собственно, такие, чтобы предъявлять претензии великому?

– Знаешь, – наклонил я голову, – мне очень хочется сказать «да, сука, так и есть», а потом закрыть эту тему. Но я скажу иное: ты не знаешь, что случилось в Диргосе. Никто, – обвёл я народ взглядом, – не знает этого. А раз так, то закройте-ка рты. Мне нужно было столько времени, сколько нужно. И не более.

– Замяли, – громыхнул Годарт, раздражённо покосившись на «министров», а по сути – недавних пахарей, пастухов и деревенщин, которые только и умели, что свиньям хвосты крутить, да копьями на тренировках махать. Однако с воцарением Ребиса, он подтянул «знакомых и заслуживающих доверия» людей ближе к себе.

Возможно зря.

– Скажи лучше, – положил майор свою тяжёлую каменную руку мне на плечо, – кто-то ещё выжил? Из посольства.

– Нет, – мотнул я головой.

Короткое молчание. Народ вздыхал, почёсывая затылки.

– Ну, – постановил Нильтас, – мы этого ожидали.

– Я думал, хоть ребята с Аурой сумели выжить, – нахмурился Далкон. – Загрейн, расскажешь?

– Для этого мне нужно слишком много выпить…

– За этим дело не станет, – осмелился открыть рот один из безымянных для меня командиров, стоящих рядом с Годартом. – В Брохусе полно оставшихся бесхозными трактиров и винных лавок!

Собственно, туда мы вскоре и переместились. Ну, как вскоре? Часа через полтора, раскидав самые срочные задачи. Даже я участвовал в помощи. Использовал мух, как разведку, направляя их во все стороны и изучая землю на многие десятки километров.

Остальные, в основном, переадресовали свои задачи заместителям, приказав дать армии возможность вдоволь пограбить, но потом собираться в лагерь, разбитый в получасе езды. Нужно будет собрать его, подтянуть ближе, организовать полноценные патрули, вытянуть из Ламавара, где проходил сбор войск, подкрепление, а потом готовиться к продолжению пути.

Предстояло решить вопрос с Измаром и Кархором, прежде чем мы добрались бы до столицы.

– А как же Хаттофи? – тут же поинтересовался Эрбо, когда мы, наконец, уселись в разгромленном кабаке. Мухи успели подъесть органику, но местами полы всё ещё несли следы крови, да и общее впечатление от заведения было не из лучших. – Самый богатый после столицы город всего востока! Фактически местная жемчужина! Мы не можем пропустить его.

– Это крюк, – возразил Далкон. – Да и на кой он нам? Нужно вздёрнуть Вермитракса, тогда Миизар просто станет нашим и…

– Именно, – хлопнул Эрбо кулаком по столу. – Подумай, идиот! Если Миизар станет нашим, то просто войти и обнести Хаттофи не выйдет и все местные богачи, чинуши и аристократы продолжат удерживать у себя свои богатства.

– Что в этом плохого? – не понял Нильтас. – Они ведь будут платить налоги и…

– Перераспределение частной собственности, слышал такое выражение? Я вот – да. И мне понравилось, как оно звучит.

– Ты хочешь отдать половину армии, если Хаттофи решит обороняться? – фыркнул Далкон. – А если город сдастся, то вообще грабить будет неправильно!

– Тогда возьмём компенсацию за доставленные нам неудобства! – захохотал Эрбо. – Почему нет? С нами будет Загрейн!

– А где Ребис? – спросил я, меняя тему. Почему-то материальное меня в последнее время интересовало на диво мало. Похоже я заразился чувствами человека, достигшего такого уровня силы, что не считает банальное золото чем-то ценным для себя. Зачем оно? Если будет нужно, я «попрошу» богатеев мне помочь. Вот и всё.

– В Худросе, где ещё? – заморгал Годарт. – Ты убрал из города мух, да?

– Было не до него, – кивнул я. – А что?

– Клинок Тысячи Войн прибудет в Измар, когда мы его захватим, – пояснил Нильтас. – Во всяком случае таков был план.

– В Худрос отправят письмо, прямо перед тем, как мы направимся на Измар. Тогда на восток поплывёт корабль.

– Погоди-погоди, – выставил я руку. – «Клинок Тысячи Войн»? – Губы сами собой сложились в улыбку.

Мне ответили робкими ухмылками. Разве что Годарт не скрывал раздражения.

– Сопляк совсем из ума выжил, – проворчал майор. – Решил, что каждый уважающий себя воин… Я имею в виду тех, кто достиг действительно высокого уровня, имеет звучное прозвище. А у него ничего такого нет.

– Тут твоя вина, – указал на меня пальцем Эрбо. – «Затмение» звучит дико пафосно. А про тебя, в связи с Диргосом, говорили много и часто.

– М-да, – фыркнул я. – Ладно, братец может изощряться так, как хочет. И кстати, – поднял я руку, – получается, что как раз после Измара сможете согласовать вопрос Хаттофи лично с Ребисом. Здорово, да? Пусть наш «Клинок Тысячи Войн» сделает что-то сам. Захватит «жемчужину востока», например.

– Это… да, – осторожно согласился Эрбо. – А что если нет?

– В смысле, не захватит? – не понял я.

– Нет, тут сомнения отсутствуют, – пожал он плечами. – Рой, конечно, здорово. Но Ребис бессмертный. Он и в одиночку повергнет целую армию. Плюс на корабле прибудет долгожданное подкрепление от Ледяного Змея. Вопрос в том, согласится ли твой брат делать этот самый крюк.

– Подкрепление уже в Худросе? – уточнил я.

– Должны быть, – ответил Годарт. – Потому я и спрашивал, не держишь ли ты в городе своих мух-шпионов. Это самый быстрый способ получить информацию, ибо альтернатив у меня уже почти не осталось.

– Что, Вета запорола всю шпионскую сеть? – хмыкнул я.

И моментально понял – что-то не так.

Народ осунулся, начал переглядываться, делая друг другу знаки.

– Он всё равно узнает! – громыхнул Годарт своей каменной ручищей, стукнув ей по столу. – Вета погибла, Загрейн.

И тишина. В голове закрутились тяжёлые удивительно короткие мысли.

– Ха-а… – протяжно выдохнул я, потирая переносицу. – Как?

Мы не были в отношениях, но… когда-то давно любили друг друга. Несмотря на всё происходящее, я уже давно относился к ней, как к подруге. Она, думается мне, считала меня другом.

– Диверсия Гончих в Худросе, – пояснил майор. – Пытались помешать союзу с Ледяным Змеем.

Опять они! Грёбаный Саркарн никак не отстанет от своей колонии. Неужто осознал, что теряет позиции?

– А Вета причём? – не понял я.

– Убили посла, Вейлана Когтя, – добавил Годарт. – А Вета… она с ним спала.

– Ах, вот оно что, – горько усмехнулся я. – Всё-таки добил ещё одну «звёздочку» в свою коллекцию… – припомнил я этого скользкого типа, предлагавшего мне «махнуться партнёршами». – А что с Иалантой? – всплыла в голове та эффектная женщина. – Её тоже убили? Или теперь она главный посол?

– Скорее всего, – неопределённо сказал майор.

– Я слышал, – вклинился Эрбо, – теперь она спит с Ребисом.

– О, как, – моргнул я. – Да-а… я и правда надолго выпал из раскладов Худроса. Как это допустила Крылатая? Или теперь у братца новая фаворитка?

Мы болтали до самого вечера. Тем и сплетен было много. Под конец я даже отдал Годарту Хриосу, которую вытащил из мёртвых рук Изизы. Майор посетовал, что дочь наместника нужно было взять живой. Как и того самого Химберта Порана. Я с удивлением узнал, что филин был сильнейшим воином Миизара. Ну, по официальной версии, потому что по факту сдох он весьма и весьма легко.

Вообще, я планировал уничтожить Хриосу или спрятать куда подальше, чтобы никогда более не увидела белый свет. Почему? Чтобы её не применили против меня. Благо, я не идиот. В мире полно Хриосы. Если бы эта была последней – другое дело. А так… не будет одной, непременно всплывёт другая.

Короче, нам бы тоже не помешала своя. Мало ли с чем предстоит столкнуться? Вдруг Саркарн бросит на нас Дракона? Так будет хоть теоретический шанс с ним совладать.

Хотя… имелась надежда, что я или Ребис сумеем дать ублюдку бой. Хотя бы вдвоём. Правда вот то, что по силе сукин сын если и уступит Безграничному, то совсем незначительно, давал понять: пока шансов нет.

Эх, это в местном болоте я кажусь непобедимым. До реальных владетелей мира ещё ползти и ползти!

Глава 20
Пугала

«Умирает. Но не такого конца он желал. Умирать целую вечность. Кто согласится на подобную участь? Для себя лично? Кто стал бы призывать такую судьбу? Можно ли… можно ли как-то помочь?»

* * *

1140 год от сотворения мира, остров Миизар

Сброд, притворяющийся армией, шагал третий день. Пыль от тысяч ног висела в воздухе плотной мутной пеленой. Стучали копыта и сапоги, скрипели колёса, отовсюду доносилась вездесущая ругань – из-за воды, еды, золота, вещей, баб и прочих мелочей.

В воздухе висела вонь конского навоза, немытых тел, прогорклого сала и той особой солдатской кислятины, что въедается в одежду за первую же неделю похода. Местами к этому букету примешивался сладковатый душок – где-то в обозе везли гнилое мясо, но интендантская служба клялась, что «ничё, перетрётся, в похлёбке сварится – не заметят».

Брохус давно остался позади. Разрушенный, ограбленный, но не сгоревший. Ну, не полностью. В принципе, его ещё можно отстроить. Если после победы Ребис сразу направит туда людей, ибо пустые дома плохо переносят время. Они… быстро ветшают.

Развилка с выбором направления, на прибрежный Измар или глубинный Хаттофи, тоже была пройдена. Там оставили пять сотен солдат, наблюдать за дорогами, заниматься разведкой и налётами. Держать, так сказать, врага в тонусе, попутно защищая наши логистические поставки.

Ну а мы двинулись на Хаттофи – грабить.

Ха-а… не то чтобы я слишком уж сильно сопротивлялся. Солдатам, – бродягам, которые играли их роль, – нужно бросить кость. Показать, что командование о них заботится.

Смешно, но верно. Поэтому мы приближались к «восточной жемчужине».

Мухи летели над колонной, приглядывая за людьми. Растянутая на километры колонна напоминала кишку, набитую мусором: вчерашние землепашцы, телеги, лошади, бочки, ящики, проститутки, мародёры, интенданты, пьяницы и несколько сотен тех, кто действительно умел воевать.

Впрочем, из пяти тысяч вышедших изначально осталось немногим больше трёх. Брохус знатно проредил войско. Ещё и часть осталась «прикрывать тылы». Нет мы, конечно, выбили подкрепление, но этого было мало!

По сути, надежда больше шла на сверхлюдей, таких, как я, чем на общую массу. Как бы и верно, но… Если бы не я, то надежды одним лихим кавалерийским броском взять Хаттофи просто не было бы. Чего уж, эти увальни облажались бы на Брохусе!

Однако я был. А потому мы продвигались вперёд, разбивали лагеря, рыли сральные ямы, возводили частокол, – сугубо для галочки, – худо-бедно столовались, отсыпались и шли дальше.

Дисциплину ныне держали строго. С моей помощью офицеры приобрели больше наглости и ощутили за спиной силу. Любые драки быстро прекращались, зачастую смертью зачинщика, а потому народ слегка присмирел, даже начиная походить на подобие армии. Очень и очень отдалённое, но какое уж есть.

Вот и сейчас я наблюдал привычную уже картину. Впереди шёл авангард в двести рыл. Часть даже без доспехов, а остальные сплошь в разномастных, иной раз без шлема, потому что, сука, натирает видите ли!

У некоторых доспехи явно были с чужого плеча, а потому на привалах их частенько пытались выправить, расширить или сузить, подбивая под нужный размер.

Внимание привлекла группа из четырёх афридов, которые умудрялись играть в кости прямо на ходу, передавая друг другу доску и следя, чтобы не было жульничества. Дважды только на моих глазах они теряли кости на земле, создавая затор и подбирая их, покуда остальные с матами обходили придурков.

Боже…

Позади тянулся обоз на скрипучих телегах. Двое интендантов спорили со шлюхой, – община которых примазалась к армии, – пытаясь договориться о цене. Я не застал начало, так что не мог судить, о чём речь. То ли о том, чтобы она обслужила сразу двоих, то ли о том, чтобы «заказать» её одну на целый отряд…

Судя по их красным рожам, цена за опт роты была неподъёмной даже для казённого кармана. Либо девка просто не желала вписываться в такую вот авантюру.

А вот и драка! Парочка афридов вцепились друг в друга, как помойные коты, не поделившие подгнившую тушку крысы. Офицерский хлыст огрел вначале одного, потом другого. Десяток мух спустилась ниже, одним своим видом повышая дисциплину.

– Он у меня сапоги украл! – заскулил первый.

– Врёт, ублюдок, – прошипел второй. – Пьяница чёртов, глаза потерял…

Надеюсь офицер решит проблему. Обычно её улаживали хорошей порцией пиздюлей, а потому беспокоиться не о чем.

Наблюдал я не только за общей колонной. Мухи присматривали за разведкой, арьергардом и флангами. Насекомые находились и в оставленных за спиной городах, и летели вперёд, аккуратно изучая пути, засады и ловушки.

Изиза со своей Хриосой научила меня осторожности. Хотя нет, научил меня ей чёртов старик из Гончих. Вот уж какой урок я запомнил накрепко!

Летящие впереди мухи передали сигнал. Я тут же подключился к их глазам, после чего мысленно выругался.

Плохо. Всё очень и очень плохо.

Создав новый поток насекомых, я направил их к Годарту, а потом телепортировался рядом с ним. Майор даже не дёрнулся, продолжая хлестать из фляжки. Лишь кадык ходил туда-сюда. А вот солдатики рядом дрогнули, успокаивая лошадей и свои слабенькие забившиеся сердца.

– Когда вы уже привыкните, – пробормотал Годарт, закрывая фляжку. – Клятые ссыкуны, чтоб вас всех.

– Ворчишь, старик? – усмехнулся я.

На меня уставилось бледное каменное лицо. Понятно, почему больных Драхарской хворью зовут «белолицыми». У него и волосы поседели, полностью теряя пигмент.

Сука, надеюсь майор сумеет добраться хотя бы до Палида! Воин его уровня пригодится при штурме.

Ну а потом… что же, мы все знали, что этот момент наступит. Причём скорее рано, чем поздно.

Что-то разглядев на моём лице, он поморщился. Получилось с трудом, хотя камень, покрывающий его кожу, по словам самого Годарта, был довольно податливым. Какая-то грёбаная магия Аномалий!

– Не жалей меня, – сухо выдал он. – Лучше говори, чего появился?

– Угадай с трёх попыток, – сплюнул я.

– Враги? Или ловушка?

– Поле, – сказал я. – Типа пшеничного такого…

– Я знаю этот термин, Загрейн, – фыркнул майор. – Давай к делу.

– На нём разместились пугала. Сотни. Ну, точнее это кресты, к которым прибиты трупы, чьи головы накрыты мешками. И прибиты не как для казни, а вроде как делают крестьяне, отпугивая птиц.

Только вот птиц там не было. Не было и мелких падальщиков, охочих до дохлятины. Не имелось даже насекомых!

И это очень-очень плохой знак. Как бы не хуже, чем предыдущие.

Несколько секунд Годарт молчал.

– Звучит херово, – выдал он.

– А то, – согласился я. – Но и это не всё. У них с рук капает какая-то чёрная гадость. Под каждым столбом лужица.

Будто нефтяная. И хуже – воняло машинным маслом. Я впервые почуял этот запах в Эндории. Тут… нет машин! Никаких! Местная инфраструктура ещё не доросла до таких штук. Нет, возможно где-то в саркарнских лабораториях или…

– Кровь? – предположил майор, обрывая мои мысли.

– Не похожа, – честно ответил я. – Мухи чуют… особый запах. Не могу объяснить. Видать какая-то алхимия. Парочку я даже направил попробовать мерзость на вкус, но будто бы ничего не изменилось.

Вообще, изменения были. Насекомые словно дёрнулись, как при смерти или обрыве связи, но… ничего. В смысле, ничего после этого «дёрга» не случилось. Возможно мухи иммунны к дряни, а может это не яд, а что-то иное. Или и правда кровь, просто… э-э… обработанная?

Не в курсе. И выяснять что-то не хочется.

– Откуда… – Годарт попытался подобрать словно, но по итогу сдался, – откуда «это» вообще появилось там? Очередная пакость Вермитракса?

– Ты разве не глава разведки? – поднял я бровь.

– Шпионской сети, не разведки, – поправил он меня. – Разные вещи.

– И обе относятся к нынешней ситуации. Мозги мне не крути, белолицый. Ничего не знаешь, так?

– Тц, – отвернулся майор. – Если твои пугала не прячут в штанах взвод солдат, нам беспокоиться не о чем.

Сзади подтянулся Нильтас Морлан, министр Ребиса, занимающийся поиском новых месторождений. Ныне он возглавлял конницу. И судя по лицу, слышал весь наш разговор.

Ну да, ну да, Аура Наблюдения. Всё-таки никто не использовал Скрытность.

– Возможно стоит объехать это место? – сказал он. – Подумайте сами: его наверняка организовали специально. Там точно что-то есть. И это «что-то» ещё создаст нам проблем.

– Или нет, – равнодушно пожал Годарт плечами. – Загрейн?

– Мухи опрокинули уже пять шестов, пожирая трупы. Обычное мясо, но с необычным наполнением. То ли какая-то зараза обратила их кровь в этот вот… чёрный кисель, то ли яд. Думаю, Нильтас в чём-то прав. Что если это заражённые какой-то дрянью?

– Обход займёт неделю, не меньше. Мы не можем потерять столько времени. Ребис нас с потрохами сожрёт за такой срыв сроков. Мы и так, – майор сплюнул, – пошли на поводу у Эрбо с его гениальным планом…

– Я всё слышу! – подъехал уже упомянутый Эрбо вместе с Далконом.

И вот, вся команда в сборе. Правда место для совещания не самое лучшее. Фактически открытое – с возможностью подслушать.

Часть моих мух, между тем, продолжила полёт далеко за полем с пугалами и, спустя два десятка километров, добралась до Хаттофи.

Стены скорее символичные, всего под три метра. Каменные, ухоженные и совершенно декоративные. Ха! Ну, защищаться им и правда будто бы не от кого. Было. Раньше.

Город жил так, словно к нему не приближалась огромная по местным меркам армия, уже подмявшая под себя половину восточной части Миизара. Люди спокойно ходили по улицам, приветливо кивали друг другу. Рынок забит битком, по переулкам бегали дети, махая палками, стража лениво патрулировала улицы…

Подключив Ауру Наблюдения к мухам, я на миг замер, ощущая часть города. И тут же нахмурился. Много народу в домах, что норма, но… неподвижны? И при этом живы? Спят? Сейчас? А если…

Контроль оборвался, словно мухи погибли прямо в воздухе. Однако следующие за ними сумели рассмотреть тёмные точки, продолжившие полёт.

Я отступил остальными насекомыми, расширил Ауру, но на расстоянии от Хаттофи получалось «ощупать» лишь самый краешек города.

Выпав из разговора, я поздно осознал, что на поле была направлена разведка из десятка всадников, а Годарт уже приказывал подтянувшимся алхимикам добавить в воду универсальный антидот.

– … понадобится слишком много для уверенного результата, – доказывал ему худощавый старик с грязно-серой бородой, напоминающей мочалку. Она ещё и с подпалинами была! – А если добавить сколько нужно, то у нас просто не хватит ресурсов…

– Никто не требует невозможного, – Годарт подался ближе, ухватив алхимика за плечо, – добавь в меру. Так, чтобы перед полем с этими чёртовыми пугалами мы могли просто уверить армию, что заботимся о них и сделали всё, – акцентировал он внимание на последнем слове, – от нас зависящее. Понимаешь?

– Изобразить, да… – неуверенно кивнул он. – Конечно… Может тогда не антидот, а?..

– Чтобы нас уличили в обмане? Нет, мы должны уверенно заявить всем и каждому, что добавили именно антидот.

Хмыкнув, я вновь обратился в рой, продолжая безмолвный контроль пространства вокруг.

Разведка вернулась как ни в чём не бывало. Выглядели люди слегка напряжённо, но казались здоровыми. Слова тоже успокоили командирский состав. Да, трупы на палках. Да, с мешками на головах. Да, истекают чёрной дрянью вместо крови. Да, воняет каким-то алхимическим дерьмом, но вроде терпимо. Но это всё.

– Слегка опухшие, – рассказывал разведчик, стянувший мешковину с одного из них. – Морды синюшные, глаза – бельма. Но в остальном – трупы, как трупы.

К середине дня армия добралась до поля. Суть была рассказана бойцам заранее, ведь никто не хотел, чтобы люди пугались.

Жаль, что это не слишком помогло.

Войска начали замедляться ещё за пару сотен шагов. Разговоры стихали сами собой. Народ осенял себя святыми символами и шептал молитвы, даром, что все уже выпили «антидот».

Я не мог их осудить.

Наполненное неестественно жёлтой сухой травой поле было огромным и тянулось вширь насколько хватало глаз, до самых холмов. Ровное, как стол. И всё оно было густо заставлено чёрными крестами, смотревшимися будто пеньки гнилых зубов во рту у нищего.

Вот только ни у одного бродяги не найдётся такого числа… Тысячи полторы их тут, навскидку.

Руки раскинуты. Головы опущены. Истекают чёрным. Воняют машинным маслом, таким… чем-то средним между гарью, бензином и выхлопным газом.

Из вóйска слышались отборные маты. Первые ряды остановились, несмотря на то, что в спину давили остальные. Наверное таким образом встала бы вся колонна, если бы не офицеры, жёстко погнавшие народ вперёд.

Прозвучали неуверенные пожелания снять мертвецов и похоронить, но основная масса быстро высмеяла таких «идиотов».

– Птицы и насекомые сожрут эту тухлятину за пару месяцев, – постановил Эрбо Олти. – Вперёд, народ, Хаттофи ждёт! Шлюхи, золото и вино!

Угу. «Птицы и насекомые». Разве что мои, сука, потому что иных я чего-то не вижу!

Вставлять своё мнение я, однако, не спешил. Нужно сохранить хоть какой-то боевой дух.

– Мы всего в дне пути от города, – добавил Далкон Бёрт.

И эти слова сработали. Разнородное войско зашевелилось, ощущая энтузиазм. Я же вновь пытался «прощупать» Хаттофи, всё больше осознавая: с городом что-то не так.

Мухи теряли контроль. Попытка подкопаться через землю ни к чему не привела, а ближайшие дома, которые я обследовал Аурой, теперь оказались пустыми.

Люди ушли? Их перенесли? Это ловушка?

Было логично предполагать последнее, но… я не видел смысла. И обороны тоже не видел. Если в Брохусе армию встретила натуральная полоса препятствий, но здесь всё казалось мирно, как на детской песочнице.

Я даже не стал делиться мыслями с остальными. Знал, что решение всё равно не изменится. И пусть я мог попытаться надавить, но… Пока не видел смысла.

Посмотрим, что будет. В крайнем случае я всегда смогу отступить, ведь теперь не рискую создавать себе тело, а единственная Хриоса, вытащенная из мёртвой руки Изизы, ныне находилась у Годарта.

– Это просто трупы на палках! – разорялся внизу один из офицеров, подгоняя народ быстрее топать по полю. – Пугала и больше ничего! Рассчитаны как раз на таких суеверных дурачков, как ты, Плакса. А ты, Гуляш, вообще заткнись! Р-распустились, мать вашу! Хотите, чтобы Затмение добавил вам жалом по жопе, для ускорения⁈

Я поморщился. Добавлять «жалом по жопе», особенно мужикам, мне совершенно не хотелось!

На миг перед глазами возникло лицо Заны, с которой я так и не встретился со времён ухода в Диргос. То есть, уже более трёх месяцев…