Текст книги "Бесконечная война (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц)

– У меня нет друзей, император, – сухо сказал он.

Вопреки всей логики и здравому смыслу, Дэсарандес принял этот ответ.

– Даже среди других «перебежчиков»? А как же я, твой император? Или Каирадор, Красный Верс, который скоро поведёт в бой всю крестьянскую армию? Он упоминал, что ты… уникален. Что в тебе есть что-то, вызывающее интерес. Не простой разведчик, а тот, кто может действительно много.

– У нас совершенно иные отношения, – глухо произнёс Алджер.

– И тебе не бывает одиноко? – удивился или изобразил удивление Дэсарандес. – Здесь, вдали от соратников и семьи, сражаясь против бывших товарищей, когда каждый день может стать последним? При этом ты не думал о том, чтобы открыть кому-то свою душу?

– Я не сказал, что мне одиноко, только то что у меня нет друзей. Среди «перебежчиков» я – такой же как все. Ведомый твоей волей. Но что мне женщина, которая идёт рядом, усталый ребёнок, которого несут на руках, мужчины вокруг… если они умрут, я съем их. Не бывает друзей в такой компании, император. Только будущая еда.

– Однако ты отказываешься есть, – заметил Дэсарандес.

Фосрен замолчал.

Его собеседник немного подался вперёд.

– Но теперь ведь не откажешься, верно? – слова императора отдавали лукавым цинизмом.

«И вот безумие накрывает меня тёплым одеялом», – промелькнула мысль в голове Алджера.

– Если хочу жить, – пробормотал он.

– А жизнь важна для тебя, Алджер Фосрен? – проницательно спросил Дэсарандес.

– Не знаю, император, – разведчик пожал плечами.

– Так давай проверим, ладно? – взяв небольшой колокольчик, он позвонил. Внутри гигантского шатра моментально началось движение. Наивно было считать, что они здесь одни.

Не прошло и минуты, как занавески дёрнулись и зашли слуги, принёсшие небольшой стол и одинокую тарелку, на которой лежали куски дымящегося варёного мяса. Совсем свежие и мягкие. Нежные…

Короткий жест Дэсарандеса отправил всех прочь. Здесь по прежнему оставались лишь они вдвоём.

– Вот пища, которая тебе нужна, – провозгласил император. – Сладкая плоть. Приобретённый вкус, так мне сказали, во всяком случае. Ага, вижу, голод вспыхнул в твоём волчьем глазу! Действительно, внутри каждого человека прячется зверь, которому нет дела до происхождения этого мяса. И всё же, – отеческая улыбка появилась на его губах, – я рекомендую есть осторожно, иначе сжавшийся желудок может отвергнуть всё, что ты ему предложишь.

С тихим стоном Алджер повалился на колени подле столика и протянул руки. Зубы заболели, когда он начал жевать, к соку мяса примешивался вкус собственной крови. Он проглотил кусочек, почувствовав, как желудок сжался вокруг него. Усилием воли фирнаданец заставил себя остановиться, подождать.

Дэсарандес подошёл к своему столу, осмотрев свитки, лежащие поверх других свитков. Бесконечные донесения и отчёты.

– Придётся пожертвовать частью ресурсов, Алджер Фосрен, – произнёс он. – Отдать новоприбывшим инициативу, несколько лагерей и складов. Пару десятков пушек и несколько тысяч солдат. Дать им глоток воздуха, – его прямой и откровенный взгляд уставился в единственный глаз разведчика. – Тебе знаком сенет?

– Да, император, – пытаясь отдышаться и сдержать желание выблевать всё обратно, сказал фирнаданец. Он ощущал, что поддался своим желаниям. Оказался слаб. Раздавлен. Унижен. Причём Дэсарандес не делал ровным счётом ничего, чтобы этого достичь! Напротив, он помог ему, вылечил, накормил…

«И даже не пытал…» – полная мучительной иронии мысль показалась Алджеру иглой, которая вонзилась ему в ухо.

– В сенете есть такая замечательная тактика, которая называется «гамбит», – император сложил руки за спиной. Цепь с насаженной на неё головой переливчато зазвенела. – Её суть в том, чтобы отдать «лёгкую» фигуру, дабы обострить игру, заняв более тактически удачное положение на доске.

Бессмертный человек шагнул вперёд.

– Для этого нужно обладать должным уровнем хладнокровия и понимания, как своих слабых сторон, так и слабых сторон противника. Каждое отступление – это понижение боевого духа, даже если в качестве «жертвы» отдаются откровенно ненужные и бесполезные люди, наподобие магов со Стигматами, расхлябанных офицеров и больных дизентерией солдат.

Дэсарандес снова улыбнулся, внимательно осмотрев разведчика.

– Говорят, волки избегают человеческой плоти, если у них есть выбор. Не думай, что я лишён милосердия, Алджер Фосрен. Мясо, что лежит перед тобой – оленье.

Стоящий на коленях мужчина раскашлялся. Он ощутил, как подрагивают руки и ноги, а из глаз медленно текут слёзы.

– Это… не важно, – еле слышно прошипел фирнаданец.

– Не важно, – согласился император. – Потому что важными являются совершенно иные детали.

И он пригласил Фосрена за свой стол, позволив сесть напротив себя.

– Расскажи мне о Фирнадане, Алджер, – попросил Дэсарандес. – Про Вторую армию и те позиции, где размещались ваши солдаты. Про входы под землю, которые вы прячете от нас. Поведай мне всё.

Разведчик открыл рот, но грубые слова застыли, так и не сумев выйти из его горла. Он ощущал себя скованным. Это было так странно, что в первые мгновения Фосрен даже посчитал это действием магии или зелий – примесей в мясе.

Но всё было иначе. Эмоциональное потрясение, в которое император раз за разом погружал Алджера, раскачивая его, словно маятник, привело душу и разум мужчины в смятение.

Он снова открыл рот, но в этот раз оттуда полетели совершенно другие слова…

* * *

Фирнадан, взгляд со стороны

Капитан «Чёрных Полос» Маутнер, его формальный командир Гаюс, и их малочисленная группа быстро двигались вперёд, по захваченному имперцами городу. Целью была центральная площадь, от которой они планировали сориентироваться по дальнейшей дороге в сторону за?мка. Однако, не доходя до нужной цели, солдаты замедлили шаг, когда мерцающее пламя пожара высветило ужасную картину впереди. Здесь произошла безжалостная бойня, а затем – пир. Булыжники были покрыты костями, порой обглоданными, а порой – алыми и влажными, с остатками плоти и сухожилий. И две трети мертвецов, насколько капитан мог понять по форме и одежде, принадлежали захватчикам.

– Триединый… – пробормотал Маутнер. – Имперцы дорого заплатили за свой успех. Похоже, мне стоит пересмотреть своё отношение к гарнизонным бойцам.

Усатый сержант Лотар кивнул. Это был достаточно трусливый человек, но в миг опасности сержант умел принимать верные решения, чем и заслужил своё звание.

– И всё же, численный перевес сыграл свою роль, – с толикой раздражения дополнил Лотар.

– Приди подкрепление Хельмуда хотя бы на два-три дня раньше… – зубы капитана скрипнули.

Никто не договорил за него. Не было нужды.

– Вон, – единственная в отряде женщина, Килара, ткнула пальцем в сторону высокого за?мка. – Цитадель. Не так уж и далеко, прямо за тем столбом дыма.

– Начнём оттуда, нечего здесь торчать, – буркнул Гаюс.

Элитный отряд настороженно направился через жуткую площадь в сторону главной улицы, которая, похоже, вела прямо к нужной им цели. Везде валялись трупы: в канавах, в выбитых дверях домов, возле заборов и под обломками разрушенных или сгоревших баррикад. Дальше по улице куча всё ещё покрытых плотью тел возвышалась, словно холм. «Чёрные Полосы» ничего не говорили, приближаясь к склону этой омерзительной груды. Представшую перед ними правду было сложно понять. Только на одной этой улице находилось не менее десятка тысяч тел. Возможно, больше. Влажная, уже разбухшая бледная плоть вокруг зияющих ран, из которых вытекла кровь. Часть была убита магией (сожжена или обварена), часть – пулями, часть – честной сталью.

Курганы из тел у входов в невысокие здания, устья переулков, ворот усадеб, ступенчатых подходов к разграбленным храмам… На мёртвых лицах и в невидящих глазах плясали отблески пламени, коверкая их подобием движения, иллюзией жизни.

Чтобы идти дальше, бойцам нужно было взобраться по этому трупному склону. Гаюс не колебался, решительно указав направление.

Почти сразу от небольшого арьергардного отряда, расположившегося в тылу и присматривающего за окрестностями, пришла весть: «перебежчики» вошли через ворота и, словно беззвучные призраки, двигались следом за «Полосами». Несколько сотен, не больше. Плохо вооружённые, а значит, не представляющие особой угрозы.

В ответ на эти вести Гаюс молчаливо пожал плечами, более никак не реагируя.

Бойцы Второй армии направились вверх по мягкому склону из тел. Самым трудным для них было не смотреть вниз. Не думать о том, что находится под ногами. Думать только о защитниках города, которые здесь сражались. Думать о почти нечеловеческом мужестве, об отрицании смертных границ, о гарнизоне Фирнадана, чьи трупы они, периодически, также видели на своём пути. Воины Первой армии, которые продолжали сражаться вопреки всему. Они не сдались перед лицом такой угрозы. Не сдались… и оказались заживо порублены на куски.

«Эти солдаты посрамили нас всех, – мелькнула мысль у Маутнера. – Сражались отчаянно, не отдавая без боя ни единый метр земли. Это урок нам… Урок, что пришли на войну, где нет милосердия».

Вскоре стало очевидно – холм был кем-то намеренно сложен. Это оказался… проход. Но к чему?

Настил из трупов завершился неровной грудой тел на расстоянии меньше человеческого роста от крыши четырёхэтажного дома. Напротив здания размещалась точно такая же груда, но огонь превратил её в тлеющий курган.

Гаюс ступил на самый край обвала. Остальные последовали за ним, пригибаясь, оглядываясь, пытаясь осознать значение увиденного. Обвалившийся край открыл правду: у этого жуткого сооружения не было основания. Не было ничего, кроме огромного месива мёртвой плоти.

– Осадный холм, – наконец тихо, почти неуверенно, сказал сапёр Грайс. – Имперские ублюдки хотели до кого-то добраться…

– До нас, – ответил чей-то молодой холодный голос на крыше.

Ружья взметнулись вверх. Маутнер бросил взгляд в сторону незнакомца. У края крыши выстроилось несколько фигур, освещённых отдалёнными пожарами.

– Из-за рун они не могли пробиться через первый этаж, – продолжил говорить голос. – Им пришлось притащить лестницы, но магия не оставила ублюдкам шансов. Тогда имперские офицеры нагнали сюда «мяса». Гнали его столько, что все наши волшебники, включая и меня, ощутили жжение по всему телу. Вскоре пришлось принимать рукопашный бой.

– Однако, вы отбились, – высказался капитан.

– Как видишь, – усмехнулся молодой маг, сделавший шаг вперёд. – Мы перебили их всех.

Эти люди, безусловно, принадлежали к защитникам Фирнадана, но не являлись представителями гарнизона. Во всяком случае, так подумал Маутнер. Он видел, что они были вооружены, но всё снаряжение и даже форма оказалась весьма разнородной.

– Так это… – заговорил усатый Лотар, но почти сразу сбился и замолк.

Парень с холодными изучающими глазами, который, похоже, возглавлял группу, слабо улыбнулся.

– Поднимайтесь, если хотите, – махнул он рукой.

На крыше показались лестницы, которые скользнули по краю. Гаюс заколебался. Маутнер подошёл к нему.

– Считаю, стоит им довериться. Есть у меня ощущение, что мы не прогадаем, – негромко шепнул капитан.

Здоровяк фыркнул.

– Ну если ты так считаешь… – и жестом подозвал остальных солдат к лестницам.

Люди бодро перебирали конечностями – стоять на высоком холме из трупов им не нравилось.

– Почему не сожгли? – спросил капитан у мага.

– Когда бой шёл, то сил уже не осталось, – неохотно пояснил он. – Сейчас я уже немного пришёл в себя, но не хочу привлекать внимание огромным пылающим костром. К тому же, вонять будет премерзко, можешь мне поверить, – юноша мрачно хмыкнул. – Утром же мы планировали уйти в… – взгляд парня стал цепким и острым. – Этого я пока не скажу. Просто уйти.

– Уйти, так уйти, – Маутнер пожал плечами и огляделся. Плоская крыша здания походила на маленький трущобный посёлок. Навесы и палатки, костры, тлеющие на перевёрнутых щитах. Сумки с едой, сосуды с водой и вином. Ряд завёрнутых в одеяла фигур – павшие, всего семеро. Капитан видел под навесами других, скорее всего раненых. Возле чердачного люка было поднято знамя – жёлтый флаг из детской туники с тёмными полосами.

Оставшиеся защитники здания стояли молча, наблюдая, как Гаюс послал людей к каждому краю крыши, чтобы проверить, что находится под домом и напротив него.

– Я – капитан Маутнер, отряд «Чёрные Полосы» из Второй армии, – представился мужчина.

– А вы не спешили, да, офицер? – в голосе волшебника не было злости или насмешки, просто констатация факта.

Маутнер моргнул.

– Вторая была отрезана войсками Империи и лишь получив подкрепления из вольных городов, выступивших под командованием генерала Хельмуда Дэйчера, у нас появились шансы изменить ситуацию. В ближайшее время в Фирнадан войдёт целая армия свежих солдат с припасами и порохом.

– Вот оно как… – задумался маг. – Хорошо. Значит, пришло время изменить ход событий.

– Изменить ход событий? – пробормотала Килара. – Да вам, похоже, не нужна была помощь, чтобы его изменить.

– Гаюс! – крикнул сапёр, Грайс. – Мне не нравится то, что у нас под ногами. Трещины. Вся эта крыша покрыта трещинами.

– Со стенами – то же самое, – отметил его сосед. – Со всех сторон.

– Это здание набито трупами, – произнесла невысокая темноволосая волшебница, сохранившая знаки отличия на своей форме. Похоже, она была хороша в производственной магии и чинила своё снаряжение. – Они не только воняют, но и разбухают. Вот почему мы выбрались на крышу, хоть ранее сидели внутри, на последнем этаже.

– Даже руны не могут скрепить каждый камень, – хищно усмехнулся парень. – Но я всё равно старался.

– Ты так и не назвал своё имя, – не сводя с него глаз, сказал Маутнер.

– Изен, – после секундной паузы поведал волшебник.

– Кто ещё остался в Фирнадане? – спросил Гаюс. – Логвуд по прежнему командует обороной? Или все разбрелись по отдельным точкам? Что с подземкой? Сколько там людей и припасов? И что известно по предательству Сайкса? За ним кто-то проследил? Его вывели за стены или он всё ещё прячется где-то здесь?

– Хорошие вопросы, – кивнул Изен, сложив ладони в замoк. – Но ответы на них будут не столь приятными, как хотелось.

– И всё же? – наклонил капитан голову.

– Остатками обороны по прежнему командует комендант Тольбус Логвуд, – произнёс маг. – От гарнизона остались жалкие остатки, пара тысяч солдат, которые скрываются под землёй и вот в таких убежищах. В основном защищают гражданских, хотя все они сейчас невольно переквалифицировались в солдат. Однако… этого всё равно не хватает. Мы постепенно сдаём позиции, но пользуемся тем, что император опасается вводить в Фирнадан все свои силы… Думаю, – он почесал подбородок, – вы знаете почему.

– Знаем? – Маутнер посмотрел на Гаюса, который хмуро уставился на Изена, но, спустя несколько долгих секунд, кивнул.

– Радует, – слабо улыбнулся волшебник. – Радует… За?мок мы отбили вчера вечером, объединившись с генералом Эдли, но я не исключаю, что его уже снова заняли. В принципе и отбили то мы его потому, что имперцы не стали там закрепляться, отдав «перебежчикам». Среди них присутствовал странный колдун, который командовал не только крестьянами, но и регулярами, однако взять его мы не смогли. Сбежал. Где он сейчас, я не знаю. Может покинул Фирнадан, а может где-то затаился. Про Сайкса, увы, – Изен пожал плечами, – тоже ничего не известно. Я слышал только то, что его прикрывал имперский граф, – на миг лицо парня исказилось, но так быстро пришло в норму, что почти никто ничего не заметил. – В остальном… – он снова замолчал, а потом, будто решившись, продолжил, – мы планировали забрать припасы, которые оставили здесь, да направиться на объединение с остальными – под землю.

– Повезло, что генерал Эдли дал нам людей, в качестве проводников, – высказался потрёпанный солдат из защитников. Его форма была изрезана и измазана в крови, но тело не пострадало. Скорее всего – вылечили. – Их помощь, когда маги истратили все силы, стала решающей.

– И всё равно почти все погибли, – негромко произнёс другой, посмотрев на навес, под котором лежали прикрытые грязной тканью тела.

– Что же, похоже мы пришли как нельзя вовремя, – улыбнулся усатый сержант Лотар. – Значит, ещё не поздно спасти это место.

– Не бывает слишком поздно, – прорычал Гаюс.

Капитан Маутнер оглянулся, посмотрев на город с высоты.

– Привет, Фирнадан, – прошептал он. – Вторая пришла.

* * *

Неожиданное появление союзного отряда из почти трёх десятков умелых бойцов (хоть и не сионов) здорово подняло боевой дух, что было критически необходимо в наших условиях. Но особое воодушевление вызвала их информация. Подкрепление из Сауды и Олсмоса? Давно пора!

И пусть число ожидаемых солдат было сравнительно невелико – двадцать тысяч человек. Но это были свежие люди, жизненно необходимые нам. На глазок, сугубо по слухам и обрывкам информации, я бы предположил, что после объединения с остатками Второй и гарнизоном Фирнадана, нас станет порядка тридцати тысяч. Ну, может тридцати пяти тысяч, не больше. Всё ещё очень мало… Или нет?

Я не был стратегом, не был и тактиком. Я был версом, «мотыльком-однодневкой», которого никто и никогда не учил бы подобным вещам. У меня было лишь то образование, которое дали в поместье Моргримов, а также собственный жизненный опыт, который я получил в путешествии и здесь, за последние недели.

И всё же, мне виделись перспективы, ведущие к победе. Ложные? Безусловно… иначе и быть не может… не против бессмертного императора.

Однако, нет-нет, да в голове мелькала мысль: «Мы победим».

С появления новичков сразу же мы никуда не двинулись, вместо этого принялись обмениваться информацией и составлять хотя бы черновой план. Как оказалось, новоявленные союзники желали, ни много ни мало, устранить мятежного генерала Сайкса, сведения о котором Логвуд передал во Вторую и лично Маутнеру («Чёрные Полосы» и правда были известны среди местных) через почтовую шкатулку. И сведения эти подтвердили гулявшие слухи: последний раз предателя видели в компании «некоего имперского аристократа», Тэдреха Моргрима, моего отца… Вот уж… повезло!

Впрочем, я надеялся, что уж кто-кто, а Тэдрех точно найдёт способ выпутаться из ожидаемой кучи дерьма. Всё-таки он никогда не был идиотом, а значит я могу не сомневаться… Я искренне не хотел его смерти! Пусть отец сколько угодно поддерживает Империю, но это не означает, что мы должны стать врагами. Как не означает и истину его взглядов с утверждениями. И вообще, уж кто-кто, а семья графа точно не обеднеет, если страна потеряет колонии. Напротив, я почти уверен, что их положение лишь упрочится.

Кроме того, увы, но в подобном вопросе моё мнение, несмотря на все успехи, попросту не котируется. Я не мог приказать армии НЕ атаковать отца и его отряд, в случае столкновения. У меня не было для этого ни одной адекватной причины. К тому же… Сайкса и правда нужно убить. Он знал слишком много информации. Возможно, что её уже передали Дэсарандесу, а возможно и нет. Всё зависело от слишком большого числа факторов и переменных, которые мне были попросту неведомы.

Чего уж, я не исключал, что император уже знал решительно всё, но медлил по каким-то собственным причинам. Боялся статуи Сэнтилы?..

Боже, я не знал, что у него в голове, а потому мог делать лишь то, что оставалось в моих силах: убивать противников.

В любом случае, у наших новоявленных союзников было понимание обстановки, хоть его, конечно же, оказалось недостаточно. Я, уже не скрываясь и не таясь, поведал им реальное положение дел, что, разумеется, не обрадовало этих людей. Однако они были искренне благодарны, что не придётся переделывать все планы на ходу.

Второстепенной целью элитного отряда, который проник в Фирнадан ДО появления основных войск, также являлось наведение шума и отвлечение противника. В этом им, можно сказать, повезло. Прибытие со взрывами у ворот (мы их слышали) оказалось красочным. Касательно же вопросов о том, где мог затаиться отряд Тэдреха, я совершенно искренне пожал плечами.

– Если этот человек до сих пор здесь, то где он находится может знать разве что комендант Логвуд, – честно ответил я капитану и его формальному командиру. – Лишь он может владеть должными сведениями. В конце концов, практически вся информация, добытая остатками разведки или случайными вылазками, передаётся именно ему.

– Если, конечно, утреннее наступление не поспособствует побе?гу графа с войском и его «ценным информатором», – проворчал Гаюс – высокий и увитый мышцами мужчина со звероватыми чертами лица. Как и упомянул, формальным командиром новоприбывших был он, но ранее, до прихода подкрепления Хельмуда, «Полосами» командовал капитан Маутнер, а потому возникло странное двоевластие, которое, тем не менее, совершенно не смущало этих людей.

«Побе?гу»? – мысленно улыбнулся я. – Нет, мой новоявленный «друг». Ты плохо знаешь отца. Он не упустит такую возможность, ибо сам ненавидит предателей, хоть и регулярно пользуется их услугами. Уверен, Тэдрех с огромной радостью даст нам желаемое, если уже успел выбить из него все нужные сведения… Ну и конечно, ежели не будет иного, чёткого и внятного приказа.

Остаток ночи мы готовились к ожидаемому противостоянию и обсуждали путь, который предстоит пройти до ближайшей точки входа в подземелья, навстречу коменданту.

На рассвете с севера и востока начали доноситься звуки сражения. Получив подкрепление, потрёпанные войска Второй армии сумели начать полноценное контрнаступление сразу с нескольких направлений. И я говорил не только о Фирнадане. Капитан Маутнер поведал, что по плану бойцы нанесут удары в том числе и по лагерям Империи (не основным), а также по её складам.

– Все эти места уже разведаны, – рассказал он. – Каждое давно отмечено на карте, но у нас не имелось возможности даже подкрасться к ним. Эти скоты везде развешали свои артефакты, которые чуют человека за километр! Ещё и маги руны нанесли. Нахрапом такое было не взять.

Артефакты, ага… те штуки, которые я помогал делать ещё на подходе к Мобасу. Эх… кажется, что это происходило так давно… Потому что война растягивала дни в месяцы, а недели в годы. Уверен, след, который остался на мне после произошедших событий, будет тянуться всю оставшуюся короткую жизнь. Хотя… что будет завтра? Может, там случится нечто, что перечеркнёт всё виденное ещё на один раз? Я уже ничего не исключаю.

Позднее я узнал, что Маутнер не соврал и одновременно с наступлением на город усиленные армейские части Второй и правда напали на огромные лагеря Империи, которые лениво и в полной вседозволенности раскинулись вокруг Фирнадана, изредка постреливая в него артиллерией (сейчас особого смысла в этом не имелось, ведь город уже захвачен).

Схватка вышла кровавой. Подкрепление и контратака Второй, на которой имперцы уже поставили крест, оказалась полнейшей неожиданностью, однако даже так бойцы вольных городов столкнулись с отчаянным сопротивлением. К лагерям быстро подоспела патрулирующая окрестности конница, отчего численный перевес опасно заколебался. Благо, что вместо защиты плохо подготовленных оборонительных позиций, командир имперцев решил наступать, надеясь, что ему направят дополнительных людей из основного лагеря. Вот только он не знал, что атака началась сразу на несколько целей и войска Империи оказались разделены. Подоспевшее подкрепление не соответствовало никаким ожиданиям командира, отчего наступление заглохло.

Это позволило солдатам Второй сдержать наплыв врага, и вскоре регулярам, атакованным со всех сторон, пришлось окапываться. Таким образом они в должной мере затянули бой, но подключившаяся артиллерия (пушки тоже входили в состав подкрепления) сыграла свою роль, разметав укрепления лагеря и организовав достаточно дыр в их обороне. Остаткам имперцев не помог даже отряд сионов, который с опозданием подоспел на помощь. Элитное подразделение потеряло чуть ли не треть своего состава, осознав, что платят жизнями за смерть всего двух-трёх бойцов вольных городов, что было откровенной дикостью. Сионы отступили, наплевав на приказы своих офицеров, чем вызвали неразбериху и даже отголоски паники, прошедшие по контролируемым Империей землям вблизи Фирнадана.

Со стороны складов нападение также прошло успешно. Почти три тысячи солдат Империи, защищающие крупные запасы продовольствия, пороха и прочих расходников, были вынуждены отступить в сторону Светлого залива, через который кораблями получали припасы. Однако Вторая не отпустила их, загнав в море и в должной мере окрасив воду алым. Немногие выжившие панически бежали вдоль берега – на запад, прямо в бескрайние леса Солкос, что оказалось роковой ошибкой, ибо вскоре их отряды попали в болото, где и увязли. Преследователям, которые нагнали их уже в сумерках следующего дня, открылась презабавная картина. Отлично знающие местность войска вольных городов окружили и перебили всех регуляров до последнего.

К сожалению, там же солдаты Второй обнаружили остатки ужасного пира «перебежчиков». Сотни недоеденных трупов, которыми была забита поляна, поразили взгляд воинов, клявшихся «остановить ублюдков».

И такая возможность, вскоре точно представиться…

Между тем, карательные отряды Империи, направленные в Фирнадан по следам нашумевшего Маутнера, оказались уничтожены ворвавшимися в город защитниками. «Перебежчики» первыми пошли под нож, следом за ними быстро начали вырезать и остальных. Тысячи имперцев и их союзников бросились бежать, но основные улицы уже оказались заранее перекрыты, ведь генерал Дэйчер, возглавивший нападение, своевременно связался с Логвудом, который вывел оставшихся представителей гарнизона, заняв наиболее удачные позиции.

Имперцы оказались между молотом и наковальней, а знание города у всех захватчиков всё ещё оставалось весьма скудным. Кроме того, отряды регуляров, почти не имеющих в своём составе инсуриев, сионов и магов (император берёг свою элиту), были быстро окружены и разъединены десятками тысяч «перебежчиков», которые бежали от ружей и мечей солдат Второй армии. Улицы превратились в потоки людей – бурлящее наводнение, рвущееся преимущественно в западном направлении и изливающееся на равнину через пробоины в стенах с той стороны. Забытые рвы и укрепления, которые Империя готовила долгие недели осады, вновь стали актуальны как никогда.

Хельмуд Дэйчер, лично направившийся в Фирнадан, не мешал своим бойцам пуститься в яростную погоню, загнавшую имперцев прямо под укрепления основного лагеря, на защиту которого встала элита противника, возглавляемая наиболее компетентными и умелыми командирами. Бойцы Второй не рискнули туда лезть, особенно учитывая, что все победы были достигнуты скорее элементом внезапности и расслабленности имперцев, поверивших в успешное завершение осады. Никто не мог подумать о столь мощном и стремительном контрнаступлении.

Проблемой было то, что Империя по прежнему имела подавляющее численное преимущество в количестве войск. И хоть уничтожение основного склада продовольствия и нужных для продолжения войны расходников существенно осложнит вражеское наступление, никто и не думал об окончании войны. Нет, это всего лишь щелчок по носу Дэсарандеса, который, очевидно, сейчас возьмётся за Фирнадан всерьёз. И я опасаюсь того, что сотворит бессмертный император, ведь в прошлый раз его думы привели к созданию «перебежчиков».

Но подробности о ситуации я узнал уже позже. Сейчас же, около нашего дома-убежища, мы все стояли и с интересом поглядывали в сторону дальних Восточных ворот, откуда доносились уже привычные звуки бойни, рокочущим фоном которым служили нестройные боевые кличи наступающих представителей Второй армии. Не сдержав любопытства, я обратился в ворона и осмотрелся с высоты.

Регуляры сформировали что-то вроде арьергарда: остатки имперцев сомкнули ряды в попытке задержать наступление солдат вольных городов. Благо, что этот арьергард быстро распадался, уступая союзникам числом.

По всему городу начались стычки и столкновения, как в самые первые дни захвата, вот только мы внезапно поменялись местами, отчего на миг я даже ощутил приятное чувство удовлетворения. Однако мерзкие мысли о будущем не хотели отпускать даже в такой момент. Тем более, что из дома-убежища пока не уйти (как бы новички не ныли про трещины в фундаменте) – нужно дождаться, пока скопления противника будут в должной степени оттеснены, ибо иначе мы окажемся прямо между сражающимися.

В любом случае, воодушевление и радость были очень сильны. И правда, ещё не всё потеряно! Если сутки назад я мог думать лишь о том, как бы похитрее активировать статую Сэнтилы, да сбежать из Фирнадана, то теперь появились робкие ростки надежды на светлое будущее.

Да… кажется, картина чудовищной осады обросла совершенно новыми красками!