Текст книги "Я умру завтра (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 28 страниц)

Нет, не должно. Он, как и все остальные – особенно я! – опасаются того, что произойдёт через две недели. Шестнадцать лет – моё магическое совершеннолетие… Тц, несмотря на ссоры, Кастис не хочет, чтобы я погиб.

А что я? Что бы я почувствовал на его месте? Один брат у меня уже умер, чем обернётся гибель второго?

Покрутив мысль в голове, нашёл её слишком скучной и пресной. Я обдумывал её десятки, сотни раз! Словно дворик, по которому гуляешь годами. Он ничем не может удивить, даже если постарается.

Ах, Кастис, какое же большое у тебя сердце! В нём нашлось место даже для магов, что говорить о любимом младшем брате?

Интересно, он изменит мнение, если моя сегодняшняя задумка в должной мере сработает? Не то чтобы я планировал нечто выдающееся, но при удаче выйдет выставить Кастиса в невыгодном свете. А там… повторить пару раз – и вот отец уже задумается, стоит ли направлять его в Сайбас или лучше немного подождать и предоставить это место более толковому сыну?

Всё в этом мире складывается из мелочей, кому, как не мне, это знать?..

– Ренегаты совсем распоясались, – сменил я тему, уходя от неловкости, которой не видел в упор. Шестнадцать лет, так или иначе, настанет слишком скоро, чтобы успеть что-то предпринять. Если мне не повезёт, то я умру в восемнадцать, поставив крест на всех своих начинаниях. Всё-таки два года – не срок. Но если выживу… хе-хе…

Хорес всемилостивый, сколько же у меня планов на эту жизнь! А магия… какая глупость! Ух, надо успокоиться. Прóклятые уже давно не проявлялись в роду Мóргримов, так с чего колдовству проявиться сейчас и именно у меня? Мать, отец, дядя, оба брата и сестра, да даже старичьё из линии матери и отца – совершенно нормальные! Без мерзкой, богопротивной магии, без проклятья, которое заглушает песнь этого мира своими словами, позволяя творить… «чудеса».

Вот в чём суть запятнанной и нечестивой магии, если есть угодные богу механизмы? Не зря император захватил Монхарб, получая доступ к их ресурсам. Хоть кто-то понимает, в какую сторону должен развиваться мир.

Пф-ф, плевать, что инсурии зависят от ядер, которые могут зачаровывать лишь волшебники. Ранее то же самое говорили о пушках, ружьях и мушкетах, и что? Вот уже три десятка лет, как они вошли в обиход! Аналогично с поездами и пароходами. Первые вполне могут ездить без зачарований, вторые – пока нет. Вопрос времени, уверен. Время и стремительное развитие так называемой «промышленности», как о ней отзывался Гильем Кауец в своём великолепном «Веке позора», ещё перевернёт этот мир.

– Действуют прямо среди белого дня, – продолжил я про магов, встреченных по пути. – Думаю, ты мог бы скрутить их, если бы пожелал, – старательно убираю из голоса издёвку, однако Кастис всё равно прищурился, словно гадая, стоит ли верить моим словам.

Всё-таки как сион он уже достаточно силён, тут я не могу и не буду спорить. Ещё не высший, которые и правда могли бы сравниться по силе с опытным колдуном, но точно перешедший на средний уровень.

– И испортить костюм? – брат всё-таки решил ответить. – Не думаю, что Кольшеры оценят, если я приду на приём в рванье.

– О, уверен, в каком бы виде ты ни оказался, всё равно привлечёшь повышенное внимание, – здесь я даже не соврал. Кастис был на шесть лет меня старше, отличался высоким ростом, мужественным подбородком и добрым взглядом. Ну и алхимия, конечно же. Маги-целители смогли вдоволь поработать над его телом, создавая будущего высшего сиона. Этого хватало, чтобы привлекать чужие взгляды.

Я пока что мог похвастать разве что правильными чертами лица, подтянутой фигурой и небесно-голубыми глазами. Тоже неплохо. Позволяет не теряться на общем фоне.

Подвели лишь волосы – безвкусно чёрные, как у простолюдина, но даже в этом есть своя изысканность. Правда, подобное не мешало мне с лёгкой завистью смотреть на природных блондинов. Всегда казалось, что белый – цвет знати.

Путь не занял много времени, так что вскоре мы уже оказались на приёме в честь именин моей невесты – Миреллы Кольшер. Сегодня она проходила проверку на магию, которая могла зародиться в её миниатюрном и изящном теле. Прошла успешно, само собой, – магии не обнаружили. Разумеется, семья Миреллы готовилась заранее, ведь приём не организуешь за пять минут. И всё-таки это риск. Хотя… если бы не праздновали, то организовали похороны, ха-ха! Отложенные! Ведь фактически их дочь бы умерла, пусть и с задержкой в два года.

Как говорил учитель, шанс обретения магии равен почти двадцати процентам. Разумеется, если ты неудачник, проживающий в нищете и даже не ведающий своих предков.

К слову, у Миреллы с ними не всё идеально. Сестра её бабки была волшебницей. Давно подохла, само собой, а также была подчищена из всех родовых книг и гобеленов, но для Моргримов, ведущих родство с герцогами Юга, не существовало тайн. Я быстро узнал эту информацию и даже имел разговор с отцом, но Тэдрех настоял на своём, считая подобный брак допустимым.

Я не стал спорить, однако начал искать альтернативы, пусть менее благородные, но более подходящие моему статусу. А Мирелла… случиться может всякое. Эдис, мой разбившийся брат-близнец, подтвердит это.

Гостей было много. Широкий двор поместья Кольшеров оказался заставлен каретами, вдоль которых ходила стража с гербами своих хозяев. У нас, к слову, он тоже был: ворон с кольцом в клюве, сидящий на ветке колючего терновника.

Вышколенные слуги, среди которых взгляд подметил немало смуглокожих кашмирцев, указали давно знакомую дорогу, ведущую в высокое четырёхэтажное здание. Автоматически подмечаю среди слуг сионов, которые, по известной имперской традиции, маскировались и «несли службу в тени». Вот только низкоранговые поделки алхимиков не могли на должном уровне изменить собственные движения, которые выделялись чрезмерной для обычного человека мягкостью и плавностью. Это единственное, что выделяло сиона, но подобного хватало.

Я улыбнулся, встретившись взглядом с одной из таких – женщиной лет тридцати пяти, чьё тело ещё не начало увядать, привлекая взгляд знойной зрелой красотой. Она торопливо поклонилась, пробормотав приветствие.

Передал ей подарок для своей невесты, который «служанка» почтительно приняла. Я даже не утруждал себя запиской, ведь и так было очевидно, что роскошь, подобную зачарованной хрустальной диадеме, мог преподнести лишь один человек.

Мысленно отметив женщину подходящей на случай, если Мирелла окажется не в настроении – хотя с чего бы, ведь сегодня у неё столь большой праздник! – вслед за братом зашёл в давно знакомый вестибюль, из которого убрали лишнюю мебель, заменив её другой – инсуриями, которые изображали «почётный караул», подпирая стены, словно боясь, что те упадут без их внушительной поддержки. Каждый из них был столь неподвижен, что создавал ощущение, будто какой-то невидимый вор вытащил ядро, превращая могучие механические доспехи в тяжёлые стальные саркофаги.

У всех инсуриев был однотипный строгий дизайн и до мельчайших деталей точно воссозданный герб Кольшеров на груди. Выглядело, безусловно, очень достойно, демонстрируя богатство рода, сумевшего обеспечить себе столь внушительный отряд. Вот только будут ли они вмешиваться в дела аристократии в случае возникновения конфликта? Ой вряд ли! Разве что дойдёт до драки… Но если это будут сионы, то проще сработать другим сионам, а если простые люди, то хватит и обычной стражи. Итог? Инсурии в этом месте – высокозатратная пыль в глаза.

Я мысленно улыбнулся. Я был бы не прочь посмотреть на драку, раз не получилось полюбоваться на смерть ренегатов. Жаль, что спровоцировать её будет весьма непросто. Все друг друга знают, все уже не раз виделись… Но, может, алкоголь, табак, карты и кости развяжут высшему обществу языки, а потом и руки? Тот же Кастис – любитель азартных игр, а значит, у меня есть шанс самую капельку сбить с него спесь. Давно планирую, честно признать. Даже имею некоторые намётки плана.

А вот и маги… Куда же без дерьма под сапогами? Интересно, почему Хорес столь непостоянен по отношению к ним? Один его облик стремится изничтожить всю мерзость, но другой поддерживает и даже поощряет магическое искусство. Ах, загадка, ответ на которую знают лишь высший жрец Киан Силакви и, наверное, сам Дэсарандес.

Юнец, вызвавший моё раздражение, был одет в серый плащ и добротную тканевую форму, практически стандартную для магов. Он бесстыдно оглядывал гостей, едва ли не открыв рот. Очевидно, что олух ранее бвл деревенщиной и пас коров с козами, но волей всемогущего Хореса обрёл доступ к колдовской энергии, что и привело его сюда. Видимо, навыкам верса повезло оказаться на весьма достойном уровне, иначе придурка не поставили бы в охрану такого уважаемого семейства, как Кольшеры.

На левой руке колдуна замечаю цепочку с висящим на ней небольшим стеклянным шаром, внутри которого бьются языки пламени. Неужто Огненная сфера? Весьма серьёзный атакующий артефакт, способный вызывать мощные волны огня. Правда, для полноценного применения нужен очень хороший контроль и практика, а также… хе-хе, не забыть наложить на себя магический щит!

Кусочек мозаики в голове был отложен в сторону, занимая своё место до поры до времени. Пригодится – замечательно, нет – так нет.

Как и всегда, при взгляде на колдуна подсознание подкидывает самые ужасные будущие картины моего шестнадцатилетия, и глубоко запрятанный страх – уж себе-то могу признаться! – начинает шептать в уши.

Мысленно поморщился. Ещё одна причина не любить каждого из них.

По инерции осенил себя знаком Хореса: указательным и средним пальцем коснулся лба, потом средним и безымянным – груди, напротив сердца.

– Ты пялишься на этого верса больше, чем на собственную невесту, – поддел меня Кастис, заставляя колко взглянуть на него в ответ.

– Не понимаю, зачем выставлять грязь на всеобщее обозрение, – ответил я. – Свою мы оставили у кареты, – жирно намекнул на Терезу. – А тут мало того, что он безродный – это читается даже таким юнцом, как я, – добавил в голос немного ехидства, – так ещё и лишний раз демонстрирует, что Кольшеры поскупились нанять дополнительную охрану. Зато инсурии на каждом шагу! Что за странная логика?

– Не гунди, Кирин, – поморщился он. Кастис всегда быстро терял терпение. – С учётом новой войны и слухов о лорде Челефи, который уже несколько лет терзает границы наших колоний на Гаотии, наличие мага внутри поместья – разумная осторожность. Или забыл, как проходило присоединение Кашмира? Кроме того, мы совсем недавно видели ренегатов. Менее чем в получасе езды!

Ты не упомянул восстание Кашмира брат. Забыл? Плохо учил историю? Оно всяко было ещё более кровавым, чем присоединение! Однако же итог неумолим: Империя соскребла прах врагов в большую кучу пепла, используя ту для удобрения собственных полей.

Остались лишь такие вот исключения, как неуловимый лорд Челефи. Ничего, недолго ему скрываться по горам и в Великой Саванне. Уверен, Дарственный Отец, закончив с вольными городами, повернёт армию на Кашмир и ещё раз прочистит эту навозную кучу именем Хореса.

– Что-что? – вклинился в наш разговор тучный мужчина, поправляя монокль в правом глазу. – Мне не послышалось? Ренегаты здесь?

До чего же невежливо! Едва сдержал возмущённый прищур. Я узнал его – граф Модери Дирчлет. Обычный, пусть и знатный, человек. Не сион и не стремится к этому. Мусор. Точно не чета роду, имеющему родство с герцогами Юга.

Да, формально Моргримы тоже графы, но считать, что все графы одинаковы, – это всё равно что оценивать перспективу земли по её размеру!

– Мы наткнулись на четверых смутьянов возле дворцовой площади, – едва заметно склонил брат голову. Я поступил аналогично, хоть мне, по правилам, следовало совершить более низкий поклон. Вот только чтобы я… да ещё и ему⁈

Проклятые традиции, завязанные на шестнадцатилетие! Ничего, оно уже почти наступило… А там я смогу начать алхимическое преобразование, совмещённое с работой магов-целителей. Пусть грязееды принесут пользу!

Когда-нибудь и я присоединюсь к императорскому походу против очередных врагов, вступая под знамя огненного солнца и орла внутри. Более того, уверен: мне дадут в подчинение не меньше тысячи солдат. Всё-таки я куда умнее большинства людей такого же возраста. Следовательно, буду умнее и среди старших.

Сжигать фанатиков Триединства, культистов Аммы, варваров-трупоёбов из Тразца и прочий сброд – ах, быстрее бы!

На громкий голос Дирчлета начали собираться иные гости, все знатного происхождения, и почти каждый был мне знаком. Вот вдовствующая баронесса Стефания Саурент, возле которой, как всегда, отирались мужчины, привлечённые её красотой; вот Горас Витхам, уже ветхий старик, которому скоро стукнет ровно сто двадцать лет и чья жизнь давно тянется лишь усилиями целителей. Многие делают ставки, когда дед откинется, но пока неизменно проигрывают. А вот и такой же, как брат – виконт Муагерис Долабе́лл, тридцатилетний мужчина, закончивший трансформацию в сиона высшего уровня. Ему небось даже не нужно было подходить, ибо слух таких людей легко различал слова, сказанные тихим шёпотом в другом конце зала.

Все собравшиеся принялись с интересом обсуждать новости про магов, которые решили не следовать правилам, установленными великим Дэсарандесом, а уйти в вольную жизнь. Таких принято называть ренегатами, или смутьянами, так как от них можно ожидать… чего угодно. По большей части их силы известны, ведь академии готовят колдунов по стандарту: немного стихий, чтобы была возможность атаковать, а также барьеры – для защиты. А далее – так называемая специализация, которых было довольно много, но объединить которые можно в несколько групп: углублённые стихии. Полезно, когда Империя готовится к новой войне. Тогда маги обучаются весьма опасным приёмам типа «Взгляда Хореса», способного вызвать мощный тёмный луч, испепеляющий всё на своём пути, или «Ледяной клети» – мгновенно создающий вокруг врага, как несложно догадаться, ледяную клетку. Вот только через миг стенки сжимаются, доставляя немало дискомфорта. Продвинутые пользователи чар способны создать вокруг льдин шипы или даже острейшие лезвия, превращающие врага в фарш. Даже защищающие от магии амулеты не всегда разбивают силу подобного волшебства, ведь колдовство в нём обращается материей, получая защиту от Слёз. Несильную, правда, но иной раз её хватает, чтобы изранить самоуверенного идиота.

Разумеется, для сиона или инсурия такое не станет преградой, но вот остальные… да, им может не повезти.

Вообще, подлые версы за время существования сумели придумать достаточно способов, чтобы справиться с артефактами, защищающими от магии. К счастью, срок их жизни, ограниченный всеведущим Хоресом, не позволяет заматереть, оттого большинство даже к концу собственной двухлетней жизни не знает ничего, кроме того, что им вдолбили инструкторы в магических школах.

Конечно же, имеются книги, где подробно расписаны способы, как волшебнику обойти антимагическую защиту. Например, создавать псевдоматерию либо устроить ураган, обрушивая на человека с защитой камни, ибо физические предметы спокойно её пробивают. Либо, как вариант, опосредованное давление: создать пламя, которое начнёт порождать жар и дым.

Иногда, когда Империя готовится воевать, колдунов специально натаскивают на эти приёмы, позволяющие побеждать оппонентов с защитой. Но зачастую нападения происходят внезапно, чтобы многочисленные шпионы не смогли донести планы Дэсарандеса до врагов.

К тому же нельзя забывать о том, что амулеты антимагии и тем более Слёзы весьма ценны и редки. Изготовление подобных вещей – прерогатива крайне серьёзных гильдий, объединяющих сотни, если не тысячи колдунов.

Кхм, так вот, стихии, как ни посмотри, это атака. И плевать, что опытный маг ветра способен летать, плевать, что опытный «водолей» сможет едва ли не жить в океане, основа – это атака. А для оттачивания приёмов тупо не хватает срока жизни.

Кроме стихий есть производственная магия, которая включает десятки и даже сотни подразделов. Тут и создание инсуриев (большинство производится на фабриках, но то речь о поделках, с трудом доходящих до среднего уровня, ведь качество всегда выходит лишь из рук опытного мага-механиста), и ремонт всего что можно, и банальная помощь при строительстве домов, дорог, различных сооружений. Ещё артефакторика, руны, алхимия… Очень разносторонний раздел магии! Недаром Монхарб специализировался именно на нём.

Далее – магия исцеления. Настоящее чудо, ради которого даже я, скрепя сердце, признаю пользу низменных версов. Любые травмы и повреждения тела покинут доброго слугу Хореса, если ими займётся маг-лекарь. А императорские целители и вовсе творят чудеса, продлевая жизнь Дэсарандеса уже какую сотню лет.

Жаль только, что подобным секретам – увеличению продолжительности жизни – обучают строго в одном-единственном месте: императорской академии целителей. Другие магические лекари способны лишь лечить, но даже этого зачастую хватает, стоит вспомнить того же Гораса.

Ещё одна уникальная сфера магии – друидизм. Его можно применять как для сражений, так и для мирных дел: увеличение плодородности полей, отпугивание вредителей, контроль животных… Ну и обращаться в разных тварей, само собой. Хотя последнее вроде как относится к отдельному разделу – оборотничеству.

И, наконец, некромантия – управление мертвецами, а также возможность видеть их глазами и даже изучать последнюю память мёртвого тела. Правда, лишь у достаточно опытных колдунов и у свежих трупов. Но это не мешает сыскному ведомству Тайной полиции цеплять их двумя руками.

У некромантии есть лишь один «маленький» недостаток. Для лучшего понимания возможностей колдуна, вставшего на этот путь, обычно ослепляют. Когда нет собственных глаз, то магия, словно живая, сама тянется к возможности вернуть зрение, отчего некроманты в сверхбыстрые сроки обретают возможность видеть мир чужими глазами и контролировать то, что находится в пределах их видимости.

Позднее, конечно, глаза можно восстановить, обратившись к целителям, но в таком случае большинство некромантов начинало испытывать трудности в подключении к зрению мёртвых, а потому, ради упрощения ситуации, глаза никому не возвращали. Два года – слишком малый срок, чтобы колдун полноценно освоил такое направление, обладая собственным зрением.

Собственно, всё это – примеры обычной, доступной для обучения магии. Даже их, кажется, весьма много! А исходящая от колдунов опасность просто зашкаливает. До сих пор, несмотря на пушки, сионов и инсурии, волшебники считаются наиболее опасными. И это речь об общедоступной магии! Что говорить про ультимы? Например, сегодняшний побег ренегатов точно был итогом применения одной из уникальных способностей.

Хех, иногда я представляю, как буду владеть чем-то подобным. Да хотя бы обычной магией… в виде артефакта, само собой. Например, сапоги хождения по ветру, посох создания лучей Хореса или хотя бы парочка Огненных сфер на обе руки!

Ничего… всё будет. Когда-нибудь – так точно.

Тем временем Кастис поведал о случившемся с нами происшествии всем собравшимся, не забыв и про свои выводы касательно побега волшебников. Гости неизменно кривились на этом моменте. Магов, которые раскрыли так называемое «истинное волшебство», то есть ультиму, крайне мало. А уж чтобы эта сила оказалась полезной – вообще считаные единицы.

– Лучше бы отправились на войну, поддержали Дарственного Отца, чем играли здесь в свои игры, – с хорошо заметным гневом высказался Дирчлет, поправляя монокль.

Механически посмотрев на него, я не обнаружил в глазах толстяка ни единого сомнения собственной правоты, отчего подавил вздох.

Иногда мне кажется, что далеко не все аристократы умнее и сильнее простолюдинов. Некоторые, видимо, отвыкают думать по мере жизни, а силу даже и не планируют развивать. Зачем, ха-ха, преобразовывать себя в сиона, тратя огромные деньги и время, если можно… ничего не делать? И этот человек – один из таких. Неужели он ни разу не задумывался, что магам незачем поддерживать императора, незачем делать хоть что-то, так как срок их жизни и без всяких там войн преступно мал? Для того, чтобы насладиться комфортом, нужно его заполучить. Для того, чтобы потратить деньги, нужно их заработать. Как, если даже маг-дворянин вынужден добавлять к фамилии мерзкую приставку «Анс», с ходу показывающую, что перед тобой отброс, которому не повезло?

Для тех, кто уже видит свою смерть, зачастую не существует авторитета. А значит, играть нужно тоньше. Магов контролируют, просто не оставляя им права выбора. Академия же и вовсе старательно отучает думать, вместо этого вбивая железную дисциплину. И подобная практика работает, пусть и не со всеми. Однако… мозг большинства людей в этом возрасте весьма незрел, особенно если речь о детях крестьян или горожан – свыше девяти десятых поступающих колдунов.

Чего уж, ха-ха, он незрел даже у взрослых! Привет, граф Дирчлет.

Впрочем, не о нём речь. Навязывание правил, незнание другой жизни и множество иных тонкостей являются теми крючками, которые не дают большинству молодняка сбежать и прожигать остатки собственной жизни лишь на себя, не жалея её, когда сталкиваются со стражей, Тайной полицией, сионами или инсуриями. К сожалению, всегда находятся исключения, оставшееся время для которых – лишь игра, и каждый день как бросок монеты. Аверс или реверс. Ставка принята.

Дождавшись, когда к нашему сборищу подойдут хозяева поместья, обменялся с ними приветствиями, произнеся все предусмотренные правилами этикета слова. Всё это время я разрывался на три части: следил за братом, чтобы не упустить подходящего момента, периодически смотрел на собственную невесту – Миреллу, а также наблюдал за мерзким земляным червём, который слонялся вдоль стен, поглядывая то на гостей, то на столы, то в окна.

Кем же заняться в первую очередь?

Короткий взгляд на Кастиса: успел пригубить вина (пока ещё преступно мало!), обхаживая всех, кого только мог достать его длинный язык. О, направился поприветствовать баронессу Саурент, отчего окружающие её шакалы тут же поджали хвосты.

Подавил смешок. Мало что доставляло столь же большое удовольствие, как унижение других перед родом Моргримов.

– Скоро так будет и предо мной, – специально произношу эти слова вслух, однако прошедший в нескольких метрах виконт Долабелл никак не отреагировал на лёгкую провокацию. Может, пропустил мимо ушей или банально прослушал, погружённый в собственные мысли? Жаль, ведь ранее он был известным любителем поиздеваться над теми, кто не мог дать ему отпор. Неужели вправили мозги? Какая потеря для высшего света! Хах, нам было бы достаточно обменяться лишь несколькими словами, как брат прибежал бы «на помощь». Одним действием я бы оторвал его от женщины и заставил расхлёбывать ситуацию с Муагерисом, который, так-то, как сион гораздо сильнее, хоть и не обладает столь же высокой знатностью.

Но раз не сработало, так и ладно. У меня есть беспроигрышная цель.

Взяв бокал вина, поправил цепочку Слезы и направился в сторону ранее замеченного мага. Не прятал улыбки превосходства, когда столкнулся глазами с той самой женщиной-сионом, изображающей слугу. О, она верно поняла меня, а также выставленный на обозрение антимагический артефакт, отчего как бы случайно двинулась следом.

– Скажи, верс, – открыто обратился я к колдуну, подойдя на подходящую для общения дистанцию. – Почему ты вздумал оскорблять своих хозяев в их собственном доме?

– Господин? – парень недоуменно посмотрел на меня.

– Ты не отводишь взгляд, – делаю рукой изящный, тренируемый дома жест. – Ты не кланяешься и проявляешь непочтение одним своим видом. Своим поведением. Даже своим дыханием.

Странно, что никто из хозяйских слуг ещё не сделал ему замечания или не увёл в другой зал. Может, специально? В упор не вижу причины!

– Я… – он растерянно оглянулся, будто в поисках помощи. И, кажется, он её получит, ведь краем глаза я замечаю движение. Тц… слишком быстро, я ещё не успел вдоволь его спровоцировать.

Вино из бокала выплёскивается в сторону женщины-сиона, которую я «не заметил», а я уже делаю шаг вперёд, с силой толкая мага, отчего он падает, не ожидая столь примитивного поступка.

На нас обратили внимание, но смотрели не слишком пристально и заинтересованно, больше ожидая развязки, чем удовлетворяясь видом чьих-то унижений. Причина? Моргримам позволительно больше в силу положения и близости к трону. И этим нужно пользоваться! В чём смысл иметь права, но игнорировать их? Так дойдёт до того, что мы сами будем считать деньги и выращивать себе пропитание.

Глаза парня, который был практически моего возраста, загорелись злобой. Он вскочил на ноги и… тут же попал в захват женщины-сиона, чья форма была в красных пятнах вина. Она судорожным движением согнула юнца в поклон. Кажется, я слышал хруст его позвонков?..

– Прошу простить его, великодушный господин. – Женщина и сама согнулась, едва не падая на колени. – Мы оба нижайше просим вас проявить сострадание и готовы на всё, лишь бы вы забыли об этом ужасном инциденте.

– Так-так, – провёл я пальцем по губам. – Ты просишь меня о чём-то, желая получить милость, но что можешь предложить взамен? Ты ведь… – улыбаюсь, – всего лишь служанка.

– Всё что угодно, – твёрдо повторила она.

Моя улыбка стала шире.

– Господин Моргрим, – послышался звонкий девичий голос, полный довольства. – А я вас повсюду ищу.

Мирелла. Как же… несвоевременно. Хотя… стоило ожидать. Она точно видела меня и следила за развитием событий. Подошла «помочь» слугам?

– Как мало нам нужно, чтобы вновь ощутить тепло солнца, – я изменил выражение лица, подходя к ней ближе и галантно поклонившись.

– Кирин, – улыбнулась она, не реагируя на столь лёгкий укол. – Ожидала вас с братом раньше. Проблемы по пути?

Будто бы ты не в курсе!

Она на правах невесты мягко обхватила мой локоть, разворачивая в сторону и одновременно махнув рукой провинившимся слугам, которые тут же стремительно покинули нас. Позволяю ей это сделать. Не дело охотиться за зайцем, когда на горизонте появляется лань.

– Смутьяны обнаглели до того, что объявились возле дворцовой площади. – Во время произнесения этих слов я не смог подавить вспышку гнева. – Куда вообще смотрит стража и особенно Леверетт⁈ – Возмущение было непритворным.

Хотелось добавить и про императрицу Милену – ведь Тайная полиция по её указке уже несколько лет лютует по крупным городам Малой Гаодии, но особого толку что-то не вижу. Как встречались почитатели чужих богов, отрицающих великого Хореса, так и продолжают встречаться. Как проходят разные неурядицы – то от людей лорда Челефи, то от иностранных шпионов – так и продолжают ходить.

Но, конечно же, подобные мысли я не озвучил. Чревато. Кровавая императрица в отсутствие мужа является высшей властью, а потому даже случайно сказанное слово, в теории, может доставить бед. А я ведь не такой, как Кастис?

– Пойдём, – быстро оглянулась девушка и направилась к одному из выходов.

Молча последовал за ней, хоть и тоже оглянулся напоследок. Наш уход заметил лишь Кастис, но его взгляд расшифровать я не сумел. Не в этот раз.

Дорога была быстрой и достаточно знакомой. Я знал, куда и зачем мы шли, знала это и Мирелла. Кажется, мои действия по отношению к слугам, а также вспышка гнева от истории, которую она не могла не услышать, показались ей достаточной причиной, чтобы попытаться поднять мне настроение. И я полностью её поддерживаю!

Поднявшись на второй этаж по величественной широкой лестнице, мы свернули в сторону, вскоре добравшись до крыла магов, которых у Кольшеров было всего четверо. У нас – десять, среди которых половина целители. Что уж, имелся и безглазый некромант. Это уже превратилось в какую-то традицию… как и моё желание бросать в него яблочными огрызками, когда тщедушный верс проходил под окнами, патрулируя территорию. Не он лично смотрел, само собой, а с помощью мертвецов.

Кретин всегда забавно вскрикивал, а его трупы начинали усиленно оглядываться, отчего я неизменно не мог сдержать хохота. Хорес, до чего же у него было глупое лицо с этими чёрными провалами глаз!

Помню, когда впервые встретил некроманта, ещё будучи пятилетним мальчишкой, то заставил его опуститься на колени и засовывал в глазницы пальцы. Благо Слеза уже висела на моей груди. Впрочем, его мертвецы всё равно стояли поблизости и в теории могли успеть разорвать меня, если бы не отец и прочие стражи.

Трупы для некромантов готовились Моргримами заранее, и в отдельно построенном для сих дел склепе их было почти шесть сотен. Более половины представляли собой выбеленные кости, изрезанные рунами, в дорогих артефактных доспехах и с изукрашенными клинками за поясом. Такие мертвецы способны без особых проблем победить сиона средней руки. Кроме того, это выгодно. Маг умирает, не оставляя наследия. Но вот некромант, в отличие от обычного верса, оставляет после себя материальный след: своих созданий, которых можно передать другому! И нет ни одного служителя смерти, который бы оставил их без внимания, не удосужившись поднять новых мертвецов или как-то усилить уже имеющихся. Таким образом коллекция по-настоящему опасных тварей лишь росла.

Не зря имперских некромантов так хвалят, ведь мы и правда можем гораздо больше, чем наши соседи.

– Здесь не должно быть никого… – Мирелла заглянула в комнату, найдя её пустой, после чего деловито посмотрела в мою сторону.

Не теряя времени, развязал подвязки штанов, приспуская их. Девушка аккуратно присела, чтобы не помять пышное платье, нежные губы дотронулись до крайней плоти, медленно обхватывая её. Моя рука аккуратно касается высокой, тщательно уложенной причёски.

Миг близости был недолог. Излился почти сразу, ведь мало того, что искренне ждал этого момента, так ещё и девушка постепенно совершенствовала навыки. Ведь уже два года мы занимаемся такими «играми».

Утираясь платком, Мирелла заметила мой задумчивый взгляд.

– Родители прибьют меня, если узнают, так что ничего более такой малости дать не могу, – её улыбка едва уловимо дрогнула. – Подождём до свадьбы. У тебя именины через две недели, а там, всего через месяц, нас сочетают браком.

Кивнул. Всё снова упирается в шестнадцать лет. Проклятая дата!

Разумеется, я признавал, что начинать ту же подготовку в сиона до получения сведений, являешься ты магом или нет, просто нерационально. Колдун погибнет слишком быстро, не успевая в должной мере раскрыть свой потенциал или довести трансформацию до конечного результата. То же самое относится и к браку. Стать вдовцом или вдовой в столь молодом возрасте – верх глупости.

Подавил вздох. Понимать понимаю, но как же это раздражает!