Текст книги "Я умру завтра (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 28 страниц)

– Привет, – чуть шире улыбнулся я.

– А-ага, – слегка удивилась она, а потом осознала в какой мы позе. – Кирин?

В ответ подцепил её уже двумя руками, а потом подтянул ближе, прижимая к себе. Мы коснулись друг друга щеками, а я ощутил гулкое сердцебиение молодой волшебницы. Снова провёл ладонью вдоль девичьей спины, а потом отстранился, не прерывая контакта.

Её красные щёки и потерянный взгляд вызвали улыбку. Да – крестьянка, да – глупенькая и не имеет шикарной внешности, которой может похвастаться какая-нибудь графиня или иная аристократка, но… есть в ней своя изюминка. Как минимум – Люмия «естественная» и не создаёт ощущение кропотливой работы целителей. Она отзывчивая и добрая, довольно милая и симпатичная. Угу, признаю это. Симпатичная. Мне нравятся её веснушки и маленькая щербинка между зубами. Нравятся русые, в меру короткие волосы. Нравится маленькая грудь. Нравится это худенько тело.

– Сегодня в мою пустую и твёрдую голову наконец пришла мысль, которую давным-давно видели все вокруг, – негромко ответил ей. – Ты очень красивая, Люмия.

Открыв рот, она не смогла выдавить что-то путное, но даже так, её эмоции вызвали тёплый отклик где-то глубоко в душе. Рассмеявшись, снова обнял девушку, ощущая гладкую, тёплую кожу.

– Хватит уже ворковать, – грубо бросил Сидик, – для таких вещей есть ночь. А сейчас – пора за работу.

Раздражённо на него покосившись – ублюдок посмел прервать меня в самый неподходящий момент! – всё-таки поднялся на ноги. В чём-то сион был прав.

Привычно умывшись, почистил зубы и справил нужду, действуя как все: с лодки в воду. Даже Люмия уже привыкла и поступала также. Чего уж, на неё даже прекратили пялиться! Вот что делает сила привычки. Поначалу ведь даже мои соседи по лодке старались аккуратно бросить взгляд, но потом как-то… надоело, что ли? Всё равно толком ничего не видно.

Позавтракав остатками вчерашней рыбы, начали разгон лодок, стремясь проехать как можно большее расстояние. Каждый столкнулся с привычной рутиной: ругань матросов на отсутствие компаса (старый сгорел в пламени Свальд, а новый пока что не зачаровали), привычные споры и болтовня солдат, возня колдунов: кто разведывал море вокруг – в виде птицы, кто зачаровывал какой-то инструмент, кто пытался ловить рыбу прямо на ходу, кто занимался лечением разных мелочей, которые, в большом коллективе, просто не могли не возникнуть: растяжения, ссадины, порезы, гематомы, ушибы, вывихи, боль в животе, понос и прочая херня.

Вернувшаяся с собрания Лири мрачно сообщила, что целители подозревают некачественную пищу.

– То ли её жрут недожаренной, то ли какие-то паразиты в ней были, а может просто заразна чем-то была, – недовольно проговорила женщина. – Лекари сказали, что проблемы они поправили, но лишь симптомы. Если дело в паразите, то он мог остаться в теле и по хорошему надо бы вскрыть кого-то, да посмотреть.

– Замечательная идея, – фыркнул Ресмон. – Обратно-то зашьют?

– Тебя же зашили, – вовремя заткнул его, потому что Нилас покосилась на здоровяка весьма острым взглядом. Не привыкла, что её прерывают и ставят слова под сомнения. Тем более кто? Верс! Вчерашний крестьянин!

– В любом случае, – продолжила она, – это создаёт ещё бoльшие проблемы с питанием…

Мне предложили попробовать сделать артефакт, который сможет исправить проблему с питанием (ага, вот так расплывчато!) и пару часов я, вместе с Лири и присоединившимися к нам Сидиком с Люмией думали, как подобное можно устроить. То есть, они накидывали мне идеи, а я, поглядывая в книгу, срезал их, предлагая альтернативу, либо признавался, что такое мне не по плечу. По итогу обсуждения пришли к банальному артефакту-определителю, который будет показывать потенциальный вред, если пища непригодна к употреблению. Правда обычно такие настраивают на яд. Для этого у меня было записано несколько рунных цепочек в книге.

– Нецелесообразно, – поковырявшись во всём этом дерьме, озвучил я. – Это мне надо будет день-два колупаться с этой вот хернёй, чтобы потом нас подобрал корабль, обесценив весь труд?

– Так продашь его потом, вещичка-то здравая, – возразил Сидик.

– Да, если забыть про форму, – улыбнулся я в ответ. – Это ведь будет не аккуратное и красивое кольцо, даже не подвеска, а кусок деревянного весла! Кому, Хорес прости, нужна такое херня? Тем более, не на определение яда, а на фактор испорченности продукта! Ходить с ним по базару и выискивать недобросовестных лоточников?

С трудом, но мне удалось переубедить людей, тем более, что заболевших в нашей группе не было, Ресмон качественно жарил всю рыбу (у него она скорее могла сгореть, чем остаться сырой), а у Нилас была «сковорода», которую я-таки зачаровал ещё несколько дней назад.

Далее просто гнал лодку и несколько ближайших вперёд, действуя наряду с другими водниками. Мало нас осталось, но и количество людей тоже уменьшилось, так что получалось справляться.

Рядом со мной села Люмия. Благо, что не отвлекала, а то вполне себе могла бы начать какой-то разговор и сбить концентрацию. Впрочем, даже один её вид, после утренних размышлений и прикосновений заставлял эмоции, вместо гнева, сбиваться на вожделение и интерес. Трижды едва не сорвал чары, отчего погнал её чинить одежду нашей команде. А то люди уже выглядят как оборванцы. Глядишь, ещё немного, и станут ходить голыми.

В то же время, от скуки, сионы начали травить байки о своей жизни в Тасколе: чем занимались до прихода на службу, где и под кем ходили, где бывали и прочее-прочее. Слушал, было интересно и мысли сбивались далеко не так сильно, как от девушки, которая сидела рядом и восхищённо меня рассматривала. Вот уж нет, никому не пожелаю попасть в ситуацию, когда нужно максимально сосредоточиться, а тут… такое! Напрочь сбивает любой настрой!

И тут разговор сионов зашёл за нищих и попрошаек.

– Как-то раз, возле храма Хореса, я видел бедолагу без рук и ног, – заявил Тофер, чем вызвал всеобщие насмешки.

– Как всегда порешь чушь, – фыркнул Глац. – А деньги он как подбирал? Хером своим?

Люди стали потешаться над Тофером, который частенько выдавал откровенную ерунду.

– Однажды, когда я служил в Сайбасе, – ехидно произнёс Торкус, присоединившийся к сионам, – я видел нищего без головы.

Слова были восприняты громовым хохотом. Всем было понятно, к кому относилась подобная издёвка.

– Я с парнями, – кивнул он на матросов, – вначале думали, что это был мешок с картошкой, но потом бродяга начал просить…

– Чего просить? – с улыбкой спросил отвлёкшийся Ресмон, отряхивая руки. Парень пытался рыбачить, но беседа оказалась интереснее.

– Чтобы его перевернули нужной стороной к верху, чего же ещё? – вклинился Сидик.

Лодку аж зашатало от взрыва смеха. Лишь Тофер, нахохлившись, сидел как бы отдельно от компании.

– А как он говорил без головы? – с подковыркой поинтересовался Глац.

– У тебя же как-то получается? – парировал Сидик.

Смех набирал оборот, к разговору прислушивалось всё больше людей.

– Вот в моей деревне, Ручьях… – начал Ресмон, но оказался перебит.

– Нищие сами подавали тебе, – насмешливо высказал Торкус, – знаем-знаем.

– Ничего подобного! – вроде бы возмутился здоровяк, но грозный голос портила по-детски широкая улыбка. – Там я…

– Шторм! – усиленный магией рёв раздался на всю нашу маленькую процессию. – Надвигается шторм! Юго-восток!

Каждый моментально обернулся, начиная разглядывать то залив, то крикуна. И если с горизонтом всё было понятно: почти все легко обнаружили чёрное пятно, которое постепенно приближалось, то с волшебником было иначе. Колдуном оказался один из парней Люсьена и к лидеру магов тут же начали подплывать лодки. Вскоре выяснились подробности: информацию донёс оборотень-летун, который разведывал область вокруг.

– Я же не с потолка говорю, – коряво, откровенно по-деревенски, рассказывал колдун, – не поленился подлететь поближе: там всё темно и молнии бьют! А волны – во! – провёл себе ладонью по груди. Честно сказать, этот жест дал ровным счётом столько же знаний, как и слово: «во». Однако, суть была ясна, вопрос – что делать?

– Маги должны!.. – сходу завопил Гиделий.

– О, как начались проблемы, так все сразу готовы упасть на колени и ползать у наших ног! – рассмеялся Люсьен. – Почему-то вчера каждый стремился назвать нас версами и потенциальными предателями!

К счастью, спор быстро затих, ибо все понимали, что ситуация не располагала к праздной болтовне. Нужно хорошо так подумать, как выжить.

– Лодку или перевернёт, или нет, – высказал Тофер, когда мы собрались чисто своей компанией. – Я знаю много случаев как чудесных спасений, так и печальных смертей.

– Их все знают, – буркнул Глац. – Кирин, есть какие руны?

На мне скрестились взгляды всех этих людей, на что я лишь пожал плечами.

– Наверняка есть, но я их не знаю, – откровенно ответил я. Потому что это было так. Ну не ведал я, что в такой ситуации можно нарисовать! И так, казалось, укрепил лодку по максимуму.

Быстрое обсуждение позволило, с миру по нитке, набрать кое-каких идей: создать барьер поверх лодки, чтобы дождь и брызги не залетали внутрь, а также контролировать особо сильные волны, дабы нас не перевернуло.

В общем, всё держалось на магах. Шикарная перспектива!

– Дерьмо, – сквозь зубы выругался я, предчувствуя, что придётся сидеть и удерживать плавательное средство вручную. Да я бы с бoльшим удовольствием окружил себя водным барьером и опустился на десяток метров вглубь!

Однако, вопреки всему, как и все остальные, участвовал в подготовке…

Тучи быстро наползали и вскоре перекрыли солнце. Гиделий требовал, чтобы волшебники ускорили лодки и обогнали бурю, но никто на подобное не пошёл: нужно было поддерживать слишком быстрый темп, причём неизвестно как долго. Проще было пропустить шторм через себя, понадеявшись, что Хорес будет милостив.

У нас на лодке едва не произошла поножовщина, когда представитель Тайной полиции услышал молитву моряка, просившего о милости… Амму.

– Сукин ты сын, поганый еретик! – он успел порезать матроса, но рана оказалась неглубокой. В свою очередь, буйного мужика отоварили веслом. Драку остановили сионы и вмешательство Лири.

– Бабы на борту – вот и несчастья прут, – открыто высказал уже второй моряк и даже Торкус не стал затыкать его рот, лишь хмуро посмотрел и промолчал. Морская традиция и не ему было идти против. Любой авторитет имеет границы.

– Тебе может показаться, – опасно сощурилась Нилас, – что во время происшествий, подобных нашему, грань между дерзостью и открытой изменой довольно расплывчата. Но есть те, кто следит за подобным. Те, кто ведут счёт, – в её словах ощущалась опасная жёсткость, которая пробирала до мурашек. Я впервые видел женщину в таком состоянии и, признаться, лишь сейчас в должной степени поверил в её должность старшего офицера Тайной полиции.

Вскоре начал капать дождь. Люди плотнее натягивали остатки своих одежд, а у нас Ресмон поднял барьер, выгибая его должным образом. Не самый простой трюк, но подобное было не тем, что вызывало сложности. Ключевое – догадаться.

– Может, я упустил, но мы обсуждали, что будем делать, если отколемся от основной группы? – поинтересовался я.

– Нет, – хмуро выдал Сидик. – Потому что здесь нечего придумать. Не верёвками же лодки обматывать?

Я задумался, чем плох факт обматывания верёвками? Может, сильные волны и ограниченное расстояние? Наверно… Если нас отнесёт далеко друг от друга и верёвка натянется, то кого-то может бросить прямо под волну, отчего лодка перевернётся или разобьётся. Весёлого мало.

Признаться, мореходство – это то, в чём я имею до смешного мало знаний, даже несмотря на прошедшее кораблекрушение.

Волны начали качать нашу лодку, в которой находились я, Люмия, Ресмон, Сидик, Тофер и Глац. Отчего-то ожидал, что к нам переберётся Лири или Торкус, но они самоотверженно остались вместе со своими людьми – без барьера. Не знаю, может это и правильно, но как по мне – глупо. При столкновении с подобным событием, находиться рядом с магом – значит повысить свои шансы на выживание. Во всяком случае, я так считал.

Пока что барьер успешно справлялся с дождём, поток которого всё нарастал. Сионы напряжённо осматривали окрестности, а заодно и тех, кого ещё могли видеть, потому что волны старательно разделяли нас по заливу. К тому же, с каждой минутой становилось всё темнее.

Ветвистая молния с жутким грохотом ударила по поверхности воды. Ух, если бы я находился внутри… Хотя, барьер всё равно спас бы меня. В этом есть небольшая хитрость: обычная вода, например морская, хорошо проводит заряд молнии, но если очистить и вскипятить её, то уже нет. То есть, для адекватной защиты достаточно создать чистой воды, что я обычно и так делаю. Впрочем нет, изредка использую уже имеющуюся поблизости воду, но в основном для атаки.

– Не пропал бы, – едва слышно прошептал себе под нос.

Внезапно ощутил, как мою руку крепко обхватили тонкие девичьи пальцы. Люмия…

Оглянулся на девушку, лицо которой отражало страх, но не превалирующий. Похоже, девушка ощущала, что это далеко не конец. Просто нам не повезло столкнуться с яростью стихии. Это ничего не значит.

Она права, – мысленно постановил я. У нас есть все шансы пережить проклятый шторм.

Лодку начало кружить между волнами: вёслами никто не пользовался, мы были максимально пассивны.

– Здорово, что ты зачаровал это корыто! – выкрикнул Тофер. – Похоже, нам повезло!

Кивнул ему, обходясь без слов. Не хотелось драть горло.

Волны продолжали бить, шторм усиливался. Похоже, мы медленно подходили к его центру – месту с максимальной мощью.

Я прикрыл глаза, так было проще сосредоточиться. Каким-то образом моя вода, которая облегала лодку с обратной стороны, позволяла ощущать небольшую область вокруг себя. Можно меня поздравить? Я неизвестно как обучился новому трюку?

Тц… не скажу, что это очень уж сильно меня порадовало, но почему бы и нет? Маленький кусочек личной силы… Здорово. Ещё бы выжить…

Стоп, а почему ноги промокли⁈

– У нас пробоина! – завопил я, а уровень гнева, казалось, позволил лодке едва ли не взлететь. Во всяком случае, на какое-то время мы встали, словно попали в полный штиль.

Опешившие сионы, Люмия и Ресмон тут же заозирались.

– Барьер держи, дубина! – рявкнул на здоровяка, когда ощутил, как закапало сверху.

Деревенщина рыкнул, отчего новый барьер попросту сорвался, но тут подключилась Люмия. К счастью, удачно.

– Не ори на меня, – несколько секунд спустя, недовольно буркнул Ресмон. – Я от этого выхожу из себя. Сразу отца вспоминаю, отчего тут же хочется кому-то врезать!

– Придержи замечательные истории до более подходящего момента, ладно? – Глац злобно зыркнул в его сторону.

– Нашёл! – прервал их Сидик. – Вон, под лавкой протекает!

Я отпустил контроль над водой, отчего аж выдохнул. Тело жгло, но я ощущал, что мне стало легче. Специально держал лодку прямо, чтобы остальным было проще найти течь.

– Ресмон, заделай её, – уже спокойнее сказал я, – да поспеши.

– Конечно, ваша милость, – ехидно высказался он, но послушно полез искать пробоину. – Как она вообще появилась, ты же руны рисовал?

– Их первоочередная цель – создать тепло, – ответил ему. – Я не предполагал, что надо укреплять абсолютно всё, для этого нужно и цепочку другую сделать было, и разместить её иначе.

Всё верно, ведь переборщи я с рунами связи, то тут было бы как в парилке. Пришлось создать ровно столько, чтобы была комфортная температура. Следовательно, руна укрепления, которую я позднее пририсовал к начальной комбинации, вплетая её в общую вязь, тоже распространилась не на всю лодку, а лишь на её часть.

Эх… знал бы, так действовал иначе. Правда для этого пришлось бы какое-то время подумать, прикинув верное расположение, да ещё и подсчитать вариант ослабления руны жары, которая зависела от напитки энергией. Либо, можно было подобрать менее сильную руну, с фиксированным эффектом, которую, правда, надо было поискать. К тому же, я выбрал наиболее безопасную комбинацию, которую можно было легко уничтожить и ничего вокруг бы не пострадало. Следовательно, выбирая иное, мне пришлось бы подумать над защитой вырезанных и напитанных энергией рун. Впрочем, последнее – ладно, тут руна укрепления бы справилась.

Мотнул головой, прогоняя лишние мысли, а потом, для удобства Ресмона снова выправил положение лодки, удерживая её без качаний и колебаний. Это было достаточно сложно и уходило много сил. К тому же, я был максимально сосредоточен на эмоциях гнева, контролируя воду вокруг. Грёбаный залив подкинул проблем…

– Кирин, а можешь воду собрать из лодки и это… выбросить её? – спросил меня Тофер, на что тут же получил смачный подзатыльник.

– Совсем придурок? – прошипел Сидик. – Жопу прижал и не отвлекай волшебника!

– Чего? – развёл он руками, но присел. – Спросить нельзя? Сам орёт на всех, значит и говорить может, а раз может, то чего бы и не ответить? Я же не для праздного интереса…

Его брюзжание потонуло в завывании ветра. Нас резко закружило по волнам, отчего пришлось хорошо постараться и потратить много энергии, дабы оставаться в прежнем положении. Я слышал лишь поток могучей брани Ресмона, который никак не мог использовать производственную магию, чтобы восстановить разбитый кусок дерева. Он и раньше не был в этом экспертом, а уж сейчас.

Дерьмо, неужто мне придётся отвлекаться ещё и на это⁈ Для ремонта нужно «удивление», хах… М-да… не самое простое, что можно организовать в нашей обстановке!

В следующий миг, от очередного резкого толчка, с тихим взвизгом, Люмия не удержала равновесие и завалилась куда-то между рядами, отчего барьер, ограждающий нас, попросту испарился. По ушам сразу ударил грохот шторма, а нас залило потоками воды. Причём не только падающей с неба, но и заливающейся в лодку из самого залива!

Сионы тут же вскочили, один подхватил девушку, которую едва не смыло наружу, второй достал ведро, начиная усиленно черпать воду, а третий на миг растерялся, но быстро схватил ещё одну тару, начиная помогать второму.

– Ресмон! Барьер! – крикнул я, а потом аккуратно расширил клапан потока магической энергии, отчего аж зашипел. Тело и так уже начинало понемногу гореть, а тут ещё и усилил поступление!

Однако, это позволило растянуть «контроль над водой» немного выше, прикрывая им борта лодки и одновременно заставив всю воду изнутри вытечь наружу.

– Я пытаюсь! – рявкнул здоровяк в ответ, а потом сел и закрыл глаза. – Дай мне каплю времени!

Если бы оно было! – едва не выдал ему, чудом успев закрыть рот. Спокойствие, Кирин, криком делу не поможешь…

Вместо этого постарался максимально удерживать равновесие и контролировать волны, обрушивающиеся на нас.

Через десяток секунд над нами возник барьер, отчего я снизил поток энергии в своё тело, а потом, немного подумав, и вовсе его отменил, предварительно предупредив народ. Все успели закрепиться и приготовиться к жуткой тряске.

– Люмия, в порядке? – спросил девушку, когда уселся рядом с ней.

Ощущал лёгкую ломоту в висках. Неприятно.

– Да, повезло ничего не расшибить, – её губы дрогнули в улыбке. – Ты морщишься, что-то болит? Поранился⁈

– Голова, – признался ей. – Слишком много «играл» с энергией. То увеличивал напор, то уменьшал, и так несколько раз.

Иногда такое бывает. У меня. Не то чтобы частая практика, но… неприятно, ничего не скажешь. Впрочем, как я знаю, со временем подобное происходит у всех. Имею в виду обычных людей, не магов. Чем дольше человек живёт на свете, тем сильнее подвержен разным проблемам и болячкам. У меня лишь иногда может заболеть голова от подобных «качелей», с чем я обычно справляюсь и сам. Достаточно немного посидеть и отдохнуть.

– Я вылечу, – уверенно произнесла Люмия.

Секунду подумав, решил довериться. Лечение головы – дело рискованное, но ранее она меня не подводила. Девушка, не голова. Следовательно, какой-то лимит доверия у неё есть.

Проблемой была лишь тряска, но она решилась тем, что… Люмия уселась мне на коленки, а я крепко прижал её к себе. Далее волшебница приложила холодные пальцы к моей голове и… всё прошло. Чудо, сука, из чудес! Нет, серьёзно, я правда рад. Жить без боли куда лучше, чем с ней.

Не удержавшись, коротко поцеловал её в щёку, отчего Люмия широко открыла глаза, но продолжения, естественно, не последовало, я быстро отсадил девицу в сторону и сосредоточился на происходящем. Лодка ходила ходуном и одна брешь обратилась уже десятком. Сосредоточившись на воде, почти сразу нашёл все пробоины, а теперь…

Создание земли было куда как быстрее и проще, чем производственная магия. Правда и пользы от неё будет меньше, однако, хотя бы так…

Залепил дыры получившейся субстанцией, которую тут же максимально спрессовал, дабы организовать подобие водонепроницаемой глины. И плевать, что сильный поток выбьет её, как пробку, это всё равно лучше, чем было раньше. Тем более, что раз шторм уже один раз создал в лодке течь, то сделает это снова, хоть залепи её наскоро, хоть создай крепкую заплатку. Причина проста – это место не укреплено рунами, оно априори слабее. Такая вот херня.

– Хорес великий, не в ярости твоей обличай меня и не во гневе твоём наказывай меня, ибо стрелы твои вонзились в меня, и рука твоя тяготеет на мне. Нет целого места в плоти моей от гнева твоего. Нет мира в костях моих от грехов моих, ибо беззакония мои превысили голову мою, как тяжёлое бремя отяготели на мне. Смердят, гноятся раны мои от безумия моего… – зачитывал Глац, осеняя себя знаком Хореса: указательным и средним пальцем коснулся лба, потом средним и безымянным – груди, напротив сердца.

Словно бы в ответ на молитвы, сверкнуло, на мгновение ослепляя всех сидящих в лодке, а следом в барьер ударила толстая ветвистая молния. Её мощь заставила Ресмона, держащего защиту, глухо охнуть и тут же опасть. Барьер схлопнулся и всех затопило водой. Здоровяк же, чудом не упав за борт, валялся без сознания и даже не шевелился. Люмия мгновенно бросилась к парню, пытаясь привести его в чувство, а я поднял поток воды, ощущая, как остатки небесного гнева продолжают гулять по тонким деревяшкам, которые защищали нас от ярости бури.

Вода окутала лодку в плотный кокон. Мне пришлось использовать собственно-созданную воду из опасений снова подставиться под молнию. Боюсь, окажись тут обычная, морская вода, то мы все можем поджариться на ней, как мясо на углях.

Тело, ещё не пришедшее в себя после прошлого напора, болезненно взвыло, но я до крови закусил губу и лишь повторял про себя, как мантру, простые слова: «я справлюсь».

Сучья погода! Чего же нам так невезёт-то⁈ Мне невезёт! Или… ха-ха, я ведь ещё жив? Значит, можно сказать, в чём-то везёт… Может, стоит помолиться богине Оксинте, которая, по версии разных еретиков, отвечает за удачу? Смешно… как потом Хоресу в глаза смотреть?

Слегка поднял себе настроение, продолжая сохранять эмоции гнева. Ещё и Ресмон… как же невовремя! Но отдача хорошо по нему ударила. Такое бывает, если в барьер прилетает особо мощная атака, которая пробивает щит насквозь. Чары резко прерываются, а поток энергии, получаемый из своего измерения, должен куда-то уйти. Вот и отдаёт в тело. Чем сильнее чары, которые нарушают свой ход, тем сильнее отдача.

Благо, что мою воду молния не пробьёт: зацепиться не за что… Хотя… может прорезать насквозь, как нож пергамент. Не хочу проверять. И вообще, говорят, что она дважды в одно и то же места не бьёт? Или снова брешут?..

Сколько так продолжалось, мне не ведомо. Я ощущал, что от меня идёт пар: мокрая одежда успела высохнуть, а я нагрелся, будто камень, брошенный в костёр. На каком-то этапе ощутил прикосновение и поток лечения, что немного облегчил мою участь и позволил продержаться немного дольше. Однако, по итогу, я отпустил барьер стихий и упал на дно лодки, в грязную и мутную воду.

Меня моментально подхватили сильные руки, совсем не те, которые даровали исцеление, но те, на которые можно опереться.

– Держу, всё хорошо, – негромко произнёс Сидик.

Приоткрыв глаза, рассмотрел, что над нами снова висит барьер. Это Ресмон, которого подлечила Люмия, смог прийти в себя и прикрыть нас.

– Ещё и дыры в лодке залатали, – улыбнулся Тофер, понявший меня без слов.

Чтобы прийти в норму, потребовалось, наверное, с полчаса. А ещё меня начало люто мутить из-за начавшихся кульбитов. Люмия, которая выглядела осунувшийся и бледной, даже несмотря на веснушки, попробовала снова подлечить меня, но толку не было. К счастью, вскоре нас всех отвлёк Глац.

– Вы только посмотрите! – указал он пальцем куда-то за пределы прозрачного барьера. – Там человек плывёт!

– Точно, – прищурился Сидик. – За какую-то доску держится. Видать кто-то из наших.

– Наших в смысле группы или просто кто-то? – задал Тофер очередной дурацкий вопрос.

– Надо подобрать, – не обращая на него внимания, заявил Глац.

– Нет, – коротко ответил ему, а потом покосился на Ресмона. – Не отвлекайся, – сказал здоровяку, – а лучше заткни уши. Шторм уже утихает, скоро всё закончится.

– Угу, – угрюмо выдал он, но послушался.

Конечно же мои слова были ложью. Но ему надо продолжать держать барьер, то есть, оставаться в спокойном состоянии.

– Кирин, какого хера? – наклонился Глац.

– Я вымотан, – прищурился, глядя ему прямо в глаза. – Что прикажешь делать, когда нас снова зальёт водой? Выпить её? – холодно продолжил я.

– Поддерживаю мага, – вздохнул Тофер. – Серьёзно, давайте не рисковать, пытаясь спасти кого-то в нашей ситуации. Самим помощь бы не помешала.

– Надо же, и в твоей голове попадаются дельные мысли, – невесело хмыкнул Сидик. – Сядь, Глац, Тоф прав. Самим бы выжить, а ты всё о других волнуешься.

Рядом со мной сидела Люмия, периодически продолжая меня лечить. Со временем то ли эффект накопился, то ли я попривык к бешеным фортелям волн, качающих лодку, но… стало легче.

– Спасибо, – искренне ответил ей и слабо улыбнулся.

Девушка зеркально улыбнулась в ответ.

– Не могу уже, – подключился Ресмон. – Кирин, где там просвет⁈ – он чуть ли не скулил. – Я уже… уже горю…

– Люмия, подержишь барьер? – обернулся к волшебнице. Она кивнула и сосредоточилась. Над защитой Ресмона появилась новая, тонкая на вид плёнка.

Уставший здоровяк составил мне компанию и все продолжили трястись.

Из-за темноты было неясно, то ли уже наступил вечер, то ли ещё день. Я окончательно выпал из времени. Просто сидел, словно в забытье, а потом кто-то трогал меня за плечо и говорил, что сейчас моя очередь. Ставил и держал барьер, пока сионы уже сами затыкали дыры, а остальные маги отдыхали. Когда у меня начинало невыносимо жечь тело, то сообщал об этом и вскоре меня сменяли, а я падал чуть ли не там, где стоял, моментально закрывая глаза. На голову клали мокрую тряпку, предлагали воды, которую я жадно пил, а потом снова лежал.

Круговорот магии…

Всё закончилось внезапно. Нет, мы не выбрались из шторма и не пошли на дно. В чём-то лучше, в чём-то хуже: в нас врезался пароход.

* * *

– Слава Хоресу, наконец-то пришёл в себя, – улыбнулся усатый мужик, в форме капитана корабля. Как я позднее узнал, его звали Долдрих. Признаться, удивлён, что он не поленился лично прийти к нам, после того, как завершилась операция спасения. М-да… нервов она сожрала столько, что буду вспоминать до конца своей короткой жизни.

Руны на лодке едва сдержали таран «Индевоса» – парохода той же модели, что и разбившийся (скорее взорванный) «Кромолос». Лишь божественное чудо не позволило нашему корыту пойти на дно. Благо, что я как раз отдыхал, а потому быстро открыл глаза, осознал происходящее, а дальше, поняв, что это наш шанс, окружил лодку водным барьером и пустил «щупальце», состоящее из воды, в сторону палубы гигантского корабля.

Хотел подтянуть нас на верх, но не рассчитал сил, едва не сгорая в потоке энергии. Сука… как же больно было!

Осмотрев руку, ожогов, тем не менее, не нашёл, а ведь должны были быть… Хм…

– Судовой лекарь творит чудеса, – с той же улыбкой выдал Долдрих, наблюдая за моими действиями.

Поднявшись на ноги, хоть и пошатнувшись: как от качки, так и от некоторой слабости, всё ещё присутствующей в теле, глубоко ему поклонился.

– Выражаю вам свою глубочайшую признательность, господин капитан, – на последних словах голос подвёл, но некоторая привычка, полученная ещё со школы магии (где называл «господин» и «госпожа» всех наставников), позволила договорить почти нормально.

Даже если он что-то и заметил, то явно не придал значения. Правда ведь? Будем надеяться…

Вместе со мной (находились мы, судя по виду, в местном лазарете) располагались Ресмон и Люмия, но девушка ещё не пришла в сознание, в то время как здоровяк открыл глаза, но смотрел очень уж вяло.

В качестве одежды на всех присутствовало лишь нижнее бельё, а потому мой поклон отдавал некоторой комичностью, хотя был от чистого сердца. Всё-таки на корабле ничего не происходит без ведома капитана (во всяком случае на нормальном корабле), так что за спасение благодарить тоже нужно, в первую очередь, именно его.

– Меня зовут Долдрих, – пояснил мужчина, подмечая, как я оглянулся на остальных. – Твои друзья получили обычное лечение, а вот на тебя пришлось потратить зелье. Благо, что некоторый запас имелся, – усмехнулся он в усы.

– Вот оно как, – кивнул в ответ. Это объясняло, почему я чувствовал себя столь хорошо и при этом не видел ни малейшего признака ожогов.

Даже магическое лечение имеет свои пределы и слабо помогает при том же нервном или физическом истощении. Потому и Ресмон едва продрал глаза, а Люмия и вовсе не проснулась, даже от нашего, не слишком тихого разговора. Они отсыпались после случившегося.

Скорее всего, чтобы окончательно прийти в себя, им понадобится ещё день-два.

Капитан показал мне сундук, закреплённый возле кроватей (хотя тут почти всё было закреплено, в том числе и кровати, всё-таки качка весьма ощутима), где лежала одежда.

– Старая была в отвратительном состоянии. Мы сохранили её, на всякий случай, ведь маги умеют восстанавливать вещи, но при этом всё равно подготовили несколько вариантов на замену, хотя женских вещей у нас не нашлось, – Долдрих пожал плечами, будто бы извиняясь.

Признаться, его поведение вызывало вопросы. То есть… это раньше, будучи Моргримом, я бы воспринял его как данность, но сейчас всё изменилось. Я – обычный верс, отчего эти телодвижения вызывают у меня невольное подозрение. Однако, его суть от меня ускользает.

Решив заняться восстановлением формы позже, я закопался в сундук, где лежал целый ворох старой, но чистой одежды, в итоге отыскав хорошие, подходящие по размеру штаны и крепкую рубаху. Конечно же они были типично матросскими, но чего ещё я ожидал тут увидеть?.. Выходную форму императора? Радует, что хоть такое нашлось!