Текст книги "Меченосец. Рассвет войны (СИ)"

Автор книги: Afael

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 27

Я достал из кармана камень возвращения.

Небольшой серый булыжник, величиной с кулак, покрытый рунами Аргоса. Маг дал его перед уходом в степь – способ вернуться, когда артефакт будет у меня.

– Точно хочешь использовать эту штуку? – спросил Шарик, глядя на камень с подозрением. – Помнишь, что было с порталом в степи? Нас чуть не разорвало на куски.

– Помню, – я сжал камень. – Но выбора нет. Пешком до убежища Аргоса идти пол месяца. Времени нет.

– А если этот камень такой же нестабильный? – Иналия поднялась с земли, опираясь на посох. – Мы можем оказаться где угодно или не оказаться вообще.

– Аргосу нужен артефакт, – ответил я. – Он не дурак, чтобы дать мне сломанный портал. Это единственный способ быстро добраться.

Я вложил в камень каплю магии. Руны вспыхнули красным светом.

Воздух перед нами задрожал, искажаясь. Разлом в пространстве открылся с треском – портал, пылающий красным пламенем по краям. Сквозь него виднелись песок, скалы, палящее солнце.

Пустыня Чагал.

– Ну вот, опять пустыня, – проворчал Шарик. – Не мог этот Аргос спрятаться где-нибудь у моря? На тропическом острове?

– Потому что в пустыне никто не живёт, – ответил я. – Идеальное место, чтобы прятаться.

– Логично, но скучно.

Я шагнул в портал первым и мир взорвался болью.

Меня скрутило, сжало, потащило сквозь пространство. Ощущение было как будто тебя запихнули в узкую, ребристую трубу и протащили через нее. Кости трещали, мышцы горели, в ушах ревело. Я зажмурился, стиснул зубы и терпел.

Через вечность – или секунду – портал выплюнул меня.

Я упал на колени, руки уперлись в горячий песок. Голова кружилась, в глазах плыло. Желудок скрутило – едва сдержался, чтобы не вырвало.

– Ненавижу порталы, – пробормотал я, отплёвываясь. – Каждый раз одно и то же.

Шарик шлёпнулся рядом с глухим стуком. Его ядро тускло светилось, голем лежал неподвижно.

– Я умер, – простонал он. – Всё. Конец. Больше не могу. Похороните меня здесь.

– Ты голем, ты не можешь умереть, – буркнул я, поднимаясь.

– Могу попробовать!

Иналия появилась из портала последней. Опустилась на песок чуть поодаль, бледная как полотно. Дышала тяжело, руки дрожали.

– Этот… портал… хуже предыдущего, – выдавила она.

– Зато быстро, – я отряхнул песок с одежды. – Недели пути за пять секунд.

– Пять секунд ада!

Я огляделся.

Пустыня Чагал. Бескрайний простор жёлтого песка, уходящий к горизонту. Редкие скалы торчали из земли, как кости мёртвого гиганта. Солнце висело в зените, палило безжалостно. Жара ударила сразу – воздух дрожал, пот мгновенно выступил на лбу.

Вдали виднелся древний столб с рунами Аргоса – высокий, метров десять, покрытый письменами. Тот самый, что я видел в прошлый раз.

Убежище мага было где-то здесь, под землёй.

– Идём, – сказал я, проверяя артефакт за поясом. Теперь нужно отдать его Аргосу. Закончить сделку.

– Можно хоть минуту передохнуть? – простонал Шарик, всё ещё лёжа на песке. – Я весь разбит.

– Нет, – я подхватил голема, поставил на ноги. – Времени нет. Война идёт, пока мы тут торчим.

– Ты бессердечный тиран.

– Спасибо за комплимент. Пошли.

Мы двинулись к столбу. Песок был горячим, обжигал через подошвы сапог. Каждый шаг проваливался, идти было тяжело. Солнце било в голову молотом. Пот тёк по спине, пропитывая рубашку.

Я шёл молча, сосредоточившись на столбе впереди. Воспоминания о степи всплывали осколками, сами собой.

Я стою перед старейшинами всех кланов в большой юрте. Двадцать старейшин сидят полукругом, молчаливые, настороженные. Тенгри, старый шаман с седой бородой, стоит рядом, готовый переводить.

– С сегодняшнего дня набеги на Приграничье запрещены, – говорю я, глядя на них по очереди. – Любой, кто нарушит – умрёт. Я лично прослежу за этим.

Тенгри переводит на язык степи. Старейшины переглядываются, шепчутся между собой. Кто-то хмурится, кто-то кивает.

– Но набеги – наш обычай, – говорит один из старейшин, толстяк с шрамом через глаз. – Так было веками. Мы воины степи.

Я смотрю на него.

– Воины не режут безоружных торговцев. Воины сражаются с воинами. То, что делал Ургаш – не война, а грабеж и резня.

Толстяк замолкает, опускает глаза.

– Работорговля отменяется, – продолжаю я. – Немедленно. Всех пленников освободить. Вернуть в их земли.

Ропот пробегает по юрте. Несколько старейшин возмущённо зашептались – работорговля приносила хороший доход. Степь была бедной, пленники стоили дорого.

Я жду, пока они закончат. Потом делаю один шаг вперёд.

Все замолкают.

– Вопросы есть? – спрашиваю я тихо.

Никто не отвечает. Мой взгляд заставляет их молчать.

– Границы степи – здесь, – я разворачиваю карту на полу, указываю линию. – Дальше не ходить. Это земли Приграничья. Трогать их нельзя.

– А торговля? – спрашивает другой старейшина, худой, с длинной косой.

– Торговля разрешена, – отвечаю я. – Честная торговля. Меняете скот, шкуры, изделия на зерно, металл, ткани. Грабежи запрещены. Вы можете торговать и с эльфами, и с югом. Там очень нужно мясо.

– Мы бедны, – говорит худой. – Степь не родит урожаи. Нам нужно…

– Работайте, – перебиваю я. – Разводите больше скота. Учитесь ремёслам. Продавайте товары, а не людей.

Он замолкает.

– Нарушите хоть одно правило, – говорю я, обводя взглядом всех старейшин, – и я вернусь. Сожгу степь дотла. До последней юрты, до последнего человека. Понятно?

Тенгри переводит. Старейшины молчат, склоняют головы.

Понятно.

Я поворачиваюсь к Тенгри.

– Ты управляешь от моего имени, – говорю я старому шаману. – Следишь за порядком. Собираешь налоги. Решаешь споры между кланами. Докладываешь мне раз в сезон. Справишься?

Старик смотрит на меня долго. В его мутных глазах читается что-то вроде уважения.

– Справлюсь, хозяин степи.

– Хорошо. Тогда начинай.

Я моргнул, разгоняя воспоминание. Мы дошли до столба.

Руны Аргоса светились тускло красным. Я приложил ладонь к тёплому камню. Земля задрожала под ногами.

Песок перед столбом вздыбился, посыпался в стороны. Из-под него поднялись два металлических стража. Тела из чёрного металла, глаза светились красным. В руках – длинные копья с зазубренными наконечниками.

Те самые, что встречали меня в прошлый раз.

– Эридан, – прозвучал механический голос из первого стража. – Бывший апостол, хозяин сердца степи. Проходи. Хозяин ждёт.

Стражи разошлись в стороны синхронно, как по команде. Песок между ними провалился с шипением, открывая каменную лестницу, уходящую вниз во тьму.

– Хозяин Сердца Степей? – переспросил Шарик, запрыгивая мне на плечо. – Когда ты успел обзавестись титулами?

– Недавно, – буркнул я, начиная спуск. – Ты вроде как присутствовал.

– О, припоминаю, кажется! Это ж надо – стал правителем целого народа за пару дней!

– Временным правителем.

– Всё равно считается!

Мы спустились по лестнице. Она вела глубоко под землю, метров на пятьдесят, может больше. Ступени были ровными, истёртыми временем. Стены светились тусклыми рунами – голубыми, зелёными, красными. Воздух становился прохладнее с каждым шагом.

Внизу открылся огромный зал.

Своды высокие, метров двадцать, поддерживаемые массивными колоннами. Пол выложен чёрным камнем, отполированным до блеска. В центре возвышался алтарь из того же чёрного камня, покрытый рунами. На стенах – больше рун, пульсирующих красным светом, образующих сложные узоры.

И у алтаря стоял Аргос. Он повернулся, услышав наши шаги.

– Ты принёс его, – сказал Аргос. Голос хриплый, напряжённый, словно каждое слово давалось с трудом. – Я чувствую. Сердце Степей. Ты действительно принёс.

Я достал артефакт из-за пояса, взвесил в руке и бросил на алтарь.

Кристалл звякнул о камень, покатился, остановился в центре.

– Держи, – сказал я. – Как договаривались. Теперь ты должен мне.

Аргос кивнул, подошел к алтарю и взял артефакт.

– Сердце Степей, – прошептал он, почти нежно. – Наконец-то.

Он прижал кристалл к груди, закрыл глаза. Вздохнул.

Потом положил артефакт обратно на алтарь, начал чертить руны вокруг него. Пальцы двигались быстро, уверенно, несмотря на дрожь. Руны вспыхивали одна за другой – красные, яркие, образуя сложный магический круг.

– Сколько времени займёт ритуал? – спросил я.

– Час, – ответил Аргос, не отрываясь от работы. – Может два. Ритуал сложный, многоступенчатый, но я справлюсь. Я готовился к этому веками.

– Хорошо, – я развернулся к выходу. – Тогда мы подождём наверху.

– Эридан, – окликнул меня маг.

Я обернулся.

Аргос смотрел на меня. В его измождённом лице впервые появилось что-то человеческое.

– Спасибо, – сказал он. Голос звучал искренне. – Ты сдержал слово. Принёс артефакт, хотя мог просто убить меня.

– Я не убиваю союзников, – ответил я. – Даже таких сомнительных, как ты.

Аргос усмехнулся.

– Сомнительных. Точное слово. – Он вернулся к работе. – Иди. Жди наверху. Когда ритуал завершится – я позову.

– Просто заканчивай быстрее, – бросил я через плечо. – Война не ждёт. Ория может пасть, пока ты тут колдуешь.

– Не пасть, – ответил Аргос уверенно. – Нейтан умный командир. Элия сильная. Они продержатся, а когда я восстановлю силу – Орден пожалеет, что вообще начал эту войну.

Мы поднялись наверх. Металлические стражи всё так же стояли у входа, неподвижные. Не шелохнулись, когда мы прошли мимо.

Я присел на большой камень в тени столба. Шарик устроился рядом, его ядро тускло светилось – голем восстанавливал энергию после портала. Иналия опустилась на песок чуть поодаль, закрыла глаза, начала медитировать.

– Что теперь? – спросил Шарик тихо.

– Ждём, – ответил я, откинувшись на камень. – Аргос завершит ритуал, восстановит силы. Потом идём в Орию. Помогаем в обороне.

– А если он обманет? – голем повернулся ко мне. – Возьмёт силу артефакта и свалит? Бросит нас?

Я посмотрел на вход в убежище, где внизу шёл ритуал.

– Не обманет, – сказал я уверенно. – Ему нужна война с Орденом даже больше, чем мне. Личная месть. Орден запер его, унизил, заставил прятаться веками. Аргос жаждет крови. Он не дурак, чтобы упустить шанс.

– Надеюсь, ты прав, – Шарик вздохнул. – А то мне не хочется снова гоняться за артефактами по всему миру.

– Я прав, – я закрыл глаза. – Отдыхай. Нам ещё драться предстоит.

Шарик замолчал.

Я откинулся на камень, позволил телу расслабиться. Усталость навалилась разом – тяжёлая, давящая. Бой с Ургашем и его охраной. Огненная волна, выжегшая сотню врагов. Переходы через порталы. Всё это выжало силы дочиста. Я закрыл глаза.

Степь. Ночь. Я стою на краю лагеря степняков, смотрю на тысячи склонённых воинов. Они сидят у костров, едят, разговаривают тихо. Кто-то точит оружие. Кто-то молится старым богам.

Все они теперь подчиняются мне.

Тенгри подходит, опираясь на посох, украшенный черепами. Старик движется медленно, осторожно.

– Хозяин степи, – говорит он тихо, останавливаясь рядом. – Можно задать вопрос?

– Говори.

– Ты правда вернёшься, если мы нарушим твои законы?

Я смотрю на него. Старик не отводит взгляда – смелый, несмотря на возраст.

– Да, – отвечаю я просто.

– И сожжёшь степь?

– Да.

Тенгри кивает медленно, словно получил ответ на что-то важное.

– Хорошо, – говорит он. – Тогда мы не нарушим.

– Почему?

Он смотрит на лагерь, на воинов у костров.

– Потому что ты сильный. Сила – единственный закон степи. Ты доказал свою силу кровью двух ханов. Мы подчиняемся силе. Всегда подчинялись.

Он помолчал.

– И потому что ты прав, – добавил старик тихо. – Ургаш был мясником. Старый хан тоже был жесток. Степь погрязла в крови. Может, твои законы изменят нас. Сделают лучше.

Я ничего не ответил. Просто кивнул. Тенгри ушёл, растворившись в темноте. Я остался стоять, глядя на степняков. На дым от костров, поднимающийся в ночное небо.

Степь теперь моя. Временно, но моя.

Я открыл глаза.

Солнце сместилось – прошло минут сорок, может больше. Иналия всё ещё медитировала, неподвижная как статуя. Шарик тускло светился, восстанавливая энергию. Земля вдруг задрожала.

Я вскочил на ноги, инстинктивно выхватывая топоры.

Из входа в убежище вырвался столб красного света. Он ударил в небо, пробив облака, разогнав их. Яркий, ослепительный, мощный. Воздух завибрировал от магии. Песок запрыгал, камни задребезжали.

– Началось, – прошептал Шарик, поднимаясь.

Ритуал шёл полным ходом. Аргос возвращался.

* * *

Ория

Нейтан стоял на стене и смотрел на кошмар. Чистильщики Ордена окружили город.

Сорок магов в красных мантиях стояли в километре от города, выстроившись широким полукругом. Их силуэты чётко вырисовывались на фоне утреннего неба. В руках – длинные посохи из чёрного дерева, покрытые светящимися рунами. На шеях у каждого – амулеты, горящие тёмным красным светом. Артефакты силы, усиливающие магию в разы.

Они творили заклинания синхронно, как один организм. Руки поднимались одновременно. Губы шевелились, произнося слова на мёртвом языке. Воздух вокруг них искажался от магии.

Огненные шары размером с дом материализовывались над их головами. Взмывали вверх, летели к городу, взрывались о магический щит. Каждый удар сотрясал купол защиты. Молнии били в стены, раскалывая камень, превращая его в пыль. Ледяные копья размером с бревно пронзали воздух, замораживая всё на пути.

Но это было ещё не всё. Вокруг Чистильщиков были призванные существа. Десятки, может сотни.

Огненные – человекоподобные фигуры из живого пламени, три метра высотой. Там, где они стояли, земля чернела и дымилась. Ледяные – существа из синего льда с острыми когтями и пустыми глазницами. Воздух вокруг них морозил, покрывал траву инеем. Каменные – массивные гиганты из чёрного обсидиана.

Они стояли неподвижно, ждали приказа.

– Боги, – прошептал кто-то из защитников рядом. – Как с этим сражаться?

– Сколько у нас осталось? – спросил Нейтан капитана стражи, не отрывая взгляда от врага.

Капитан – пожилой ветеран с седой бородой и шрамом через глаз – посмотрел вниз, на площадь, где собирались последние резервы.

– Две тысячи боеспособных, командир, – ответил он хрипло. – Может чуть меньше. Половина из них ранены, но держат оружие. Стрелы почти закончились – осталось по десятку на лучника. Масло для котлов кончилось вчера.

Нейтан сжал рукоять меча до боли в пальцах. Две тысячи измотанных, раненых защитников против сорока элитных магов и армии элементалей.

Плохой расклад. Очень плохой.

Взрыв справа оглушил. Огненный шар размером с повозку ударил в стену. Часть каменной кладки треснула, раскололась, камни посыпались вниз, сметая троих защитников. Их крики оборвались под тоннами обломков.

– Латайте брешь! – заорал Нейтан, перекрикивая шум. – Щитоносцы вперёд! Заткнуть дыру, быстро!

Защитники бросились к пролому. Таскали камни, доски, мешки с песком. Пытались заткнуть дыру хоть чем-то.

– Элия⁈ – крикнул Нейтан, оборачиваясь.

Посмотрел вниз, на центральную площадь.

Святая стояла там в окружении магического круга из светящихся рун. Руки подняты к небу, пальцы растопырены. Посох левитировал перед ней, светился ослепительным белым светом. Её белые одежды развевались от невидимого ветра магии.

Она поддерживала щит города. Вливала в него всю свою силу, каждую каплю, что осталась.

Щит над Орией трещал. Купол прозрачной энергии, защищавший город от магических атак, покрывался видимыми разломами. Трещины расходились, как паутина по стеклу.

– Она на пределе, командир! – крикнул молодой храмовник в белых доспехах, стоявший у лестницы. – Кровь идёт! Скоро упадёт!

Нейтан стиснул зубы, глядя на Чистильщиков за стенами. Они начали новое заклинание. Воздух задрожал. Земля под их ногами потемнела, почернела, начала дымиться.

В центре их круга материализовывалась конструкция из чистой тёмной энергии. Обелиск. Высокий, метров десять, покрытый рунами, светящимися кроваво-красным. Тьма сгущалась вокруг него, принимая форму.

– Что это, во имя богов? – спросил капитан, побледнев.

– Ритуал разрушения! – донёсся голос Элии снизу.

Слабый, надломленный, еле слышный, но все на стене услышали.

– Они создают якорь тьмы! Когда завершат – щит рухнет мгновенно! И город… – она закашлялась, – город сгорит за минуты!

Нейтан почувствовал, как холод пробежал по спине.

– Сколько времени у нас⁈ – крикнул он.

– Минуты! – ответила Элия, голос сорвался. – Может меньше! Я не могу… не могу остановить!

Чистильщики продолжали плести заклинание. Их голоса слились в единый гул, эхом прокатывающийся по полю. Обелиск рос, руны на нём вспыхивали одна за другой и элементали двинулись вперёд. Огненные шли впереди, оставляя за собой следы горящей земли. Ледяные – следом, замораживая траву. Каменные – позади всех, тяжело ступая, сотрясая землю.

Сотни существ двигались на Орию.

– К оружию! – заорал Нейтан, разворачиваясь к защитникам. – Все на позиции! Готовьтесь к штурму!

Защитники сжали оружие. Копья выставлены вперёд. Луки натянуты. Мечи обнажены.

Кто-то молился тихо, шепча имена богов. Кто-то плакал, зная, что это конец. Кто-то просто стоял, глядя на приближающуюся смерть.

Все знали – наступает конец Ории.

Элия внизу закричала – протяжно, отчаянно. Вливала последние силы в щит. Последнюю каплю силы, что осталась. Свет от посоха стал ослепительным, ярче солнца. Её тело задрожало, кровь потекла из носа, из ушей.

Обелиск Чистильщиков завершился. Тёмная конструкция засветилась кроваво-красным и ударила в щит города. Луч чистой тьмы толщиной с человека вырвался из обелиска. Пронзил воздух со свистом. Врезался в купол защиты. Щит вспыхнул ослепительно. Белый свет взорвался. Трещины разошлись мгновенно, покрыли весь купол. И щит рухнул.

Взрыв. Ослепительная вспышка света. Волна силы прокатилась по городу, сбивая людей с ног. Осколки магии посыпались дождём, растворяясь в воздухе, как снежинки.

Элия упала на каменные плиты площади. Без сознания. Посох выпал из рук, покатился в сторону, погас. Кровь текла из носа, ушей, глаз. Храмовники бросились к ней, подхватили, начали оттаскивать.

Щита больше не было. Ория осталась беззащитной. Чистильщики засмеялись. Их смех прокатился над полем – холодный, злорадный, торжествующий.

– Держаться! – заорал Нейтан, хотя знал, что это бесполезно. – Ни шагу назад!

Элия в последний момент, перед тем как окончательно потерять сознание, она сделала последнее. Собрала последний осколок силы. Крошечную искру, что ещё теплилась в груди, подняла дрожащую руку. Пальцы едва шевелились и послала зов.

Шёпот. Тихий, отчаянный, полный страха и надежды.

Иналия. Сестра. Слышишь меня? Ория не выдержит. Щит рухнул. Маги Ордена прорываются. Элементали идут на штурм. Помощь нужна сейчас. Немедленно. Иначе всё потеряно. Все умрут.

Зов вырвался из неё. Полетел сквозь пространство, сквозь время. Тонкая нить магии, связывающая двух святых через расстояния.

Элия выдохнула последний раз и упала без сознания окончательно.

А элементали уже были у стен.

* * *

Возвращение в пустыню

Иналия вскрикнула пронзительно. Я вскочил на ноги, подбежал к ней. Шарик подлетел, ядро вспыхнуло тревожно. Волшебница упала на колени, руки схватились за голову. Лицо исказилось от боли. Глаза закатились.

– Иналия! – я подбежал, присел рядом. – Что случилось⁈

Она дышала часто, прерывисто. Тело дрожало мелкой дрожью.

– Элия, – прошептала она сквозь стиснутые зубы. – Она… зовёт… Ория…

– Что с Орией⁈

Иналия подняла на меня глаза. В них читался чистый ужас. Такой, какого я никогда не видел в её древних, мудрых глазах.

– Город скоро падет, – выдавила она. – Щит рухнул. Маги Ордена… штурм… элементали… помощь нужна сейчас… прямо сейчас… или всё потеряно.

Она задышала ещё чаще, схватилась за грудь.

– Элия… без сознания… истощена… Нейтан сражается на стенах, но их слишком мало… Чистильщики… сорок магов… сотни элементалей… они не выдержат… город сгорит…

Я выругался сквозь зубы.

Аргос, который только вышел из своего убежища, резко повернулся. Посмотрел на Иналию. Его глаза вспыхнули ярче. Алый огонь заплясал в зрачках.

– Ория, – сказал он. Голос звучал властно, глубоко, как раскат грома. – Орден решил убрать пешку с доски, пока мы заняты.

Он шагнул к Иналии.

– Они просчитались. Они не дождутся своей победы.

– Аргос, я должна… должна помочь… – Иналия попыталась встать, но пошатнулась. – Элия…

– Ты слишком слаба, – прервал её Аргос, опускаясь на колено рядом. – Сейчас ты не поможешь никому, но я могу это исправить.

Он поднял правую руку. Ладонь раскрыта, пальцы растопырены.

Алый свет вспыхнул на его коже. Руны загорелись на запястье.

– Это будет… неприятно, – предупредил он. – Но быстро.

Затем направил ладонь на Иналию. Алый луч ударил в волшебницу.

Иналия вскрикнула от силы, вливающейся в неё потоком. Её тело выгнулось дугой, спина напряглась, руки раскинулись в стороны. Глаза распахнулись широко.

Золотой свет – её собственная магия жизни – вспыхнул изнутри. Ответил на алый. Два потока магии смешались, закружились вокруг неё, образуя спираль.

Я видел, как цвет возвращается на её лицо. Как руки перестают дрожать, дыхание выравнивается.

Десять секунд. Пятнадцать. Двадцать. Аргос опустил руку. Он тяжело выдохнул – даже для него это было затратно.

Иналия рухнула на песок, тяжело дыша, но лицо больше не было мертвенно-бледным. Румянец вернулся. Руки больше не дрожали. Она медленно поднялась на ноги, опираясь на посох.

Встала прямо.

– Достаточно? – спросил Аргос, поднимаясь. – Сможешь сражаться?

Иналия сжала посох. Золотой свет вспыхнул на древке, пробежал по всей длине.

– Да, – ответила она твёрдо. – Достаточно, чтобы сражаться. Спасибо.

– Благодари потом, – Аргос повернулся к нам. – Если выживем.

Он посмотрел на меня, на Шарика.

– Идём в Орию, – сказал он коротко. – Каждая секунда на счету.

– Я готов, – я сжал топоры. – Давно пора преподать Ордену урок.

– Урок они получат, – усмехнулся Аргос жёстко. – Последний в их жизни.

Он поднял обе руки перед собой. Ладони сомкнуты, пальцы сплетены. Начал разводить их в стороны, медленно, как будто раздвигая невидимый занавес.

Пространство перед нами задрожало. Воздух искажался, волны расходились, как по воде. Реальность рвалась под давлением магии.

Портал открылся. Чёткий овал высотой в три человеческих роста. Края обрамлены алым пламенем, внутри – стабильный проход. Сквозь него виднелась площадь, здания с каменными стенами, бегущие люди в панике, дым, пожары.

Ория горела.

– За мной, – скомандовал Аргос властно. – Держитесь рядом. Не отставайте.

Он шагнул в портал первым. Исчез в алом пламени.

– Ну что, командир, – Шарик взлетел, устроился на моём плече, – пора показать этим магам, кто тут главный?

– Давно пора, – я усмехнулся, сжимая топоры.

Шагнул в портал. Иналия последовала за мной. Переход был мгновенным. Без боли, без скручивания, без тошноты. Просто шаг – и мир изменился.

Мы вышли из портала на центральную площадь Ории. Прямо в эпицентр ада.

Первое, что я почувствовал – жар. Здания вокруг площади горели. Пламя взмывало к небу, пожирая крыши, стены, всё. Дым столбами поднимался вверх, застилал солнце. Воздух был горячим, едким, обжигал лёгкие. Запах крови, дыма и смерти бил в ноздри.

Слева, у храма, группа храмовников в белых доспехах тащила носилки. На них лежала Элия. Без сознания, бледная как полотно. Голова безвольно свесилась набок. Кровь запеклась под носом, на губах.

– Элия! – Иналия рванулась к ней.

– Потом! – рявкнул я, хватая её за плечо. – Сначала разберёмся с магами!

На стенах города шел бой. Защитники отбивали штурм элементалей. Огненные существа карабкались по лестницам, оставляя за собой следы расплавленного камня. Ледяные замораживали воинов одним касанием. Каменные гиганты ломали стены голыми руками.

Крики. Звон металла. Взрывы магии. Нейтан стоял на стене, размахивал мечом, орал команды. Его голос прорывался сквозь шум битвы.

– Держать строй! Ни шагу назад! За Орию!

За городскими стенами, в километре – Чистильщики Ордена. Сорок магов стояли полукругом. Руки подняты, творили заклинания. Воздух вокруг них искажался от магии. Тёмный обелиск в центре их круга светился кроваво-красным.

Один из Чистильщиков – высокий, с длинной седой бородой – обернулся первым.

Увидел портал. Увидел нас, выходящих из алого пламени. Замер. Руки застыли в воздухе. Заклинание прервалось на полуслове. Другие обернулись. Один за другим. Руки опускались. Заклинания рвались, не завершённые. Магическая энергия рассеивалась в воздухе.

Сорок пар глаз уставились на нас.