Текст книги "Меченосец. Рассвет войны (СИ)"

Автор книги: Afael

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

– Собирается, – Карим прищурился. – А что?

– Да ничего, – пожал плечами Трэвис. – Парни только за! Давно так весело не жили и добыча приличная! Я бы вот сюда семью свою перевез!

– У тебя семья есть⁈ – вытаращился Карим. Он думал, что пираты, в основном, холостяки.

Они недолго пробирались по главной улице, что вела к холму с особняком. Дома становились богаче, с резными ставнями и коваными фонарями. На перекрёстке, где улица пересекалась с узким переулком, они заметили бегущий навстречу отряд – человек десять, в потрёпанных кирасах, с мечами и щитами. Во главе мчался высокий мужчина, с острыми скулами и шрамом через щеку. Его глаза горели смесью страха и ярости, а движения выдавали панику.

– Добрый вечер! – крикнул Карим, останавливаясь посреди улицы и вскинув клинок в насмешливом салюте. Его отряд замер за спиной, готовый к бою. – Кто вы будете, представьтесь, уважаемый! Даю три секунды, а потом убью неназванным!

Мужчина остановился, его грудь вздымалась от долгого бега. Он открыл рот, чтобы ответить, но выдавил лишь невнятное бормотание, похожее на проклятие. Его взгляд метнулся к переулку, и, не теряя времени, он развернулся и рванул туда. Его отряд, растерянный, замешкался, не зная, бежать за ним или драться.

– Какое хамство! – восхитился Карим, его глаза загорелись азартом. Он любил такие моменты – когда враг, вместо того чтобы принять бой, позорно удирал. – За ним, парни! Не дадим этому крысёнышу спрятаться!

Он рванул в переулок, перепрыгивая через ящики и бочки, заваленные вдоль стен. Отряд бросился следом, их шаги гулко отдавались в узком проходе. Хирман бежал впереди, его алый плащ мелькал в полумраке. Пару раз он споткнулся, оглядываясь, и Карим видел панику в его глазах – загнанный зверь, понимающий, что выхода нет.

– Стой, гад! – крикнул Карим, метнув кинжал. Лезвие просвистело мимо, врезавшись в деревянную стену, но заставило Хирмана вильнуть. Он нырнул в другой переулок, и Карим выругался, понимая, что погоня затягивается.

Переулок вывел их на площадь – небольшую, с фонтаном посередине, окружённую лавками и складами. Хирман остановился, тяжело дыша. Его отряд – теперь всего шестеро – сбился за его спиной. Они выглядели измотанными, их мечи дрожали в руках, но сдаваться никто не собирался. Карим замедлил шаг, его отряд выстроился рядом, перекрывая выходы с площади.

– Ну что, бандит? – сказал Карим, крутанув клинок в руке. Его голос был спокойным, но глаза горели охотничьим азартом. – Бегать устал?

– Говорливый, да? – Хирман осклабился, его голос дрожал от усталости и злобы. Он махнул рукой, и на крышах домов показались арбалетчики, направив оружие на Карима. Их было не меньше двадцати, и болты в их арбалетах поблёскивали в свете фонарей. – Это ты сдавайся, ушастый ублюдок.

Глава 9

Эллехал перепрыгнул через дымящиеся обломки стены, едва удержав равновесие на камнях. Пролом в крепости Хирмана зиял, как рана, извергая дым и запах горелого дерева. Взрыв сделал своё дело, и теперь путь в город был открыт. Но не успел эльфийский лорд вдохнуть сырой ночной воздух, как из тени домов вынырнул вражеский отряд – не меньше сорока человек, в тяжёлых кирасах, с копьями и щитами. Они мчались куда-то, подгоняемые хриплыми криками командира, и явно не ждали встречи с захватчиками в этом месте. Эллехал ухмыльнулся, его рука легла на рукоять гибкого меча. Пора было показать, почему его звали столпом королевства.

– Построиться! – рявкнул он своему отряду. Его штурмовой отряд мгновенно выстроился клином, их мечи и арбалеты были наготове. Эллехал шагнул вперёд, его плащ развевался, а глаза горели холодным огнём. – Бейте их! Не давайте уйти!

Отряд защитников замешкался, но отступать было поздно. Эллехал ударил первым, его меч хлестнул по воздуху, как кнут, и голова ближайшего солдата покатилась по булыжникам. Второй попытался ткнуть копьём, но эльф уклонился, разрубив древко и вспоров врагу грудь. Кровь брызнула на мостовую, и бой начался. Эльф двигался, как тень, его клинок мелькал, отсекая конечности, пробивая доспехи. Солдаты Хирмана кричали, пытаясь сомкнуть строй, но против мастерства эльфа у них не было шансов. Эллехал был в центре, его меч пел, разрезая тела. Одним своим видом – высокий, с развевающимися волосами и лицом, будто вырезанным из мрамора, – он внушал ужас. Через несколько минут отряд врага дрогнул, а затем бросился врассыпную, бросая оружие и вопя от страха.

– Не преследуйте! – крикнул Эллехал. Он не стал тратить время на беглецов. Его цель была впереди. Нужно встретиться с Каримом и Эриданом. Он махнул отряду, и они рванули по соседней улице, мощёной булыжником, мимо закрытых лавок и домов, чьи окна были наглухо заперты. Город гудел: крики, лязг стали, далёкий грохот морского боя у порта. Эллехал чувствовал, как кровь бурлит в жилах, но его разум оставался холодным. Каждый шаг приближал их к победе.

На одном из перекрёстков он услышал знакомый голос – резкий, саркастичный, с лёгким эльфийским акцентом. Это был Карим, орущий на кого-то:

– Добрый вечер! Назовись, или через три секунды я убью тебя неназванным!

Эллехал усмехнулся. Карим, как всегда, был в своём репертуаре. Но крики значили, что там впереди кто-то важный – возможно, сам Хирман. Он махнул отряду, чтобы свернули левее, в узкий переулок, параллельный улице, на которой находился Карим. он решил, что если беглецы попытаются уйти, эльфы перехватят их с тыла. Улица петляла между складами и амбарами, запах рыбы и смолы бил в нос, но Эллехал не сбавлял темпа. Его сапоги стучали по камням, а меч покачивался в ножнах, готовый к новому танцу.

Их манёвр оказался удачным. Переулок вывел их на небольшую площадь, окружённую низкими домами, и Эллехал замер, увидев впереди спины вражеских арбалетчиков – человек пятнадцать, притаившихся за бочками и ящиками. Они целились в сторону главной улицы, где, судя по крикам, был Карим. Эллехал мгновенно понял: это засада. А в центре, среди арбалетчиков, стоял мужчина. Шрам через щеку, острые скулы, глаза, полные злобы.

– Сдавайся, ушастый ублюдок! – кричал он на кого-то стоящего с противоположной стороны небольшой площади. Эллехал пригляделся. Вражеские арбалетчики держали на прицеле Карима и его отряд. Воевремя он подоспел.

Эллехал холодно улыбнулся, его рука легла на меч.

– Это ты сдавайся, уродец, – сказал он, его голос был спокойным. Он махнул отряду, и его люди вскинули арбалеты, их болты нацелились на арбалетчиков Хирмана. – Оружие на землю. Живо!

Хирман замер, его глаза метнулись от Эллехала к его людям. Арбалетчики, увидев, что их взяли в клещи, начали переглядываться. Один, самый молодой, бросил оружие первым, и это стало сигналом. Мечи и арбалеты посыпались на булыжники, а Хирман побледнел, его рука с рапирой задрожала.

– Это ты вовремя, Эллехал! – раздался голос Карима. Он выскочил на площадь и бросился к Хирману, стоящему на крыше одного из домов. Карим ухмылялся, несмотря на пот и сажу на лице. – А я-то думал, как мне выкрутиться, а тут ты!

– Почуял, что твою задницу скоро стрелами нашпигуют, – усмехнулся Эллехал, не сводя глаз с Хирмана. – Не благодари.

Карим хохотнул, но их веселье прервал Хирман. Он выругался, и, не теряя времени, сиганул на крышу ближайшего амбара и рванул по черепице, перепрыгивая на другую крышу. Эльфы и бойцы обоих отрядов замерли, ошарашенные его прытью.

– Ах ты крыса! – рявкнул Карим, бросаясь к амбару. – Стой, гад!

Эллехал махнул своему отряду.

– За ним! – крикнул он. – Не дайте уйти!

Они рванули следом, но Хирман был быстр. Он скользил по крышам, перепрыгивая через дымоходы. Эллехал стиснул зубы, понимая, что погоня будет нелёгкой. Город был лабиринтом, и Хирман знал его лучше. Но эльф не собирался сдаваться.

Я потерял Хирмана из виду, пока мы рубились с его отрядом, он растворился в лабиринте улиц. Я сплюнул, вытирая кровь с топора, и стиснул зубы. Этот гад был скользким, как угорь, но я знал, куда он направится – в особняк. Там его золото и бумаги. Прежде чем сбежать с острова он обязательно заберет их.

– К особняку! – рявкнул я отряду, махнув рукой.

Мы двинулись по главной улице, что вела к холму, где возвышался особняк – трёхэтажное здание похожее на маленький замок. Улицы были узкими и тихими, но тишина оказалась обманчивой. На первом же перекрёстке, где улица пересекалась с переулком, из тени вынырнул отряд защитников – человек двадцать. Их командир, коренастый мужик с бородой, заорал:

– Вперёд! Не дайте им пройти!

– К бою! – крикнул я, выхватывая топоры. Мои бойцы тут же сформировали построение. Я рванул вперёд, не давая врагу построиться.

Первый копейщик ткнул в меня, но я отбил древко левым топором, рубанул правым по его плечу, и он рухнул с хрипом. Второй попытался прикрыться щитом, но я врезал обухом в его колено, а затем добил клинком в шею. Кровь брызнула на булыжники, и бой закрутился. Мои бойцы не отставали: здоровяк с топором, снёс голову одному из врагов, арбалетчики посылали болты, пробивая кирасы. Но враги были упрямыми – они сомкнули строй, выставив копья, и попытались оттеснить нас к переулку.

– Прорываемся! – заорал я, чувствуя, как адреналин гонит вперёд. Я метнул топор в бородатого командира, и клинок вонзился ему в грудь, опрокинув на спину. Это сломило их дух – строй дрогнул, и мы хлынули вперёд, рубя и коля. Через пару минут отряд был разбит. Беглецов мы преследовтаь не стали.

Мы снова отправились к особняку, но не успели пройти и пары перекрестков, как из бокового переулка выскочил второй отряд – человек пятнадцать. Эти были вооружены легче, с мечами и кинжалами, явно наёмники, а не регулярные войска. Их вёл худой тип с татуировкой на шее, оравший что-то про «держать улицу».

– Не останавливаться! – крикнул я, бросаясь на врага. Наёмники были быстрыми, но неорганизованными. Я блокировал удар меча одного, врезал ему локтем в лицо и рубанул по рёбрам. Другой попытался зайти сбоку, но я пнул его в живот, отправив в ящики. Мои бойцы дрались яростно. Наёмники падали один за другим, но их татуированный главарь оказался крепким – он скрестил мечи с одним из моих бойцов, выбил его саблю и уже замахнулся для удара. Я метнул второй топор, и лезвие вонзилось ему в спину.

– Двигайтесь! – рявкнул я, выдергивая топор из тела. В этом бою мы потеряли двоих.

Когда добрались до холма, нас встретила охрана – человек двадцать, выстроившихся у кованых ворот. Их сопротивление было настолько яростным, что я даже удивился. Они бились, как одержимые. Я давил на них, врубаясь в их строй, но охрана не отступала, даже когда половина из них полегла. Это было странно – почему особняк охраняют, как королевскую казну?

– Прорываемся! – крикнул я, метнув топор в арбалетчика на балконе. Мы продавили их, ворвавшись во двор. От мощного удара двери особняка распахнулись с тяжелым ударом.

Внутри было тихо, ни слуг, ни охраны. Только по дороге встретился высокий, чопорный мужчина.

– Ты камердинер⁈ – рявкнул я и он заполошно кивнул. – Где Хирман⁈

Камердинер указал на второй этаж. Мы пробежали через холл, поднялись по лестнице, и я рванул на себя самую богато украшенную дверь. Там, на коленях у открытого тайника в полу, копошился Хирман. Он вытаскивал бумаги и золотые слитки и несколько сундучков.

– И снова доброй ночи, – сказал я, прислонившись к дверному косяку. Мой голос был спокойным. – Что ищешь?

Хирман подскочил, его лицо исказилось яростью. Он выхватил кинжал и наставил на меня.

– Ах ты, скотина! – прорычал он. – Тебя я убью с удовольствием!

– Правда? – я даже удивился, подняв бровь. – Ну, попробуй, а то мне скучновато у вас здесь.

Хирман не стал тратить слов. Он схватил рапиру со стола и бросился на меня, его клинок сверкнул, целя в грудь. Я отбил выпад топором. Затем он попытался сделать подсечку ногой, но я даже не шелохнулся. Хирман зарычал, его глаза горели безумием. Он решил сыграть хитрее – сделал финт, атакуя рапирой, а второй рукой скрытно ткнул кинжалом в мой бок. Я заметил движение, блокировал кинжал вторым топором и ударил в ответ. Хирман попытался блокировать, выставив рапиру, но сильно пожалел об этом. Моя сила была не чета его – топор пробил его защиту, и он, не удержав клинок, заехал себе обухом рапиры прямо в лоб.

Хирман отскочил, пытаясь сориентироваться после удара обухом. Его глаза метались, лицо исказилось от боли и ярости, но я не дал ему шанса. Шагнув вперёд, я рубанул топором в его плечо. Он успел подставить рапиру, блокируя удар из последних сил, но тут что-то вспыхнуло у него в руке. Яркий свет ослепил меня, и в следующий миг взрывная волна швырнула меня к стене кабинета. Удар выбил воздух из лёгких, я сполз по деревянной панели, силясь вдохнуть. Голова гудела, в ушах звенело, но я успел заметить, как Хирман, пошатываясь, бросился ко мне. Его кинжал сверкнул, целя мне в шею.

В последний момент я дёрнулся в сторону, и лезвие вонзилось в стену, высекая щепки. Не теряя времени, я ударил топором снизу, пробив Хирману бок. Кровь хлынула на мраморный пол, и его лицо побелело. Шутки кончились. Я поднялся, игнорируя боль в рёбрах, и нанёс ещё один удар – топор врезался в его бедро, заставив его взвыть. Хирман отбивался, как загнанный зверь, размахивая рапирой и кинжалом, но каждый мой удар был тяжелее предыдущего. Ещё один – в грудь, ещё один – в руку. Кровоточащие раны покрыли его тело, и, наконец, он рухнул на одно колено, задыхаясь.

– За всё заплатишь, – прохрипел он, но я не стал слушать. Мой топор взлетел и вонзился ему в голову с глухим хрустом. Хирман замер, его глаза потухли, и тело осело на пол.

Я выдохнул, опираясь на топор. Кровь стекала по лезвию, смешиваясь с пылью и осколками от взрыва. Шарик, всё ещё цепляющийся за мой плащ, кашлянул и спрыгнул на пол.

– Уф! Свиток активировал, скотина такая! – пожаловался он, тыча лапкой в сторону Хирмана. – Кто ж знал, что у него будет свиток направленного взрыва? И шапочку мою попортил, гад! – шапка голема пострадала сильно. На самом деле ее теперь и шапкой-то назвать уже было нельзя.

Я хмыкнул, вытирая пот со лба. Голова всё ещё кружилась, но я чувствовал, как напряжение отпускает. Хирман был мёртв, и это значило, что последний бастион южной артели пал. Теперь оставалось лишь показать защитникам, что их хозяин больше не с ними.

– Помоги мне, мелкий, – буркнул я, хватая Хирмана за воротник. – Надо вынести его. дверь придержи.

Я выволок тело из кабинета, а там и бойцы мои подключились. Вместе мы вышли во двор особняка, где всё ещё дымились обломки ворот.

– Поднимите его! – скомандовал я. Двое бойцов подхватили тело и водрузили его на перевёрнутую телегу, чтобы все видели. – Отправьте посыльных. Нужно объявить, что хозяин острова мертв! Если защитники не сложат оружие, то тоже умрут! Выполняйте.

Эффект был мгновенным. Защитники, всё ещё державшие позиции у стен и в переулках, начали складывать оружие. Их командиры, лишённые лидера, не видели перспектив в дальнейшем сопротивлении.

Вскоре подтянулись Эллехал с Каримом и мы взяли город под условный контроль, расставив людей на всех ключевых позициях. Нам не хватало людей и все потому, что один упрямец всё ещё держался – адмирал вражеской эскадры. Его корабли, атакованные Боэльей, продолжали сдерживать нашу эскадру, даже не думая сдаваться. Я выругался, понимая, что без моего вмешательства бой затянется.

– Шарик, идём в порт, – сказал я, смахивая кровь с топора. – Пора заканчивать.

– О, я уже чую, как мы их поджарим! – хихикнул голем, подпрыгивая. Его дырявая шляпа съехала набок, но он был полон энтузиазма.

Я выбежал к порту и оглядел сложившуюся ситуацию. морской бой кипел вовсю. несколько кораблей горели. Вражеская эскадра стояла плотно. Пора было показать, кто здесь новый хозяин. Я не побежал в сам порт, а рванул в форт, с которого стреляли баллисты. Вместе с отрядом мы ворвались внутрь и быстро разоружили вражеских бойцов. Отсюда корабли неприятеля были для меня как на ладони.

– Шарик, давай наш коронный номер, – сказал я, чувствуя, как магия медленно возвращается в тело.

– С радостью, дуболом! – откликнулся он, его глаза засветились. Мы начали собирать энергию, соединяя наши силы. Я вытянул руки, формируя огненный сгусток, а Шарик добавил свою искру, усиливая заклинание. Сгусток рос, превращаясь в пылающий шар размером с телегу, его жар опалял лицо, а свет разгонял тьму.

– Получай! – крикнул я, метнув шар в флагманский корабль. Он пронёсся над водой, как комета, и врезался в борт корабля. Взрыв был оглушительным – палуба разлетелась в щепки, паруса вспыхнули, а мачты рухнули, как срубленные деревья. Крики экипажа смешались с треском огня. Все еще горящий корабль с огромной дырой моментально пошел ко дну.

Видя такую быструю расправу, один за другим остальные корабли начали поднимать белые флаги. Боэлья, не теряя времени, пошел на абордаж, захватывая суда неприятеля и тут же отправил своих морпехов на высадку. Они хлынули на берег, беря под контроль порт и остальную часть города.

– Остров наш, – буркнул я, опуская топор. Шарик подпрыгнул, ткнув меня лапкой.

– А я говорил, что мы их размажем! – заявил он, гордо выпятив пузо. – Теперь будем делить золотишко! Золотишечко!

Я закатил глаза, но не смог сдержать улыбки. Бой закончился. Мы пленили всех, кто ещё мог держать оружие, и теперь остров официально принадлежал нам. Боэлья уже отдавал приказы, укрепляя порт, а Эллехал и Карим, судя по крикам, заканчивали зачистку города.

Захват юга закончен. Теперь мне нужно возвращаться на материк, собирать все свои силы, а потом разбираться с орденом ублюдочных магов, с Аргосом и с Вольными землями. Надеюсь, они подготовились к моему приходу, потому что если нет, я разнесу все в щепки.

Глава 10

Остров Хирмана пал, и с ним весь юг лёг к моим ногам. От дымящихся руин форта до портов, где корабли Боэльи качались на волнах, всё теперь было под моим контролем. Но победа здесь – это только начало. Юг был пёстрым, как лоскутное одеяло: острова, города, торговые пути, пираты, купцы. Чтобы удержать это в кулаке, нужно было объединить людей и ресурсы. И сделать это быстро, пока Империя или Вольные земли не решили проверить нас на прочность.

Главный праздник по случаю объединения решили устроить на Саргосе – острове, где сходились торговые пути и где, к слову, до материка было чуть ближе, чем от других портов. Если бы не это, меня бы на торжества не затащили. Я не любил пышные сборища – слишком много слов, слишком мало дела. Еще Саргоса была символом: там собирались губернаторы, там подписывались договоры, там мы собирались сделать юг единым. Значит там мы должны объявить о нашей победе и я, как главный виновник, не мог отсидеться на палубе «Морской ведьмы».

Мы прибыли на Саргосу к полудню, когда солнце палило так, что пот заливал глаза. Порт гудел, как растревоженный улей: корабли теснились у причалов, толпа местных глазела на нас, как на диковинку. Все губернаторы уже были здесь – дер Гройц, Климби, Хаузенхоф и ещё дюжина менее значимых фигур. Нас встречали, как победителей, и я, признаться, не был готов к такому приёму. Когда я сошёл с трапа «Морской ведьмы», толпа разразилась криками, а девушки в цветастых платьях осыпали нас лепестками роз и жасмина. Запах цветов смешался с солью моря, и я невольно улыбнулся, хотя чувствовал себя не в своей тарелке.

Дер Гройц расстарался на славу. Его борода блестела от масла, а глаза сияли, когда он шагнул ко мне, раскинув руки.

– Эридан, наш лидер и объединитель! – проревел он, заключая меня в объятия. – Ты сделал то, что никому не удавалось! Юг теперь наш!

Остальные губернаторы не отставали. Климби хлопнул меня по плечу, бормоча о «великих днях». Хаузенхоф ограничился крепким рукопожатием, широко и радостно улыбаясь. Один за другим они подходили, обнимали, поздравляли, будто я был их родственником, вернувшимся с войны. К своему удивлению, я вдруг понял, что стал значимой фигурой – не просто бродягой с топорами, а лидером, от которого зависят острова, люди, судьбы.

Я вспомнил, кем был когда-то: бездомным рабом, воюющим за чужие интересы, с клеймом на плече и пустотой в карманах. А теперь – глава альянса, что держит юг в кулаке. Папа бы гордился, мелькнула мысль, и сердце сжалось. Жаль, что они с мамой не видят этого. Их лица всплыли перед глазами – добрые, усталые, с морщинками от смеха. И тут же нахлынула злость. Во всём виноваты степные суки – кочевники, что сожгли нашу деревню, увели меня в рабство, отняли семью. Я стиснул кулаки, глядя на море. «Я до вас ещё доберусь, ублюдки,» – подумал и эта клятва была твёрже стали.

Праздник отгрохали с размахом, какого я не видел никогда в жизни. Площадь Саргосы превратилась в карнавал: столы ломились от жареной рыбы, фруктов и кувшинов с вином, музыканты наяривали на скрипках и барабанах, а толпа танцевала под фонарями, что качались на ветру. Губернаторы восседали за главным столом, тосты гремели один за другим, и я, сидя во главе, чувствовал себя не то героем, не то диковинной зверушкой. Карим, сидевший рядом, подмигивал, подливая мне ром, а Шарик, устроившийся на столе, тырил куски рыбы, пока никто не видел. Эллехал, как всегда, держался чуть в стороне, но его ухмылка говорила, что он доволен.

Но к вечеру я устал от шума и тостов. Время поджимало – скоро нужно было плыть в Империю, а дела на юге ещё не устаканились. Я собрал губернаторов в кабинете дер Гройца – просторной комнате с дубовым столом, заваленным картами, и окнами, выходившими на порт. Свечи горели, отбрасывая тени.

– Вы придумали, как поделить сферы интересов? – спросил я, скрестив руки. – Чтобы не мешать друг другу и помогать, если что.

– Конечно! – оживился дер Гройц. Он ткнул пальцем в карту. – Я беру логистику – порты, склады, караваны. Климби, как самый опытный, возьмёт товарооборот. Хаузенхоф ему поможет с контрактами и людьми.

Климби кивнул, его глаза блеснули.

– Торговля – моя стихия, – сказал он. – Мы наладим поставки с юга в королевство эльфов, минуя жадных купцов Вольных земель.

Хаузенхоф кашлянул, поправляя очки.

– Я займусь учётом, – буркнул он. – И прослежу, чтобы не образовались пиявки, что будут осушать нашу казну. Что ты решил насчет юга, в целом? Будешь развивать его или материк?

– Нужно сделать здесь полноценное государство. Потом мы объединим его с Орией, – тут же ответил я. – Эльфы могут и не согласиться, но это их дело. Достаточно того, что мы будем союзниками. Я хочу основать здесь хорошее государство, развитое.

Губернаторы переглянулись, удовлетворенные моим ответом.

Мы принялись обсуждать нюансы, и я чувствовал, как юг оживает на бумаге. Флот разделили между Боэльей и бывшим пиратом, но большую часть я отдал Джону – ему я доверял, как брату. Теперь они должны были держать море в кулаке, пресекать контрабанду и отбивать атаки Вольных земель, если те решат сунуться. Каждый губернатор получил свою роль, свои острова, свои задачи. Я же, как главное лицо, заручился документами от всех – свитками с печатями, дающими мне право говорить от имени юга в Империи. Я мог бы и без них обойтись, но это выглядело бы несолидно. Объединённый юг, способный снабжать Империю через эльфийское королевство, минуя купцов Вольных земель, был весомым козырем в моей колоде. А если Вольные земли решат рыпнуться, они наткнутся на флот Джона, который был готов разгромить их к чертям в любую минуту.

Когда совещание закончилось, я вышел на балкон, глядя на море. Мысли кружились в голове. Я теперь правитель юга – не просто вояка с топорами, а фигура, равная Дарии, королеве эльфов. Это подтвердили все, передав мне полномочия, и теперь на моих плечах лежала ответственность за тысячи людей – их дома, их жизни, их безопасность. Это было странно, почти нереально. Ещё вчера я рубил врагов в джунглях, а сегодня подписывал договоры и думал о торговых путях.

Эллехал, как всегда, появился бесшумно. Он прислонился к перилам и кашлянул, привлекая внимание.

– Ну что? Раздумываешь о новом статусе, бывший ученик? – спросил он, ухмыляясь.

– Верно, – буркнул я. – Как догадался?

– На лице у тебя всё написано, – ответил он, скрестив руки. – Правильно делаешь. Теперь ты важная персона. Я больше скажу: тебе теперь не по статусу драться на передке, как ты любишь. Если ты умрёшь, юг падёт. Помни это. Все твои труды пойдут прахом. Думаешь, Карим остался, потому что ему весело?

– Да, – сказал я твёрдо, хотя знал, что он прав.

Эллехал рассмеялся.

– Ну ладно, ты прав, – признал он. – Карим просто хочет тебе помочь. Но судьба эльфийского королевства теперь с тобой связана, понимаешь? Мы все тебе поможем, потому что зависим друг от друга. И ещё: когда поедете в Империю, сделай всё, чтобы Дарию не убили. Я тебе не прощу, если мы ее потеряем. Понял?

Я опешил от такого наезда.

– Так может ей вообще не ехать? – вырвалось у меня.

– Идея хорошая, кстати, – кивнул Эллехал, его глаза блеснули. – Подумаю над этим.

Он ушёл, оставив меня на балконе с мыслями, тяжёлыми, как якорь. Утро было близко, и с рассветом мы отплывём на материк.

Через несколько дней плавания, мы вошли в гавань городишка Морской. Порт кипел жизнью. Причалы гудели: рабочие таскали брёвна, плотники стучали молотками, а в доках рядом закладывали новые корабли. Восстановление после запустения и блокады шло полным ходом. Задерживаться не стали – разгрузили припасы, передали пару приказов Джону, который остался следить за флотом, и двинулись в столицу.

Путь до столицы был недолгим, но выматывающим. Эллехал, сидевший напротив, молчал, но его ухмылка говорила, что он наслаждается моим раздражением. Шарик, как обычно, дремал на моём плече, бормоча что-то про «золото и ром». Когда мы, наконец, въехали в столицу, солнце клонилось к закату, и город встретил нас гомоном улиц.

Узнав о нашем приезде, встречать нас собрались все. У ворот дворца, чьи шпили блестели в вечернем свете, ждали Нейтан, Святая Элия, Мирин и Зария. Они выглядели счастливыми, как будто только что вернулись с собственной войны. Нейтан, увидев меня, бросился вперёд. Его лицо демонстрировало смесь облегчения и злости.

– Эридан, чёрт тебя дери! – рявкнул он, хватая меня за плечи. – Ты где пропадал? Я думал, тебя уже черви жрут! Приехал сюда тебя искать, а мне говорят, что ты уплыл юг завоевывать!

– Ага, и я по тебе скучал, – хмыкнул я, отмахиваясь. Но он не унимался, и к нему присоединилась Элия.

– Ты хоть понимаешь, как мы волновались? – возмутилась она, ткнув меня пальцем в грудь. – Ещё раз так исчезнешь, я тебя сама прикончу!

Мирин и Зария, стоявшие позади, только смеялись, но их глаза светились теплом. Мы обнялись, похлопали друг друга по спинам, и отправились, наконец, во дворец.

Вечером нас ждало странное совещание в одном из залов дворца – больше похожее на мини-пирушку, чем на серьёзный разговор. За столом сидели не только Нейтан и компания, но и Дария, Эриния, Нириэль, и, к моему удивлению, Синара. Дария, в своём алом платье, выглядела, как всегда, царственно, но её улыбка была чуть хитрее обычного. Она явно что-то задумала.

Как оказалось, Дария ждала нас позже и готовила пышную приветственную церемонию, так что наш ранний приезд слегка спутал её планы, но она не растерялась. Подняв бокал с вином, она встала, и все затихли.

– Приветствую властителя юга у себя во дворце! – сказала она, отсалютовав мне с улыбкой. Её глаза блеснули, и она подмигнула. – Как ваше путешествие, господин Эридан?

Синара, сидевшая напротив, поперхнулась вином, её щёки покраснели. Эриния бросила на неё взгляд, полный неудовольствия, но промолчала. Я почувствовал, как Шарик, устроившийся рядом, хихикнул.

– Прекрасно, – ответил я, вставая и поднимая свой бокал. Я решил подыграть её тону, добавив чуть высокопарности. – Мы сделали всё, что нужно, так что скоро товары с юга потекут в эльфийское королевство, минуя жадных купцов Вольных земель. Думаю, мы это ещё обсудим.

– Конечно обсудим, – улыбнулась Дария, её голос был мягким. – За отдельной беседой. – Она села, и зал ожил гомоном голосов.

Дальше слово взял Нейтан, принявшись рассказывать о своих приключениях. Он, как всегда, говорил быстро, размахивая руками, будто дирижировал оркестром.

– Мы добрались до того мужика, к которому собирались, – начал он, имея в виду квлиятельного купца или лорда, чьё имя я тут же забыл. – Договорились о сотрудничестве. Он готов поставлять необходимое в Орию по вполне приемлемым ценам. Если бы я знал, что делается с югом, сразу бы договаривался о больших преференциях. Генерал остался в Ории, чтобы всё наладить, ну а я рванул сюда тебя искать.

– И нашёл, как видишь, – хмыкнул я, отпивая вина. Нейтан закатил глаза, но продолжил, рассказывая, как они общались с мужиком и другие новости.

Затем заговорила Элия, её голос был тише, но серьёзнее.

– У меня плохие новости, – сказала она, глядя мне в глаза. – Я потеряла связь с Иналией. Не знаю, что случилось, но она пропала. Я пыталась выяснить, но… ничего.

Разговоры продолжались, вино лилось рекой, а Шарик, напившись сока, начал петь пиратские песни, к ужасу Нириэль. Но я уже думал о другом. Мне предстояло рассказать им всё: о событиях на юге, о договорах с губернаторами, об Аргосе, о Иналии. Как представил, сколько времени уйдёт, чтобы ввести их в курс дела, мне стало дурно.

Дария, словно прочитав мои мысли, наклонилась ближе.

– Не напрягайся, Эридан, – шепнула она. – Расскажешь всё завтра. Сегодня пей и наслаждайся. Ты это заслужил.

Пиршество в зале дворца, больше похожее на дружескую попойку, затянулось, но мы решили главный вопрос, ради которого собрались. Кто едет в Империю? Споры были жаркими и вино только подливало масла в огонь. Нейтан, как всегда, рвался вперёд, утверждая, что его дипломатия нужна для переговоров с имперскими лордами. Святая Элия настояла на своём участии, заявив, что её орден имеет большой вес в империи. Я, понятное дело, не мог остаться в стороне – без меня сделка с Империей не сложится. Но вот Дария… Мы с Эллехалом и Нейтаном пытались отговорить её, как могли. Поездка в империю, где на нас почти наверняка нападут агенты Ордена, это не веселая прогулка. Дария была слишком ценной фигурой, чтобы рисковать.

– Дария, останься, – сказал Эллехал, когда споры дошли до точки кипения. – Ты нужна здесь. Если с тобой что-то случится, королевство развалится.

Она лишь улыбнулась, крутя бокал в тонких пальцах.

– Я ценю твою заботу, – ответила она, её голос был твёрдым. – Но я еду. Империя не примет вас всерьёз без меня. К тому же, я не из тех, кто прячется за стенами.

Нейтан фыркнул, Элия закатила глаза, а Эллехал только вздохнул, будто заранее знал, что спорить бесполезно. Мы сдались. Итог: в Империю едем я, Нейтан, Элия и Дария. Состав, который мог либо перевернуть мир, либо вляпаться в неприятности по уши.