Текст книги "Психо Фейри (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Мас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)
Глава 13. Сэди
Подружки-Принцессы
– Да она уже очнуться должна, разве нет? – раздался над ухом щебечущий девичий голос.
Высокомерный, гнусавый мужской голос ответил:
– Ваше высочество, она потеряла семьдесят процентов крови. То, что она вообще придет в себя в ближайшие дни, будет чудом. Она три дня в коме, к тому же пугающе мелкая, слабая и тощая. Откровенно говоря, я вообще не понимаю, как она до сих пор жила…
– Бу! – рявкнула я, резко открыв глаза и подскочив на кровати.
Врач-фейри взвизгнул как сучка и швырнул свой планшет для бумаг в стену. Тот с громким треском отлетел в сторону.
– Хрен тебе, я еще жива, ублюдок! – я состряпала «утиные губки» и выставила два пальца в форме «V».
Какое-то время врач и сидевшая у моей постели нереальная красотка просто тупо пялились на меня с открытыми ртами. А потом я все испортила, зайдясь в диком приступе кашля. Я хрипела и задыхалась, мои легкие никак не хотели разворачиваться.
Действие обезболивающего закончилось, и я до безумия хотела получить кайф снова. Каждая кость в теле ныла, что, в общем-то, логично. Ведь последнее, что я помнила: как я с размаху шмякнулась о землю.
Честно говоря, я сама охренела от того, что выжила.
И, если уж быть совсем откровенной, какая-то крошечная часть меня даже расстроилась, что я все еще на этом свете. На том этапе я уже искренне предвкушала загробный мир бога солнца. Что-то мне подсказывало, что там куда спокойнее, чем в моей хреновой реальности.
По крайней мере, пока я валялась в отключке после падения с высоты в сотни футов, мне не снились кошмары про кровь. Хоть какой-то мелкий плюс.
Врач смерил меня презрительным взглядом и, оскорбленный в своих нежных чувствах, вылетел из сверкающей белизной палаты. Уходя, он буркнул себе под нос что-то вроде «ебанутая альфа». Я помахала ему ручкой на прощание.
Одно оставалось неизменным в обоих мирах: мужчины – такие королевы драмы.
Сил никаких нет.
Стальная дверь со скрежетом захлопнулась за врачом, и я засмотрелась на ее глянцевый блеск. Все в этой палате было из дорогой стали, стекла, все в строгих, лаконичных линиях. Чистенькое и новенькое. Совсем не похоже на готическую архитектуру мира перевертышей.
Не успела я крикнуть врачу вслед, чтобы он вкатил мне галлон колес от боли, ну или просто доебаться до него, как в меня впечаталось длинное тело.
Издав приглушенное «ох», я попыталась отбиться от нападавшего. Меня окутал запах леденящей смерти. Мозгу потребовалась секунда, чтобы сообразить: меня никто не атакует.
Я узнала этот запах.
Но это был не прохладный морозец, как у Кобры. Этот шлейф был настолько ледяным и темным, что у меня аж глаза заслезились. Я даже удивилась, что слезы не примерзли к щекам.
– О бог солнца, ты как, в порядке? – затараторил девичий голос.
– Ты часом не мой припизднутый друг? – я похлопала ладонями по поджарому телу фейри.
– Дура, конечно это я!
Арабелла – принцесса фейри. Она же по совместительству мой лучший друг Аран. Та откинула голову назад и пронзила меня своим фирменным взглядом, выгнув бровь.
В ее ярких бирюзовых глазах плясали знакомые демоны.
– От тебя странно пахнет, – ляпнула я.
Этот шлейф ледяной смерти реально выбивал меня из колеи. Он был настолько убойным, что у меня волоски на руках встали дыбом и все тело покрылось мурашками.
– А ты шлюха, которая только что отняла у меня целый век жизни, – Аран сжала меня еще крепче, словно боялась, что я растворюсь в воздухе.
– Так, может, объяснишь, откуда у тебя сиськи? – в ответ на ее объятия я аккуратно погладила ее по волосам.
Чем дольше она меня обнимала, тем привычнее становился ее запах. Мне больше не хотелось оттолкнуть ее и бежать без оглядки. И все же голова кружилась после отходняка от лекарств, а каждая клетка тела болела так, будто меня пропустили через мясорубку. Перед глазами все плыло.
Пока я вдыхала ее запах, в голове промелькнула шальная мысль: Аран пипец какая сильная. Мои инстинкты альфы, саблезубой тигрицы в моей душе, четко осознавали, что передо мной хищник.
Моя лучшая подруга ухмыльнулась и театрально закатила глаза:
– Да, я чертовски пикантная дама. Следующий вопрос.
Я ухмыльнулась в ответ и хмыкнула. Плевать, насколько она сильна, и кто ее мать. Это моя лучшая подружка. Наша энергетика совпадала один в один, и я впервые с момента похищения наконец-то расслабилась.
– Ну, я бы так не сказала, – я указала на ее поджарое тело и весьма нескромные габариты. – Не хочу тебя расстраивать, подруга, но мы с тобой состоим в одном и том же клубе «наличие груди – гроза округи».
Аран запрокинула голову и расхохоталась. Ее длинные, ярко-бирюзовые волосы шелковым водопадом ниспадали до самой талии. Вблизи ее черты лица просто ослепляли.
Я застонала и драматично прижала ладонь ко лбу:
– Блин, ну ты и красотка. Это же на корню убьет мою самооценку. Мы не можем дружить.
– Ой, да пошла ты, – Аран замахнулась, чтобы в шутку ударить меня, но в последний момент остановилась, вспомнив, что я вся в синяках.
– Очевидно же, что я стебусь, – слабо прыснула я и подвинулась, чтобы она могла лечь рядом на кровать. – На самом деле это капец как круто, что ты тоже девчонка. Теперь мы можем устраивать ночевки и всякое такое. И это не будет выглядеть странно.
– Слава богу солнца, – саркастично отозвалась она, уткнувшись носом мне в плечо и прижимаясь ближе.
Какое-то время мы лежали в тишине.
– М-да, дел наворочено выше крыши, – с иронией заметила я. – Не хочешь объяснить прикол с принцессой?
Она повернулась и посмотрела на меня. В ее бирюзовых глазах застыла глубокая тоска. Она то открывала, то закрывала рот, словно порывалась что-то сказать, но не знала, с чего начать.
Тогда я задала самый главный, насущный вопрос:
– Так, погоди. Когда ты косила под пацана, у тебя член-то был?
Она кивнула:
– Охеренный агрегат. Буквально самый огромный.
– Ого, серьезно? – я была впечатлена.
– К сожалению, нет, – Аран рассмеялась и продемонстрировала серебряное кольцо на пальце. – Если я поверну его три раза, срабатывает иллюзия, которая маскирует меня под парня. Чары очень мощные, но у любого колдовства есть предел. Магия в основном меняла мои волосы, лицо и грудь. Все остальное по большей части оставалось прежним.
– А почему нельзя было просто подстричься? – спросила я, разглядывая ее великолепное лицо. Наваждение сработало на ура, раз смогло скрыть такую красоту.
Аран покачала головой:
– С моими синими волосами все сложно. Их буквально невозможно состричь. Не берут их ножницы. Поверь, я пыталась.
Я запустила руку в ее длинные пряди, и они скользнули сквозь пальцы, словно пряденый шелк. Из того, что я успела узнать, фейри были прекрасны и смертоносны. Аран подходила под это описание идеально.
– Я столько раз хотела тебе рассказать. Мне так жаль, – ее фирменная нагловатая улыбка улетучилась, уступив место затравленному выражению лица.
Я приобняла ее, давая понять, что мне плевать на это, и спросила шутливым тоном:
– Ну и как мне теперь тебя звать? Аран или Арабелла, прекраснейшая принцесса фейри во всем королевстве?
Ее лицо озарилось широкой зубастой улыбкой:
– Можешь звать меня… самой лютой сукой в этом гребаном мире фейри.
Я выгнула бровь.
Она рассмеялась:
– Да шучу я, понятное дело.
Ни хрена она не шутила.
– Зови меня Ара. Меня всегда так звали.
– Серьезно? Тебе как-то больше подходит Арабелла. Ну, вся такая розовая, принцессная.
– Я тебя придушу, – она легонько пихнула меня кулаком.
Я поморщилась, потому что руку тут же прошила резкая боль. Ощущение было такое, будто меня сбросили с километровой платформы. Ах да, точно, так оно и было. Моя жизнь – сплошное разочарование.
Я потерла руку:
– Ага, хрен тебе. Сорри, но для меня ты Аран. Не могу я переучиться.
– Ой, да пофиг, – фыркнула она, но улыбку сдержать не смогла.
Какое-то время мы просто глупо улыбались друг другу в комфортной тишине. А потом я перешла к главному слону в посудной лавке:
– Так сколько ты уже бегаешь от своей искренне ужасной, жуткой, наводящей ужас мамаши? Милейшая, видать, женщина.
На секунду бледная кожа Аран стала белой как мел, а глаза округлились. В них виднелся уже укоренившийся, кошмарный ужас. Когда она заговорила, взгляд ее стал отрешенным, будто она заново переживала прошлую травму:
– С самого младенчества. Она поджигала меня каждый раз, когда я плакала в колыбели.
Я поморщилась и нежно прижала ее к себе.
Аран тихо продолжила:
– Я сбежала в мир перевертышей, когда мне было пятнадцать. Как раз тогда она захотела запихнуть меня в элитную племенную программу королевства.
Похоже, нам обеим требовался вагон психотерапевтов.
– Племенную программу? – мой мозг отказывался соображать, что это вообще значит.
– Скажем так: в мире фейри к сексу относятся очень просто. У нас есть клиники, куда любой может прийти и выбрать партнера с похожими фетишами, и это абсолютно нормально и цивилизованно. Но у высшего общества свои, особые селекционные программы, где согласия никто особо не спрашивает. Поверь, это мерзость. Тебе лучше не знать.
Я задала самый важный и животрепещущий вопрос:
– Слушай, а если чисто гипотетически… каковы шансы, что я, как гражданка другого мира, смогу затусить в одной из этих нормальных секс-клиник?
Аран скатилась с кровати и уставилась на меня сверху вниз свирепым взглядом:
– Ты реально думаешь о траходроме сразу после того, как чуть не двинула кони?! Ты хоть понимаешь, как я с ума сходила?!
С абсолютно серьезной миной я выдала:
– Ну да, понимаешь, когда я шмякнулась, мне явилась богиня луны. И она сказала, что я обязана пойти в клинику и лишиться девственности, чтобы спасти королевство от злой королевы.
Повисла долгая пауза.
– Реально? – Аран прищурилась, пытаясь раскусить, стебусь я или нет.
– Нет, тупица. Я увидела темную бездну смерти, а потом очнулась от того, что какой-то хмырь в халате поливает меня говном.
Боги, эта девка была позорно доверчивой.
Ее синие глаза потемнели, а улыбка сошла с лица при напоминании о том, на каком волоске висела моя жизнь.
– Моя мать – редкостная тварь. Я прыгнула в первый попавшийся портал в пятнадцать лет, чтобы спастись от нее. Но я и подумать не могла, что она заставит чужачку участвовать в Играх Фейри.
Я попыталась улыбнуться, но вышла скорее вымученная гримаса:
– Да уж, эта баба – отстой. – И тут мне в голову пришел еще один вопрос: – Погоди, а как ты умудрилась наебать всех и прикинуться бетой?
Аран в замешательстве качнула головой:
– Слушай, это вообще какая-то дичь. Я пряталась в захолустном городке перевертышей, работала на конюшне под видом пацана, пока мне не стукнуло восемнадцать. И вот в один прекрасный день ко мне подходит мужчина в плаще и говорит, что я должна идти с ним. Я даже пикнуть не успела, как он вырубил меня, а очнулась я уже в крепости, где меня все называют бетой.
У меня отвисла челюсть:
– Стой. Чувак в черном плаще, лица вообще не видно? И капец какой высокий?
Аран прищурилась:
– Ну да. Единственное, что я разглядела под капюшоном – это светящиеся неоново-голубые глаза. А что?
Святые сиськи бога солнца.
Я вспомнила, как эти самые голубые глаза горели во тьме, когда этот хрен перекинул меня через плечо и уволок от священного озера. Меня аж затошнило. В голову закралась жуткая мысль: а что, если слуг в мире перевертышей вообще никто не тестировал по-настоящему?
– За мной тоже пришел какой-то хмырь в плаще, – прошептала я.
Мы замолчали, долго и тупо глядя друг на друга.
Аран спросила:
– Почему с нами вечно происходит какая-то херня?
– Ты думаешь о том же, о чем и я? – спросила я ее.
– О том, что мы прокляты, по уши увязли в каком-то дерьме, которое нам явно не по зубам, и даже этого не втыкаем?
Я поджала губы:
– Вообще-то я хотела сказать, что это дико странно, какого хера Деметр на меня взъелся? Типа, он был моим крашем детства, а потом взял и так со мной поступил? Ну не козел ли?!
Да, я понимала, что чувак в плаще – это жуть полная. Но еще я понимала, что нахожусь в пяти секундах от нервного срыва, и мне срочно нужно переключиться на что-то менее пугающее.
Аран аж поперхнулась:
– Ты сохла по Деметру в детстве?! Ты больная? Да этот мужчина – самый грубый, твердолобый и мизогинный мудак из всех, кто когда-либо топтал землю фейри!
Я надула губы, обдумывая ее слова:
– Ну, в книжках он казался классным. Он наполовину воин-фейри, а его альфа-форма – дракон. Вот только не надо пиздеть, что ты сама не сохла по нему, хоть капельку.
Объективно говоря, мужчина был сексуален до безумия. Субъективно – после того, что устроили на Играх Фейри, характер у него оказался как у шизофренического булыжника. Но харизму у него не отнять. Факт!
– Нет, мудак – он и в ледниках мудак. Этот хрен тебя чуть не задушил и сбросил умирать. Не верится, что ты его защищаешь! – Аран яростно замолотила кулаками по воздуху, как делала всегда, когда бесилась.
Вот только теперь она была настолько красивой, что вокруг нее буквально летели искры и блестки. Вообще ни разу не пугающе.
Я покачала головой:
– Да не защищаю я его! Я искренне желаю ему сдохнуть в муках и как можно скорее. Я просто констатирую факт: пока ты с ним не познакомишься поближе, в него капец как легко влюбиться.
Аран сделала вид, что ее сейчас стошнит.
– Кстати, о знаменитостях. Раз уж ты принцесса, есть какие-то бонусы от должности? Может, вытащишь меня из этих Игр Фейри, чтобы я еще пожила немного? – я широко улыбнулась и показала ей жест: большой палец вверх.
Аран дернула за усыпанный бриллиантами ошейник на шее. Точно такой же носил Кобра.
– Рада бы, но мамочка держит меня под замком.
Она начала рвать его так агрессивно, что я испугалась, как бы она сама себя не задушила. Очевидно, с менталкой у нас обеих были явные проблемы.
Аран застонала, пытаясь оттянуть металл от горла:
– Хотя, какая разница. У меня никогда не было и намека на магию элементов, так что нахрена она нацепила этот зачарованный ошейник – без понятия. Против нее я хуже, чем пустое место.
– От тебя не пахнет слабачкой. От тебя несет леденящей смертью.
Аран продолжала терзать ошейник как сумасшедшая:
– У элиты фейри магия проявляется еще в детстве. У меня – ни разу. Даже если у меня и проявятся какие-то крохи, я буду слабой.
Мой осипший голос дрогнул от нахлынувших чувств:
– Я знаю, каково это – чувствовать себя беспомощной.
В памяти вспыхнуло то, как Дик порол меня хлыстом. Очень долго мою душу ломали оковы паршивого существования. Когда ты каждый день засыпаешь и просыпаешься с мыслью, что ты никто и ни на что не способна, это тебя меняет. Закаляет. Но не в хорошем смысле.
– И все равно я считаю, что ты сильная, – сказала я, втягивая ее запах.
Я бы все свои бабки на это поставила.
– Ага, щас, – Аран откинула голову назад и тяжело, совсем не по-детски вздохнула, продолжая теребить кристаллы на шее.
– Ну, по крайней мере, мы в этом дерьме вместе.
Я сгребла ее в охапку и зажала в медвежьих объятиях, чтобы она перестала судорожно рвать ошейник. Аран обмякла в моих руках, и у меня на сердце потеплело. А я ведь научилась нормально обниматься.
Вдруг она отстранилась. На ее лице появилось фирменное упрямое выражение:
– Нет, ни хрена. Я все еще гребаная принцесса, а ты – альфа, которая превращается в саблезубую тигрицу. Мы не пропали. У меня есть ресурсы дворца. Напрямую пойти против матери я не могу, но я могу помогать тебе по мелочи.
Я выпалила без задней мысли:
– Ты бы могла как-нибудь откопать для меня одного мужчинаа из мира перевертышей?
– Считай, сделано. У меня есть пара прикормленных стражников. Кто он?
– Дик. Столетний бета, живет и работает в таверне, названной в его честь, в маленьком городке на севере.
– И что мне с ним сделать? – с любопытством спросила Аран.
Я никогда раньше про него не рассказывала. Вообще никому не говорила, до недавнего времени.
– Желательно – прикончить. Ну или хотя бы поймать и доставить сюда, чтобы я могла устроить ему допрос с пристрастием.
Аран не задала ни единого вопроса. За это я ее и любила. Вместо этого она улыбнулась, и улыбка эта не предвещала ничего хорошего. Ее красивые черты лица словно заледенели, а в бирюзовых глазах забушевала яростная метель. На секунду она стала чертовски похожа на свою мать.
Но вместо страха я почувствовала лишь гордость за то, что это моя подруга. Она выросла под каблуком у королевы и все равно осталась крутой девчонкой.
– В качестве извинения за то, что обманывала тебя, и за то, что моя мамаша похитила тебя ради этих гребаных Игр, я принесу тебе печень Дика. Тепленькую, – она безумно облизнулась.
Гордости во мне поубавилось.
– Так, ладно, давай прикрутим фитилек нашего безумия. Но серьезно, если ты грохнешь или притащишь мне Дика, я прощу тебе все твое вранье, – пафосно заявила я.
Аран кивнула, плюнула себе на ладонь и протянула мне руку для рукопожатия. Я поморщилась при виде ее слюней. Наверное, какой-то дебильный обычай фейри – магическая клятва для обещаний. Я плюнула в свою руку и протянула в ответ. Она сжала мою ладонь и резко встряхнула.
– И что, мы теперь типа связаны клятвой навеки или как? – спросила я.
Аран ухмыльнулась:
– Да не, я просто видела это в каком-то контробандном человеческом фильме про летний лагерь. Писали, что так обещание становится железобетонным.
Я тут же пожалела, что коснулась ее руки.
– Мы выберемся, – твердо сказала я, скорее для того, чтобы успокоить саму себя, и вытерла ее мерзкие слюни об халат.
– Ой, ну я-то точно. А вот выживешь ли ты на Играх… тут тотализатор еще принимает ставки.
Я прищурилась, но не стала уточнять, что за тотализатор. Что-то мне подсказывало, что ответ мне не понравится.
В этом мире фейри все было через жопу.
Глава 14. Сэди
Воссоединение
– А НУ ЖИВО ПОСТАВИЛ МЕНЯ НА ЗЕМЛЮ! – рявкнула я своим альфа-рыком, вложив в голос всю мощь и приказной тон.
Разумеется, Джакс меня не отпустил. Он только сильнее прижал меня к своей массивной груди.
Я фыркнула для вида, будто недовольна, но сама принялась перебирать одну из его украшенных золотом косичек и благодарно расслабилась в его руках. Последствия падения и отходняк от лекарств лишили меня всяких сил.
По словам Аран, врачи никого не пускали в медицинскую клинику, и она сама прорвалась туда исключительно потому, что была гребаной принцессой. Еще она рассказала, что, пока я валялась в легкой коме, эти альфы едва с ума не сошли от злости.
Также Аран объяснила, что нас держат как пленников прямо под стадионом. Единственная подъемная платформа, ведущая наверх, зачарована, так что управлять ей могут только чистокровные фейри. Из-за этого нас не заковывали в реальные цепи: под присмотром фейри мы могли жить внизу относительно свободно. Да и нахрена нужны железные цепи, когда ты заперт в заколдованном мире внутри королевства фейри?
Я не была настолько тупой, чтобы надеяться на побег. Мы полностью находились под каблуком у королевы фейри. И все же я радовалась тому, что меня не заперли в каком-нибудь темном, измазанном говном подвале – именно таким мне виделось мое будущее еще пару дней назад.
Когда мы выходили из клиники, я жутко нервничала, из-за того, что альф держат где-то в другом месте. Боялась, что нас разделят и я останусь одна. Эти альфа-самцы, конечно, могли бесить до белого каления, но я уже как-то принюхалась и привыкла к их вечной удушающей энергетике.
Стоило мне, прихрамывая, переступить порог стеклянных дверей клиники, как все страхи тут же улетучились, потому что на меня налетели сразу три альфы. Джакс мгновенно сгреб меня в охапку и сжал со всей дури. Я была на девяносто девять процентов уверена, что он сломал мне ребро, но говорить ничего не стала: этот большой парень знатно бы запаниковал, решив, что сделал мне больно.
Его огромная грудная клетка ровно и мощно вибрировала, напоминая кошачье урчание, а густой запах жареных каштанов согревал, пока он нес меня через подземный мир стадиона. Без двух солнц над головой в воздухе чувствовался легкий холодок, а из-за работающих вентиляторов поднялся сквозняк, от которого я поежилась. Хватило всего одного дня на жаре, чтобы я превратилась в такую неженку.
Я вдохнула его каштановый аромат и вздохнула, еще сильнее расслабляясь в его руках. Джакс был таким теплым, огромным и надежным, что рядом с ним просто физически невозможно было не чувствовать себя в полной безопасности.
– Я думал, что потерял тебя, – тихо прошептал Джакс, прижимая меня к себе. А потом принялся бубнить под нос всякую херню о том, что сестры и женщины его когда-нибудь в могилу сведут.
– Хрен тебе! Ты от меня так просто не отделаешься, – я ухмыльнулась, глядя на него снизу вверх. От моих слов его теплый каштановый запах стал еще насыщеннее, окутывая меня с головой.
Пока Джакс нес меня, Ашер приподнял свою татуированную руку, словно собирался коснуться меня.
– Только тронь ее и клянусь, ты труп! – прошипел Кобра и перехватил запястье Ашера до того, как тот успел до меня дотронуться.
В отличие от Джакса, остальные альфы расслабляться не собирались. Ашер и Кобра буравили друг друга бешеными взглядами, а Джакс просто шагал вперед, забив большой и толстый на их разборки.
– Вы вообще не умеете отдыхать! – раздраженно крикнула я им через плечо, чисто чтобы прояснить: их агрессивные замашки ни разу не выглядят мило. Мужчинам надо напоминать о том, что они проблемные существа. Желательно почаще.
– Я тебе покажу, как я умею отдыхать, – на автомате огрызнулся Кобра.
– Это что, угроза? – зевнув, спросила я и поудобнее устроилась на теплых грудных мышцах Джакса.
На выпады Кобры мне было глубоко плевать. Этот парень перманентно страдал расстройством кукухи.
– Может, и угроза, – процедил Кобра, но при этом так облизнулся, что это выглядело максимально не угрожающе. Скорее… взгляд излучал голод.
Джакс зарычал громче. И теперь это было не кошачье мурлыканье, а предупреждающий рык держаться подальше.
– Не смей ей угрожать, – отрезал он, баюкая меня на руках так, словно я была какой-то сверхценной реликвией.
Я закивала и теснее прижалась к большому парню, ехидно поглядывая на Кобру через плечо Джакса. Этот ледяной гад сузил свои сногсшибательные изумрудные глаза, прекрасно понимая, какую игру я веду.
В отличие от Джакса, первой реакцией Кобры вовсе не было желание меня обнять. Нет, когда я только-только выползла из клиники, Кобра сгреб меня за плечи и начал орать прямо в лицо. Он долго исходил на говно, распинаясь о том, как глупо я подвергла себя опасности и как непотребно себя вела. Но учитывая, что от него буквально волнами исходило дикое напряжение, я решила простить ему такие хреновые механизмы психологической защиты. Было очевидно, что он безумно за меня испугался и просто паниковал.
Какой-то частью души мне даже льстило, что я устроила такой переполох. Во мне проснулась моя токсичная личность, и гордиться тут было особо нечем. В итоге, пока Кобра брызгал слюной и отчитывал меня, я просто улыбалась и кивала, хотя на самом деле отключилась от разговора в ту же секунду, как он открыл рот. Из всей его тирады я вынесла только одно: он от меня без ума.
Вообще-то, на данном этапе я реально до хрена всего сделала в образе крутой боевой саблезубой тигрицы. Самое время кому-то уже в меня втюриться.
Красивое лицо Кобры во время его криков находилось в считаных дюймах от моего, а изумрудный бриллиант, украшающий его высокие скулы, так заманчиво блестела. Но когда Кобра выкрикнул что-то про послушание, я резко перестала залипать на его красоту и грубо отпихнула его от себя.
Нет, беру свои слова назад.
Ни хрена его энергетика не милая.
Этот чувак просто ебанутый.
Ашер же, напротив, с самого моего выхода из клиники стоял в стороне и не произнес ни слова. Он просто молча буравил меня абсолютно безэмоциональным взглядом. Его челюсть была сжата так крепко, словно он рвался что-то сказать, но не мог извлечь из себя ни звука. При этом выглядел Ашер паршиво. Его татуированная кожа была сплошь покрыта ссадинами и синяками, золотистые волосы потемнели от песка, а кончик одного из ониксовых рогов был отломан. Впрочем, учитывая, что я сама была похожа на ходячий кусок ободранного мяса, не мне судить.
Мне не хотелось с ним разговаривать, но молчание казалось нарушением какого-то негласного этикета. Мне срочно требовалось методичка на тему: «Что делать, если твой предатель ласточкой прыгает с высоты в тысячи футов, чтобы смягчить твое падение о землю»?
Ситуация была запутанной.
Поэтому я выразила свои эмоции как зрелая, рациональная взрослая женщина. Я перевесила половину туловища через руку Джакса, вмазала Ашеру кулаком по плечу и выдала:
– Хорошо поймал!
Все трое мужчин одновременно зарычали.
– Не трогай его! – выплюнул Кобра.
В то время как Ашер рявкнул:
– Никогда больше так не делай, принцесса.
– Что, слишком рано для шуток? – уточнила я, пока Джакс сжимал меня еще крепче и прижимал к груди, словно крошечного котенка, нуждающегося в защите.
Весь оставшийся путь он нес меня с предельной осторожностью, будто я была хрупким цветком, готовым сломаться от малейшей встряски. Каждый раз, когда я говорила, что могу дойти сама, его грудь предупреждающе рокотала, и он прижимал меня еще ближе. Так что я просто откинула голову и расслабилась на его теплых бицепсах, пока мы шагали по мягкой траве сквозь рощу тонких, корявых деревьев. Было чертовски приятно, что меня хоть раз в жизни куда-то несут на руках.
Если бы я не поднимала глаза на оголенные потолочные балки, я бы решила, что мы находимся на свежем воздухе. А не глубоко под землей, под чертовым стадионом. Абсурд какой-то.
Аран уверенно шагала впереди, ведя нас за собой; следом шел Джакс, прижимая меня к груди, а Ашер и Кобра плелись рядом, поливая друг друга отборным матом и вяло огрызаясь. Ксеркс молча замыкал наше шествие. Он не проронил ни слова, просто держался в тени, а его длинные светлые волосы развевались роскошной волной.
Глядя на них, я с грустью вспомнила, что сама уже хрен знает сколько дней не мыла голову.
Разглядывая этого красавчика омегу через плечо Джакса, я заметила, что мой каблук больше не торчит из его бицепса. Я так и не решила, радоваться мне или огорчаться тому, что он его вытащил.
Вдруг мы вышли из этого странного леса и замерли перед огромным зданием, которое я каким-то образом умудрилась не заметить раньше. Внутри этого колоссального стадиона высилось гигантское сооружение. Оно было как минимум в двадцать раз больше медицинской клиники, из которой я только что выписалась. Я до сих пор не могла понять: нахрена в подвале арены посадили целый лес?
Официально заявляю: королевство фейри – странное и максимально запутанное место.
Я с открытым ртом уставилась на раскинувшееся перед нами громадное здание. Сталь и стекло тускло поблескивали под люминесцентными лампами на высоком потолке. Вход в здание обрамляли длинные стебли бамбука, которые с сухим стуком сталкивались друг с другом от ветра, нагоняемого вентиляторами. Сооружение выглядело одновременно индустриальным и природным. Я даже не подозревала, что такое вообще возможно совместить. В высоту здание было примерно в два этажа, но при этом оно тянулось по травянистой равнине подземного стадиона так далеко, насколько хватало глаз.
Настоящий дворец.
Джакс наконец опустил меня, и я покачнулась на уставших ногах. Каждый долбаный дюйм моего тела был покрыт синяками и нещадно выл от боли.
Аран крепко обняла меня:
– Вы будете тренироваться здесь, пока идут Игры. Мне пора бежать, пока моя мамочка любимая окончательно не ебанулась и не подожгла меня. Я вернусь, как только смогу.
Она даже не улыбнулась, и я сглотнула вязкую слюну, поняв, что она ни разу не шутит. Ее мать реально способна поджигать собственную дочь.
Учитывая, что я сама была буквально пленницей в этих гладиаторских игрищах и только что отработала бомбочку на жесткий песок, я была не в том положении, чтобы кому-то сочувствовать. И все же от мыслей об Аран у меня внутри все болезненно сжалось. Девчонка пошла на крайние меры, прикинулась парнем, чтобы сбежать от матери, а теперь снова оказалась под ее жестким каблуком.
Аран припустила бегом по траве, и мне стоило огромных усилий не броситься за ней следом. Мне капец как не хотелось оставлять ее наедине с этой сумасшедшей королевой.
Стоило мне дернуться, как массивная стеклянная дверь дворцового комплекса плавно поползла вверх, открывая вид на атриум из мрамора, стали и стекла. Мы впятером нерешительно переступили порог.
Я опешила от хлынувшей на нас толпы фейри. Воздух гудел от хаотичного шума, который обычно создает большая масса народа в одном месте. Здание имело открытую планировку в два этажа, и фейри сновали буквально повсюду. Над нашими головами тянулся открытый подвесной переход, а стены были утыканы дверями. Главным украшением атриума служили массивные мраморные статуи.
Мы сделали еще шаг вперед, врезавшись в плотную стену прохладного воздуха. На самом стадионе температура контролировалась искусственно, но внутри этого здания было еще холоднее. У меня уже голова начинала трещать от попыток осмыслить всю эту местную инженерию.
– Команда альф прибыла! – громко разнесся по атриуму автоматический электронный голос, стоило нам войти.
Несколько фейри притормозили, чтобы поглазеть на нас, но большинство просто проигнорировали, спеша по своим делам. Некоторые сжимали в руках кейсы, будто проворачивали тут важный бизнес, другие тащили инструменты и куски металла, словно занимались стройкой.
– Добро пожаловать в Тренировочную деревню Игр Фейри, – произнесла высокая девушка, шатенка-фейри. Она возникла буквально из ниоткуда.
Оказывается, у них тут даже приветственный комитет имелся. Ну совсем не те вайбы, которых ожидаешь после того, как едва не умер на арене.
Проводница из числа фейри не удосужилась назвать свое имя, просто встала посреди атриума и обвела все вокруг широким жестом, будто мы обязаны были упасть в обморок от восхищения перед этой «деревней». Хотя, надо признать, место представляло собой целую отдельную экосистему.
Широко раскрытыми глазами я принялась изучать статуи, которые подпирали потолок двухэтажного атриума. Это были самые огромные мраморные изваяния, что я видела в своей жизни, и, судя по всему, они олицетворяли элементы фейри.
Первая статуя изображала мужчину-фейри, парящего с распростертыми руками. Второй мужчина сжимал в руках длинный ледяной меч. У третьего вместо волос на голове застыли языки пламени, а вокруг головы четвертого парили куски скал.
Тут все было предельно ясно: воздух, вода, огонь и земля.
Но мое внимание намертво приковала именно пятая статуя. В отличие от остальных, это массивное изваяние изображало фейри, распростертого на земле. А вокруг него была высечена и выкрашена краской лужа крови.
