Текст книги "Психо Фейри (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Мас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)
Глава 8. Сэди
Игры Фейри
Когда-нибудь чувствовали себя совсем не в порядке?
Вот и я.
Никто не дал мне возможности расслабиться под солнцем фейри и насладиться хорошей погодой, которую предлагало это королевство.
Никто не дал мне возможности пережить депрессию из-за того факта, что королева фейри занималась торговлей альфами из мира зверей в мир перевертышей и что, по всей видимости, нас всех похитили.
Мне нужен был месяц, чтобы поплакать и осознать происходящее.
Вместо этого Ксеркс немедленно сопроводил нас в огромный колизей, который, как оказалось, и был ареной Игр Фейри.
Он привел нас в комнату с душевыми и одеждой, и велел переодеться к «церемонии открытия». Что бы это ни значило.
Мое чутье подсказывало, что это не будет мирным празднованием любви и жизни.
В маленькой комнате Ксеркс снял с нас цепи.
Наручники с лязгом упали с моих запястий, и я с облегчением пошевелила пальцами.
Вместо того чтобы извиниться за то, что королева унизила нас наготой, бросила в подземелье и вообще вела себя как сволочь, Ксеркс просто усмехнулся.
Его улыбка была полна самодовольства.
Ходили слухи, что омеги физически совершенны, и Ксеркс полностью оправдывал их. Насколько я могла судить, у альф были более резкие черты, выраженные скулы и четкие линии челюсти. У меня в том числе.
В отличие от этого, черты Ксеркса были классически красивыми, такими, что делали его мягким и располагающим.
Словно ожившая картинка из сказки о принце.
Его уникальные фиолетовые глаза были большими и завораживающими и идеально сочетались с шелковистыми светло-фиолетовыми волосами.
Все в нем – широкие плечи, подтянутые мышцы и потрясающие черты лица – кричало «красивый». Я была уверена, что у него толпы поклонниц. Жаль только, что его характер кричал «нездоровый».
Ксеркс покрутил кинжалы в руках и уставился на меня.
– Попробуете сбежать, и я зарежу альфа-суку.
Ашер зарычал и рванулся вперед, но я бросилась перед ним, прежде чем его действия буквально не привели к тому, что меня зарежут.
Мужчины такие тупые.
Было очевидно, что Ксеркс провоцировал их, чтобы они напали. Я практически чувствовала, как от него исходит насилие.
Он хотел меня зарезать.
– Ты причинил ей боль… – сказал Ашер, его слова оборвались в предупреждении, когда он сжал кулаки, а рога на его голове удлинились.
Я уперлась ногами, чтобы он не смог меня оттолкнуть. Проблема была в том, что его огромные мышцы прижимались к моей спине, а густой хвойный запах накрывал меня с головой.
Ксеркс ухмыльнулся и наклонился вперед, дразня Ашера. Когда пряный запах корицы смешался с сосной, у меня потекли слюнки.
Я сердито посмотрела на омегу и попыталась сделать вид, что не принюхиваюсь и не вдыхаю это восхитительное сочетание запахов.
Либо я умру на играх в ближайшие пару часов, либо запишусь на длительную терапию. Других вариантов не было, потому что я сходила с ума.
Кто вообще нюхает своих врагов? Нездоровые люди.
Внезапно тепло Ашера исчезло. Я обернулась как раз в тот момент, когда Джакс швырнул татуированного альфу через всю комнату.
Мышцы здоровяка напряглись, когда он уставился на Ксеркса, но, в отличие от Ашера, он не бросился вперед.
Рядом с ним змеиные глаза Кобры засветились яркими, неземными цветами.
– Ты играешь с огнем, маленький омега.
Ксеркс ухмыльнулся в ответ.
– Помни свое место, маленький альфа. Ты в руках королевы.
Я прищурилась. Если рост в шесть с половиной футов был маленьким, то я тогда вообще крошка.
Челюсть Кобры сжалась, и его тело замерло.
Сердце сжалось, когда я вспомнила Кобру, прикованного голым к кровати, и о том, как все служанки визжали его имя. Как королева фактически сказала, что он их секс-раб. Известный.
Я резко повернулась к Ксерксу.
– О да, давай не будем забывать, что ты служишь злой суке, которая приковала его голым к кровати. И теперь ты хочешь издеваться над ним этим? Ты отвратительный или просто мразь?
В фиолетовых глазах Ксеркса мелькнуло что-то похожее на стыд, и его запах корицы стал острее.
Он гневно посмотрел на меня, стиснув челюсти, с горящими глазами, затем резко отвернулся.
– У тебя есть десять минут, чтобы переодеться, – прорычал он и вышел за дверь.
На мгновение меня затрясло от ярости. То, как королева обращалась с людьми, было отвратительно, и я хотела разорвать лицо этой суке своими тигриными клыками.
– Спасибо, котенок, – тихо сказал Кобра, подходя ко мне. Его глаза снова стали изумрудными, и на секунду в них вспыхнула невысказанная эмоция.
Его великолепные черты смягчились, когда он одарил меня маленькой улыбкой. Драгоценные камни на его коже заблестели. Его морозный запах окутал меня, но на этот раз он не жег, как обычно. Нет, это был сладкий, ледяной поцелуй.
Снежинка на щеке.
Скулы Кобры заострились, челюсть напряглась, и вся мягкость исчезла с его лица.
– Но, котенок, я могу сам сражаться в своих битвах. Сосредоточься на том, чтобы обезопасить себя. Бог солнца знает, что тебе это нужно.
Вот он и вернулся.
Я закатила глаза и показала ему язык. Если бы Кобра мог вести себя нормально хотя бы во время одного разговора, моя жизнь была бы гораздо менее стрессовой.
Джакс тяжело вздохнул. По тому, как он переводил взгляд с одного из нас на другого, было видно, что он разрывается между желанием отчитать Кобру за резкость и утешить его.
– Как скажешь, – пробормотала я себе под нос и отошла осмотреть комнату. Нездоровость Кобры и желание Джакса помочь были двумя универсальными истинами жизни.
– Ты можешь пойти в душ первой, – сказал Ашер, протягивая мне полотенце.
В отличие от остальных, Ашер был совершенно непредсказуем. Я понятия не имела, как он поведет себя в следующий момент.
Он буквально предал меня, а потом захотел защищать?
Он разозлился на Ксеркса от моего имени, но в карете вел себя как бесчувственная статуя.
Я была в замешательстве.
Одно было ясно: если он думал, что полотенце и право первой пойти в душ заставят меня забыть о его предательстве, то он был клинически ненормален.
Я выхватила полотенце из его татуированных рук и попыталась не обращать внимания на вены, выступавшие на его руках и тянувшиеся по сильным предплечьям. По какой-то причине они заставляли мой желудок сжиматься от желания.
Я избегала мольбу в его янтарных глазах.
– Ты не прощен, – сказала я решительно.
– Конечно, принцесса, – Ашер склонил передо мной свою золотистую голову.
С тяжелым вздохом, таким, который могла выдохнуть только крутая альфа-женщина, вынужденная мириться с прозвищами вроде принцессы и котенка, я ушла наслаждаться душем.
Под восхитительно обжигающей водой я терла себя щеткой, пока моя кожа не стала ярко-розовой.
Затем я снова продолжила тереть.
Как бы сильно я ни давила, я все равно чувствовала запах отбросов из подземелья. Я видела истощенную фигуру Леголаса, умоляющего нас о помощи.
Я отмывала кожу, пока она не стала саднить.
После этого я вышла, обмотанная полотенцем, чтобы взять одежду.
Вместо того чтобы прятаться, как обычно, я мысленно сказала плевать, и пошла, не скрывая свои шрамы. Они и так все видели, больше не было смысла скрывать мою уродливость.
Трое альф резко повернули головы, когда я вернулась в раздевалку. Все три пары глаз светились яростью, когда они уставились на мои шрамы, видневшиеся над полотенцем.
– Не три так сильно, маленькая альфа, – тихо прошептал Джакс.
Вся моя кожа была ярко-розовой. Тем не менее я повернулась и прищурила глаза, глядя на этого большого мужчину. Было и так достаточно разборок с Ашерoм и Коброй.
Джакс усмехнулся, увидев мое растерянное выражение лица, и поднял обе ладони перед собой, будто сдаваясь.
Рядом с ним Ашер пробормотал себе под нос какие-то ругательства о том, что я причиняю себе вред, а затем ушел в душ.
Кобра сказал со всей серьезностью:
– Этот Дик, о котором ты говорила. Я съем его печень и буду купаться в его крови.
Джакс кивнул рядом с ним и хрустнул костяшками пальцев.
– Мы будем купаться в его крови.
Я поджала губы.
– Ценю поддержку. Правда. Но думаю, если кто-то и будет есть его печень, то это буду я.
Альфам очень нравилось забывать, что я тоже альфа с ужасающей звериной формой.
Когда я доберусь до Дика, этот человек пожалеет, что родился на свет. Когда-нибудь я воплощу в жизнь все свои фантазии о том, как я его калечу.
Это будет подарком самой себе.
Самозаботой, если угодно.
Кобра протянул мне стопку одежды и уставился на меня. Его изумрудные глаза медленно скользнули по моему телу, прикрытому полотенцем, и он прикусил свои пухлые губы. Драгоценные камни на его коже заблестели, когда он напряг челюсть.
От него исходило соблазнительное облако холода и похоти.
– Дай девушке спокойно переодеться, – прорычал Джакс и схватил Кобру за волосы на затылке.
Змеиный перевертыш вздрогнул от грубого обращения и облизнул губы. Джакс закатил глаза, оттащил Кобру от меня, прижал его к шкафчику и прошептал ему что-то на ухо. Его грудь сотрясалась от глубокого рычания.
По моей спине пробежали мурашки, и я напомнила себе, что сейчас не время возбуждаться.
Что-то в том, как Джакс обращался с Коброй, заставило мое сердце сжаться.
Массивные мышцы Джакса напряглись, его серые глаза наполнились похотью, и мне захотелось, чтобы он прижал нас обоих под собой. Он был таким огромным, что с легкостью смог бы это сделать.
С этой тревожной мыслью я сосредоточилась на одежде, оставленной на скамье.
Конечно, поскольку моя жизнь была чередой депрессивных событий, у них не было «униформы» моего размера, эта униформа представляла собой пару обтягивающих белых штанов и обтягивающая белая рубашка.
По крайней мере, они были обтягивающими на мужчинах. На мне же рубашка висела, как платье, а штаны вообще не держались.
Джакс покачал головой, оторвал полоску от колючего платья, которое мне выдали, и соорудил пояс. Без него я бы на сто процентов засветила перед фейри свои половые губы.
К бунту такого рода я была пока не готова.
На данный момент все королевство уже видело мое голое тело. Но дело было в принципе.
Я ни за что не стала бы показывать себя людям бесплатно. Пусть хотя бы заплатят сначала. Это называется знать себе цену и иметь класс.
Джакс предложил заплести мне волосы, а Кобра спросил, не нужен ли мне лед для синяка на щеке.
Я отмахнулась от них обоих, я была слишком напряжена из-за предстоящих игр, чтобы позволять им нянчиться со мной. Но, увидев себя в зеркале, я все же покачала головой.
С мокрыми волосами, прилипшими к голове, черным синяком на щеке и одеждой, которая была на три размера больше моего, я выглядела как утопленная крыса.
Скажем так, в подземелье королевы были заключенные, которые выглядели более презентабельно.
Именно так я и хотела предстать перед королевством фейри.
Джакс потащил Кобру по коридору, в душ, и оставил меня наедине с полуголым, мокрым Ашером.
И снова у меня болезненно сжался живот, но на этот раз это не имело никакого отношения к предательству.
Полотенце низко висело на бедрах Ашера, подчеркивая выраженную V-линию. Татуировки из пламени и роз покрывали каждый дюйм его восьми кубиков пресса, и его мышцы играли, когда он переодевался.
В отличие от того времени, когда мы жили вместе, Ашер не уронил полотенце, чтобы покрасоваться своим татуированным членом.
Нет, это было гораздо хуже.
Он повернулся, чтобы переодеться, и показал мне свою задницу. Кто бы мог подумать, что татуировки пламени будут так хорошо смотреться на чьей-то заднице?
Языки пламени тянулись к двум выраженным ямочкам на пояснице. Оттуда сложная фреска из огненных роз покрывала всю его спину.
Ашер был произведением искусства.
Натянув штаны, он снова показал мне свой восьмикубиковый пресс. Его янтарные глаза горели жаром. Он ничего не сказал, просто пристально смотрел на меня, натягивая белую рубашку на свои выпуклые плечи и пресс.
Он прекрасно знал, что делает.
Я тяжело сглотнула пока мой мозг замкнуло.
Мы стояли одни в раздевалке, и тишина между нами была оглушительной. Напряжение висело в воздухе.
Казалось, это длится вечность. Ни один из нас не произнес ни слова. Правда о его предательстве висела в воздухе.
– Кто израсходовал всю теплую воду? – проворчал Кобра, когда они с Джаксом вместе вышли из душа.
Я тяжело вздохнула и покрутила шеей из стороны в сторону, благодарная за отвлечение.
Слишком многое происходило, чтобы переживать еще и из-за того, что альфа, который меня предал, бросает на меня откровенно сексуальные взгляды.
Вот что значит не расставлять приоритеты правильно.
Я сосредоточилась на том, чтобы затянуть свой самодельный пояс перед зеркалом и уложить мешковатую рубашку так, чтобы она меньше походила на платье.
Прежде чем я успела попросить немного грязи, чтобы намазать ею лицо и довести свой неудачный образ до совершенства, Ксеркс распахнул дверь и заорал, чтобы мы шли за ним.
Когда мы спускались по узкой лестнице и шли по туннелю с низким потолком, мое беспокойство утроилось. Ксеркс приказал нам идти по темному коридору, и это было последнее, что он нам сказал.
Теперь мы ждали за кулисами огромного колизея.
Проход был темным и затененным, и мы были единственными людьми в этом небольшом пространстве. Стражи фейри стояли за нашими спинами и перекрывали путь к отступлению.
Единственный выход был впереди. А это было как раз то направление, в котором мне меньше всего хотелось идти.
Наш узкий коридор вел на песчаную арену. Белый песок сверкал под солнцами, а толпа фейри ревела на переполненных трибунах.
Крики были настолько громкими, что земля вибрировала под моими босыми пальцами. Она дрожала от резонанса их восторга и жажды крови. Я никогда раньше не видела столько людей в одном месте и даже не подозревала, что их может быть так много.
В проходе было прохладно, но пот стекал по подмышкам, а желудок сводило.
– Все будет хорошо, маленькая альфа. Стой за мной, – прошептал Джакс и встал передо мной.
– Мы тебя защитим, – Ашер кивнул и подошел ближе.
Кобра приподнял брови, услышав слова татуированного альфы. Он прикусил губу, словно сдерживая себя от того, чтобы не напасть на него. Его глаза на миг стали змеиными, но он промолчал.
У нас были проблемы поважнее, чем предательство Ашера.
Гораздо поважнее.
Кобра перевел внимание с Ашера на меня, и его голос был холодным как лед.
– Оставайся за нами.
Это был не вопрос.
Это был приказ.
– Я альфа. Я могу защитить себя, – пробурчала я без эмоций, но не отошла от мужчин и позволила им окружить меня.
Глубоко вдохнув, я попыталась сосредоточиться на чем угодно, кроме надвигающейся гибели и тошноты.
Я огляделась и попыталась осмыслить происходящее. Ксеркс куда-то исчез, вероятно, чтобы наблюдать и радоваться, пока мы страдаем. Перед нами два солнца отражали ослепительно яркий свет от хромированных конструкций стадиона.
Внезапно в толпе поднялась суматоха, и крики фейри взлетели до оглушительного уровня.
Мои барабанные перепонки горели. Это было чудо, что они не лопнули от резкого давления.
Я вытерла с глаз пот от стресса.
Стадион представлял собой огромную чашу, внизу он был узким, затем в середине невозможным образом расширялся и снова сужался кверху. Я никогда прежде не видела ничего подобного и не понимала, зачем нужна такая форма. Основная часть мест находилась в середине, далеко от земли.
Это не имело никакого смысла.
Он был настолько огромным, что я не могла разглядеть верхние ряды. Даже прищурившись, я видела лишь тени.
На одном из многочисленных гигантских неоновых экранов вспыхнула надпись: «Один Миллион Фейри, Полная Заполняемость».
На трибунах находился миллион фейри. Во всем мире перевертышей в общей сложности было лишь несколько тысяч.
Масштаб королевства фейри ошеломлял.
И, конечно же, билеты на мероприятие были распроданы.
Было ли слишком много просить, чтобы фейри не устраивали кровожадные бойни именно в тот момент, когда нас похитили в их мир?
Хотя, если подумать, королева фейри определенно спланировала это дерьмо до мелочей.
Мой злой враг не мог быть просто слегка тупым и легко ломаемым, вселенная подсунула мне чертову адскую злодейку, чрезмерно могущественную, красивую и стравливающую два мира друг с другом.
Это была высшая лига. Я никогда еще не чувствовала себя такой маленькой.
Стражи подошли и толкнули нас вперед.
– Добро пожаловать, участники. Пожалуйста, пройдите в центр арены, – раздался по стадиону мелодичный женский голос. Тон ведущей был сладким и певучим, совершенно не соответствующим кровожадной атмосфере.
Пока она говорила, на сотнях гигантских экранов вспыхивали графические изображения убиваемых людей.
Рядом со мной грудь Джакса сотряслась от рычания. Глаза Кобры на миг стали змеиными, а рога Ашера удлинились.
Я расправила плечи и попыталась показать, что я компетентная, невысокая женщина.
Вместе мы шагнули вперед, на горячий песок.
Глава 9. Сэди
Гладиаторы и полувоины
Когда мы вчетвером вышли на арену, нас обдало жаром от двух солнц.
Рев толпы был невыносимо громким.
Джакс шел впереди, а Ашер и Кобра по обе стороны от меня, в негласном согласии. Они заслоняли меня своими массивными телами.
– Пожалуйста, поприветствуйте группу альф на играх, – сказала ведущая со звонким смехом. Ее высокий голос эхом разнесся вокруг нас.
Толпа фейри ответила криками, и горячий песок задрожал под моими босыми пальцами.
У меня горели уши.
Группа стражников повела нас в центр арены. Они что-то говорили, но мы едва слышали их сквозь визг толпы. Агрессивными жестами они наконец дали понять, что приказывают нам встать внутри светящегося квадратного контура на песке.
Мы вчетвером едва поместились в контуре.
Мне было уже все равно, что я вплотную прижата к Ашеру и Кобре, я была слишком занята попытками осмыслить происходящее.
Оказалось, что стоять посреди арены, где свирепые фейри кричат, требуя моей крови, – это была наименьшая из моих проблем.
В одно мгновение все стало хуже.
Гораздо хуже.
Внезапно горячий песок под нами сдвинулся, и из земли арены поднялась металлическая платформа.
Она поднялась в воздух. Платформа была зачарована.
Мы все четверо ахнули, когда начали подниматься.
Земля с шумом уходила все дальше вниз, и меня швырнуло в сторону, когда ветер обрушился на нас.
И Ашер, и Кобра одновременно вытянули руки, чтобы схватить меня. Если бы не их быстрая реакция, я бы упала.
Далеко.
Желудок поднялся к горлу, кожу мгновенно покрыл пот, а стадион промелькнул перед глазами размытым пятном.
Мы сцепились, прижавшись спинами друг к другу. Точнее, я попыталась сцепиться, но мужчины обхватили меня сами. Кобра мертвой хваткой сжал мой бок, а бицепс Ашера прижался к моему животу, чтобы я не упала.
Мы поднимались все выше и выше, пока стражи не превратились в крошечные точки на земле под нами. Это было похоже на балансирование на краю ледников в мире перевертышей.
Раздражение смешалось со страхом. Неужели было так сложно предупредить нас, что мы будем стоять на маленькой платформе, которая буквально летает в воздухе?
Мы едва помещались, и если бы кто-то из нас дернулся, это столкнуло бы остальных вниз. Это было высшее испытание на доверие.
Я зажмурилась и попыталась не вырвать, пока мы продолжали подниматься. После того, как прошло то, что показалось вечностью, платформа наконец остановилась и зависла в воздухе.
Теперь я поняла, почему стадион был сделан в форме чаши, с большинством мест в средней части.
Наша платформа левитировала в самом центре огромного стадиона.
Если бы я не боялась за свою жизнь, не была окружена визжащими, кровожадными фейри и не была вынуждена участвовать во всем этом из-за злой королевы фейри, мне, возможно, даже понравилось бы. Я всегда хотела летать.
Но вместо того чтобы оставаться неподвижной, а это было бы слишком разумно, платформа начала двигаться под нами. Она медленно кружилась по эллиптической орбите вокруг центра стадиона.
Наша платформа держалась примерно в двадцати футах от толпы, но все равно была достаточно близко, чтобы мы могли разглядеть каждого фейри по отдельности. И мужчины, и женщины были одеты с иголочки, в яркие шелка, с замысловатыми прическами и красивым макияжем.
Все были ослепительно красивы. Фейри были высокими и изящными, с тонкими фигурами, аккуратными ушами и поразительной костной структурой.
Жаль только, что они также были маньяками, которые визжали как психи, когда мы пролетали мимо, и выкрикивали в наш адрес оскорбления.
Люди называли меня сукой, когда мы пролетали рядом.
Это было ошеломляюще.
Мои предплечья горели от того, как крепко я держалась за мужчин, и после этого опыта я точно оглохну.
Пока мы кружили вокруг центра стадиона, я закрыла глаза и молилась, чтобы вращение прекратилось, а ведущая начала нас представлять.
Ее сладкий, мелодичный голос громко звенел, перекрывая крики фанатов.
– Эти альфа-звери – воины из далекой земли. В их составе Джакс по прозвищу Мясорубка, Ашер, девушка и Кобра – знаменитый секс-бог королевства.
Во-первых, вау, кому-то срочно нужно было отдать мне должное за то, что я придумала прозвище Джаксу, пусть даже всего несколько часов назад. Как, во имя Бога солнца, они вообще об этом узнали?
Во-вторых, эта сука только что назвала меня девушкой. В-третьих, толпа взорвалась, когда прозвучало имя Кобры.
И тут, почему бы и нет, гигантские экраны по периметру стадиона пошли рябью от чар, и на них в графических подробностях включилось видео, где Кобра яростно трахает женщину фейри, прижав ее к стене.
В жизни бывают неприятные моменты, а бывают и очень неприятные моменты. Это был второй вариант, и мне было плохо по очень многим причинам.
Я закрыла глаза и отказалась смотреть. Рядом со мной рука Кобры сжалась на моем бедре, и по нему прошла легкая дрожь.
Я вцепилась в его бицепс и слегка сжала. Приоткрыв глаза, я посмотрела на него. Его изумрудный взгляд был пустым и далеким, в нем отражалась темная бездна.
Как они могли так с ним поступать?
По всему стадиону разносились стоны Кобры, и я все же мельком глянула на огромный экран. Он вбивался в женщину фейри.
Меня замутило, и я сглотнула рвоту, чувствуя, как она жжет горло.
Фейри продолжали орать, платформа продолжала вращаться, а прекрасное тело Кобры продолжало снова и снова входить в женщину фейри на экранах.
Это был мой ад.
Наконец видео остановилось.
Если бы мы не парили в воздухе, я бы рухнула на колени от облегчения.
Кобра дрожал рядом со мной, и мне отчаянно хотелось обнять его. Я всем сердцем желала, чтобы мы снова оказались в комнате альф в мире перевертышей, подшучивали друг над другом и пихали еду друг другу в рот.
Я не осознавала, насколько все тогда было спокойно, пока не оказалась здесь.
Голос ведущей прогремел, и толпа стихла.
– Как всем известно, великодушная королева фейри запретила всем альфам обращаться в этом королевстве ради безопасности ее драгоценных граждан. Эти альфы не могут получить доступ к своим вторым формам и являются чрезвычайно жалкими и слабыми.
Предплечья Кобры и Ашера напряглись от ярости, прижимаясь ко мне.
Я не знала, что они там курят, но ни один здравомыслящий человек никогда не посмотрел бы на этих мужчин и не подумал «слабые», особенно про Джакса. А вот про меня, тут я еще могла понять.
Граждане фейри освистывали нас и швыряли в нас попкорн, пока мы проплывали мимо них по кругу.
Ведущая продолжила:
– Не волнуйтесь, королева фейри – великодушная хозяйка, которая любит своих граждан. В качестве особого угощения к этому миллионному столетнему празднованию королева позволит им сражаться в звериных формах в отдельных поединках.
Толпа взревела еще громче от восторга, и от этого звука наша платформа закачалась из стороны в сторону, пока мы продолжали вращаться.
Меня снова замутило, и я подавилась рвотой, проглотив ее обратно.
Мы были всего лишь игрушками для королевы фейри. Объектами развлечения.
Наконец, после еще десяти кругов ада, платформа перестала вращаться и переместилась в центр арены.
Затем парящий черный квадрат задрожал под нашими ногами и начал расширяться во все стороны.
Мы все с облегчением выдохнули.
Места стало достаточно, чтобы стоять, не рискуя упасть. Но Ашер и Кобра меня не отпустили, они продолжали держать меня в своих смертельных объятиях.
Неужели они не могли сделать платформу немного больше, пока мы кружились и вращались, рискуя жизнью? Я хотела убить всех фейри воздуха и земли, которые контролировали платформу. Они были невероятно грубы.
Следующие минуты прошли как в тумане: я наклонилась, уперевшись руками в колени, и судорожно дышала. Я повторяла себе не смотреть вниз, на землю, но не могла перестать бросать туда взгляды.
Каждую секунду я ожидала, что платформа рассыплется под нашими ногами, и мы сорвемся вниз, к жестокой, насильственной смерти.
Джакс успокаивающе провел рукой по моей шее. Кобра обхватил мою руку пальцами, словно хотел убедиться, что я не упаду, а Ашер подвинулся передо мной, закрывая мне вид на орущую, отвратительную толпу.
Волны криков изменились, и теперь они хором скандировали «сука перевертыш».
Часть меня была впечатлена тем, что все миллион фейри смогли синхронно объединиться.
Гораздо большая часть меня хотела заплакать по матери, которой у меня никогда не было.
Я представила Дика, моего жестокого мучителя, который оставил мне шрамы, в роли материнской фигуры, и от этого тревожного образа мне стало смешно. Черный юмор был единственным, что удерживало слезы.
Толпа по очереди называла меня сукой и выкрикивала имя Кобры так, словно он был суперзвездой.
В ушах возникло ощущение аэродинамической трубы, по мере того как тревога нарастала.
Я едва услышала, как ведущая приветствовала группу из четырех водных фейри, группу из пяти воздушных фейри и группу из трех земляных фейри.
Все они кружили по стадиону на крошечных платформах, а затем зависли рядом с нами в центре арены. Краем глаза я заметила, что все они были массивными мужчинами.
Я начинала понимать, почему «сука перевертыш» скандировали с таким усердием. Казалось, что Игры Фейри были исключительно мужским развлечением. В королевстве фейри, очевидно, имелась небольшая проблема с сексизмом, что было иронично, учитывая, что ими правила королева.
Кроме того, было ясно как день, что я не та женщина, которая могла бы помочь их просветить.
В книгах женщины, которые ломали барьеры и совершали героические поступки, обычно были высокими и сильными. А если они не были впечатляющими физически, то были чертовски умны. И еще я была почти уверена, что каждая сильная героиня, о которой я читала, могла пробежать хотя бы пять минут, не задыхаясь.
Я не могла.
Я была подходящей женщиной для этой работы. Да, сексизм отстой. Но знаете, что еще отстой? Когда тебя освистывает миллион человек только потому, что у тебя есть вагинальные губы и маленькая, не впечатляющая грудь.
Если королевство фейри хотело запереть меня на кухне, где я бы пекла хлеб и вязала – пожалуйста. Я бы уже приготовила дрожжи и пряжу.
Теперь мне оставалось только поговорить с ведущей и объяснить ей, что я маленькая женщина и не хочу драться ни с кем и ни с чем. Никогда.
Мою паническую атаку прервала волна криков из толпы. Я закрыла уши руками и опустила голову, молясь, чтобы мои барабанные перепонки не лопнули.
Последняя группа участников пронеслась на своей платформе так быстро, что я даже не смогла разглядеть, как они выглядят.
В поле моего зрения мелькнула табличка, и я дважды посмотрел на неоновые буквы.
На ней было написано: «Полувоины, 100-летние чемпионы гладиаторы».
У меня отвисла челюсть от шока, и гудение, которое пробегало по моей коже, не имело ничего общего с криками толпы или ужасающей смертельной пропастью под моими ногами.
Когда летающая платформа остановилась рядом с нами, я не знала, что мне хочется сделать – заплакать, улыбнуться, закричать или рассмеяться.
На платформе стояли трое мужчин, и, в отличие от всех остальных, кого я видела в королевстве фейри, у них не было заостренных ушей.
Самый высокий из них был таким же широким и высоким, как Джакс. Длинные черные волосы спадали ниже талии гладким шелковым полотном, ярко-розовые глаза светились на фоне темной загорелой кожи, а черные племенные татуировки покрывали все его тело.
Я раскрыла рот и замерла, потому что видела этих мужчин раньше, на страницах моей любимой книги, которую читала в детстве.
Это была Большая Тройка. Полувоины.
А самый крупный мужчина с розовыми глазами был Деметр, мой кумир детства.
